Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре июль — август 1082 год


«Тайна забытого города»

Ритуал очищения и освобождения прошли успешно. В Зенвуле больше нет ни призраков, ни нежити, ни тёмной энергии. Экосистема города возрождается. В него вновь возвращаются звери и птицы. Проклятое Древо Костей в центре города полностью уничтожено, на его месте теперь стоит Страж-дерево. Болезнь Роза немёртвых полностью не исчезла, но теперь новых заражений не будет. Пока дух всё ещё в теле смертной девушки и мир полностью не очистился от тёмной энергии, которая растянулась далеко за пределы Остебена, болезнь останется.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Жатва»

Войска столицы направляются к городам-близнецам, чтобы дать бой Культу Безымянного и освободить Атропос и Акропос из-под гнёта культистов. Культ сдаёт Атропос без боя и стягивает силы к Акропосу, где разгорается полномасштабная битва. Первые Ключи из Силентеса активированы, что провоцирует Мёртвое древо поднять новое войско нежити и уничтожить всё живое, что есть на материке.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Джошуа Элиор Лангре Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Эпизоды » [18.05.1082] Gutta cavat lapidem non vi


[18.05.1082] Gutta cavat lapidem non vi

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

- Локация
Альянс, г. Анейрот, поместье Магистра Альянса
- Действующие лица
Марек, Алисия
- Описание
связанный эпизод - [04.05.1082] Лилии висельника
За неделю до отправления на войск Альянса в города-близнецы Алеку и Алисии по указу Магистра пришлось провести ритуал соединения душ, пока Лилиан Ворлак не нагрянула к лживой дочери с проверкой на вшивость.

+1

2

Марек вспоминал, как собирался провести ритуал с Алисией - настоящей Алисией Ворлак. Они не успели. Эарлан старший отослал его на фронт с группой добровольцев, у которых не было другого выбора. Со смертью Алисии и её неудавшимся воскрешением он много думал над тем, как бы сложилась их жизнь с ритуалом. Он облегчал воскрешение супруга, давал возможность обойтись без привязок к предметам и был стопроцентной гарантией без исключения, что воскрешение в прежнее тело пройдёт гладко. Ритуал был запретным на территории Альянса. В подавляющем большинстве браков некромантов он оставался договором на бумаге, скреплённым магической клятвой или обязательствами перед родами. Договоры исключали наличие чувств и привязанностей к партнёру. Некроманты редко выбирали путь чувств и следовали ему, нарушая закон, чтобы соединиться душами с партнёром. Ритуал был запрещён из-за власти, которая попадала в руки некромантов, связанных ритуалом. Магистр Альянса не афишировал это событие. Для общественности Алисия Ворлак была женой его сына, а негласно он вынуждал их провести ритуал, чтобы поиметь с него выгоду.
Алек понимал, почем он это делает, и перестал противиться.
Эарлан слышал о разных ритуалах некоторых народов Рейлана. В брачном союзе тёмных магов не было ничего романтично-прекрасного, а для светлых магов, которые привыкли видеть мир под живым углом – непотребством, кощунством и извращением. Алек чувствовал себя не в себе. Он любил магию и увлекался разными ритуалами, которые за годы жизни сыграли ему хорошую службу, но конкретно этот ритуал и его последствия сбивали некроманта. Он старался не показывать Алисии, что немного растерян и нервничает.
Это всего лишь ещё один ритуал.
Родовой склеп Эарланов был холодным, неприветливым, но прибранным. Алек мог дать голову на отсечение, что склеп прибрали к ритуалу по приказу Магистра. Нигде ни паутинки, ни мёртвого мотылька. Алек знал некоторые саркофаги родственников. Деда, бабки, прадеда и матери. Он знал, что для ритуала им хватит одного саркофага с одним родственником, и он точно знал, какой именно хочет использовать во время ритуала. Последствия ритуала и что происходит в организме двух магов - никто точно не знал, но Алек надеялся, что разница между тёмным магом или светлым магом, на котором завяжут ритуал, играет роль. Он намеренно выбрал мать. Она была светлым магом, как и Алисия. Алек надеялся, что это поможет провести ритуал с меньшими последствиями для Алисии, и готовился принять влияние светлой магии на себя. Об этой особенности он ничего не рассказал, сославшись на то, что это самый подходящий родственник.
В склепе для них оставили свечи, огниво, кинжал, чашу, несколько мелков, талисманы и подарки, которые у некромантов заменяли кольца – два узких браслета на запястье. Они вызывали у Алека ассоциации с магическими наручами, которые он носил до этого ритуала. Отец снял их с него, чтобы высвободить силу Алека, но наложил блокирующее заклинание на весь склеп, если сыну взбредёт в голову сбежать с собственной свадьбы вместе с дважды невестой.
У Алисии не было красивого платья. На Алеке тоже был минимум одежды, которая требовалась для ритуала. Он начертил контур на полу, расставил в определённом порядке свечи, заполняя пустоты в рисунке, в других – рисовал глифы. По кругу пошла надпись на древнем и давно забытом языке, который использовался только в ритуалах. Подарки Алек поместил в широкую чашу и поставил её в центр круга между собой и Алисией, чтобы кровь из порезов капала в чашу и окропила талисманы. Круг захватывал гробницу его матери и на неё он тоже нанёс несколько рисунков мелом и выжег их пламенем свечи. На несколько секунд надписи замерзали синим цветом маны Алека; они напитались его энергией.
За чертой круга Эарлан оставил рубаху, в которой пришёл в склеп, оставив штаны и сапоги, и встал напротив Алисии, войдя в круг. В правой руке он держал левую ладонь девушки, тыльной стороной вверх, а в левой – кинжал, стоивший по меркам Алека не баснословных денег. Для ритуала сгодился бы любой нож, но все элементы подбирались по указке магистра. Алек в это не вмешивался.
Алек сделал вдох и посмотрел на девушку. В глаза. Остриё кинжала нависло над линией жизни на её ладони.
- Готова?
Обратного пути не будет.

