Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17 (18+)

Марш мертвецов

В игре сентябрь — ноябрь 1082 год


«Великая Стужа»

Поставки крови увеличились, но ситуация на Севере по-прежнему непредсказуемая из-за подступающих холодов с Великой Стужей, укоренившегося в Хериане законного наследника империи и противников императора внутри государства. Пока Лэно пытаются за счёт вхождения в семью императора получить больше власти и привилегий, Старейшины ищут способы избавиться от Шейнира или вновь превратить его в послушную марионетку, а Иль Хресс — посадить на трон Севера единственного сына, единокровного брата императора и законного Владыку империи.



«Зовущие бурю»

Правление князя-узурпатора подошло к концу. Династия Мэтерленсов свергнута; регалии возвращены роду Ланкре. Орден крови одержал победу в тридцатилетней войне за справедливость и освободил народ Фалмарила от гнёта жесткого монарха. Древо Комавита оправляется от влияния скверны, поддерживая в ламарах их магию, но его силы всё ещё по-прежнему недостаточно, чтобы земля вновь приносила сытный и большой урожай. Княжество раздроблено изнутри. Из Гиллара, подобно чуме, лезут твари, отравленные старым Источником Вита, а вместе с ними – неизвестная лекарям болезнь.



«Цветок алого лотоса»

Изменились времена, когда драконы довольствовались малым — ныне некоторые из них отделились от мирных жителей Драак-Тала и под предводительством храброго лидера, считающего, что весь мир должен принадлежать драконам, они направились на свою родину — остров драконов, ныне называемый Краем света, чтобы там возродить свой мир и освободить его от захватчиков-алиферов, решивших, что остров Драконов принадлежит Поднебесной.



«Последнее королевство»

Спустя триста лет в Зенвул возвращаются птицы и животные. Сквозь ковёр из пепла пробиваются цветы и трава. Ульвийский народ, изгнанный с родных земель проклятием некромантов, держит путь домой, чтобы вернуть себе то, что принадлежит им по праву — возродить свой народ и возвеличить Зенвул.



«Эра королей»

Более четырёхсот лет назад, когда эльфийские рода были разрозненными и ради их объединении шли войны за власть, на поле сражения схлестнулись два рода — ди'Кёлей и Аерлингов. Проигравший второй род годами терял представителей. Предпоследнего мужчину Аерлингов повесили несколько лет назад, окрестив клятвопреступником. Его сын ныне служит эльфийской принцессе, словно верный пёс, а глава рода — последняя эльфийка из рода Аерлингов, возглавляя Гильдию Мистиков, — плетёт козни, чтобы спасти пра-правнука от виселицы и посадить его на трон Гвиндерила.



«Тьма прежних времён»

Четыре города из девяти пали, четыре Ключа использованы. Культ почти собрал все Ключи, которые откроют им Врата, ведущие к Безымянному. За жаждой большей силы и власти скрываются мотивы куда чернее и опаснее, чем желание захватить Альянс и изменить его.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Тсян Си Алау Джошуа Белгос
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Чеслав

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [28.06.1082] Есть два стула


[28.06.1082] Есть два стула

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

https://i.imgur.com/QV9JR7R.jpg

Связанный эпизод
[28.06.1082] Ты просишь о помощи, но делаешь это без уважения

Место действия
Северные земли, г. Хериан, дворец императрицы

Герои
Авель, Эцио, Саур, Глациалис

Братья приводят Саур в ледяной дворец своей матери. Принять условия Солнечной богини - это проклятие для Хериана и потеря власти их императрицы или же хороший шанс отомстить клану Камэль за испорченные жизни отринутого клана?

