Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре июль — август 1082 год


«Тайна забытого города»

Ритуал очищения и освобождения прошли успешно. В Зенвуле больше нет ни призраков, ни нежити, ни тёмной энергии. Экосистема города возрождается. В него вновь возвращаются звери и птицы. Проклятое Древо Костей в центре города полностью уничтожено, на его месте теперь стоит Страж-дерево. Болезнь Роза немёртвых полностью не исчезла, но теперь новых заражений не будет. Пока дух всё ещё в теле смертной девушки и мир полностью не очистился от тёмной энергии, которая растянулась далеко за пределы Остебена, болезнь останется.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Жатва»

Войска столицы направляются к городам-близнецам, чтобы дать бой Культу Безымянного и освободить Атропос и Акропос из-под гнёта культистов. Культ сдаёт Атропос без боя и стягивает силы к Акропосу, где разгорается полномасштабная битва. Первые Ключи из Силентеса активированы, что провоцирует Мёртвое древо поднять новое войско нежити и уничтожить всё живое, что есть на материке.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Джошуа Элиор Лангре Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [25.06.1082] Первая охота


[25.06.1082] Первая охота

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

- Локация
Северные земли, г. Хериан, дворец
- Действующие лица
Харука, Глациалис, вампиры клана Виан
- Описание
связанные эпизоды: [25.06.1082] К нам едет ревизор
Глациалис подготовилась к визиту посла Виззариона, но не учла, что всё пойдёт не по плану из-за междоусобиц внутри клана. Хищница становится жертвой в самый неподходящий момент.

0

2

У императора вампиров очень тонкое чувство юмора. Харука привык, что Виззарион во многом полагался на него и безгранично доверял. Доверие тяготило вампира. Он сохранил тайну принцессы и бастарда и, даже когда она вскрылась, не почувствовал облегчения, потому что видел и слышал, как Шейнир всё больше погружается в предательство сестры и брата и пытается понять, где он недосмотрел. Харука не винил ни тех, ни других, потому что принцесса была юна и во многом похожа на свою мать. Она, как многие женщины, желала своего личного счастья, но лишилась его дважды по вине других женщин. Авель оставался бастардом покойного императора с матерью за плечами, которая находилась в Хериане, но умудрялась ловко играть столичными пешками и ставить сына в невыгодное положение. Харука надеялся, что она не причастна к отношениям бастарда и принцессы, а помыслы Авеля чисты относительно младшего брата и трона Севера.
Следы принцессы терялись, но из-за твёрдой руки Глациалис и её дерзкого поведения, все дороги вели в Хериан. Женщина, если беглецы действительно укрылись под стеной её дома, тщательно защищала владения от чужого взгляда и, как-то ей удавалось обманывать поиск на крови. В прошлый раз, когда принцессу похитили против её воли и доставили в Хериан, Виззариону удалось её разыскать, но в этот раз что-то пошло не так. Узы разорвали. Заклинание не сработало, и Виззарион остался ни с чем. Харука облегчённо выдохнул про себя, поблагодарив богов, что они оградили двух влюблённых дураков от гнева императора и получили время, пока он примет неприятную действительность и сделает правильные выводы.
Совет мог потребовать голову бастарда и незамедлительную женитьбу принцессы с кем-то другим – одним из завидных женихов, по мнению совета, но даже тогда Харука понимал, что клану Лэно ничего не достанется. Они выступили против императора, ещё больше обозлились на него и готовили ответный подарок.
По приказу императора Харука отправился в Хериан, используя магический портал, в сопровождении двух воинов. Император верил, что Ариго сможет найти доказательства вины Иль Хресс, отыщет двух беглецов и приведёт их во дворец для справедливого суда и громкого семейного разговора до сотрясания стен. Харука много думал о деловом визите. Глациалис ответила добром на визит без язвительности, свойственной её натуре, и встретила его в тронном зале, как подобает вампиру, которому нечего скрывать. Харука натром чуял, что принцесса и бастард прячутся где-то во дворце или на острове, но женщина сделал всё, чтобы никакое магическое заклинание не смогло их отыскать. Харука не хотел находить доказательства. Он считал, что принцессе и бастарду лучше оставаться в Хериане, но его задумка выглядела ещё одним предательством на чистой репутации верного пса императора. Он ставил под удар себя и свою семью, считая, что действует в интересах династии. Он сохранял её от убийств внутри семьи, которые последуют за преступлением Ворона.
- Благодарю за гостеприимство, леди Иль Хресс, - Харука учтиво поклонился женщине, которую в Хериане нескромно называли императрицей.
Сопровождающие Кречета, вышколенные гвардейцы, последовали примеру начальника, поклонились со скрипом и без уважения. Они ненавидели Глациалис и постоянно озирались на вианских охотниц, ожидая подвоха.
Вампир выпрямился и открыто посмотрел на вампиршу. В окружении охотниц, в ярких и открытых одеждах Глациалис выглядела богиней, но опасной и жестокой, как женщина, которой поклонялся её клан.
- Цель моего визита вам известна. Не буду тратить ваше время на её озвучивание.
«Давайте покончим с этим».