+2

3

Неизвестность пугала. Грызла точно оголодавший пес, которому бросили с щедрот барского плеча кость. Энида была тихой и покорной, являя собой скорее бледную тень, нежели живого человека. Потускневшие глаза и алебастровая кожа делали ее более похожей на ту, кем она была когда-то. Она стала чуть меньше хитрить на занятиях, демонстрируя видимую покорность и прилежность, но едва ли и эти успехи устраивали Магистра. Все-таки здесь очень важно было не переиграть и найти хрупкий баланс между тем, что она могла и что хотела показать. И девушка очень хотела верить, что у нее это получится.
Накануне ритуала Алисия нервничала, как никогда. Волнение захватило ее целиком без остатка, переходя иногда в липкий пронизывающий страх. Она стояла перед зеркалом, рассматривая простое белое платье-сорочку до пола, подпоясанное алой лентой. Волосы цвета спелой пшеницы были сплетены в косу и украшены мелкими красными цветами. Лис знала, что для этого ритуала не нужны были ни красивые платья, ни драгоценные безделушки. Что шли они на него вопреки собственному желанию, и все же… Она прикусила губу, расправляя складки платья на бедрах. В тоскливом взгляде на мгновение вспыхнула надежда. И все же это был их ритуал. То, что свяжет их жизни навсегда, сплетая души. Быть может, такова была судьба, уготованная им обоим? И они получат от этой связи больше, чем потеряют? Энида подавила тяжелый вздох. Для них оставалась лишь глупая надежда.

