Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17 (18+)

Марш мертвецов

В игре сентябрь — ноябрь 1082 год


«Великая Стужа»

Поставки крови увеличились, но ситуация на Севере по-прежнему непредсказуемая из-за подступающих холодов с Великой Стужей, укоренившегося в Хериане законного наследника империи и противников императора внутри государства. Пока Лэно пытаются за счёт вхождения в семью императора получить больше власти и привилегий, Старейшины ищут способы избавиться от Шейнира или вновь превратить его в послушную марионетку, а Иль Хресс — посадить на трон Севера единственного сына, единокровного брата императора и законного Владыку империи.



«Зовущие бурю»

Правление князя-узурпатора подошло к концу. Династия Мэтерленсов свергнута; регалии возвращены роду Ланкре. Орден крови одержал победу в тридцатилетней войне за справедливость и освободил народ Фалмарила от гнёта жесткого монарха. Древо Комавита оправляется от влияния скверны, поддерживая в ламарах их магию, но его силы всё ещё по-прежнему недостаточно, чтобы земля вновь приносила сытный и большой урожай. Княжество раздроблено изнутри. Из Гиллара, подобно чуме, лезут твари, отравленные старым Источником Вита, а вместе с ними – неизвестная лекарям болезнь.



«Цветок алого лотоса»

Изменились времена, когда драконы довольствовались малым — ныне некоторые из них отделились от мирных жителей Драак-Тала и под предводительством храброго лидера, считающего, что весь мир должен принадлежать драконам, они направились на свою родину — остров драконов, ныне называемый Краем света, чтобы там возродить свой мир и освободить его от захватчиков-алиферов, решивших, что остров Драконов принадлежит Поднебесной.



«Последнее королевство»

Спустя триста лет в Зенвул возвращаются птицы и животные. Сквозь ковёр из пепла пробиваются цветы и трава. Ульвийский народ, изгнанный с родных земель проклятием некромантов, держит путь домой, чтобы вернуть себе то, что принадлежит им по праву — возродить свой народ и возвеличить Зенвул.



«Эра королей»

Более четырёхсот лет назад, когда эльфийские рода были разрозненными и ради их объединении шли войны за власть, на поле сражения схлестнулись два рода — ди'Кёлей и Аерлингов. Проигравший второй род годами терял представителей. Предпоследнего мужчину Аерлингов повесили несколько лет назад, окрестив клятвопреступником. Его сын ныне служит эльфийской принцессе, словно верный пёс, а глава рода — последняя эльфийка из рода Аерлингов, возглавляя Гильдию Мистиков, — плетёт козни, чтобы спасти пра-правнука от виселицы и посадить его на трон Гвиндерила.



«Тьма прежних времён»

Четыре города из девяти пали, четыре Ключа использованы. Культ почти собрал все Ключи, которые откроют им Врата, ведущие к Безымянному. За жаждой большей силы и власти скрываются мотивы куда чернее и опаснее, чем желание захватить Альянс и изменить его.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Тсян Си Алау Джошуа Белгос
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Чеслав

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [20.12.1082] Скованный трон


[20.12.1082] Скованный трон

Сообщений 1 страница 30 из 37

1

https://i.imgur.com/w1Svqlq.jpg
- Локация
Северные земли, г. Мирдан, дворец, Храм Луны
- Действующие лица
Шейнир дель Виззарион
Сайлан Ледарре
многочисленные гости двора
- Описание
предыдущий эпизод - [03.12.1082] Охота на лисицу
День свадьбы императора Севера и официальное восхождение на трон женщины из клана Лэно.

+1

2

Императрица-мать почила задолго до того, как молодой император впервые женился, и некоторые традиции с каждым новым браком Виззариона не соблюдались по разным причинам. Его мать не могла омыть невесту перед свадьбой. Он не брал в жёны собственную сестру. А теперь в его семью входила вампирша другого клана, словно Шейнир при любой возможности танцевал на костях своих предков, поправ всевозможные традиции. С приездом в Мирдан бабушки императора, одну из традиций могли бы возобновить, и, что удивило, пожалуй, многих, традиция с омовением оставили, но… изменили.
Кто-то болтал, что это сам император, издеваясь над наложницами, намеренно приказал Ясемин взять на себя обязательства по приготовлению к обряду – к омовению в том числе, - чтобы напомнить джарие о её месте в династии императора, и это наказание за её тёплый приём невесты из другого клана. Кто-то, что это вынужденная мера, потому как Ширайя всё ещё считалась безумной в силу возраста и многих событий на её веку, и от неё скорее ждали чего угодно иного, но не соблюдения традиций. Мол бабка даже здесь отказалась что-либо делать, потому что её внук не соблюдал традиций род, а она же была их ярой сторонницей. Но мало кто знал правду – Ясемин вызвалась сама.
Будучи хозяйкой в гареме ещё при жизни прошлой императрицы, она сама занималась подготовкой к празднику, а потому, когда купальня была готова по её приказанию, она уже ждала невесту императора в день её свадьбы. Они были только вдвоём в огромной купальне, наполненной успокаивающими ароматами масел. Для своего же удобства, чтобы ничего не мешало, Ясемин лишь обмотала тело полотенцем, зная, что всё равно намокнет, пока будет омывать Сайлан перед торжеством.
Здесь же будущую императрицу ждали разнообразные яства – сладости и фрукты, в том числе вино.
[nick]Ясемин[/nick][status]негласная императрица[/status][icon]https://i.imgur.com/BgloDLv.png[/icon][sign]Чем старше мы становимся, тем меньше в нас невинности.[/sign]

+3

3

Нравилась ли ей эта традиция? Нет. Была ли она рада сейчас оказаться в купальне с джарие? Тоже нет. Вот только причиной её нерадости была не сама Ясемин, а ситуация в целом. Традиция омовения была одной из немногих, что совпадала во всех кланах. И Сайлан прекрасно о ней знала, вот только не было у Шейнира матери, которая могла бы принять её в семью. Да, была бабка, но не ей предстояло соблюсти эту традицию. Да, подготовить невесту к церемонии должна была мать, мать наследника.
Сайлан не знала, чьё именно это было решение и не особо верила слухам в гареме, но считала этот выбор в какой-то степени издевательством над наложницей. Ей было жалко девушку, по-женски жалко. Мало того, что в супруги к любимому человеку (а в том, что Ясемин испытывает чувства к Императору, Айли не сомневалась) идёт женщина из другого клана, так ещё и джарие должна радушно принять её, исполняя роль матери жениха. Какой бы сильной или внешне холодной не была Ясемин, Ледарре была уверена, что внутри девушки просто водоворот эмоций и чувств. На её месте вампирша бы давно уже что-нибудь сожгла, но не зря воду считают более спокойной, нежели огонь, стихией.
Первая их встреча вышла не самой приятной местами, но за прошедшие недели девушки смогли наладить если не теплые чувства друг к другу, то хотя бы спокойный нейтралитет. Глаза никто никому не выцарапывал да битое стекло в еду не сыпал. Оставалось надеяться, что и дальше их взаимоотношения останутся спокойными.
А ещё Сайлан волновалась. И не только из-за предстоящего омовения, но и вообще. Сегодня был самый счастливый день в её жизни. Ведь так принято говорить девушкам в день свадьбы? Правда это работает, только если брак по любви, а не по политике. Кроме того, волнения добавляли знания о прошлом разе и том, что случилось в день свадьбы Шейнира и Меридит. Оставалось лишь молиться Селест, чтобы уберегла свою «дочь» и её мужа и чтобы сегодня ничего подобного не случилось. Вряд и жители города особо рады тому, что сегодня на трон взойдет Лэно.
Глубоко вздохнув, будто перед прыжком в воду, Сайлан без стука толкнула дверь в купальню, разом погружаясь в мир теплых влажных ароматов в воздухе.
- Ясемин-даре, - сдержанный, но вежливый кивок девушке, что явно уже ждала её. В отличие от наложницы Айли пока была в длинном до пола шелковом халате цвета первой зелени, правда без украшений и обруча на голове. В одном полотенце по коридорам дворца не походишь, поэтому и минимум одежды на девушке всё-таки был. Правда само свадебное платье, украшения и шпильки для прически она оставила в своих покоях, планируя собираться в храм всё-таки там. Помочь себе одеться она позволяла только Айрис, как и сделать прическу, пусть даже отношения у них оставались холодными и натянутыми.

+3

4

Ясемин слышала, как шептались служанки, когда она шла в купальню. Одна из них, не видя джарие, отшучивалась, мол, такая честь для императорской невесты выпала неслучайно и как бы ни обернулась для неё утоплением в купальне от рук самой матери наследника. Ревность – страшное чувство; она толкает на ужасающие поступки тех, кто, казалось бы, был добрым сердцем. Так ревность, по слухам, когда-то толкнула Мередит отравить беременную любимицу императора, но из-за любви Виззариона к ней нашли другую виновную, только бы защитить голову императрицы от казни. Всё это было правдой лишь отчасти. Что было истиной – Ясемин отлично знала, а потому никогда не доверяла болтающим языкам. Правды в них лишь толика.
Наложница действительно любила императора – искренне, всем сердцем, и потому не ждала от него ничего взамен. Он уже наградил её многим, когда она не рассчитывала получить ничего кроме разделенной однажды постели. Рождение наследника и симпатия императора накладывали на неё определённые обязательства, и Ясемин боялась не оправдать его доверие. Поэтому, ступая в купальню, где она должна была собственными руками омыть тело будущей жены Шейнира, она боялась не самой Сайлан, а того, что император пожалеет о своём выборе. Пожалеет о ней.
Пока император покровительствовал ей, она могла ходить по дворцу, склоняя голову лишь перед безумной бабкой, ведь даже он позволял ей не кланяться в своём присутствии. Что же касалось его невесты… Ясемин всё ещё не знала, как правильно вести себя в её присутствии, поэтому держалась в меру уважительно, как если бы они были равными друг другу по статусу, но всё же не сёстрами. Когда же Сайлан войдёт во дворец императрицей, всё может измениться, и наложница это прекрасно понимала.
- Сожалею, что императрица-мать Мирра не дожила до дня свадьбы Его Величества, - она мягко улыбнулась. – Но я постараюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы этот день прошёл с достоинством императорской четы.
Служанки закрыли двери с другой стороны, отрезав двух женщин императора от внешнего мира. Накидка Ясемин лежала на мраморной скамье подальше от воды – там же другие складывали вещи перед купанием, чтобы после облачиться в чистое. В пользование двух женщин отдали по сорочке и накидке-халату, которых было достаточно, чтобы выйти из купален, дойти до их комнат и там уже привести себя в подобающий празднику вид.
Приглашающим жестом она указала на каменную скамейку, специально застеленную полотенцем - хотя даже так камень успел нагреться за то время, что готовили купальню, - взяла в руки золотую чашу и наполнила её горячей водой. Мочало и мыло лежали поблизости, чтобы Ясемин было удобно до них дотянуться.
[nick]Ясемин[/nick][status]негласная императрица[/status][icon]https://i.imgur.com/BgloDLv.png[/icon][sign]Чем старше мы становимся, тем меньше в нас невинности.[/sign]

