Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре июль — август 1082 год


«Тайна забытого города»

Ритуал очищения и освобождения прошли успешно. В Зенвуле больше нет ни призраков, ни нежити, ни тёмной энергии. Экосистема города возрождается. В него вновь возвращаются звери и птицы. Проклятое Древо Костей в центре города полностью уничтожено, на его месте теперь стоит Страж-дерево. Болезнь Роза немёртвых полностью не исчезла, но теперь новых заражений не будет. Пока дух всё ещё в теле смертной девушки и мир полностью не очистился от тёмной энергии, которая растянулась далеко за пределы Остебена, болезнь останется.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Жатва»

Войска столицы направляются к городам-близнецам, чтобы дать бой Культу Безымянного и освободить Атропос и Акропос из-под гнёта культистов. Культ сдаёт Атропос без боя и стягивает силы к Акропосу, где разгорается полномасштабная битва. Первые Ключи из Силентеса активированы, что провоцирует Мёртвое древо поднять новое войско нежити и уничтожить всё живое, что есть на материке.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Джошуа Элиор Лангре Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [13.03.1082] Стервецы и пепелища


[13.03.1082] Стервецы и пепелища

Сообщений 1 страница 23 из 23

1

- Локация
Лунные земли, Волчий лес, где-то. Пасмурное утро с моросью, с прояснениями после полудня.

- Действующие лица
Рейнеке (Кайлеб Ворлак), Авель, Лина Ли

- Описание
Предыдущие эпизоды:
[13.03.1082] В любой непонятной ситуации мочи врага огнём!
[13.03.1082] Лес, ночь, двое и полная задница!

В воссоединившемся отряде спасителей Райлега Уайтсноу, по утверждениям всех очевидцев - ныне мёртвых - уже окончательно поехавшего крышей и, вроде как, без особых пыток, разлад. Дочурка чем дальше, тем менее адекватно себя ведёт, Авель недоволен и нарезает круги туда-сюда, не имея ни зацепок, ни веры в спутников, а маг и нянька Рэй вроде и помогает, но тоже уже не ощутимо. Ночную перепалку отложили до утра, чтобы совсем не отдыхавший в своих таинственных делах вчера плут мог поспать, а залитые зельем раны вампира и драконицы - затянуться. И вот оно, благоволящее вампирам хмурое утро, сменившее ночь без больших происшествий, дымящийся после стихшего пожара лес, припасы в авелевой сумке и вопрос: что делать?

0

2

картинка странного сна

http://fc07.deviantart.net/fs70/i/2014/324/5/9/bleeding_mind_by_chriscold-d871vtw.jpg

Снилось Кайлебу что-то невнятное, но для ночёвки где-то не пойми где, завёрнутым на корне древнего дерева в одеяло, он не мучился привычным кошмарным бредом. Или ему просто хватило кошмара в начале дня. То есть ночи. То есть вампирского дня.
Снилось Кайлебу что-то очаровывающе-ирреальное. Он точно запомнил ощущение, как тянется, несмотря на нестерпимый жар, к сфере цвета плавленной меди с золотом, как его кожу нестерпимо щипет, но пока не прожигает, как его глаза исходят жгучими слезами, прочерчивая красные с белым сожжённые дорожки по коже, но пока не вытекают, и он всё ещё видит этот жар, белый, даже сквозь веки.
- Пора встаньки-встаньки, Варлок, а то опять на солнце обгоришь, веснушки будет не видно!
А потом он проснулся, чувствуя боль на пальцах и лице. Мир всё ещё принимает его как вампира, а кожа вампира ненавидит даже не просачивающийся сквозь облака солнечный свет. Щурясь и морщась, Кай опустил голову, колющее ощущение награждало его за каждое случайное прикосновение кожи к войлоку или натяжение. Порывшись в сумке, маг достал оттуда свою маску, надвинул на голову капюшон и, потерев красноту на пальцах, всунул их в перчатки. Легче не стало. Страшно хотелось пить. Кровь.
- Твою мать... - скривился под надетой на лицо маской лжевампир. Мир вокруг, несмотря на серо-сизый смог, туман и неяркость раннего часа, казался чужовищно светлым, даже более светлым, чем тогда в Родном очаге. Не то он и правда прирастал к своей личине, как виал с кровью и чарами Глациалис прирастали к нему, и тогда пора завязывать с игрой в талантливого мастера правдободобных перевоплощений, не то кажется, как всегда, в сонном утреннем бреду...
- Ворон, - позвал Рейнеке, с помощью задеревеневших мышц пытаясь вылезти из своего свёртка. Пока безуспешно. На хриплый зов ответа не было слышно. Отдых, пусть и пополнил запасы сил, спадал с него, как ржавые оковы, оставляя неприятные ощущения по всему телу. Во рту, как водится с такого сна - кошки срали.
- Тебе не двадцать и не двадцать пять, Варлок, чтобы продолжать на земле спать.
- Я уже заметил, спасибо.
- А дальше будет только хуже, и столько дел можно успеть, пока ты возишься с клыкастыми!