+1

3

- Добро пожаловать в мою обитель, Кречет, - Иль Хресс поделилась хищной улыбкой с вампиром.
Глациалис подготовилась к визиту важного гостя. Она предприняла все меры, чтобы вампир вернулся с пустыми руками и доложил императору, что беглецы не одарили её вниманием, а она верна короне насколько это возможно. Из приёма Глациалис сделала фарс. Она приказала выкатить бочки с кровью и вином для гостей, приготовить изысканные блюда по вианским рецептам и встретить гостей во всей красе. Виан лично проследила, чтобы приём прошёл идеально. Она ждала в гости высокопоставленное доверенное лицо, но не ожидала, что им окажется Ариго.
- Вижу, что слухи о твоей близости с императором правдивы, - вампирша усмехнулась. Она не покинула трон и не поприветствовала вампира должным образом, как подобает приветствовать равного себе. В Хериане она госпожа и императрица, а вульгарность и эпатажность бежали впереди Глациалис, обгоняя её на мили и годы. Женщина смотрела на вампира, подперев подбородок тыльной стороны ладони. Она как специально демонстрировала расслабленные пальцы с острыми ногтями и выставляла бедро в длинном разрезе, играя на контрасте белоснежной кожи с лёгким голубым оттенком и ярким красным платьем. Кайлеб научил её одеваться скромнее, но Глациалис решила соблюсти традиции ради гостя. О страсти Ледяной к мужчинам других кланов ходили легенды. Два подтверждения-бастарда. Однажды по приказу императора в Хериан прибыл глава Дома Белого Сияния. Убитый Каэльс Силиврен. Мужчина покорил вампиршу силой и Иль Хресс не отказала себе в удовольствии развлечься.
Общество Глациалис оказывало определённое давление на вампиров совета, а спутники Ариго нервничали из-за общества женщин. Виан отличались ненавистью к мужчинам и гости это чувствовали в их властных позах, в их недовольных взглядах с налётом презрения или искреннего любопытства. В зале кроме гостей редко появлялись мужчины из клана Виан. В основном на встречу пришли женщины-охотницы, которые следили за порядком и вышли ради потехи, посмотреть на мужчин другого клана и составить компанию Северной Ведьме.
- Угощайтесь, - щедрым жестом Глациалис предложила испробовать вина из личного вианского схрона. Мальчишка с подносом подал кубки гостям. – Ваш путь из столицы не был долгим, но раз вы задержитесь на несколько дней, то нет причин торопиться.
Виан внимательно следила за поступками Ариго. Он воин, а не политик. Действия и слова вампира вызывали интерес. Император исключил тайный приезд посланника и предупредил о нём заранее, чтобы у Глациалис осталось время на подготовку. Иль Хресс знала, что у этого мальчишки на троне всегда что-то другое на уме. Она послала охотниц патрулировать территорию и докладывать ей о любом перемещении в снега Хериана, если Виззариону взбредёт в голову послать кого-то ещё, пока Ариго отвлекает её внимание.

+1

4

Глациалис тянула время. Визит с проверкой она приняла как вызов, но игралась с ним, как кошка с мышью. И жрать не хотела, и отпускать не собиралась. Харука не рассчитывал на содействие со стороны вампирши, но надеялся, что она не выкинет какой-то фокус, за который ему придётся расплатиться информацией о бастарде. Если кто-то из его гвардейцев увидит что-то лишнее или пострадает во время обхода дворца, то вряд ли он сможет доказать императору, что исполнил свой долг, как мог. Харука уже рисковал, когда принял решение, что вне зависимости от того, что он найдёт в Хериане, доложит императору, что следов бастарда и принцессы он не нашёл, а потому нападать на Глациалис и требовать с неё вернуть беглецов, не выйдет. В прошлом Глациалис уже раз подставилась, когда привела принцессу во дворец, якобы спасая её от убийц и советников, которые желали выдать её за Анри. Тогда ей спустили с рук этот поступок, но во второй раз никто не пощадит вампиршу. В последнее время Виззарион принял много разных решений, категоричных по отношению к дерзнувшим ему вампирам. Эта женщина не станет исключением, если её вина подтвердится.
Харука промолчал про слухи. О настоящем отношении императора к его приближённым и подданным знает только сам Виззарион. Вампир выбирал сторонников, исходя из личных наблюдений и заключений. Ариго помнил, как однажды угодил в темницу на допрос к Арратсу, и как пытался доказать, что не причастен к покушению на императора, словно Тайная канцелярия всеми силами пыталась избавить от него. С того времени Виззарион много раз доверял Харуке, и почти столько же Харука не выполнял возложенные на него обязанности. Он не остановил принцессу, когда она захотела покинуть дворец вместе с наложницей. Он не смог найти Виктора и поймать его. Он не проследил за советниками из Лэно, которые протащили на совет артефакты и магические свитки и могли бы при желании убить императора. Он не рассказал Виззариону о связи принцессы с бастардом до того, как она возымеет последствия. Верил ли ему Виззарион или эта поездка – проверка его верности?
Гвардейцы оказались менее терпеливыми, чем Харука. Один из них выступил вперёд и обратился к Глациалис, одарив её коротким хмурым взглядом.
- Проявите уважение. Перед вами доверенное лицо Его Величества.
Ариго вскинул руку, не одобряя поведение подчинённого. В Хериане любое неосторожное слово может спровоцировать клан. Северным землям достаточно проблем с кланом Лэно, чтобы враждовать с Виан, которые ждут повода выйти из тени Камэль. Несмотря на свою малочисленность и ограниченность ресурсов, император потратит слишком много сил на осаду города.
Гвардеец виновато опустил голову и отступил на шаг.
Харука поднял взгляд на вампиршу. Женщина не любила дерзость, но выглядела расслабленной и такой же нахальной.
- У меня много дел в столице и нет времени составить вам компанию, если вы заскучали.
Ариго не притронулся к кубкам с вином. Он чувствовал приятный пряный аромат и запах крови, которую добавили в вино, но в его интересах закончить с делами, избегая ненужную формальность и вежливость.
- Но вы можете показать мне дворец и его окрестности. Они интересуют меня больше, чем развлечения.