+2

5

Ясемин выглядела спокойной и явно готовой к церемонии, а вот Айли неожиданно для самой себя пасовала. Когда сзади захлопнулась дверь, будто крышка мышеловки, вампирша внутренне вздрогнула. Назад пути не было. И она почти слышала, как там, в комнате, за этим дверьми служанки шушукаются, обсуждая происходящее. Она живо представляла, как те перемываю кости обеим девушкам в купальне.
В самом же помещении было тепло и…приятно. Легкий аромат масел, пар, что тут же обволакивал и расслаблял, да и куча других мелочей, что показывали, что её тут ждали.
- Я могу лишь надеяться, что она одобрила бы решение сына, - с легкой улыбкой ответила девушка, не двигаясь с места.
Сейчас ей стоило снять халат и подойти к лавке, на которой уже было всё готово. Всего лишь скинуть с себя тонкую ткань, что мало чего уже скрывала, с каждой секундой всё больше прилипая к горячей и влажной коже. Освободиться от оков одежды и, гордо подняв голову, позволить Ясемин произвести омовение. Вот только Сайлан не была из тех, кто легко расстается с одеждой на глазах других. Ситуация с бабкой была исключением. Там Сайлан действовала на эмоциях, злость позволяла не чувствовать стыда и смущения. Сейчас же было всё по-другому, и обнажиться перед джарие казалось ей чем-то неправильным.
- Ясемин-даре, может лучше я… - оборвав себя на полуслове девушка посмотрела на наложницу, слишком уж нерешительно звучал её голос. Не дай Селест, та ещё подумает, что невеста её боится.
Не должен был Император позволять своей любимице исполнить роль принимающей. Это было неправильно. Она мать наследника, любовница Императора. Омовение будущей жены – это будто плевок ей в лицо.  По крайне мере, для Сайлан это выглядело бы именно так, будь она сейчас на месте Ясемин. Поэтому девушке и хотелось как-то оградить соперницу от этого. Она не собиралась никак унижать или принижать её. Это было глупо и неразумно, и точно не сыграло бы в пользу Ледарре, случись чего. Поэтому и не озвученное до конца предложение справиться самой с водными процедурами шло от чистого сердца.

Отредактировано Сайлан (10-02-2022 20:26:22)

+3

6

- Я мало знала императрицу-мать, - призналась Ясемин, задумавшись над словами Сайлан.
Одобрила бы Мирра такой выбор сына? А как отнеслась к влюблённости своего сына в смертную девушку? Как бы отнеслась к тому, что он отвернулся от Элениэль? Чтобы сказала о его браке с одной из наложниц, которая по слухам, из-за своего цвета волос, тоже не считалась полноценной женщиной клана Камэль?
- Но однажды в прошлом… поступок императора Эльдара разбил ей сердце, - вампирша вспоминала Авеля и те события, что привели к его рождению. – Не думаю, что она хотела бы такой же участи своей дочери, - мягко улыбнулась наложница. – Но-о… мы обе знаем, что сердце принцессы принадлежит другому вампиру, поэтому выбор императора навряд ли бы огорчил ей.
Возможно, сама Мирра придерживалась совершенно другого мнения. Но истлевшие кости уже не могли поведать, что думала покойная императрица. Было в выборе Элениэль что-то ироничное. Дочь, которую Мирра так оберегала от своей боли, в итоге выбрала не их с Эльдаром общего сына, а бастарда, порождённого грехом его отца. Того, кто был живым напоминанием о её разбитом сердце и предательстве мужа.
Она заметила, что Сайлан замешкалась, и не сразу поняла, в чём причина.
- Там есть полотенце, - наложница указала на скамью с аккуратно сложенными стопками вещей.
Ясемин подумала, что невесте императора может быть неуютно оголяться перед ней и показывать своё тело. Всё же она выросла не в гареме императора, а в доме советника. Там не было необходимости ютиться в купальне вместе с другими девушками и ждать своей очереди. Но вдруг она поняла, что Сайлан, что так легко прощалась с юбкой на глазах вдовствующей императрицы, смущает не её нагота, а то, кто исполняет роль императрицы-матери.
- Мне льстит, что вам не безразличны мои чувства, - мягко улыбнулась Ясемин. – Но Его Величество заслуживает, чтобы хотя бы одна его свадьба прошла по правилам, и если я могу это сделать, то сделаю всё, что в моих силах.
[nick]Ясемин[/nick][status]негласная императрица[/status][icon]https://i.imgur.com/BgloDLv.png[/icon][sign]Чем старше мы становимся, тем меньше в нас невинности.[/sign]

+3

7

В какой-то степени Ясемин была права, раз она оказалась здесь, значит традиции должны быть соблюдены. Айли была рада, что девушка верно истолковала её недосказанную фразу. Да, они были соперницами, но не стоило отрицать, что наложница уже довольно близка с Императором, в отличие от невесты, и открытый конфликт с ней мог обернуться для Ледарре проблемами.
У них было не так много времени, чтобы просто так стоять и болтать. Как минимум, мыться в холодной воде малоприятно. Поэтому девушка всё-таки прошла к скамейке, где лежали полотенца и можно было оставить свою одежду. Удобнее, конечно, мыться в чем мать родила, но Сайлан не могла переступить через себя.
Повернувшись к джарие спиной вампирша не спеша развязала пояс халата. Небольшого движения рук хватило, чтобы шелк соскользнул с плеч вниз. Поймав в последний момент, Айли не дала ему упасть совсем на пол и осторожно сложила одежду на лавку. Распущенные по привычке волосы скрывали голую спину и часть ягодиц, но девушка всё же взяла большое полотенце и обернула его вокруг себя. Прикрыв наготу, она всё-таки обернулась и прошла, сев рядом с Ясемин. Возможно, стоило взять хоть какую-то шпильку, чтобы собрать волосы наверх, но было уже поздно, под рукой у неё ничего не было. Поэтому придется как-то перекидывать волосы из стороны в стороны, дабы помыться.
- А как прошла прошлая свадьба? – Внимательный взгляд красных глаз. – Раз Вы говорите, что сейчас должно быть всё по правилам. Мне не хотелось бы сделать что-то не так во время церемонии.
Прозвучавшие слова не были лишь словами. Сайлан действительно не хотела ошибиться хоть в чем-то в этот день. Хватит с неё и того, что за лэно будут внимательно следить, подмечая каждое её слова или движение. Опозориться на какой-то глупой ошибке точно не хотелось бы. К сожалению, родители смогли ей рассказать лишь об основных, общепринятых моментах церемонии. А вот были у кланов и свои нюансы. Лэно, например, рисовали руны, возможно и Камэль имели что-то кроме поединков, о чем невесте стоит знать перед свадьбой.

+4

8

- Скромно, - мягко улыбнулась Ясемин, отвечая на вопрос Сайлан, и зачерпнула миской воды – та была в меру горячей и не обжигала кожу. Несмотря на соблазн, наложница не пыталась намеренно охладить воду магией и как-то навредить невесте императора. Она полила её плечи водой, давая той медленно стекать вниз из миски и постепенно струйками стекать по коже. Им некуда торопиться. – Первая свадьба императора проходила немногим позже похорон, поэтому от многого пришлось отказаться.
Вода кончилась в миске и Ясемин вновь отвлеклась от рассказа, чтобы зачерпнуть ещё.
- Подготовкой к свадьбе занималась принцесса Элениэль. Все обязательства императрицы-матери возложили на её плечи, - под размеренное журчание воды джарие продолжала рассказ, - но никто не проводил омовение. Считалось, что это не входит в обязанности сестры императора, к тому же… она была его невестой до того, как он отказался от брака с ней.
То, что Шейнир пренебрёг традицией клана, не было тайной.
- Что же касается всего остального… Их отвезли в храм, где они обменялись клятвами, и привезли обратно во дворец. Если бы не нападение простого народа, рассерженного праздником господ, то это была бы самая обычная церемония, а так, вместо цветов, на них летели помои и свернувшаяся кровь. Уж не знаю чья, - фыркнула Ясемин, поливая волосы невесты вслед за её телом. – Обычно у клана Камэль есть традиция с поединком – любой вампир может вызвать молодого мужа на бой, и победитель без обряда станет супругом, но в тот день никто не вызывал императора. Думаю, что они ждали принцессу Элениэль и Авеля… Во время нападения паланкин принцессы оторвали от общей процессии и император был обеспокоен её исчезновением.
Джарие взяла мягкое мочало, смочила его в воде и тщательно намылила, прежде чем взяться за тело Сайлан. Она касалась её кожи мягко и бережно, помня, что внешний вид – это то, что ценит император. Их тела, души и сердца принадлежат Владыке.
- Знать отдыхала в зале дворца, пока не вернулась принцессы, а после все разошлись по покоям, - закончила Ясемин.
[nick]Ясемин[/nick][status]негласная императрица[/status][icon]https://i.imgur.com/BgloDLv.png[/icon][sign]Чем старше мы становимся, тем меньше в нас невинности.[/sign]