Родовой склеп семьи Алека вызывал непроизвольную дрожь в коленях. Не столько из-за царящего там холода, сколько из-за мрачной и тягостной атмосферы. Кладбища и без того никогда не были веселым местом, но эта усыпальница заставляла мороз бежать по коже. С замиранием сердца она смотрела за тем, как возлюбленный готовится к тому, что должно было сегодня свершиться между ними. Символы на полу были совершенно незнакомы, а оттого еще более пугающими. У Алисии пошла голова кругом, и даже на мгновение показалось, будто в углах замерли чьи-то полупрозрачные фигуры. Сжав руки в кулаки, девушка ощутила как ногти впиваются в ладонь. Боль немного отрезвила и даже заставила фигуры исчезнуть. На выдохе энида шагнула вперед босыми ногами, занимая положенное место в круге, куда вскоре присоединился и Алек.
Рука некроманта была теплой в сравнении с ледяными пальцами Алисии. Ее взгляд скользнул по острию занесенного над ладонью кинжала. Пути назад не будет, как не было у них и иного выбора. Такого, который мог бы дать им хороший исход. Приходилось делать то, что должно, довольствоваться, чем есть. И надеяться на чудесную возможность в туманном будущем.
Готова, — тихо ответила энида, стараясь не выдать дрожь в голосе. Но несмотря на все тревоги и страхи где-то в глубине души она сохраняла искорку веры в лучшее. — Когда ты рядом, я ко всему готова.
Ей очень хотелось зажмуриться и не смотреть на то, как острие ножа рассечет ладонь, но она лишь крепче вцепилась свободной рукой в ткань платья и встретилась взглядом с глазами Алека. Будь, что будет.

+1

4

- Я начинаю.
Все слова звучали глупо. Алек привык проводить ритуалы в абсолютной тишине, но он видел, что Алисия нервничает. Он тоже волновался, но не имел морального права давать слабину при девушке.
Второй раз за существование Алисии Алек резал её тело. Впервые он вогнал ей ритуальный нож в сердце, когда Алисия захотела стать человеком, переродившись в ином теле. Алеку пришлось убить её для возрождения. Из-за этого на груди Лиссы появился шрам. Второй на всём теле. Первый шёл по линии рёбер. Его оставил убийца в переулке, который отнял жизнь настоящей Алисии Ворлак по указу магистра. Итан Эарлан посчитал, что сын слишком заигрался с дочерью пантендорского генерала. Третий шрам появится после этого ритуала. Короткая вертикальная полоска, пересекающая линию жизни.
Кровь потекла по коже, стекая жирными каплями в подставленную чашу. Алек почувствовал, как рука девушки напряглась из-за боли, и как холодны её пальцы от волнения и страха. Он привык с холодностью следовать каждому условию ритуала, но у самого внутри скрипнули зубы от необходимости ранить Лиссу. Себя он порезал быстро, не поморщившись, и, сжав кулак, сцедил кровь в чашу, смешивая две линии жизни в иолите с серебром. Алек закрыл глаза, зачитывая наговор, и поднял взгляд на девушку, когда крови набралось достаточно, чтобы продолжить.
- Помнишь рисунок?
Алек показывал книгу древних заклинаний с нужным ритуалом, чтобы Алисия успела узнать до оговоренной даты, что её ждёт и что от неё потребуется. На каждой странице с подробным текстом были рисунки глифов и пентаграмм. Все наговоры, обеты и заклинания. Автор книги потрудился изобразить всё до малейших деталей, включая надписи на парных украшениях. Эарлан предполагал, что Алисия могла перенервничать и что-то забыть или напутать, поэтому готовился подхватить её, чтобы она не оступилась. Ритуал не терпел ошибок. Минус любой сильной магии. Последствия могли привести к их смерти.
Он взял её руку с пальцем, перепачканным в кровь, прикоснулся к коже на своей груди, медленно выводя узор на солнечном сплетении в виде обратной спирали и пересекающей её вертикальной линии. Он означал единство и круговорот жизни. Два идентичных друг другу рисунка появились на плечах, олицетворяя душу. Последний рисунок наносился на живот, выше пупка, и символизировал плоть. Он напоминал раны от пореза когтей, перечёркнутые наискось.
- Будет холодно, - предупредил Алек, взявшись за края рубашки, которую Алисия выбрала в качестве свадебного платья.
На белой ткани слева и справа на плечах остался след от его крови, когда некромант потянул рубашку с девушки, оголяя верх. Ткань сползла до пояса. Алек подтянул девушку ближе к себе, обхватив её за талию. Он дышал ровно и медленно, и всё время смотрел в глаза Лиссы.
Настал его черёд рисовать символы на её теле. Алек делал всё то же самое. Символ на солнечном сплетении, на плечах, на животе. Пролитая кровь остыла и медленно подсыхала в чаше. Руны на телах заалели, когда Алек нарисовал последний символ. Рисунок жегся, но, не обращая внимания на дискомфорт, Алек тянулся к чаше, вынимая из неё амулеты, чтобы надеть один на шею Лиссе, а второй – себе.
Невидимая рука выжгла рисунки, сделав чернила из крови чёрными как смоль, и на глазах магов рисунок начал ссыпаться, как пепел, отставая от кожи, оставляя её чистой и не израненной.