+2

2

На обратном пути Авель уступил своего грес’харра богине. Воспитание не позволяло ему ехать с женщиной в одном седле: как ни представь, всякое положение двоих всадников было слишком вызывающим для бастарда. Саур не была ему ни сестрой, ни женой, а потому Арратс поступил так, как предписывал этикет - уважительно отстранился, не желая создавать неудобств, и поводов для пересуд. Огнеликая должна была вьехать в город со всем достоинством, и Авель всецело об этом позаботился. Сам он мог расправить крылья, и проделал на них всю обратную дорогу, следя с высоты за спокойствием окрестностей и поведением брата - тому вполне могло хватить дурости на очередную глупость. Все, однако, прошло благополучно.
   По возвращении в Хериан, Авель велел доложить Глациалис о своем возвращении и желании говорить с ней, как только у нее к тому возникнет готовность. А еще просил предупредить, что кроме него и Эцио с ними будет гость. Это должно было упредить привычку матери проводить аудиенции в спальне в полуодетом виде. Во всяком случае Ворон на это понадеялся. А до этого им самим требовалось немного времени, чтобы привести себя в порядок с дороги. Увы, с порога определить для Саур комнаты Авель не мог - он не был в ледяном дворце хозяином, а потому предложил гостье временно расположиться в кабинете собственных покоев, в которых проживал вместе с Элен. Разлука с женой не была долгой, но даже сдерживаемый этикетом и необходимостью благоустроить гостью, он торопился увидеть Элен, убедится, что за минувшие часы с ней ничего не случилось. Обнять, взять за теплую руку, и вновь не отходить, пока долг не заставит отлучится.
   И долг не заставил себя долго ждать - Глациалис призвала их к беседе. Авель явился на нее в парадно черных одеждах с серебряным кантом, чем подчеркивал официальность предстоящего разговора, который должен был перевернуть судьбу Виан и возможно всей империи в грядущем.
   - Леди Иль Хресс, - заговорил бастард, - позволь представить тебе Саур - богиню Солнце, которую мы освободили из заточения твоей милостью. Огнеликая, перед тобой леди Иль Хресс, глава клана Виан и правительница Хериана.
   На этом Авель примолк, давая возможность двум женщинам оценить друг друга, обменяться взглядами, как двум хищницам, чьи территории вдруг пересеклись. Несомненно обе они стоили друг друга и в гордыне, и в амбициях, и в обидах. Ворон надеялся, что именно последнее поможет им найти возможность к сотрудничеству, ибо все прочие качества лишь оттолкнут их друг от друга.

+1

3

- А что так? – подтрунивал Эцио на обратной дороге, когда его дражайший братец решил не ехать верхом в обществе своей прекрасной богини. – Об жену не почесаться, а тут соблазн больно велик, не удержаться?
О том, что Огнеликая на него злится, вампир тоже не забыл, и, глянув на неё через плечо, тоже не смолчал:
- Слишком прекрасна и горяча для простого полукровки.
Смолчать в присутствии брата, что обернулся вороном, Эцио никак не мог, но всё же порадовался, что в Хериан они въедут порознь, а не верхом на одном грес’харре. Шутки шутками, а перед вратами города – метров за десять до них – Эцио сам бы сбросил брата мордой в сугроб, чтобы никто кроме него не шутил про объятия мужчины и вкусы бастарда Эльдара на спутников крепкого седалища.
Общество жрицы нравилось ему намного меньше, чем компания собственной матери, и чуть больше, чем её любовника-человека или кем там был её последний лизоблюд из рабов. Эцио подумал, что давно не видел его в Хериане, и сослался бы на то, что Иль Хресс разошлась в гневе и всё же убила любимую игрушку, но, помня о том, что Глациалис сохранила жизнь двух своим сыновьям, полагал, что любовник при первой возможности сбежал их царства женщин, готовых размахивать херами отдельно от тел их обладателей. Он бы сам сбежал, что и сделал несколько лет назад. Но слухи про сбежавшего из столицы брата вместе с дочерью покойного императора больно уж звучали сладко, чтобы их пропустить и не явиться воочию посмотреть, чем ныне живёт самый желанный в Мирдане клятвопреступник.