+3

9

Что ж, джарие не собиралась сварить её в кипятке, да и заморозить тоже. Это уже радовало. Да и вообще всем своим поведением девушка выражала покорность и спокойствие. И, что странно, это была не показательная и раздражающая своим приторностью покорность Айрис на словах, а…Ясемин действительно так считала. В её словах, в её действиях сквозила уверенность и принятие ситуации. Не смирение, а именно понимание. Так могла думать либо покорная до мозга костей девушка, либо…действительно любящая.
Это даже заслуживало уважения. Приняв статус джарие, наложница не просила чего-то сверх этого. Да, Сайлан не знала, что происходит за закрытыми дверями покоев Императора. И, возможно, на самом деле свадьба стояла как кость в горле, и любовница закатывала Шейниру истерики, но в её прикосновениях Ледарре не чувствовала ни грамма злости или агрессии. Ясемин действительно со всей ответственностью проводила ритуал.
Сайлан бы так не смогла. Не в её характере было так покоряться и молчать. И причиной разницы двух женщины были не только их кланы и стихии. Детство. Всё идет оттуда. Воспитанная в гареме Ясемин, привыкшая лишь надеяться на какое-то внимание была далека от единственной и любимой дочери советника. Одна маленькая деталь в воспитании давала такую большую разницу во взрослом возрасте.
- Про поединок я знаю, - девушка чуть кивнула, отчего вода частично полилась на лицо, поэтому пришлось ненадолго закрыть глаза, но говорить она не перестала, - но тут точно можно не волноваться. Я не та невеста, ради которой кто-то из присутствующих на церемонии решит возразить…
Поединок действительно не волновал ей. А вот путешествие по городу в Храм Луны и обратно. Вот тут стоило беспокоиться. Да, волнения в городе вроде как поуспокоились, но никто не знал и не мог предугадать, как жители отреагируют на новую свадьбу, да ещё и с Лэно.
- А кто присутствует с нами в Храме? – Перекинув волосы на левую сторону, Айли позволила мочалке подняться вверх по плечу. Это были очень странные ощущения. Всю сознательную жизнь она мылась сама, а тут её мыл кто-то другой.

+2

10

- Не думаю, что это так, - не согласилась Ясемин, когда Сайлан принизила свою ценность как невесты, и сразу пояснила: - До вас в род Виззарионов не входили вампирши другого клана. По крайней мере, не из Лэно.
Она помнила легенду о том, что в далёких предках действующего монарха всё же были вампиры другого клана. Арис. Но клан Камэль настолько ненавидел вспоминать эту историю, что раздражался при одном её упоминании, и чаще делал вид, что это ничто иное как вымысел. «Чистота крови превыше всего» – так гласил девиз клана. По этой же причине некоторым не нравилась Мередит в роли императрицы Севера, но до определённого времени она была удобной и на неидеальный цвет волос чаще закрывали глаза. Другое дело – Сайлан.
- Кто-то из Советников или Старейшин может использовать эту традицию в угоду своим желаниям, - джарие знала, что говорит об опасных вещах, упоминая интриги и политические игры во дворце. Но кому, как ней ей, знать о цене власти? – Но я надеюсь, что Его Величество не пострадает, и эта традиция – лишь формальность, - мягко улыбнулась Ясемин. Она действительно не хотела, чтобы бой за руку Сайлан превратился в самый настоящий кровавый поединок, но что если кому-то встанет поперёк горла брак с Лэно настолько сильно, что они пойдут на любые хитрости, чтобы его расторгнуть?
Ясемин не прекращала намыливать кожу невесты и, закончив с этим, вновь потянулась за миской, чтобы зачерпнуть воды и смыть следы мыла.
- Обычно в храм пускают родственников жениха и невесты, их близких, Советников и Старейшин. Аристократию. Они должны засвидетельствовать, что обряд провели правильно и согласно закону.
Ни малейшего слова о том, что в храм впускают наложниц императора или его любовниц. О себе Ясемин ничего не говорила, хотя после рождения наследника могла бы посчитать себя частью семьи императора.
[nick]Ясемин[/nick][status]негласная императрица[/status][icon]https://i.imgur.com/BgloDLv.png[/icon][sign]Чем старше мы становимся, тем меньше в нас невинности.[/sign]

+2

11

Слова Ясемин заставили задуматься. До этого момента Сайлан относилась к традиции Камэль как к чему-то легкому и возможному лишь в случае, когда пылкий возлюбленный против брака по расчету. Тогда, рискнув вызвать на поединок новоявленного мужа, он имеет шанс обрести счастье с любимой. Счастье, против которого никто не сможет и слова сказать. Традиция есть традиция. И если муж не смог отстоять свой брак и проиграл вызвавшему, значит не так уж и нужен богам этот союз. Поэтому и думала о том, что на её свадьбе точно такого быть не может. Она Лэно, у них этого не принято, да страстный возлюбленный остался в далеком прошлом и в сердце красноволосой уже много лет пустовало место. Кто из Камэль решит претендовать на руку дочери Ледарре? Бред да и только.
Вот только Сайлан забыла, где она находится и что это за брак. И лишь Ясемин смогла указать ей, как нужно посмотреть на происходящее. Наложница была права. В их случае важна не столько невеста, сколько вся церемония в целом. Рискнув вспомнить эту традицию и бросив вызов Императору, неизвестный имел все шансы расстроить эту свадьбу, разрушить этот брак и, что хуже всего, на полном права причинить вред, если не убить, Шейнира.
Выводы, к которым почти в мгновение, пришла невеста пугали. Теперь она ещё больше боялась сегодняшнего дня и волновалась.
Милостливая Селест, не оставь свою дочь и Императора…
В момент захотелось поговорить с отцом, чтобы поделиться своими опасениями. Вот только не факт, что она сможет увидеть родителей до самого храма.
- Ясемин-даре, вы случайно не знаете, прибыли ли советник Ледарре с женой во дворец? – осторожно поинтересовалась девушка, отжимая волосы. Вода в чаше, которой поливала её наложница была горячей, но вот с мокрых волос уже неприятными холодными каплями капала на голые ноги. Джарие занималась свадьбой и приготовлениями к ней, и кому, если не ей, знать о прибытие гостей.
Если родители уже во дворце, можно встретиться с ними и обсудить всё. В конце концов, она не пленница, а невеста и имеет полное право увидеться с ними перед церемонией. Тем более, что мать всегда помогает собраться дочери перед поездкой в Храм. По крайней мере, у обычных вампиров.

+2

12

Ясемин заметила, что её слова насторожили Сайлан, но не стала её успокаивать и заверять, что всё пройдёт гладко. Это знали только боги, а она – всего лишь смертная наложница императора. Бунты, нападение на дворец, построенное убийство – всё это лишь напоминало джарие о хрупком мире и безопасности, которую всеми силами пытались создать верные императору вампиры. И всё же их стараний было недостаточно, чтобы забыть об ужасах, которые время от времени тянули за собой лишь боль, кровь и смерть. Пусть лучше будущая императрица будет готова к таким подаркам судьбы, чем поверит в благополучие и разуверится в нём.
- Ваши родители прибыли во дворец ещё утром, - вампирша не видела причин скрывать это, но полагала, что Сайлан уже могла с ними увидеться. – Они заняли покои в крыле для гостей.
Она не спрашивала, чего хочет Сайлан. Если невеста императора пожелает прогуляться или увидеться с родственниками до свадьбы, то имеет на это полное право. В отличие от наложниц – у неё намного больше свободы, пока император не видит причин ограничивать её.
- Думаю, что самое время окунуться полностью, - улыбнулась Ясемин показывая взглядом на полный воды бассейн, куда можно было погрузиться с головой и смыть с себя всё, что проглядела наложница. От неё требовалось совсем немногое, и она практически с этим справилась. Осталось дождаться, когда Сайлан в последний раз омоет своё тело водой, помочь ей насухо обтереть тело – и можно возвращаться в покои. Всё остальное для неё сделают служанки.
[nick]Ясемин[/nick][status]негласная императрица[/status][icon]https://i.imgur.com/BgloDLv.png[/icon][sign]Чем старше мы становимся, тем меньше в нас невинности.[/sign]

+1

13

Осознание того, что родители уже во дворце и что они будут рядом в Храме, существенно подняло настроение. Сайлан была близка с ними, особенно с отцом. И их поддержка и присутствие рядом придавало ей сил в этот непростой день. Главное поговорить, обсудить всё до церемонии, тем более, что здесь с традицией омовения было почти закончено, о чем и известила её джарие.
- Да, конечно, - чуть улыбнувшись, Айли встала, придерживая полотенце, и пошла к купальне. Она держала закрытым тело до последнего, пока не встала ногами на дно купальни. Лишь после этого полотенце было откинуто на каменный борт, а девушка погрузилась в горячую воду.
Остатки пены были смыты довольно быстро, дольше невесте задерживаться не было смысла, тем более предстояло множество дел. Поэтому стерев с себя новым полотенцем воду и переодевшись в лежавшие тут же сорочку и накидку, Сайлан легко поклонилась помогавшей ей наложнице.
- Благодарю вас, Ясемин-даре, - после чего направилась прочь из купальни, резким открытием двери, кажется, напугав особо любопытную служанку, что пыталась услышать происходящее по ту сторону.
Первым желанием было пройти сразу в крыло для гостей, но вампирша поняла, что расхаживать с мокрыми волосами и в таком виде по холодным коридорам дворца – не самая лучшая идея.
Повернувшись к любопытствующей служанке (та даже не выражала особого смущения и раскаяния), красноволосая коротко приказала:
- Проводи советника Ледарре с женой ко мне в покои.
Служанка нехотя поклонилась. Реакция девушки на её приказ была ясна и без слов. Местная девица явно была не в восторге от будущей Императрицы. Открыто говорить ничего она не рисковала, но всем своим видом и поведением выражала полное пренебрежение. Это не удивляло, но и легче от такого понимания не становилось.
Чтобы не сорваться и не наговорить чего-то, Сайлан быстро развернулась и пошла к себе. У неё в комнате точно был жарко натоплен камин и лежали теплые накидки. Да и одиночество поможет немного успокоиться.

