Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре июль — август 1082 год


«Тайна забытого города»

Ритуал очищения и освобождения прошли успешно. В Зенвуле больше нет ни призраков, ни нежити, ни тёмной энергии. Экосистема города возрождается. В него вновь возвращаются звери и птицы. Проклятое Древо Костей в центре города полностью уничтожено, на его месте теперь стоит Страж-дерево. Болезнь Роза немёртвых полностью не исчезла, но теперь новых заражений не будет. Пока дух всё ещё в теле смертной девушки и мир полностью не очистился от тёмной энергии, которая растянулась далеко за пределы Остебена, болезнь останется.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Жатва»

Войска столицы направляются к городам-близнецам, чтобы дать бой Культу Безымянного и освободить Атропос и Акропос из-под гнёта культистов. Культ сдаёт Атропос без боя и стягивает силы к Акропосу, где разгорается полномасштабная битва. Первые Ключи из Силентеса активированы, что провоцирует Мёртвое древо поднять новое войско нежити и уничтожить всё живое, что есть на материке.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Джошуа Элиор Лангре Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [29.03.1082] Про цены на лодки и налог на воздух


[29.03.1082] Про цены на лодки и налог на воздух

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

- Локация
север Фалмарила, небольшое поселение. День ближе к вечеру.

немного картинок для настроения

http://fc03.deviantart.net/fs70/f/2014/107/9/3/streamside_daydream_by_jjcanvas-d7etoge.jpg

http://fc00.deviantart.net/fs20/f/2007/280/1/1/Elven_Town_by_SnowSkadi.jpg

http://fc08.deviantart.net/fs19/f/2007/280/1/9/Elven_Town____night_version_by_SnowSkadi.jpg

- Действующие лица
Даниэль, Морган
- Описание
Предыдущий эпизод - [26.03.1082] Уходим в ночь
Как и было приказано, после разорительного нападения княжеских войск на силы повстанцев в Вервоне и обернувшегося нежданным кровопролитием ночного столкновения на объездном тракте, Мор уводит княжну как можно дальше от конфликта. Пока неизвестно, каковы потери, что со старшими рыцарями Ордена, которые могут собрать отряды в других убежищах, и вряд ли станет известно, ведь власть нанесла повстанцам весомый удар. Растерянные и подавленные путники остановились в первом же поселении на ночь и день передохнуть и решить главный вопрос: что же всё-таки делать им?

0

2

Machinae Supremacy - Pieces
Никаких конкретных ассоциаций,
просто слушал, пока сочинял

Они опять тащатся по глуши вдвоём, чем дальше - тем, кажется, лучше. И снаряжение в этот раз лучше, и даже нашлась потерянная во время нападения пустельга. Так где же прежнее очарование путешествий? Мор ни разу не пополнил их запасы ни охотой, ни рыбной ловлей, хотя край был живой и иная добыча проходила и проплывала на расстоянии руки - только протяни, ни даже сбором выглядящих знакомо орехов с кустов, которые встречались, и их собранные наспех пайки приближались к своему концу, когда в конце второго дня они вышли по ручьям на более-менее значительную речку и поселение возле неё. Бросив местным, что они со спутницей пилигримы, он взял им привычно одну комнату, хоть запас денег был больше, и просто лёг спать, чтобы подняться за полдень. Мало говорил: по сути, всё его общение с княжной снова сводилось к бытовым вопросам в духе "как ноги?"-"есть хочешь?"-"привал сейчас или ещё немного пройдём?", на которые ответ он и так знал, но пугать этим всезнанием не хотел. Во внутренний мир фалмари с разговора в ночь побега, чувствуя некоторую вину, вообще не лез. Много смотрел в мелькающее всё меньше по мере спуска в густые высокие леса низины среди листвы небо. Думал о чём-то своём.
Не только у Даниэль были поводы для эмоционального нардыва и приступа глубокой хандры. Эмпат заразился ими, когда спало отрезвляющее действие адреналина, ещё поутру выпутавшись из влажного от росы плаща и найдя на брошенном луке едва заметную царапину.
Молчание и задумчивость хорошо подходили прикрымию пилигрима, а вопросы касательно того, отчего пара путешественников неплохо одеты и вооружены и вовсе не было. Кто отправляется в обход опасных болот без оружия? Идея с поломничеством пришла к полукровке не сама. Чем больше он думал, занимая себя в однотонной дороге, о родителях и всём хорошем, что они ему дали, тем больше любопытных деталей подбирал его погружённый, казалось бы, в густую меланхолию разум. Отец как-то говорил ему, кажется, ещё когда они плыли на Силву на корабле, что ищущие себя сильвийцы отправляются в опасные и довольно отчаянные путешествия, схоже с жителями Альянса, проходящими путь по развалинам древних храмов и даже - самые смелые - до Гэлацио Этена. Раньше ходили. Нынче стражи Пределов сами не справляются с наводнившей горы и предгорные районы на севере Альянса нежитью. Не справлялась и Нимуэ, не справился и сам Мор, в итоге всё бросив и сбежав через полсвета от немого кошмара, пробиравшегося под жилки в холодные ночи Альянса: что в лесу, что в трактире, что в городе.
И вот теперь следопыт и лесничий, которому по призванию положено быть проводником и находить дорогу в самой глубокой заднице мира, оказался в этой метафорической заднице сам, не зная, куда идти и что делать. Опять. Второй раз за полгода. Куда быстрее, чем хотел бы (а хотел бы никогда).

Архитектура поселения напоминала что-то из детства и Лейарис, о котором не хотелось вспоминать из-за Мэтерленса. Только влажнее, теплее и в низине, а не в предгорьях, где летают грифоны. Чем промышляли местные жители помимо прокорма себя рыбой и плодами и орехами с не сильно зависящих от солнца кустарников под тенящими их мир исполинами... ну, можно догадаться.
- А сколько у вас лодка стоит? - спросил Мор, чтобы предотвратить неуютные вопросы, когда общительный хозяин местной - очень чистой и домашней - корчмы у пристаньки с белёными стенами и высоким потолком залы подсел к ним за стол в поздний обед, явно намереваясь поговорить. Раздетый до так и не постиранной с самого стрельбища, но довольно приличной туники, штанов без ножен на поясе и со вновь собранными в хвост непослушными чёрными волосами полукровка вообще не должен был походить даже на охотника. Скорее, просто на человека с оружием. А фалмари по левую руку и вовсе здесь была как родная. Пока её не облили бы водой. Проспавший Мор не подумал напомнить Даниэль, что в общие купальни и бани. хотя их здесь в избытке, ходить ей... ну-у... Венец - это опасно. Если Каэль сбежал, слышал и сообщил, что девчонка с претензией, её будут искать по приметам даже в наземной форме. Вот это больше всего беспокоило лучника, как, собственно, и его приметный шрам на роже. Оттого ли он почти инстинктивно сидел, закрывая девушку от зала, и не убирал куцую прядь выбившейся из хвоста чёлки с левой щеки?
"Но не так быстро", - успокаивал полукровка себя, глотая разведённое водой варенье, хотя хотелось чего-нибудь сильно крепче, невзирая на преследовавшую его с пересыпа головную боль.
- Без осадки малая - золотой, - ответил ламар, ковыряя ногтем медную монету. Псионик скривился - дорого. У них и так на двоих полтора золотых набиралось, а работать на гроши и останавливаться, чтобы обеспечивать себя на обмене добычи, например, на целую одежду и чистые повязки... мэ-э, они такое уже пробовали, в сжатое время много не вышло. Нормальные сапоги у Даниэль появились только благодаря Ордену. А уж чего стоило опасаться им больше всего теперь, так это времени!
- Дороговато.
- Так дерево нужно найти, обработать, просмолить... Зато по болотам ходит - песня, и через пороги и мель не тяжело носить.
- Мы, наверное... подумаем.
- Хорошо, подходите, если надумаете. И вообще.
Полуэльф бросил на спутницу взгляд. Что делать? Они ведь пока даже не обсудили, куда двигаться и зачем. На лодке можно было выбраться в судоходную реку и пересесть на корабль в любой город, рассчитывая встретиться с выжившими или другими рыцарями ордена там, но...

+1

3

После сна сильно легче не стало, но горячка спала. Даниэль перестала так эмоционально реагировать на то, что произошло. Смерти её гложили и эти не пройдёт ни за день и не два, если вообще когда-либо пройдёт, а не останется кровавым напоминанием на всю жизнь. Она осознала, что была немного неправа, пытаясь повернуть назад в самый опасный миг. Возвращаться бессмысленно. Время утеряно, а с неё на поле сражения, как с козла молока – ни капли. Пару заклинаний дело не решат. Была бы она целителем – другое дело, а магия воды многих целительных преимуществ не даёт. Велено идти дальше, значит, так надо.
Новое путешествия в недры родного острова радости не приносило. Побег от Мэтерленса младшего  большей его частью радовал, открывая что-то новое по нескольку раз в день. Столкновение с тем же медведем не было таким ужасающим, как то, с чем пришлось столкнуться в этот раз. Фалмари не жаловалась на тяжелую и долгую дорогу. Грешно. В тот раз она шла на каблуках, в босоножках, которые тёрли, давили и вообще не были предназначены для бездорожья и окрестностей городов. Плащ согревал, защищая от ещё холодной ранней весны, ноги в новой обуви чувствовали себя лучше, но и с мягкой кожей и отсутствием возвышенности под пяткой усталость настигала её значительно быстрее, чем более выносливого спутника. Энгвиш, как читал мысли, часто интересовался её состояние и предлагал передохнуть. Давно пора что-то заподозрить от того, как вовремя он предлагает то то, то это, но мысли крутились вокруг трона, Мэтерленсов, Ордена и её предназначения. Не так то легко быть избранным. Все шишки летят в тебя.
Архитектура незнакомого поселения поражала своей величественностью и красотой, но у Ланкре было не то настроение, чтобы с удивлённо-восхищёнными глазками ребёнка и открытым ртом рассматривать каждую деталь. В другое время и при других обстоятельствах, она бы мчалась по дороге, босыми ногами сминая молодую траву, и беззаботно радовалась вступающей в силу весне, но не сегодня. Не за завтра и даже не через месяц или год.
Журчание воды, как природная бесконечная музыка-сопутствие, успокаивало, внушая, что она дома. Дом – крепость, но и в ней безопасности день со днём не сыщешь.
Одна комната на двоих Даниэль уже не смущала. Она и в прошлый раз не успела. Состояние, в котором была девушка, оставляло желать лучшего. В лихорадке не до стеснения и, не появись тогда Каэль, она бы и голову себе этим не забивала. Куча проблем отвлекала от неловкости и ко многим вещам фалмари относилась значительно проще. Неизвестно, сколько им придётся скитаться без Ордена, если кто-то из него выжил помимо них. Деньги нужны всегда, а заработать возможностей в глуши мало. Морган хороший охотник, но тут и своих таких хватает, чтобы ещё у чужеземцем скуплять товар, которого в плодородных лесах Фалмарила пруд пруди.
О купальнях девушка не думала. Время ещё не поджимало, но уже приближало к планке «надобность». Купаться в Фалмариле можно и в реках, если погода солнечная и вода не такая ледяная. Её угораздило рухнуть в воды Нивалиса и не закоченеть там до смерти, и зимой в Гвиндериле в озеро. Пару вылазок в родных землях переживёт, если появится срочная необходимость принять облик. Об этом она не думала пока.
Ланкре особо за полукровку не пряталась, но его настороженности и без эмпатии чувствовала. Они много времени провели рядом. Начинаешь замечать детали.
путешествие по болотам – ещё удовольствие. С конкретным путём они ещё не определились. Можно было вспомнить старика Харпера и ринуться в новый бой, но со старым бы покончить, а не начинать новое дело, которое тоже может обернуться для них полным провалом. Послание бы отправить их друзьям, чтобы знать, есть ли шанс на новое воссоединение или им стоит убираться как можно дальше, чтобы люди Мэтерленсов не поймали. Слать весточки опасно. Могут перехватить.
- Как думаешь… Может, попытаемся связаться с орденом? – тихо спросила, чтобы ей мог слышать только полукровка, когда ушёл несостоявшийся торговец лодкой.