Эцио догадывался, что общество странной богини не понравится его матери. Уж больно они похожи характерами, чтобы сойтись. Будущую встречу двух занос для задницы он ждал в своей комнате, распивая кровь. Эта пленница знатно его пощипала. Жажда крови сказывалась, и Эцио утолял ещё с жадностью, какую мог себе позволить на правах бастарда Правительницы. Он не приводил себя в порядок с дороги. Лишь снял с себя одежду, которая защищала его от солнечных лучей за пределами дворца. Здесь, в обители Холодной, она ему не нужна.
Его мать в привычной ей манере ожидала гостью в тронном зале, устроившись на троне в ленивой позе, закинув ногу на ногу, чтобы легкий шелк платья струился по бледной коже, открывая её в тех местах, где выгодно показать себя. Чего он не ждал, так это того, что его брат явится при полном параде.
Эцио окинул взглядом брата, приподнял бровь и, задумчиво почесав щетину на скуле, бросил взгляд на мать через плечо.
- Эльдар тоже таким был?
Вид Авеля оставил неизгладимое впечатление. Эцио откровенно не понимал, почему его братец так возится с этой пленницей из усыпальницы. Даже если она хороший маг огня, это совершенно ничего не значит. В его понимании она нисколько не тянула на богиню, а если ею и была, то уж точно не стоила того, чтобы перед ней ползали червями и наряжались, словно на церемонию соединения уз крови.
- Одной жены уже недостаточно, братец?
Его слова прервала Саур, когда, вскинув руку, вновь напомнила о себе жжение ладони. Эцио это лишь позабавило. Больше власти на него имела лишь мать, и её вмешательства хватило, чтобы прикусить язык и послушать, не отсыпая мешки колкостей и шуток на грани приемлемого.
- За освобождение из гробницы ты обещала мне силу и помощь, - напомнила Иль Хресс. В своём ледяном дворце она чувствовала себя хозяйкой. Даже нападение в тронном зале с куском обсидиана в брюхе нисколько не помешало ей возвыситься над всеми, кто делил с ней одну комнату. Даже если перед ней была сама отвергнутая жена Бэлатора, то это ничего не меняло. – Жрицы не держат своё слово?
Саур усмехнулась.
- Такая же наглая смертная, как та воровка, - она наклонила голову к плечу, рассматривая Глациалис, и словно примеряясь к ней. Жрица не торопилась с ответом, взвешивая своё решение и каждое сказанное слово. В отличие от Авеля его мать не пыталась любезничать или угодить. Её горячий нрав Саур оценила ещё в гробнице, когда та пожаловала со своим любовником осквернить её темницу похотью, а в итоге ушла ни с чем. – Ты желала наследницу… От кого? – она скользнула взглядом по Авелю, а следом – по Эцио, словно пыталась понять, кого из этих мужчин Иль Хресс пожелала себе в постель.
- Ты опоздала, - равнодушно откликнулась Глациалис. – Наследницу мне даровала Луна. Сама того не желая.
Упоминание Луны разозлило Саур, и всего на мгновение языки пламени вокруг неё вспыхнули, но быстро погасли, вновь возвращая ей самообладание.
- Этот полукровка пожелал растопить снега Хериана в обмен на моё покровительство.
- Вот как, - взгляд Иль Хресс скользнул к сыну. – И как же вы намерены это сделать?
- Восславь меня, - просто и легко заявила Саур, словно само её предложение – это дар.
Глациалис смотрела на неё молча всего несколько мгновений перед тем, как рассмеялась.
- Восславить? Тебя? – на её губах появилась улыбка. Иль Хресс встала с трона, медленно спустилась по лестнице, позволяя бедру с каждым шагом показываться в длинном разрезе платья. Она без страха подошла к Саур, и хотя ростом казалась существенно ниже Жрицы, возвышалась над ней. – И что такого ты мне дашь, чтобы я восславила тебя?.. Мои сыновья вырезали ради тебя культ.. освободили тебя из заточения... притащили сюда как гостью, а не пленницу. И ты всё ещё считаешь, что я должна что-то?.. Докажи, что можешь быть полезной и умеешь платить по долгам… иначе я верну тебя туда, откуда тебя вытащили.