+1

5

По вытянутой руке прошла дрожь. Алисия едва сдержала крик, закрыв на несколько секунд глаза. Острая боль перечеркнула ее ладонь алой линией, затмевая все прочие ощущения. Ресницы против воли в один миг стали влажными от слез, но дальше должно было стать легче. Она судорожно сглотнула и постаралась выровнять дыхание, считая в мыслях до десяти. Боль не уходила, но теперь перестала быть такой острой. Лисса открыла глаза и второй рукой быстро смахнула слезы, из-за которых весь мир вокруг был мутным. Ей стало крайне неловко от подобного проявления слабости, и она опустила взгляд. Чаша была полна их крови, которой вскоре предстояло наносить на тела друг друга ритуальные символы.
Да, я помню, — тихо ответила девушка. В последние дни она много проводила за изучением книги с древними ритуалами, заставляя написанные там слова и начертанные символы буквально врезаться в память. Даже короткий тревожный сон накануне ритуала был наполнен видениями, где эниду окружали различные начертания кровью. Ей было страшно что-нибудь перепутать или сделать не так, но даже здесь Алек пришел на помощь. Ведомая его рукой девушка уверенно наносила на кожу древние символы. Все они были достаточно простыми в исполнении, без хитрых завитков и изысков. Но все равно ей было гораздо спокойнее осознавать, что все происходило под полным контролем Алека.
Вскоре ее часть ритуала была закончена, теперь аналогичные действия должен был проделать он сам. Алисия вздрогнула, когда ткань сорочки скользнула по плечам вниз. В склепе и без того было не жарко, но теперь холодный воздух и вовсе без стеснения окутал ее обнаженный торс. Каждое прикосновение пальцев некроманта с остывшей кровью вызывало невольную дрожь по всему телу. Она подняла взгляд и словно завороженная засмотрелась в глаза Алека. Он выглядел уверенно, излучая холодное спокойствие, и это ощущение волей неволей охватывало и ее саму. Ему Лисса доверяла даже больше, чем себе.
Ритуал окончился обменом амулетов, ставших теперь неотъемлемой частью каждого. Во всяком случае, Алисия не собиралась добровольно его снимать ни при каких обстоятельствах. Древние символы осыпались черной сажей. перепачкав белоснежный подол ритуальной сорочки. Впрочем, оную было и ни капли не жаль, ведь именно по этой причине свадебная церемония некромантов не требовала изысков.
И что теперь? — шепотом спросила она, зажимая здоровой рукой ладонь, что была рассечена кинжалом. Ей хотелось поскорее уйти из этого места, позабыть могильный холод и странные тени в углах. Босые ноги озябли в ритуальном круге на каменном полу, Лисса грезила теплом языков пламени и горячим травяным настоем. Или, быть может, чем-то иным, что сумеет ее согреть после этой ледяной пытки. Никаких других изменений в себе она пока не ощущала, как ни прислушивалась.