+1

5

- Как интересно, - Иль Хресс усмехнулась. Молодой гвардеец в компаньонах Карателя так рьяно защищал его честь, что вампирша позавидовала. Никто из её охотниц не откроет рот, если посланнику императора вздумается оскорбить Глациалис. Она посчитает этот жест оскорблением и лично займётся наказанием охотницы, не откладывая приговор. Ледяная ведьма севера не проявляла слабости на глазах охотниц. Клан Виан похож на змеиное гнездо. Гады сплетаются телами, держатся друг друга, но между ними нет слаженности в работе и единства духа. Они отравят слабого и вышвырнут его из гнезда, а в минуты опасности каждый свернётся кольцом и вскинет голову с отравленными зубами. Выживет сильный и самый ядовитый.
Мальчишка усмирил пыл под взглядом начальника и отошёл на шаг. Он испытывал судьбу, показывая зубы охотницам клана, и поторопился поднять голову, подставляя её под меч.
- «Какой глупый мальчик. Слишком молодой и несообразительный для этой работы», - Глациалис цокнула языком.
Виан с любопытством наблюдала за действиями Кречета и ждала, что он ответит на её любезное предложение провести время с удовольствием и пользой. Ариго ограничился сдержанным и вежливым отказом. В его словах и взгляде Иль Хресс почувствовала решительность и уверенность. Каратель осторожничал, но держал лицо.
- «Похвально», - вампирша улыбнулась.
Иль Хресс выдержала паузу, в которую насладилась реакцией гвардейцев и охотниц клана. Все ждали, что она ответит на отказ Карателя и как поведёт себя. Мальчик с подносом в руках оставался возле гостей и предлагал им выпивку, слушая приказ хозяйки. Глациалис медленно поднялась с трона. Ткань как змеиное брюхо соскользнула с сидения на пол и заструилась красным подолом за ней, огибая ступени. Каждый шаг вампирши звучал хлёстко. Они слышали, как стучат каблуки её сапог, и с каждым шагом женщина становится меньше, приближаясь к высокому гвардейцу. Полметра между ними – это непростительно близко и тесно. Иль Хресс не отводила от него взгляда и ждала какой-то реакции, но Кречет остался верен идеалам.
- Хорошо, - Глациалис поставила свой кубок с вином на поднос и жестом отправила мальчишку вон. Она улыбнулась гостям, делая вид, что не замечает напряжения в телах спутников Ариго. – Мы прогуляемся.
Больше всего Глациалис любила испытывать терпение мужчин и смотреть, на что они способны, когда их терпение подходит к концу. Ариго оказался в её обители, на её территории, где должен соблюдать правила чуждого клана и следить за языком и руками, чтобы не радовать жителей Хериана внутренним миром, пока болтается на стене со вспоротым животом и горлом.
- Твои спутники останутся здесь. Мои охотницы о них позаботятся, - Виан ничего не сделала. Все нужные приказы она отдала до прибытия Ариго и придерживалась плана.
Охотницы отошли от стены и приблизились к гвардейцам, чтобы забрать их оружие и сопроводить в другую комнату.
- Не лишайте девочек удовольствия. Они редко видят мужчин так близко и… не в ошейниках, - Иль Хресс усмехнулась.
Она не заметила, что в семёрке охотниц, которым поручили развлекать гвардейцев, пока глава клана занимается посланником императора, оказалась паршивая овца.

+1

6

Харука с достоинством выдержал напор вампирши. Он не моргнул глазом, когда она покинула трон, подошла к нему на непростительно близкое расстояние, и всмотрелась в лицо, выдерживая многозначительную паузу. Он понимал, что она испытывает его терпение и играет, будто паук с мухой, но пока не решается его съесть – смотрит, насколько он силён духом, насколько его хватит, не сломится ли он, когда она немного надавит. В прошлый раз она позволила себе лишнего, в зале совета, когда у Харуки от её дерзости всё внутри закипело. Он не забыл её слова, сказанные перед уходом, и понимал, что она ещё не единожды напомнит об этом случае, но он здесь по делу, по приказу императора, и должен его выполнить, не отвлекаясь на игры самой роковой женщины Хериана.
Он надеялся, что его спутники достаточно вышколены, чтобы выдержать невидимый натиск вампирши и не поддаться желанию насадить женщин на клинки. Буквально, а не фигурально. При всей открытости в одежде вианских женщин, их крутой и опасный нрав будил вместо похоти постоянное ожидание ножа в спину. Навряд ли кто-то из гвардейцев соблазнится на предложение, которое выглядит диким и несвойственным виан, чтобы легко принять его, не опасаясь за свою жизнь.
Харука опустил взгляд, посмотрел на женщину, которая согласилась составить ему компанию в полезной прогулке, но не забыла поставить ему условие, которое не понравилось его гвардейцам. Харуке оно тоже не понравилось, но он не стал перечить и высказываться против.
- Хорошо.
Он заметил, что гвардейцы напряглись, каких трудом им стоит держать руки от эфесов мечей и не скалиться женщинам. Несмотря на то, что дворец Глациалис и женщины в нём напоминали заправский теллинский бордель, здесь клиенты могли умереть от яда и ножей, а не удовольствия. Такие объятия женщин не соблазняли оказаться в них и забыться, пользуясь всеми привилегиями и почестями, которые им оказывали.
Харука пропустил мимо ушей шутку Глациалис. Он надеялся, что гвардейцам хватит терпения и ума не сделать глупость, а Виан – не оголить ножи до того, как император пошлёт сюда войска для штурма и подчинения самого безголового клана Севера. Он не представлял, что задумала Глациалис, и не рассчитывал, что она прекратит играть с ним, но он заметил перемену в окружении вампирши, которому мог бы принять, как личный вызов себе, если бы охотница, скалящая клыки, не направила удар на свою госпожу. Харука неожиданно стал свидетелем внутри клановых распрей. Охотница, которая подошла в числе тех, что должны были развлекать гвардейцев, не пошла вместе с ними из тронного зала, а задержалась возле Глациалис, доставая из-под вороха лёгких тканей, удивительным образом сочетаемых с тяжёлым и объёмным мехом, обсидиановый кинжал. Он увидел, как она заносит нож на ничего не замечающую и не подозревающую Глациалис, и не сдержал слов.
- Айнирг'хель! – во второй раз Харука окликнул её по имени, но если в первый раз он пытался показать ей на её место и присмирить, то сейчас – спасти от смерти.