[nick]Эцио Вардререн[/nick][status]тот ещё ублюдок[/status][icon]https://i.imgur.com/QfHb5Vk.png[/icon][sign]– В первый же день, когда ты произнесешь что-либо без сарказма, Костоправ, я лягу и помру на месте, – пообещал Ильмо.
– Сарказм не дает мне свихнуться, приятель.
– А это спорный вопрос, Костоправ. Спорный. ©
[/sign]

+2

4

На едкие замечания Эцио Авель отвечать не стал. Здесь, в приемном зале, они были не одни, и опускаться до трактирных разговоров Ворон настроен уже не был. Сейчас перед ним стояла задача поважнее и посложнее братского ассо, следовало отыскать компромисс для двух женщин, ни одна из которых никогда не захочет уступить другой. И бастарду тут требовались все его дипломатические способности, какое он только успел наработать в тайной канцелярии.
   После представления друг другу, две гордячки тут же сошлись в желании показать одна другой, кто главнее, точно две собаки на одной дороге, и по ощущениям Авеля силы у обеих сейчас были равными, и касалось это не только и нисколько магического потенциала. Ворон выждал, пока обе женщины обменяются первыми пробными ударами превосходства, после чего заговорил:
   - Вы обе сидите в гробнице, из которой мечтаете вырваться. И обе не имеете того, чего хотели бы - настоящей власти и настоящей силы. Пока вы примериваетесь здесь к глоткам друг друга, желая продемонстрировать превосходство, клан Камэль правит под знаком Луны. И если Саур вернется в гробницу, то вы, леди Иль Хресс останетесь в своей, в таком же вечном заточении до конца своих дней.
   Авель выше поднял голову, выдерживая взгляд обеих гневливых женщин. Сейчас они вполне могли объединиться, чтобы разорвать его за дерзость, но врагом их был не он, и именно это Ворон хотел донести до них.
   - Я привел Саур не для того, что бы вы доказывали друг другу собственную пользу и бесполезность другого. Это изначально невозможно и непродуктивно. Бессмысленно сейчас выяснять, кто кому что должен. Я взялся уничтожить Культ потому что он угрожал мне, моей жене и моему ребенку! Только и потому. Со всем уважением леди Иль Хресс, но вы не можете это ставить в долг перед Саур. У вас обеих есть общий недруг, которого можно низвергнуть с небес власти лишь совместным усилием. Саур может даровать милосердие Сонца, и чем больше будет расти ее сила, тем щедрее будет этот дар. Никто не может требовать с одного зерна мгновенного урожая, любое зерно должно вырасти и вызреть, и это труд и терпение. Да, это не мгновенные плоды, но сильных союзников у вас больше нет, а значит единственно верно - взрастить настоящую силу друг в друге. Или я не прав?

+2

5

Иль Хресс перевела взгляд на сына. Авель вмешался в их разговор, не позволив Саур вновь вставить слово и ответить на дерзкие угрозы Глациалис. Его выслушали, не перебивая. Только Эцио сделал шаг назад, словно опасался, что сейчас, едва голос брата стихнет, как его тело сожгут до угольков, а он не хотел запачкать куртку. Иль Хресс не причинит вреда своему любимчику – в этом вампир не сомневался. Саур пока тоже не вредила ему – и уже это напрягло Эцио. Что эти две опасные и сумасбродные женщины нашли в нём?
Глациалис хмыкнула, развернулась, не страшась показывать спину спасённой богине – что толку от неё без божественных сил? – и вернулась на трон. Закинув ногу на ногу, она подперла щёку рукой, смотря на сына и на спасённую пленницу гробницы. В чём-то Авель был прав, но Саур, как и многие фанатики или безумцы, говорила туманно, ничего не обещая взамен и даже не поясняя, что именно должно измениться.
- Одними молитвами и жертвами ничего не изменить, - холодно заметила Иль Хресс. – Сила Феюрэ слабла с каждым годом моего правления, - она не боялась говорить об этом, зная, что в её дворце наверняка остались вианцы, преданные Кровавой. – Однако твоя сила не преумножилась. Тебе не хватило сил выбраться из заточения без нашей помощи.
- Я разрушу печати, наложенные на мой храм, и моя сила приумножится, - Саур горделиво расправила плечи.
- Храм? – бровь Иль Хресс приподнялась. Заявление Саур удивило её и вызвало сомнения. Она не помнила, чтобы в Хериане когда-либо существовали другие храмы. Тем более храм Солнца.
- А, по-твоему, зачем воровка так стерегла Ледник? – язвительно заметила Жрица. Её голос напоминал недовольное кошачье шипение. – Мой Храм заточён во льдах. Эта воровка наложила на него сдерживающие печати, и всё потонуло во льдах.
- И как же ты намерена их снять?
- О… это очень просто. Мне всего лишь нужна кровь потомка этой воровки.
- Всего лишь, - бесцветным тоном заметила Глациалис. – Никто не знает, где семья Феюрэ и была ли она у неё вообще. Как ты намерена отыскать то, что не имеет следа?
Эта задача казалась Иль Хресс более безумной и невыполнимой, чем уничтожение культа.
[nick]Эцио Вардререн[/nick][status]тот ещё ублюдок[/status][icon]https://i.imgur.com/QfHb5Vk.png[/icon][sign]– В первый же день, когда ты произнесешь что-либо без сарказма, Костоправ, я лягу и помру на месте, – пообещал Ильмо.
– Сарказм не дает мне свихнуться, приятель.
– А это спорный вопрос, Костоправ. Спорный. ©
[/sign]

