Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре июль — август 1082 год


«Тайна забытого города»

Ритуал очищения и освобождения прошли успешно. В Зенвуле больше нет ни призраков, ни нежити, ни тёмной энергии. Экосистема города возрождается. В него вновь возвращаются звери и птицы. Проклятое Древо Костей в центре города полностью уничтожено, на его месте теперь стоит Страж-дерево. Болезнь Роза немёртвых полностью не исчезла, но теперь новых заражений не будет. Пока дух всё ещё в теле смертной девушки и мир полностью не очистился от тёмной энергии, которая растянулась далеко за пределы Остебена, болезнь останется.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Жатва»

Войска столицы направляются к городам-близнецам, чтобы дать бой Культу Безымянного и освободить Атропос и Акропос из-под гнёта культистов. Культ сдаёт Атропос без боя и стягивает силы к Акропосу, где разгорается полномасштабная битва. Первые Ключи из Силентеса активированы, что провоцирует Мёртвое древо поднять новое войско нежити и уничтожить всё живое, что есть на материке.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Джошуа Элиор Лангре Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [07-14.08.1082] Мрачные дела


[07-14.08.1082] Мрачные дела

Сообщений 1 страница 22 из 22

1

В таких местах чувствительные люди начинают нервничать. Им мерещатся неприятные вещи в этих комнатах, сразу за границей света от лампы. Им приходит в голову, что там, в темноте, творятся мрачные дела. Но у нас нервы крепкие. Возможно, мы и есть те самые неприятные вещи. Возможно, мы и творим эти мрачные дела.


- Локация
Альянс, деревня в пределах Севелена
- Действующие лица
Кайдер, Вивьен де Трайх
- Описание
предыдущий эпизод[Страдник-жнивень, 1082] 7th Symphony
В деревне Бесвелт, в округе Севелена, происходят странные вещи. Нежить обезумела, нападает на мирных жителей, уничтожает стада и действует будто по чьей-то указке. Чтобы разобраться с проблемой, группа некромантов из Севелена приезжает в Бесвелт, чтобы помочь мирным деревенским в и без того плохие времена.

0

2

07.08.2019

Ледяные стены рухнули и разбились вдребезги.
Вивьен больше не проявляла враждебности в отношении своего защитника. Более того, она стала вести себя гораздо… теплее и сдержаннее по отношению к нему. Нет, девушка все так же продолжала отпускать едкие комментарии и скабрезности в сторону бойца, но теперь делала это абсолютно беззлобно. Кажется, мужчине удалось убедить её в чистоте своих помыслов и благородности намерений. С тех пор он почти не отходил от некромантки. Каин же только довольно сушил зубы, всякий раз смотря им вслед. Как-то раз даже пошутил в отношении Кайдера, что мол он от влюбленности помолодел, но мужчина в ответ так посмотрел на старого вояку, что тот сразу поник лицом и поспешил удалиться по своим делам.
Вивьен же слухи не волновали от слова совсем. Она игнорировала их всем своим видом и, словно нарочно, проводила в компании Реймара столько времени, сколько это было возможно. Она даже попросила его преподать несколько уроков самообороны, взамен предложив Каю свои услуги в качестве наставника в области магических искусств. И если с боевыми тренировками у них обоих все проходило как нельзя лучше, то, когда дело дошло до некромантии, тут начались заминки, которые девушка восприняла как очередной вызов…
- Ну нет же, не так, - Вивьен улыбнулась и поправила волосы, убрав мешающую прядь за ухо. – Заключительный пасс неверный и энергию ты направляешь все еще не так, как нужно, - некромантка резко взмахнула правой рукой: повинуясь её воле, охваченное потоком темно-зеленой маны материализовалось костяное копьё, секунду оно парило в воздухе, а затем на бешенной скорости влетело в мишень, когда девушка направила в её сторону распахнутую ладонь.
- Ты можешь чувствовать, как я работаю с энергией? – спокойно улыбаясь уточнил Кайдер, покачав головой. – Невероятно... Но, как и говорил: в магии я абсолютно бездарен. Не думаю, что во всем этом есть толк.
- А я думаю… - девушка сделала акцент на «я», – …что ты намеренно тянешь время и ленишься. Не отлынивай!
Кай тихо засмеялся, сокрушенно подняв ладони в воздух в притворном жесте сдачи, после чего занял место девушки перед мишенью, готовясь к произнесению заклинания. Резко взмахнув рукой, он направил потоки маны так, как учила его Трайх уже несколько последних дней. Ощущение от использования собственного магического резерва было для него странным. Таланты псионика каким-то образом давались Каю на подсознательном уровне. Он никогда не задумывался об их применении, используя тот небольшой минимум так, как ему хотелось, хоть и в относительно ограниченно диапазоне. Будучи в заключении, его воля распространялась далеко за пределы склепа. При желании, он даже на короткое время завладевал сознанием некоторых людей. Сейчас же подобные трюки ему уже не удавались.
Однако с некромантией все всегда было иначе. Его отец, Кайафас, убил много времени, пытаясь обучить отпрыска самым элементарным заклятьям, но Кай оставался невосприимчив к его методам преподавания. С Виви же все было иначе… или же отношение Кая изменилось?
Светло-синий всполох маны Реймара материализовал костяное копье. Снаряд неуверенно подрагивал в воздухе, в отличие от своего предшественника, созданного куда как более опытной в колдовстве Вивьен.
- Жестче. Магия не терпит слабости и сомнения. Поток должен быть устойчивым и…
Едва Вив успела закончить, глаза Кая вспыхнули тем-же светло-синим пламенем, и он резко сжал ладонь в кулак, сбивая заклинание. Созданное им копье треснулось и рассыпалось в прах, так и не отпущенное в цель. Мужчина недвижимо стоял, подняв голову и смотря невидящим взглядом в небо, наблюдая глазами ворона за приближающимся всадником. Так прошло всего несколько мгновений, прежде чем он вернулся сознанием к некромантке.
- Что это было? – напряженно спросила подопечная.
- Проблемы…

***

Сбивчивый рассказ израненного Мииро, спешно вернувшегося из дальнего дозора раньше срока, прерывался мерным хрустом надеваемой брони. Пока Вив, Каин и Джош выслушивали донесение молодого мага, Кайдер туго затягивал ремешки на латных наручах. Покончив с этим, он несколько раз сжал и разжал когтистый латный кулак, привыкая к тому, как ощущается рука, закованная в сталь. Тем временем Гризвольд заканчивал фиксировать нагрудник поверх длинного кожаного камзола.
- Я с ней закончил, - старик протянул мужчине последний фрагмент его доспеха, над которым работал все это время. – Ох и намучался. Постарайся больше не принимать на неё такие удары, хорошо? – Кай аккуратно взял маску ворона. Со стороны это было похоже то ли на благоговение, то ли на трепет. Какое-то время он без малейшего движения смотрел на стальной лик ворона, столько лет заменявший ему настоящее лицо, а после с глубочайшим почтением низко поклонился кузнецу.
- Благодарю, - когда же мужчина выпрямился, маска уже была пристегнута к поднятому капюшону, надежно скрывая лицо.
- Ты оказался прав, как всегда, - хмуро проговорила Вив, не смотря на него, а скорее слыша хруст пластин доспехов воителя и ощущая спиной его приближение. – Нежить у Бесвелта сорвалась с цепи. Нападает на местных, терзает скотину. Там живут простые люди, у них нет шансов дать отпор, - девушка раздраженно цокнула языком. – Дайгон остался с ними, Мииро отправился к нам, чтобы доложить, но в дороге был атакован тварями. Хорошо, что вообще смог добраться до замка.
- Это не совпадение. Такого никогда не было. Нам строят козни, - безапелляционно прокомментировал ситуацию Каин.
- Никто и не сомневается, капитан, - с раздражением проговорил Джош. – Вопрос в том - какой ответ мы дадим? Культ может нагрянуть в любой момент, подготовка обороны идет полным ходом. Нам нужны все, до последнего человека. Сейчас не время распылять силы.
- Но и оставить Бесвелт в беде мы точно так же не можем! Эти люди надеются на нас и умрут без нашей помощи. Не говоря уже о Дайгоне, который сдерживает тварей в одиночку. Ты и его предлагаешь бросить, чтобы «не распылять силы», первый маг?!
- Довольно! – резко прервала перепалку мужчин Вивьен, заставив обратить на себя внимание. – Джош прав: направить группу магов в деревню мы не можем, люди сейчас нужны здесь, - Каин сокрушенно выдохнул. – Но и бросить их на произвол судьбы я тоже не готова, - уже празднующий свою правоту Джош распахнул глаза от удивления. – Джош, ты займешься управлением в мое отсутствие, как делал до этого. Каин – продолжай укреплять оборону Севелена, - девушка перевела взгляд на своего безмолвного защитника, смиренно ожидающего приказа. Непроницаемая маска не позволяла понять, что сейчас выражает его лицо, но она больше не ощущала скрытой угрозы от некогда незнакомого воителя. Только беззаветную преданность, как и всегда. – В Бесвелт отправимся мы с Каем. Посмотрим, что там такое и что с этим можно сделать. Пошлем ворона с запросом о подмоге, если будет нужно.
- Вот это я понимаю! – радостно воскликнул Блэквуд и в сердцах так сильно хлопнул Джоша по плечу, что чуть не покалечил молодого мага.

Отредактировано Кайдер (2019-05-26 02:22:20)

+1

3

Вивьен по-прежнему практически ничего не знала о Кайдере, но этого было достаточно. Он перестал быть чужаком в её глазах и нашёл друга в лице Каина Блэквуда, который относился к ним – Вивьен и Кайдеру – как к двум детям, которых нужно незаметно направлять, чтобы не оступились и не сбились с пути. Вивьен привыкла к этой незаметной, как думал Каин, отеческой руке. В другое время Трайх бы точно разозлилась на вмешательство, но сейчас всё шло относительно гладко. Даже Джош вёл себя как-то иначе, чего не скажешь о других воинах и служителях замка, которые по-прежнему видели в Кайдере чужака.
Просьба Реймара помочь ему с магией удивила Вивьен. Обычно маги выбирали один из двух путей: боевую магию или спиритическую. Те, у кого дар был слабее или связан со школами магии, которые исключали возможность принести существенную пользу Севелену, брались за старое и проверенное оружие, для которого магия или не нужна вовсе или идёт дополнением к урону и защите. Вивьен учили совмещать, но в магии она преуспела чуть больше, чем в фехтовании, хотя и там, и там не была хорошим бойцом. Просьба от Кайдера научить его управлению магией звучала странно. Вивьен не считала себя хорошим наставником и предпочла бы вверить некроманта в руки хорошего мага, который знает своё дело, а не заниматься этим самостоятельно, и всё же каким-то образом этому упрямцу удалось вызвать у неё интерес. Заверения Кайдера, что магия ему не подчиняется, прозвучали как личный вызов, который Вивьен из любопытства и упрямства приняла.
Правда, при всём старании разгадать причину, почему все заклинания в руках Кайдера искажаются и выдают что-то невообразимое, Вивьен так и не удалось. В какой-то момент ей начало казаться, что Реймар делает это намеренно.
Время в Севелене пошло быстрее, несмотря на отсутствие желанного ответа от Магистра Альянса или от Алека. В Севелене велись работы по укреплению защитных стен и подготовке к возможному штурму крепости со стороны Культа. Работа кипела. В замке пытались делать большие запасы продовольствия, зная, что осада может затянуться и начаться задолго до того, как мёртвые войска Культа пожалуют к воротам Севелена. Так уже было с Акропосом и Атропосом, которые измучили голодом и болезнями, а после легко взяли города, где жители не были способны бороться или продались за кусок хлеба.
Новости о том, что в Бесвелте дела идут худо, быстро дошли до Севелена. Вивьен не была уверена, что это действия Культа, а не всего лишь обычные проблемы, связанные с активностью нежити, которой нечего есть в снегах и льдах Пределов, но решила лично убедиться, что нигде нет знаков активации Ключей или следов магии Безымянного. Они по-прежнему не знали, какой Ключ активировал Культ и что он дал, но Вивьен до последнего надеялась, что эффект от него будет таким же бесполезным, как тот, который она получила вместе с помощником из Бездны. Иногда некромантка думала, где Фойрр носит Астаэра, но потом приходила к выводу, что так даже лучше. На один голодный рот в Севелене меньше и на странного мужчину, который бы снова раздражал всех магов-хранителей.
По приказу Вивьен приготовили небольшую группу, чтобы отправить её в Бесвелт. Некромантка взобралась в седло, готовясь отправиться в путь. В Севелене дул прохладный ветер и шёл мелкий снег, который не мешал видимости, но в деревне воздух теплее, земля не покрыта слоем снега и льда, как здесь, и всё же до неё нужно добраться до наступления темноты. У них нет времени на пустые разговоры – а Джошуа в очередной раз пытался убедить некромантку, что ей лучше остаться. Вивьен не могла рассказать всего и объяснить, что есть что-то страшнее нежити на дорогах и Культа, а следы заклинаний из Силентеса мог заметить только маг, который сам когда-то переступил через черту.
- Ну? – Вивьен глянула на Кайдера через плечо, когда мужчина показался на улице. – Долго ждать, пока ты коня оседлаешь? – она до последнего не говорила, что хочет, чтобы он поехал вместе с ней. В словах Вивьен слышалась привычная холодность с налётом надменности, но что-то изменилось. Некромантка улыбнулась и, чтобы Кай не успел привыкнуть к такому обращению, отвернулась и ударила лошадь под бока, посылая её в ворота.
Вместе с ними ехал Мердок – один из лучших учеников Каина. Блэквуд настоял, чтобы вместе с Вивьен поехал кто-то, кому он доверяет и кто равен ему по навыкам, чтобы глава ковена в этот раз вернулась живой, невредимой и быстрее, а не через несколько месяцев, как в прошлые разы незапланированных путешествий и отъездов. Вивьен не отказалась от такой помощи и посчитала, что им нужен кто-то, кто хорошо разбирается в нежити и научился её выслеживать.
***
Деревня Бесвелт находилась высоко в горах. Жители разводили скот, чтобы прокормиться – больших волосатых яков, мулов, и оленей. Почти каждый хозяин в деревне держал пса – охотничьего или сторожевого, чтобы животное успело предупредить их об опасности. Псы чувствовали приближение нежити и предупреждали о ней до того, как хозяин лишится скота по неосмотрительности и коварной случайности. Деревня была небогатой и немноголюдной. Многие покинули её в поисках лучшей жизни. Бесвелт жил в отдалении от яростного холода Севелена, а потому здесь редко, но всё же можно было вырастить что-то на земле.
Бесвелт знал лучшие времена. Деревня приходила в запустение. Некоторые её дома настолько обветшали, что в крышах появились дыры. Часть деревни опустела, когда настали чёрные часы, а жители решили, что достойны лучшей жизни, чем выживание под покровительством Севелена.
Вивьен с группой ехала по главной улице. Деревенские не толпились у обочины, не пытались выказать уважение пожаловавшей главе ковена – едва ли они видели её в лицо когда-либо, а потому не узнавали в девушке важную (едва ли) персону.
- Глава деревни живёт в доме на окраине, - объяснял Мердок и показывал направление. – Поедем сначала к нему или осмотримся?
- К главе. Потом всё остальное.

Деревня

http://cp16.nevsepic.com.ua/268/26791/1461922574-50.png
https://www.worldanvil.com/uploads/images/2ca3008b607ba641184b02101ed31871.png
https://oboi-colibri.ru/wp-content/uploads/2017/10/the-witcher-3-vedmak.jpg
https://i.pinimg.com/originals/91/ac/02/91ac023bc1b7a7ef02cd587d819939c4.jpg
http://s3.uploads.ru/zfG25.jpg

+1

4

Легкая улыбка Вив была последним радостным моментом на сегодня. Дальше скакали почти молча (не считая тихих перешептываний замыкающих). Мердок забрал сильно вперед, выполняя роль ведущего, Кай ехал подле своей подопечной, на почтительном расстоянии, чуть справа, чтобы первым среагировать на угрозу, если таковую проворонит ученик Блэквуда. В арьергарде были Сайрус и Кэтрин – еще два молодых мага из Севелена.
О первом воитель знал только то, что Сайрус проявлял хорошие задатки целителя и ходил в обучении у Томэга, при замке, однако в отряд требовался кто-то, способный оказать хоть сколько-нибудь квалифицированную помощь на случай, если один из членов группы пострадает, и потому назначили именно его. Кэтрин же и вовсе казалась темной лошадкой для Кайдера. Он не знал о ней ничего, кроме того, что она сама настоятельно попросила отправить её вместе со своей госпожой и что Каин, хоть и нехотя, лично отпустил некромантку с ними. Мужчина, однако, постоянно чувствовал затылком её пристальный, полный сдержанной ярости, взгляд.
Маги Севелна по-прежнему не доверяли мечнику. Вивьен смягчилась к нему немного, но остальные продолжали считать чужаком. Однако даже это не объясняло, почему девушка относилась к незнакомцу в маске ворона с таким предубеждением. Загадка для другого раза, если этот другой раз вообще наступит. Пока же мужчина просто внимательно наблюдал за окрестностями.
Конь под ним фыркал и пыхтел заметно больше остальных лошадей. Верховой не был приучен к тому, чтобы нести на себе высокого вооруженного рыцаря в полной экипировке, да еще и по таким дрянным дорогам, в мороз. Люди тоже страдали от непогоды и пытались хоть как-то защититься от неё, кутаясь в длинные темно-зеленые плащи. Из всего отряда лишь Кайдер отличался отсутствием цветов Севелена, являя собой полностью закованную в вороненую сталь мрачную фигуру. Это словно казалось лишним напоминанием того, что он так и не стал частью этого ковена, а остался изгоем. Чужаком.
- Следы. Справа от большака, - тихо проговорил Мердок, поравнявшись с воителем.
- Вижу, - так же тихо ответил Кай.
Он не знал, почему маг доложил об этом ему, а не Вивьен. Возможно, Каин успел что-то рассказать своему ученику о странном чужаке. А возможно, это было простое чутьё. Если старый капитан являл собой для Реймара родственную душу в виду своего опыта и мировоззрения, то Мердок определенно соответствовал Каю своей манерой поведения – холодный, молчаливый, целеустремленный. Качества, которых в Севелене многим не хватало.
Кроме черт характера, Кай так же заметил, что на поясе мага покоится увесистый полуторник. Оружие такое же простое и надежное, как и у самого Блэквуда. И если рукояти мечей Сайруса и Кэтрин блестели, едва на них попадал свет, то рукоять клинка Мердока, как и Кайдера, была черной и потертой – явный знак того, что владелец часто прибегал к использованию своего оружия, больше полагаясь на него, нежели на магию.
- Где-то здесь напали на Мииро, - мужчина перевел взгляд на подлесок, уловив едва заметное движение за деревьями. – Сократи дистанцию и будь осторожен, - маг лишь коротко кивнул, пришпорив коня и снова выезжая вперед, на этот раз, двигаясь ближе к отряду.

***

В деревню въехали под вечер.
Людей в Белсвелте жило не так много и все же многие вышли на улицу, посмотреть на конный отряд, нарушивший их покой. Это были напуганный и темные люди. Многие сторонились кавалькады. Проехав мимо одного из домов Кай заметил, как спешно женщина отводит от него взгляд, прижимая маленького сына поближе к себе, словно боясь, что Ворон отнимет у неё мальчика.
Её нельзя было в этом винить. Воитель и правда выглядел жутко. Все они – верхом на лошадях, в своих длинных плащах с надвинутыми на глаза капюшонами, не внушали доверия перепуганным жителям деревни. И все же, их боялись заметно меньше, чем того, что выползало к деревне по ночам из ближайшего леса и забирало редеющих защитников. Сколько же сыновей, мужей и отцов не вернулось из ночного дозора, пока Севелен наконец ни прислал помощь? Реймар видел покосившийся, наспех сооруженный частокол, с заточенных концов которого свисали разлагающиеся останки колченогих мертвецов. Их было много. Слишком много…
- Глава деревни живёт в доме на окраине, - Мердок натянул поводья своей пегой, перегораживая дорогу остальному отряду и обращаясь к Вивьен. - Поедем сначала к нему или осмотримся?
- К главе. Потом все остальное, - приказала Трайх и маг подчинился, коротко кивнув, разворачивая коня и давая тому в бока.
Они все поступили так же, проскакав оставшееся расстояние легким галопом. Каждому из небольшой группы натерпелось наконец спешиться и оказаться в относительном тепле, после дня, проведенного в седлах.

