Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17 (18+)

Марш мертвецов

В игре сентябрь — ноябрь 1082 год


«Великая Стужа»

Поставки крови увеличились, но ситуация на Севере по-прежнему непредсказуемая из-за подступающих холодов с Великой Стужей, укоренившегося в Хериане законного наследника империи и противников императора внутри государства. Пока Лэно пытаются за счёт вхождения в семью императора получить больше власти и привилегий, Старейшины ищут способы избавиться от Шейнира или вновь превратить его в послушную марионетку, а Иль Хресс — посадить на трон Севера единственного сына, единокровного брата императора и законного Владыку империи.



«Зовущие бурю»

Правление князя-узурпатора подошло к концу. Династия Мэтерленсов свергнута; регалии возвращены роду Ланкре. Орден крови одержал победу в тридцатилетней войне за справедливость и освободил народ Фалмарила от гнёта жесткого монарха. Древо Комавита оправляется от влияния скверны, поддерживая в ламарах их магию, но его силы всё ещё по-прежнему недостаточно, чтобы земля вновь приносила сытный и большой урожай. Княжество раздроблено изнутри. Из Гиллара, подобно чуме, лезут твари, отравленные старым Источником Вита, а вместе с ними – неизвестная лекарям болезнь.



«Цветок алого лотоса»

Изменились времена, когда драконы довольствовались малым — ныне некоторые из них отделились от мирных жителей Драак-Тала и под предводительством храброго лидера, считающего, что весь мир должен принадлежать драконам, они направились на свою родину — остров драконов, ныне называемый Краем света, чтобы там возродить свой мир и освободить его от захватчиков-алиферов, решивших, что остров Драконов принадлежит Поднебесной.



«Последнее королевство»

Спустя триста лет в Зенвул возвращаются птицы и животные. Сквозь ковёр из пепла пробиваются цветы и трава. Ульвийский народ, изгнанный с родных земель проклятием некромантов, держит путь домой, чтобы вернуть себе то, что принадлежит им по праву — возродить свой народ и возвеличить Зенвул.



«Эра королей»

Более четырёхсот лет назад, когда эльфийские рода были разрозненными и ради их объединении шли войны за власть, на поле сражения схлестнулись два рода — ди'Кёлей и Аерлингов. Проигравший второй род годами терял представителей. Предпоследнего мужчину Аерлингов повесили несколько лет назад, окрестив клятвопреступником. Его сын ныне служит эльфийской принцессе, словно верный пёс, а глава рода — последняя эльфийка из рода Аерлингов, возглавляя Гильдию Мистиков, — плетёт козни, чтобы спасти пра-правнука от виселицы и посадить его на трон Гвиндерила.



«Тьма прежних времён»

Четыре города из девяти пали, четыре Ключа использованы. Культ почти собрал все Ключи, которые откроют им Врата, ведущие к Безымянному. За жаждой большей силы и власти скрываются мотивы куда чернее и опаснее, чем желание захватить Альянс и изменить его.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Солмнир Алисия Эарлан Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Чеслав

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [03.12.1082] Inde ira


[03.12.1082] Inde ira

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

https://i.imgur.com/OJuohAg.jpg
- игровая дата
03.12.1082
- локация
Северные земли, г. Мирдан, дворец, покои невесты Императора
- действующие лица
Сайлан Ледарре
Айрис Лерман Селециум

Impedit ira animum, ne possit cernere verum.
Вернувшись в свои покои Сайлан не обнаружила там Айрис, которая давно должна была вернуться от Императора. Теперь служанке придется сильно постараться, чтобы объяснить своё долгое отсутвие.

События происходят после [03.12.1082] Охота на лисицу
и
[03.12.1082] Враг моего врага

Отредактировано Сайлан (06-02-2022 21:53:32)

0

2

Последние слова вдовствующей Императрицы не выходили у неё из головы. Сайлан перебирала их и так, и сяк, мысленно катая на языке, пытаясь прочувствовать их вкус и понять, что именно хотела сказать Ширайя.
С первого взгляда – это было напутствие и предостережение. Мысли, которыми хотела поделиться старшая женщина, принимая в семью юную жену своего внука. В отличии от Ледарре бабка Шейнира знала, что такое гарем, не понаслышке. Она жила в окружении точно таких же наложниц, что сейчас окружили её. И не важно было это сто лет назад, или всего месяц. Менялись люди, но не менялась их суть. И не только гарем был опасен. Женские войны страшны своим коварством и страстью, но не только соперниц стоит бояться лэно. Женщина четко дала понять, что Айли стоит следить внимательно за всеми, кто окружает её, а главное следить за собой.
Или же это была угроза? Неявная, завуалированная, но всё-таки угроза? Характер фраз старшей Виззарион менялись в течение вечера от вежливости к ехидству и обратно, поэтому сразу осознать, что имелось в виду было трудно. Гораздо проще было бы, если бы на празднике присутствовала Айрис, с которой потом можно было бы обсудить всё увиденное и услышанное. В конце концов, сейчас служанка была единственным вампиром во всем дворце, с кем Сайлан могла говорить наиболее откровенно и открыто. Но перед самым праздником Лерман позвал к себе Император, и до покоев джарие она так и не дошла.
Это беспокоило девушку не меньше всего пережитого на встрече. Один только осмотр чего стоил, и чего стоило дочери Гестина пройти через это унижение. От одного воспоминания о лекаре и процедуре в душе вновь начинал закипать гнев. Слишком много всего произошло в первый же день её нахождения во дворце и это обязательно нужно было осмыслить.

В комнате Сайлан служанки не оказалось. Судя по всему, та сюда даже не возвращалась. На окрик девица из своей комнатушки, что была рядом с покоями невесты Императора, тоже не пришла. Звон колокольчика также не решил её проблему.
Ситуация переставала нравиться девушке. Ей нужна была её служанка здесь и сейчас, а та или ещё не вернулась от Шейнира, или куда-то опять ушла.
В первом случае она уже слишком долго задержалась в покоях Владыки. И это не нравилось Айли по ряду причин. В первую очередь потому, что Айрис – Лэно, как и её госпожа. И кто знает, что придумал хозяин дома. Может действительно устроил там допрос.
Во втором – девица могла бы и предупредить о своем отсутствии, но ни записки, ни чего-то ещё, что могло бы дать девушке информацию.
Будучи на взводе после встречи с Ясемин и Ширайей, красноволосая была готова уже даже идти прямо к Шейниру и узнавать у него, где её служанка. Её сдерживало лишь то, что она не имеет пока никакого права вот так без приглашения заваливаться в покои к Императору и требовать от него какого-то объяснения. Не могла, но очень уж этого хотелось. Поэтому Сайлан пыталась успокоить себя, вышагивая по комнате туда и обратно, в неведении и ожидании.