+2

6

Спокойствие, с каким обе женщины выслушали его, удивило и самого Авеля. Он ожидал встретить волну возмущения от матери, которой был готов противостоять, как штормовым волнам, но Глациалис его услышала. Услышала и была готова слушать дальше. Это немного сбило Ворона с толку: возможно он слишком привык смотреть на нее глазами других, а меж тем, несмотря на горделивое упрямство, Иль Хресс не была глупа. Авель не обольщался, что правительница Хериана когда-либо станет делать все, как скажет ей он - даже если он прав, подобное сильно подорвет ее авторитет в клане, но сейчас речь шла об общем благе для Виан.
  Он проводил мать взглядом до трона, молча выслушав ее справедливые сомнения, в которых, однако больше не слышалось надменности и вызова. Иль Хресс была готова вести переговоры, а значит самый сложный этап этого разговора был позади.
   - Не все жрицы Кровавой богини были убиты, - вновь подал голос Авель, немного пожалев, что никого не стал брать в плен в ледяном ущелье. - Нужно разыскать сбежавших, и допросить их. А также вернуться в храм, быть может там найдутся летописи. Или среди записей дворца.
   Отсутствие каких-либо видимых следов не обезоружило Ворона. Бывший агент тайной канцелярии был готов приложить свой опыт даже к невозможному, если это действительно приблизит их к цели. Пусть всего минуту назад он понятия не имел о существовании храма солнца подо льдами, но уже сейчас был готов действовать. Его дитя скоро должно было родится, и Авель желал сделать земли Хериана самым безопасным местом в мире для него и Элен. Пусть для этого придется перевернуть весь многовековой уклад Виан. 
   - Должна же она была произвести на свет хотя бы одну дочь.

+3

7

Взгляд Иль Хресс скользнул от гостьи к Авелю. Он так отстаивал положение пленницы из гробницы, что вампирша удивлялась его порывам. Златовласая женщина ничего не обещала взамен. Ничего существенного. Но он пытался ухватиться за любую мелочь, только бы изменить холодный край абсолютного севера. Он играл в настолько опасную игру, что угроза вторжения из столицы казалась детским лепетом на фоне чего-то более опасного.
- Прежде чем говорить о воздаянии и храмах, - медленно начала Иль Хресс, - найдите эту самую родственницу.
Она не отказывалась от идеи возродить культ Саур, но сразу оговорила условия, которые обязаны соблюсти. Другого варианта снять печати обозлённая богиня не предлагала, а раз так… то пока нет никакого смысла что-либо менять. Глациалис прекрасно понимала, что даже уничтожение Культа Феюрэ, - это опасная затея. Жрицы из культа уже показали свой норов, когда попытались убить её в собственном дворце, но у неё не было никаких доказательств, чтобы обличить их. Тихое убийство могли приписать как самой Иль Хресс в отмщение за нападение, так и кому-то другому. Но до этого дня Глациалис не планировала открытого конфликта и войны с культом, не зная, насколько глубоко расползлась паутина Кровавой в её землях. Нужно действовать осторожно, вырывая корень целиком. И пока что она не видела смысла в риске.
- На время поисков ты можешь остаться в моём дворце как гостья, - снисходительно улыбнулась вампирша, обращаясь к Саур, и оголила в улыбке длинные клыки. – Но не жди от меня особого отношения.
«Пока мы с тобой даже не равны».
Мечта посадить сына на трон Севера и отомстить Старейшинам и Советникам всё ещё крепла в Глациалис, но для этого нужны силы, которых она не имела. Сначала она наведёт порядок в Хериане, а потом возьмётся за других, раз её дорогой сын наконец отрастил хребет.