***

Дом старосты являл собой сооружение заметно больших размеров, нежели обиталища его односельчан. Это была довольно просторная постройка с целыми двумя этажами, чердаком и даже черепичной крышей. Ему не помешало бы освежить краску, но в остальном, дом находился во вполне приемлемом состоянии, особенно по сравнению с остальными.
Они вошли без лишних церемоний. Даже не постучали. Посреди просторно зала прямо на полу, обложенный камнями, горел внушительных размеров очаг. На нем же, судя по всему, готовили еду. По бокам стояли столы со скамьями. На второй этаж от дальней стены помещения вели две добротно сколоченных лестницы.
- Где хозяин? – мрачно поинтересовалась Вивьен у испуганной, невысокой девушки с короткими русыми волосами, заставшей гостей у самого порога.
- Папа! Маги здесь! – громко крикнула она, не выпуская из рук наполненной до краев котомки с водой.
- Пусть поднимаются! – послышался сильный мужской голос откуда-то сверху. – И сама поторопись, ему хуже!
В помещении, куда быстро прошел их небольшой отряд, было темно и пахло ладаном. Лишь в одном углу комнату освещала догорающая свеча. На широкой, судя по всему, хозяйской кровати распластался полуобнажённый мужчина. Левая штанина его ноги была разорвана, повязка наспех перевязанного бедра напрочь пропиталась кровью и гноем. У кровати, на стуле, сидел крупный, широкий в плечах немолодой человек, с усталым, побледневшим лицом.
- Добрый вечер, - проговорил он, поднимаясь. – Я Кэль, - мужчина низко поклонился Вивьен, сразу признав в ней лидера. – Это моя невестка – Мира, - указал он на встретившую их девушку, которая принялась отирать от проступившего пота лоб бьющегося в горячке раненного. – А этого мага, вы, должно быть знаете, его зовут…
- Дайгон! – вскрикнула внезапно ожившая Кэтрин и бросилась к мужчине на кровати, оттолкнув пытающуюся помочь ему девушку.
Только сейчас Кай узнал в его перекосившемся от жара и агонии лице того молодого мужчину, что поддел его тогда, на ристалище Севелена. Без сомнения, это был он – кривой нос все еще не зажил до конца, казался опухшим и заметно свернутым на бок. Впрочем, нос был сейчас наименьшей из его проблем. Судя по повязке на бедре, от Дайогна совсем недавно откусили изрядный кусок, чудом не задев артерию. Рана была поганой. Даже запах жженых трав не мог до конца перебить смрада начинающегося сепсиса.
- Кэтрин! – мужчина отреагировал на голос девушки и открыл глаза, вымученно улыбнувшись. – Душа моя, я так боялся не увидеть твоего лица еще хотя бы раз…
Ну вот и ответ на загадку Кайдера – эти двое, судя по всему, были в любовных отношениях. В таком случае поведение Кэтрин и её ненависть к Каю были вполне объяснимы – если бы не он, её возлюбленного не сослали бы в дальний дозор, в наказание и сейчас с ним все было бы хорошо. Судя по всему, вовсе не верность Вивьен подтолкнула некромантку отправиться с ней. Это было чувство куда более сильное и куда более опасное – искренняя любовь.
- А что он здесь делает? – обессиленно прошептал Дайгон смотря прямиком на Реймара и заходясь хриплым кашлем.
- Не говори, тебе нельзя! - чуть ли не плача ответила ему девушка. – Ну что ты стоишь, Фойрр тебя раздери!? Помоги ему, сейчас же! – уже криком бросила она Сайрусу и тот, словно выйдя из оцепенения, бросился к кровати мага.
- Плохо, - цокнул целитель, сильно хмурясь, после того как убрал повязку. – Отключился, - резюмировал он почти сразу: Дайгон потерял сознание, едва мужчина приступил к своей работе.
Девушка вскочила от ложа возлюбленного и, совершенно не обращая внимания на всех остальных, с вызовом шагнула к мечнику. Намеренья её были вполне понятны.
- Кэтрин, - в голосе Вивьен, до этого молчавшей, скользнули стальные нотки, остановившие подчиненную.
- Ему не место здесь, Вивьен, - злобно выплюнула она на молчаливый приказ госпожи, не отводя взгляда от её защитника. – Только не теперь. Не после всего этого…
«Она права» - сказал себе Кай.
- Это решать не тебе, - все тем же холодным тоном процедила Трайх, лениво выставив руку перед девушкой.
В сумасшедшей ярости некромантка вылетела из комнаты, громко хлопнув дверью.
«Это моя вина. Если бы я тогда просто промолчал. Просто ушел, а не ввязывался в драку. Идиот. Хотел пресечь нападки в корне, а в итоге вот, что из этого всего вышло. Надо было поддаться, дать ему себя победить. Или даже убить. Пусть убил бы, никому бы от этого хуже не стало… Тогда всего этого можно было бы избежать. А в итоге еще одна жизнь поломана. Даже если он выкарабкается, с такой раной навсегда останется хромым. Нежить выгрызла ему большую часть прямой мышцы бедра: калека до конца жизни. Если бы только я ушел… если бы только…»
Кай стиснул рукоять клинка до хруста в костях. Его скорбь и злоба были здесь бессильны. Ничто не могло изменить уже произошедшего факта. Он понимал это. Понимала и Вивьен, взгляд которой мужчина поймал на себе всего на секунду, прежде чем подопечная обратилась к старосте, сосредоточившись на решении текущих проблем.

Отредактировано Кайдер (2019-05-28 18:24:00)

+1

5

Когда-то ковен Севелен был неплохим землевладельцем, который мог защитить жителей деревни, решивших, что даже на такой тяжёлой для жизни земле они смогут выстоять ради лучшего будущего для себя и своих близких. О них заботились, их ценили, их защищали от нежити. Первое время, когда жизнь в Пределах стала опасной из-за наплывов нежити, а обычные жители деревни, среди которых не было магов, не могли себя защитить, маги Севелена наносили специальные магические символы, которые отпугивали нежить и отваживали чужаков от деревни. Былое величие и процветание лишь крохами осталось на разрушенных стенах. На новом частоколе, уже залитом кровью и чёрной субстанцией из гниющих органов нежити, не было ни намёка на магический отвод или защиту. Никто больше этим не занимался. Севелен не имел такой возможности – посылать людей далеко за пределы крепости, чтобы помогать деревенским выживать. И они приспосабливались сами. Как могли. Чаще бегством, чем размахиванием топора по головам слишком ретивой нежити. Даже при Ричарде де Трайхе эта деревня не выглядела такой нищей и разбитой, как при его дочери.
Магистры других городов перестали считаться с Севеленом, веруя, что те задаром кормятся из общей казны, а их бедность настолько велика, что каждый маг этого ковена оскорбляет их своим присутствием. Вивьен хорошо ощутила это на себе во время смотрин в Акропосе. Она всё ещё помнила шутки, взгляды, слова. Помнила, что из всех возможных вариантов замужества и заключения союза возможен был только один, и то потому что у Магистра Акропоса был такой же неправильный и сломанный в глазах остального некромантского мира сын.
Дом главы деревни отличался от других домов. Чертог был просторным, но пустым. От старого и добротного очага шло приятное тепло, но в старых стенах, продуваемых на ветрах отшиба – ведь дом главы находился в отдалении от других домов деревенских, чувствовался холод. Вивьен не страдала от него, кутаясь в тёплый плащ Севелена, отделанный волчьим мехом. В этих краях было значительно теплее, чем в родной крепости, и всё же… когда-то это место выглядело более величественным и ухоженным. Или то воспоминания маленькой девочки, которую отец брал с собой в старую деревню?..
— Где хозяин? – Вивьен отвлеклась на девушку, которую приняла за служанку, но по её крикам поняла, что говорила с дочерью старосты. Если старый Эр ещё не умер, то перед ней Рэта – старшая дочь.
Вивьен ждала, что хозяин сам спустится, но по его голосу и словам поняла, что что-то произошло. Некромантка вместе с отрядом поднялась в комнату, куда их привела девушка, и сначала заметила мужчину, который сразу же завладел их вниманием. Вивьен видела его впервые, но поняла, что семья старого главы заметно выросла, а девушка, которую она приняла за Рэту, была одна из подросших младших дочерей покойного старосты. Родственные связи волновали Вивьен в самую последнюю очередь. Она поняла причину, почему их попросили подняться и пройти в комнату, минуя разговор о срочных делах. Срочнее было только лечение раненного мага, который выглядел откровенно паршиво даже в глазах Вивьен, которая едва ли разбиралась в тонкостях целительства.
Несмотря на то, что Дайгон находился на опасном перепутье, где дорога могла привести его к смерти, дерзости он не растерял.
«И ненависти тоже, - заметила Вивьен, поняв, что так обеспокоило раненного мага. – Лучше бы о своей ране беспокоился».
Людям свойственно неправильно расставлять приоритеты в жизни. В его ситуации стоило бы заговорить с целителем и выяснить, сколько у него шансов на выживание, а не беспокоиться о неприятных гостях. Вивьен понимала, что стало причиной для ненависти Кэтрин, но некромантка смотрела с холодным расчётом. Её взгляд не был затуманен эмоциями – она не позволял себе идти на поводу у чувств. И, несмотря на то, что понимала, что Дайгон пострадал в патруле, вины ни её, ни Кайдера здесь не было.
- На месте Дайгона мог оказаться любой другой маг, которого бы всё равно послали в дозор, - спокойно говорила Вивьен, холодно смотря в глаза Кэтрин. Некромантка понимала, что девушке и раненному магу нужного кого-то винить в своих неудачах – намного проще взвалить груз ответственности на кого-то другого и сгорать от бесполезной и необоснованной злобы, чем признать собственную вину или признаться себе, что в чём-то допустил ошибку. Ни Вивьен, ни Кайдер не насылали на них нежить и не приказывали им идти на смерть. Дайгон выполнял часть своих обязанностей, как это делает каждый маг из дозора. – Вы все равны. Не думай, что у меня какое-то особое отношение к кому-то из вас, - слова Вивьен звучали неприятно, как пощёчины, которые били по щекам, но она не собиралась щадить девушку. Дайгон ранен, но жив. У Кэтрин нет права решать за других, командовать или ложно обвинять кого-то.
«Если бы кто-то не повёл себя как идиот на ристалище, то не лежал бы здесь с гниющим бедром».
Но мог бы лежать кто-то другой.
Вивьен не сделал ничего, чтобы остановить Кэтрин – позволила ей выбежать из комнаты и, честно говоря, почувствовала себя намного лучше – никто не шумел, не лил слёзы, мешая всем своими выкриками, стенаниями и охами. Целитель занимался своими обязанностями и делал всё возможное, чтобы спасти жизнь товарищу. У Вивьен были другие проблемы – намного серьёзнее, чем ранение Дайгона и слёзы Кэтрин, которые в этой ситуации лишь раздражали некромантку.
«Бесполезность», - самые жестокие слова остались лишь на уме у Вивьен. Она их не озвучила.
Вивьен подняла взгляд на нового старосту. Мужчина постарел. На его висках прибавилось седых волос – Трайх могла поспорить, что большая часть их них обесцветилась с появлением внуков. Но сейчас не до разговоров о семье и быте.
- В чертог, - сухо наставляла Вивьен, покидая комнату с раненным магом и целителем.
Кэль не препятствовал ей – им стоило уединиться для разговора, чтобы не мешать целителю и не беспокоить раненного. В любое время вновь могла вернуться Кэтрин, а что ей вновь взбредёт в голову на эмоциях – Вивьен знать не хотела, потому что знала, что реакция на её крики и действия будет однозначной.
- Нежить нападает на западные ворота. Она приходит в деревню не за скотом, а за жителями, - Кэль рассказывал всё странное, что успел заметить. Мужчина имел опыт в борьбе с нежитью, и когда-то был одним из неплохих магов, защищавших деревню, но силы оставили его. Всё, на что он был способен, это выпустить небольшой клубок синего пламени, чтобы запалить поленья в очаге. Он заменил старого Эра, когда тот слёг с лихорадкой, и пообещал позаботиться о его дочерях. Одну даже выдал замуж за своего сына. – Среди них были мертвецы, но трупов в Пределах мало – сами знаете, сюда редко заходят чужаки, а свои чаще умирают вот так, - он мотнул головой в сторону лестницы, и Вивьен поняла, что он имел в виду Дайгона. – В основном приходили химеры и некоторые редких твари из гор.
Уже то, что нежить нападала на людей и не притрагивалась к скоту – было странно. Но никаких знаков Силентеса Вивьен не нашла, пока они ехали в деревню. Может быть, где-то в горах что-то такое есть, но все горы ни за день, ни за два не объехать, а за это время убитых может стать намного больше, чем один серьёзно пострадавший Дайгон.
- Нанеси на карту, где вы видели скопления нежити, откуда она нападает, где наследила в деревне. Каждый случай отметь. Мне нужно проследить цепочку нападений, - Вивьен положила на стол перед старостой карту, взятую из Севелена.
Мужчина взял в руки уголёк и начал рисовать.
Нежить пробиралась через старые разрушенные ворота. Она лезла на стены или просачивалась между старых и ветхих досок и камней – где жители наспех заделывали дыры в защите деревни. Где-то нежить легко останавливал частокол и она не пробиралась дальше остриёв, но иногда всё же заходила в город. Дайгон и его группа столкнулись с нежитью недалеко от деревни и, судя по отметкам на карте, та группа нежити направлялась к деревне и первой напала на них.
- Хорошо. С наступлением рассвета мы осмотрим ближайшие территории к деревне и поищем другие группы нежити. Если где-то в деревне остались тела нежити, первой напавшей на деревню, то мне нужно их осмотреть.
Обычно тела нежити сразу сжигали, и этот случай не стал исключением.
- Я создам барьер вокруг деревни, чтобы ночь прошла спокойно, но мне понадобится помощь – кто-то должен следить, где скапливается нежить, и убивать её.

+1

6

Встреча с Дайгоном выбила Кая из колеи. Он ждал чего-то подобного, но и не подозревал, как все плохо обернется. Вив была права – любой мог быть на его месте. Но оказался именно он. Из всех дозорных Севелена именно Дайгону тогда не повезло зацепиться с Реймаром. И именно его с Мииро направили в дальний дозор, хоть мечник и пытался взять всю вину за ту стычку на себя. Проклятье, окружающее Кайдера, в очередной раз насмехалось над воителем. Замогильный шепот повторял ему снова и снова: это все ты, это твоя вина, они все умрут, умрут из-за тебя, и ты ничего не сможешь с этим поделать. Все, что ему оставалось – это отдаться на милость мрачных мыслей, впадая в привычное безумие, понемногу завладевающее его разумом.
Лишь трезвая и холодная Вив не позволяла ему утонуть в этой пучине отчаянного самобичевания. Кай знал: девушке был нужен его меч и будь он проклят, если подведет подопечную сейчас. Потому он лишь безмолвно шел следом, бряцая доспехами и не разжимая стиснутой до побелевших костяшек рукояти клинка.
Спустились вниз. Разложили карту.
- Нежить нападает на западные ворота. Она приходит в деревню не за скотом, а за жителями, - начал глава. - Среди них были мертвецы, но трупов в Пределах мало — сами знаете, сюда редко заходят чужаки, а свои чаще умирают вот так, - неопределенный кивок головы снова напомнил мечнику о Дайогне. - В основном приходили химеры и некоторые редкие твари с гор.
Кэль явно уже не был бойцом: несмотря на его внушительные размеры, этого человека сломили либо годы, либо что-то более страшное, о чем Реймар даже не хотел знать. Уголек в его руках двигался не слишком уверенно, словно староста боялся сделать лишнюю помарку и запутать своих нежданных гостей. Впрочем, исполнить что-то подобное было бы сложно: даже если взять в расчет неряшливость их осведомителя, и так было понятно, что все твари приходят с запада, выходя по ночам из леса. Точки их нападений были беспорядочны и, судя по отметкам, твари просто расползались вдоль частокола широким фронтом, когда покидали свое укрытие. Некромант или несколько, явно направляли поганища в атаку, но держались в стороне и потому не особо заботились о тактике, когда нападение переходило в активную фазу. Разумно – не нужно много изощрённых планов или военной мощи, чтобы сломить одну единственную опустошенную временем и бедностью деревеньку.
Солнце, меж тем, уже скрылось за горизонтом и сквозь маленькие оконца не было видно ни зги. Тьма плотным полотном начинала окутывать Бесвелт. И по мере того, как она захватывала окрестности, в груди Кая росло неприятное чувство приближения чего-то ужасного.
- Хорошо. С наступлением рассвета мы осмотрим ближайшие территории к деревне и поищем другие группы нежити. Если где-то в деревне остались тела нежити, первой напавшей на деревню, то мне нужно их осмотреть, - Вив уже начала формировать план действий, оправдывая свой пост главы их небольшого отряда.
Однако, прежде чем рамзышлять о том, что делать утром, нужно было продержаться грядущие несколько часов бесрпосветного мрака.
- Я создам барьер вокруг деревни, чтобы ночь прошла спокойно, но мне понадобится помощь — кто-то должен следить, где скапливается нежить, и убивать её, - судя по всему, Трайх думала образом схожим со своим покровителем.
- Я сделаю это, - ровным и сосредоточенным голосом проговорил Реймар.
Вив даже не подняла головы от карты, Мердок тоже, однако вместе с тем, согласно кивнул.
- Надо приниматься за дело и немедленно, у нас мало времени, - словно в подтверждение его слов, со стороны деревни раздался резкий звон сигнального колокола, которому вторили неприятные дребезжания колоколов поменьше и совсем уж приглушенные вопли местных жителей, едва долетавшие до холма. – Время вышло... - мрачно проговорил мечник, быстрым шагом направляясь к двери.

***

Когда он вылетел на улицу, Кэтрин беспокойно вздрогнула. Судя по всему, она дышала тут воздухом, тщетно пытаясь взять себя в руки, но её застали врасплох сигналы тревоги. Напряженное и беспокойное выражение лица сменилось злобной гримасой, едва только она смогла узнать в темноте бронированную фигуру Реймара.
- Собираешься еще кого-нибудь обречь на мучительную смерть? – ядовито прошипела некромантка, но мужчина не удостоил её ни ответом, ни даже взглядом.
Пройдя мимо он резво вскочил в стремена, устойчивее устраиваясь в высоком седле. Следом на улицу высыпали Мердок и Вив. Если Сайрус и слышал колокол, то предпочёл не выходить. Сейчас его умения явно были нужнее Дайогну, нежели им на поле боя. Последним наружу вышел Кэль. И без того усталое лицо сейчас напоминало восковую маску. В глазах застыл немой ужас, который староста пытался скрыть, дабы соответствовать своему положению.
- Делай, что должна, - Кай обратился к подопечной спокойно и твердо. – Я выиграю вам немного времени, – говорил он так, словно собирался сражаться в одиночку... и не рассчитывал возвращаться живым. – Не отходи от неё ни на шаг, - бросил Реймар Мердоку, то ли напутствие, то ли предостережение, а затем, не дожидаясь ответов или возражений, пришпорил коня, сходу переводя его в галоп и оставляя спутников позади.

***

Улицы были пустыми. Местные попрятались по своим хибаркам и сейчас, пожалуй, лезли в подпол. Надеясь, что там мертвые их не достанут.
«Достанут».
Кай еще раз дал в бока скакуну, и тот отозвался сдавленным хрипом, замотав головой из стороны в сторону. Этот галоп убивал его. Несчастное животное вылетело прямиком к покосившимся воротам, едва не затоптав какого-то беднягу, который в последний момент успел броситься в сторону и плюхнуться в грязь. Первая химера, мелкая и гибкая, уже успела с шипением перебраться через гнилые доски.
Реймар выскочил из седла и хлестнул своего гнедого по крупу, отправляя лошадь подальше, назад, вглубь деревни. Сражаться с таким подвижным противником, как этот, сподручнее всего на своих двоих. У химеры были бритвенные когти и зубы, но они не представляли угрозы для бронированного мечника. Что казалось более опасным, так это её Фойррова подвижность. Если не получалось брать с наскока, то тварь начинала играть со своей жертвой: плясала и скакала вокруг неё, вздыбив спину, словно дикий кот и пытаясь зайти со слепого пятна.
Впрочем, Кай был не расположен к играм. Тварь бросилась на него в лобовую и поплатилась: мужчина перехватил ту в полете рукой за тонкое горло и насадил на меч, пронзая насквозь, после чего небрежно сбросил обмякшее тело с клинка. От такого неожиданного поворота отчаявшиеся защитники просто обомлели. Никто не ожидал, что внезапно появившийся незнакомец сразит чудовище так быстро. Словно бы вообще не прилагая никаких усилий.
- Двое с копьями – со мной, к воротам! - проорал мужчина команду.
От него она звучала так уместно и органично, что остальные беспрекословно подчинились.
- Остальные – закрыть бреши в частоколе по направлению атаки. Колите их едва полезут, толкайте, бросайте. Хоть зубами грызите, мне плевать, но не дайте перебраться внутрь! Или мы все покойники, слышите?! Мы все! А потом и ваши драгоценные матери, жены и дети!
Кай встал прямо перед воротами, высоко подняв клинок над головой, справа и слева от него заняли позиции ополченцы. Осада Бесвелта началась.