Отредактировано Сайлан (05-02-2022 18:37:54)

+1

3

Она прокололась. Ну вот просто по всем фронтам.

Во-первых, в этот важный день Айрис планировала быть подле своей госпожи, чтобы поддерживать её своим немым присутствием, а также быть готовой вставить свои пять копеек, чтобы или осадить какую-нибудь обнаглевшую наложницу и с милейшей улыбкой напомнить, где её место, или ненавязчиво притормозить острый язык своей госпожи. Огонь — стихия опасная и непредсказуемая, причём как для окружающих, так и для его заклинателя. Однако в её планы неожиданно вмешался император, приказав служанке своей невесты явиться в его покои. Тогда неугомонная вампирша выстроила новый сценарий: она просто молча постоит среди своих сородичей из Лэно, а после помчится на празднество в честь приезда будущей императрицы. Но и здесь Шейнир решил привнести свои изменения, и в его покоях Айрис мало того что заявилась совершенно одна, так ещё и пробыла там сверх меры. Возвращаясь в свою комнатушку, девушка понимала, что пропустила уже практически весь праздник, а потому планировала немного подремать и встретить свою госпожу в её покоях, подготовив ей и кровать, и сорочку для сна. А что в итоге? Этот треклятый праздник она просто проспала.

Лерман спала недолго, но сон оказался на удивление крепким. Наверное, она ещё никогда так не «отрубалась», ведь даже не обращала внимания на крики и звон, хоть и слышала их сквозь сон, воспринимая их как странную часть своего сновидения. Если бы не холод из-за сползшего с плеча одеяла, она, наверное, проспала бы вот так ещё до заката, когда нужно было бы будить её госпожу для новых свершений. Хотя, скорее, для очередного допроса маленькой служанки.

Вскочив с кровати, девушка стала судорожно собирать волосы в причёску, с которой покинула Сайлан, чтобы та не подумала лишнего. Подобный пучок, держащийся на одной лишь шпильке, выглядел достаточно строго и скромно. К тому же, если она поймёт, что Айрис отчего-то распускала волосы в покоях её будущего супруга, у Ледарре могут возникнуть весьма... странные предположения. Её служанке вполне было достаточно предстоящих вопросов к новому платью и её помятому виду.

В покои Сайлан она решила зайти не с двери, которая буквально объединяла их смежные комнаты, а, скажем так, с «главного входа». К её счастью, на глаза попалась служанка, несущая большую чащу с водой — видимо, для умывания перед сном. Хоть где-то ей свезло, ну в самом деле. Уверенным шагом вампирша преградила ей путь, не позволив даже сообщить Ледарре о своём визите, и под непонимающий взгляд просто выхватила чашу из рук бедолаги.

Ты можешь идти, — негромким, но твёрдым голосом отчеканила девушка. Несмотря на свой нынешний статус, командовать прислугой ей было не впервой, а потому и держалась она на порядок увереннее. Такой попробуй что-то сказать поперёк — быстро на уши всех поставит.

Двери перед ней открыли, и Айрис торопливо вошла по обычаю с опущенной головой, остановившись недалеко от проёма, чтобы поприветствовать госпожу. При поклоне она невольно чуть пошатнулась, и хотя вовремя сумела взять себя в руки, не дав даже капли упасть на ковёр, пришлось признать, что слабость ещё не до конца ушла. Не то сказалось то, что она только проснулась, не то недавняя магическая встряска в очередной раз напомнила о себе.

Время готовиться ко сну, моя Госпожа. Могу я параллельно начать свой отчёт? — нарочито спокойно поприветствовала вампиршу Лерман, прекрасно зная, что та пылает от любопытства, где же пропадала её служанка. Уж лучше самой начать сдаваться, чем позволить гневу взять над ней верх и получить чем-нибудь тяжёлым по голове.

+1

4

Чем больше Сайлан ходила по комнате и анализировала прошедший вечер, тем яснее она понимала, что ошиблась. Ошиблась в своей линии поведения, ошиблась в своих словах. И самое главное – ошиблась в своем появлении тут. Говорят, первое впечатление нельзя переиграть. Что ж, первое впечатление вдовствующей императрицы и джарие о ней точно будут запоминающимися.
Её огненный и вспыльчивый характер и тут сыграл против неё. Все слова отца, все его наставления вылетели из головы в тот же момент, когда одна из женщин сказала что-то против неё. Казалось бы, обычная ничего не стоящая фраза, можно просто мило улыбнуться и сгладить острый угол, но её натура тут же вспыхнула и ответила колкостью на колкость. А дальше больше, и вот они уже с наложницей мерялись силами, не в полную мощь, конечно, но Ледарре получила образную ответку. Прости, папа, но твоя дочь никогда не была сверхпослушной и тихой девочкой. С другой стороны, Гестин был прав, лучше держать джарие рядом с собой, если не подругами, так хотя бы не ярыми и открытыми соперницами. Стоило найти к ней подход. Например, попросить её помощи в подготовке к свадьбе, при этом извинившись за сегодняшний вечер. Да, Айли не считала себя виноватой ни в чем, но придется вспоминать все уроки отца и переходить на стадию нейтралитета, как минимум.
Шум у двери отвлек от мыслей, и Сайлан обернулась как раз в тот момент, когда в комнату заходила служанка. Обернулась слишком быстро и резко, от чего волосы взлетели красным пламенем вокруг головы и всполхами упали вниз на спину и плечи. Внимательные и холодный взгляд на вошедшую не предвещал ничего хорошего.
Слова Айрис вызвали ещё большее возмущение, но в это раз девушка почти сдержалась, не нападаю с ходу, но при этом всё-таки ткнула ту в то, кто тут хозяйка.
- Я сама могу определить, когда мне пора спать и что мне перед этим делать, - лёд, обжигающий лёд в голосе. – Поставь таз туда. – Очень сдержанный кивок в сторону ночного столика, а после вампирша сделала несколько шагов и опустилась в кресло. В этот раз даже не предложив Айрис присесть рядом.
Первое, что бросилось в глаза в образе вошедшей, - это платье. Ледарре прекрасно помнила в каком наряде служанка ушла от неё к императору: черное, скромное платье, как и многие в гардеробе Лерман. И сейчас на той было совершенно другое одеяние. Более того, наряд не походил на те, что до этого носила служанка. Где закрытая шея? Прикрытая грудь? Всего в день в столице и уже такие перемены во внешнем виде?
- Где ты была? – Проигнорировав вопрос Айрис, красноволосая задала свой. Не менее, если не сказать более, важный. Задала его, всё так же не спуская глаз с прислуги.