Цепляясь за гладкий, похожий на кость больше, чем на дерево, ствол кедра, некромант поднялся и даже сложил одеяло готовым для закатывания прямоугольник, который повесил пока на руке. С трудом не наступил на драконицу.
Кажется, под утро бравые дозорные залипли в дрёму оба: что Авель, никак не в силах побороть натуру колобродящего вечером и ночью вампира, что Лина Ли, которой вообще, домашней девочке, в новинку приключения и испытания - что говорить о дозоре на рассвете, когда в тишине надо вглядываться и вслушиваться в дым и туман, сохраняя молчание для спящих спутников целыми часами? Тут и песенкой пахабной себя не развлечь, а это уже граница "умереть от скуки можно"!
Кай обвёл уступ у кедра сонным и подслеповатым взглядом, ища немногие уцелевшие припасы, большая часть которых тащилась на бастардовой спине. Ремни для одеяла обнаружились у кострища, а вот сумка была под спиной спящего, привалившись со стороны склона, где темнее, и надвинувшего капюшон на нос Авеля. Лжевампир осторожно перешагнул, медленно подкрадываясь к единственному возможному месту размещения крови и жрачки, но когда нагнулся, чтобы выдернуть сумку из-под благородного зада, замешкался.
[AVA]http://i.imgur.com/xCqUxx7.png[/AVA]