Отредактировано Кайдер (2019-05-29 22:50:27)

+1

7

Слишком быстро. Вивьен не рассчитывала, что нежить нападёт ещё до глубокой темноты. Она наступала на деревню, рыскала в поисках жертв, едва ли видя в людях простую пищу. У живых было время, которое Трайх заранее выделила с расчётом на то, что нежить не приблизится к деревне в ближайшие несколько часов, но что-то изменилось за то время, пока они говорили с главой деревни и возились с раненным Дайгоном и его сердечными делами. Некромантка чувствовала, как время в её руках превратилось в песок, и тот медленно просочился между пальцами.
«Почему всё опять идёт не по плану?!» - мысленно рыкнула Вивьен, но даже на сетование не было времени. Пришлось быстро собраться и направиться в южную часть деревни, чтобы нанести заклинание на уцелевший частокол.
Заклинания, наложенные в спешке, никогда не заканчиваются чем-то хорошим. Вивьен старалась не думать о нежити, которая надвигалась на деревню; о Кайдере, который снова куда-то убежал, рискуя своей жизнью, будто его поступка в Акропосе было мало; не думая о Кэтрин, которая была ещё более бесполезной, чем её парень, превратившийся из хорошего воина в кусок гниющего мяса; не думала о целителе, который им всем понадобится, если она не успеет вовремя замкнуть магический круг; не думала о деревне, которая пришла в упадок со смертью её матери и гибелью отца. Мысли Вивьен занимала только поставленная перед ней задача – успеть наложить заклинание.
Пришпорив коня, мало заботясь о том, чтобы под копыта не попал какой-то испуганный деревенский, бегущий в свой дом не то за вилами, не то за чистым исподним, Вивьен быстро добралась до южной части деревни. Нежити здесь не было. Мердок стоял поблизости к Вивьен и помогал ей накладывать заклинание. Он следил за изменениями вокруг, чтобы никакая нежить не воспользовалась фактической беззащитностью двух магов.
Вивьен пришлось использовать всё, что находилось под рукой – буквально. Выудив из напоясного мешочка уголёк, некромантка несколько секунд поколебалась. Едва испачкав пальцы, некромантка достала кинжал. Мердок обернулся, когда она уже порезала палец и рисовала пентаграмму на валуне у частокола.
- На крови?!
- Дольше продержится, - отмахнулась некромантка.
Мердок не стал спорить и сделал то же самое, хотя оба знали, что отдают большую часть своих сил на создание сильного магического барьера, но при отсутствии защитных стен и при настойчивости нежити – лучше потратить больше маны на защиту, чем потом сложить голову из-за глупости.
В две пары рук они создавали один рисунок за другим через каждые двенадцать метров, ровно по грани предыдущего купола, который постепенно рос вширь, охватывая большую часть территории.
Вивьен не знала, что происходит в другой части деревни, а они с Мердоком медленно продвигались вперёд, увеличивая купол. Они слышали крики в другой части деревни, но не могли бросить дело и отправиться на помощь – оставить здесь брешь без защиты – значит, оказаться в западне, зажатыми с нескольких сторон. Лучше пусть нежить напирает в одном месте, в узкий проход, где её легче сдержать и уничтожить, чем она зайдёт со всех сторон.
- Смотри, уже сюда добрались, - Мердок мотнул головой в сторону частокола. В щели, которую давно стоило заделать, Вивьен увидела ковыляющего мертвеца со свёрнутой шеей и переломанной ногой. Видимо, кто-то из тех, кто забрёл в горы и остался там.
- Идти в ту сторону, встретимся у западной части деревни, - крикнула некромантка, направляясь в противоположную сторону.
- Что?.. Вивьен! – Мердок попытался её окрикнуть, но и сам понимал причину, по которой Вивьен решила, что им лучше разойтись – так дело пойдёт быстрее. – Бездна… - некромант ругнулся и продолжил чертить пентаграмму.
***
Вивьен чувствовала, как у неё шумит в ушах. Ей казалось, что нежить напирает со всех сторон. Подоспев к южному частоколу, некромантка резко высвободила заклинание. Костяной шип вырвался из земли и прошил мертвеца от паха до затылка, оставив его мерзким чучелом у чьего-то старого дома.
Чем ближе некромантка подходила к западной части деревни, чем громче становился там шум, тем больше она торопилась.
- Бездна, - Вивьен ругнулась, когда поняла, что неправильно нанесла рисунок и потратила время.
Эмоции здесь были лишними.
- Я здесь закончу.
Вивьен обернулась. Она удивилась, когда увидела рядом с собой Кэтрин. Впервые за весь день некромантка приятно удивила Трайх. Даже если она так поступала ради Дайгона, который, возможно, не переживёт эту ночь, то помогать с созданием магического щита – дело полезнее, чем сидеть на крыльце или у его постели и лить слёзы.
Коротко кивнув, Вивьен оставила наложение последних пентаграмм на Кэтрин, а сама направилась в самое горячее место во всём Бесвелте – к западному частоколу. Нежить напирала, пытаясь пробиться в деревню. Вивьен пришлось одновременно использовать щит для себя, чтобы не попасть под атаки нежити, и накладывать пентаграмму на этой части частокола, надеясь, что Мердок и Кэтрин успеют закончить работу до того, как нежить попрёт в деревню со всех сторон.


Костяные шипы, Защита предков, Костяная броня.

+1

8

Он не знал, скольких уже зарубил. Давно сбился со счета. Темная, зловонная жижа заляпала его с ног до головы. Все новые и новые брызги летели при каждом ударе, словно безумный художник окатывал воителя краской из ведра, едва тот делал малейшее резкое движение. Руки устали рубить. Мышцы предплечий горели от напряжения, тяжестью отзываясь при каждом ударе. Даже идеально подогнанные доспехи начинали доставлять дискомфорт: казались тяжелыми, мешали.
Кай чертыхнулся назад, перерубая гротескную тварь вдоль туловища и на мгновение перестал вращать клинком, оглядываясь. Ряды защитников сильно поредели. Нежити было слишком много, она напирала с одного направления, концентрируя атаку сквозь ворота, отгоняемая от других сторон магическим барьером Вивьен и этот мертвый кулак не давал ополчению шансов. Их сминали одного за другим. Копья не успевали колоть и отбрасывать всех. Люди падали на землю, захлебываясь криком и собственной кровью, пока их окончательно не растаскивали на части.
Справа раздался мощный взрыв. Это Кэт закончила выводить последний магический символ и присоединилась к сражению. Согнутой в локте рукой она плела заклятье. На ладони виднелся длинный, глубокий порез из которого по запястью и до самого закатанного рукава текла кровь. Ярость, и боль вплетались в магию некромантки, подпитывали её, рождая на свет такое мощное пламя, какого, пожалуй, Кай не видел за всю свою жизнь. Даже глаза Кэтрин пылали ярким огнем, словно малейший её взгляд мог лишить жизни. Впрочем… возможно так оно и было. Очередной шар влетел в скопление трупов, полыхнув жарким маревом. Кая обдало этим жаром, а колченогих безвольно разбросало в стороны. Пламя быстро перекинулось на один из ближайших ветхих домишек, занимая его, словно стог сена.
Реймар взглянул в другую сторону и, к своему удивлению, заметил там Мердока. Мужчина тоже вычерчивал символы на балках покосившегося частокола собственной кровью. Вивьен с ним поблизости не было - та уже вовсю метала костяные копья, выцеливая самых крупных тварей.
«Я же сказал не отходить от неё!» - скрипнул зубами воитель.
Его гнев на некроманта будто обрел форму, потому что в следующее же мгновение гнилые деревяшки треснули под тяжестью напирающих на них мертвецов, те прорвались к Мердоку и повалили его на землю. Один колченогий впился зубами в руку, другой в плечо, третий ухватил мужчину за ногу. Вслед за ними сквозь забор проскользнула химера. Она тоже была не прочь полакомиться некромантом, но облепившие его со всех сторон трупы не давали ей такой возможности.
Воитель кинулся на выручку. Он отбросил одного из колченогих от Мердока мощным ударом сабатона в голову. Тварь упала, её нижняя челюсть исчезла где-то в темноте за частоколом, но это нисколько не смутило мертвеца. Он лишь устало обернулся к нападающему, из дыры в его горле послышался заунывный хрип, когда умертвие начало подниматься на ноги. Вцепившись в мага, Кай рывком поднял того на ноги и заслонил собой от оживших трупов. Освободившись, израненный Мердок моментально выхватил меч и вступил в бой с рычащей химерой. Так Реймар встал с некромантом спина к спине.
Он замахнулся своим тяжелым мечом и рубанул мертвецов наотмашь, с полного оборота. Двоих рассекло начисто, по линии пояса, в туловище третьего клинок вошел до середины, застряв в крепком позвоночнике. В очередной раз за эту ночь воитель отметил, сколь же искусным кузнецом оказался Гризвольд: он не только вернул оружию первоначальную функциональность, избавив его от многочисленных выщербин и насечек, но и заточил столь остро, что тот буквально пел в руках при каждом взмахе.
Потянув меч на себя, Кай с силой выдернул оружие из туловища колченого. Инерция этого движения развернула труп на сто восемьдесят градусов, и боец воспользовался положением, подрубив тому ноги под коленями. Тело безвольно упало, позволив Реймару ухватиться за голову и вырвать её из шеи вместе с обломанным хребтом. Шумно выдохнув, Кай злобно откинул её в сторону, обернувшись к Мердоку. Маг к тому времени тоже расправился с химерой и сейчас зажимал раненную руку. Из его рваных ран хлестала кровь.
- Барьер, - проговорил мужчина, тяжело дыша.
Кай понял, о чем тот: рисунок, тщательно вычерчиваемый некромантом на частоколе, был нарушен, Бесвелт остался без защиты. Брешь в их обороне все еще была открыта и сквозь неё новым потоком наплывали мертвецы.
- Мы справимся, только… - начал было Реймар, но его слова утонули в могучем гортанном реве.
От этого звука сердце воителя ухнуло вниз. Ладони закололо. Тело похолодело. Мысленно надеясь, что он что-то перепутал, Кайдер медленно посмотрел себе за спину.

***

An End Once and For All

«Бездна...»
Клинок в его руках опустился сам собой. Все, что он мог сделать – это наблюдать, как со стороны лесополосы на них надвигается огромное, бесформенное, монструозное нечто. Тварь быстро перебирала множественными конечностями и вихляла длинным, гротескным туловищем из стороны в сторону.
Пожиратель душ.
Откуда он здесь? Эту тварь нельзя заставить подчиняться. Ни одному заклинателю такое было не под силу. Единственное объяснение – монстра науськивали, словно дикого зверя, или он пришел сам, следуя за наплывающими на Бесвелт умертвим. Сейчас уже было неважно. В эту тихую обитель явилась сама смерть. И ничто не могло встать у неё на пути.
Пожиратель быстро добрался до частокола. Он был столь огромен, что возвышался над домами и смехотворной оградой, которую ополченцы считали укреплением. Громадная рука чудовища ленивым движением вспахала землю, слева-направо. Будто бы неряшливый ребенок, смахивающий со стола игрушки, тварь разметала частокол и несколько домов. Кая с Мердоком отбросило обратно на главную улицу, где уже собрались оставшиеся маги Севелена. Они выжили лишь чудом. Реймар – благодаря доспехам, его напарник – благодаря магическому щиту, выброшенному в последний момент.
Опираясь на меч, воитель поднялся на ноги и посмотрел на своих спутников. Кэтрин с раздражением кусала нижнюю губу, вперив взгляд ненавидящих глаз в Пожирателя. Мердок мрачно потупил взор, все еще пытаясь остановить кровь. Заметив, что Кай смотрит на него, он отрицательно покачал головой, будто бы молвя: мы сделали все что смогли. Подоспевший Сайрус никак не мог справиться со своей обезумевшей кобылой, та ржала и брыкалась, напуганная огнем, кровью и исполинским монстром. Да и сам её хозяин не смог утаить гримасу немого ужаса.
Слева что-то громко взорвалось, осыпав Кая градом осколков – это лопнули стекла маленького домишки, случайно подожжённого Кэт. Мужчина поднял руку, защищаясь скорее инстинктивно, чем осознанно.
Их взгляды с Вивьен встретились. Даже она, казалось, не знала, что делать. Раздражение и непонимание в равной степени отразились на её лице. Однако знал Кайдер. В ту самую минуту, когда посмотрел на неё.
- Выживи, - слова прощания.
Расставания – не его конек. Он всегда был плох в таких вещах. Он был плох во всем, кроме боя, сказать по чести: отвратительный муж, никудышный отец, безобразный правитель. Реймар напортачил всюду, за свою несуразно долгую и бестолковую жизнь. Но еще было не поздно совершить хотя бы один правильный поступок.
Мужчина рывком направился к лошади Сайруса, уже спешившегося в тот момент. Оттолкнув его в сторону, он вскочил в седло.
- Ты что еще задумал? – Вивьен подняла руку, сплетая заклятье. Стена из костяных шипов едва не преградила всаднику путь, но тут вмешался Мердок, схватив госпожу, сбивая её волошбу и силой оттаскивая с дороги.
- Прости, Вивьен, - сокрушенно проговорил он.
Кай лишь благодарно кивнул молодому магу, с силой хватаясь за поводья левой рукой. Лошадь под ним остервенело брыкалась. Чувствуя жестокую хватку, она встала на дыбы, беспорядочно размахивая копытами и силясь сбросить всадника. Однако тот был не так прост. Ездок из Реймара отменный, а потому, поднявшись в стременах, он не дал животному одержать верх и привел его к повиновению грубой силой.
- Ни на шаг, Мердок! Ни на шаг! – бросил он последнее напутствие.
Кобыла Сайруса с силой врезалась передними копытами в землю и понеслась вперед.
Галоп. Самоубийственная атака. Он нёсся, с опущенным в руке мечом. Прямо в лоб Пожирателю Душ. И не чувствовал ничего. Не было ни страха. Ни злости. Ни даже безумной радости. Только леденящее спокойствие.
«Сейчас я умру, - четко осознал Кай. – Ничто не спасет о такого. Никакое божественное проклятье или магический трюк. Ничто. Я победил, Таэрион. Победил! А ты проиграл! Слышишь меня, ублюдская ты сволочь?! Надеюсь, слышишь! Ты больше не властен надо мной. Я сам выбрал, как и за кого мне умереть. Утрись, проклятый бог».
Еще несколько мгновений. Мимо пролетали лица давно ушедших. Лица тех, кого погубил Реймар. Они были повсюду. Взирали на него молча. Кто-то с укором. Кто-то безразлично. Они ждали его.
«Еще немного друзья. Еще немного», - напоследок он увидел её.
Вивьен? Нет… Анария. Она улыбалась ему. Тепло и нежно, как раньше. Тянула свои руки. Найя. Подожди еще немного…
- Давай! – рыкнул мужчина во всю глотку, наскоку рубанув тварь хлестким ударом меча. Острое лезвие глубоко рассекло твердую шкуру на мирно стоящей лапе монстра, оставив длинную зияющую рану. – Давай!
Реагируя на боль, чудовище неестественно быстро развернуло к нему зубастую голову. Слишком стремительно для существа такого размера. Молвят, что перед тем, как сожрать свою жертву, Пожиратель сперва поедает его душу. Что ж… Каю повезло. Души у него не было уже давно. Так что лакомства монстру осталось немного.
«Я победил, Таэрион!»
- Нет… - жуткий шепот разнесся вокруг.
Он был всюду. В ветре. В треске пламени. В заунывных стонах бредущих колченогих. В голове самого Кая и только в ней.
А затем исполинские челюсти сомкнулись, раздирая коня напополам. Животное исчезло в пасти, вместе с ездоком.
Кая объял мрак.

Отредактировано Кайдер (2019-06-01 00:50:54)

+1

9

Вивьен казалось, что целый мир сошёл с ума. Вокруг творились безумные и необъяснимые вещи. Будто кто-то взял и перевернул всё с ног на голову, перекрутил, встряхнул, снова собрал, снова вскружил, скрутил, сломал и разбросал на множество разных и непригодных обломков, в которых едва ли угадывалась старая и привычная реальность. Будто сам Фойрр открыл врата в Бездну и встречал в ней смертных, которые больше не нужны их богам. Они попали в совершенно иной мир. Равно жестокий ко всем.
Во второй раз на глазах Трайх разверзлись врата Бездны. Она не понимала, что произошло, кто направляет нежить, кто заставляет её атаковать деревню и с какой целью. Бесвелт – ничтожная мишень. В старой и забытой богами деревне не было ничего ценного. Разве что Культу пришло в голову выманить часть защитников Севелена из крепости, надеясь, что Вивьен не оставит деревенских без помощи, а самим в это время штурмовать крепость, едва ли что-то потеряв в подобии осады. Севелен – это не Акропос и даже не Атропос с его раненными и больными людьми, которые сами сдались. Культу, с той силой, что они приобрели с Ключами, не нужно выдумывать хитрые способы по захвату десятого Ключа и порабощению Севелена – здесь всё предельно просто. Пока Магистр Альянса не пытается защитить Врата в ущелье – они фактически беззащитны, как слепые котята, которые едва отрастили когти. Даже вылупившиеся из яиц змеи более опасны, чем они.
Вивьен искала следы заклинания и высматривала личей, ожидая увидеть паучью королеву где-то поблизости – сестру той, что она видела в горах Пределов вместе с Астаэром. Они ранили того лича и лишили его части сил, но не смогли убить – создатель лича и его покровитель появился слишком рано, а самоуверенность Вивьен оказалась не равноценной её силам и талантам.
Теперь Трайх видела, как пожиратель подступает к деревне; как люди, что ещё держали в руках оружие – вилы, топоры, лопаты – всё, что могло сгодиться для защиты, остолбенели от ужаса. Химеры и мертвецы, которые редко встречались в Пределах и нападали на деревенских, не шли ни в какое сравнение с настоящим чудовищем. Пожиратели не подчинялись воле некромантов. Они видели в людях пищу и шли к ней, не видя никаких препятствий. Они были огромными по размерам тварями, которых создала сама Бездна, и опасными настолько, что не каждый некромант мог при всех знаниях о Пожирателях справиться с ним. Не в одиночку.
Вивьен понимала, что действовать нужно быстро. Они должны остановить Пожирателя до того, как он войдёт в деревню, воспользовавшись брешью. До того, как он нападёт на жителей деревни; до того, как превратит её в развалины. Кэтрин уже сделала свой вклад в разрушение деревни, когда взрывала и поджигала дома жителей, которым не повезло жить ближе к границе. Вивьен надеялась, что к тому времени хижины и дома были пусты и Кэтрин никого не зажарила живьём.
- Ловим его в ловушку, удерживаем и поджигаем, - командовала Вивьен, смотря на собратьев.
Общими усилиями они могли удержать пожирателя при помощи магии и сжечь его – это единственный верный и быстрый способ избавиться от пожирателя и спасти свои души и жизни. Но что-то пошло не по плану снова. Вивьен не ожидала, что Кайдер, как безумный, полезет в седло. Она не знала, что он собирался сделать, но будто бы чувствовала, что ничего хорошего. Как она поняла за всё время, что они тренировались вместе, маг из него был откровенно дрянной и непутёвый. Вивьен на его фоне почувствовала себя едва ли не мастером своего дела, хотя объективно понимала, что до мастера ей далеко. Ей хотелось верить, что Кайдер знает о каком-то особенном слабом месте Пожирателя, но, чем больше она видела, что делает некромант, тем больше понимала, что ни Фойрра он не знает. Этот безумец решил убить себя.
- Следующий шип окажется у тебя в заднице! - Вивьен выглядела решительной, казалось, что она действительно сделает то, о чём говорила, если Кайдер не отступит.
Она потратила часть своих магических сил, чтобы остановить его, но не смогла ровным счётом ничего изменить. Мердок понимал, что им нужно действовать, несмотря на поступок Кайдера. Кэтрин так и вовсе считала, что думать о чужаке не стоит – он того не заслужил. Умом Вивьен тоже понимала, что у них нет времени на раздумья и сожаления и, уж тем более, на мысли о Кайдере и его поступке.
Вивьен сделала то, что должна была.
Когда Кайдер столкнулся с пожирателем и отдал себя ему в качестве жертвы, Вивьен выпустила заклинание. Десятки костяных шипов полезли из земли под брюхом пожирателя и впились в его плоть, насаживая упрямую тварь на прочные копья. Удерживать его на одном месте было трудно. Шипы постоянно лопались под весом и силой пожирателя, который пытался освободиться. Мердок и Кэтрин обошли пожирателя и ударили по нему магическим пламенем, поджигая его. Вокруг поднялся столб из сильного огня. Жар лизнул лица некромантов, обдав их теплом, которое постепенно набирало силу и начинало жечь глаза. Безумство смерти и пародии на жизнь продолжало плясать на их глазах. Пожиратель смерти бесновался в пламени. Белый волос на его загривке загорелся, задымился. Пламя заиграло на его толстой шкуре, оставляя на ней серьёзные ожоги и прожигая плоть до кости. Маги отдавали все свои силы, чтобы уничтожить существо и не дать ему ни единого шанса на спасение.
Пожиратель, будто бы не видел препятствия, продолжал напирать, пытаясь дотянуться горящей мордой до некромантов. Он впивался в землю тлеющими руками, взрывал её когтями, оставляя на ней борозды, и прогибал костяные шипы своим телом, ломая их или заставляя глубже уйти в мягкое незащищённое брюхо. Чёрная густая кровь сочилась из его ран. От острого шипа, вновь созданного Вивьен, по животу пожирателя растянулась глубокая вертикальная рана. На землю посыпались из брюха внутренности, зловонной горой расстелившись по земле.
Волосы, обрамляющие лицо некромантки всколыхнулись от дыхания пламени, тёмные концы свернулись от жара. Пожиратель замер перед Вивьен, наклонив к ней зубастую морду, и больше не шелохнулся. Он повис на шипах тлеющим куском плоти. Свет от пламени осветил деревню – Трайх не сомневалась, что маги в Севелене видели его. Возможно, в это время кто-то из них уже седлал коня и торопился на выручку в Бесвелт.
Пожиратель душ умирал в пламени.
В брешь, оставленную за его спиной, редко просачивались мертвецы, которых легко убивали осмелевшие и воодушевившиеся деревенские. Вивьен не видела, чем закончилось это сражение. Она потеряла равновесие, покачнулась и оказалась на земле, когда последние магические силы ушли на удержание пожирателя. Перед тем, как веки её опустились, она видела силуэт в пламени, который надвигался на живых.