+1

5

Сайлан не гневалась, ни в коем разе. Она просто была в ярости.

Её мимика, жесты, тон — буквально всё выдавало то, насколько Ледарре недовольна сложившейся ситуацией. Вот только даже несмотря на это, Айрис всё же ожидала более... бурной реакции на своё появление. Как минимум, то, что в неё с порога полетят оскорбления или какие-нибудь предметы. Всё-таки Сайлан — маг огня, разве может она вот так умело заглушить своё желание как-нибудь набедокурить, выплёскивая эмоции? Честно говоря, такой исход даже напряг служанку: хоть она и осталась цела (пока что), но видя сдержанный гнев госпожи, могла предположить, что на этом Фойрровом празднике случилось что-то непредвиденное.

«Ну или кто-то просто слишком вжился роль любимой доченьки богатенького папеньки и не привык, что кому-то она может не нравиться», — предположила Лерман, припоминая статус своей новой госпожи. Это она привыкла молча слушать и кивать, и даже могла стерпеть оскорбление, с милейшей улыбкой на устах сглаживая углы. Сайлан — другое дело. Слишком гордый и непокорный нрав.

Айрис послушно поставила чашу в указанное место, и стала выжидать дальнейших указаний, всем своим выражая покорность и удивительное спокойствие. Она не понаслышке знала, что когда ты сам непоколебим, собеседнику сложнее пыхтеть на тебя, и со временем ему либо надоедает твоя холодность, или он ею заражается. Кто знает, возможно, эта тактика сработает и с Сайлан.

«В покоях императора побыла, в его кровати полежала, в кресле пообедала... Ничего особо примечательного. Так, по мелочи», — мысленно огрызнулась девушка, прекрасно понимая, что не может и половины из этого рассказать. Говорить правду она сочла не просто неуместным — опасным. Было слишком много моментов, которые вряд ли придутся по вкусу будущей императрице, даже несмотря на то, что Айрис не доставила своими действиями особых хлопот Лэно. Хотя она переступила порог императорских покоев с мыслями о том, как сильно хочет оттуда уйти и как её раздражает Шейнир, в итоге, пообщавшись с ним, угомонилась и не огрызалась. Более того, не дала императору ещё одного повода считать, что Лэно недовольны им, как монархом. Напротив, подчеркнула, что он не так плох, как о нём говорят в народе. К тому же, Лерман продемонстрировала своё владение магией, и доказала, что готова биться до последнего — это ли не хороший показатель для той, кому предстоит защищать будущую императрицу? В итоге они расстались с императором на позитивной ноте, и Айрис надеялась, что если она не больше вызывала в Шейнире негативных эмоций, то и к Сайлан он отнесётся мягче и терпимее, чем многие того ожидают.

Однако вампирше слабо верилось, что Ледарре отнесётся с пониманием к её рассказу. Слишком привыкла осторожничать и говорить полуправдами, чтобы лишний раз не рисковать. Поэтому нужно было срочно на ходу придумать достаточно гладкую историю, может и выставляющую её не в лучшем свете, но при этом скрывающую все самые «острые» ситуации.

В покоях императора произошёл небольшой... казус, — смутившись, начала девушка, — из-за этого я там задержалась. И когда меня отвели в мои покои, я, кажется, снова потеряла сознание.

+1

6

Видит Бэлатор, ей требовались огромные усилия, чтобы оставаться спокойной, хотя бы внешне. Внутри же всё просто кипело. Мало ей было праздника и всего произошедшего, как ещё и служанка явно что-то недоговаривала. Сайлан была в это уверена. Слишком невинный взгляд, слишком подобострастное поведение.
Она пообещала и Гестину, и самой Айли быть рядом с будущей Императрицей днями и ночами, защищать её и поддерживать. И в первый же день нахождения во дворце нарушила своё обещание, оставив госпожу одну. Да, изначально это не было самостоятельным решением Айрис.  Она не могла ослушаться и не принять приглашение Шейнира, тем более, что Ледарре сама дала добро на посещение служанкой покоев Императора. С другой же стороны, это было в начале, но потом у Лерман было достаточно времени, чтобы поспешить на праздник. Она же этого не сделала. Более того, она даже не отозвалась на крики и вызов хозяйки, кто-нибудь более кровожадный, чем Сайлан, уже приказал бы высечь прислугу на конюшне.
- Казус? – Негромко повторила вампирша за девушкой, всё так же внимательно смотря на ту. Ей стало интересно, какой такой казус мог произойти в комнате Шейнира, что туда звали лекаря и почему служанка в другом платье? Про потерю сознания она тоже прекрасно расслышала, но пока не стала акцентировать на этом внимание.
Более того, сдерживаясь, она приняла линию поведения, как обычно это делают родители, пытаясь узнать у непослушного отрока все его грехи. Молчи, чуть улыбайся, внимательно смотри и просто повторяй за чадом, лишь изредка задавая направляющие вопросы. Никаких криков, никакой ругани. Только понимающий вид.
Чаще всего это срабатывало на совести ребенка и тот начинал выдавать всё как на духу, считая, что родитель и так уже всё знаете. Получится ли так с Айрис дочь Вечного Солнца не знала. Да и не факт, что ей самой хватит терпения не сорваться и не начать кричать на служанку. Огонь сложно удержать в коробке, а вырываясь, он жрёт всё на своём пути.
Но в одном отец был прав в своих напутствиях, перед отплытием девушки сюда. Ей нужно научиться быть более холодной, пусть этот никак и не ложилось на её характер. Импульсивность хороша лишь в редких вещах, а Императрица должна иметь трезвую голову, чтобы не наломать дров. Даже в таких мелочах, как разборки с прислугой.