+1

7

Гвардейцы Его Величества императора Севера скалились как псы и недовольно морщили носы. Молодые парни, которые сопровождали учёного Ариго, вели себя как капризные девицы на выданье не по любви и не за богатого. Они с неохотой сдавали оружие, постоянно смотрели на главнокомандующего и искали его одобрения. Глациалис не торопила вампиров, но следила, чтобы охотницы не упустили ни одного тщательно припрятанного ножа или не показали клыки раньше времени. Убийство посланников императора не входило в планы Холодной. Она оставила нож под поясом на крайний случай. Планы имеют дурное свойство идти по своему сценарию и поражать изысканностью выбора фортуны.
- Можете не беспокоиться о спутниках. Им окажут тёплый приём с перчинкой, - Иль Хресс улыбнулась. Движение губ напоминало хищный оскал. Длинные вампирские клыки Виан никогда не прятала и считала достоинством.
Ариго стойко держался и скрывал неодобрение. Глациалис подмечала его взгляды и перемены в настроении. Гвардеец не позволил вольностей и действовал с осторожностью. В клетке с тигром нужно действовать осторожно, быстро и с хитростью.
- Какая часть моего дворца приглянулась посланнику императора? – Иль Хресс преднамеренно выделила цель и роль, с которыми Кречет прибыл в Хериан.
Спутники Ариго уходили в сопровождении вампирш. Их оружие уносили в другую комнату, чтобы не давать повода вампирам хвататься за эфесы при первой возможности. Она не хотела, чтобы кто-то из них по глупости лишился жизни в логове женщин, которые вели себя как чёрные вдовы и сжирали самцов по желанию. До или после.
Глациалис потеряла бдительность. Она увлеклась разговором с Харукой и не увидела подозрительное движение сбоку. Вампирша, заметив взгляд гвардейца, обернулась. Движение не спасло её от ранения, но сместило удар. Кинжал вошёл глубоко в плоть по самую рукоять. У Виан перехватило дыхание, она скрипнула зубами в оскале от злости и поймала в ладонь лицо охотницы, посмевшей ударить её в спину. Пальцы с острыми ногтями с силой впились в лицо охотницы, будто Глациалис голыми руками хотела смять и раздавить её череп. Девушка затрепыхалась, пытаясь спастись, но медленно и мучительно умирала под воздействием магии. Бледная кожа вампирши покрылась налётом изморози, потрескалась, как хрупкий лёд на поверхности озера от неосторожного шага, и разбилась на куски. Осколки замороженной хрупкой плоти рассыпались по полу тронного зала, обезглавленное тело подкосилось и упало мешком. Руки мёртвой комично распластались по земле.
Глациалис не сыпала ругательствами, но дышала глубоко со свистом сквозь зубы. Она согнулась и ощутила, как внутри неё хрупкое лезвие ножа крошится, ломается на осколки и вонзается в плоть, мучительно обжигая её обсидианом. Боль прошила её тело по позвоночнику, сдавила грудную клетку и выплеснулась вязкой кровью на губы.
Женщина закашлялась, выплёвывая кровь на пол, и широко расставила ноги, пытаясь устоять. Холодная быстро соображала, что делать дальше, но не смогла дотянуться до раны, чтобы заморозить её, и не смогла позвать дворцового лекаря, чтобы занялся её раной и достал осколки из её плоти, пока они её не убили. Глациалис казалось, что она сгорает изнутри.
На помощь пришли руки гвардейца. Иль Хресс почувствовала, как нашла в нём опору, и не отстранилась, но гордость не позволила ей попросить его позвать лекаря и помочь.

+1

8

Харука пожалел, что сдал оружие охотницам и не применил магию во дворце, чтобы избежать ранения Глациалис.
«Уловка или взаправду?» - мысль мелькнула в голове Кречета, но события разворачивались с такой скоростью, что у него не было времени подумать и рассмотреть каждый вариант по отдельности. Кинжал из вулканического стекла, ненавистного вампирам, и в некоторой мере объединяющего разрозненные кланы Севера, вошёл в спину вампирши. Харука знал, насколько это больно и опасно для жизни вампира. Убийцы, которые хотели действовать наверняка, намеренно использовали ножи и кинжалы из обсидиана. Они легко резали, глубоко проникали в плоть и, что важнее всего, - ломались внутри плоти либо во время удара, либо во время лёгкого движения. Извлечь его из плоти, не разломав на куски – чудо из чудес, достойного мастера-целителя и редких случаев, когда сложились случайности в картину хорошего расклада. Им не повезло.
Убийца леди севера поплатился за поступок, мучительно умер от её руки. Харука верил, что, если бы не гнев и ситуация, когда действовать надо быстро, то Глациалис выбрала бы мучительную и продолжительную смерть для предательницы, чтобы каждый её мучительный вздох и стон показывали власть главы клана Виан, нов ряд ли она об этом думала, когда осознание приближающейся смерти припечатывало её к земле, жгло плоть изнутри и зарождало панический страх.
Рукоять сломленного кинжала упала на пол в осколки замороженной головы. Капли крови падали на тёмный мрамор и пачкали одежду вампирши. Глациалис из всех сил пыталась показать силу и из гордости, видимо, собиралась умереть прямо здесь, чтобы вампир другого клана к ней не прикоснулся, но тело её подвело – вампирша начала падать от бессилия и боли. Харука подхватил её на руки, не обращая внимания на протесты, язвительные фразы или обещание смерти во взгляде. Вампир увидел, как женщина стиснула зубы, чтобы сдержать стон боли. Он портил репутацию самой опасной женщины Хериана и где-то глубоко в душе усмехался.
- Дворцового лекаря! – рявкнул вампир на охотниц, вытаращивших на него глаза.
Ищейки из клана ощерились. Такое поведение вампира им не понравилось. Они не понимали, что происходит, и скорее бы вцепились ему в глотку, чем бросились исполнять приказ чужеземца, но Глациалис выдавила из себя приказ. Ищейки минули взгляд с вампира на госпожу и обратно, пообещали Харуке взглядом, что припомнят ему его тон, но поспешили выполнить приказ. После того, что Харука увидел во дворце Глациалис, он полагал, что охотницы увидят в этом шанс избавиться от предводительницы. Он не хотел стать свидетелем дворцового переворота и планировал вернуть в столицу живым.
- Придётся вам выжить.
Быстрым шагом, стараясь не тревожить рану и не сместить обсидиановые осколки в спине вампирши, Харука направился в её личные покои, куда его направляла охотница из клана. Он надеялся, что дворцового лекаря уже ведут.
Охотницы, охранявшие вход в покои госпожи, с непониманием уставились на него и на вампиршу в его руках. Виан, бежавшая впереди, убрала их с дороги, не стесняясь рявкнуть, и распахнула двери в покои Глациалис. Харука занёс её внутрь, осторожно положил на постель, придерживая её, чтобы она не ложилась на спину, перевернуть её на бок было сложно, но необходимо, как и снять одежду, чтобы осмотреть рану и понять, насколько всё плохо.
Он расстегнул фибулу на плаще, сдёрнул его небрежно на пол, не заботясь о дорогом меха. Всё равно уже испорчено следами крови. Платье медленно заливала кровь, вытекая из раны. Обсидиан отчасти этому поспособствовал, прижигая рану. Харука разорвал платье, увеличивая искусственный разрез на спине вампирши, пока не увидел углубление в коже – развёрнутую рану с сочащейся из неё кровью, и чёрным торчащим осколком.
Вампир оглянулся на вход, высматривая лекаря. Рядом стояла ищейка, которая переводила взгляд с хозяйки на гостя и смотрела на Харуку так, словно это он ранил Глациалис и собирался её убить, когда насладится агонией.
- Где ваш лекарь?
Вампирша ощерилась и с рыком выплюнула:
- За ним послали.
Слишком долго. Харука не представлял, как глубоко вошли осколки, насколько они разломаны и не повредили ли важные органы. Глациалис повезло, что удар сместился ближе к позвоночнику, но не задел сердце или важных нервов. Вампирша вцепилась в его руку, Кречет посмотрел на неё, не понимая, что она хочет. Она просила его достать осколок. Вампир придерживался мнения, что это должен сделать лекарь, но никак не он.
- У меня нет исцеляющей магии.
Но ей, кажется, было всё равно.
Лекаря не было слишком долго. Возможно, он уже не придёт.
- Кусай, - он не уточнил что, но знал, что достать осколок ещё большее, чем загнать его в рану. – Не шевелись, - и сам понимал, что его просьба звучит невыполнимой. – Помоги мне её удержать.
Охотница отошла от дверей, убрала руки с оружия и прислушалась к Кречету, впервые без разговоров – видимо, хотела спасти свою хозяйку от смерти. В отличие от тех, кто побежал за лекарем. В три руки они фиксировали вампиршу в одном положении, чтобы она не поломала осколки ещё больше. Харука быстро стянул перчатку с руки, ухватился за выпирающий край осколка. Кожу тут же обожгло и начало разъедать, но вампир заставил себя удерживать его и тянуть. От движения стекла Глациалис напряглась, но он видел, как вампирша пыталась не дёргаться. Осколок медленно появился на свет, одно из частей разломанного ножа. Харука отбросил окровавленный осколок на пол и присмотрелся к ране. Должны быть ещё. Минимум – один, если им повезёт.