+1

4

- Как? - с готовностью задал вопрос Мор. Наводящий, потому что знал: никак, в общем-то. - Сейчас птиц с почтой могут подстреливать или ловить. Маги - их могут допрашивать, и сильные предпочитают жить в городах, куда нам ходу нет. А где у ордена базы и у отца агенты я не знаю, или знал, но это было больше десяти лет назад и в Гвиндериле...
Парень закусил щёку. Он превращался в конченное трепло, но оставлять фалмари без ответа или с сухим "нет" не мог. Это жестоко. Она должна понимать, если хочет, отчего они опять, после всего, посто... бегут.
- Я уже пытался найти хоть кого-то. Конечно, я - маг посредственный, но ничего, даже смутного отблеска в воде.
Как будто они попали в реку теней и уже утекли из этого мира. Но это было просто невозможно, кто-то да должен был уйти, даже если положение казалось безнадёжным. Уйти и спрятаться за барьеры, за которые не проникнет даже сильный волшебник. Что там недоученный псионик-полукровка.
- Они прячутся, значит, хорошо, если спрячемся и мы.
Из рукава туники показалась обёрнутая вокруг предплечья в кожаных отрезах карта, выданная Малленом, который велел сразу искать путь в считающийся потерянным и много веков ненаселённым Гиллар.
Мельком посмотрев в светлый зал и не найдя никакого особого внимания к их персонам, ничуть не подозрительный пилигрим раскатал длинную карту севера Фалмарила полностью и указал на пунктирные очертания, которые бежали от гребня суши, на которой сидел Вервон и обе дороги, проходившие через него с севера на юг, и выливались в болота Волчьего следа, где вообще уже не было чётких указаний суши, помимо пары нежилых островов и других разноцветных пунктиров.
- Смотри. Скоро таяние снега в горах к северу поднимет не только болота, но и реки здесь. Двигаться будет трудно, особенно тебе. Мы могли бы повернуть на юг, к перешейку, но это слишком опасно.
Легенды к карте не прилагалось, но, насколько помнил Мор слова отца, четыре линии охры, бегущие  с юга на север, иногда пересекаясь - древесные тропы в Гвиндерил. Карта могла быть не самой новой, пусть и довольно подробной и сохранной, однако уже на ней три тропы кое-где прерывались. А до указанных на карте развалин не тянулось ни одного пунктира, никакого цвета, все мимо. И как до туда добираться прикажете, вплавь?!
Эмпат так и замер в напряжённой позе, со странно выгнутой спиной и неудобно вывернутыми суставами, как засёкший что-то зверь. Что-то прибыло верхом на усталых лошадях - по дороге - и уже выгружалось на выложенной цветными плитками площади небольшой изящной ламарской деревни. Что-то - группа живых существ, если точно, пятеро-шестеро, хотели отдохнуть, и их тяготила обязанность.
Предположение проникло в жилы и разлилось по вискам и загривку холодной испариной. Псионик отодвинулся от щитов внутрь себя, лицо его окаменело.
- Даниэль, давай поднимемся наверх, - склонился он к её уху и совсем незаметно сказал. Спокойно, не торопясь, руки его складывали карту, а глаза поглядывали на кружку. Нужно всё взять, чтобы не выглядело как бегство. Потому что это было именно бегство, если догадка Мора оказалась верна.

+1

5

Птицу не отправишь, через мага не передашь. Не Мору же отправлять, в самом деле. Она и в мирное время что-то бы сделала не так. Птица умная, но больно своевольная. Захотела – печать поклевала, захотела за стрекозой погналась или пристала к кому-то, пожевать волосы вместо порученного важного задания. Даниэль очень хотела знать, что всё в порядке с Элиором и отцом Моргана. Они волновали её в первую очередь. Остальные жизни она тоже ценила, но смерть незнакомца перенести многим проще, чем того, кто для тебя что-то сыграл в жизни. Небольшой, но след они оставили. Узнать – это порывы её вчерашней дури, которая немного выветрилась со сменой обстановки и сном, но окончательно не исчезла.
- Хорошо.
Осталось согласиться с Энгвишем и не строить теории, основанные на пустом месте. Возвращаться им некуда. Спасать тоже. Бежать в неизвестном направлении, чтобы не столкнуться с людьми Мэтерленсов – единственно верный способ уйти от проблем, но где в Фалмариле можно играть в надёжные прятки? Ланкре задумалась. Многие захотят угодить князю и подать на блюдечке головы дерзнувших венценосной персоне. Сколько у них сторонников? Он, она и пустельга? «Совсем не смешно» Фалмари чувствовала себя преступницей, но совершить что-то противозаконное не успела, как ей казалось. Или ей это засчитали, как участие в сговоре. «Меня вообще во дворце особо не жалуют. Особенно Каэль. Особенно после темницы» Нетрудно себе представить, как он обойдётся с ней, если найдёт. Девушка занервничала и заёрзала на месте.
Полукровка зашуршал картой, развернув её на столе. Огонёк придвинулась к парню ближе и присмотрелась к направлению, которое он указывал и значениям на карте. Предположила, что он от этой идеи не в духе, и причины ей стали понятны. До совершеннолетия и возможности контролировать своё превращение времени много. На болотах и реках высока вероятность не только увязнуть, но и перевоплотиться. Тянуть её на руках никто не будет, а сапоги могут протечь в самый неподходящий момент. Или кочка под ногу подвернётся неудачно, и она полетит обниматься с водой. Не утонет, но и проплыть не сможет. Ламарам на болотах делать нечего. Цена на лодку кусалась. Подумав о возможности перевоплотиться, Дан почувствовала, как по хребту от копчика и вверх до загривка пробегают мурашки. Захотелось в воду, но пока терпимо.
- Тогда не будем рисковать.
Достаточно крайностей. Выкрутятся.
- Ам? – удивилась фалмари, когда полукровка наклонился к ней и предложил тоном, нетерплющим личного мнения, подняться наверх. – Ладно, - так же тихо ответила, подняв на него взгляд. Вопросы девушка не задавала, оставив их на потом. У Моргана должна быть причина и о ней она может узнать позже. Надо так надо. Каэль бы рыкнул от такого послушания, которое досталось не ему.
Девушка встала из-за стола и вместе с полукровкой поднялась наверх, в снятую ими комнату. Когда дверь за ними закрылась, она выждала несколько минут и потом спросила.
- Тебя что-то беспокоит?
«Не уединиться же он со мной захотел. Вид на болота в картах – не самое романтичное, что есть в Гвиндериле»

+1

6

Мор закрыл дверь, позволив девушке пройти. Едва слышно повернулись засов и замок. Парень отлёг от косяка и мягким шагом прошёл к кровати и вещам, сложенным на грубо сколоченных над ней полках.
- Извини, твоё купание придётся ещё немного отложить. Но я помню, - не поворачиваясь и проверяя, как ходят в ножнах кинжалы, сказал Мор, забивая тяжёлую тишину. Напряжение, грызшее его за позвоночник, ослабло, но нервы играли.
А вопрос всё-таки пришёл.
Полукровка несколько затравленно глянул на девушку, тряхнул хвостом и прошёл к окну. Прячась в тени косяка, он посмотрел в сторону угла, за которым находилась единственная улица этого поселения. Ничего не видно, прибывшие ощущались где-то у порога.
- Ощущение... было. Сейчас нужно очень осторожно относиться к любым визитёрам. Слышишь, лошади ржут? - отметил парень отдалённый звук, оттопырив палец в сторону приоткрытого окна. И тут же отошёл от него, цокнув языком, чтобы отвлечься, сидящей напротив пустельге.
Скованность мыслей и скованность речи тяготили его, но сказать было нужно.
- Никакой паники, - сказал он. Слова прозвучали как-то не очень успокаивающее. - Нас могут всё ещё не искать, и тогда наше исчезновение будет подозрительным и спровоцирует поиски раньше. Просто доешь здесь, проверь свои вещи, а я схожу и попытаюсь понаблюдать. Если всё спокойно - устроим тебе купание, хорошо?