+1

7

Казалось бы, что может противопоставить маленький кролик разъярённому волку? Ведь его участь — трястись от страха, принимая свою незадачливую судьбу, да быть проглоченным хищником. Вот только если этот кролик годами жил, окружённый такими же голодными волками, волей-неволей начинал думать не хуже лисицы, всё меньше желая угодить в чью-то пасть. Вот и Айрис сейчас выглядела совсем уж беззащитной и даже слегка напуганной, а в голове с завидной сосредоточенностью ниточка за ниточкой сшивала новую историю, которой любезно закроет своей госпоже глаза, чтобы та её не трогала. Не мешайте работать, Вашество, Ваша задача — хлопать глазками императору, рожать наследников и не умирать, пока этого не требуют обстоятельства.

Лерман намеренно употребила «снова» в своей речи, чтобы подчеркнуть, что падала в обморок уже дважды. Девушке нужно было, чтобы будущая императрица зацепилась за эту ниточку и начала задавать нужные вопросы, а её служанка бы с честными глазами подавала то, что было бы удобно ей. Вот только Сайлан пошла не по сценарию, на что Айрис могла только мысленно цокнуть от негодования.

«Слушаем внимательно, Вашество, ну же!» — раздражённо подумала девушка, выглядя при этом, как невинная овечка. Ладно уж, ей всё равно придётся выводить к нужному результату.

Она напряжённо кивнула, как бы ненароком сжав юбку платья. Так, словно бы ей действительно было стыдно вспоминать что-то. А для сущей правдоподобности стала вспоминать свои ощущения, когда, открыв глаза, увидела рядом с собой императора. Это дало желаемый эффект: кончики ушей едва покрылись румянцем (о чём, впрочем, сама девушка не подозревала), а сердце забилось чаще. Её можно понять, не каждый день всё-таки просыпается в постели Владыки вампиров, созерцая при этом самого Владыку подле себя. Спасибо, что хотя бы не лёг рядом, а то она бы и откинуться там могла.

Наверное, сказалось то, что я не успела поесть и сильно перенервничала... Да и там не было никого из Нерина, одни Камэль, — она начала оправдываться, словно вот-вот была готова начать чуть ли не плакать, как маленький ребёнок, разбивший вазу. Но внезапно сделала вид, что собралась, хоть руки, крепче сжавшие ткань, выдавали её напряжение. Совершенно наигранное. Зато как старательно и гладко! — Его Императорское Величество был очень осторожен в своих вопросах. Он... Что-то писал, и случайно задел тушницу. Мне попало на платье, я растерялась и, — она прикусила нижнюю губу, не закончив фразу. Надеялась, что Ледарре сама додумается, что в этой истории Айрис так переволновалась, что попросту упала в обморок, не зная, как поступить. А что? Девушка она на вид хрупкая, всегда такая услужливая и вежливая, Нерин ранее не покидала. А тут в таком холодном и чужом городе её притащили в покои императора, где он её допрашивал, рядом не было коллег по цеху, так ещё и запачкали её, совершенно сбив с толку — разве не должна такая лапушка бурно реагировать на подобное?

+1

8

Она слушала служанку внимательно и не перебивая, всё так же просто смотря на ту, чуть улыбаясь. Верила ли она словам девушки? Ничуть. Очень хотелось узнать, насколько хорошо та умеет врать, а то, что она врет, Сайлан не сомневалась. И не только узнать, насколько хорошо, но и как далеко она зайдет со своей ложью.
Лерман неожиданно открылась с новой и очень неприятной стороны. Всё это время в Нерине девица производила только положительное впечатление. Была тиха, услужлива и внимательна, но, как говорят люди, в тихом омуте фойрр водится. Ледарре было очень интересно, что послужило причиной встречи Шейнира и Айрис, зачем тот позвал её и о чем они говорили. Любопытство сжирало её изнутри, но пока девушка держалась. Было ощущение, что помимо темы разговоров Императора и служанки было что-то ещё очень интересное там.
- Интересно, - голос прозвучал тихо и с нескрываемым ехидством, - как же близко нужно стоять к…столу, чтобы опрокинувшаяся чернильница залила платье?
Пауза взятая девушкой в конце предложения и слова о волнении тоже не прошли мимо неё. Так переволновалась, что упала в обморок? Поэтому и звали лекаря? Сайлан мысленно хмыкнула, совершенно не веря в это, и протянула:
- И упала в обморок? Какая у меня, оказывается, впечатлительная служанка. Может тогда тебе лучше вернуться в Нерин, в родной дом, к отцу? Если первый же день в столице и встреча с Императором произвела на тебя такое впечатление. Стоит ли такой нервной барышне находиться подле меня? Вдруг со мной что-то тут случится, а ты в самый ответственный момент опять упадешь без чувств?
Всё это девушка произносила очень тихо. Она была в гневе, в ярости и счастье Айрис, что ей пока удавалось сдержать костер своих эмоций внутри. Если бы Айли была хотя бы лет на двадцать моложе, то спальня уже была бы разгромлена. Нет, это была не какая-то ревность или подозрения по отношению к Императору. Она просто чувствовала, что Айрис врет. И каждым своим словом вдребезги разрушает тот хрупкий мост, что они налаживали с момента первой встречи.
Лерман должна была стать её поддержкой и опорой. Сайлан надеялась, что служанке можно будет не просто доверять, а та станет верной компаньонкой в непростом деле выживания во дворце и восхождении на престол. И первый же день здесь показал ей, что в шкуре овечки может скрываться волк.

Отредактировано Сайлан (10-02-2022 00:31:53)

+1

9

Наверное, нет такого жителя Рейлана, который не признавал бы, что вампир в гневе — зверюга страшная. Магия крови, бесспорно, то ещё зрелище, но и клыков вполне достаточно, чтобы впечатлить простого обывателя. Однако по мнению самой Айрис, холодный гнев гораздо страшнее. И вот такая терпеливая вампирша напротив, способная даже в такой ситуации внешне оставаться непоколебимой, напрягала побольше какого-нибудь вампирюги в боевой трансформации.