Отредактировано Сайлан (15-02-2022 23:00:07)

+2

14

Из купальни, завершив часть возложенных на неё традиций, Ясемин отправилась прямо к себе в покои, но лишь для того, чтобы переодеться к празднику, справиться у служанок, как идёт подготовка и лично всё проверить, чтобы всё сделали в срок и без ошибок. Этот день она хотела сделать если не идеальным, то хотя бы достойным императора. В её понимании он заслужил немного спокойствия и счастья за всё то горе, что вынес в последние полгода.
Как невеста императора проводит свой досуг перед свадьбой, её мало интересовало. Важно, чтобы к назначенному часу она была готова и успела сесть в паланкин вовремя, без опозданий, и не выкинув никакого фокуса перед торжество или на нём. Со своей стороны джарие пыталась сделать всё возможное, чтобы праздник прошёл гладко.

Чета Ледарре вошла в покои своей дочери, когда служанка рассказала им о воле своей госпожи. Советник вёл себя с достоинством тестя династии. Чёрный дорогой камзол сидел на нём как влитой – швея постаралась на славу, подгоняя его по прихоти советника. И его жена была ему под стать. Ручной рисунок, вышитый белой нитью на рукавах, по подолу, краям и вороту кафтанов, напоминал одновременно о плодородии цветущего Нерина, и в то же время – о родстве с Виззарионами.
- Сайлан, - супруга советника радостно улыбнулась и раскрыла для дочери скромные – по меркам благородной леди – объятия.
- Вот уж не думал, что когда-нибудь надену чёрное, - усмехнулся советник.
Несмотря на традиции, принятые у вампиров, он любил яркие и сочные цвета, как и многие вампиры его клана. Они всегда выделялись. Если не одеждой, то цветом волос. Такие вампиры всегда выделялись во дворце, и Гевин с лёгкостью узнавал своих соклановцев среди десятков Камэль.
- Вижу, что во дворце Лэно всё ещё гости, - заметил он, впрочем, без упрёков и обвинений.
Он рассматривал покои дочери, оценивая их размер, богатство убранства, оценивал даже свадебный наряд дочери, будто во всём искал какой-то подвох.
- Эти покои далеко от покоев императора?
[sign]Власть пребывает там, куда помещает её всеобщая вера. Это уловка, тень на стене. И порой очень маленький человек отбрасывает очень большую тень.[/sign][icon]https://i.imgur.com/EJ0Ns8d.png[/icon][nick]Гестин Ледарре[/nick][status]тень на стене[/status]

+2

15

Когда вошли родители, Айрис как раз заканчивала с прической девушки, вставляя в огненные пряди последние шпильки с черными кристаллами. В честь свадьбы о привычных распущенных волосах пришлось забыть, как и остались нетронутыми более скромные обручи. Императорской невесте пристала высокая изящная прическа, украшенная не только шпильками, но и небольшой тонкой тиарой, конечно же с такими же черными камнями. Черный был одним из любимых цветов Сайлан, ведь он так прекрасно контрастирует с её природными оттенками и красным. Хотя всё-таки, она предпочитала им лишь оттенять наряды, но свадебные традиции есть свадебные традиции. И сегодня этот цвет был главенствующим.
- Ты можешь идти, я позову тебя чуть позже, - служанка привычно поклонилась Айли, после чего поклонилась её родителям и выскользнула за дверь.
Лишь после этого девушка встала и быстро подошла к родителям, обняв прежде всего женщину.
- Мама, - нежный поцелуй в щеку и крепкие объятия. А следом и такой же поцелуй отцу. – Папа.
Только сейчас она поняла, насколько оказывается соскучилась по ним. Раньше она ни разу так надолго не расставалась одновременно с обоими. Даже когда Гестин уезжал по делам или на совет, рядом всегда оставалась мама. Сегодня же ей предстояло навсегда покинуть Дом Вечного Солнца, войдя в династию Виззарионов. От осознания этого защемило сердце, но Айли постаралась не показать родителям свои мысли и свою боль.
- Вы прекрасно выглядите. – Теплая и нежная улыбка и не менее теплый взгляд скользнул по нарядам обоих. – Тебе очень идет черное, папа. Простите, не успела переодеться к вашему приходу, - быстрый кивок на свадебное платье, что было приготовлено и лежало на кровати. Сама же девушка пока оставалась в накидке, в которой пришла из купальни. – Лэно пока ещё гости во дворце, - с легким нажимом поправила она мужчину, прекрасно понимая, что тот говорит о её покоях и их расположении. Да, они должны были быть гораздо ближе к покоям императора, чем есть, но ведь это были всего лишь покои невесты, а не жены. – Дальше, чем хотелось бы…
Уклончивый ответ вряд ли бы устроил Ледарре, но и выяснять и объяснять отцу почему и как долго не хотелось.
- Комнаты покойной Имп… Мередит, - быстро исправилась девушка, - пока закрыты. Но я думаю, что после свадьбы это изменится. Шейнир не настолько глуп, чтобы так явно нарушать правила и пренебрегать моим положением.
Её саму такое положение вещей тоже не особо радовало, но сделать они ничего пока не могла. Невеста – это не жена. Она пока лишь гость здесь, как до этого выразился отец. Пока не пройдет церемония и пока она не войдет во дворец в новом статусе.
- Но позвала я вас сейчас не для того, чтобы обсуждать моё платье и мои покои, - указав на пару кресел у столика, чтобы родители присели, девушка вернулась на пуф у зеркала. Благо те находились весьма рядом и можно было спокойно разговаривать. – Я невероятно соскучилась и очень рада видеть вас, но разговор с Ясемин заставил меня волноваться. Пап, ты ведь знаешь про традицию Камэль на свадьбе…
Девушка нервно закусила губы, внимательно смотря на отца.

Отредактировано Сайлан (19-02-2022 23:34:26)

+2

16

Власть противоречива. Она дарит силу, но одновременно лишает защиты. Гестин понимал, что в новом положении дочери хватает минусов с лихвой. Он прожил достаточно долго и застал правление не одного императора и не одной императрицы, чтобы воочию убедить в шаткости положения каждого. Ни о каком почёте, завидном богатстве или уважении и речи не шло. Это всё сказки для детей и нежных дев, которые видели мир лишь на страницах любовных романов, но никак не реальной жизни за пределами отчего дома. И всё же некоторые попустительства Виззариона напрягали советника.
Он опасался, что после коронации дочери ничего не изменится. Наложница императора останется при власти и не забудет дорогу в покои мальчишки. Гестин не хотел для своей дочери участи покойной императрицы, но и не спешил пугать её или накручивать в день свадьбы. Сегодня ему нужно держать себя в руках и придерживать язык. Хотя бы ради неё.
- Главное, чтобы эти покои охранялись так же тщательно, как и покои императора. Этого достаточно для моего спокойствия, - улыбнулся советник и сел на предложенное место.
Нела прошлась по комнате, наклонилась над кроватью дочери, рассматривая свадебное платье, щупая, словно своими руками хотела убедиться, что оно не просто достойно её дочери, а не отравлено никем из доброжелателей. Своих опасений вампирша никак не высказала, лишь сказала, что наряд красивый и явно пойдёт её дочери, а после присела рядом с мужем.
- А что с традицией? – спросила она, оглядываясь на супруга раньше, чем он успел ответить.
- Полагаю, наша дочь боится, что затмит женщин Камэль своей красотой, и кто-то пожелает отвоевать её у императора прямо после свадьбы, - с лёгкой шутливостью бросил Гестин. – Так что же тебя беспокоит?

[nick]Гестин Ледарре[/nick][status]тень на стене[/status][icon]https://i.imgur.com/EJ0Ns8d.png[/icon][sign]Власть пребывает там, куда помещает её всеобщая вера. Это уловка, тень на стене. И порой очень маленький человек отбрасывает очень большую тень.[/sign]

+2

17

Ей вполне были понятны опасения отца, но и волновать родителей тем, что опасность может подстерегать её не только в покоях, не стала. Они все прекрасно понимали всю ситуацию, хоть и старались лишний раз друг друга не расстраивать.
- Они охраняются, - кивнула с мягкой улыбкой отцу, - вы сами видели гвардейцев у двери. Они там постоянно, ну а в комнату вхожа только Айрис. Ей ты доверяешь, иначе её бы со мной здесь не было.
Заметив, как мать рассматривает лежащее платье и оценивает его, Сайлан не сдержала улыбку и негромкий смех.
- А ты ещё со мной спорила дома и говорила, что моя идея ужасна и предлагала свои варианты. – Это не была попытка как-то уколоть или обидеть Нелу, ведь любовь к красивым платьям и вкус именно она привила дочери.
Шутки же шутками, но Гестин был не просто отцом невесты, но и советником, поэтому и перевел разговор вновь к теме встречи, пусть и разбавив разговор очередной улыбкой.
- Я была бы рада, если всё было так просто, - пальцы нервно сжали тонкую накидку. Родители единственные, с кем она могла сейчас обсудить этот момент. Ещё можно было бы поговорить с Айрис, но той не будет в Храме и вряд ли она сможет чем-то помочь. Комплимент отца должен был немного расслабить девушку, но этого не произошло. – Дело тут не во мне. Точнее, не совсем во мне… Ясемин сказала то, до чего ни ты, ни я не додумались ранее. Традиция прекрасна для влюбленных, но мы с Шейниром – это другой случай. И вызов может быть далеко не шуточным. Джарие боится, что кто-то из Советников или Старейшин может использовать эту традицию себе в угоду. – Она резко посмотрела на отца, прекрасно понимая, что у того далеко не самые хорошие отношения с большим количеством членов Совета, не говоря уже и о Старейшинах. – Я боюсь, - она понизила голос до шепота, девушка действительно волновалась в этот момент, - что наша свадьба – может быть поводом, чтобы… - Она запнулась, подбирая слова. Совершенно не хотелось говорить о том, что кто-то может убить Императора. – Как-то навредить Шейниру…
Она не знала своего будущего супруга, но и смерти ему не желала точно. И дело даже не в том, что тогда она не станет Императрицей. Ей было по-человечески его жалко. Он слишком много всего пережил, пусть и зачастую по своей глупости. Он был молод, местами наивен и хотел жить. Разве это плохо?