+1

7

«Моё купание?» Даниэль СИЛЬНО удивилась, услышав именно это за закрытыми дверями. «Я же ничего об этом не говорила..» Мнительность и паранойя ударили по рыжему затылку. Откуда он знает, что к ней в светлую головушку уже закралась такая мысль? У них было ещё время в запасе перед тем, как она превратится в медузу, выброшенную на берег. «Настолько заботится?» Не походило такое проявление внимания на обычное выполнение приказа «оберегать». Морган – хороший парень. СЛИШКОМ хороший. Очень часто вставлял своё слово вовремя, когда ей хотелось того или иного. Она это заметила только теперь, когда основное напряжение спало, мозги немного прочистились и появились другие насущные мысли. Они провели вместо много времени. За этот период запомнить, что ламару нужен контакт с водой в определённое время, реально, но в суматохе легко забыть об этом, а у них был повод для встряски, от которой из головы могло вылететь многое. Этот вопрос она решила оставить на потом. Для подходящего времени. У неё была другая причина поволноваться.
Ей не понравился взгляд Моргана – он стал первым ответом на её вопрос. Фалмари замялась и закусила от волнения губу. Новых вопросов не последовало. Она дала парню время объясниться. То, о чём говорил полукровка, звучало не так ужасно, как выглядело его затравленное лицо. Он так боится, что за ними последуют люди Мэтерленса или сам Каэль, чтобы завершить начатое? Его можно понять. Ланкре чувствовала себя побитой трусоватой собакой, которая готова спрятаться в прогнившей дырявой бочке, только бы в неё не полетел грязный сапог или тяжелая дубовая палка. Что она могла сделать? Сказать, что ему показалось, что нет никакого хвоста, и всё обойдётся? Подойти, погладить и утешить, прижав лицом к своей груди? Лучшее, что она могла дать ему взамен, это свои доверие и спокойствие.
- Хорошо, - девушка кивнула, села на кровать, потому что есть стоя, как минимум, было неудобно, и попыталась пропихнуть в себя немного остывшую еду. После прерванной трапезы есть уже не хотелось. Желудок получил нужный ему объём, чтобы не чувствовать себя голодным. Кое-какая пища булькнула в нём и её хватит на несколько часов, пока она переварится. Голод придёт значительно раньше, чем если в животе окажется вся порция, а не её часть. Это попытка забить себе голову и не думать о плохом, но ей совсем не нравилось, что Энгвиш собирается спуститься вниз, предполагая, что гости заведения могут иметь к ним опасное отношение. Лезет на рожон, когда стоило бы отсидеться. Мало ли совпадений бывает? Они не бежали, а поднялись вместе со своим добром, ничего не оставив. Почему удалились раньше, чем доели в зале среди остальных – пища на размышление особо любопытным. Включить фантазию и додумать. Она таких вариантов с десяток припасла в голове, но не имела необходимых способностей, чтобы внушить это всем любознательным. «Снова как птица в клетке»
Тихо вздохнула, когда полукровка оставил её одну, и перевела взгляд на пустельгу. Соколица чистила клюв, найдя себе занятие и в четырёх стенах, где свободой для крылатой и не пахло.

+1

8

Полукровка склонил голову, молчаливо прощаясь со смущённой девушкой, повернулся спиной, лицом к двери, и плавно, почти бесшумно вышел.
Слишком хороший парень, чтобы смущать и ответно смущаться. Достаточно думающий головой, чтобы не брать с собой на потенциально опасную вылазку, раз была возможность остаться в сухой и светлой комнате.
Ноги в сапогах на тонкой подошве медленно и тихо прошли полпролёта вниз, замерев на ступени, кончавшейся ровно по линии перекрытий. Морандир напряг слух. Для его дара могло не существовать стен, но и чётких понятий в чувствах не было тоже. В слуховом окне мелькнули светлые головы, по плитам крыльца зазвучали подбитые сталью каблуки.
- …Аллор смиловистился, город не сгорел.
- А что повстанцы?
- Повстанцы сбежали. Их до глубокой ночи гнали по объездной дороге, и…
Источники голосов остановились где-то посреди зала. В эмоциональных аурах подрагивала до болезненного знакомая Мору нервозность.
- Ну?
- Дороги нет больше, в общем. Когда мы приехали вслед за разъездом утром к уцелевшим бойцам князя, на месте стычки была только взрытая земля, трупы, следы града размером с кулак… Ну, ты понимаешь.
Что-то и в этих словах, и самих новоприбывших твердило полукровке, что он зря паниковал, и это не те, кого ему следовало бы бояться. Звук открывшейся на другом этаже двери встревожил его больше, и, решая дилемму с секунду, Мор решил спуститься и послушать разговор.
- Дела, Дельнарис. И что теперь вы делаете?
Склонив голову так, что упрямая прядь упала на лицо, скрыв шрам на щеке почти полностью, парень прошёл и сел за стойку, совсем не делая никаких жестов хозяину. Тот заметил его, и сам сразу поспешил. Гостей появление молчаливого жильца, кажется, не смутило.
- Съездим по делам и вернёмся в Гвиндерил до поры, когда станет спокойно.
"Ламар. И эльфы. Главный – эльф", - отмечал про себя псионик. Он не знал сам, почему это было так для него важно, но хотел доверять им от этого больше. Эльфы не воевали, а интриговали. Это всем было известно, но всё равно видимый пацифизм заставлял им доверять.
"И сколько людей попали в эту ловушку, рассказывая секреты моему отцу?"
Рядом с ним садился сильный маг, и уже этого следовало опасаться.
- Что-то нужно? – обратился к Мору ламар.
- Да, ещё пинту и бочку с тёплой водой.
- А что не в купальню через дорогу? Там не людно…
Парень дёрнул губой.
- Понимаете, девушка стесняется. Мы из Гвиндерила, она на родине давно не была, вот и привыкла
Велик был соблазн зачаровать хозяина гостиницы, чтобы он не задавал вопросов, но сильная аура и внезапное осознание, что за последние полгода Морандир злоупотреблял своим даром столько, что не счесть, остановили его. Лучник молча отсчитал, подвинул пальцем стопочку монеты и лишь после этого бросил преувеличенно застенчивый взгляд. Всплеск веселья во всей публике убедил его, что трюк удался, и все подумали то, что он хотел чтобы все подумали. Только Дельнарис остался не тронутым намёком, вопросительно дёрнув бровями.
- Ну хорошо, - смахнув монеты ладонью, точно фокусник, ответил мужчина. – Сейчас позову ребят и мы всё принесём.
"Даже так, с доставкой наверх?" – угрюмо прокомментировал в голове Мор. Он и забыл, что Фалмарил – страна, в которой полно и воды, и гидромантов. Сдачи ему с серебра не дали, но что поделать. Полукровка повёл плечами, точно скидывая грязный плащ, забрал поданную пинту и, на ходу ныряя носом и хлюпая напитком, почесал наверх.
Он услышал всё, что мог – что новые постояльцы не враги, но чувствовал всё то же затравленное состояние. Он не узнал главного: жив ли его отец. И не мог узнать никак иначе, потому что был никчёмный сын и никчёмный маг. Это ощущение навязывало желание хоть немного напиться, и, о чудо, даже слабенькая сладкая местная бурда легко давала по мозгам вчерашнему трезвеннику. Всю пинту он выпил в двух шагах от двери, и сразу развернулся, чтобы прогуляться на улицу, пока "всё там нужное несли".

"Зачем я это делаю? Есть ли хоть какой-то смысл моего участия в этой борьбе?"
В итоге Мор вернулся как раз вовремя, чтобы нести пахнущие улицей, всё ещё прохладные с просушки полотенца. Он обогнал всю процессию и вырвался вперёд, ощущая, как рвётся уйти из-под тела та или другая ватная нога, и постучался в дверь.
- Дан, это я, – как человек пьющий мало, Морган с трудом узнавал это стягивающее ощущение на губах и языке. Лёгкий сушняк от лёгкого опьянения, начатого ещё с утра.
Только вот он не называл княжну Даниэллу "Дан". Допился, сокол, пустельга будет в шоке
- Ты будешь в восторге, – с жалким подобием юмора сказал он с порога. Следом вносили чан, ставили и ворожили тёплую воду, пока, пряча блестящие глаза в совсем немного кружащейся голове, Мор закрывал окно. Ушлые ламары оценивали и его спину, и девушку, и пустельгу, и вещи, но всё это эмпат стоически терпел, глядя в окно. И даже когда пожелав приятного купания нежеланные лица откланялись, промедлил, чтобы оторваться от этого невероятно полезного занятия.
Сразу как-то полезли идиотские мысли: нужно ли Даниэль помочь раздеться, что делать без даже прозрачного подобия занавески. Самое интересное – а как мыться во вторую очередь самому? Изголовья кроватей у окна, и, хоть с девушкой договориться не долго, чтобы она отвернулась, всё равно как-то не очень. Хоть ходи и дальше так, копи защитный слой пота и грязи до полного превращения в энта. Или элементаля грязи, например. Или элементаля Очень Плохой Гигиены. Хотя… Ведь по три месяца иной раз мыла не видал – на что жаловаться?
Полукровка непроизвольно поскрёб ногтями макушку, вырывая из стянутого шнурком на затылке хвоста начавшие салиться, как и любые не мытые какой-то день волосы, чёрные петухи. На них тут же спикировала пустельга.
- Фойррово исчадье! – простонал парень, пытаясь отцепить от себя сумасшедшую птицу, видимо, узревшую на нём какую-то вкусную ящерицу. Как-то нечаянно, в процессе ожесточённой борьбы, Мор мельком бросил взгляд на Даниэль.
Мысли лезли исключительно дурацкие, и вёл он себя по-дурацки, и вообще не знал, что с жизнью делать, потому что уродился такой сверходарённый дурачок. На голых женщин-то он мог спокойно смотреть, ни смущаясь, ни возбуждаясь, но вот как неприятно было, когда в ответ испуганно глазели и смущались они…
Ну, они же давно знакомы (полтора месяца) и уже почти родня, никаких проблем же не случится, если Дан уже разделась и ещё не прыгнула в бочку, обрастая чешуёй в самых интересных местах, да, да, да?