Когда ярость клокочет в груди, она затуманивает разум и мешает ясно мыслить, а потому таким существом становится проще управлять. В гневе тяжело управляться со своим языком, а потому выпаливаешь всё подчистую, в том числе то, что предпочёл бы скрыть от своего собеседника — в этом Айрис не раз убеждалась, наблюдая за другими. В такие моменты проще уколоть, задеть за живое и вынудить другого прийти к нужному лично тебе решению. Но когда кому-то удаётся сдержать порыв ярости внутри себя и сидеть со сдержанным видом, продолжая работать, это... пугает. Потому что когда ты владеешь собой, не так подвержен манипуляции и становишься в какой-то мере непредсказуем. Так что можете называть Айрис хоть мазохистской, но ей было привычнее и в какой-то степени даже проще работать с теми, кто орал, раскидывал вещи, проклинал и мог навредить физически, но при этом кем она могла манипулировать и извлекать для себя выгоду даже под страхом быть избитой.

«Вы чернила давно проливали?» — мысленно огрызнулась девушка, когда будущая императрица прицепилась к этой отговорке. И впрямь, по закону подлости обычно то, что было тяжело отстирать, расплёскивалось на всю комнату — что вам тут не понравилось? Хотя сейчас вампиршу напрягала и раздражала её госпожа, ведь усталость никуда не делась и ей хотелось поскорее вернуться в свою кровать, а не плясать тут перед кем-то, она не могла не отметить внимательность Сайлан.

К тестю императора — Гестину Ледарре — Айрис относилась достаточно предвзято. Возвращаясь с совета, Терион изредка мог позволить себе поделиться самыми горячими событиями и поворчать, даже несмотря на то, что Лерман, мягко говоря, политика не волновала. Но даже слушая своего господина в пол уха, девушка не могла не отметить способность Гестина утихомирить свой огненный нрав, когда этого требовали обстоятельства. Иначе как он смог стать ведущим вампиром клана Лэно? Если Сайлан не унаследовала эту черту, то, по крайней мере, принялась учиться этому. Прекрасно. Может, не так плохо, что Айрис не нянчилась с ней, раз уж кто-то решил взяться за голову. Даже если пришлось для начала хлебнуть гаремной жизни.

Сайлан не просто ждёт момента, когда сможет сорваться со своего места, начать бегать по комнате и проклинать провинившуюся служанку и весь её род — она анализирует. Спокойно слушает и вытягивает ниточку за ниточкой, ожидая, пока полотно само распадётся. Осознание этого одновременно радовало и напрягало Лерман. Дураками, конечно, проще управлять, но зато труднее защищать. Возможно, Айрис и не против, чтобы её госпожа оказалась полоумной дурой и ей можно было вертеть, как хочется, но головой понимала, что такой недалёкой девицей начнёт управлять не только она, но и остальные жители дворца. А вот с ними тягаться было на порядок сложнее: они выживают тут не первый год и точно знают, как нужно себя вести, чтобы остаться невредимым. Айрис предстояло этому только научиться.

Ледарре не стала вынуждать служанку вслух говорить, что та лишилась чувств, а потому неосознанно дала ей больше времени, чтобы поработать над выдуманной историей. Нужно было вырезать смущающие даже саму Айрис кусочки, и вшить что-то поскромнее. А вырезать было что. Во-первых, Лерман каким-то образом не ударила голову, хотя и будет убеждать Сайлан в обратном. Это было лишним поводом думать, что в этой ситуации император, стоявший в тот момент так непозволительно близко, протянул свою руку помощи. Во-вторых, заботу лекаря она принимала лёжа в императорской постели, что точно нужно будет утаить от Сайлан. Потому что сначала она намылит шею своей служанке, а после может попортить отношения с женихом. Женская ревность — штука странная. Можно ревновать даже того, кто тебе ещё не принадлежит или принадлежать никогда не будет. И оказаться между двумя огнями как-то не входило в планы Лерман.

Этого больше не повторится, моя Госпожа, — виновато ответила девушка, а после заставила поднять себя глаза, — Ваше присутствие придаёт мне сил. Уверяю Вас, в нужный момент я закрою Вас грудью, если потребуется.

+1

10

Айрис опять завела речи про верность и счастье служения. Они раздражали Ледарре ещё в Нерине, в их первую встречу. И были совсем неуместны сейчас здесь. Сладкий мёд слов только сильнее раздражал вампиршу, и уж никак не успокаивал её. В очередной раз подумалось, что если прошлые хозяева Лерман так велись на её песни, то не удивительно, что их дом посетило такое горе. Легковерные и наивные не выживают в мире борьбы. Особенно, когда эта борьба связана с императорской кровью. Или такие речи готовились специально для Гестина и его семьи?
Откинувшись в кресле и закинув нога на ногу, будущая императрица сидела, чуть склонив голову, и внимательно смотрела на Айрис. Взяв паузу, она будто ожидала, что после слов о верности и защите последует что-то ещё, но воспитанница гнезда молчала. Тогда вновь заговорила Сайлан, всё так же тихо и спокойно, будто это просто легкая беседа за завтраком.
- Это тебя в Доме Белой Луны научили так сладко врать? – По алым губам скользнула легкая и даже в какой-то степени нежная и ласковая улыбка. И лишь близко знающие Сайлан люди могли сказать, что эта улыбка не предвещает ничего хорошего. Это как теплые капли дождя перед сильнейшей грозой. Однажды, именно с такой нежной улыбкой она приказала всыпать плетей служанке в доме отца за украденное кольцо. Нет, наследница Вечного Солнца не была садисткой. Она лишь не любила наглую ложь в глаза. Особенно, когда человек пойман, можно так сказать, на горячем. Во-первых, врать не хорошо. А во-вторых, брать чужое ещё хуже, тем более, когда в доме вас сытно кормят, дают кровь, да и платят весьма неплохо.
- Чернила были такие страшные, что твой обморок затянулся на несколько часов? Так может тебе стоит показаться лекарю? Раз лекарь Императора ничего не нашел.
Её не раздражала сама впечатлительность Айрис, если таковая имела место быть. И встреча с Шейниром тоже была ею воспринята спокойно. Это были мелочи, на которые можно закрыть глаза, если бы не одно но. Все эти мелочи привели к тому, что служанки не было рядом очень долго. И не известно, что ещё та делала всё это время. Если служанка начинает заниматься своей жизнью, мешая и подвергая опасности жизнь госпожи: её нужно наказать, или сменить на другую.
- Я повторю свой вопрос. – Голос всё-таки чуть дрогнул на букве «р», но девушка сдержалась. - Где ты была?
Отец был прав. Ждать предательства можно было от кого угодно. И, возможно, служанка несла куда больше опасности для неё и Императора. Запоздалая мысль заставила с силой сжать подлокотник кресла. Могли ли Селениусы как-то отомстить Виззарионам через Сайлан? Вновь возник вопрос, что тут делала эта девчонка и зачем она попросилась в служанки к будущей императрице? За всё это время вместе: с первой встречи и до отъезда в Мирдан Ледарре немного успокоилась на счет девицы. И, возможно, зря.