+1

6

Дальше я возьму тебя?..
Алек пришёл к выводу, что молчание – лучший вариант. Он не нашёл подходящих слов, чтобы описать последний элемент ритуала и описание не прозвучало по-идиотски. Традиции некромантов, которые пришли к ним с пережитком древней магии, отталкивали и пугали светлых магов, чей рассудок не был так испорчен влиянием Кристалла. Мистик надеялся, что Лисса прочла всё, что было в книге, или догадается по наитию. Он нервничал сам и надеялся, что его волнение не передаётся девушке в осторожных движениях, неуверенных прикосновениях и медлительности.
Марра…
Алек ругнулся про себя. Правая ладонь сместилась с талии девушки ниже, согревая её. Кожа Алисии была прохладной на ощупь. Длительное пребывание в родовом склепе, продуваемом всеми ветрами, не располагало к увеселительным мероприятиям, но они не имели права на ошибку и не могли отступить. Алек не знал, чем обернётся несоблюдение всех условий ритуала, и не хотел рисковать. Он держал в руках женщину, которую любил. Не обращая внимания на боль в повреждённой ладони, мистик подхватил девушку под бёдра. Не вынося её за пределы ритуального круга, он сделал несколько шагов к гробнице матери и посадил Лиссу на неё. Теперь ноги девушки не касались холодного пола, но теплее от близости с могильной плитой не стало. Алек это понимал. Смятая сорочка не спасала, а ничего другого, что улучшило бы условия девушки, не было под рукой. Приходилось довольствоваться малым.
Фойрр бы побрал отца.
Это был единственный выход сохранить жизнь Алисии.
Алек помнил, когда в первый раз прикоснулся к ней. Энида в теле его бывшей невесты не понимала, что происходило, но она была привязана к нему эмоциями и инстинктивно подстраивалась под его прихоти и желания. Это было бесчестно по отношению к ней. Алек не видел в ней личности и старался забыть, что под оболочкой девушки, которую он любил, находилось существо из мира за Гранью. Он не знал, почему вспомнил этот момент. В неподходящее время просыпалось чувство вины за несправедливость по отношению к ней. Алека радовало, что Лисса больше не связана с ним чувствами и эмоциями, и не может знать, что за беспорядок у него в голове от мысли о близости.
Он несколько раз поцеловал её, тесно прижимая к себе, чтобы поделиться теплом тела.
Браслеты остались в чаше и ждали своего часа. Алек выбрал воронов в качестве талисманов. Они олицетворяли связь с предками, возрождение и связь с Бездной, откуда пришла энида.
В склепе ничего не изменилось, пока не появилось желание обладать телом друг друга. Алек не стал стаскивать целиком рубаху с девушки, чтобы она не касалась голой кожей холодного камня. Он оставил смазанное пятно крови на бедре Лиссы, когда задирал подол окончательно испорченной вещи, но забыл, что они находятся в склепе по указке магистра. Мистик хотел завершить ритуал. Он убеждал себя, что это хороший вариант. В его отсутствие Алисия могла погибнуть, а ритуал позволит ему воскресить её без потерь в любое время и в любое тело.

+1

7

Молчание Алека затягивалось. Энида неловко отшатнулась, переминаясь с ноги на ногу. Читая про древние ритуалы темных магов, она акцентировала свое внимание на символах и амулетах, а вот заключительная часть как-то была пропущена.
Ох, — тяжело выдохнула Лисса, осознав причину неловкого молчания в ответ на свой вопрос. Она невольно сжалась, бросив растерянный взгляд на некроманта, а затем на каменный саркофаг, где покоилась его мать. — Мы же не…
От понимания, что им предстояло совершить, стало неуютно. Алисия любила его, и близость с ним была желанна, но не так. Не здесь. За эти секунды мир для нее перевернулся. Слияние мужчины и женщины было всего лишь частью ритуала. На каменных холодных плитах просто по причине того, что так было нужно. И желание супругов в данном случае не имело никакого значения. Мерзко.
Лисса отзывалась на прикосновения и поцелуи с трудом и явной скованностью. Ее ответные ласки были сухими и будто механическими, словно перед Алеком сидела не живая девушка, а самая настоящая кукла. Все, чего она сейчас хотела, это закончить ритуал по всем правилам и уйти. Забыть произошедшее и никогда не вспоминать. Теперь она на собственной шкуре поняла и ощутила, почему светлые маги приходили в ужас от ритуалов некромантов. У всего этого не было души, не было чувств, не было эмоций. Так же, как был холоден склеп, были холодны обычно и те, кто соединяли свои души.
Алисия обвила супруга руками за шею и подавила тяжелый вздох. Каменная плита была ледяной, а свадебная сорочка не спасала от этого ни капли. Прикосновения Алека согревали и заставляли тело отзываться, но в мыслях девушки по-прежнему царила тоска. Она целовала его сейчас потому, что так было надо. Она прижималась к его коже обнаженной грудью потому, что так было надо. Она не сопротивлялась и была покорной потому, что так было надо для ритуала. Надо. Надо. Надо.
И Лисса бы очень хотела сейчас заставить себя чувствовать иначе. Отвлечься от окружающей обстановки, забыть о пронизывающем холоде и твердости могильной плиты под собой. Чтобы для нее сейчас существовал только любимый человек и всепоглощающая страсть. Но она так не могла. Прильнув к молодому человеку, Алисия скрестила ноги за его спиной и откинулась назад, опираясь на руки. Сердце застучало быстрее, разгоняя кровь по телу и постепенно согревая ее.
“Скоро ритуал закончится, и все будет хорошо”, — постоянно крутилась успокаивающая мысль в ее голове. Она вздрогнула и со стоном выдохнула, крепче сжимая некроманта бедрами.