+1

9

Смелость Ариго проявилась в патовой ситуации. Вместо угроз и обещания смерти Холодная стиснула зубы, сдерживая стон. От движения рана на спине заболела. Осколки обсидиана сместились, обожгли открытую плоть. Глациалис чувствовала, как они двигаются и причиняют ей неимоверную боль. Она отвлекалась на злобу и ненависть, на обещания расквитаться со всеми, кто причастен к нападению и предательству внутри клана, но чтобы воплотить угрозу и обещания в жизнь она должна выжить. Убийца выгадал момент и шёл на смерть ради этого шанса. Иль Хресс подумала, что для верности нужно избавиться от всех, кто способен достать осколки и обработать рану. Звать лекаря бессмысленно, но Глациалис не смогла об этом сказать. Харука действовал осторожно и крепко удерживал её в одном положении, чтобы не сместить осколки, но они продолжали жечь изнутри.
Охотницы, охранявшие вход в тронный зал, увидели в чужаке угрозу и ощетинились на него оружием. Они проигнорировали приказ Ариго. Люди императора не имели силы в Хериане, а Глациалис стоило огромных усилий открыть рот и сдавленно рявкнуть на охотниц.
- Лекаря в мои покои!
- «Ох…»
Холодная почувствовала, как из-за напряжения в теле осколки сильнее врезались в плоть и обожгли её с новой силой. Гримасу боли вытеснила маска гнева. Бледное лицо Глациалис посерело. Она почувствовала липкий пот на ладонях и на лбу. Охотницы с недоверием следили за действиями Карателя. Одну подгоняли показывать дорогу. Вторая пошла за лекарем. Иль Хресс не рассчитывала, что она дойдёт до лекаря или найдёт его живым. Лекаря можно убить по дороге. Во дворце должны быть другие предатели, которым выгодна её смерть.
Верную охотницу Глациалис увидела возле себя, в том, как она смотрела на Кречета и ждала от него угрозу, но в ситуации, когда всё тело изнывает от мучительной боли, а в собственном дворце её ранили в спину, Холодная доверяла Ариго больше, чем защитницам от клана.
Она не нашла в себе сил и язвительности, чтобы отшутиться по фразе Харуки. Вампиру невыгодно, если она умрёт. Противники Виззариона воспользуются ситуацией, обвинят гвардейцев в смерти главы клана и выступят против них. Шансов на победу нет, но убийца и те, кто за ним стоял, не отличались умом, но они долго ждали, чтобы получить шанс и воспользоваться.
Харука положил её на постель, изворачиваясь, чтобы не задеть осколки. Виан почувствовала резкую боль, когда он перевернул её на бок и облегчение, когда положил её на живот. Осколки перестали двигаться. Глациалис перевела дух, отвернув лицо к окну. Не время думать о гордости и репутации. Сдохшая она никого не устрашит своим трупом.
Лекарь не шёл. Холодная не видела другого способа избавиться от вулканического стекла, как попросить Кречета сделать это. Она схватила его за руку, сжала холодными пальцами и выдавила просьбу.
- Достань.
Ариго отнекивался, что-то щебеча про отсутствие навыков.
- «Плевать! Достань эту дрянь!» - в сердцах Глациалис выругалась, но её хватило, чтобы сильнее сдавить запястье вампира.
Решился. Иль Хресс вцепилась зубами в угол подушки. Из-за движения тело пробило новой болью. Проступили непрошеные слёзы, она стиснула зубы, прорывая шёлковую ткань. Глациалис старалась замереть в одном положении и не шевелиться, чтобы не происходило, но боль усиливалась, туманила рассудок и гнала здравую мысль. Руки охотницы и Харука спасли Виан от движения, удержали на месте. Женщина чувствовала, как осколок обжигает её плоть и смещается. Рана болела, но подобие облегчения настигло вампиршу, когда осколок со звоном упал на пол. Большая часть кинжала извлечена.
Глациалис перевела дух, разжала зубы и стиснула их с новой силой до скрипа. Со вторым осколком Харука долго возился, разворачивал рану пальцами, которые были слишком толстыми для неё, чтобы ухватиться за скользкий осколок. Иль Хресс замерла с широко распахнутыми глазами. По щекам, не переставая, лились слёзы. Она понимала пленниц, которые попадали в её темницы и страдали от пыток обсидианом. Все души убитых и запытанных до смерти вампиров потешались над ней. Боль была настолько сильной, что Иль Хресс лишилась сознания и обмякла на постели, чем облегчила задачу Ариго.