Отредактировано Сайлан (13-02-2022 16:11:11)

+1

11

Никто не заставлял Айрис становиться личной служанкой будущей императрицы. Никто не угрожал ей, не настаивал и не давил на вину — она сама пришла к Териону и подписала этот смертный приговор. Она понимала, что в её обязанности также будет входить защита Ледарре, и, возможно, это стало одной из причин, почему она вписалась в эту авантюру. К её сожалению, Айрис не понаслышке знала, какой траур в семье, когда погибает первенец, и возможно где-то глубоко в душе лелеяла надежду, что защищая императрицу, она сможет до конца отпустить Артура. Вот только при этом сама себе не могла ответить со всей честностью: а готова ли она рискнуть собой, чтобы спасти кого-то — в том числе Сайлан? Не возводить щиты, не заговаривать зубы нападающим и тянуть время до прибытия помощи, а действительно закрыть своим телом. Лерман не была дурой и прекрасно понимала, как ничтожна ценность её жизни по сравнению с её госпожой. Если Сайлан откинет концы, то в Северных землях начнётся такая суматоха, что мало не покажется. Гестин — не из тех, кто просто останется в стороне и позволит члену своей фамилии погибнуть, так ещё и не будучи отомщенным. А учитывая, что Терион искал виноватых в смерти сына, он тоже может подключиться, и вдвоём они поднимут уже весь Нерин. Вот только даже понимая это, вампирше было сложно представить себя рискующей жизнью ради девушки напротив. В принципе ради кого-то. Не отдавая себе отчёт, она все-таки дорожила своей жизнью, даже такой никчёмной и серой. Наверное, просто потому что больше некому было ею дорожить. Отец воспринимал её как бесполезный балласт, от которого вроде как надо избавиться, а вроде как хочется выкачать как можно больше денег и при этом не позволить ей обзавестись наследником вперёд него. Для матери же она стала разочарованием и вечным напоминанием, что та не смогла подарить мужу наследника, из-за чего была вынуждена слышать перешёптывания за спиной о том, как остервенело её супруг ищет себе бастарда. Танашири... что же, главная женщина Орлиного Гнезда всё же была привязана к своей внучке и даже любила её по-своему, вот только никогда этого открыто не показывала, в чём Айрис так отчаянно нуждалась. Терион видел в ней хорошую придворную, свободные уши и, возможно, иногда плечо, на которое он может опереться, но всё же Лерман слабо верила, что он так её ценит, что готов хоть пальцем шевельнуть ради её спасения. Предоставленная сама себе, она и заботилась о себе самостоятельно.

Так что так уверенно заявляя о своей готовности поставить собственную жизнь на кон, девушка лишь выдавала то, что ей было положено и чего от неё ждали.

О том, как долго она находилась в покоях императора, Айрис не могла точно сказать, однако была уверена, что вряд ли провела там больше двух часов. В любом случае, её не было рядом весь праздник, и именно это, судя по всему, и смущало Сайлан больше всего. Вампирша не подозревала, что такого там произошло, и сможет узнать об этом только через слухи, если Ледарре не захочет сама об этом говорить. А прежде чем выпаливать последние новости, будущая императрица явно желала сперва узнать, чем таким занималась её служанка, что не успела на празднество.

«Была на допросе, а после лежала в отключке у себя в комнате. Говорю же, слушаем внимательно!» — про себя взвыла Лерман. Повторять ту же фразу она сочла просто бесполезным. Естественно, она будет держаться за эту версию до последнего, ведь раз уж взялся врать — ври до конца. А лгуньей она была умелой. Наверное, только этот навык и позволил ей так долго оставаться на плаву и сменять хозяек одну за другой, при этом оставаясь при дворе. Если Сайлан не устроил краткий ответ, Айрис готова дать его более развёрнутым, чтобы её госпожа сама провела нить событий.

Его Императорское Величество сначала задавал весьма осторожные вопросы, постепенно подбираясь к интересующим его темам. Поинтересовался насчёт моего обучения, расспросил о магических способностях, беспокоясь о Вашей безопасности. В конце концов, вынес решение, что к Вам будут приставлены несколько опытных воинов для более эффективной защиты. Обосновал это тем, что в столице обстановка сейчас неспокойная. Пролились чернила — я переволновалась и потеряла сознание. Когда очнулась, дворцовый лекарь уже осматривал меня в кресле.

Тот факт, что осмотр проходил не в каком-то там кресле, а прямо в императорской постели, Лерман сочла нужным скрыть любыми правдами и неправдами. Даже то, что допрос проходил не просто в кабинете, а прямо в покоях, она намеренно не подчёркивала лишний раз, хоть и упоминала это раньше; да и была готова пояснить такой выбор места встречи. Пожалуй, её пребывание в чужой постели — основное смущающее обстоятельство, которое вряд ли порадует Сайлан. Если, конечно, не считать того, что император, толком не видя лица своей будущей жены, уже в подробностях успел рассмотреть бельё её личной служанки.

Лекарь сказал, что я просто переработала и недоедала, а потому дал рекомендацию воздержаться сегодня от походов в людные места, чтобы не напугать окружающих, если я снова упаду. Я побоялась приходить в таком состоянии, чтобы у других не возникло ложных суждений о Вашем отношении ко мне. Надеялась успеть хотя бы к концу, но снова потеряла сознание в комнате.