+2

18

- И правильно, - подхватила Нела. – В столице не видели таких ярких цветков, - она улыбнулась, поддерживая праздничное настроение, но слова Сайлан, сказанные в страхе перед будущим, насторожили её. Вампирша порадовалась, что не держала в руках ничего бьющегося, и с опасением посмотрела на мужа, ожидая, что он скажет. Они оба знали, чем опасен этот брак, и всё же для Нелы та угроза – озвученная до – казалась чем-то… эфемерным, далёким, несбыточным, и теперь же они могли по-настоящему столкнуться с проблемами.
- Я сомневаюсь, что кто-то бросит открытый вызов императору, - Гестин говорил спокойно, не желая подкреплять опасения дочери своими возможными сомнениями на этот счёт. В отличие от жены он держался с достоинством советника, который привык не показывать истинных эмоций и контролировать каждое сказанное слово. – В замке хватает гвардейцев, среди них немало магов. Я уверен, что никто из верных…
«…псов»
- …сторонников Виззариона не позволит ему навредить.
Верность Ариго династии Виззарионов не оспаривалась годами, и советник считал, что, несмотря на все щекотливые ситуации в стенах дворца, гвардеец всё же справится с возложенной на него задачей, а если и нет…
- Мы, включая других советников, тоже станет свидетелями этого поединка, и если что-то пойдёт не по плану – всегда сможем вмешаться.
Он придвинулся ближе к дочери и мягко коснулся её руки, говоря уже не как советник, а как отец:
- Я никому не дам тебя в обиду. Ты – моя дочь. И если кто-то посмеет навредить тебе – он бросит вызов личном мне, и я не прощу им этой дерзости.
Здесь и сейчас Гестин фактически выказывал своё отношение к императору. Виззарион для него не больше, чем удобный стул для его дочери, и если кто-то решит расшатать этот стул – он об этом пожалеет.
[nick]Гестин Ледарре[/nick][status]тень на стене[/status][icon]https://i.imgur.com/EJ0Ns8d.png[/icon][sign]Власть пребывает там, куда помещает её всеобщая вера. Это уловка, тень на стене. И порой очень маленький человек отбрасывает очень большую тень.[/sign]

+2

19

Разговор с родителями не сильно, но упокоил Сайлан. Отец четко высказал свою позицию, в очередной раз напомнив дочери, что, а точнее кто, для него ценен в первую очередь. Возможно, она действительно лишь накручивала себя, и церемония не несла никакой угрозы. Нужно быть настоящим безумцем, чтобы покуситься на жизнь Императора сегодня.
Она прижала ладонь Гестина к своей щеке и улыбнулась Неле. Да, для любой матери её ребенок самый красивый, но слова женщины не были пустым звуком и обыденной фразой.
Нела Ледарре была истинной женой главы Дома и Советника. Спокойная, рассудительная, умеющая укротить огненный нрав мужа. Этому же она учила и дочь. Хотя, характером Сайлан пошла больше в отца, и это ей нужен был тот, кто сдержит её огонь. Тем не менее, Нела учила её именно мягкости, женской хитрости, домашнему теплу и пониманию. Отец же учил её другим аспектам жизни: политике, играм, тайнам, разумному подходу. Два таких разных воспитания, они отлично дополняли друг друга, сделав Сайлан Ледарре той, кем она стала.
Она любила их и была благодарна обоим. И старалась не думать о том, что теперь неизвестно, когда в следующих раз они смогут увидеться после сегодняшнего дня. Да, Гестин часто бывает в столице, но будет ли у Советника время? Да и позволят ли новоявленной Императрице так легко видеться с родителями? Виззарион не особо доверяет Лэно и не будет ли он считать их встречи чем-то крамольным и угрожающим короне?
Айли хотела задать отцу ещё пару вопросов, но не решилась озвучит их при матери. Та и так, судя по всему, волновалась, как и следует волноваться родительницы невесты, да ещё и сама дочь подливала масла в огонь своими опасениями.
- Спасибо вам, - ещё раз улыбнулась девушка, отпуская руку мужчины. – Мне пора одеваться, а вам должны подать в вашу комнату закуски. Перекусите перед поездкой. До праздничного ужина ещё долго.
Встав, Сайлан быстро поцеловала обоих, обнимая каждого по очереди. Времени оставалось не так много, как могло показаться. А из приготовлений невесты она сделала лишь прическу.

+2

20

Встречу с будущей женой Шейн оттягивал как мог, но знал, что это неизбежно, если он хочет заручиться поддержкой клана Лэно. Сейчас он не мог пойти на поводу у собственный чувств, и не мог отказаться от клана ценой жизни своего народа. Он давно не мальчик, чтобы поступать так, как вздумается, не думая о последствиях каждого своего шага. Одно неверное решение с его стороны вновь омоет Север кровью. Смертей достаточно. Сейчас он должен сделать всё, что в его силах, чтобы вернуть мир и процветание в истерзанную империю. Должен исправить свои ошибки и сделать всё возможное, чтобы не допустить новые.
Паланкин ждал невесту во дворе, и процессия готовилась к шествию в Храм Луны. Виззарион, как и подобает мужчине, ехал верхом. Этой традицией в такое время он мог пренебречь, отправившись в храм тоже в паланкине, либо вместе с невестой, либо единолично, чтобы лишний раз не рисковать своей головой, но он не пожелал. Пусть все видят, что он не боится покушения.
Конюх держал Авроса – любимца императора - под узды, но конь выглядел беспокойным. Чужие руки ему не нравились, как и окружение из стольких вампиров после долгого одиночества. В последний раз Виззарион выезжал верхом в день, когда рудокопы напали на Элен, и с тех пор конь оставался во дворце, будто ещё один пленник. Он фыркал, раздувая ноздри, и беспокойно бил копытом по земле, укрытой снегом. Вампир не удивился бы, если бы Аврос вырвался или огрел кого-то подковами по лицу. Но Шейн не боялся. Он подошёл ближе к жеребцу, забирая поводья из рук конюха, и смотрел на живое напоминание о прошлом. О том, что они оба ещё живы.
- Застоялся в стойле? – Шейн мягко улыбнулся и похлопал жеребца по белоснежной холке. – Сейчас разомнёшься.
Под ласковыми поглаживаниями жеребец постепенно успокаивался. Его дыхание становилось спокойнее. Копыто не взрывало землю, оставляя борозды на снегу.
- Вы не передумали? – мягко спросил Харука. Гвардеец следовал тенью за императором и не терял надежды отговорить Виззариона от поездки верхом.
- Нет, - также спокойно ответил Шейн, и забрался в седло. – Охраняйте паланкин, - отдав приказ, чтобы его слышали, он поехал вперёд, лишь ненадолго задержав Авроса рядом с паланкином невесты. Короткий взгляд через плечо скользнул по паланкину. За плотной тканью, закрывавшей небольшое окошко над дверью, он видел лишь тень – едва угадываемое очертание женского силуэта, но не более того. Шейнир отвернулся и пришпорил коня. Аврос послушно обогнул паланкин невесты и встал перед ним в окружении гвардейцев со всех сторон. Во главе клина встал Харука вместе с другими гвардейцами.
Смотря вперёд, на город, Шейн сделал несколько вдохов-выдохов. Морозный воздух освежал голову и щипал кожу. Снег крупными хлопьями медленно падал на землю. Не так давно этой дорогой он ехал в Храм Луны, чтобы жениться на другой девушке, и теперь её тело лежало в родовой усыпальнице рядом с телом его матери и отца, а сейчас он должен жениться на другой и попытаться сделать всё, чтобы сохранить её жизнь.
Чёрный кафтан с серебреными пуговицами выделялся на фоне снега и белоснежного жеребца, зимой делая чёрный удивительно ярким и привлекающим внимание цветом. Широкий серебряный пояс и тонкая вязь узора на груди и спине выделялись, переливаясь на свету. В такой одежде Виззарион чувствовал себя неуютно, словно предаёт недавно почившую жену. Он оставил брачный браслет в своих покоях, и теперь запястье казалось ему пустым, словно на нём чего-то не хватало. Грузом ответственности на шее висел символ его рода, а власти – перстень Правителя на указательном пальце.
В этот раз Шейнир прикрепил к поясу меч своего пра-пра-пра-деда – семейную реликвию рода, - зная, что он означает для Старейшин и Советников. Он брал в свою семью женщину из другого клана, как это однажды сделал его предок. Там, где на ножнах явственно проглядывалось переплетение красной и серебряной розы, теперь в навершении красовалось солнце.
Он не ждал, что по дороге в храм их встретит радостная толпа, но надеялся, что мирдановцы слишком заняты теми дарами, которые свалились на них с щедрой руки общего союза с Лэно в честь свадьбы, чтобы вновь бежать к стенах храма и забрасывать едва обручившихся протухшей кровью и сгнившими фруктами. Уезжая из дворца, больше всего император боялся, что в его отсутствие кто-то попытается навредить Ясемин или детям, поэтому оставил рядом с ними как можно больше охраны.
[icon]https://i.imgur.com/m7jQwxE.png[/icon]

+2

21

Проводив родителей, Сайлан позвала служанку, чтобы завершить сборы. Оставалось не так много дел, после которых ей предстояло спуститься вниз, сесть в паланкин и поехать в свою новую, и хотелось бы надеяться, счастливую жизнь.
С помощью Айрис девушка надела платье и аккуратно расправляла складки подола перед зеркалом, пока сливоволосая быстро шнуровала корсет сзади. Итоговый образ получился ещё более сдержанным и в тоже время ярким, чем она предполагала, соединяя в себе и строгость, и благородство, и торжественность. Черный матовый бархат на корсете и широкой юбке, что за счет плотности ткани была в меру объемной, казался бы скучным, если бы его не дополняла объемная вышивка серебряными нитями. Наиболее плотной она была по поясу, отдельными элементами поднимаясь вверх к груди и спускаясь вниз по подолу к бедрам. Сама вышивка напоминала и растительные ветви, и всполохи пламени одновременно, являясь олицетворением Дома Вечного Солнца, Нерина и самой Ледарре. Открытую шею дополняло лишь изящное колье из белого золота: тонкие стебли, бутоны и листья с мелкими черными камнями, которые завершались аккуратной и небольшой плоской розой по центру – символ семьи, в которую она входит. Сердцевиной цветка также служил черный бриллиант, только крупнее тех, что были по бокам.
Слушая щебетание служанки, вампирша старалась успокоиться. Чем меньше времени оставалось до церемонии, тем больше мыслей и сомнений роилось в голове. Нет, она не передумала выходить заму за Шейнира, да и не имела права изменить своё решение, но мысли раз за разом возвращались к одному «А что будет дальше?».
Когда со всеми приготовлениями было покончено, а пришедшие слуги сообщили, что пора ехать в Храм, девушка глубоко вздохнула и быстро про себя произнесла молитву Селест.