+1

8

Мы же да.
На коже между лопаток проступил магический рисунок – две переплетённые змеи. Вспыхнув цветом маны, они погасли и стали невидимыми. Ритуал прошёл хорошо. Алек не чувствовал недомогания. Лисса выглядела здоровой, но он всё равно спросил, как она себя чувствует. Убедившись, что с девушкой всё в порядке, он посмотрел на ритуальную чашу через плечо, не выпуская её из рук. Рисунок на браслетах засветился маной и потух. Украшение не излучало магию и со стороны выглядело обычной вещью для магического и не магического взора.
Он поцеловал выпирающую ключицу, совладав с дыханием.
- Прости.
Алек извинялся за всё сразу. За ритуал с вынужденной и скомканной близостью. За навязанные мысли о магическом браке. Алисия оставалась девушкой, незамутнённой тёмной магией, и разумно желала большего для себя. Мечтательной натуре, оторванной от земного, навряд ли грёзилось выходить замуж в родовом склепе, в окружении паутины и костей. Брачная ночь представлялась в ложе и наедине, а не в окружении душ на холодной могильной плите. Некроманты отказались от всего человеческого, изуродовав древний ритуал истинной магии. Тёмная магия родилась из природной, но в глазах Всеотца и эльфийской богини она стала её мерзкой противоположностью, насмехающейся над каждым ритуалом, над жизнью и смертью.
Он помог Алисии спуститься с высокого надгробия и оставил её рядом с гробницей матери. Из ритуальной чаши некромант достал два браслета со следами их крови. Один надел на правую руку себе, а второй Лиссе. Браслеты не были похожи. Из своих вещей, оставленных на краю магического круга, Алек достал ещё один браслет - близнец украшения Алисии.
- Отец знает, что мы провели ритуал, но я не хочу давать другим почву для размышлений.
Алек объяснил, зачем нужен второй браслет, пока одевался. Свою рубашку он набросил на плечи Лиссы. Тепла от неё было немного, но некроманту пришлось повозиться, чтобы убрать следы ритуала, если кто-то заглянёт в родовой склеп Эарланов из желания убедиться в догадках.
Подхватив девушку на руки, чтобы она не морозила босые ступни, Алек понёс её из холодного склепа на поверхность. Он чувствовал, что после ритуала их магические резервы разделились надвое. Из книг он помнил, что может использовать заклинания из школы Алисии, которые не изучал и не практиковал, но это скажется на девушке. Алеку зудело испытать новую силу, но состояние Алисии он поставил выше личных интересов. До отправления в Атропос у них будет время на познание магических сил и границ договора на крови.
Магистр не заявился на порог их комнаты и не прислал слуг. Алек верил, что отец узнал всё, что хотел, другими способами, поэтому оставил их в покое на день. Итан Эарлан получил, что хотел.
Догорающий вечер они провели сидя у камина, обмениваясь теплом друг друга. Алек прижимал девушку спиной к своей груди и не выпускал её из объятий. Блики огня отсветами танцевали на металлических браслетах, но никакого голоса из Бездны Алек не слышал. Старые легенды говорили, что из-за ритуала многие некроманты не справляются с силой духов и для них теряется грань между миром живых и миром мёртвых, но он чувствовал себя нормально и надеялся, что Алисия тоже. Рисунок с её спины тоже исчез.

0


Вы здесь » Легенда Рейлана » Эпизоды » [18.05.1082] Gutta cavat lapidem non vi