Отчасти это было правдой: в последнее время Айрис, занятая подготовкой к переезду и делами во дворце, иногда забывала поесть и мало отдыхала. По приезду нужно было разложить вещи, подготовить покои Сайлан и свои тоже, а также устроить себе быстрый тур по дворцу, чтобы понимать, где находятся кухня, прачечная, лазарет и другие места, где ей придётся теперь часто бывать. Но до обмороков — по крайней мере, по этой причине — пока не доходило.

Император, видимо чувствуя вину за то, что я лишилась чувств при нём и ударилась головой, позволил задать несколько вопросов и себе в том числе. — Она выдержала небольшую паузу, как бы пытаясь заинтересовать Сайлан. — Вам угодно выслушать, как будет проходить свадебная церемония, моя Госпожа?

Выглядя сейчас такой покорной, Айрис при этом пыталась ненавязчиво вызвать в Сайлан чувство вины. Мол, смотри, пока ты там пировала, я упала в обморок, но при этом, превозмогая страх, голод, усталость и боль, начала для тебя добывать информацию, а ты тут меня обвиняешь. Кто знает, возможно, даже папенькина дочка способна проявить жалость. В Нерине-то она даже на полу ей сидеть запрещала, беспокоясь о её здоровье, разве сейчас не должна проявить господскую милость?

+1

12

Что хотела она услышать от служанки? На этот вопрос затруднялась ответить даже сама Сайлан. Ей нужна была правда. Чистая и не украшенная. А пока всё, что говорила Айрис, царапало разум какой-то неправильностью и чем-то ещё неуловимым. Возможно, Ледарре была не права в своем допросе, и девушка итак говорила её всё как на духу, но всё-таки вампирша в этом сомневалась. В какой-то момент Айли даже пожалела, что она не псионик. Залезть, или хотя бы попытаться это сделать, в голову Лерман было бы полезно в данный момент.
- Какой заботливый Император, - пробурчала себе под нос девушка, слушая всё ту речь, что лилась от служанки.
Одно он могла сказать точно. Поведение девицы в Нерине и сейчас различалось, чем-то не особо уловимым и заметным, но точно отличалось. Не сказать, что и в Доме Вечного Солнца любимица Териона открылась сразу с порога, но там в ней чувствовалась большая откровенность, чем теперь.
- Ах, побоялась, заботясь о том, что подумают обо мне? – Всё тем же тихим голосом задумчиво протянула красноволосая, ещё сильнее сжимая пальцы на подлокотнике. Подступающую ярость с каждой минутой было сдерживать всё труднее, но пока она держалась. – А может ты просто не справляешься с возложенными на тебя обязанностями? Может Терион и мой отец ошиблись, присылая сюда тебя? И твоё место в Гнезде в Нерине, а не в столице?
Отец конечно же рассказал ей биографию Айрис, по крайней мере настолько, насколько сам мог узнать подробности жизни дочери Алана. Поэтому сейчас в гневе Сайлан несильно, но старалась бить в слабые места служанки, пытаясь сломать ту маску покорности.
Истина. Чистая и неприукрашенная. Именно её хотела слышать девушка.
- Мне угодно, - смотря прямо на стоящую девушку, почти прошипела огненная, вновь игнорируя заданный вопрос, - чтобы моя служанка была рядом. Чтобы она исполняла свои обязанности. И, главное, чтобы она исполняла свои обещания, данные мне. Я не собираюсь бегать за тобой по всему дворцу, пока ты решаешь какие-то свои проблемы, о которых не ставишь меня в известность.
В её словах не было ни грана ревности или каких-то предположений по поводу Императора. Ледарре волновало другое. Могла ли служанка строить козни именно против неё или против Императора? Мог ли приезд сюда быть для неё шансом для каких-то планов, что навредят и Дому Голубой Крови, и Дому Вечного Солнца.
-  Ты либо хорошо выполняешь свои обязанности, которые сама выбрала, либо…

0

13

Вот уж не думала Айрис, что так скоро захочет назад в императорские покои. Конечно, если вспомнить начало их с монархом знакомства, а также все те неловкие моменты, которые служанка сейчас так старательно пыталась скрыть от своей госпожи, у неё были причины чувствовать себя там как минимум неловко. Буквально всё в той комнате напоминало о событиях, произошедших там: мокрый от растаявшего льда ковёр служил напоминанием об их шуточном бою, удобные низкие кресла не давали забыть о несколько неловкой трапезе, а помятая постель — о том, кто в ней там успел подремать. Казалось бы, кто захочет возвратиться в логово Владыки после всего этого?

Айрис. Вот, кто хочет. И очень сильно, честно говоря.

Сейчас воздух в комнате, казалось, словно искрился от нарастающей в груди Ледарре ярости. Что-то подсказывало её компаньонке, что наказания от разгневанной госпожи ей точно не избежать, как бы она ни старалась. Для себя же вампирша сделала вывод: врать в дальнейшем, судя по всему, придётся очень часто, чтобы хоть как-то сгладить углы. Ведь даже расскажи она сейчас Сайлан правду — хотя, скорее «особенно если» — та уже раздражена и только и ищет возможности вылить свою злобу, а потому даже такая гладкая, по мнению Айрис, версия её не устраивала. Эта напряжённая обстановка ни шла ни в какое сравнения с той странной, но довольно спокойной атмосферой, царившей в опочивальне Владыки. Особенно той, что витала в воздухе, когда служанке настало пора покинуть его, ведь изначально она была слишком смущена его выходками, чтобы расслабиться. И это, судя по всему, плохо удавалось скрывать, потому что Шейнир раз за разом напоминал ей о случившемся и всячески поддразнивал, будто упиваясь её реакцией. Вот только при этом позволил Айрис отобедать с ним, сидя в удобном кресле и новом платье. Более того, со временем у неё даже появилось желание расспросить его о всяком бреде, невзирая на то, что до встречи с ним она чуть ли его не презирала. Сейчас же она стояла на всё ещё слабых ногах перед его жёнушкой, гадая, как скоро у той лопнет терпение. Неприятная смена обстановочки, скажем так.

«В первую встречу тоже была расслабленная обстановка к концу беседы, а вот как сложилось, — напомнила себе вампирша. — Интересно, Виззарион в гневе такой же?»