В паланкине было холодно, и Сайлан зябко куталась в пашминовую накидку, радуясь что всё-таки взяла её. По началу она отвергла предложение служанки взять что-то с собой, раз свадебное платье не предполагало ни рукавов, ни чего-то теплого сверху, но потом, подумав, всё-таки согласилась. И сейчас она была этому рада. Находясь в паланкине одна, закрытая от внешнего мира тканью на окне, девушка могла чуть расслабиться. Теплая накидка спасала от морозного воздуха, и Айли планировала греться ею всю по дорогу, оставив её в паланкине только по приезду в Храм, будучи на самой церемонии с полностью голыми плечами и руками – как некий символ того, что её не страшны холода столицы.
Она слышала негромкие разговоры за окном. И даже слышала голос своего будущего мужа, но не смела отогнуть ткань и выглянуть наружу. Увидеть Шейнира она могла, лишь встав рядом с ним перед Жрецом.

Отредактировано Сайлан (08-03-2022 18:33:27)

+2

22

Храм Луны возвышался над городом ликом Жрицы – возлюбленной Бэлатора. Шейнир рассмотрел ещё даже за стеной снега. Вампиршу с распростёртыми руками, которая ждала в свои объятия всех детей проклятого бога. Она сулила им счастье и вечную любовь. Обещала защиту от проклятия Солнца. В их случае такая защита казалась императору неправильной и даже немного ироничной, ведь в этот раз его невеста – вампирша из дневного клана. Насколько правильно просить защиты и благословения у соперницы Саур? Не разгневается ли Жрица на них за такую клятву?
«Женщины, что умирают рядом со мной, уже прокляты браком», - подумал Виззарион, придержав Авроса, и вскинув голову вверх, смотря на каменный лик Луны.
Он оглянулся, бросив короткий взгляд на паланкин невесты, и кивнул Ариго, когда гвардеец проверил сам храм и его округу. Ничего не угрожало ни ему, ни дочери Селест. Дорога до самого храма выдалась удивительно спокойной и почти безлюдной. Шейн видел вампиров, которые вышли посмотреть на будущую императрицу, и знал, что уже разносят молву о его безрассудстве – поехать верхом, без доспеха, в самое опасное время на Севере. Наблюдателей было немного. В основном слуги местной аристократии, но это не удивляло и не настораживало вампира. Он сам выбрал такую дорогу, по безопасным кварталам, в обход Медного и Серебряного, чтобы не давать лишнего повода врагам.
Спешившись, он отдал поводья одному из гвардейцев и остановился у лестницы, ведущей к дверям храма. Дожидался, пока слуги помогут его нареченной выбраться из паланкина и поравняться с ним. Войти в храм, как рассудил Виззарион, они должны вместе. Он внимательно смотрел на паланкин будущей жены и на неё саму, медленно показывающуюся на заснеженной улице. Дочь Селест ступала на холодные земли Севера, и вскоре станет их полноправной хозяйкой. Что-то в этом казалось до боли ироничным, и Шейн про себя усмехнулся.
Он не видел лица невесты, но и не стремился оценивать её красоту. Это не имело никакого значения. Всё, что нужно, - это выгодный союз с кланом Лэно. Он не мог пренебречь девушкой ни из-за её внешности, ни из-за взглядов на мир. Она нужна ему. Нужна Северу. И он протягивал ей руку, предлагая рука об руку войти в храм Луны.
[icon]https://i.imgur.com/m7jQwxE.png[/icon]

+2

23

Дорога до Храма проходила на удивление спокойно. Тишина за окном, какая бывает только зимой при снегопаде, прерывалась лишь обычным шумом города: скрип дверей, обрывки разговоров, дребезжание повозок. В общем ничего такого, что могло заставить нервничать сверх того, как может волноваться невеста. Как бы не храбрилась Сайлан в душе, она всё-таки боялась, что и эта свадьба пройдет не самым гладким образом. Да, в прошлый раз её не было в столице и знала она обо всем лишь по рассказам отца, но этого хватило, чтобы беспокоиться. Сейчас же всё было спокойно и это радовало. Ледарре надеялась, что и дальше всё будет именно так.
Легкое покачивание паланкина даже немного убаюкивало, но всё же девушка была слишком возбуждена предстоящим, чтобы задремать в дороге. Вместо этого она обдумывала уже, казалось, в сотый раз эту свадьбу и этот брак. И если с мыслью войти в династию Виззарионов вампирша смирилась, то сегодня всё как-то больше думалось в превратностях судьбы и том, насколько этот союз «неправилен» для большинства.
Она, дочь Солнца и по Дому, и по клану, ехала в Храм Луны, чтобы сочетаться браком с тем, кто не имел ни какого права взять в свои жены никого, кроме родной сестры. Не имел права, и всё же вновь и вновь нарушал и правила, и традиции. И вот она, Сайлан Ледарре, самое яркое и заметное из всех его попраний. Красная вампирша, что должна стать Императрицей рядом со своим Белым Императором.
Красное и белое, кровь и снег, солнце и зима. Полные противоположности друг друга. Красный – цвет смерти и траура для вампиров. Красное и белое… От неожиданного осознания девушка даже негромко рассмеялась, пряча свой смех в складки накидки. Старый герб Виззарионов, которые они так хотели забыть - переплетение красной и серебряной роз. Только в этот раз красная роза принадлежит Лэно, а не Арис. А будущие супруги – живое воплощение этих самых роз.
Паланкин остановился так же мягко, как и двигался ранее. По разговором за занавешенным окном стало понятно, что они прибыли на место. Девушка скинула накидку с плеч на сиденье и сделала сначала глубокий вдох, а после медленный выдох, призывая своё сердце успокоиться.
Слуги открыли дверь и помогли ей выйти на улицу. Снег тут же ледяными каплями стал оседать на голые плечи, но Сайлан никак не проявляла своё недовольство и дискомфорт, хотя без теплой ткани, что грела её до этого, стало ощутимо холоднее. Прямая спина и гордая осанка, уверенные и неспешные шаги к лестнице, где её уже ждал Шейнир. Черный цвет наряда ещё более яркий на белоснежном фоне. Огненная невеста, что вот-вот станет красной королевой.
Лишь подойдя к Императору, она мягко опустилась в небольшом поклоне, склонив голову и опустив глаза.
- Ваше Величество, - голос тихий, но уверенный и четкий. Скорее констатация факта, чем вежливое обращение.
После чего вложила свою руку в ладонь будущего супруга и всё же подняла глаза, уверенно смотря в лицо тому, с кем сегодня должна была связать свою судьбу.

Отредактировано Сайлан (09-03-2022 21:19:31)

+2

24

Он немного удивился, когда Сайлан, выйдя к нему навстречу, обратилась с уважением и преклонила голову, вместо того, чтобы сразу войти с ним в храм.
В другой ситуации, с другой женщиной, он сказал бы, что с этого дня они – равны, а потому в поклонах и склонённой голове нет никакой надобности. Будь этот брак по любви, как полагалось, с Элениэль, они бы действительно были равными друг другу, и их титулы не имели бы никакого значения для них самих. Сейчас же сама мысль о равенстве казалась ему если не нелепой, то почти кощунственной. Они никогда не будут равными друг другу. Старейшины и Советники об этом непременно позаботятся. Несмотря на все старания Шейна изменить привычный вампирский мир, менялся он слишком медленно и неохотно, чтобы всего одна клятва, сказанная в Храме Луны, что-то изменила.
Он сдержанно кивнул, избегая пафосного обращения-приветствия «Моя императрица», какое нередко звучало из уст аристократок, с лёгким придыханием и раболепностью во всём их лживом естестве. Шейн не задержал взгляда на невесте, не попытался заглянуть ей в глаза или рассмотреть в такой близости, но не прятал глаза, когда отводил взгляд, едва сжимая пальцы девушки в своей руке. Он поднимался к дверям храма ступенька за ступенькой, зная, что просто должен.
В храме их уже ждали. Приглашенные гости в роли свидетелей выстроились по обе стороны от алтаря, и провожали вампиров от дверей до распростёртых рук жреца и двух помощниц-послушниц. Шейн остановился вместе с невестой в нескольких шагах от жреца – высокого мужчины, облачённого в инеевого цвета рясу с широкими и длинными рукавами. Подол рясы, воротник и край рукава, украшала искусная вышивка с изображением серебряных звёзд, луны и молодого месяца. Схожее облачение было и на послушницах, но к платьям добавлялся узкий пояс, свисавший чуть на бок, который подчёркивал их талию и делал акцент узелком на бёдрах. Вместо головного убора, который в некоторых государствах полностью покрывал голову женщин, жрицы луны носили тонкий венец, с которого на тонких серебряных нитях свисали крохотные фигурки звёзд и луны. В руках каждая жрица держала по сосуду с дремавшим цветком.
Шейнир принял из рук жрицы сосуд, когда они обе по команде жрица подали их нареченным, и повернулся лицом к будущей жене, зная, что сейчас их руки свяжут не просто красной лентой, а нитями судьбы под слова молитвы и священные песнопения. К будущей жене он пока ничего не испытывал и, смотря в её лицо, думал, к чему их приведут эти клятвы в конечном счёте. Не разгневаются ли на них разом и Луна, и Солнце. Не падёт ли небосвод храма на головы неверным, что попрали древние традиции.
[icon]https://i.imgur.com/m7jQwxE.png[/icon]