+1

9

Пустая тарелка вместе с кружкой оказались на столе. По-хорошему их стоило бы отнести вниз, но мешаться под ногами у полукровки, зная, что новые гости могут оказаться плохими старыми, идея не из лучших. Острой надобности в чистоте не наблюдалось, а волнение заметно возросло, когда парень не вернулся. Время тянулось и Даниэль казалось, что прошло полчаса или час, когда на деле натикало в лучшем случае минут десять или пятнадцать. Больно пуганная она стала после получения благородного венца и встряски на дороге. Её так Каэль на корабле не испугал, как месиво у реки.
Услышав голос парня, фалмари расслабилась и облегчённо выдохнула. Навыдумывала себе непонятно что и рада. Его появление – верный знак того, что всё обошлось и нет причин волноваться по поводу нежданных гостей. Пожаловать в любое время могут другие, но дёргаться от каждого шороха – не дело.
- А? – она удивилась, не поняв юмора Энгвиша, а следом за ним в комнату пожаловал целый банно-ванный ход. Купаться в реке в конце первого месяца весны – не дело, как и в общие купальни идти, но Ланкре готовилась и к холодной воде, чтобы свою секретность сохранить и не встрять в новые приключения из-за истинной формы, а тут принесли прямо в комнату и идти никуда не надо. «Э-э..»
В компании посторонних она чувствовала себя неловко, напоминая пустельгу, в чьё гнездо, на котором она, на минуточку, сидела, нагло вторглась рука птицевода. Девушка прикинула, что такое удовольствие стоит дорого, а лишние траты даже для лучшего времени она старалась всеми силами избегать. «Или болота нам точно придётся вплавь переходить» Вплавь только ей, у полукровки с тем, что пониже пояса, всё было в порядке, в отличие от неё. С оплаченными услугами губу закатывать поздно, приказано пользоваться и наслаждаться.
Отвлекаясь на прислугу, девушка не думала о том, в каком положении окажется, как только закроется дверь. Ванна с доставкой в комнату, идти никуда не нужно – это плюс, но в помещении она не одна и даже не с девушкой, которую бы тоже постеснялась. Природной скромности хоть отбавляй. «А кого там из бочки силком доставали?»
Переубедив себя всеми правдами и неправдами, что ничего ужасного не произойдёт, она, пользуясь моментом, пока парень любовался погодой за окном, а не ей прекрасной, постаралась как можно быстрее расправиться с одеждой. Творения эльфов удобны в использовании, но в сравнении с одеждой её народа хитро-выдуманные, пока расстегнёшь все застёжки, через голову снимешь тунику, развязать которую она на спине, при всём своём желании, не могла. Не просить же Моргана в самом деле! От одной этой мысли щёки становились пунцовыми и движения сковывались. Мысленно ругаясь на братский народ за непродуманность банальных вещей, она с облегчением вздохнула, когда все вещи оказались в стороне от неё и аккуратно разложены на кровати, чтобы не портить их общий товарный вид ещё больше. Дан собралась уже подняться и осторожно погрузиться в воду, настраиваясь себя на необходимость сдерживать превращение несколько секунд, чтобы воду не расплескать, когда она плюхнется массивным хвостом о дно чана, когда бросила взгляд на полукровку. Смущение толкало перепроверить, а не смотрит ли её спаситель за всеми приготовлениями, и угораздило же его в этот момент бороться с птицей. Глаза шире распахнулись, фалмари замерла в одном положении, так и оставив одну руку на бортике чана, собираясь приподнять ногу, уже согнутую в колене, и вытаращилась на Энгвиша, густо краснея, будто это она его увидела, в чём мать родила.
- Морган! – без визга, но возмущение с негодованием и смущением липкими щупальцами опутали вылетевшее имя полукровки.

+1

10

А вот если бедро было поднято чуть выше, а коленка чу-уть левее и под другим углом — можно срисовывать с натуры миниатюру в наглядные пособия для тех, кому ну никто вообще ничего не объяснил. Или в сборники весёлых рассказов, кому по возрасту или уродству на реальных женщин надежды нет.
Но у Мора-то мать была некромантка, причём совсем не обременённая остебенскими приличиями, которые звала предрассудками. Казалось бы, зачем ему…
"А в одежде грудь казалась всё-таки меньше", — подумал парень. Из ноздрей вырвалось фырчание, а кожа на подбородке под поджатыми губами наморщилась, выдавая подавленную улыбку.
- Это она, — оттопырив палец и тут же зарабатывая болезненный щипок под ноготь, попытался оправдаться он. — Ай… Придурочная птица не понимает, что я её скоро заверну в портянку и выкину в колодец!
Придурочная птица ответила незамедлительными возмущениями, наверное, матеря придурочного напившегося на почти пустой желудок придурка, только на своём полупонятном птичьем языке.
Наверное, выглядела такая попытка сменить тему и отвлечь смущённую девушку на балаган о-очень по-детски глупо.
- Да не смотрю я, не смотрю! Больно интересно, женщин голых, подумать, не видал! — бурчал, вырывая вместе с птицей из узелка половину волос, Мор. Вообще, не так много, как большинству хотелось бы, но он же был классный псионик, контролировать своё поведение умел хорошо!.. В трезвом состоянии — уж точно.
Ничего такого, чтобы уязвить самолюбие девушки, он не подразумевал, но стоило фразе вырваться изо рта, он пожалел. Даниэль едва ли можно было обвинить в ханжестве и ложной скромности, но это не значило, что "больно надо" не могло её обидеть. Или, ещё хуже, засомневаться в своей красоте, причём совершенно напрасно, ведь посмотреть было на что.
- Залезай и мойся, — более спокойным и мягким тоном добавил парень, не глядя из-под упавших в процессе борьбы волос назад. Боковым зрением он заметил светлые отрезы полотенец на кровати. — Понадобится помощь — зови.
"Иначе сам приду. И побыстрее. Я тоже в воду хочу", — добавил в мыслях псионик и досадливо цокнул языком. Ему по природной одарённости — как бы двусмысленно это ни звучало — было очень сложно понять, почему так нужно усложнять друг другу жизнь какими-то совсем не естественными правилами. Почему, например, сновать голым на глазах у существа другого пола должно быть стыдно, а с руками по локоть в крови во время заготовки мяса, от которой не весело, а тошно становится — нет? К тому же, с Даниэль они уже оба барьера как-то преодолели.
Мор взял соколицу в руку в крепкий захват, отчего та побилась-побилась, но в итоге утихла, как ребёнок, которого предупреждающе придавливают, когда он заигрался. Другой рукой полукровка стянул с растрёпанного хвоста шнурок и, снова повернувшись лицом к окну, стал — лучшего выражения не найти — чистить перья, разбирать сбившиеся пряди. Занятие интересное, как всё его обучение магии в детстве.
- Вот и пей на пустой желудок, — тихо пробормотал он, глядя в глаза соколицы. Влажные бусинки моргнули, из клюва раздалось короткое утвердительное "чирик". Мир? Мир.

+1

11

Соревнования кто кого перетормозит закончились накатывающим смущением. Даниэль, как водится, попуталась как-то прикрыться, остановив себя на полпути от желанного опускания в воду. Жест с поднятием ноги показался ей ужасно пошлым и слишком откровенным. Она чувствовала себя слишком открытой. «Чувствовала?!! Я и есть открытая! Всю… душу наружу!» Девушке, которая не привыкла демонстрировать своё тело, и первый раз угодила в такую ситуацию, сориентироваться оказалось сложно. Как повести себя, кроме проснувшегося возмущения со смущением в придачу, непонятно. Одни путешествуют вместе полтора месяца, успели притереться и подружиться, но Огонёк считала, что этого для таких открытый недостаточно. Должна быть любовь или привязанность, а у них что? «Неловкая ситуация, вот что!»
Выходка Моры в сравнении с полукровкой, которого поймали с поличным, на переключении внимания не сработала. Удивительно, что девушка не вспоминала Каэля, и плохие воспоминания и мысли этот инцидент у неё не вызвал, а за горой возмущения и смущения она не заметила других чувств, названия которым она не знала, потому что раньше не испытывала.
- Меня – нет! – нахмурилась недовольная фалмари, но в голове промелькнула шальная мысль. «Или да?» Он много раз помогал ей выбираться из воды, но между глазами и голым телом стояло полотенце или чешуя. Смущение оставалось верным спутником в прошлом, а ныне зашкаливало до небес, периодически вытесняемое возмущением – защитная реакция сработала. Ланкре прекратила поднимать кипишь, замкнувшись в себе, сознание варилось в смущении, которое подливали флаконами мысли и совершенно ненужные соображения. На её месте положено забивать голову извечными девичьими проблемами и оскорбиться, решив, что её посчитали недостаточно привлекательной для любования, но Дан – птица другого сорта.
Фалмари влезла в воду. Превращение вышло спонтанным, внимание забито не концентрацией на важном процессе, а полукровкой, что сказалось на количестве воды, которая перемахнула через чан и оказалась на полу. Немного, но вышло неаккуратно. Чешуя создала видимость одежды, закрыв все причинные места. Смущение убавилось, но из недр чувств вылезла неловкость и что-то ещё, чему название она придумать не смогла. От близости родной стихии девушка успокаивалась и расслаблялась, но дурной голове мысли покоя не дают.
«Кажется, что-то не то съела. Низ живота тянет» Обед, который перепал ей от метсного повара, казался нормальным, но внешний вид, запах и вкус могли обмануть. «Или я не там копаю?» Ланкре пришла к выводу, что бить тревогу ещё рано. Болевых ощущений не было, поэтому можно б этом не думать, а вот об одной полукровке…
Девушка перевела взгляд на парня, который не забыл предложить ей свою помощь. Отказаться от неё не выйдет, сама она не справится, а выбираться из чана, перевернув его, плохая затея. Вода им ещё понадобится, зачем – она подумала только сейчас и от этого покраснела ещё больше, опустившись в воду по самый подбородок. Светить всеми дарами придётся и полукровке в свою очередь, если он решит воспользоваться водными услугами заведения, а ей из комнаты никуда не деться. «Смотри – не смотри, а не думать, рассматривая угол, не выйдет» Она искренне пожалела о вынужденной секретности и отсутствию возможности воспользоваться природными водными массивами, которых в Фалмариле завались. Ютиться в одной комнате с противоположным полом, когда смущение зашкаливает, невозможно. «Меня это смущает, добавляет неловкости, но мне не неприятно?» Наблюдение вызвало интерес. Ланкре задумчиво сверлила взглядом спину Энгвиша, не понимая, чем он таким отличился. Каэль тоже внешне не отвратителен, но с ним такого не было.
Дан вылила себе на голову воду, прогоняя ненужные мысли, и занялась делом, искренне надеясь, что за работой перестанет думать, но, сколько возилась, столько и строила свои теории. Женская натура. Покончив с купанием, фалмари постаралась сосредоточиться на истинной форме. Контролировать её полностью она не научилась. Не было времени этим заниматься, а совершеннолетие, о котором она забыла за чередой побегов, помогло сомнительно. После нескольких попыток превратить хвост в ноги выбраться самостоятельно, девушка тяжело вздохнула.
- Морган… помоги?