+1

3

Сон, пришедший к рассвету, успокоил бастарда. Хорош всё-таки совет: проспись и подумай ещё раз. Даже если в новый путь предстоит отправиться в самые сонные часы твоего естественного цикла и, возможно, сражаться тоже придётся.
Спал Авель, подложив на жёсткий ствол не сильно мягче, но всё-таки кожаную сумку, завернувшись в плащ, оттянув по пальцы рукава, и обнимая верную глефу. То, что единственное уцелевшее их одеяло отобрал под предлогом усталости Рейнеке поначалу раздражило бастарда, как и каждое второе слово прихвостня Глациалис в тот день, начиная с момента, когда он зашёл с балкона с похищенной сестрой, но вскоре сменилось на понимание. Обращённый вампир, более хрупкий и пренебрегший плащом ради свободы движений в одной тёплой куртке, рисковал действительно остаться без маны наутро, истощённым и бесполезным бременем. А ведь он, маг, действительно мог по узам крови отыскать Райлега! Фойрр хитрый!
Что до Лина Ли... Авель решил, что дракона, возможно, просто стоит оставить в покое и не грызть понапрасну за истирическую жестокость, которой она отвечала враждебному миру. Они двинулись искать её отца, потому что девушка имела лишь смутное представление, что может ждать её в дороге, а Авель понимал, что ей понадобится защитник. Им всем нужен защитник... Элен, которая осталась в ледяном дворце, теперь даже больше. И ему, герою, руки которого всегда были смягчены, пока он не покинул столицу, а теперь обветрились и покрылись грубой шелухой по краям подушечек пальцев. Кабинетный стратег и дуэлист, но никак не приключенец. Самооценка, катись... в Кабалу. И дальше.
На рассвете сон вампира, обычно, глубокий, но со своими оголёнными нервами Ворон спал чутко, точно на ножах. Его ухо не сразу уловило движение, но стоило чему-то приблизиться - он распахнул глаза и ощерился глефой прямо...
Рейнеке в белую деревянную маску, прямо в малозаметный стык двух частей промеж глаз.
- Что? - опуская оружие, вместо более враждебного, но крутившегося на пересохшем языке "шутить со мной вздумал?", спросил вампир. Тут же он встрепенулся и, глянув в белые небеса, встал, стряхивая сонный озноб.
- Лина Ли, - позвал он, поднимаясь на уступ и хмуро косясь на разводы смрадной отравленной Розой немёртвых крови. - Подъём, утро наступило!
Бодрящиеся нотки в интонации, явно подцепленные у плута, казались Авелю в собственном голосе такими неестественными и чуждыми, но он чувствовал острую потребность иначе начать ненавистный вампирам световой день. Он подошёл к девушке, подхватив приставленныц к стволу дерева рядом валик одеяла, и внимательно посмотрел на неё. По сравнению со встречей в Мирдане дракон казалась ему зеленовато-бледной, осунувшейся, нездоровой. Странно и тревожно лежали тени на её экзотически-красивом лице. Или так на неё действовала рана, или весь этот проклятый край ополчился на них?
- Как себя чувствуешь? Как рука и порезы? Стянулись?

+1

4

Странно, но красный дракон, просидевший с Лин во сне всю ночь, так и не произнес ни слова. Не подшучивал, не смеялся, не упрекал, не злился, не заливал все вокруг кипящей главой, как все те дни, которые компания путешествовала по Лунным землям. Это уже больше походило на ее отца, сильного, гордого, уверенного, с алыми всполохами демонического пламени в глазах. Он раскрыл пасть, произнося не своим привычным хрипловатым баритоном слова:
- Лина Ли, подъем, утро наступило, - хотя и не менее знакомым голосом.
Дракон распахнула глаза, рывком поднимаясь на локте. Помогала, фокусируя взгляд и возвращаясь обратно в несахарную реальность. Отец испарился вместе с ее сном, хотя несколько мгновений ее не оставляло ощущение, что он сидит за ее спиной, но так и не осмелилась обернуться, зная, что встретится глазами только с пустотой.
- Я встаю, встаю, - сдержав горький разочарованный вздох, ответила она. Не то, чтобы она была не рада видеть своих спутников, просто было лицо (или морда) видеть которую девчонка была бы рада гораздо больше. Вот куда ж его занесло?! Лин тяжело поднялась, выпрямилась, что хрустнуло в пояснице и где-то в плечевом составе. Ночевать на земле было уже привычно, но бедная спина никак не хотела мириться с этим. Девушка как могла затянула одной рукой пояс, удобнее устраивая клинок, с которым она обнималась всю ночь и который уже стал для нее лучшим другом, товарищем, да что там, уже практически мужем.
Внезапно приблизившийся Авель едва не заставил дракона отшатнуться, сама не зная от чего. Он так пристально рассматривал ее, что девчонка не выдержала, отводя взгляд в сторону, за его плечо. Что?! Она не чувствовала того сильного раздражения, почти трансформировавшегося в ненависть вчера, когда они были уставшими, ранеными, окровавленными, побитыми, точно уличные псы. А эта жуткая обстановка вокруг - пустоши да леса с искривленными, точно от нечеловеческой боли деревьями, утягивала за собой грузилом на шее в темноту, мрак и отчаяние. Но что ему сказать? Извини? Это логичнее адресовать тому бедняге, которому Лин перерезала горло. Нет, она не жалела, трактирщик, зараза такая сам напросился. Возможно, и сам хотел умереть.
- Ну... я... - дракон не совсем ожидала вопроса о своем самочувствии. Упрек и мрачный взгляд ее удивили бы меньше. - Гораздо лучше, чем вчера.
Царапины и разодранная стрелой рука причиняли уже не так много беспокойства. Вливание в себя литров омерзительных зелей в какой-то степени помогло.
- Кисть так быстро не заживет, - передернула плечами девушка, аккуратно потянула за кончик бывшего шарфа, затягивая перелом сильнее. Она и в дракона не рискнет превращаться, ибо посадка на три лапы чревата очередной просекой.