+2

25

Ни слова, Император не сказал ни слова ни когда она подошла к нему, ни когда поздоровалась, ни даже когда они вместе рука об руку пошли в Храм. Холодной и короткий кивок – всё, чего удостоилась от Виззариона его будущая жена.
Сайлан глубоко вздохнула и медленно выдохнула, уговаривая себя не циклиться на этом моменте. Никто и не обещал ей, что Шейнир побежит с распростертыми объятиями с криками «Как долго я тебя искал». Это было бы неуместно, глупо и явно не про того, кто вот-вот станет её супругом. С каждым шагом она повторяла себе, что это лишь брак, династический брак, где они не обязаны любить друг друга и главное, что она должна добиться его уважения, дружбы и доверия. А любовь… Бывает ли она в таких случаях? Это что-то из детских сказок, где принц и принцесса жили долго и счастливо и умерли в один день. И хорошо, если от старости, а не подлого клинка из-за угла.
Да, было по-человечески обидно и по-женски неприятно вновь ощущать на себе императорскую холодность и безразличие, но Ледарре старалась раз за разом уводить мысли в другую сторону, дабы саму себя не распалить. Вряд ли присутствующие оценят вспышку гнева и неконтролируемый взрыв магии.
Высокие двери, что вели в помещение Храма, глухо захлопнулись за ними, как будто отрезая путь назад. В помещение было непривычно тихо. Никто не шептался, как обычно это бывает на свадьбах, не обсуждал наряд невесты и выбор жениха. Всё уже давно было обсужено и сотню раз обговорено. Сейчас все собрались здесь лишь для того, чтобы постоять эти несколько минут, дабы стать свидетелями вхождения в династию Виззарионов новой крови.
Идя по проходу, Айли лишь на несколько секунд поймала взглядом отца, будто ища у него поддержки. Ледарре старший также сдержано, как чуть ранее Шейнир, кивнул дочери. Что происходило в этот момент в душе Советника не знала, наверное, даже его жена.
Те несколько метров до Жреца с помощницами Сайлан вновь успела прочитать коротую молитву Селест, попутно молясь, чтобы Жрица Луна не прогневалась на такое святотатство в её Храме. Даже в таких мелочах, как богиня, она была чужой на этом балу.
Следуя традиции бракосочетания, невеста взяла свой сосуд с пока ещё закрытым бутоном ириса и медленно опустилась на колени перед женихом, отвечая на его взгляд в этот раз нерешительно и осторожно. Хотелось сказать ему много, но всё это нужно было оставить до момента, как они останутся наедине, если конечно Император не решить сбежать от неё в первую брачную ночь, ведь, судя по слухам, что доходили до неё, с Мередит у них было всё не так уж и гладко в этом плане. И всё же все разговоры потом, сейчас могли звучать лишь слова  обряда.
Ледарре подняла руку чуть выше, позволяя алой ленте оплести их запястья. Символ единения, символ общей крови, символ новой жизни.

Отредактировано Сайлан (15-03-2022 00:34:14)

+2

26

За время брака с Мередит Шейн уяснил для себя, что на некоторые вещи он банально не способен, поэтому сейчас не давал себе никаких установок и обещаний о крепкой любви или намеренных попытках сблизиться с будущей женой. Если так сложится само собой, потому что на то будет воле Бэлатора, - это одно. Совсем другое – бегать за женщиной и давать ей обещания, которые навряд ли исполнить. Он не был уверен, что когда-либо проникнется симпатией или любовью к будущей жене, и слабо верил, что она сделает то же из личного желания, а не корыстных побуждений, потому что так надо. Даже в браке его отца с матерью не нашлось такой крепкой и взаимной любви без необходимости блюсти старые традиции.
Он решил не давать обманчивых надежд с самого начала. Не расплываться в показной нежности, любви и теплоте. Это или придёт со временем или не придёт никогда.
- Навечно, - вновь, как когда-то, повторил Шейн слова молитвы, думая, насколько же они неоправданно громко звучат. Вечность обрывается со смертью одно из супругов, и то, что раньше на самом деле связывало их кровными узами – чем-то большим, чем просто слова молитвы и клятвы, - уже не повторится снова. Со смертью Арники он сполна ощутил вес смерти той, что была с ним связана первым укусом, и больше не хотел такого обета.
Заученные слова звучали друг за другом. Император не менялся в лице; интонации оставались теми же. Нет смысла притворяться, что этот брак по любви и из искреннего желания создать нечто новое. Династический брак подразумевает лишь выгоду. Улыбки и теплота – это показное, а от фальши его воротило с каждым сказанным словом. Он самого себя чувствовал клятвопреступником.
Цветы ириса распустились в руках вампиров, вопреки ожиданиям Шейна, что они завянут по воле разгневанных богов. Но за их расцветом не последовал привычным многим короткий поцелуй. Император оглянулся и заметил, как меняются лица гостей при виде послушницы в одеяниях поклоняющейся Селест – она несла в чаше жидкую краску и, склонив голову, протянула её молодым, давая завершить ритуал взаимным обменом начертания рун на теле.
Традиция клана Лэно. Это всё, что он позволил себе.

[icon]https://i.imgur.com/m7jQwxE.png[/icon]

+2

27

Слушая слова древней песни Бэлатора и Луны, она пыталась понять и осознать. Что должна чувствовать невеста по время церемонии? Волнение, радость, счастье, воодушевление, ожидание «долго и счастливо». Должна, но вот только Сайлан не чувствовала ничего из этого. Разве что только волнение, и то это было не волнение предвкушения, а самое обычное нервное состояние в любой важный момент жизнь и перед неизвестностью. Всё, больше никаких иных чувств и ощущение. Пустота. Она волновалась все дни до переезда в Мирдан. Она волновалась перед встречей с вдовствующей Императрицей. Она волновалась накануне свадьбы и даже по дороге в Храм, но стоило начаться церемонии и всё – тишина. Будто один последний маленький шаг в пропасть. Шаг был сделан и дальше только долгий полет вниз, когда уже нет ни сил, ни смысла думать и переживать.
Пение лилось со всех сторон десятком голосов пока не сложилось в одну четкую и негромкую клятву.
- Навечно, - четко, но тихо произнесла Айли вслед за будущим мужем.
Падение в холодную воду после долгого полета – отрезвляющее и резкое. Последний аккорд – их первый супружеский поцелуй и всё, она станет женой Шейнира дель Виззариона. Всего один короткий поцелуй…
Вот только эта свадьба был соткана из нарушения традиций от и до. Увидеть послушницу дочери Солнца здесь, в Храме Луны, было не просто неожиданно. Это было дерзко даже по меркам Шейнира. Дерзко и неожиданно приятно. Уважить традиции её клана в такой день и в такой ситуации. Ледарре ничего не сказала Императору, оставив вновь все слова на потом, когда она останутся наедине, лишь с благодарностью взглянув на мужчину и тепло ему улыбнувшись.
Чаша встала ровно между ними. Был ли выбор цвета случайностью или нет, но даже такая мелочь показалась ей отчасти невероятной, от части приятной. Красные «защита», «верность» и «благополучие» друг за другом легли на её кожу. После чего уже вампирша опустила палец в краску.
В отличии от её открытого наряда выбор мест для нанесения рун на теле Виззариона был минимален – кисти, шея да лицо. Шея казалась девушке слишком интимной для их случая, разукрашивать лицо Императора – тоже не самый удачный вариант. Он и без красных рун на лице сегодня очень заметная и обсуждаемая личность. Оставались только руки.
Сайлан не готовилась к этому обряду заранее и не продумывала, что хотела бы подарить мужу, поэтому на мгновение закрыла глаза, доверяясь своему чутью. Руны должны идти от сердца и души, а значит над ними не нужно думать, а нужно просто рисовать.
Тыльная сторона ладони правой руки, руки правителя: линия со скруглённым треугольником по центру нее – «преодоление». Она желала, чтобы будущий супруг всегда имел силы на решение всех проблем, что окружали его.
Там же, но на левой руке: косой крест, две пересекающиеся линии – «дар». Руна, что должна принести гармонию в их отношения и в его взаимоотношения с окружающими.
Последняя руна легла на запястье левой же руки. Для этого ей пришлось совсем чуть-чуть сдвинуть рукав кафтана, но она чувствовала, что «огню», её стихии, здесь самое место. Две короткие линии, образующие угол, - тепло и стойкость.

Отредактировано Сайлан (21-03-2022 22:35:04)

+2

28

Шейн много думал, что мог бы сделать, чтобы не просто заключить союз с другим кланом и получить от этого максимальную выгоду, а как объединить все три клана. После бегства Авеля с Элен, их свадьбы и рождения на свет сына между ними пролегла глубокая пропасть. Даже если они не желали друг другу зла по-настоящему, то на Севере хватало врагов с двух сторон. Иль Хресс лишь делала вид, что сохраняет нейтралитет и держится в стороне от столичных проблем, потому что сама слишком занята внутренними проблемами своего клана. Но на случай открытого противостояния с кланом Виан он должен был сделать всё, чтобы объединить три другие клана. Они всегда были разрознены. Самое время это изменить.
Невеста из другого клана – это необходимость. Привнесение традиций из её клана – можно считать продуманным ходом императора, который решил плотнее сдружиться с Лэно. Это та дань уважения традициям другого клана, которую он мог себе позволить. Ещё одна небольшая дерзость на параде порушенных традиций.
Руны, что он подобрал для ритуала, тоже несли в себе скрытый смысл.
Верность.
Трактовать её можно по-разному. Начиная с банальной верности между супругами и заканчивая верностью иного порядка – той, что должна быть между императором и его подданными. Он не сомневался, что клан попытается использовать этот союз в личных интересах. Сайлан может встать на сторону своей семьи и делать всё ради её благополучия в первую очередь. По этой причине он хотел напомнить, что в первую очередь она должна быть верна и ему и империи.
Защита.
Требуя что-то взамен, он в первую очередь сам что-то отдавал. Женщины, что окружали его, всегда страдали от выбора быть рядом. И он знал, что Сайлан рискует больше других. Она не простая наложница, не девушка без рода. Она вампирша из другого клана, на который смотрят так же враждебно, как на мальчишку на троне, который решил, что сможет изменить империю к лучшему. Когда все мечи направлены на неё, пусть у неё всегда будет щит, который убережёт от смерти.
Благополучие.
Они не просто муж и жена. Не просто мужчина и женщина. Они – правители империи. С их союзом Север должен стать сильнее. Благополучие для всего народа – это именно то, чего Виззарион желал от их с Сайлан союза.
Вампир отметил, с какой осторожностью будущая жена подбирает места для рунических знаков – не трогает ни его лицо, ни руки, и невольно вспомнил её служанку. Айрис была намного смелее своей хозяйки. Даже Шейн был смелее, когда рисовал знак защиты на лбу невесты, оставив остальные узоры на открытых участках кожи её рук. Он невольно усмехнулся, заметив последний символ на руке. Трактовать его можно по-разному. Огонь – стихия непредсказуемая. Он может согреть, а может сжечь. Желала ли она им страсти в отношениях, силы или иной формы благополучия – покажет лишь время.
Шейн подался вперёд, навстречу невесте, и легко коснулся её губ, не задерживаясь надолго в церемонном поцелуе, больше похожем на лёгкое касание губ. Он уже знал, что гости под впечатлением от изменённой церемонии и руны на его теле для некоторых из них выглядят если не пощёчиной, то плевком в лицо как минимум. Но он не собирался обращать внимание на недовольных советников или старейшин. Недовольные будут всегда.
Красная лента спала с их рук, зачарованные сосуды с цветами поместили в заранее приготовленную для них шкатулку, оббитую мягким бархатом. Виззарион поднялся с колен и протянул руку молодой супруге. Теперь они могли вернуться во дворец, к скромному празднику в их честь.
[icon]https://i.imgur.com/m7jQwxE.png[/icon]