+1

12

У кого горели не только щёки, а вся накрытая чёрной чёлкой рожа да ещё листовидные уши, нет-нет, а выглядывающие из-под волос? Дамы сомневались, но дамам… нравилось.
Псионик склонился, положил локти на подоконник, и положил подбородок на кулак. Снизу вверх из второго кулака высматривала его глаза поддакнувшая до того пустельга. Птица, не увидя реакции, чуть щипнула край огрубевшей корки на стреляющих пальцах. Мор препятствовать не стал и разжал капкан, выпуская шалопайку на волю. Освободившуюся руку он использовал как вторую подпорку, а потом чтобы просто зарыть в ладони лицо, потому что стыдно, страшно и смешно.
Он-то всё понимал. За годы засыпания под чью-то возню по соседству, когда для твоего восприятия не существуют даже толстые стены, нехитро научиться разбирать слабое вожделение, лунное недомогание, муки родов и простые боли недо или переедания у всех окружающих женщин, включая мать, куда яснее, чем собственную головную боль от всех этих откровений, неизбежно забирающихся даже сквозь самые толстые щиты.
"Щиты…"
Он мог оставаться абсолютно спокойным, внешне, но любая суета выбивала свободу думать и ощущать себя из-под ног. Тогда в дело вступал выработанный навык игнорировать презрение и принимать с благодарностью симпатию. Но… это. Как относиться к такому веселью, Мор даже не знал. Сближаться с кем-либо настолько в его планы никогда не входило, ни касательно законной княжны Фалмарила, ни вообще. На то были очень, очень, очень здравые причины, известные ему так же хорошо и давно, как способы защиты своего разума от лишних гостей.
"Что-то нужно с этим делать", — подумал Мор. Ему в страшных снах до Мэтерленса приходили не только ульвы, не только нежить, хотя за давностью лет, казалось бы, тот визит в бедлам при храме Творца, о котором не знала мать, но позаботился в её отсутствие остебенский наставник одарённого чада…
Во-первых, разделить себя и Даниэль. Это было просто, достаточно понять, чем обеспокоен сам, и перевести внимание… а вот на постояльцев в зале. Судя по всему, хозяин всё ещё их развлекал.
Во-вторых, отгородиться. Фалмари просто ошибается, сбита с толку, сама своих желаний не понимает. Он просто оказался рядом, не сделал ей зла (хотя это спорно) и похож на её собратьев хоть отдалённо. Она вернётся к Элиору и поймёт, что лучше ламара, к тому же такого благородного и мужественного героя, никого быть не может… если Элиор жив. В любом случае, использовать замешательство Даниэль Мор не хотел, даже если бы мог себя заставить. В голове постепенно окрепла ледяная крепость "не моё собачье дело", и зуд в спине как-то поутих.
"Не надо, не надо, не надо обо мне чего не надо думать", — тянул мантру псионик, оттягивая пальцами нижние веки до совсем жуткой гримасы в полном мелких пузыриков оконном стекле. Себе-то он мог на два счёта объяснить, как бы ни хотелось быть любимым, желанным, нормальным, отчего ему лучше не вылезать из лесов, не влезать под юбки, и как выглядит его будущее при неосторожном обращении с этим проклятым даром.
…в-третьих, плевать на издержки, но раз такие пироги – в одной комнате они больше не живут. А одеяла и места у костра и так разные.
- Ага, сейчас.
Борьба княжны со своим хвостом прошла как-то мимо, когда Мор абстрагировался, и он ощутил укол вины, что не почувствовал сразу. Точными движениями, как опытная нянька купеческих детей, у которой уже двадцать лет контракт с одной и той же гильдией, он подхватил с кровати оба полотенца, обошёл по лужицам чан и, подложив на борт одно полотенце (что ни говори, а делать их мягкими – хоть кожей обтягивать – бочкари пока не догадались, наверное, нигде), начал деву с хвостом вынимать.
И вроде всё было хорошо, по отработанной схеме, но в этот раз парня чуть ли не кидало в холодный пот и руки, обёрнутые вокруг талии девушки, чтобы не ставить синяков от пальцев под рёбрами, едва не сводило. Он чувствовал себя зачарователем, снимающим незнакомое проклятье.
"Почему эмпату не нужно сближаться с людьми? – Мы и так ближе некуда. Всегда".
Эльфы внизу вышли на улицу. Кто-то спускался из комнаты на этаж выше, потирая липкие, возможно от чернил, руки.
Мор вытянул фалмари и посадил на борт, дав выкинуть на противоположный хвост и, шепнув "держись крепче", отстранился. Непослушные руки стянули с плеча второе полотенце и пошли обтирать хвост.
"Интересно, а где у них… В чешуе или на кончике?.. Твою ма-ать!"
Полуэльф сглотнул и сосредоточился на обмахивании с чешуи воды. Не давить, не натирать, вообще желательно бы не касаться.
Дойдя до предполагаемых бёдер, где дотягивались уже собственные руки Даниэллы, он, на миг подняв глаза, молча передал полотенце. Следя боковым зрением, чтобы девушка не упала, парень нашёл чуть забрызганные легкостопые чулки-сапоги и подставил их ближе.
Книжник вернулся в свою комнату и снова писал что-то в свои книги… гримуары… не важно. Эльфов и хозяина не ощущалось даже поблизости. Пустельга чистила перья.
Эмпат спрятал лицо во влажные ладони, как больной при температуре, и, считая до десяти,вдыхал и выдыхал. У него заканчивались способы не обращать внимание.

+1

13

Даниэль раньше, когда поутихло смущения и помочь полукровки стали для неё чем-то привычным, мучилась чувством вины, не думая, что позже к этому чувству примешается что-то ещё. Из-за ненужных мыслей дурная голова усугубляла положение. Необходимость воспользоваться услугами Энгвиша поставила её в тупик между двумя надписями: «надо» и «хочется». Прикосновения, которые наивное девичье сознание могло растолковать, как одну из форм объятий, смутили её ещё больше и всё внимание фалмари сконцентрировалось именно на руках, что придерживали её за талию, чтобы в дальнейшем приподнять один не безызвестный зад, а не увлекать в… в общем, куда не планировалось и не надо. Она сделала слишком глубокий вдох, как в инстинктивной попытке увеличить расстояние между ней и его руками. Волнение зашкаливало, и девушка поймала себя на том, что поворачивает голову к полукровке, когда стоило бы следить за сохранностью своего хвоста и глупой головы, охваченной наступившей весной, в том числе. «Не смотри на него!»
Отвесив себе мысленный подзатыльник, Ланкре уперлась руками в бортик и оттолкнулась, когда Морган потянул её вверх, чтобы немного облегчить его старания. Приземлившись приключалкой на заботливо подстеленное полотенце, она вытянула хвост, привычно устроив его на втором бортике, и положила так, чтобы была возможность протереть его.  В это время ей удалось не думать о лишнем, но, как только полукровка перешёл ко второй стадии купания, всё вернулось. Даниэлла, как зачарованная, несколько минут, не отрываясь, наблюдала за парнем. Все прикосновения она ощущала через полотенце, но никогда не придавала им особого значения, не считая хвост чем-то особенным и откровенным, иначе бы смущалась и своей второй формы, в которой при Энгвише она чувствовала себя уютно и уверенно. «Ага. Особенно сейчас» Сарказм не помог. Осознав, что пялится, Ланкре отвела взгляд. Румянец заиграл на щеках. Руки настолько легко прикасались к ней, что фалмари предположила, будто парень сам не в духе от этой затеи и… «Боится причинить мне боль или смущается?»
Ланкре взяла протянутое полотенце, стараясь не касаться руки полукровки, и сильно сжала свободной рукой бортик, надеясь, что не загремит вниз. Обтираться одной рукой жутко неудобно, поэтому к процессу присоединилась следом вторая. Дан немного наклонилась вперед, излишне усердно натирая оставшуюся часть хвоста, так прогоняя мысли, но куда им деться, когда предмет размышлений находится рядом. Девушка задышала реже и старалась не поднимать глаз на полукровку. Влажное полотенце она подтянула на уровень груди, чтобы то прикрыло всё важное, когда чешуя исчезнет и хвост снова станет ногами. «Коротковато…» Полотенце прикрыло, но наклоны придётся исключить, пока она не оденется во что-то менее открытое и влажное. Придерживая одной рукой полотенце, она осторожно наступила на сапоги, а оттуда влезла уже на кровать, чтобы чистыми босыми ногами не наступать на грязный пол. Для эльфийской обуви нужны обе руки, а одна из них занята поддержанием приличия. Краснея и смущаясь дальше, Дан приподняла полотенце, чтобы мокрым не садиться на постель, притянула к себе одежду и потянулась за сапогами, оставленными у чана.