За время, проведённое с Сайлан, Лерман отметила её ум и способности. Вот только не учла, что вместе с этим идёт, мягко говоря, непокладистый характер, который может обернуться и против неё тоже. Мысль, что наказание действительно неизбежно, почти не пугала. Скорее заставляла заранее обозлиться на ту, кому предстоит вынести решение. Лерман к наказаниям привыкла, спасибо стараниям папаши, но отнюдь ими не наслаждалась; принимала удары с улыбкой и лживой благодарностью за то, что её учат, а сама мысленно платила той же монетой своим истязателям, мечтая, что когда-нибудь сможет отыграться не только у себя в голове.

Всё ещё внешне такую покорную и испуганную, внутри Айрис пожирало раздражение. На свою слабость — в том числе. Стоять так долго ещё было сложновато, что девушка старательно пыталась маскировать. Наверное, если бы у неё не было возможности отобедать с императором, и впрямь бы свалилась сейчас. Но отношение Сайлан к ней всё-таки бесило больше. Подумай только, ведь у какой-то служанки была возможность поговорить с императором на любые интересующие её темы. И ведь ей правда хотелось! Вампирша хотела расспросить его о мирданской моде, чтобы в красках описать это в письме для матушки, которая явно пожелает себе что-нибудь из столицы в ближайшем будущем. Горела желанием заговорить также и о море, о кораблях, путешествиях — и что-то ей подсказывало, что Шейнир бы с удовольствием поддержал такую беседу. А вместо этого выпытывала у императора тонкости свадебной процессии, да пыталась подогреть его интерес к будущей супруге. И что получила в награду? Претензии и нежелание выслушать то, что Айрис удалось узнать. Уставшая и раздражённая, она на миг даже подумала о том, что стоит предоставить Сайлан возможность разбираться с этим самой и посмотреть, как скоро та заведёт себя в могилу с таким отношением. Но, к сожалению, пришлось вспомнить, что если Ледарре наворотит дел — может получить весь её клан. Клан, к которому Айрис также относилась. И, как и свои собратья, использовала красавицу напротив, как тропу к возвышению Лэно.

«Териону-даре это может не понравиться», — со скрипом напомнила себе вампирша, воображая бездыханное тельце Ледарре. Она не знала, действительно ли глава дома Белой Луны устраивает Сайлан в качестве будущей императрицы, но в любом случае её привычка думать, в первую очередь, о его мнении никуда не делась. Она уже сбилась со счёта, скольким барышням служила, а господин у неё всегда был один — вот и ориентировалась она преимущественно по нему. Конечно, и перед Селениусом она никогда не была до конца честной, и чтобы сложилась нужная ей картина, умалчивала то, что считала нужным и периодически подтасовывала факты. Но она и не была опорой для Териона, так что подобное он просто не замечал.

«Видимо, она из тех, кто, хлебнув власти, будет хотеть молчаливую тень под боком. Что же — пожалуйста», — мысленно фыркнула девушка, когда будущая императрица упомянула Гнездо. Сайлан словно намеренно говорила, что вернёт свою служанку не в дом Селениусов, а в лапы её папаше. И это отнюдь не вызывало в вампирше стыда и желания раскрыть всё, как на духу. Напротив — Айрис была раздражена подобной выходкой, а потому решила, что стоит говорить и того меньше. Если к её голосу глухи, зачем ей распыляться в длиннющих фразах?

Искренне прошу прощения, моя Госпожа. Служанка осознала свою ошибку.

+1

14

На Айрис не действовало ничего: никакие слова, ни скрытые угрозы. Она лишь улыбалась и поддакивала госпоже. И от этого гнев только рос. Сайлан всё сильнее и сильнее раздражала эта улыбчивость и смирение служанки. Было ли дело в обычной усталости или в сложном вечере – сказать было сложно. Одно девушка понимала точно – ей нужна была Айрис в это вечер рядом, а та её подвела. Может быть, какой-то отдаленной частью своего разума вампирша осознавала, что на это могли быть свои важные причины, что Лерман действительно могла узнать в покоях Императора что-то важное, что она сама отпустила ту. Куча причин быть спокойно и рассудительной, но все они рассыпались на осколки против одного аргумента – «Айрис обещала».
Ледарре не была наивной дурой, что верит каждому новому человеку в окружении или первому встречному. Отец с самого детства внушил ей, что доверять можно лишь очень узкому кругу людей. Более того, нахождение в Мирдане накладывало свой отпечаток, усиливая подозрительность и раздражительность невесты. Одной против толпы не устоишь, нужен тот, кто прикроет тебе тыл. Этим человеком должна была стать Айрис, но почему-то именно сейчас даже к ней не хотелось поворачиваться спиной.
Обида, раздражение, усталость, гнев – всё закручивалось в очень взрывоопасный коктейль, который норовил вот-вот выплеснуться из котла.
А девица, что должна быть её правой рукой, лишь стояла смиренно опустив голову и мягко улыбалась. Даже на тираду красноволосой не ответила ничего, кроме уже набившего оскомину «я виновата, я извиняюсь». Только вот почему тогда она не верила ни одному прозвучавшему слову? Будто это лишь заученная речь, не имеющая ничего общего с истинными мыслями Лерман.
Терпеть этот спектакль больше не было ни сил, ни желания. Сайлан резко подскочила на своем месте, хватая со стола стоявший рядом подсвечник. Миг, и витое металлическое произведение искусства улетело на пол, ровно по середине между девушками. 
- Пошла вон…, - глухой шипящий рык, сопровождающийся сладковатым запахом потухших от резкого движения свечей.
От грохота металла по полу и неожиданности Айрис резко вздрогнула. После чего рвано кивнула и молча, опустив голову, попятилась к двери. Разве что в этот раз двигалась девушка куда быстрее обычного, чуть не споткнувшись о собственное платье.
Стоило двери закрыться за служанкой, в комнате невесты Императора раздался ещё один громкий звук падения. В этот раз со стола слетела металлическая ваза с фруктами, вместе со всем содержимым. Накидка, утреннее платье, пара книг - все они тоже дополнили композицию на полу комнаты. Лишь после этого Сайлан устало вновь опустилась в кресло и закрыла глаза, пытаясь успокоиться.

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [03.12.1082] Inde ira