+2

8

- Благодарю вас, леди Иль Хресс, - произнес Авель, склоняя перед матерью голову, и учтиво прикладывая ладонь к сердцу.
   У гостьи едва ли достанет смирения поблагодарить за гостеприимство, тем более преподнесенное так нарочито свысока. Однако Ворон все равно считал это победой и шагом вперед: Саур оставалась во дворце, и им было позволено работать над возрождением храма Солнца. Пусть в эту планиду сейчас верил только он один, и то в большей степени умом, чем сердцем, но она развязывала ему руки. Под поиски наследника или информации о нем Авель уже планировал создать новую тайную канцелярию, над которой был бы властен сам. А то, что заниматься она станет не только этим делом и поиском приспешников Кровавого культа, но и общим собиранием информации о положении Клана Виан озвучивать было не обязательно.
   - Могу я просить отдать мне в служение Эцио? - спросил Ворон, спиной чувствуя, как напрягся рядом говорливый брат. - Поиски могут стать масштабными.
   С одной стороны Эцио мог стать огромной головной болью и занозой в заднице, с другой стороны он не был лишен умений, которые могли пригодится в борьбе за власть и ее укреплении, нужно было лишь приручить его. И Авелю казалось, что он может сделать это: в конце концов Эцио все еще околачивался при дворе и исполнял чужие приказы - не сбежал на другой конец материка, хотя мог; искал служения, а значит и искал приложения себя. Нужно было только нащупать то, что он посчитает достойной наградой для себя, и тем купить его верность.

+3

9

Эцио вопросительно вскинул бровь. Его? В служении?
- А хрена китовьего не желаешь?
Вампир ни в присутствии матери и ни Саур не стеснялся выказывать своё отношение. Мать достаточно выделяла своего первенца, ставя его на первое место во всём, чтобы Вардререн смирился с ролью подчинённого. Он и так уже сделал добрую часть работы старшего братца, подгребая за ним разбросанное по Хериану дерьмо, чтобы верно служить ему дальше. Он принёс голову главной жрицы, помог откопать дух и кости Солнца в усыпальнице, а теперь должен помогать брату подтирать зад? Эцио не видел ни одной причины согласиться на эту просьбу.
- Как тебе будет угодно, - рассудила Иль Хресс, даже не подняв зада с трона, а лишь лениво повела плечом. Судьба младшего сына никогда её не интересовала, и этот случай не стал исключением.
- Я не твой пёс, - напомнил Эцио, бросив взгляд на мать. – И не мальчик на побегушках для изнеженного столичного кота.
Но Глациалис и глазом не повела, словно не слышала недовольства в голосе сына.
Это настолько разозлило Эцио, что он хотел пустить в ход стать, только чтобы она повернула голову в его сторону и открыла свой рот. Он сжал руку в кулак до хруста кожаной перчатки, а затем показательно вышел из тронного зала.
- Какой вспыльчивый, - саркастично заметила Саур, рассматривая ногти на правой руке.
[sign]– В первый же день, когда ты произнесешь что-либо без сарказма, Костоправ, я лягу и помру на месте, – пообещал Ильмо.
– Сарказм не дает мне свихнуться, приятель.
– А это спорный вопрос, Костоправ. Спорный. ©
[/sign][nick]Эцио Вардререн[/nick][status]тот ещё ублюдок[/status][icon]https://i.imgur.com/QfHb5Vk.png[/icon]

+3


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [28.06.1082] Есть два стула