+1

10

Пытаясь достать второй осколок, Харука понял, что подмоги не предвидится. Чтобы там не случилось с лекарем, он уже не придёт, а значит - жизнь Глациалис в его руках. Счастье привалило. Вампир про себя ругнулся, но вслух ничего не сказал. Он был слишком занят попытками найти и достать второй осколок. Он практически не чувствовал боли в обожженных пальцах, но чувствовал, как пальцы, которым и без того было сложно протиснуться в узкую рану, соскальзывали с осколка, едва он успевал ухватиться. Иль Хресс задачу не облегчала. Она напрягалась всем телом и постоянно пыталась вырваться из их рук, из-за чего охотнице и Кречету приходилось прикладывать больше усилий, чтобы удержать вампиршу на месте. От этого мучения Глациалис продлевались и мучения Харуки с ней заодно.
Вампир подумал, что стоило бы сделать надрез на коже вампирши, чтобы достать осколок. Чем больше рана – тем лучше обзор на осколки, но он боялся, что случайно заденет и сломает хрупкий осколок, пока будет делать надрез. Он не имел ни малейшего понятия, как сделать это правильно и действовал интуитивно, пока неожиданно Глациалис не обмякла всем телом и не перестала трепыхаться. Первой мыслью было, что она умерла.
Охотница рядом всполошилась, когда почувствовала, что хозяйка больше не напрягается и не пытается сбежать от мучительной пытки. Ощерилась на Харуку, как на виновника. На секунду мужчина подумал, что сейчас она воспользуется ситуацией и снесёт ему голову за то, что он так обошёлся с её госпожой, но, стоило отдать должное Глациалис, она облегчила Харуке задачу.
- Достал.
Второй осколок вышел наружу, и вампир положил его рядом с другим, пытаясь собрать кинжал. Охотница с раздражением наблюдала за тем, как мужчина, будто ребёнок, занимается невесть чем, пока её госпожа страдает и умирает.
«Одного не хватает. Проклятье!»
Вампир потянулся к поясу, но с запозданием вспомнил, что всё оружие он отдал охотницам Глациалис, а сам остался ни с чем. Зато все её охотницы были вооружены и не постеснялись войти в покои вместе с оружием.
- Дай нож.
Охотница ощерилась на него, зашипела, схватившись за нож с такой силой, словно боялась, что Харука вырвет его у неё из рук.
- Дай нож! – рявкнул вампир, не уступая в решительности и властности госпоже Хериана. – В ране остался ещё один осколок, но я его не достану. Нужно сделать надрез. Или хочешь – сама доставай!
Охотница засомневалась, перевела взгляд с госпожи на вампира, потом с неохотой отдала ему нож.
- Умрёт она – умрёшь ты, - прошипела-пообещала вампирша.
Харука оставил её угрозу без ответа, взялся за нож, проверил рану и осторожно сделал надрез на коже, развёл края раны. Осколок выглянул из обожжённой плоти. Свежая натекающая кровь шипела, попадая на него, но почти не мешала обзору.
«Сейчас…»
Вампир ухватился за осколок и медленно потянул его из раны, стараясь, чтобы осколок не надломился, и впервые помолился Бэлатору, чтобы этот осколок был последним. Острый наконечник осколка выглянул на свет, Харука положил его к остальным и к своему облечению сложил целый клинок, не считая рукояти, которая осталась в тронном зале.
- Магией воды владеешь? – Харука посмотрел на охотницу, слабо надеясь, что у него что-то выйдет. – Я достал все осколки, обсидиан запёк рану изнутри, но я не уверен, что этого достаточно и не попали ли крупицы под кожу. Сможешь исцелить?
Охотница кивнула, впервые не рыча на него, подошла к госпоже и бережно наложила заклинание. Тонкая корочка льда покрыла раскрытую рану, и даже та кровь, что сочилась из пореза, сделанного Харукой, перестала идти.
- Посмотри, что с лекарем.
Охотница недоверчиво посмотрела на него и на госпожу, которую должна была оставить с чужаком наедине.
- Я уже спас её. Ничего с ней не случится. Ей нужен лекарь.
Охотница не стала спорить, посмотрела на госпожу в последний раз, ещё раз взглядом пообещала Харуке, что вывесит его кишки на стене дворца Глациалис, и быстро выбежала из покоев за лекарем. Харука посмотрел на вампиршу, сел на пол рядом с ней, проверил её сердцебиение, и вытер кровь со своих рук, морщась, когда испачканная простыня, сдёрнутая с постели, касалась обожжённых пальцев. Малая плата, если ему удалось спасти жизнь вампирше.
Вспомнив, что это было покушение, Харука осмотрелся в поисках оружия. Нож охотница оставила в комнате – забыла о нём в спешке, когда уходило. Ощутив рукоять в руке Харука, почувствовал себя в подобии безопасности и готовым к появлению убийцы, если Виан решат докончить дело и пошлют кого-то расправиться с Глациалис, пока она бессильна. Он ещё раз проверил состояние вампирши, убедился, что ничего не изменилось. Удивился, когда заметил дорожки от слёз на её щеках и мысленно усмехнулся. Главная хищница, сама бессердечная сука Севера такая же женщина.
«Все мы равны перед страхом смерти, физической болью и гневом предательства».
Вампир стёр дорожки с её лица, но даже себе не смог объяснить, зачем это сделал.
Он услышал шаги, напрягся и встал за дверью, приготовившись ударить того, кто зайдёт в комнату первым. Он увидел женщину, одетую в одежды клана Виан, как любую другую стражницу клана, абсолютно неотличимых со спины друг от друга. С такими же смоляными чёрными волосами. У него не было времени, чтобы запоминать, как выглядела защитница Глациалис, но, когда женщина потянулась за кинжалом, присматриваясь к госпоже, у Харуки не осталось сомнений. Он сделал мягкий и тихий шаг, занося нож и готовясь для выпада, когда в комнату чёрным вихрем внеслась охотница – запрыгнула на женщину со спины и сцепилась с ней в отчаянной схватке. Харука был настолько поражён сценой их дикой битвы, что замер с занесённым ножом в полушаге, в самой нелепой позе, и молча наблюдал за женщинами, забыв, что не помешало бы помочь второй охотнице.
Охотница прекрасно справилась без его помощи, ловко перерезала горло противнице и уставилась на Харуку с таким видом, словно он – следующий. Рыкнула на него, явно убеждённая в том, что это он виноват и не уберёг бы госпожу, если бы она вовремя не вернулась.
- Лекарь где? – не растерялся Харука, опуская руку с ножом.
- Убит, - прорычала вампирша.
- Других лекарей во дворце нет?
- Есть ученик.
Харука не заметил мальчишку. Ученик лекаря перепугано стоял в коридоре и не решался войти, прижимал к себе сумку с лекарствами и испуганно наблюдал за женщинами.
- Её ранили обсидианом. Я достал осколки, но не уверен, что этого достаточно, - объяснил Харука, надеясь, что это чем-то поможет. И что ученик будет справным преемником покойному лекарю. Но мальчик испуганно таращился и ничего не делал. У Ариго неожиданно лопнуло терпение. Он схватил мальчишку за шиворот, рывком затащил его в комнату, закрыл дверь и подтолкнул его к Глациалис. – С повышением! – рыкнул вампир. – А теперь займись раной!
Когда мальчик начал копаться в сумке и рассматривать рану Глациалис, Харука отчасти понял, отчего все в клане Виан такие резкие и неприветливые. После грубого слова все удивительно быстро работали, вспоминали свои обязанности и исполняли их под страхом смерти. На самом деле Харука тоже боялся, что его прирежут здесь во время исполнения приказа императора, поэтому подстраивался под обстоятельства и просто надеялся выжить.