+1

14

"Какая тебе разница, где у ламаров причинные места в чешуе зарыты, кретин несчастный?"
Ну, например, чтобы не задевать, хотя раньше проблема даже не всплывала…
Пф-ф-ф!
Подростковая озабоченность заразительна, но так ведь Мор думал, что счастливо этот этап пролетел… пока чистокровные эльфы его рассматривали как застенчивый предмет интерьера тринадцати-четырнадцати лет. Оказывается, можно быть не только мебелью.
"Всегда можно стать растением без каких-то усилий вообще".
Ментор показывал ему псиоников, которые неосторожно выжгли себя, и такая шоковая терапия помогла поднять нормальную защиту, помимо осторожного обращения с людьми надолго привив мальчику недоверие к своей же врождённой магии.
Даниэль превратилась, вроде бы успокоилась, и, лихорадочно цепляясь за полотенце, перепрыгнула на кровать. Замечательно. Мор повернулся спиной, дав девушке хоть какую-то иллюзию, что её пылающие щёки для него – тайна тайн. Самого его разрывало между ответным смущением и подавленностью, которую несли с собой неприятные воспоминания. Связать что-то хорошее, но запретное с чем-то плохим и забивать в голову калёными гвоздями, пока не выработаешь привычку – особое извращённое удовольствие псионика. Самый нежный метод, которым в Остебене добрые Инквизиторы-фойрропоклонники отваживали грешников и преступников от повторения ошибок. Он был бы рад этого не знать, но что поделаешь – эмпатия – это страшнее, чем третий глаз на затылке.
Предупреждать девушку, чтобы отвернулась, Мор не стал, просто спокойно сначала снял ремень, потом стянул сапоги и штаны, расстегнул рубашку и, кинув весь ворох назад, на свою кровать, упёрся руками в борта и разом перекинул ноги. Ему не хотелось испытывать её на честность, не хотелось знать, как прозвучит его, наверняка, севший голос, потому что сухая слюна во рту уже стала такой густой, что шарики катай. Хотелось бы ещё думать, что стесняться нечего, но была свежая ярко-розовая дыра в боку, в отличие от героических бледных царапинок похожая скорее на какой-то странный нарост, который надо срезать немедля, не говоря уже о том, что и так только отъевшийся после голодных осени и зимы на материке Мор во время лечения похудел сильнее прежнего.
В чуть убывшую от плесканий гигантского рыбьего хвоста воду полукровка сложился всё равно легко, прямо с головой. На дне ногой он нашарил по видимому оброненный и подтаявший кусок мыла, который тут же выложил на так и висевшее на борту полотенце. Сам всплывать погрустневший за считанные минуты с прояснения в голове ныряльщик не спешил. Пальцы вплелись в разлетевшиеся невесомо по воде патлы, ногти врылись в виски. Из носа тихо бежала цепочка задержанного дыхания.
"Ну, давай, ещё раз: что ты будешь делать дальше? Пьянство – не выход, а откладывание проблемы".
По-хорошему, ему следовало наплевать на предписанное всем троим в Лейарисе изгнание из Гвиндерила и просто затеряться в лесах по южной границе, хотя бы на лето. Отцу и Элиору, если они живы, было бы куда проще найти их, чем им.
Воздух.
Парень всплыл, всё так же, впрочем, не отнимая рук от скрытого под волосами лица.
Гиллар, который не то ещё населён, не то – многие годы руины? Мор понятия не имел, что там за сообщество может жить, и насколько он с ними, другими отшельниками, может поладить. Даниэль была девушкой скромной, когда надо – решительной, и в общем симпатичной, она, наверняка, вписалась бы и в кочующую труппу, и на эльфийский корабль. Она – не одиночка, у которых бывают очень разные причины избегать большой мир.
Мор взял кусок мыла и быстро напрудил столько пены, что его волосы стали слегка серыми, а плечи – пушистыми, как у мифического йети. Пальцы лучника сновали быстро, как у енота, он не церемонясь вытягивал, чуть не вырывая, из волос узелки. Его ноздри щекотало забавное сочетание запаха чего-то – чего бы там ни покрывало ламаров, правда, он не знал и почти не хотел знать – с их же самодельным мылом. Не понять, на что похоже. Наверное, на какие-то соли, но Мор плавал в Альвийских водах пару раз. Вставать и натираться полностью, конечно, он не стал.
Что-то поймало рассеянное внимание эмпата, когда он нырнул, выскребая мыло чуть ли не с кожей с плеч, ещё раз.
Эльф, собиравшийся по древесной тропе, за которым Мор думал дёрнуть на север, вернулся. Его друзья вернулись. Хозяин вернулся. И всех их сопровождали новые люди. Что не понравилось парню, так это то, что первые и вторые беседовали, и он смутно ощущал, будто это касалось его. Может быть, даже Дан.
Брови сцепились на переносице полукровки. Он резко вынырнул.
- Даниэль, одевайся пока. В дорогу, – сказал он, бросив беглый взгляд из-под слипшихся от воды, но ощутимо почистевших волос, на окно. Ощутимо повечерело, влажные сумерки за окном переливались густой синевой. В удачу один раз Морандир верил, но ждать, когда к ним поднимутся и постучат в двери?..
Может, у него сдавали нервы, но он заставит девушку вылезти из окна по ближайшему дереву, чтобы не рисковать. Это законная княжна Фалмарила, в конце концов. Даже если повстанцы-затейники перебиты, её спасение стоило чего-то… Наверное? 

+1

15

Язычок ударился о широкую часть пряжки и звон, как щелбан по уху, привлёк внимание девушки. Даниэль подняла голову, отвлёкшись от обуви. Не отрывая взгляд, она потянула к себе один сапог, а следом нащупала и второй – его подтягивала уже не смотря на спину парню. Звоночек прозвенел. Вторая часть раздеваний началась. Попадать в аналогичную ситуацию, но оказаться на месте Моргана, она посчитала неправильным. Любопытство не проснулось, оставив её без приключений, но неосознанно она уделяла слишком много внимания каждой снятой вещи, полёт и падение которой на кровать улавливал чуткий слух. Она протёрла волосы от воды, но, не убирая полотенца, отвлеклась на полукровку, не из желания ответить той же монетой. След от раны, полученной в стычке с Каэлем, отбил чувством вины последнее желание думать об Энгвише в мартовском ключе. Она отвела взгляд, ещё раз прошлась влажным полотенцем, толку от которого не было, по волосам и отложила его на спинку кровати. Глупым мыслям место в чане, а не за его пределами. Тяжесть ушла, но у Ланкре в голове не щёлкнуло сопоставить одно с другим и сделать логичные выводы, она забыла о своих наблюдениях и повернулась к парню спиной, чтобы одеться.
Эльфийская одежда ей не нравилась и влезать в неё снова Дан хотела всё меньше и меньше, но привычные наряды, свойственные её народу, не подходят для путешествий. Приходится терпеть до лучших времён, о приближении которых девушка могла только гадать. Материя лёгкая и приятная на ощупь, но слишком много тканей и вышивки, в слоях которой она путалась, как малыша в куче телогреек, надетых на него излишне заботливой мамой. Их хотелось сбросить и ещё меньше надеть.
Фалмари потянулась за штанами, но, подумав, что лучше будет туника, изменила своё решение. Она прикрыла всё важное и Ланкре смело убрала мокрое полотенце, не испытывая в нём необходимости. На Моргана она больше не смотрела, собирая рыжие пряди в высокий хвост. Высыхать так будет дольше, но не оставит влажных тёмных пятен на одежде. Им некуда торопиться.
Даниэлла обернулась на резкий всплеск воды – это был второй раз, когда она посмотрела на полукровку. Его настроение ей не понравилось и навевало тревогу, но вопросы девушка не задала. Привыкла, что Энгвишу свойственны спонтанные поступки, и никогда не задумывалась о причинах, по которым он знает слишком много, включая её состояние или появление недругов, когда ничего не говорило об опасности. «Надеюсь, дело в моё чешуе, а не Мэтерленсах»
Она натянула штаны, а следом сапоги, повозившись с ними с непривычки. Мягкая ткань облегала тело, но растягивалась, не сковывая её движений – лучшее, что ей могли предложить для побегов, но фалмари упрямо тянулась к легким полупрозрачным юбкам, которые подлетаю от шага или поворота, кружась, как листья на весеннем ветру, и переливаются всеми цветами океана, играя бликами солнца. Огонёк сомневалась, что когда-нибудь сможет себе позволить пройтись в солнечную погоду по побережью и не ждать, что из-за скал покажется человек, желающий ей смерти.  От положительного к негативному мысли ускакали быстро, нагнетая обстановку. От смущения, любопытства и непонимания значительно меньше проблем, пока она не поняла, что и к чему.
Когда с одеждой было покончено, Даниэль пересела ближе к другому краю кровати и отвернулась к окну, давая парню возможность, насколько могла, выбраться из чана, не сверкая перед ней оголёнными частями тела, в особенности шрамом, отличительные признаки её не привлекали, как она думала.

+1

16

Как и все более-менее привычные дела, вытаскивал себя из чана, обтирался и одевался Мор очень быстро: руки и вещи только и мелькали. Он всего неудобства и ковыряния фалмари, казалось бы, уже достаточно отжившей в холодных землях, чтобы понять прелесть одежды, не понимал. Для него даже тяжёлая для новичка клёпанная кожа была чем-то почти вросшим в него уже много лет, как и накидка, хоть самая тонкая, хоть в самый знойный летний день. Он был родом из земель, где тепло без сырости – редкость, а солнцу не верят, удивительно ли?
Ремни наручей и жилета очень быстро встали по местам, крепко прилегая к сменной рубашке, благоразумно выстиранной накануне, но ещё хранившей где-то в себе страх ночного столкновения. Они опять упираются ночью в леса. Ничего не меняется, кроме слабого светоча, заменившего им ясную цель прошлого путешествия. С этим Дельнарисом идти нельза даже на отдалении, он торговец и за шанс получить привилегии и скорейшее возвращение к делам запросто сдаст их. Только плыть. Только на лодке.
Уже полностью одетый – и в броне, заставлявшей казаться чуть сутулую спину шире, Мор немного замешкался, оглядывая все разложенные перед ним вещи. Котелок, ложки, мех воды и большая часть еды, как водится, крепились в мешок на ремни с его одеялом. Лёгкие сменные вещи с какой-то ерундой пожевать на ходу – на Даниэль. Огниво – не выкладывал, деньги есть, плащ рядом, трос есть, карту заправил в чехол и взял, лук натянул утром… Скорее по привычке, приобретённой совсем недавно, чем по нужде, он проверил, все ли связки стрел в колчане и хорошо ли ходит в ножнах кинжал, заменивший громоздкий меч. А как вынимается из скрытого кармана в правом сапоге нож? Отлично вынимается.
"Лишних кинжалов не бывает", – припомнил полукровка шутку отца. Шутку ли. Это в десять лет кинжал казался красивой, очень взрослой игрушкой, которую можно было втыкать в чучело и кидать в мишень, чувствуя себя совсем страшным.
Но лишних ножей и кинжалов правда не бывает. Один, вовремя вынутый, может спасти жизнь. Или забрать её у угрожающего врага, что, в общем-то, одно и то же.
Приладив к поясу отстежные ножны вместе с кошелём, Мор отступил от своей кровати и повернулся к окну, мельком глянув на Даниэль. Синее-синее небо. Закат, наверное, лишь красно-лиловым хвостом ещё красил моря. Парень подвинул столик с пустой посудой и попробовал открыть. Как и закрывалось, открывалось окно очень хорошо.
"Это ещё не пошла летняя влажность", – подумал рейнджер, вдыхая прохладный воздух. Его волосы, ещё очень влажные, мигом напитались ей, грозя завиться ещё сильнее и сбиться в один большой клок, но когда полукровку волновала его внешность?
Второй этаж был вторым, но довольно высоким, да и внизу, между землёй под домом и деревьями, ещё днём парню запомнился небольшой каменный скат. Прыгать было бы больно даже ему.
Он взял моток троса с крюком, и, перевязывая покрепче узел, повернулся к Даниэль.
- Двери для дураков, – безапелляционно, просто с каменным лицом, чтобы ни дай боги никто не подумал, что это он отшучивается, не желая объяснять, почему они бегут в окно как воры, заплатив за вчерашний простой и еду сегодня, сказал Мор. Вышедшая из сонного транса пустельга поддакнула с угла оконной рамы.
- Ты вперёд, или покидаешь мне вещи?
Не будь псионик занят куда более насущными проблемами – новыми гостями внизу – он бы предложил, наверное, магию, но так он только исходил из собственных возможностей. Его ментальные способности были далеко-о не безграничны.