+1

10

Зловоние.
Оно было повсюду. Кай не рассчитывал, что смерть пахнет настолько плохо. Честно говоря, он вообще ни на что не рассчитывал. Единственный практический толк от его выходки был лишь в том, что он хотел задержать чудовище хотя бы ненадолго. Его клинок, однако, пока не нанес ни одной хоть сколько-нибудь значимой раны – Пожиратель даже не заметил глубокого пореза на руке и проглотил воителя за один присест.
Однако он все еще был жив.
Тварь открывала и закрывала пасть, а проникающий внутрь свет от горящих домов и заклинаний магов высветил пролетающий мимо перекушенный остов лошади Сайруса. Мертвое животное, разорванное громадными зубами, скрылось в глотке. Сам же Реймар каким-то чудом (иначе это назвать было нельзя) еще не попал в желудок к монстру, лишь потому что его наточенный меч глубоко вонзился в его нижнюю челюсть.
Пожиратель сотрясался всем телом. В пасти за короткое время стало невероятно жарко. Судя по всему, снаружи его пытались сжечь. Это значило лишь одно – нужно было не дать твари расслабиться. Заставить его обратить на себя внимание и помочь магам снаружи добить. Что ж, это мечник и делал.
Набухший черный язык Пожирателя ходил ходуном в вонючей пасти. Он пытался выковырять застрявшего Кая. Насадить того на зуб или хотя бы поддеть и забросить поглубже в пищевод, откуда рыцарю было уже не выбраться. Реймар, однако, всеми силами противился этому. Держась левой рукой за рукоять меча так крепко, как никогда раньше в своей жизни, он выхватил кинжал и отбивался от гибкого куска плоти, молотя коротким клинком всюду. Он изрезал нижнее небо чудовища, от чего то запрокинуло безобразную голову, распахнуло рот и начало шарить там когтистой лапой. Слишком острый, меч рассек челюсть твари под весом своего владельца. Кай съехад вниз, до самого основания языка и находился сейчас под ним, впервые за всё время своей безумной выходки оказавшись в более-менее устойчивом положении. Кроме всего прочего, длинное лезвие рассекло полумертвую плоть и сейчас весь подбородок Пожирателя распахнулся, словно гротескный занавес. Сквозь края зияющей раны на Кайдера хлынул свет. В горло чудовища тут же вонзились длинные костяные копья, фиксируя его в неудобном положении.
Он его достал.
Пожиратель резко крутануло голову, обламывая шип. Он попыталось зарычать, но воздух свистом вышел через громадную рану. В последнем отчаянном желании сожрать хоть кого-то, тварь опустила голову и… замерла. Магический огонь добрался до её головы, выжег глаза, стал облизывать кости.
Монстр дернулся, завалился на бок и… издох. Сквозь разрез на подбородке Кай выпал наружу и распластался по земле.
Отчаянно не хватало воздуха. Вонь заполнила все.
Спасаясь от неё, воитель крепко взялся за маску и отстегнул её. Вещица с лязгом скрежетнула о когтистую перчатку, когда рука безвольно опала.
- Все еще жив… - сказал он тихо-тихо сам себе, пока горечь от осознания этого факта заполняла естество.
Где-то далеко блеснула молния, отозвавшись раскатами грома. С неба закапал редкий дождь. Его холодные капли падали прямо на открытое лицо.
Не было сил даже лишний раз вздохнуть, не то, чтобы подняться. Сражение с языком монстра отняло их все. Осталась только сила воли. Железной воли…
Безмолвно поднявшись, на непослушных ногах, Кайдер зашагал обратно в деревню, сквозь разрушенный проем частокола. Дождь барабанил о его доспехи.
Несколько ополченцев, из тех что видели, как мечника проглотила тварь, с ужасом взирали за этим тихим маршем неверящими, дурными глазами. Сжимая в руках копья, вилы, топоры и короткие клинки они приветствовали Реймара ничего не значащим жестом: прислонив сжатый кулак к груди, рядом с сердцем. Среди них иногда встречались и мертвые, давно ушедшие. Воины, павшие рядом с Кайдером и от его меча, призраки отдавали ему честь тем-же жестом.
Так он вернулся к своим спутникам. Сайрус хлопотал над осевшим от тяжести ран Мердоком, у него не было ни времени, ни сил удивляться чудесному возвращению Реймара. Кэт лишь злобно покачала головой, придерживая обессиленную Вив.
- Столько народу погибло, а дерьму вроде тебя хоть бы хны, - с досадой процедила она сквозь сжатые зубы.
- Она будет в порядке? – Кай пропустил едкое замечание некромантки мимо ушей, сосредоточив внимание на подопечной.
- Потратила много сил. Отдохнет, и будет как новенькая, - нехотя буркнула Кэтрин.
- Хорошо, - бросил мечник и больше не сказав ни слова зашагал вверх по улице, обратно, по направлению к дому старосты.
Усиливающийся дождь заглушал его шаги.

***

Отмыться было непросто. Не только из-за чудовищного зловония слюны Пожирателя, но и из-за того, что руки не слушались Кайдера. Он с трудом сдерживал желание окунуться цликом в бочку с холодной водой, стоящей в темно углу главного чертога. Все это время за ним наблюдал Мердок.
Молчаливый, мрачный собранный. Он уже позаботился о собственных ранах и сейчас боролся со сном. Очевидно, у него было что-то на уме. Что-то, что он хотел обсудить с мечником. Однако Реймар справедливо подумал, что это подождет до рассвета. Его присутствие отвлекало магов. Не давало им расслабиться. Кэтрин поигрывала с кинжалом. Сайрус с полуприкрытыми глазами смотрел в пламя ничего не видящим взглядом.
Им требовался отдых, которому воитель мешал.
Взяв обвязанные кожаным ремнем ножны с мечом, некромант просто толкнул дверь и вышел наружу. Холодный воздух отрезвлял разум и успокаивал нервы. Облокотившись на деревянный забор, мужчина замер. Любуюсь занимающимся восходом. Наконец-то долгожданный покой…
…был опять нарушен.
Несчастная, грубо сколоченная дверь с треском распахнулась, хватив ручкой о стену и так же громко ляпнул обратно. Рядом показалась Кэтрин. Выражение недовольства все так же не сходило с её лица. На Кая она не смотрела, но он явственно чувствовал исходящую от девушки ненависть.
- Это ничего не значит, понял!? – прошипела она. – Это твоя бесполезная выходка у ворот. Думаешь, можешь искупить свою вину? Фойррас-с два! - девушка резко развернулась к нему и с раздражением потянулась к нижнему краю маски. – Сними эту идиотскую железку, когда я с тобой говорю. Имей смелость посмотреть мне в глаза!
Кай резко ухватил девушку за запястья. Совсем не так нежно и бережно, как когда-то сделал это с Вив в Акропосе. Он остановил руку некромантки в миллиметре у своего стального лика, медленно покачав головой. Кэт лишь вырвалась из его хватки и с отвращением отпрянула.
- Ты виноват. Все это – твоя вина.
- Да.
- Да! - выпалила она и вдруг осеклась. – Что?
- Ты абсолютно права. Это все – моя вина. Я виноват в том, что Дайгон сейчас лежит при смерти. В том, что культ угрожает нам всем. И еще во многих ужасных вещах, - слова признания давались ему абсолютно спокойно, но отнюдь не легко. – Мне никогда не исправить содеянного. Я знаю, что ты желаешь мне смерти и, поверь, я бы давно уже умер, если бы только мог. Но, к сожалению, не могу. Потому, молю - прости меня. Пожалуйста, прости, если сможешь, - мужчина смиренно опустился на колено и потупил взор, не надеясь на милость девушки.
Ошарашенная раскаяньем мечника, Кэт отшатнулась. На лице её отразились гнев и непонимание в равной мере.
- Никогда, - горько прошептала она. – Будь ты проклят, безумец.
И ушла. Наконец оставив его в покое.
- Какая занятная, - голос, раздавшийся за спиной сокрушенного мужчины, заставил того заметно вздрогнуть всем телом.
«Нет… - взмолился он. – Только не это. Только не ты. Только не сейчас».
- Боюсь, что я, милый. И именно сейчас, - сладко пропел все тот-же знакомый голос.
Кайдер поднялся. Медленно обернулся. Он впервые за долгое время почувствовал настоящий страх, молясь всем богам и демонам, чтобы снова не увидеть ту, что погибла от его руки давным-давно. И опять был жестоко раздосадован. Улыбаясь, девушка стояла рядом с ним на расстоянии вытянутой руки. Холодная, прекрасная, мертвая. Её платье совсем не колыхалось на предрассветном ветру. В груди зияла жуткая колотая рана. Края её обрамляли кровавые потеки, узором расплывшиеся на белой ткани.
- Найя, - выдохнул он знакомое имя.
- Здравствуй, любимый, - её голос был нежным, как всегда. – Давно не виделись.
«И правда, давно. Значит, снова началось? Мой рассудок опять раскалывается на части?»
- Боюсь, что так, - мертвая без труда читала его мысли, потому что была их частью.
Усталость, боль, стресс – все это дало новый виток безумию Реймара. Когда это происходило, Анария навещала его первой. Словно герольд печальной болезни разума.
- Ты обещал наконец вернуться ко мне сегодня. Я так ждала, но ты снова обманул, - в голосе призрака послышалась бесконечная грусть.
- Я пытался. Если бы я только мог…
- А может, все дело в ней? – слова супруги больно кольнули грудь мечника, он точно понял, о ком говорит женщина, лицо её на мгновение стало жестоким. – Может ты так остервенело сражаешься и цепляешься за жизнь из-за этой девочки, только делая вид, что пытаешься умереть? Мы действительно очень похожи, но она – не я. Не думаешь же ты и вправду… - Найя лукаво потупила взор, а потом расплылась в еще большей улыбке, железная маска не могла скрыть от неё выражение лица Кая, она видела его насвозь. - …или думаешь? Ха-ха, вот так новость! Да ты и правда считаешь, что обязан защитить её! Что так искупишь все! Может ты еще её и любишь?
Реймар молча отступил к стене, с лязгом ударившись о деревянные балки и запрокинув голову. Глаза его устало сомкнулись. Призрак лишь громко рассмеялся в ответ.
- Да ты и правда в неё влюблен! – девушка продолжала смеяться. – О милый, бедный мой милый Кайдер, - она не сделал ни шага, но каким-то образом оказалась рядом, любовно обнимая супруга. – Она ненавидит тебя. Тебя и таких как ты. Скоро она проснется и что ты думаешь? Броситься к тебе на шею, как сейчас я? Поблагодарит, быть может? Не-е-е-т… она даже не посмотрит в твою сторону, глупый. Что является противоположностью любви?
- Безразличие, - Кай медленно осел на землю, сопровождая каждое движение скрежетом.
Он не знал, зачем отвечал. Действие было механическим.
- Именно, - пела в ухо Найя. – Безразличие. Такое же безразличие, каким одаривал меня ты каждый миг нашей совместной жизни, - не было сил больше терпеть это и все же он терпел. – Думаешь, Таэрион проклял тебя бессмертием? Нет, настоящее проклятье – это чувствовать. Ощущать. Любить. И понимать, что никогда не будешь любим в ответ. Вот твоя кара. И она не закончится никогда. Я – единственная, что когда-либо любила тебя. А ты убил меня.
Кай молчал.
- Так будь же воистину проклят…
Холодные руки уже не обнимали, они проникали под доспех, рвали на части. Тысячи рук. Тысячи убитых. Они пришли в это утро вслед за ней. За Анарией. За предвестницей его безумия. Чтобы растащить его на части. И не было никакого спасения. Никто не мог выдернуть Кайдера из этого отчаянья.
Сцепив ладони в замок, словно молясь, он так и остался сидеть на холодной земле, отдавшись на милость призраков прошлого. Безмолвный. Покинутый. Отрешенный.

Отредактировано Кайдер (2019-06-02 10:40:45)

+1

11

08.08.1082

Голова гудела. Кислота подступила к горлу, когда Вивьен попыталась сесть. Тронув живот, некромантка поморщилась и свесила ноги с края постели. Бледный свет попадал в комнату через плохо зашторенное окно. Внизу кто-то шумел – кухарка готовила завтрак для всех, но никто не кричал, не дрался, огни не горели под окнами. В деревне было тихо, как бывает после бури. Все мирились со смертью, прощались с мёртвыми товарищами в тишине, сжигая их тела в общем братском огне, чтобы те не восстали и не напали на выживших близких, у которых не хватит сил, чтобы убить их снова.
Вивьен помнила, что произошло ночью. Она понимала, что, несмотря на то, что растратила всю магию, всё закончилось хорошо. Лучше, чем могло бы. Они выжили, справились с угрозой, но всё ещё не выяснили, кто стоит за нападением нежити, если вообще кто-то стоит. Впереди ждал ещё один день тяжёлой и кропотливой работы. Всё тело ныло, будто Вивьен угодила под удары палкой от недовольного хозяина. Она чувствовала сильную слабость, да и голова кружилась, когда она пыталась встать, но меньше всего она хотела оставаться в постели, будто больная, и позволить мыслях захватить свой разум.
Девушка поднялась на ноги, схватилась за грудь, сжав рубашку в области солнечного сплетения, когда почувствовала боль. Одна короткая, но болезненная вспышка.
«Дурак…»
***
- Мы закончили барьер. Он закрыт, - отчитался Мердок, когда она спустилась вниз.
Вивьен кивнула, избегая необходимости говорить.
Некромантка села на лавку за общим столом. Кэтрин дождалась, пока кухарка поставит на стол две миски, тут же схватила их и вместе с ними поднялась наверх, чтобы лично убедиться, что Дайгон поел. Вивьен видела, что некромантка выглядела раздражённой и уставшей, но сейчас все мысли Кэт занимал Дайгон, который, к счастью, был всё ещё жив. Старания лекаря не прошли даром. Если некромант пережил одну ночь, то проживёт и следующие.
Мердок крошил вчерашнюю булку над миской, по небольшому куску отправлял в рот. Все ели в молчании. Староста деревни, его невестка, целитель, который устал за ночь не меньше, чем остальные. И Вивьен.
- А где ваш друг? – спросил староста. – Тот, что в маске ворона. Что-то не вижу его за столом.
Вивьен хотела ответить, но Мердок её опередил:
- Надо его позвать, - ворчливо заметил мужчина.
- Позвать? – переспросила Вивьен, думая, что ослышалась.
Мердок будто не заметил, что голос некромантки надломился и она смотрит на него как-то странно, не похоже на себя.
- По мне так после его вчерашней выходки пусть не переводит харчи.
Вивьен встала из-за стола. На этот раз Мердок поднял взгляд и посмотрел на неё с удивлением и непониманием. Трайх так быстро вышла из чертога, что он даже не успел спросить, что произошло, и с чего вдруг она решила лично позвать чужака за стол.
- Женщины, - вздохнул Сайрус. – Достали меня за два дня.
***
Breath
Вивьен так быстро покинула собратьев и хозяина, что забыла спросить, где они видели Кайдера в последний раз. Эта мысль догнала её, когда она выскочила из дома и остановилась на крыльце, смотря куда-то на улицу перед собой. Мимо дома редко проходили люди, которые не то искали выживших, не то готовились к общим похоронам. Некромантке было не до них.
Она заметила Реймара у стены, к которой он прислонился, избегая общества живых, словно считал, что ему здесь не место.
Первая эмоция, которая пламенем поднялась от самого живота и до груди, - была злость. Жгучая, похожая на ярость по силе. Она затопила всё естество Вивьен и подтолкнула её в спину.
Некромантка быстро спустилась с крыльца, подошла к мужчине, который так неудобно сидел на земле. У неё снова зудели руки - так хотелось его ударить за поступок, поэтому она выбрала своим оружием слова.
- Я не знаю, что у тебя в голове и с какой целью ты пытался убить себя, потому что иначе твой поступок никак не назвать – самоубийство – самое верное слово.
На язык так и просилось «идиотизм», но Вивьен посчитала, что это синоним слову «самоубийство», а потому существенной разницы не заметила.
- Но в следующий раз, если тебе снова взбредёт в голову сделать что-то подобное, потрудись убедиться, что никто не потратит силы впустую, чтобы тебя остановить.
Вивьен не разобралась, зачем Кайдер пошёл на это. Умом она понимала, что некромант прожил долгую жизнь, а потому, возможно, как некоторые вампиры уже сходил с ума от вечности и искал любой способ, чтобы прервать эту жизнь. Но судя по тому, что она видела, Реймар не умирал, а возвращался с новыми серьёзными ранами, которые мучили его. Она считала, что пламя и пожиратель душ добьют некроманта, но даже они не справились, словно сам Безымянный сделал Кайдеру самый дорогой и качественный подарок, который невозможно испортить. Вивьен всё ещё не знала, по какой причине Кайдер живёт так долго, но предполагала, что есть что-то, что поддерживает в нём жизнь, и, возможно, он сам не знает, что это, иначе бы давно уже прикончил себя.
В бою с сильным противником нужна любая крупица магической энергии. Вивьен поступила необдуманно, когда потратила магию на то, чтобы остановить Кайдера – это было ей не свойственно. Не ей теперешней, когда она знала цену магии и своим решениям. Она старалась держаться отстранённо, держать эмоции при себе – именно поэтому её так разозлило поведение Кэтрин, которая не находила себе места от эмоций. А чем она хуже? Вивьен чувствовала себя лицемеркой, которую раздражает чужое поведение просто по той причине, что она видела себя со стороны, но в отличие от Кэтрин пряталась за маской и делала вид, что поступает правильно, отстранённо, холодно, с мозгами, а что вышло по итогу? Она растратила свои силы на мужчину, который этого… не стоит?.. Вивьен не знала.
- Меньше месяца назад ты говорил, что будешь тем, кем я захочу, - она не знала, зачем это сказала, но была так зла на Реймара, что хотела его чем-то задеть и чем-то ранить, хоть больше ранила себя. – Звучало складно, но по факту, - Вивьен издала тихий ироничный смешок, - пустые слова.
Вивьен не рассчитывала на безоговорочное подчинение, на покорность или верность, но ей казалось, что этот человек, несмотря на все его тайны и искажённое восприятие мира и себя в этом мире, всё же сдержит своё слово, но она ошиблась. Кайдер ничем не отличался от других людей. Он точно так же думал в первую очередь о себе.
- Ты слышишь? Да, посмотри ты на меня! – Вивьен сорвалась на крик, ударила рыцаря по руке с такой силой, что его меч выпал, а место удара на коже некромантки покраснело, чтобы в будущем обернуться болезненным синяком.

+1

12

Солнце уже взошло, а Кай так и не двинулся с места.
Призраки не останавливались ни на секунду. Их холодные, цепкие пальцы тянули его во все стороны. Отрывали доспехи, впивались в плоть. От них не было спасения. И хотя все это являлось лишь иллюзией, воспаленный разум Реймара обращал её явью. Снова и снова твари растаскивали его по куску, только для того, чтобы начать пытку сначала. И над всей этой вакханалией возвышалась Найя.
Вот только сейчас на её лице не было прежней ласковой улыбки. Теперь супруга смотрела на него строго, даже гневно. И платье сменилось на удобный дорожный костюм. Погодите-ка… да это же не Анария. Это была Вив!
Одуревший от усталости, мечник пытался взять себя в руки и собраться с мыслями. Прогнать сомн обезумивших духов, что облепили его со всех сторон и жаждали мести, но у него ничего не получалось. Как бы он ни пытался, безумие не отпускало его. А Трайх лишь беспощадно продолжала свою тираду.
Призрак Анарии снова показался рядом. На этот раз женщина нежно обняла подопечную Кая, положив той голову на плечо. Они стояли перед ним, словно сестры-близнецы. Такие похожие и так разные одновременно. Вив в черном, Найя в белом. Призрачница коснулась подбородка Трайх, любовно проведя по нему пальцами. Реймара взбесило это движение. Словно наваждение могло причинить девушке реальную боль.
- Ты слышишь? Да посмотри ты на меня! – удар.
Клинок глухо упал на влажную после ночного дождя землю. Оцепенение ушло. Кай понял, что сидит на земле в абсолютно одиночестве: не было алчущих плоти мертвецов, терзающих его каждое мгновение. Только Вив и… Найя. Она не уходила просто так. Не отпускала его, даже когда остальные духи были побеждены. Словно её персональная вендетта важнее остальных. Впрочем, возможно, так оно и было.
Мужчина с трудом поднялся на ноги. Движения его казались неуверенными. Рука, которой он оперся на стену, чтобы встать, подрагивала от напряжения. На дереве остались глубокие следы когтей от латной перчатки.
- Я всегда смотрю только на тебя, - устало проговорил мечник, поднимая маску.
- Да неужели? – издевательски поддела Анария, не убирая подбородка от плеча девушки.
- Да неужели? – повторила Вив.
- Да, – кому из них он ответил? – Разве я не бился за тебя сегодня? Разве не спасал твоих людей? – взгляд его янтарных глаз был мутным, несосредоточенным, из-под полуопущенных век. – Чего еще ты хочешь от меня?
- Благоразумия! И хватит уже врать - ты бился за себя.
- А я бы не была так уверена, милая, - хихикнула Анария, Кай стиснул зубы, на что та в ответ скорчила дурацкую гримасу.
- Ты просто ищешь смерти. Постоянно. Любой бой, любая стычка. Что в Акропосе, что в Севелене, что здесь! В этом нет ничего благородного. Это идиотизм. Ты просто бросаешься своей жизнью. Зачем?
- Что плохого в том, чтобы умереть за тебя?! – наконец-то ей удалось вывести бойца из себя. – Что еще я могу делать? Это все, что я умею!
Вивьен рассмеялась, но в этом смехе не было веселья.
- А ты не думал, что можно просто жить? Не складывать голову при первой возможности, а жить! Раз ты хочешь быть таким полезным, то попробуй жить ради меня, – Кай вдруг опешил от такого, на лице его отразилось самое настоящее удивление и это, кажется, удовлетворило Вив лучше, чем что-либо другое. – Или это не так благородно и жертвенно?
У Реймара не было слов. Он буквально не знал, что сказать на это. Что возразить? Всю его сознательную жизнь, сколько воитель себя помнил, от него требовали только покорности. Слепого выполнения приказов. Только этой самой жертвенности. Он жил лишь для того, чтобы умереть по чьему-то щелчку пальцев. И он проносил этот образ мышления сквозь столетия. Даже когда эмоции ожили, старая парадигма сознания не изменилась. И вот Вивьен де Трайх перевернула его мир. Заставила задуматься – каково это, оставить тех, ради кого ты пожертвовал собой? Каково тем, за кого другие отдали свои жизни? Бросаясь за дорого тебе человека на меч, никогда не думаешь, что будет после. Ты слишком поглощен тем, какой ты замечательный, раз пошел на такое. Как тебе должен быть благодарен объект твоей заботы. А он проклинает тебя. Потому что, когда ты умрешь, ему придется жить в этом пустом мире без тебя, с осознанием того, что единственный любящий человек умер за него.
- Прости, - Кай наконец пришел в себя.
Взгляд его был твердым и ясным, а Найя… Найя с грустной улыбкой поблекла и исчезла. Остались только они с Вивьен.
- Я поступил как идиот. Теперь я это понял, - мужчина наклонился и поднял с земли свой тяжелый меч. – Я больше не буду напрасно рисковать своей жизнью, даю тебе слово.