+2

29

Вот и всё.
Короткое прикосновение теплых губ, невесомое, будто касание крыла бабочки, - последняя нота церемониальной песни. Поцелуй, что скрепил их союз. Союз ветра и огня, Камэля и Лэно, Императора и его вынужденной избранницы.
Приняв протянутую руку, Сайлан осторожно, дабы не запутаться в подоле и не наступить на него, поднялась. Убирать свои пальцы из ладони мужчины она не спешила. Правила требовали, чтобы из Храма они вышли точно так же, как и зашли – рука об руку.
Ей не нужно было даже смотреть по сторонам, ибо новоявленной Императрице больше пристало смотреть на мужа, чем на окружающих, чтобы кожей чуять десятки глаз, что сейчас почти сжирали их. Будь она псиоником, могла бы почувствовать и кучу «добра», что думают и ощущают в их сторону. Мало было самой свадьбы, так Шейнир ещё и посмел внести традицию чужого клана. Весть об этом наверняка распространится очень быстро, а значит кости новобрачным перемоют ещё не раз. Это сейчас Советники и Старейшины не могли роптать или обсуждать, но стоит им остаться небольшими приближенными группками, как наверняка выскажут друг другу мнение на этот счет. Единственный, кто в этом зале, кроме новобрачной, мог только порадоваться и оценить уважительное отношение – это Гестин Ледарре.
Айли всё-таки бросила недолгий взгляд на отца. По его серьёзному и непроницаемому лицу сложно было понять эмоции и мысли, но девушка была уверена, что в данный момент отец рад. Возможно, в какой-то степени горд, но всё же больше рад. И сильнее всего не только традиции рун, сколько тому, что дочь дошла до этого дня и стала той, кем он хотел её видеть. Небольшой, но важный рубеж пройден. Теперь она не просто невеста Шейнира дель Виззариона, теперь она Императрица.
Императрица без Императора. Сайлан мысленно усмехнулась, идя рядом с мужем по проходу. За всю свадебную церемонию Шейнир не проявил ни капли заинтересованности, все его действия были именно протокольными, не более. Оставалось надеяться, что хотя бы на празднике он будет рядом, а не найдет кучу срочных дел, чтобы сбежать. Да и про брачную ночь он предпочтет не забыть.
Она не собиралась прямо сегодня становиться его полностью, но вот оказаться наедине и поговорить с ним, ей было необходимо.

Отредактировано Сайлан (24-03-2022 20:41:50)

+2

30

Виззарион вернулся во дворец с новой императрицей. С женщиной, которая должна стать для него если не верным союзником и крепкой опорой, то хотя бы полезной. Он не выглядел счастливым и заботливым мужем. Не вёл себя так ни на подступах храма Луны, ни на обратной дороге во дворец. Свадебный паланкин вёз их обратно под одной крышей в скромном пространстве, которое позволяло им не касаться друг друга, но сидеть достаточно близко. Подперев щёку рукой, Шейн всю дорогу до дворца смотрел в окно, едва прикрытое полупрозрачной тканью. С каждым шагом лошадей по мостовой и порывом холодного зимнего ветра она отклонялась, то открывая вид на город, то пряча его за чёрной завесой.
Вновь, как когда-то, он не пытался понравиться молодой жене или расположить её к себе. Он не пытался заговорить с ней. Все его мысли кружились вокруг прошлого. Воспоминания настигали его одно за другим, напоминая день свадьбы с Мередит, все сказанные в гневе слова Элен и брата, кровопролитную бойню под стенами дворца и тело умирающей матери, когда меч Виктора пронзил её тело. Все смерти и лишения давили на него тенями прошлых ошибок и абсолютного нежелания подпускать к себе кого-то ближе, чем это требуется.
Торжество в честь восхождения на престол новой императрицы, как и заверяла Ясемин, было скромным по меркам династии. Приглашенные гости уже ожидали их в торжественном зале, обсуждая последние новости – выходку императора в Храме Луны, и затихли, когда о приезде императора с императрицей оповестили. Они расступились, теснясь ближе к стене, и освободили проход новобрачным до двух кресел: один для императора, второй – для императрицы. За длинным столом, заставленным праздничными угощениями, вином и кровью, было место лишь для них двоих. Ближе всего к ним расположились верные императору вампиры и в их числе среди женщин – джарие. Она тоже была среди гостей, несмотря на то, что не имела благородных корней и полноценно не входила в династию Виззарионов, но император отвёл для неё особое место, рядом с леди Анри и Деррант.
Владыки Севера заняли место за столом, и услужливые слуги наполнили их кубки вином, пока приглашенные гости в зале по одному выходили к ним, выказать добрые пожелания и преподнести подарок в честь свадьбы. Только после церемонии вручения можно немного развеяться на торжестве, вкусив пищу и вино и насладившись грядущим зрелищем. Он знал, что когда последний советник вручит им свадебный подарок, то кто-то из гостей может вызвать его на поединок за руку императрицы, и если так случится, то это станет ещё одним поводом для пересуд. Пока что всё шло слишком гладко в понимании Шейна. Никакого позорного шествия, никакого покушения на него или на Сайлан. Казалось, что о них все забыли, и это выглядело странно.
«Если никто не приправил вино и пирог обсидианом», - усмехнулся про себя вампир.
Он знал вампира, который подошёл к их столу последним. Старший сын Аулуса Рилингхома - Тервиан. В последние месяцы он вёл себя тихо и от любых событий держался в стороне. Шейн решил, что так сказывается страх вампира, который в любой момент, дав повод засомневаться в себе, мог пойти на плаху вслед за своим отцом, обвинённым в предательстве. Семьи многих клятвопреступников пострадали в тот день, когда доказали их причастность к попытке свергнуть Виззариона. Немногие из них избежали наказания. Шейн пытался поступать по справедливости и с выгодой для себя, но так и не решил, что делать с этим вампиром. Он оставался законным наследником Дома Белой Крови, пока не найдётся другая выгодная партия, а среди младших Домов хватало вампиров, которые хотели подняться повыше, используя такой отличный шанс выбиться.
Император немного оживился, наблюдая за вампиром. Ему было любопытно узнать, что Рилингхом преподнесёт ему в качестве свадебного подарка, и никак не ожидал от серой и незаметной мыши такого поступка.
- Я желаю воспользоваться правом клана сразиться с женихом за руку невесты, - Тервиан как намеренно избегал называть его по титулу или использовать уважительное обращение к императору, но говорил уверенно, холодно, словно происходящее было для него чем-то обычным. Вызов с его стороны удивил Шейна – и это удивление отразилось на его лице слегка приподнятой бровью и взглядом, направленным на сына клятвопреступника.
Поступок Рилингхома удивил не только императора, но и некоторых советников. Это в равной степени вызвало негодование и удивление. Неприятное напряжение повисло в воздухе. Вызов на поединок скрывал за собой что-то более глубокое и серьёзное, чем простое желание немного позабавить гостей или соблюсти традиции клана.
- Интересный подарок, - улыбнулся Виззарион. – Что ж… не вижу причин отказываться от поединка.
Шейн поднялся с трона, обогнул стол и спустился с помоста к вампиру, чтобы поравняться с ним. Он видел, как внимательно Харука наблюдает за Рилингхомом, выискивая под одеждой сына советника дополнительное и опасное оружие, как гвардейцы просматривают гостей, чтобы никто из толпы, пользуясь замешательством, не навредил императору или императрице.
Поединок начался, когда Ариго одобрил оружие, которым пользовался Рилингхом, и вампирам подобрали подходящие мечи. Условия были простыми – поединок на мечах, до победы одного из участников. Никакой магии. Никаких щитов. Тервиан атаковал первым. Вампиры клана Арис всегда были быстрыми – дар бога войны даровал им скорость, с которой Камэль могли сравниться лишь в боевой форме. Шейн знал об этом преимуществе и не сомневался, что Рилингхом им воспользуется, если не сразу, то в решающий момент. Мечи вампиров сцепились друг с другом; эхо звоном разлетелось по залу. Он не знал насколько хорошо советник обучал своего сына и не уступал ли Тервиан ему специально, но не расслаблялся и не ликовал, когда подпортил праздничный камзол вампира. Он не пролил ни капли крови, даже не задел рубаху на рукаве, но этого было достаточно, чтобы первый удар засчитали в его пользу.
На втором круге счёт сравнялся. Серебряная пуговица оторвалась от ворота императора и покатилась по полу. Шейн почувствовал, в какой опасной близости от его шеи прошёл чужой меч, и не сомневался, что в реальном поединке Рилингхом уже бы его убил.

Броски дайсов
[icon]https://i.imgur.com/m7jQwxE.png[/icon]

Отредактировано Шейн Виззарион (27-03-2022 20:01:18)

+2


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [20.12.1082] Скованный трон