+1

17

Спешка – плохой знак. Даниэль осмотрелась, наивно полагая, что сможет рассмотреть причину вынужденного бегства, ставшего неотъемлемой частью её жизни под крылом полукровки. Ничего интересного, что могло бы натолкнуть на мысль, она не нашла, а вопросы привыкла оставлять на лучшее время, когда не будет необходимости сбегать под покровом ночи. «А такое вообще возможно?»
Она надела плащ, перепроверила застёжку, чтобы та надёжно держалась и не расстегнулась в самый неподходящий момент, лишая источника тепла. Весна – не лето, на улице, особенно ночью, недостаточно тело даже в родных краях, а жаться друг к дружке – не дело. Девушка собрала часть вещей по мелочам, ускоряя упаковку, которую начал полукровка. За время путешествия с ним поняла, что делать всё нужно как можно быстрее и без разговоров. «С молчуном поговорить толком и не о чем» Их последняя попытка провести вместе время, не считая беготни от короны, закончилась убитым на её глазах зверем, а уроки стрельбы, которые ей навряд ли принесут пользу, отложили на неопределённый срок. «Если мы вообще когда-либо к ним вернёмся»
Поправив сумку, чей вес значительно отличался от груза, который приходится таскать на себе, как ишаку, Энгвишу, Дан подступила к окну, но не из инициативы лезть напролом и кидаться во все тяжкие, не спрашивая что, куда и как.
- Заболеешь же.
Она посмотрела на его мокрую голову, но не коснулась волос, оставив руку в пяти сантиметрах от пряди. Не время и не место для заботы и внимания. Фармари перевела взгляд на улицу, бросив нелепые попытки добиться идеала в полевых условиях. К ним это не относится. Сбегать под покровом ночи – это так в их духе! Даниэль взглянула вниз. Земля прыгнула перед глазами и закружилась вместе с карнизом. Страха перед высотой у девушки никогда не было, а вот упасть, не удержавшись, - проснулся как миленький и потребовал на полшага отойти от оконной рамы. Время для решительности, которой не было. Ланкре неосознанно от волнения покусала нижнюю губу.
Вопрос полукровки напугал её ещё больше. Девушка замотала головой и отошла ещё дальше. Перспектива выйти через дверь и ползти вдоль стеночки нравилась ей больше, но кто её спросит, когда дело доходит до срочности?
- Ты первый. Я.. покидаю.
Уверенности в её голосе не прибавилось, и Даниэлла была уверена в том, что не прибавится после, но обещанное она выполнила – передала парню вещи. Вторая отговорочная причина, по которой она осталась наверху и пропустила его вперёд, девушка не знала, куда и что ставить и как вообще браться, чтобы спуститься, как полагается, а не загреметь вниз с высоты второго этажа. Она внимательно следила за действиями Моргана, но ещё больше пугалась, набравшись смелости, когда заиграло воображение и ей показалось, что ключ зашелестел в замке. Пугливо оглянулась и вздрогнула, услышав насмешливую трель пустельги, выпорхнувшей в окно.
- Я не трусиха, - тихо буркнула и, хотелось бы ей закрыть глаза, полезла вниз, крепко вцепившись в трос, как в последнюю спасительную лодку, и начала спускаться вниз. Огонёк вся сжалась и смогла разжать руку и отпустить трос не сразу, пребывая в лёгком оцепенении. Купаться в страхе, девая всё, что тебе не свойственно, не в её духе. «А кто меня спрашивал?» - Откуда… - она запнулась, сглотнула, и бегло посмотрев на окно, где, как ей показалось, замельтешили силуэты, повторила попытку, - откуда ты знал, что что-то пойдёт не так именно сейчас?

+1

18

Мор покачал головой. Что ему сделается? Вот без еды и дичи по северным склонам пределов полмесяца чуть ли не бежать, чтобы подсесть на какое-нибудь судно в устье и уплыть, не попавшись за… за дела, конечно же, небольшие, но всё же дела – это было плохо, особенно под конец, когда и наспех зашитая плохо обработанная рана на лице нагноилась, и болезни все разом повылезли – скинутому с корабля в Анвалоре оборванцу очень повезло нарваться на отца.
- Хорошо, – закрепляя крюк, чтобы тот выдержал его вес, но не ушёл глубоко в дерево, сказал Мор. Он ещё раз посмотрел на вещи и всё-таки перекинул ремень с колчаном и луком через плечо. Волка кормят ноги и клыки, лесничего – выдержка и охотничье оружие. Кидать старый и верный хозяину трофей было нельзя, слишком добротный лук, даром что сделан не эльфами, а ульвами.
- Если что – не бойся, я снизу словлю, – последний раз дёрнув верёвку, уверил девушку полукровка и, ловко перекинув ноги, стал спускаться по покрашенной, но не однородной всё-таки стене. Руки без перчаток горели, но ему нужен был не скользящий захват.
Сигнал, что оказался на земле, парень подал глухим птичьим токаньем. Он заранее прощупал камень под ногой и землю, покрывающую его, чтобы увериться, что не съедет вниз вместе с ними.
Но Даниэллу ловить не пришлось: кажется, она уже сама физически начала приспосабливаться к почти каждодневным переходам, а отдых в Вервоне пошёл ей на пользу больше, чем… ну, жалеть себя всегда время будет.
"Отлично обманул себя, какой я молодец".
Мор взял повисший трос и быстрыми резкими рывками пустил волну, чтобы он отцепился. На третий манёвр крюк, процарапав по побелке, грохнулся в двух прыжках от них, как хороший такой снаряд. Насмерть можно ударить ведь, и правда.
На ходу скатывая верёвку в моток и пытаясь не дать съехать с плеч и даже локтей сразу двум подобранным походным свёрткам, он указал фалмари отступить с ним по каменному спуску, под сени кустарников и деревьев. В распахнутом окне играли их не погашенные свечи, а присутствие играло пока глубже внутри. Может, на лестнице. Эге, засов-то был изнутри, и упал совершенно случайно, когда хозяин с обслугой уходили!
Немного порадовавшись тому, что им вот прям сию секунду не сядут на хвост и в спины стрелами и магией не начнут палить, Мор посмотрел на едва вырисовывающееся очертания лица девушки и с лукавыми глазами ответил:
- А это дар такой! Пошли.
Ни разу не сорвал. И мораль: хочешь замолчать что-то – делай суровую и пафосную физиономию, вынужден говорить правду – шути, чтобы быстрее забылась. Мор искренне не хотел рассказывать девушке, что он такой хороший потому, что родился эмпатом, и знает он куда больше, чем им обоим хотелось бы. Из сегодняшнего дня, например.
Им даже не пришлось далеко ходить: в Фалмариле на каждом шагу ручьи и речки, а рядом с деревней тянулась одна достаточно полноводная с заводью, чтобы по ней ходили лёгкие лодки. Под тенью деревьев, всматриваясь в окна гостеприимной таверны, они обогнули весь её задний двор и вышли как раз к началу изящных, сколоченных добротно и тонко причалов. У начала деревянных настилов, освещая лодки вытащенные на берег и покачивающиеся чуть в отдалении наплаву, горели огни, но никого не было. Ни сторожа, ни собаки.
"А что ты хотел бы от простой и мирной деревни?" – подумал про себя Морган и, приметив у ближайшего навеса два тонких отреза светлой древесины, их взял.
- Теперь лодка… – прошептал он, оглядывая все и прислушиваясь к чувствам. На зачарованных вещах оставался, обычно, какой-то след. Но он не чувствовал ничего, или, скорее, был слишком занят отдалённым ощущением досады и растущей паники. Интересно, сможет ли он накрыть заклинанием не только себя и девушку, но и целое корыто в ночную темноту, или всё превратится в соревнование гребцов и водных магов на скорость и вёрткость? Не хотелось бы.
- Ткни пальцем и мы исчезли, – быстро шепнул он Даниэль.