***

Они вернулись обратно в чертог.
Вив больше ни словом не обмолвилась с Каем и направилась обратно в свою комнату. Кэт тоже было нигде невидно. Реймар же присоединился к остальным за столом. Аппетит у него внезапно разыгрался, и он начал поспешно есть, когда кухарка поставила перед ним миску. Делал он это сосредоточенно и молча, однако двое оставшихся в зале магов с любопытством наблюдали за ним.
- Кем нужно быть, чтобы в лоб броситься на Пожирателя? – завел Мердок.
- Ну, ты не можешь отрицать, что выглядело это довольно эффектно, - Сайрус потер редкую щетину и приложился к выщербленной кружке. – Как он располосовал его, - мужчина провел пальцем по пустой тарелке, оставляя длинный след из соуса. – Все ему до самой глотки вскрыл.
- Ага, вот только на кой ляд? – Мердок вытер последним кусочком хлеба тарелку и отправил пропитанную соусом снедь в рот. – Их берет только огонь. Риск был не оправдан. Глупость.
- Я просто хотел его замедлить, - оторвался от миски Кай, сосредоточенно рассматривая остатки завтрака так, будто бы это была последняя еда в его жизни. – У меня нет ваших талантов. Вот - все что есть, - мужчина хлопнул по эфесу клинка, прислоненного к столу. – Тогда это казалось хорошей идеей: моя жизнь, в обмен на ваши. Но я не мог представить, насколько тварь окажется быстрой.
- То есть, ты бросился на него, понимая, что толку от этого особо не будет и ты почти сразу погибнешь? Беру свои слова обратно – ты просто безумец, - усмехнулся Сайрус, от чего его впалые глаза провалились еще больше. – Как ты вообще там выжил?
- Не знаю. Повезло, только и всего. Он сожрал твою лошадь, а я оказался в пасти целым. Ну и воткнул ему меч в нёбо. Это все, что пришло мне в голову. Так или иначе, своего я добился – вместо того чтобы ломиться к вам, тварь начала пытаться достать меня. Так что жаловаться было бы глупо.
- Действительно, - протянул целитель. - Как бы там ни было, ты, должно быть, единственный человек во всем мире, побывавший в пасти у Пожирателя Душ и оставшийся после этого в живых. Если через пару дней не начнешь превращаться, конечно…
Мердок усмехнулся. Кай проигнорировал. Дальше ели в тишине.

Отредактировано Кайдер (2019-06-02 10:32:11)

+1

13

У Кайдера был редкий талант – выводить Вивьен из себя. Некромантка сбилась со счёта, сколько раз за неполный месяц их знакомства Кайдер шёл на поводу у своих эмоций и поступал так, как хотел, не считаясь с чужим мнением и не советуясь. В какой-то момент, казалось бы, гладкая и слаженная работа разбивалась очередным выходом с медведем, который в ярости или забавы ради ломал всю конструкцию, оставляя Вивьен сначала с раздражением, потом с тихой и холодной злостью, затем с огнём, который так и подкидывал некромантку вверх, а затем превратился в простое понимание, что очередную ошибку надо исправить.
Они прибыли в Бесвелт с определённой целью – выяснить, что угрожает жителям деревни и как от этого избавиться. Вивьен не собиралась отступать от намеченной цели и тратить время на пустые разговоры – достаточно уже того, что произошло. Некромантка не держалась в стороне, не демонстрировала обиду, но не контактировала напрямую с Реймаром, если в этом не было необходимости. Она старалась не думать о его поступке и его словах, сказанных на улице, и хотя какое-то время – дольше, чем требовалось, она провела в комнате, желая воспользоваться усталостью и отдохнуть от всего, Вивьен не позволила себе прохлаждаться и ждать, пока наступят очередные сумерки.
- Барьер защитит вас, если нежить снова явится в деревню, а мы не успеем вернуться затемно, - некромантка говорила со старостой деревни, пока направлялась к крыльцу. На улице ей уже подготовили лошадь. Мердок и Кэтрин вместе с Сайрусом ждали, когда она поднимется в седло.
Кэтрин не нравилось, что Сайрус едет вместе с ними, и она пыталась поначалу убедить Вивьен, что в деревне он нужнее, но перестала спорить и уговаривать – Вивьен не слушала. Они не знали, что ждёт их за воротами деревни, есть ли там нежить и тот, кто ей управляет, или же это случайность – как стихийное бедствие, но со вкусом гнили и перца. Другого целителя у них не было, а рисковать жизнями, своей в том числе, чтобы спасать Дайгона, который, как говорили, утром уже завтракал самостоятельно и даже шутил, Вивьен не собиралась.
- Следите за целостностью символов. Когда приближается нежить – они слабо мерцают, и светят ярко, когда нежить уже близко – это значит, что барьер работает, - Вивьен натянула перчатки на руки, объясняя старосте последние важные тонкости. – Не распускайте патруль, следите за животными. Вчера ваши псы почувствовали угрозу до того, как мы увидели мертвецов.
- Вы уверены, что вам не нужны люди? – с сомнением и лёгким беспокойством спрашивал староста, смотря на то, как Вивьен поднимается на лошадь.
«Нужны, но не горстка селян, которые не умеют обращаться с оружием и бесполезны там, где нужна магия».
- Люди вам понадобятся, - потому что с уходом некромантов больше некому защищать деревенских от нежити.
Вивьен бросила взгляд на Реймара, когда он показался на улице в полном доспехе и явно собирался отправиться вместе с ними.
- Ты остаёшься, - некромантка была непреклонна. Она взяла в руки поводья и развернула лошадь крупом к крыльцу, направляя её к выходу со двора. - Мне не нужен человек, который поступает, как ему вздумается.
Никто из некромантов не отпустил шуточку по немилости Трайх, даже Кэтрин, казалось, выглядела не такой довольной, как могла бы.
Вивьен ударила лошадь под бока и вместе с группой магов отправилась за стены деревни.
- Пойдём в дом, - староста положил руку на плечо рыцарю, по-отечески его похлопал, и отпустил.
***
- Нежить прошла здесь, - Мердок показал следы на земле.
Дождь размочил землю. В следах стояла вода. Некоторые следы были небольшими – размером с человеческую стопу, и принадлежали мертвецам. Другие – похожие на лапы зверей, чаще кошачьих – химерам. Самый большой след, размазанный по земле и взрытый корявыми бороздами – пожирателю душ.
- Они пришли со стороны гор, - продолжил говорить Мердок. – Думаю, что пожиратель присоединился к ним, когда увидел стадо, но что его направило в деревню?
- Может быть, лич? Или маг? – предположил Сайрус, вглядываясь в горизонт.
Везде было спокойно и тихо. Никакая нежить не брела в сторону деревни, но следы уходили далеко, дальше большой дороги, по которой в Бесвелт привозили провизию из городов. Маги проехали поле, подготовленное к посеву позднего урожая. Ранний уже дал первые бледно-зелёные ростки. Никто не работал на поле – люди были напуганы нежитью.
Вивьен остановилась у поля, всматриваясь в идеальный покров. Нежить прошла мимо него, хотя обычно разбредалась и стягивалась с разных сторон, совершенно не заботясь о целостности чужого урожая. И всё же некромантка не видела следов активации Ключей. Никто из магов не видел сплетений заклинания, которое управляло нежитью и гнало её в Бесвелт.
- Они как с ума посходили, - Мердок сплюнул под копыта коню и хмуро посмотрел на запад. Солнце уже клонилось к горизонту, а они так ничего и не нашли.
- Смотри.
- Что?
- Там, - Сайрус показал направление.
У старого высохшего дерева шевелилось что-то тёмное. Мердок поехал вперёд первым, остальные медленно за ним. Существо перестало рвать на части ворону, обернулось, ощерилось и бросилось к мужчине. Мердок ударил её мечом, убив одним ударом. Тварь упала на землю и растянулась на ней грудой чёрного мяса. Группа вместе с Вивьен подобралась ближе. Они увидели химеру, созданную из барса. Густой светлый мех давно облез, выставив напоказ гладкую и чистую кожу, которая после экспериментов некромантов приобрела иссиня-чёрный цвет.
- Химера?
- Да.
- Посмотри на голову.
Мердок приподнял мечом подбородок химеры и чуть повернул её. На лбу был знакомый им глиф Севелена.
- Почему она напала?
- Кто знает, - мужчина обтёр меч и убрал его в ножны. – Но лучше бы нам это выяснить до того, как сядет солнце.

+1

14

Кайдер доигрался.
Вивьен никак нельзя было винить за подобное решение. В конце концов, она не обязана терпеть его безумные выходки. Еще повезло, что что-то подобное не произошло раньше. Конечно, он мог ослушаться. Подопечная не имела абсолютной власти над ним. Все это время он подчинялся лишь потому, что сам считал, будто бы так правильно. Но когда требовалось, он без колебаний нарушал её приказы и действовал, как полагал, будет лучше для неё. В конце концов, остановишь ли ты маленького глупого ребенка, лезущего непослушными ручонками в костер? Конечно да. Была ли Трайх для Реймара ребенком? Нет. Разве что от части. И все же этот ребенок обладал властью, авторитетом. Ей подчинялись. И она требовала такой же покорности от мрачного рыцаря.
- Ты остаешься. Мне не нужен человек, который поступает, как ему вздумается, - жестокие слова хлестнули его по лицу, словно пощечина.
И что теперь? Просто оставить её? В конце концов, ему не требовалось её разрешение, чтобы приехать в Акропос и биться на залитых кровью улицах древнего города. Точно так же, как сейчас не требовалось разрешения для сопровождения. И все же, он обещал ей. Обещал быть тем, кем она захочет его видеть. Если сейчас она хотела видеть его покорным и кротким, что ж… Таким он и будет.
Мужчина крепко сжал рукоять клинка на поясе и смиренно кивнул девушке, которая уже развернула коня и даже не смотрела в его сторону. Досада и разочарование жгли естество. Но он подчинялся.
Выпрямившись, Реймар на секунду задержал взгляд из-под холодной непроницаемой маски на Мердоке, чей оседланный конь неуверенно топтался на месте, боком. Маг ответил хмурым кивком.
- Я помню, - сказал он ровно и громко, так, чтобы Кай без труда мог его расслышать за фырканьем скакуна. – Ни на шаг.
Отряд поскакал прочь. Оставляя воителя позади.
- Пойдем в дом, - касание тяжелой руки на плече обещало утешение.

***

В чертоге было светло и тепло. Очаг уже потушили. Посреди лета днем в нем не было смысла. Бесвелт располагался достаточно далеко от Севелена, чтобы магическая стужа, круглый год защищающая обитель некромантов, не дотягивалась до простых крестьян, живущих от одного скудного урожая до другого.
- О, а вот и ваш друг, - Страстота улыбнулся, увидев облокотившегося на перила второго этажа Дайогна. – Хорошо! Наверняка вам будет что обсудить в ожидании возвращения леди Трайх.
Молодой маг выбрался из постели и, судя по всему, добрался до места, на котором сейчас стоял, с помощью недавно сколоченного для него костыля. Палка как раз находилась рядом с ним, на расстоянии локтя.
- Так это правда? – рассмеялся Дайогн, сейчас он совсем не выглядел таким уж раненым. Только повязка на бедре напоминала о том, что еще вчера этот паскудник валялся полудохлым куском на грязных от пота, крови и гноя простынях. – Кэт рассказала мне о твоей выходке, но я не поверил, а сейчас, вижу – не соврала. Иначе Виви не оставила бы тебя тут, со мной.
Кай скрипнул зубами. Имя подопечной, вылетевшее из грязного рта некроманта, звучало для мечника почти оскорбительно. Усевшись на скамью, мужчина извлек оружие из ножен и упер клинком в пол, прислонив рукоять к плечу. Со стола он взял длинный точильный камень, принявшись размеренно водить им по лезвию.
- Ну и ну! Безумец, - в последнее время, это слово звучало слишком уж часто и раздражало Реймара. - Ты и правда полез к Пожирателю в пасть?
«Ну сколько можно это мусолить?»
– И как, понравилось? Уже чувствуешь что-то? Я слышал, изменения становятся заметны только на второй день. Может завтра ты уже начнешь облазить, м?
Движения воителя оставались монотонными и медленными, однако из-под точила начали вылетать искры, что свидетельствовало о приложении заметно большой силы, чем раньше. Кай по-прежнему молчал.
- И нам не останется ничего другого, кроме как оборвать твои страдания, испепелив бренное тело. Какая досада – герой Бесвелта сам превратился в чудовище, от которого так сильно старался защитить свою госпожу, - для того, кого даже не было на поле боя, Дайгон болтал слишком много. – Знаешь, я думаю, что попрошу у Вив разрешение лично прервать твою никчемную жизнь. Это будет весьма справедливо после всего, через что ты заставил меня пройти. Как считаешь, м? Не думаю, что она откажет.
- Не слушайте его, милорд, - хмуро прогудел староста Кайдеру. – Обида и боль гложут ему сердце.
- Хрен ли ты что понимаешь, старик! – остервенело рыкнул Дайгон сверху. – Забыл, что до их прихода я защищал ваше захолустье?! Защищал и чуть не подох. А этот, - он кивнул на мечника злобно. – Даже не стоит того, чтобы тратить на него дыхание!
Кай поднялся со скамьи, держа точильный камен в правой руке, а клинок за лезвие, в левой. Повисло напряженное молчание.
Лязг.
Это Реймар подбросил точило, и то, сделав несколько переворотов, приземлилось обратно в бронированную руку рыцаря.
Лязг.
Мужчина поигрывал тяжелым бруском, а на лбу мага тем временем выступила испарина. Он вдруг вспомнил, что, оказывается, тяжело ранен и нога, без сомнения, не даст ему проявить былой прыти.
Лязг.
Очень хотелось запустить точилом прямо в испуганную харю этого гада. Скривить его убогий, переломанный нос еще больше, чем есть сейчас. Соблазнительная мысль, над которой Кайдер всерьез задумывался.
Стук.
Точило глухо легло обратно на стол. Мечник убрал бритвенно-острый клинок обратно в ножны за поясом, направившись к выходу без единого слова.

***

- Зима еще не началась, а уже столько смертей, - Кэль широко шагал за воителем.
Он, все же, был главой этой деревни и сейчас пришла пора оправдывать оказанное ему доверие, потому старик не стал оставаться в стороне, когда его гость покинул дом и отправился на улицы Бесвелта. Мужчина оценивающе оглядывал выгоревшие дома жителей и раздраженно цокал языком. Вокруг суетились люди.
- Сынок, укрепите тот край сильнее! – крикнул он зычно, махая высокому юноше, что хлопотал с еще несколькими мужчинами и женщинами у разбитого частокола. – Да смотрите аккуратнее с символами, начерченными нашей леди. Не повредите рисунок ни в коем случае! – в ответ на слова отца молодой человек сосредоточенно кивнул и вернулся к работе.
Они приблизились к немолодой женщине, с опухшим от слез лицом. Перед её домом, накрытые окровавленными простынями, лежали три тела. Женщина одеревенелыми руками боролась с тяжелым колуном, который застрял в толстом полене.
- Это Мария, - тихо прошептал Кэль. – Она потеряла сына, брата и мужа в эту ночь. Никого больше не осталось. Всех забрали мертвецы…
Кай постоял немного. А затем твердо шагнул к женщине, заслонив той дневной свет. Его мрачная, закованная в сталь фигура пугала и все же, не было во взгляде несчастной ничего, кроме безразличия и отрешенности.
«Вот, что чувствуют те, за кого любимые отдают жизнь», - пронеслась мысль в голове воителя.
- Я помогу, - сказал он, аккуратно забирая колун из ослабевших рук.
Мужчина поднял его над головой и с силой вонзил в колоду, расколов полено на две чурки. Когда это было сделано, Кай быстро щелкнул ремнями на нагруднике и наплечниках, небрежно сбрасывая доспехи на грязную землю. Туда же следом отправились обмотанные ремнем ножны с мечом и кинжалом.
Выдернув колун из колоды, Кай схватил следующее полено и продолжил работу. Тяжелую. Тупую. Монотонную. Как раз такую, в какой нуждался все это время.
Сейчас было полно других насущных дел, кроме того, чтобы гоняться за нежитью. И если Кай не нужен был своей Вивьен, он найдет работу здесь. И постарается облегчить тяжелую участь оставшихся в живых после ночного налета. Это все, что он мог для них сделать.

***

In uthenera

Рубили до позднего вечера.
Лето. Мало кто сильно топил. Дров было мало, так что пришлось повозиться, чтобы насечь достаточно, для нужного количества погребальных костров. Тела укладывали бережно. Саванов не снимали. Кай собственными руками перенес тех троих, что лежали перед домом Марии. За все это время она не сказала ни слова.
Наконец, приготовления были завершены. У косторов выстроились все жители Бесвелта. В центре, чуть впереди всех, стоял Кэль. Каин возвышался за его широкой спиной.
- Не хотите ли сказать пару слов, милорд? – неожиданно предложил староста, обращаясь к мечнику.
- Я? – Реймара застали врасплох. – Нет. Из меня дрянной оратор. И я чужак. У меня нет права.
- Ты бился за нас, - подал голос коренастый, крепкий мужчина в стеганой куртке, с коротким мечом на поясе. – Стоял там, впереди всех. Рубил их без устали. Командовал. Без тебя ворота упали бы еще раньше, чем пришел Пожиратель, - одобрительное роптание прокатилось по толпе. – Думаю, что скажу за всех: если у кого-то из пришедших сюда и есть право сказать что-то, так только у тебя, - снова шепот одобрения.
Кай замялся, потупив взор. В такие моменты он был рад, что маска скрывает его лицо, защищая от посторонних глаз.
- Я не знал никого, из защитников Бесвелта, - начал он, стараясь говорить громко. Прохладный ветер подхватывал хриплый голос, разнося слова по всей маленькой площади, где собрались жители. – Но я хорошо знаю войну. Я бился всю свою жизнь бок о бок с бесчисленным количеством солдат. И мало кто проявлял такое же мужество, какое проявили эти отважные мужчины, - Кай выдержал паузу, собираясь с мыслями. – Мне тут недавно сказали: легко жертвовать собой ради других. Не нужно много смелости, чтобы отдать жизнь за любимого. Куда труднее жить ради него… У ополченцев Бесвелта, к сожалению, нет роскоши подобного выбора. Зато она есть у вас. У тех, что остались живы. Так проживите долгую и достойную жизнь, во имя павших, что уже никогда не увидят рассвета.
- Прах к праху! – поддержал Кэль, с горечью опуская факел на погребальный костер.
- …Пепел к пеплу, - поддержал его коренастый ополченец, делая то же самое.
- Пепел к пеплу, - хором повторили все присутствующие.
И вечер запылал яркими всполохами скорбного пламени.