+1

11

Глациалис пришла в себя. Боль в спине напомнила, что произошло. Вампирша щедро насыпала проклятий на головы предателей и осмотрелась. Она лежала на животе и чувствовала лёгкое прикосновение ткани к коже спины и тугие повязки, пересекающие грудь. Старания убийц прошли даром. Ледяная ведьма Севера выжила. Глациалис попробовала колдовать, не вставая. Она чувствовала себя слабой и безоружной. Женщина ждала, что в комнату войдёт убийца и прирежет её, пока она спит. Сдохнет, как её мать, в своей постели.
- Не двигайтесь.
Виан повернула голову, но обзор закрывало плечо и барханы красной ткани.
- Ты меня удивил, - Глациалис отвернулась. Рана помешала ей посмотреть на Ариго, но вампирша узнала его по голосу. – Если надоест работа пса при императоре, то можешь податься в лекари.
- Госпожа.
Иль Хресс отвлеклась на помощницу. Нейзин подошла к ней, поклонилась, прижав кулак к яремной впадине. Верная охотница оставалась рядом и следила за её покоем. Глациалис никому не доверяла и рвение охотницы не оценила по достоинству.
- Почему в тронный зал проникла убийца? Где были ваши глаза, когда вы обыскивали всех гостей? – Виан поморщилась. Разговоры давались тяжело. Она чувствовала, как спина болела от натуги, но не позволила себе показать слабость, что трудно сделать из положения лёжа, с дыркой в спине, абсолютной беспомощностью и в полумёртвом состоянии. – Чем занимался патруль дворца?
- Всех из патруля убили, - отчиталась вампирша. – Главного лекаря тоже.
В смерти лекаря Глациалис не сомневалась, но кто-то её залатал. Сам Ариго? Вампирша с недоверием посмотрела на охотницу.
- Выяснили, кем была та змея? Кто её послал? Другие? – Виан чеканила вопросы, пока хватало сил и воздуха в лёгких. Она делала непродолжительные перерывы, давая слово Нейзин, и наблюдала за ней, что было затруднительно сделать лёжа.
- В её постели мы нашли символ Культа Кровавой Богини.
Это ничего не давало. Хервалиссе поклонялись многие из охотниц дворца, но фанатичные суки, которым мешает её правление, отличаются от них. Намерениями и планами на будущее Хериана, как минимум. Глациалис допустила ошибку, когда отсрочила момент с вырезанием Культа. Пора с этим покончить.
- Выясни, с кем она общалась и с кем встречалась. Узнай, кто убил патрульных и лекаря.
Глациалис волновала судьба сына и принцессы, но она не могла узнать об их состоянии при Ариго. Вампир спас ей жизнь, но с личным умыслом. Он не должен получить доказательства для императора. Чтобы узнать о положении дел у Авеля, она должна выпроводить Харуку из покоев и встать с постели. Со вторым действием возникли проблемы. Иль Хресс пошевелила руками и ногами. Она не парализована обсидианом, но слаба из-за ранения.
- Что с гвардейцами?
- Живы.
- «Одной проблемой меньше».
- Принеси кровь.
Нейзин поклонилась и ушла выполнять приказ. В горле вампирши пересохло. Ей понадобится много крови, чтобы ускорить регенерацию и восстановиться. Холодная боялась, что кто-то из убийц остался во дворце и может подсыпать ей пряностей из обсидиана в пищу или питьё.
Глациалис перевела взгляд на Ариго.
- Отдых в моих покоях я планировала на второй день, но раз так сложились обстоятельства… Понравилось?
Она не поблагодарила его за спасение.
- Нейзин покажет тебе всё, что нужно. Можешь убраться из Хериана, когда пожелаешь, - Виан прекратила шутить и перешла к делу. – У меня нет времени заниматься играми Виззариона. Как видишь, мой трон шатают не хуже императорского.