+1

19

- Какой дар, Морган? – Даниэль напряглась. Она знала несколько типов магов, которые обладали особыми способностями - они давали им слишком много власти в этом мире, как ей думалось. Провидцы знали наперёд многое и предупреждали иногда за годы о том, что их ждёт. Таких отец Каэля часто приводил во дворец и, скрывшись за тяжелыми дверями, долго их расспрашивал. Сколько длились такие встречи, столько и был зол владыка. Есть и предсказатели слабее. Им дар помогает слабо, выигрывая обладателю минут десять или меньше. Фалмари не знала, что конкретно имел в виду Энгвиш, а сама не обладала способностями, которые могли бы ей помочь узнать правду самостоятельно. «Сомневаюсь, что дело в предвидении»
Второй вариант, который она знала, - телепатия. Чтение мыслей полезное умение. Благодаря нему всегда можно вовремя сделать ноги или узнать, о чём думает твой собеседник. Удобно, когда дело касается сделок или необходимости узнать, где прячется что-то важное. «Если это так, то…» Ланкре покраснела до самых кончиков ушей. «У меня дёргается глаз и открыт рот?» Она не смогла связать слов, не зная, что говорить. Мысли, посетившие её во время купания, девушка считала непростительным откровением и искренне надеялась, что полукровка не копался в её голове.
- Скажи, что ты не телепат… - Дан умоляюще посмотрела на парня. Он мог ей солгать, и она никак это не перепроверит. Об эмпатии девушка, не имевшая предрасположенности к псионике, не подумала, а этот вариант звучал ещё хуже, но она этого не знала, не умея разчивать все чувства и ощущения по причине незнания.
Огонёк спустилась вниз, чувствуя знакомое напряжение в мышцах. За несколько месяцев она перевыполнила норматив физических нагрузок любого ламара за год. Гражданского. Военные попадали под другую категорию, но и им не приходилось столько издеваться над своим неприспособленным к долгим и трудным переходам телом. Вплавь она бы точно добралась до нужного места быстрее Моргана и потратила в разы меньше сил, но плавать по болотам одной, чтобы не то задницей в трясину, не то этим же местом в мэтеленский мешок… «А перспектива, я скажу тебе, так себе»
Даниэлла вела себя тихо. Разговоры опять пришлось отложить до лучших времён. Получить достойные ответы фалмари не надеялась. Её тёмная лошадка, как жрец, дала обет молчания и тихо жевала овёс, не думая поделиться. Они многое вместе пережили, чтобы из-за недомолвок потерять доверие и разойтись, не достигнув цели. «А хочу ли я знать правду эту?» Мысль о способностях к эмпатии её не прельщала. У неё в голове куча ненужного хлама, а после голых игр перед бочкой – втройне. Мало ли, какие у него после этого соображения появились. «Какие появились, такие и верные, он же мои мысли читал!»
- Это неправильно, - тихо шепнула девушка, беспокойно юля возле причала. Идея красть чужую лодку ей не понравилась. Ланкре, ещё ничего не сделав, испытывала угрызения совести. Вдруг этот человек кромную монету за лодку отдал и только ею жил? Что если они отбирают у него последнюю возможность заработать и прокормить семью?
Даниэль остановилась, тяжело выдохнула, как перед ещё одним прыжком с высоты. В таверне её трос страховал, а тут надейся на плащ, который ещё и может не сработать. «А совести что сказать?»
- В смысле «ткнуть»? – удивилась фалмари и удивлённо посмотрела на спутника. – Куда? – непонимающе захлопала глазами, раздумывая, куда ткнуть. Мужчины… лишь бы говорить загадками. Прямо надо. Прямо! Как попросил, так и сделала, ткнула, но не на любую из приглянувшихся лодок, а в грудь ему.
- Эй! Вы что здесь делаете?
Ланкре подпрыгнула, как испуганная пичужка, но, в отличие от пернатой, улететь не могла. Им на встречу, размахивая фонарём, быстро шёл мужчина средних лет. По-видимому, хозяин одной из лодок или сторож, которого они раньше не заметили. «И что теперь делать?»
Девушка бросила быстрый взгляд на окна таверны, подозревая, что недруги соберутся на представление, услышав шум, а значит действовать надо как можно быстрее и на уровне инстинктов. Она быстро сунула руку в кожаный мешочек на поясе, не разбирая, сколько пыльцы набрала, и дунула её в разгневанного ламара. Он резко остановился, словно Дан его огрела веслом по морде, подкорректировав физиономию, сладко зевнул, причмокнув так, что она ему позавидовала и сама захотела крепко уснуть, нежась под тёплым одеялом, а потом рухнул мешком картошки и от души захрапел. «Не знаю, как его крик, а храп точно полдеревни сюда созовёт»
- Простите, - виновато пискнула фалмари, сжавшись, и поспешила к первой попавшейся лодке, не думая, что переквалифицируется из благородной княжны в подлого воришку.

Заклинание Сонный порошок (70)

+1

20

Мор закатил глаза. Вот не хотел, не хотел, не хотел – Фойрр за язык дёрнул побыть хорошим честным парнем.
- Нет, я не телепат, – спустя паузу, ответил он Даниэль. Голову не поднял и не повернул, подтверждая слова чистым взглядом невинных глаз. Каждый его жест, каждое его слово должны, наверное, были намекнуть, что говорить о своём проклятом даре, который, если бы знал, что поможет, давно выцарапал бы из себя с глазами, выжег с языком, выскреб с перепонками в ушах… А ведь у него какое-то время были именно такие настроения, особенно после прогулок по Лунным землям.
Но ведь Даниэль не обязана читать намёки и всё понимать, верно? Она – нормальная. И пусть счастливо такой остаётся, наедине со своим неиспорченным извне вожделением, миром в центре себя, смущениями, девичьими проблемками, перепадами настроений из-за игры своей крови.
Вот где проявлялся сам Мор – на паранойю и всяческое недоверие в нем поднималось лёгкое раздражение и даже тихая злоба. Что он, виноват, что хоть изредка пользуется так задорого доставшейся и отнюдь не желанной способностью, чтобы спасать чужие шкуры, и снова, и снова, и снова?
"А ещё чаще – спасать свою", – в отместку за ядовитые мысли сказал он себе.
Полукровка остановился, закрыл глаза на секунду, крутанув в руках мельницей сложенных вёсел. Вдохнул. Выдохнул. В памяти его сразу всплыли чёрно-белые суждения примитивно мыслящих людей, которых он накушался ещё в детстве в Остебене, чувствуя в каждом третьем лукавство. Фалмари в своём полярном мышлении о моральном и аморальном была искренней. Но Мора всё равно эта мания наставить ему палки в колёса раздражала. Каждый. Долбанный. Раз.
Хотя она ведь и не представляет себе, какое влияние имеют её сомнения.
"Не стреляй в Мэтерленса, говорили они", – поморщился он, не столько от тычка пальцем, сколько от преследующего момента.
- Хорошо, Даниэлла, вот тебе правильная альтернатива, – процедил сквозь зубы Мор, глядя на бегущего к ним местного, но из-за резкого приступа уныния и апатии не реагируя на него видимо практически никак: – нас ловят и вешают, потому что это то, что "правильно" делать с врагами власти.
В голове полукровка пытался собрать хорошую сбивающую с толку иллюзию. Но не успел. Сплюнув, он пробежался по пирсу к самой дальней пришвартованной лодке.
- Сюда, здесь узел слабее, – прошипел он спутнице, быстро скинул под крик пустельги вещи за стоящий на перекладине почти погасший фонарь, спрыгнул на заходившее дно и быстро стал отвязывать канат. На краю его восприятия и так роилась и выясняла, что делать, братия. Какое счастье, что ламары куда более довольны жизнью, чтобы наспех ведьм не вести с заломанными руками в город и не жечь, не разбирая дела. Ему лучше.
Ему лучше…
Едва сев на место у носа, парень быстро задул фонарь, поправил канат под ногами, и достал одно из вёсел, чтобы толкать лодку. К счастью, ему было легко нашарить неглубокое илистое дно заводи, и горящий клубок аур стал стремительно отдаляться. Переложив вёсла в уключины, он сделал несколько широких гребков, ещё не разбирая пути, а потом, отпуская ману, оставшуюся от несбывшегося заклятия, наложил на лодку морок естественного плавучего острова. Мало ли таких в краю, где часты трясины?
Наконец, бешенная скачка сердца, несмотря на работу руками, немного его отпустила, и он стал даже замечать помимо линий зарослей и заторов на камнистых порожках в сумерках другие вещи, своим тем чутьём. Как снова свернулась спать в его капюшоне пустельга, как синее небо в проталинах крон становится чёрным в серебряную крапинку, как ему самому хочется спать… И как нехорошо он опять манипулировал вверенной ему княжной, заставляя делать невообразимые для неё вещи. Только вот желание оправдывать свои поступки пропало. Какая разница, если она теперь может в любой момент начать его донимать, что с ним не так?
Всё с ним не так. Он не отдохнул толком от событий полугода, как судьба гнала его непонятно зачем непонятно куда вновь.

Использовано: Иллюзия.
В процессе умер спать.

Отредактировано Морган (2015-04-11 02:24:30)

+1

21

Все беды от бочки. И гормонов. И мыслей. И дурной головы. Даниэлла почувствовала себя щенком, который погрыз хозяйские ботинки и выслушивал ругань. Моргану не нравились вопросы и недоверие, но последнего не было. Она пыталась разобраться. Тайны и недомолвки ей не нравились и, живя своими простыми идеалами, она считала, что доверять должны оба, а не кто-то из двух, если она ему нужна, а он нужен ей по разным причинам, конечно. Чужаку не объяснишь всех обычаев и традиций ламаров и не докажешь, что высший знак «чешуйчатого доверия» - это демонстрация второй ипостаси, помимо других моментов связанных с этим.
«Кракен с этим всем..» Девушка отвлеклась на ламара, которого своими руками пришлось убрать с дороги, а потом сесть в ворованной лодке. Вопросов она больше не задавала. Она вообще больше не говорила. Желание пропало. Фалмари заглянула в мешочек, проверяя, сколько осталось пыльцы. Таким добром не стоит разбрасываться направо и налево. Цветы распустятся нескоро, а пополнить запасы в это время года дорого. Завязав мешочек потуже, Ланкре закрепила его на поясе.
Занять себя нечем. Девушка смотрела на болота. После того, как они потеряли из виду последние огни деревни, пейзаж стал однообразным и скучным. Фалмари помнила, как сама рвалась на болота в начале своих приключений, ещё не успев столкнуться с Мэтерленсом и угодить в события, прямо связанные с княжеским переворотом. Ещё одним. Первый она благополучно не помнила – была слишком маленькой, чтобы в голове остались воспоминания о кровопролитии и бесполезных смертях. О посиделках у старого менестреля она не забыла, но мечтать о безобидных приключения во благо двух народов – бесполезно. Она не может позволить себе подобную роскошь, когда знает, сколько воинов и, возможно, мирных жителей полегло ради её восхождения на трон.
Даниэлла легла на сидении на бок, подогнув свисающие ноги. Капюшон чуть спал на лицо. Спать ей не хотелось, но это была единственная возможность не забивать себе голову и заняться чем-то полезным помимо заклинания, которое она пустила в ход, чтобы не чувствовать себя виноватой за бездействие.

Гребли (70)

эпизод завершён

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [29.03.1082] Про цены на лодки и налог на воздух