Отредактировано Кайдер (2019-06-03 13:13:50)

+1

15

Всё казалось ошибкой. Одной большой ошибкой. Дорога, вытоптанная мертвецами, уходила всё дальше и дальше. Где-то следов становилось меньше, где-то они разветвлялись, показывая, что шли из разных мест, но отчего собирались здесь, чтобы всем вместе выдвинуться в сторону деревни. Следов чужой магии, которая бы направляла мертвецов и отдавала им приказ напасть на живых, маги не нашли. Всё выглядело странно. Будто толпа нежити как-то общалась друг другом на расстоянии, коллективно приняла решение собраться и выдвинуться в сторону деревни, а уже вслед за ними пришёл Пожиратель душ, который решил, что с мертвецами будет весело.
- Надо возвращаться, - Мердок натянул поводья. Скакун под ним остановился, недовольно фырча; пару раз ударил копытом по влажной земле, смазывая следы, оставленные химерами и мертвецами.
- Нет, - Вивьен не собиралась поворачивать. Они ничего не нашли, ничего не выяснили, какой в этом смысл? Чтобы завтра снова вернуться сюда, потратив время? – Где ближайшие защитники Севелена? – она имела в виду химер, которые служили ковену и охраняли подступы к крепости.
Меньше месяца назад Вивьен с Кайдером столкнулись с одним из защитников. Он отреагировал на магов Севелена, как и должен был, - прошёл мимо, не замечая их. Но эта химера, встреченная ими сегодня, будто бы забыла, кто её создал, и бросилась на некроманта. Обычный голод, от которого страдали все твари Пределов в силу малого количества пищи, не мог нарушить заклинание и заставить химеру напасть на создателей. Они осмотрели тело химеры, но не нашли магических нитей, которые бы шли от неё. И всё же что-то свело её с ума.
- К востоку от дороги, - Мердок показал направление рукой, расчертив указательным пальцем воздух. – Но если пойдём туда, то нам не хватит времени вернуться в Бесвелт до темноты.
- Возможно, нам и не понадобится.
Вивьен ударила лошадь под бока и свернула с дороги.
***
В Пределах водились разные твари помимо тех, что создавали некроманты Севелена или которые были созданы задолго до образования ковена или пришли сюда после многих войн. Самыми распространёнными тварями, живущими в горах, были виверны и мантикоры, но мантикоры встречались редко, виверны – чаще нападали днём и питались падалью, не покидая насиженных мест. Они атаковали животных, которые водились в горах – стада оленей или горных козлов, которые выбрали эту неприветливую местность своим домом.
На пути магов встретилось несколько свежих растерзанных тел крупных оленей и много следов, которые оставило после себя напуганное стадо.
- Тут их волокли, - Мердок показал на смазанные следы на земле.
Два оленя были распотрошёнными, но не съеденными. Виверны, а нападала именно виверна, никогда не оставляли свою добычу. Они должны были либо съесть туши целиком, либо же оставаться поблизости.
- Волокли что-то большое.
- И явно не оленя, - Мердок нахмурился.
Мужчина спрыгнул с седла, присел на корточки, рассматривая следы на земле. С приближением сумерек видимость портилась, но он всё же смог рассмотреть несколько едва заметных округлых следов.
- Арахниды.
- Так далеко? – удивилась Кэтрин.
- Видимо, в горах уже жрать нечего. Вышли на охоту, - предположил маг, возвращаясь в седло. – Едем дальше или возвращаемся? – он посмотрел на Вивьен, ожидая её решения.
Встретить одного-двух голодных пауков – незначительная проблема, но навряд ли именно пауки виноваты в нападениях на деревню.
- Куда они направились?
- Скорей всего в гнездо, но могут вернуться за оленями.
- Или за нами, - невесело добавил Сайрус.
***
Они возвращались той же дорогой, какой шли по следам мертвецов, но путь обратно уже не был таким же. Темнота прогоняла день, сгущала краски на тёмном небе Альянса. Воздух был сырым и прохладным после ночного дождя. Земля не успела просохнуть, но всё же копыта лошадей не вязли в ней, будто в болоте.
- Какого Фойрра, - ругнулся Сайрус, когда лошадь забеспокоилась, подняла ногу, а вслед за ней от земли потянулась бело-серебряная нить.
Маги выбросили щиты, оголили мечи. Вивьен едва потянулась к рукояти клинка и выронила его, когда пришлось ухватиться руками за поводья и прижаться к спине лошади – что-то тянуло её назад. Трайх оглянулась, заметив огромные жвала. Паутина оплела круп лошади, а огромный арахнид тянул свою добычу за собой, собираясь запутать её в кокон, пока ещё тёплая. Вивьен попыталась разрезать паутину и освободить лошадь или себя – правая нога прикрепилась к стремени паутиной, но короткий кинжал вяз в паутине и не мог её разрезать.
Громыхнуло заклинание. Паук запищал, когда Мердок попал в него пламенем. Пламя занялось, и паутина лопнула, освободив лошадь. Испуганный жеребец встал на дыбы так быстро, что Вивьен не успела удержаться на нём и упала на землю в липкую паутину, оставленную пауками. Арахниды атаковали их, набрасываясь и пытаясь достать жвалами, путали в паутину, чтобы унести в своё логово и порадовать королеву свежим человеческим мясом – такое угощение достойно королевского стола и столь редко, что никто из пауков не осмеливался разорвать магов на пуски или угоститься их плотью в обход королевы.
Мрак был на стороне арахнидов. Они брали количеством, перемещались быстро, танцуя на длинных лапах, будто внушающий размер не мешал их манёвренности.
Вивьен попыталась выпутаться из паутины, видя, как сбоку от неё Сайруса уже завернули в плотный кокон и потащили за собой, как первую добычу для госпожи. Кэтрин пыталась отбиться и удержать испуганную лошадь под собой. Мердок уже вспарывал толстое брюхо паука, убивая его, но едва ли поспевал отбиваться от остальных.
Зелёное магическое пламя вспыхнуло, отбрасывая паука. Вивьен с трудом поднималась на ноги. Её лошадь, напуганная арахнидами, будто и не заметила, что потеряла ездока, побежала дорогой, которую знала – домой. Лошадь Сайруса оказалась первой закуской для паука. Ей повезло намного меньше, чем её хозяину, которого уже волокли по земле.
***
09.08.1082
Ночь в Бесвелте прошла спокойно. Никакая нежить не приближалась к деревне. Лишь с приближением рассвета, когда свет едва тронул горизонт, затянутый серыми тучами, в деревню вернулась лошадь без ездока. На тёмном крупе остались кровавые раны. Жеребец беспокойно бил копытом и хлестал себя хвостом по бокам, будто пытался избавиться от налипшей на него паутины. Через несколько часов к воротам деревни подъехал всадник. Мердок выпал из седла, едва лошадь довезла его до частокола. Бледный и истощённый маг был измазан в крови и странной липкой субстанции.
Он был один. Больше никто не вернулся.

+1

16

Прощание с умершими завершилось много часов назад. Крестьяне разбрелись по своим домам и уже давно видели беспокойные, рваные сны. Один лишь Кай недвижимо стоял в проеме разбитых западных ворот, словно статуя, закованный в свои черные доспехи. Ни ночной холод, ни ветер, ни редкая морось не могли прогнать безмолвного стража с его поста.
Он ждал.
Ждал полночи, а его спутники все не возвращались. Мрачные мысли начали завладевать его разумом. Реймар в очередной раз отругал себя за то, что не поехал следом за Вив. Нужно было плюнуть на этот дурацкий приказ. Седлать коня и ехать следом. Хотя бы в отдалении. По крайней мере отследить её местоположение с помощью воронов, которые стаями кружили вокруг деревни, после недавней бойни. И все же он не стал. Выбрал уважать её решение, её приказ и её волю.
«И вот результат…»
Из леса стремительно вылетел скакун. Одинокий, напуганный, потерявший ездока. Когда он приблизился, Кай заметил раны на крупе. Рваные, как от зубов или жвал. Конь никак не успокаивался, молотя копытами о землю и брыкаясь, так что Реймару пришлось применить грубую силу, ухватив того под самую узду и крепко удерживать рукой, пока животное не успокоилось. Бока скакуна облепила липкая и вязкая белесая субстанция, похожая на нити. Мечник не сразу понял, что это паутина, а когда понял, омрачился пуще прежнего.
- Арахниды, - хрипло прошептал он, сжимая железный кулак.
Больше ждать было нельзя. Приказ или нет – каждая секунда промедления отдавала еще большим идиотизмом, чем его недавняя выходка. Очевидно, отряд был атакован и, скорее всего, не вернется из леса к рассвету. Если вообще вернется.
Позвав часового, он вверил тому раненую лошадь и потребовал другого, свежего скакуна. На его поиски деревенским потребовалось больше драгоценного времени, чем Кай рассчитывал. Бесвелт, как уже упоминалось ранее, был бедной деревушкой. Лишь у нескольких крестьян имелся конь, да и тот был тягловым, а не верховым. Животное, приученное пахать за плугом в поле, трудно поддавалось управлению. Пришлось повозиться, накидывая на того сбрую. В результате Кай выехал в сторону пропавшей группы только спустя полчаса.

***

В предрассветных сумерках каждая тень казалась опасной. Тихий мертвый лес дышал отчаяньем. За каждым деревом таилось обещание скорой и мучительной смерти любому, кто рискнул забрести сюда. И все же воитель упрямо ехал дальше. Глубокие следы подков на влажной после дождя земле не давали сбиться с пути, но и их Кай различал с трудом: он был воином, а не следопытом.
Неожиданно впереди послышался топот копыт. Кто-то гнал скакуна галопом во весь опор. Кай выхватил клинок и опустил его угрожающе низко, изготовившись к удару. Удару, который едва не оборвал жизнь Мердока, вылетевшего на него из-за деревьев. В последний момент маг что было сил натянул поводья, поднимая коня на дыбы и едва не заваливая его на спину. Громкое истошное ржание испугало воронов, с мерзким недовольным карканьем поднявшихся в воздух.
- Проклятье! – яростно и испуганно выкрикнул мужчина, его конь зашагал на месте, сделав небольшой рваный круг.
- Где Вивьен? - в голосе мечника не было и тени радушия, лишь сдерживаемое раздражение, усиливающиеся с каждым мгновением хмурого молчания некроманта. – Где? – уже более резко прорычал Кай.
- Её нет, - выдохнул Мердок, занимающийся рассвет позволил рассмотреть новые, свежие раны вдобавок к тем, что следопыт получил прошлой ночью. – Арахниды. Целый выводок. Напали на нас на обратном пути, - в голосе мага слышался нескрываемый стыд. – Сайруса и Вив схватили первыми, затем Кэт. Я едва вырвался.
Кай услышал достаточно. Ударив коня в бока, он послал его в галоп с места.
- Там никого нет! Только мертвецы! – бросил ему вслед Мердок, но мужчина не слушал и не слышал.

***

Следы петляли. Запутывали. Смотреть на местность с воздуха было бесполезно – ветки деревьев закрывали обзор, на поиск ушли бы часы. А их у Реймара не было. Требовалось решение. И оно требовалось сейчас.
Неожиданно, по левую сторону от несущейся лошади полыхнуло зеленое марево. Пламя горело всего мгновение, но породило чудовищное существо. Оно было похоже на волка или дикую собаку: здоровое, поджарое, с острыми зубами и лоснящейся шерстью. Необычнее всего была шерсть – зеленая, с переливами темного оттенка; а еще глаза – а точнее пламя, горящее вместо них. Сразу стало понятно, что это никакой не зверь, а темный дух, заключенный в чудовищную оболочку.
Лошадь Кайдера испугалась, резко крутанула в сторону и чуть не сбросила седока. Едва удержавшись на ней, Кай вперил взгляд в баргеста, перегородившего дорогу. Тот широко расставил ноги, угрожающе опустил голову с прижатыми к ней ушами, ощерился, зарычал.
- Тише, тише старый друг, - спокойно проговорил мужчина, не поднимая клинка. – Я тебе не враг. Ты знал меня задолго до того, как стал таким, - баргест перестал рычать и спрятал клыки, но оставался настороженным. – Я знаю, что ты бережешь её даже после смерти. Я тоже её оберегаю. Помоги мне найти Вивьен. Она в опасности и мы нужны ей.
Баргест поднял голову, потянув носом воздух, завыл протяжно и бросился вглубь леса. Кай пришпорил коня, направляясь за ним.

***

Они остановились у входа в пещеру. Лошадь постоянно брыкалась и фыркала. Проклятый пес её пугал. Кай не стал мучать животное и рисовать еще одной лошадью. Хлестнув ту по крупу, он отпустил коня, который тут же бросился обратно в деревню. Они остались одни.
Пес нюхал землю, время от времени поднимая голову и переводя взгляд пылающих глаз на Реймара. Тот склонился у входа в пещеру и заметил паутину, облепившую её со всех сторон. Войти незаметно было невозможно. Идти вперед – сущее самоубийство. Во мраке пещеры, даже с мерцающим могильным пламенем баргестом, это было слишком опасно.
«А я обещал больше не делать глупостей…»
- Укройся, - коротко проговорил мужчина, начиная легко ударять по паутине плашмя клинка.
Кай прекрасно понимал – малейшая вибрация поставит на уши все логово. Они сразу поймут, что поблизости чужак, если еще этого не поняли. По крайней мере, мечник сильно на это надеялся – не даром он так аккуратно вел коня за проклятым псом, указывающим дорогу. Вскоре его догадка подтвердилась. Клацая жвалами, из пещеры по потолку выбрались два здоровых арахнида. Черные мохнатые твари собирались перебраться выше, на скалы, но Кай уже бросился на них. Подрубив конечности ближнему пауку, он тут же бросился к дальнему. Второй арахнид уже успел отреагировать на опасность. Хищно щелкая жвалами, он отпрыгнул на упругих лапах и приземлился на землю, опасно подняв вверх передние конечности, увенчанные когтистым хитином.
Удар, другой, третий.
Кай уклонился от каждого, проявив невероятную прыть для закованного в броню рыцаря. Простая и мощная атака, направленная сверху, должна была покончить с тварью, однако та подняла средние конечности и вывернула торс. Острое ядовитое жало впилось Каю прямо в бок, пройдя аккурат под нагрудной пластиной брони. Дыхание выбило из легких. Боль пронзила все тело. Тошнота подступила к горлу, предупреждая горьким привкусом на языке. Однако тяжелый клинок завершил удар и рассек арахнида надвое. Бурый ихор брызнул во все стороны.
Воитель отшатнулся, схватившись за бок. Здоровенный шип под плитой пульсировал в ране, впрыскивая яд. Адреналин быстро разнес его по телу. В глазах помутнело. Едва удерживаясь на ногах, Кай вонзил клинок в землю крепко ухватившись за рукоять правой рукой. Колени подгибались.
Тихо поскуливание.
Левой ладони коснулся холодок, когда та прошла сквозь баргеста. Пес замер у его ног, остановив взгляд разумных глаз на воителе. Он говорил ему: нельзя останавливаться, еще не время.
- Все в порядке, друг, - выдохнул Кай, собираясь с силами. – Я еще могу сражаться, - вытащив клинок из земли, мужчина перехватил его в левую руку и наконец ступил в подземелье.
Баргест бросился вперед, освещая ему путь. Теперь, когда стража у входа была мертва, их продвижение пнабирало темп. Они продвигались тихо. Как могли. Пес не издавал ни звука. Кай был заметно хуже, но старался. Если бы не зеленое мерцание, исходившее от баргеста, их вообще можно было бы не заметить в широком проходе. Однако, неожиданно, навстречу им двинулось другое сияние. Яркое. Светлое. Цвет чьей-то маны.
- Сайрус, - позвал Кайдер тихо, узнав магию целителя, которую видел раньше, в деревне.
Огонь на мгновение замер, а затем бросился в его сторону быстрее, чем раньше. Скоро Сайрус возник перед ним, рядом с магом шла Кэтрин. Оба были помятые и израненные, но живые. На мгновение воителю даже показалось, что парочка рада его видеть. По крайней мере целитель был так точно.
- Кай, но… - видимо, он хотел спросить «как», однако, увидев баргеста, осекся.
- Где Вивьен? – поняв, что подопечной с ними нет, мечник снова стал мрачным.
- Она… она… Покажи ему, Кэт, - тяжело сказал целитель и девушка, хоть и нехотя, достала из сумки за поясом небольшой амулет.
- «Кор», - Кай выхватил безделушку из рук некромантки.
Он хорошо знал эту вещь. Вампиру, подарившему Вив амулет, Кай уже очень давно желал пожать… горло. Впрочем, сейчас это было совсем не важно. Амулет должен был быть у Трайх. Он предназначался ей и никому больше. И если сейчас «Кор» попал в руки к Кэтрин...
- Мы нашли его на одном из коконов. Я не ощутил внутри жизни. Всё конечно. Идем с нами. Мой свет отгонит тварей. Вернемся в Севелен, - грустно проговорил целитель, положив руку на плечо воителя.
- Нет, - рыкнул он в ответ, грубо отбив движенье мага предплечьем. – Она жива. Я это точно знаю.
Сказав это, Реймар твердым шагом двинулся вперед, за баргестом. Маги же лишь пожали плечами и поспешили к выходу.

***

Свет и правда отгонял пауков. Фамильяр Вивьен хорошо справлялся, не подпуская тварь на одном конце коридора, пока мечник разбирался с другой. Яд тем временем дурил голову. Мешал рассудку. Делал движения медленными. Скоро сил совсем не останется и придется идти на одной воле.
Наконец, в тупике одного из коридоров Кай увидел подвешенный к потолку кокон. Баргест бросился к нему и залаял, нарезая вокруг беспокойные круги. Кай тоже поспешил. Выхватив кинжал с пояса он, аккуратно придерживая кокон за один конец, перерезал паутину сверху. Тело опало Реймару в руки и он бережно опустил его на камни. Взрезав верхний слой паутины, мужчина стал раздирать остатки когтями перчаток и наконец полностью освободил такое знакомое и родной лицо. Вивьен была без сознания, судя по всему, одурманенная тем же ядом, что сейчас подтачивал и самого Кая.
- Ну же, Виви, вернись ко мне, - шептал он убирая спутанные волосы с лица подопечной, на челюсти слева, у самой шеи показалось длинное продольное рассечение – след от неудачного падения на камни. – Ты мне так нужна…
Кай закрыл глаза, и аккуратно коснулся своим лбом её. Его сознание вышло из тела и перенеслось в разум Вив. Он ощутил знакомые чувства – совсем как тогда, когда подопечная была совсем еще малышкой.
«Вернись ко мне, Вив», - позвал он сквозь дурман, как только мог…

Отредактировано Кайдер (2019-06-04 02:10:29)

+1

17

Я ошиблась?.. Как?..
Все мысли путались в голове. Вивьен казалось, что она в западне, в которую шла долгим путём, уверенная, что ничего плохого не случится. Она хотела выиграть время, но понимала риски – здесь негде заночевать, укрывшись от опасных тварей. Нежить и нечисть возле Пределов оставалась опасной и активной в любое время, а с наступлением темноты – приходил её час. Час расплаты. Они ждали чего угодно: взбесившихся химер, мертвецов, ещё одного пожирателя душ – встретить сразу двоих за одни сутки – верх неудачи, ведь эти громадные существа появляются редко. Их очень мало. Это как выиграть в кости, но получить в качестве приза мучительную смерть. Арахниды водились в горах, они никогда не заходили так далеко без надобности, но что-то выгнало их из пещер на поиски пищи.
Вивьен пыталась разорвать плотный и липкий кокон. Скованная, в непроглядной темноте ей казалось, что она задыхается в замкнутом и небольшом пространстве. Некромантке не хватало воздуха. Она дышала хрипло, с тихим присвистом. Накатывала паника. Вивьен не чувствовала боли в рассечённой скуле или ране от жала паука, но панику медленно одолевала усталость и накатывающая сонливость. Ей до последнего казалось, что она задыхается и с последним выдохом, некромантка уснула. Крепко, надолго, чтобы стать для кого-то приятной и мягкой пищей.
Все события спутались в её голове и оставили лишь темноту.
Вивьен услышала голос. Знакомый. Кроткий. Он звал её откуда-то далеко, но она не понимала, где находится, кому принадлежит голос, где тот, кто зовёт её. Она пыталась обернуться или оглянуться через плечо, но даже самой себе казалась чем-то эфемерным, бестелесным, ненастоящим. Всё было обманом, который не пугал её. Вивьен казалось, что ей больше не нужно дышать – это бренность смертных. Ей не нужно видеть, потому что здесь так темно и спокойно. Нет резкого и неприятного света, который режет глаза. Нет шума, который давит на уши и действует на нервы.
Здесь хорошо.
Достаточно хорошо, чтобы остаться.
- Вивьен!
Она услышала лай пса, и разом за звуком в её нетронутое пространство из кокона ворвался целый мир. Он захлестнул её, одурманил, испугал шумом и эмоциями. Вивьен резко села, почувствовала боль, когда стукнулась обо что-то лбом – позже она поняла, что это был Кайдер, который зачем-то склонился над ней, как старый развратный стервятник, которому подавай деву, пока ещё тёплая.
Лай был пощёчинами, которые хлестали её одна за другой. Он становился громче, набирал набатом, давил. Вивьен казалось, что она слышит десятки лап, которые перебирают по сводам пещеры, и как хитиновое брюхо скользит по липкой и идеальной паутине. Она слышала, как пауки шевелят жвалами, как они переговариваются друг с другом, повинуясь приказу королевы.
- Уходить, - слабо выдавила из себя Вивьен, пытаясь подняться, поддаваясь зову самосохранения.
Некромантка покачнулась, путаясь в липкой паутине. Осознав, что кокон всё ещё её держит, Вивьен вновь почувствовала приступ паники. Вместе с ним к ней вернулось полное осознание происходящего. Она слышала и видела всё, как прежде, и это пугало её. С ненавистью девушка рвала на себе паутину, не щадя чужое творение, быстро выкарабкалась из кокона, который хотелось сжечь. Останавливало лишь осознание, что она всё ещё в нём.
Призрачный пёс перестал лаять, он посмотрел вглубь пещеры, а потом пошёл обратно, ускоряя шаг. Баргест предупреждал их об опасности – Вивьен и сама слышала, как под большим весом прогибается паутина, как ссыпаются мелкие камни, не удерживаясь на старых скалах под большим весом паучьего войска. Королева не желала расставаться с пищей.
- Бежим.
Вивьен не обратила внимания на ранение Кайдера. Она едва ли что-то замечала вокруг. В её голове оставалась только одна мысль – любым способом спастись и выбраться из этой паучьей фойрровщины.
И она бежала, подгоняемая страхом, подпалив паутину по левую и правую сторону от себя. Липкая субстанция занялась, задымилась. Пламя так быстро разрослось и побежало по паутине в самое гнездо, даря некоторым уже мёртвым пленникам коконов достойное погребение, что через время в пещере стало светло, как днём, а едкий дым выворачивал лёгкие кашлем.
- Лошадь? – спросила Вивьен, когда они уже выбежали из пещеры, пока пауки в панике пытались спасти королеву, кладки яиц или с таким трудом собранную пищу. Она надеялась, что Кайдер приехал сюда верхом, а не прибежал, сбивая ноги, когда узнал, что случилось.
Мысль, что мужчина нарушил её приказ, в очередной раз поступил по-своему, и откуда-то узнал о том, что произошло, быстро промелькнула в голове некромантки, которая всё ещё боялась оказаться в паучьих лапах, и снова исчезла. Вместе с возможным беспокойством о Сайрусе, Кэтрин и Мердоке, которые вместе с ней попали в паучью ловушку.
Баргест показался снова, посмотрел на двоих и исчез.
Лошади не было. Дорога до Бесвелта даже верхом заняла не один час. Что говорить о путешествии на ногах до самой деревни. В месте, где каждая тварь желает их сожрать. Что могло быть лучше?
Вивьен ругнулась, но другого варианта у них не было. Только поторапливаться и убираться как можно дальше от паучьего логова, надеясь, что никто из подданных паучьей королевы не отправится за двумя кусками сочного мяса, или что на них не нападёт кто-то другой. Хуже пауков.