+1

12

Ситуация сложилась паршивая. Харука сел на пол возле постели Глациалис, попытался подсунуть под задницу одну из шёлковых подушек, долго на ней мостился и решил, что проще и удобнее сесть на полу без всяких изысков и попыток сделать своё пребывание во дворце Иль Хресс лучше. Он вляпался в дерьмо по самые уши и не имел ни малейшего понятия, как из него выбраться, не нахлебавшись вдоволь и не захлебнувшись. В лучшем случае – умер бы от зловония. Харука размышлял о ситуации и думал, насколько всё произошедшее похоже на правду, не было ли нападение на Глациалис заранее спланировано ею же, чтобы притупить его бдительность, отвлечь от цели визита и отмахнуться от желания императора докопаться до правды. Уж больно события сложились в пользу вампирши. Отчасти. Даже нашёлся выживший помощник лекаря. Могла ли какая-то вампирша отдать жизнь за Глациалис, чтобы разыграть перед ним такое представление? Нет, вряд ли это было спланировано заранее самой Глациалис. Слишком велик риск умереть в постели. Не оправдано. Он не верил, что женщина готова рискнуть своей жизнью, чтобы усадить сына на трон или защитить его от императора. Если она погибнет, то Арратс сразу лишится её покровительства и останется беззащитным. Просто так сложились обстоятельства.
«Дерьмово сложились».
Харука хмуро посмотрел на охотницу, чьего имени он не знал и спрашивать не собирался. Она оставалась возле Глациалис, держала руку на клинке и ждала, что в любое мгновение в покои её госпожи ворвутся предатели, чтобы лишить её жизни. Харука тоже их ждал и грел в ладони рукоять позаимствованного ножа, потому что его оружие ему так и не вернули, несмотря на все аргументы. Охотница отказывалась ему доверять даже после того, что он сделал.
Тело убитой охотницы вытащили из комнаты, осколки собрали в кусок ткани и оставили на столе. Харука планировал забрать их, как прямое доказательство того, что он прибыл не вовремя, если Виззарион решит всё перепроверить. Помощник лекаря осмотрел рану вампирши, обработал её и наложил заклинание. По его заикающимся и перепуганным прогнозам Иль Хресс должна выжить. Им крупно повезло, что нож не раздробился на мелкие частицы и не засыпал пару обсидиановым порошком, который помощник лекаря при всём желании сам бы никогда не извлёк. На этот случай послали за другим лекарем за стены дворца на, если ситуация ухудшится. Харука предпочёл бы открыть портал в столицу и притащить дворцового лекаря Виззарионов, который точно бы не был замешан в интригах Хериана, но он своё право слова потерял, когда переступил порог дворца Глациалис, и вряд ли обретёт его когда-либо даже после того, что он сделал.
Они сидели в тишине и ждали, пока вампирша не пришла в себя. Харука услышал возню под боком и понял, что Глациалис стало лучше.
- Не двигайтесь, - предупредил Харука, поднявшись с пола. Он не стал уточнять про лекаря, который строго наказал держать Глациалис в одном положении, пока хрупкая корочка на ране не загрубеет – точно можно не опасаться разрывов по неосторожности. Основной пик уже прошёл, но лучше воздержаться от резких движений.
«Я удивлён не меньше», - в его планы не входила забота о Глациалис. Кожа на обожжённых пальцах медленно восстанавливалась. Харуке дали обмыть руки и помощник лекаря обработал ожоги какой-то мазью. Если бы не необходимость в случае чего защищать Глациалис или самого себя, он бы не уделил внимание такой мелочи.
Харука молча слушал разговор между вампиршами и наблюдал за реакцией Глациалис. Со стороны этот разговор не выглядел наигранным. Он видел в глазах Глациалис страх, который она пыталась скрыть, и волнение. Внутреннее чутьё подсказывало ему, что если во дворце есть Авель или принцесса, то оба находятся в такой же опасности, как и Глациалис, но вряд ли она назовёт место, где спрятала двух беглецов, а он не мог предложить помощь и рассказать о своих намерениях, чтобы не подвергать их опасности. Пришлось промолчать и сделать вид, что он ничего не заметил. В последнее время это начало входить в привычку. Ничего не видеть и ничего не слышать.
Живые гвардейцы – добрый знак. Где находятся его товарищи, он не рискнул спросить, пока не решит остальные вопросы.
- В следующий раз, если решите меня удивить, достаточно быть вежливой.
Харука не рассчитывал на благодарности или на внезапные откровения, но Глациалис, осознавала она то или нет, когда они остались наедине, вновь превратилась в обычную женщину, раненную, ослабленную, напуганную, с гордостью, которую она не выпячивала, но держала на виду.
- Для вампира, который едва не умер, вы удивительно болтливы, - Ариго никогда не умел шутить. – Я останусь, пока вы не поправитесь или не найдёте других убийц во дворце.
«Это в ваших интересах».
- Осколки кинжала, если не возражаете, я заберу в столицу, как доказательство. Его Величество захочет узнать, что произошло в Хериане, - объяснил Харука, опережая вопрос. – Если не доверяете своим охотницам, я приставлю гвардейцев к вашим покоям.
Он заметил удивление на лице вампирши, которое сменилось желанием рассмеяться, но боль в спине помешала Глациалис это сделать.
- Как бы мне ни хотелось это признавать, но моя жизнь зависит от вашей.

эпизод завершен

0


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [25.06.1082] Первая охота