+2

5

- Жрать хочу, что! - сказал сквозь маску на лезвие мужчина. Интуиция не подвела, вовремя остановился, иначе получил бы себе звезду кровавую во лбу, вдолбленную в череп, или глаз лишился. Или головы... - Дай сумку.
И Кайлеб забился в тень, подальше от света дня, чтобы поднять маску, стянуть снова перчатки, и немного поднабить пустой желудок вяленым тунцом, сухарями и сушёной черникой. Где б ещё такой царский паёк они могли достать, как не у любящей авелевой мамочки? И кровь.
Маг замер, разглядывая большой мех и свою же - вторую, чёрную с белым узором, ныне вобравшим в себя охлаждающие чары - флягу. И ссыпал чернику с ладони в мешочек.
- Поздравляю, чемпион, - насмешливо заметил Четвёртый. - Ты - мы все - по сути каннибал. Я даже не знаю, что более мерзко: это, или то давнее пари, что сожрёшь ногу ульва, которое, к счастью, так и не состоялось?
- Вампирам нормально и мне ничего
, - ощерился Варлок. Вообще, конечно, не нравилось. Для Кайлеба вкус крови был не только не слишком приятным - он заставлял вспоминать разное, чудовище рваться наружу, а Первого - тревожно ворочаться.
"Приятно подавиться", - сказал себе, дёрнув вытянутыми в полосочку губами, некромант и глотнул из фляги. Железо и железо. Закрыл глаза.
- Мерзко землю из-под ног чьих-то жрать, - положил ему на плечо руку Пятый, тоже появляясь призраком на краю круга света. - И валяться, себя всю жизнь жалея. И - ну ты же помнишь? - сколько в мире табу и сколько из них по-настоящему опасно нарушать?
Кайлеб закрыл сумку, пробежавшись глазами по всем оставшимся бутылькам зельев, которые заготовил и в которые заботливо добавил по капле драконьей крови, чтобы получить лучший эффект. Интересно, Лина Ли так же относилась бы к тому, что стала себе же самой - и всем им - лекарством, как неизвестный раб Глациалис к тому, что просто иногда был едой? Или, быть может, его осушили полностью? Нет, иррационально, даже при всей безрассудности Виан. Насколько мог судить своим чуть обострившися нюхом Кай, это была хорошая кровь.
Подпитку лжевампир закидал черникой и залил водой, смакуя на наконец-то повлажневшем после сна языке кислый вкус. Почти компот - отличное начало для хренового дня непонятно где с очень туманными перспективами!
- Ворон, ты орёл! - услышав переговоры, вмешался Рейнеке. - Уж прости за каламбур.
Лжевампир снова натянул перчатки и опустил маску, чтобы выйти на белый свет. Если бы не слишком сильные чары, которые заставляли его и света бояться, и в темноте видеть, и кровь даже пить, он бы, конечно, лыбился сейчас, как положено язвительной дряни, во все окровавленные ягодами зубы. И ногтём меж них ковырял.
- Драконы не шибко быстрее людей восстанавливаются, между прочим! Так что даже с зельями от орлицы полётов не жди.
"А вместе вы голубки. Были. Сплыли. Хах!"
- Кстати, еда - мы захватили даже сушёных ягод, - положил на землю перед ними сумку Рэй. - И план на день таков: сначала чешем до деревни, смотрим, есть ли следы выживших. Вырезаем. В ближний не лезем и выжигаем магией, в твоём случае, - взгляд на драконицу. - Дальше до убежища ковена. Рыскаем по нему хоть весь день, пока в отсутствии тайных ходов и дверей окончательно не удостоверимся. Желательно - найти что-то, что делал Райлег, что принадлежало ему и только ему. Чешую необработанную в хранилище, например, пузырёк с кровью - хоть подтирку для жопы!
Маг прочистил горло.
- Я мог бы использовать что-нибудь от тебя, Лин, но точность заклинания, которое стоит дня отдыха, которое можно заменить капелькой смекалки и парой часов поисков... И к которому я всё равно не готов сейчас.
Под маской вампир с весёлыми глазами изображал немного неловкую улыбку. Увы, маска нещадно обкрадывала Кайлеба на богатую мимику, отчасти именно так и превращая его в Рейнеке.
[AVA]http://i.imgur.com/xCqUxx7.png[/AVA]