+1

18

Erase My Scars

За их спинами разверзлась огненная бездна. Пламя пылало, пожирая все вокруг, паутина занималась от огня еще пуще соломы. Едва с пальцев Вивьен сорвалась первая искра, вся пещера начала гореть. Запах жженого мяса доносился до ноздрей, тошнотворный сладковатый привкус оседал на губах, языке и деснах. Кай даже не понимал, последствие ли это паучьего яда или жара, плавящего плоть несчастных жертв арахнидов. И разбираться абсолютно не было времени. Они неслись так, словно сам Фойрр наступал им на пятки.
Свет неба, задребезжавший впереди, почти успокаивал. Если бы за их спинами не раздавался жуткий визг исполинских пауков, плавящихся в собственном логове.
Едва они покинули пещеру, пламя достигло выхода, жадно облизнув своды с адским рычанием. Еще бы мгновение, и они сгинули в пылающих недрах этой богами забытой дыры.
- Лошадь? – тяжело дыша спросила Вив, согнувшись и уперев ладони в колени.
Её дыхание медленно восстанавливалось. Чего нельзя было сказать о Реймаре. Раненный бок под бронированной плитой пылал огнем, отзываясь агонией при каждом движении. Рубашка под камзолом была вся мокрая от крови и пропиталась ею настолько, что капли стали просачиваться на поножи. Легкие жгло. Сладкий привкус во рту стал почти невыносим и Кай опустился на колено, отодвигая маску в сторону, чтобы сплюнуть вязкую слюну.
У него не было сил ответить.
Судя по всему, подопечная это поняла, потому что просто бросилась прямиком в лес, туда, где еще пару мгновений назад маячил объятым призрачным огнем баргест. Каю ничего не оставалось, кроме как стиснуть остатки воли в кулак и заставить себя подняться, силясь нагнать некромантку.

***

Было уже позднее утро, а они все шли, спотыкаясь о корни и едва не падая на холодную, сырую от прошедшего этой ночью мелкого, раздражающего дождика. Силы покидали мужчину. С каждым шагом он понимал это, замечая, как увеличивается расстояние между ним и девушкой. И все же Кай не мог заставить себя сказать об этом. Замедлить их хоть на секунду. Проявить такую непозволительную слабость.
Боль в боку к тому времени стала просто ослепляющей. Мечник чувствовал, как жало скребется о внутренности, как с каждым неловким движением расходятся края раны, сквозь которые новыми струйками вытекает кровь. Вытекает жизнь. Капля за каплей. Тем удивительнее было то, что краем глаза он заметил между деревьями какое-то резкое движение. Даже не то, чтобы заметил – почувствовал. Когда столько лет к ряду ищешь избавления смертью в бою, учишься верить подобным вещам. И Кай поверил.
- Назад! – рыкнул он, непонятно откуда взявшиеся силы позволили ему нагнать подопечную в два длинных прыжка.
Острые когти латной перчатки грубо рванули девушку за плечо, в последний момент спасая от жуткой участи быть рассеченной надвое громадным тесаком.
Подстегиваемый жаждой живой плоти, из тени мертвого дерева шагнул и владелец этого чудовищного оружия: здоровенный, под 4-е метра ростом мясной голем. Тварь была сшита из множества кусков различных тел. Во лбу её остался выжженный след от истлевшего охранного глифа Севелена. У голема была непомерно огромная, гипертрофированная правая рука, в которой он мертвой схваткой сжимал тесак, размером с саму Вив. Раздутая тварь словно вышла из чьих-то ночных кошмаров: правый глаз на безобразной голове казался слишком большим, словно спелое яблоко и безумно вращался в разные стороны. Левый же, маленький, заплыл гноем, от которого вздулись веко. Но поистине жутким было пузо этой твари: разорванное, сочащееся гнилью, из него по земле волочились внутренности. Края этого пуза обрамляли остро торчащие обломки ребер, хоть как-то удерживающие набитые опарышами потроха внутри разваливающегося туловища.
Тварь издала булькающие звуки, грузно поворачиваясь к рыцарю. Из её глотки вырвался нечленораздельный рев, совсем отдаленно напоминающий то ли крик, то ли плачь. Чудовище замахнулось тесаком и без промедления обрушило страшный удар на противника.
Время словно остановилось для Реймара. Так всегда случалось с ним в патовой ситуации. На самом деле это лишь его натренированный десятилетиями тактический ум анализировал обстановку с молниеносной скоростью. Перебирая возможные варианты в поисках самого приемлемого.
Уклонение? Наиболее очевидный и предпочтительный вариант. Попасть под удар этой твари – все равно что приговорить себя к смерти. Ни один доспех и ни один клинок не выдержит такого жуткой атаки. Мечник, разумеется, был серьезно ранен, но сейчас последние ресурсы его организма срочно мобилизовались, направленные на то, чтобы помочь телу выжить в этой экстренной ситуации. Да, уклониться было бы здорово и Кай мог бы это сделать, если бы не Вивьен, лежащая на спине прямо позади него. Он уйдет в сторону и тесак рассечет подопечную напополам. В этом не было никаких сомнений. Неприемлемо.
Блок? Единственная подходящая альтернатива. Но как блокировать? Принять атаку на меч? Клинок Кайдера был мощным и тяжелым, но даже он не сможет выдержать удара и просто прогнется под таким весом, пропуская тесак к бронированному телу. Броня тоже, очевидно, не выдержит попадания. Она была крепкой, но под ней находилась израненная плоть. Дробящая сила удара просто сломает Реймара под своей тяжестью. И ладно бы проблемой был только его проржавевший тесак, но у паганищиа абсолютно отсутствовали блокирующие механизмы организма. Каждый удар этот сшитый из кусков тел гротескный труп наносил, словно последний. Его абсолютно не волновало, порвутся ли мышцы, выдержат ли кости или крепкие нити, удерживающие плоть воедино.
Тогда что делать? Да ничего. Молиться. Если и меч, и броня не выдержали бы удара по отдельности, решение было только одно – сложить их прочность вместе. Кай Высоко поднял руку, в направлении удара твари, будто заслоняясь несуществующим щитом. Поперек неё, накрест, он положил тяжелый клинок. Прошли еще несколько мучительно долгих мгновений.
Касание.
Лязг.
От такой мощи, у Кайдера подогнулось колено, и он опустился на землю, останавливая удар в жестоком клинче. Тесак оставил глубокую выщерблину по всей длине касания клинка, а его верхний край врубился в броню, глубоко войдя застряв вдоль руки мечника, почти разделив её на две части.
Кай не издал ни звука, лишь крепче стиснув зубы. Настолько, что те чуть не треснули у него во рту.
Последняя вспышка ярости и боли подстегнула взрывную силу ног. Мужчина резко выпрямился, поднявшись и оттолкнул от себя тварь, разрывая клинч. Не ожидая такого сопротивления, паганище удивленно булькнуло, заваливаясь назад. Но и сам Кай уже не мог продолжать бой.
Пошатнувшись, он стремительно рухнул боком на холодную землю. Боли от касания почти не ощущалось, потому что боль во всех остальных частях тела просто заполнила остальное сознание, не оставив места ни для чего другого. Теряя чувства, он услышал крик и грохот, когда паганище разлетелось на куски.

***

Нужно было подняться. Заставить себя встать. Но воитель не мог. Тело не слушалось. Он ничего не соображал. Ему казалось, что он замирает всего на секунду, но, на самом деле, отключался снова и снова, проваливаясь в бессознательное состояние на несколько минут. Над ним звучали какие-то голоса. Их обладатели рычали и орали друг на друга, но мужчина никак не мог разобрать, что те говорят. Суета мешала сосредоточиться, сознание уплывало вдаль.

***

- Уложите его на спину. Да быстрее, Фойрр вас раздери! – шипел Сайрус, силясь перевернуть громадного воина самостоятельно. – Аккуратно, я не могу понять, как сильно он ранен. Да бережнее, сказал же! – продолжал он рычать на Кэт, а та лишь злобно сверкала на него глазами, отплевывая нечленораздельные оскорбления. – Где же эти проклятые… вот же они! - щелчок, затем второй, бронированная плита отброшена в сторону. – Рвите камзол, нет времени церемониться с пуговицами, - в три пары рук, зачастую мешая друг другу, они распахнули на нем верхнюю одежду. – Дерьмо… - протянул целитель, увидев залитую кровью рубаху и хватаясь за лоб перепачканными в этой же крови руками.
Нашарив кинжал, мужчина резким движением вспорол ткань, раскрывая её в разные стороны.
- Хорошо, хорошо, хорошо, - сосредоточенно закивал он. – Жало проникло глубоко и переломилось, но он его не вытащил. Молодец, - сосредоточенно тараторил Сайрус.
- Это еще почему? – непонимающе протянула Кэт, ничего не смыслящая в ранениях. – Если б вытащил, то смог бы лучше сражаться, без такой-то дуры в животе.
- Вытащил бы, и истек кровью так и не выбравшись из той вонючей клоаки. Кровотечение убило бы его за считанные минуты. Он сделал все что мог, чтобы остаться в живых, - все так же не отвлекаясь проговорил мужчина, растирая руки друг о друга, на ладонях его начал разгораться целительный свет. – Нужно извлечь инородное тело, это трудно. Дайте сосредоточиться… И снимите эту фойррову маску с его лица! Вдруг у него там тоже что-то.
Кэтрин резко рванула металл вверх, открывая лик воителя. На момент повисло гнетущее молчание. Оба молодых мага замерли в оцепенении.
- Такой молодой? - выдохнула потрясенная Кэт. – Раньше почти не видела его лица… по голосу думала, ему не меньше пятидесяти.
- Ага, - растерянно ответил Сайрус, свет на его ладонях начал угасать из-за того, что маг утратил сосредоточение.
- Сайрус! – гневно одернула целителя Вивьен.
- Да-да, - поспешно протараторил тот, снова потирая друг о друга ладони. – Бред какой-то… столько шрамов. И такие старые. Им всем не менее десяти-двадцати лет на вид, а Каю не дашь больше тридцати и то с натяжкой. Когда он успел? - мужчина начал извлекать шип.
Паучье жало медленно выходило на поверхность. Попутно целитель боролся с внутренним кровотечением, чтобы не убить пациента на месте. Наконец трудоемкий процесс был завершен и маг остервенело отбросил ядовитый осколок в сторону.
- Внутреннее кровотечение я остановил, но рану нужно прижечь, иначе он все равно умрет, - устало пыхтя прошептал Сайрус, на его лбу выступила испарина, перепачканное лицо побледнело сильнее обычного. Операция отняла почти все его силы. – Потом займемся его рукой, - мужчина перевел тяжелый взгляд на длинное продольное рассечение, практически разделившее руку мечника от предплечья до тыльной стороны ладони на две половины. - …Если я сам не подохну от истощения.
- Я могу! - на лице Кэтрин заиграла нехорошая улыбка, а над двумя пальцами правой руки вспыхнул жаркий огонек. – Начинать? – перспектива поджарить плоть Кая явно вызывала у некромантки лишь положительные эмоции, да настолько, что та кусала губы в предвкушении.

Отредактировано Кайдер (2019-06-05 21:37:12)

+1

19

День казался непомерно долгим. У Вивьен было чувство, будто кто-то высасывает из неё энергию. Каждый шаг давался с трудом, иногда ноги некромантки заплетались от усталости, но она продолжала идти. Паника, захватившая Трайх, спала, когда девушка поняла, что никто из паучьего логова не бежит за ними, чтобы отомстить за сожжение гнезда. Она замедлила шаг, чтобы сберечь силы. Путь до Бесвелта был долгим, а без лошади – вдвое дольше и тяжелее после нескольких стычек с пауками, паучьего яда, который нагонял сонливость, и нарастающей усталости в ноющем теле. Из-за усталости ей не хотелось ругаться с Кайдером и в очередной раз напоминать рыцарю, что он нарушил её приказ и поступил по-своему. Но Вивьен заметила его ранение. Не сразу, а спустя какое-то время, потому что мужчина молчал и продолжал идти за ней, словно едва живая тень.
- Почему не сказал? – она не ждала ответа, остановилась рядом с мужчиной, заставляя его тоже остановиться. – Надо закрепить.
Вивьен не спрашивала мнения Кайдера – она сделала то, что по её мнению должна. Без целителя или лекаря, который может заняться раной мужчины, она не решилась достать жало из его тела. Вивьен не знала, какие органы задеты, не сделает ли она хуже, если достанет жало, поэтому надеялась, что у Кайдера будет больше шансов выжить, если закрепить жало, чтобы оно не сместилось и не ухудшило состояние рыцаря. Трайх оторвала кусок от своего плаща, который ушёл на повязку, выбрала ту часть, где не было липкой паутины, опасаясь, что она попадёт в рану вместе с грязью. Осмотрев свои труды, девушка вновь возобновила шаг.
- Пойдём. Здесь оставаться нельзя.
Вивьен старалась идти медленнее, чтобы Кайдер успевал за ней, но мужчина с каждый разом шёл всё медленнее и тяжелее. Некромантка замечала это и думала, что до Бесвелта она дойдёт одна, оставив Кайдера здесь. Не потому что он слаб и не может идти, а потому что он не доживёт до города. Вивьен думала, что можно сделать с его раной при её умениях. Она настолько погрузилась в мысли, что не услышала тяжёлые шаги рядом с собой, не заметила, как Кайдер вновь встал перед ней живым щитом, а потом так же быстро оттолкнул назад.
Некромантка не удержалась на ногах и упала на землю. Обезумевший защитник Севелена нападал на них, видя угрозу для замка. Он далеко ушёл от крепости, его глиф стёрся, потерял магическую силу. Об этом защитнике давно забыли. Его тело гнило и разваливалось от времени. Напитывать его магией, чтобы снова нанести новый глиф, - бесполезное и затратное занятие, но сражаться с ним – безумство.
Кайдер при всех его ранах пытался снова принять удар на себя, будто забыл, о чём его просила Вивьен.
- Отойди! – некромантка крикнула, надеясь, что Кайдер послушается её, но он предвидел на несколько шагов вперёд и боялся, что один неосторожный шаг обернётся для девушки крюком в животе. – Кай!
Вивьен рыкнула, подобралась на ноги и юркнула вперёд, когда Кайдер ушёл в сторону от бессилия. Гигант, как специально для неё, прогнулся в спине, пытаясь удержать равновесие. Гнилое брюхо раскрылось для Вивьен во всей своей отвратительной красоте. Некромантка сунула руку в его живот, пропихивая её между железными прутьями. Смрад до тошноты защекотал ей ноздри. Что-то живое и копошащееся было внутри – Вивьен ощутила, как опарыши роются у неё под пальцами и как тепло медленно согревает её ладонь. Живот гиганта засветился – свет полился из него во все щели.
Некромантка быстро высвободила руку, которая из-за слизи буквально выскользнула между узких прутьев, заменивших чудовищу рёбра, и отбежала в сторону, пока её не хватили крюком. Огненный шар внутри чудовища стремительно набирал силу. Вивьен успела выставить щит, закрывая себя и Кайдера, когда гиганта разорвало на куски. С мерзким чваканьем на них упал дождь из гнилого мяса и опарышей.
Морщась, Вивьен достала белого червя из-за воротника, отбросила его на землю и раздавила.
- Кай? – она обернулась, замечая мужчину на земле. – Идиот, - рыкнула Вивьен, опустившись рядом с ним. – Где? Шип? Кай!
Она услышала быстрые шаги за спиной, обернулась, собираясь сжечь всё, что приблизится, но заметила, что это Сайрус и Кэтрин, которые выжили и вовремя нашли их.
- Помоги, - это была не просьба, а приказ.
Сайрус не успел ничего спросить, как пришлось сесть рядом с Кайдером. Он осматривал рану, но, по мнению Вивьен, тратил на это слишком много времени, а ещё больше времени – на бесполезную болтовню.
- Я тебя рану прошу исцелить, а не о внешности болтать!
Она считала, что такие детали не замечаешь, если полностью сосредоточен на работе. Они догоняют после, как запоздавшее осознание того, что в тот момент было неважно, но наталкивает на мысль, когда угрозы нет, и можно спокойно подумать и взвесить.
Предложение выжигать рану огнём не понравилось Вивьен.
- Нет. Ты возьмёшь мою ману и исцелишь его.
- Но…
- Этот идиот спас меня…
«…когда вы бросили».
Сайрус не стал спорить. Он сделал так, как этого хотела Вивьен – забрал часть её магической энергии, чтобы её хватило на заклинание. Он не мог полностью исцелить все раны Кайдера, но делал всё, что в его силах, чтобы мужчина дожил до Бесвелта и не потерял руку. У Вивьен всё кружилось перед глазами, но она рвала рубашку на лоскуты, чтобы перевязать все раны рыцаря. Кэтрин следила за горизонтом, чтобы никакая нежить не пришла на запах крови. Когда с раной было покончено, Вивьен заметила, что Кэтрин и Сайрус пришли не одни.
- Где вы достали лошадь?
Она не была похожа на севеленских коней.
- Натолкнулись на неё, когда возвращались на большак. Она запуталась в паучьей ловушке.
Тяжеловоз выглядел взволнованным, но был целым. Пауки не успели добраться до него. Одного коня мало, чтобы вернуться в деревню всем вместе, а Кайдер не мог ехать верхом.
- Делай носилки.
Сайрус с неохотой взялся за дело. Они тратили время, чтобы спасти жизнь одному рыцарю. Больше всех затея не нравилась Кэтрин, с которой Вивьен потребовала личную вещь.
- Давай сюда повязку.
- Что? Это ещё зачем?
- Давай сюда, никому твоя грудь не нужна!
Кэтрин с неохотой полезла под рубашку, стаскивая повязку с груди. Двух длинных повязок – с Вивьен и Кэтрин, хватило, чтобы привязать наспех созданные носилки к тяжеловозу. Плотный плащ послужил для Кайдера тонкой подстилкой, через которую чувствовались все дорожные камни и кочки, но рыцарь не приходил в себя после лечения, что, по мнению Вивьен, пошло ему на пользу.
Вивьен не лезла в седло, а держала её под узды и направляла. Сайрус шёл по правую сторону от Кайдера, иногда проверяя его состояние, Кэтрин по левую, иногда она просилась сменить Вивьен и повести лошадь и наверняка выбирала дорогу, где Кайдеру набилось бы больше шишек и синяков.
Они добрались до деревни к полудню. По приказу Вивьен Кайдера отнесли в её комнату. С него сняли доспехи – то, что от них осталось. Большую часть они оставили на большаке, чтобы не замедлять лошадь и не увеличивать давление на и без того кривые носилки, созданные наспех из всего, что было под рукой. Отмыли мужчину от грязи, чтобы ничего не попало в зарастающую рану, и оставили в комнате отсыпаться и набираться сил.
Сайрус упал спать в общем чертоге, не чувствуя ног. Кэтрин первым делом направилась к Дайгону. Вивьен какое-то время наблюдала за Кайдером, прислушивалась к его дыханию и проверяла температуру, чтобы не упустить время, если у него начнётся лихорадка от заражения крови, а потом не заметила, как сама, не раздеваясь с дороги, уснула на второй половине постели, повернувшись спиной к мужчине.

+1

20

10.08.1082

Кай не видел снов. Его забытье было рваным и беспокойным. Разум, помня об опасности, постоянно пытался реабилитировать израненное тело, но кровопотеря оказалось такой большой, а повреждение внутренних органов настолько серьезным, что даже после мощной исцеляющей магии мужчине потребовалось не менее суток, чтобы с трудом прийти в сознание.
Проснулся он от неудобства. Привыкнув засыпать сидя, или хотя бы лежа, но на твердой земле, сейчас мужчина ощущал, словно утопает в чем-то невероятно мягком. Кровать была слишком удобной для него. Подушка под головой и матрац буквально грозили задушить, поддаваясь тяжести тела и облекая в свои раздражающие объятья. Согретые его теплом и пропитанные потом, простыни неприятно липли к телу. Это мешало дышать. Кровать казалась непозволительной роскошью для кого-то, привыкшего к жизни в постоянных походах.
Не размыкая глаз, мужчина накрыл лицо ладонью правой руки. Неприятное ощущение, слишком непривычное. Он ожидал, что пальцы коснуться такого родного и прохладного металла, но те лишь нашаривали нос, скулы, исчерченный шрамами лоб, да спутанные взмокшие волосы. Медленно, словно опасаясь, что развалиться, мечник убрал их назад, аккуратно открывая глаза. Лучи утреннего солнца, просачиваясь в комнату, тут же сообщили Реймару, что идея была неудачной.
Морщась, он попытался встать. Усилие. Боль. Левый бок загорелся, внутри живота что-то неприятно колыхнулось. Даже простое напряжение мышц пресса сообщало о дискомфорте. Кожа под тугой повязкой неприятно зачесалась. Тогда мечник предпринял вторую попытку, уперевшись левой рукой в матрац, но и тут его настигла неудача. Рассеченное предплечье, так же туго замотанное и чем-то зафиксированное, чтобы снизить гибкость до минимума, резануло острой болью. Кай почувствовал, как повязка намокает от проступившей крови и сдался во второй раз.
«Бездна… как же встать?»
Мысли тянулись. Приходили медленно. Каждая тупо скреблась о черепную коробку, усиливая и без того надоевшую мигрень, вызванную слишком длинным отдыхом в горизонтальном положении. Только спустя пятнадцать минут, проведенных абсолютно без какого-либо движения, в тщетных попытках собрать себя воедино, Реймар понял, что слышит чье-то спокойное дыхание. Заставив себя раскрыть глаза во второй раз, он аккуратно повернул голову на бок.
Вив лежала рядом. Одетая в грязную, изорванную дорожную одежду, покрытая паутиной и засохшей кровью.
«А где я вообще?»
Аккуратно обведя глазами помещение, в котором находился, мужчина догадался, что, скорее всего, находится в комнате, которую подопечной выделил Кэль. Это было странно. Все время до сегодняшнего дня, мечник проводил в общем чертоге и те немногие часы сна, что выпадали ему, он спал на жесткой подстилке, в углу. Видимо, Трайх распорядилась уложить его в свою комнату, чтобы лично следить за ранами покровителя. И это казалось еще более странным, если вспомнить об их недавней ссоре и нарушении им прямого приказа.
Кай снова взглянул на девушку. Лицо её сейчас казалось абсолютно спокойным. Безмятежным. И от того втройне прекрасным. Обычно Вив хмурилась или куксилась, всем видом демонстрируя серьезность или презрение. Но пока в ней не было ничего этого. Лишь прекрасные, ясные черты лица молодой красивой девушки.
«Она совсем не подумала о себе», - мужчина вдруг вспомнил о рассечении, которое заметил в пещере, когда вытаскивал Вив из паучьего кокона.
Сейчас подопечная была в той же одежде, что и тогда, разве что рубашка казалась сильно подранной: рукава отсутствовали до самых локтей, плоский живот тоже местами оказался оголен, видимо, когда некромантка рвала на себе одежду, чтобы соорудить мужчине повязки. Кай напрягся, с трудом пошевелив раненой рукой. Средний и безымянный пальцы (ближайшие к рассечению) не двигались вообще, но указательный и большой – без всяких проблем. Аккуратно коснувшись вороных локонов, мужчина провел пальцем по щеке девушки, убирая её волосы за ухо и открывая скулу, челюсть и шею. Реймару тут же предстала рана, подернутая засохшей коркой запекшейся крови. Она была длинной узкой, но заметной.
«Шрам останется», - тяжело вздохнул воин, нехотя убирая руку и отворачиваясь.
С силами он собирался еще минут примерно пятнадцать. Когда созерцание закоптившегося потолка ему вконец осточертело, Кай все же предпринял третью попытку подняться с кровати. На этот раз он был готов, ко всему: уперев локоть здоровой руки в матрац, он осторожно, чтобы не побеспокоить раны на боку, начал подниматься, и когда был уже почти у цели…
«Проклятье!» - поясницу прострелило болью.
Как же медленно пришло осознание того, что все тело сзади, от лопаток до бедер, было серьезно ушиблено. Опять. Когда он только восстановился после Акропоса. Сдавленное рычание вырвалось из глотки воителя. Похоже, пока его тащили по земле и камням, на импровизированных носилках, отбили все, что только могли. Но хрен он сдастся сейчас, когда был так близко у цели! Приложив все оставшиеся силы, и стиснув зубы от испытываемых мук, воитель наконец смог принять вертикальное положение. Победа! Битва наконец-то была выиграна. Драка с кроватью, вопреки ранениям, сейчас казалась Каю одним из самых тяжелых сражений в его долгой жизни.
Свесив ноги через край, мужчина с наслаждением нащупал ступнями прохладное дерево пола. Он сидел так, абсолютно нагой, сгорбленный, разбитый. Дыхание медленно восстанавливалось. Глаза привыкали к свету комнаты. Вив по-прежнему спала, нисколько не потревоженная вознёй своего защитника.
Реймар просидел в этом положении долго. Сам даже не понял, сколько именно. Просто уперев голову в ладонь здоровой руки и собираясь с силами. Лишь через некоторое время он наконец собрался с духом, чтобы подняться. Усилие далось ему нелегко. Встав на непослушных ногах, он несколько раз качнулся из стороны в сторону, с трудом удерживая равновесие. Затем сделал шаг. Другой. Третий.
Воспоминания о том, как двигаться, приходили медленно. Словно организм не был до конца уверен, нужно ли ему вообще сейчас это делать. Но разум оказался сильнее.
Напялив штаны так медленно, как это вообще возможно, Кай снова сел на край кровати и принялся за обмотки для ног, вставляя сперва правую, а затем и левую в тяжелые сапоги с оковкой. Его подранный длинный кожаный камзол валялся на полу. Все пуговицы отсутствовали. На боку, там, где Кая достал шип арахнида, зияла круглая дыра. Однако другого предмета гардероба просто не было, так что воину ничего не оставалось, кроме как поднять его с пола и накинул на себя, не слишком заботясь об оголенном торсе.
Ступая аккуратно, он направился к двери, стараясь не побеспокоить спящую девушку.

***

Оказавшись в чертоге, мужчина застал всех остальных магов за большим столом, завтракающими. Кэт и Дайгон сидели близко к друг другу и о чем-то с удовольствием перешёптывались. Сайрус и Мердок, сидевшие напротив, тоже говорили тихо. Все это прекратилось, едва они заметили стоящего на втором этаже Кайдера.
«И я рад вас видеть», - устало подумал он, начав медленный спуск вниз.
К тому времени, когда Кай добрался до подножья грубо сколоченной лестницы, изо всех сил стараясь не навернуться, кухарка уже поставила для него деревянную тарелку, с яичницей, поджаренной на огне колбасой и ломтем хлеба.
Пахло все чертовски аппетитно. В желудке засосало, рот наполнился слюной. Нужно было хотя бы умыться перед едой, но боец почувствовал себя ужасно голодным. Приблизившись к столу, он уже хотел было приступить к еде, когда понял, что собравшиеся маги все еще неловко молчат.
«Понятно», - аккуратно взяв тарелку здоровой рукой, мужчина направился к выходу, когда его вдруг остановили.
- Кай! – это был голос Сайруса, немного взволнованный. – Тебе не нужно никуда идти.
- Правда? – неуверенно протянула Кэтрин.
- Правда! – злобно ответил ей целитель, Дайгон хотел было что-то сказать ему, но тут мужчину поддержал Мердок.
- Да, правда. Садись с нами, - процедил он сквозь зубы, одним этим осаживая заносчивого некроманта и затыкая его, даже не дав начать.
Кай постоял так еще мгновение, а потом все же вернулся к столу. Поставив еду рядом с Мердоком.
- Благодарю, - тихо проговорил он, присаживаясь на широкую скамью.
И неловкость, словно по волшебству, куда-то улетучилась. Кэтрин снова защебетала с возлюбленным, маги продолжили разговор. А Кай просто был рад, что ему не пришлось снова есть в одиночестве.

***

- Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался Сайрус, отрываясь от своей яичницы, когда тема разговора с Мердоком была исчерпана.
- Хорошо.
«Вот, даже с третьего раза поднялся с кровати».
- С такими-то ранами? Я удивлен, что ты вообще смог встать, - словно читая его мысли, хмыкнул молодой маг.
- Вот как? Что ж, это потому, что ты хороший целитель, - просто ответил ему Кай, потому что и правда считал его таковым. – Твой талант еще понадобится. У Вивьен рана, вот здесь, - он провел большим пальцем правой руки по челюсти слева. – Не серьезная, но обработать нужно.
- Я видел, - кивнул Сайрус. – Видимо, сильно ударилась, когда упала с лошади. Повезло, что это единственная неприятность после такого падения. Займусь ей, как только она позволит.
Мечник лишь согласно кивнул.
- Кай, я… - начал было Мердок, с трудом подбирая слова, но Реймар остановил его спокойным жестом.
- Не нужно, - проговорил он. – Я был там. Спускался в их логово. Винить тебя не в чем. Ты поступил - как поступил. Кэтрин и Сайрус тоже постарались вырваться, как только пришли в себя.
- Но не ты, - Кайдер понял, что боевой маг испытывает жгучий стыд при этом разговоре. – Ты вернулся за ней, когда мы все бросили. Приняли за мертвую. Потому что так было проще.
- Ну, в конце концов, потому я и безумец, не так ли? – просто ответил мужчина, пожав плечами и не отрываясь от своего завтрака.
Снова повисло молчание. Маги замерли. Это что сейчас, была шутка? Сайрус и Мердок с облегчением засмеялись, наконец-то признав в бойце живого человека. Чего уж там, даже Кэт ухмыльнулась. Обстановка окончательно стала дружеской.
- Я рад, что ты с нами, Кай, - облегченно проговорил Мердок, после слов мечника совесть наконец отпустила его.
- Да, я тоже, - сказал Реймар, едва заметно улыбнувшись.

Отредактировано Кайдер (2019-06-05 23:56:15)

+1

21

- Шрам останется.
Вивьен не обратила внимания на слова Сайруса. Шрамы – это не проблема. Проблема – нежить, которая обезумела и нападает на жителей Бесвелта. Проблема – отсутствие вестей из Анейрота. Проблема – Культ, который набирает силу. Вивьен пыталась найти решение одной из проблем, и начала задумываться о химерах. Они нашли одного из защитников Севелена недалеко от большака. Глиф ещё не стёрся с его головы и не должен был потерять силу, но, тем не менее, химера набросилась на хранителей Севелена, будто не узнала их. Вивьен осмотрела химеру и заметила на ней слабый след от магии Силентеса – но то были лишь крохи, которые не похожи на полноценное влияние Ключа. Химера вела себя так, будто лишилась хозяина – такое случалось, когда создатель химеры умирал, а она оставалась с разорванной связью. Что-то заставило эту химеру думать, что её хозяин мёртв.
Вторая химера – голем, о котором давно забыли, не был похож на защитника. Он им был, но глиф давно потерял магическую силу, поэтому голем напал на них. Здесь всё было понятно. У Вивьен тогда не мелькнула мысль, что стоило бы проверить этого голема на следы магии Силентеса. Сейчас Вивьен об этом жалела.
- Достань мне химеру. Одну из наших защитников, с глифом, и притащи её в деревню.
Мердок с непониманием посмотрел на некромантку и задал закономерный вопрос:
- Зачем?
- Хочу убедиться, что я права.
Большего Вивьен не сказала. Мердок кивнул. Он всё ещё был уставшим и измотанным после стычки с арахнидами, но они задержались в Бесвелте – пора возвращаться в Севелен.
- Возьми с собой Кэтрин. Она знает, где тело голема, который на нас напал. Его останки мне тоже нужны.
Мужчина кивнул и, получив последние распоряжения некромантки, ушёл.
Сайрус закончил с обрабатыванием раны и по приказу Вивьен отправился заниматься ранами Кайдера. Вивьен, чтобы не терять времени, пока Кэтрин и Мердок ловят химер, попросила старосту деревни достать ей всё, что сгодится для шитья – туши крупных животных, крепкие нити, иглу. Специально для Вивьен убили нескольких мулов и одного яка. Сшить добротную химеру, чтобы она сгодилась в роли защитника – работа кропотливая и долгая. Вивьен старалась сделать химеру как можно более функциональной, чтобы она не погибла в первой же схватке с нежитью.
Сайрус и даже раненный Дайгон присоединились к созданию защитников, сшивая куски плоти. Они обсуждали, какими свойствами лучше наделить химер, какой материал крепче, что совместимо друг с другом. Им удалось достать паучье жало и немного хитина, который они использовали, чтобы укрепить слабые места химер и наделить её нужным сознанием. Тройка некромантов провозилась до позднего вечера и вышла на шум, когда Мердок и Кэтрин тащили связанную химеру. Она была жива, но упиралась, рвалась, пыталась освободиться. Все были в крови, измазанные внутренностями, разве что руки были вымытыми и чистыми, но весь передник, который Вивьен выдала хозяйка, пропитался кровью и неприятно смердел. На лбу некромантки остались смазанные следы от крови, когда она грязной ладонью пыталась вытереть пот. Трайх выглядела измотанной и уставшей – она толком не восстановилась после столкновения с арахнидами и големом. Магический запас всё не восстановился полностью, а сна и отдыха не хватило, чтобы руки не дрожали под конец работы, когда приходилось браться за иглу.
Вивьен подошла к химере. Мердок напрягся, пытаясь удержать путы на химере. Некромантка осмотрела её при помощи магии. Глиф на голове химеры всё ещё мерцал, отдавая проблесками магии, но в нём была посторонняя примесь. Трайх знала цвет маны каждого мага в Севелене, поэтому без труда узнала творение Джоша. Химера была годной, крепкой, сильной. На больших лапах торчали изогнутые, как орлиные, когти, созданные из крепкого металла. Джошуа заменил настоящие когти химеры, на искусственные, чтобы они были крепче, а урон от них больше.
На химере, на правом боку, были глубокие порезы от чужих когтей. Вивьен достала коготь, который застрял в плоти, придирчиво его осмотрела. Две химеры дрались друг с другом. Не то за пищу, не то за территорию.
Химера никого не узнавала. Она продолжала бесноваться.
- Держите крепче.
Вивьен нашла скопление чужой магии возле глифа и попыталась её выжечь. Химера пронзительно закричала, низко, противно – её крик сразу резнул по слуху. Мердок и Кэтрин, которые находились ближе всего к химере, отвернули головы, прижали ухо к плечу, морщась. Трайх казалось, будто она сжигает химеру пламенем – возможно, именно так оно и воспринималось подобием сознания в голове химеры. Может быть, на воздействие её создателя – Джоша, она бы реагировала не так мучительно, но некроманта здесь не было, а везти химеру в Севелен было опасно и трудно, и всё же, Вивьен решила рискнуть.
- Что с ней?
- Я вижу на ней действие Силентеса. Думаю, что можно его убрать, но эта химера меня не принимает. Не я накладывала глиф.
- И что теперь?
- Свяжите её. Отвезём её в Севелен, а там посмотрим, как она отреагирует на выжигание глифа и чужой магии своим создателем.
Затея Вивьен не понравилась магам, но они соорудили клетку для химеры, чтобы та не вырвалась, и зачаровали её.
На големе магии Силентеса не было. Кэтрин нашла уцелевший кусок плоти с головы голема, где остался фрагмент старого глифа. Слабая магия, которая поддерживала жизнь в мёртвом теле, едва теплилась. Этот голем обезумел, потому что его создатель действительно погиб. И уже давно. Вивьен, едва осознавая это, коснулась глифа на куске омертвевшей плоти, погладила его, будто только так могла прикоснуться к последнему творению своего отца.
***
Работа над созданием химер продолжилась. В пять рук они шили, накладывали глифы и зачаровывали, проводя ритуал во дворе дома старосты. Места было много, чтобы разложить всех химер. Некроманты воскрешали по одной химере, и каждый раз перед активацией глифа Вивьен проверяла, чтобы ни в какой из химер не было магии Силентеса. Она всё ещё не знала, каким образом магия повлияла на химер, где они с ней соприкоснулись, и почему она довела их до безумства, но пыталась понапрасну не рисковать.
Новые химеры восставали послушными куклами, которые имели свой разум и перенимали повадки тех зверей, чьё сознание легло в их основу. Одна из химер, сотканная из тела виверны вышла диковатой, грозной и постоянно растопыривала крылья, которые Вивьен старалась залатать, чтобы дать ей возможность летать, но ничего не вышло. Рваное крыло не зарастало, виверна бесполезно им хлопала, но не могла оторваться от земли.
За короткое время у Бесветла появилось пять защитников, которые бродили в округе и пытались отводить нежить от деревни или сталкивались с ними в схватке, пытаясь убить. На частоколе остались защитные глифы, которые перед отъездом маги пытались напитать своей маной. В другие времена, когда староста деревни был магом и не лишился своего дара почти полностью, он мог бы сам заниматься защитой и подпиткой глифов, но сейчас эта была временная мера – магия быстро иссякнет, если к деревне вновь подступят мертвецы.

+1

22

Кай наконец смог расслабиться после всех этих безрадостных дней.
Он не был магом. По крайней мере не такого толка, какой мог бы помочь в создании химер и укреплении защиты деревни. Боец из него сейчас, сказать по совести, тоже был неважный. Раны заживали, но не так быстро, как хотелось бы. Требовать большего от Сайруса, потратившегося на него вчера до капли и взявшего еще и от Вив, было бы глупо. Глупо и жестоко. Потому он просто сдержанно благодарил того за любую помощь. От осмотра не отказывался. Бесить Трайх своими заскоками сейчас казалось дурацкой затеей. Да и отношение к чужой помощи Реймар пересмотрел после их позавчерашнего разговора.
Когда с осмотром и рекомендациями к тому, что Каю делать или не делать со своим телом, было покончено, мечник поспешил скрыться из виду. Изловить новую химеру для Вив отправили проштрафившегося Мердока, который не посмел спорить. Окрепший Дайгон со своей возлюбленной ушли искать ошметки паганища, напавшего на мечника и его подопечную вчера. Молодой маг все еще хромал, и, пожалуй, никогда уже не сможет ходить нормально, однако, он не жаловался. Кэт тоже была довольна дальней вылазке с возлюбленным, пусть и в полный опасности черный мертвый лет.
Словом, всем нашлось занятие. Кроме Кая.
Тот долго бродил по деревне бледной тенью, скрыв лицо под капюшоном. Легкий ветер раздувал края распахнутого камзола, приятно охлаждая тело. Рана в боку покалывала, напоминая о себе. Рассеченная рука понемногу немела. И все же он чувствовал себя хорошо. Намного лучше, чем когда-либо после недавнего пробуждения в склепе. Снующие вокруг люди абсолютно не обращали на него внимания. Несмотря на то, что он сильно выделялся из окружения, никто не гнал его, не бросал косых взглядов. Кай стал своим. Впервые за долгое время где-либо. Поневоле приходили мысли о том, что возвращаться в Севелен не так уж и хочется.
«К кому? К людям, которые меня ненавидят?»
Да нет. Глупости, конечно. Понятие долга и чести было сильнее всего прочего. А его чувства – несущественны. Да и не было в нем никаких чувств, по сути. Ничего кроме скорби. Все остальное – временная блажь.
«И чувства к ней?»
«Чей это был фойрров голос?» - Кай обернулся, остервенело оглянувшись по сторонам, но никого не нашел.
Никого, кого стоило бы боятся... Только он и его воспаленные мысли.
Мужчина внезапно понял, что находится на небольшой площади, посреди деревни. Когда-то здесь росло дерево, но в последней битве за Бесвелт оно начисто выгорело. Глубокий крепкий пень выкорчевали и выбросили за околицу, а на его место приволокли здоровенный, в три метра камень, на котором высекли имена погибших. Видимо, слова Кая о памяти павших настолько впечатлили Кэля, что тот решил пойти на такой патетический жест.
Монумент стоял величественно. Все проходящие мимо невольно бросали на него хмурые взгляды. А воитель думал про себя, что ни одно из имен не было ему знакомо. Он так никого и не узнал. Однако, в отличие от имен, Реймар прекрасно помнил лица каждого: разорванные, посеченные, обглоданные и раздавленные. Они навсегда останутся с ним, что бы ни случилось. Будут приходить во снах и, возможно, наяву, присоединившись к сомну призраков тех, кого мечник подвел. Что же до выживших жителей деревни…
«Забудут они не скоро, но все же забудут».
Людям вообще было свойственно забывать все плохое. А учитывая, что большая часть жизни крестьян состояла из событий средней паршивости, они проводили её в блаженном забытьи, предпочитая радоваться текущему дню, если таковой давал повод. Тут и там слышался стук молотков и топоров, рык пил по дереву. Односельчане помогали лишившимся крова как можно скорее отстроиться. Жизнь продолжала идти своим чередом.
Как и Кайдер, задумавшись, вышедший за околицу деревни.
По правую руку от него раскинулось широкое пшеничное поле. Через два месяца настанет пора собирать урожай, и все выйдут на покос, а пока… пока недозревшие колоски, словно желтое море, мерно колыхались на ветру. Поддавшись минутному порыву, мечник шагнул в сторону этого моря, расставив руки так, чтобы касаться пшеницы. Чувство было странное. Почему-то вспомнилось, как когда-то очень давно, сотни лет назад, он прошел через точно такое же поле мертвым маршем. До их прихода там резвились дети и прятались влюбленные, после осталась лишь выжженная пустошь, окропленная кровью и покрытая золой и пеплом. Забавно, что пока не наступил сегодняшний день, Кай и не задумывался о том, что других полей, кроме полей сражений он не ведал.
«Как спокойно», - мужчина поднял голову к небу, откидывая капюшон.
Здесь, на краю владений Альянса Девяти, можно было даже разглядеть солнце, выглядывающее из-за серых облаков. Влияние кристалла Безымянного на эти земли ослабло. Это ощущалось не только в теплом свете, но даже в воздухе, его запахе и ощущении того, как он касался обнаженной кожи. Реймар не удержался и повалился на землю, вытягивая ноги. Недовольное тело подало болезненный сигнал, который воитель проигнорировал, закидывая руку за голову и прикрывая глаза. Так он пролежал до самого позднего вечера.

***

14.08.1082

Седлали коней. От пяти лошадей, которые были при отряде Вивьен, к концу их путешествия уцелели только две, да и тех подрали. Пришлось реквизировать у Бесвелта одну тягловую кобылу, просто чтобы всем с горем пополам хватило седел. Распределились по двое на каждом скакуне.
Кэтрин, вполне очевидно, ехала вместе с Дайгоном. Маг важно держался в седле, ухватившись за поводья, а его возлюбленная умостилась боком, так, чтобы посматривать на него время от времени и обмениваться дурацкими перешёптываниями.
Мердок и Сайрус сели на другого коня Севелена. Боевой маг – за поводья, целитель – вторым. Никто из них не спорил и вообще не проявлял никаких эмоций по этому поводу. Надо значит надо.
Вив с Кайдером взяли тягач. Кобыла была сильной и выносливой. Только она могла бы выдержать тяжелого рыцаря, в неполном доспехе и второго всданика. Трайх, как одна из самых легких членов отряда, ехала с ним, постоянно поваживаясь забрать поводья. Мужчина не особо сопротивлялся. Управлять он мог лишь одной рукой, а со вторым верховым делать это было не так просто, так что он лишь изредка придерживал лошадь, Когда Вив уставала и откидывалась назад. Тепло её тела приятно грело мужчину, хотя он и не подавал виду. Будет еще время, а пока, их ждала долгая дорога домой…

Эпизод завершен

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [07-14.08.1082] Мрачные дела