+1

6

- Ясно, понятно, - кисло ответила Лин на незатейливый план приятеля, которому, они, собственно, и следовали последнее время. Пошарилась в сумке в поисках более-менее приличного съестного. До этого момента она была сыта по горло Лунными землями или думала о более возвышенных вещах: доме, семье, матери, отце, всеобъемлющей любви и дружбе. Кирин с удивительным усердием впихивала в голову дочери истины о всепрощении и мире, что разрыв шаблона был убийственно болезненным. Увы, но вчерашняя озверевшая толпа гналась за ними не для того, чтобы заключить в горячие объятья. Как теперь склеить две полярны вселенных в собственной голове, девчонка не знала. Жестокость и кровавые реки Лунных земель были всего лишь одной из сторон реального мира, а сколько их еще? Лин бы книгу написать: "Утраченные надежды". Хотя нет, кто-то уже писал что-то подобное, правда, все всё равно продолжали наступать на одни и те же грабли.
Девчонка отыскала в глубине маленькую сушенную рыбу, умудрившись запихать в рот полностью, что торчал только кончик хвоста. Похрустела, раздрабливая кости. Какие уж там ягоды для хищника-дракона. Сейчас бы свежего мяса, огромного жирненького барашка на вертеле, сочненького, моя прелесть. Но Лин только вздохнула, дожевывая рыбину и стараясь не подаваться слюной. Шашлык с отца, как только они раскидают все эти кучи драконьего дерьма. Если, конечно, шашлык из него самого не сделают раньше.
-Мы и раньше находили его чешую и оружие, особо это не помогло. Я надеюсь, что хоть движемся в правильном направлении, а то такое чувство, что он успел наследить в большей части поселений этих земель. Красного дракона видели все, многие знали, что он делал, но куда он потом исчез - ни сном ни духом.
Вообще мутная история, перемешанная с кровью, чешуей и жуткой омерзительной болезнью. Что наговорил Райлегу тот человек в черном плаще, раз он бросился за ним, не проронив ни слова никому из членов семьи. Собрался, будто на одну ночь, а пропал на... а, Пламя его знает, сколько уже прошло. Такое чувство, что они уже год нарезают круги по этим пустошам.
- Сквозь землю он провалился, что ли... - недовольно буркнула девчонка себе под нос, поудобнее закидывая сумку через плечо.

+2

7

- Прекрасно, просто прекрасно...
Ворон терпеть не мог, когда его и тыкали носом в его ошибки, и ещё подначивали по этому поводу. Был соблазн в ответ подначить, что Лина Ли не знает про отслеживающие чары и ритуалы, а для них свой магический запас Рейнеке постоянно осушал на прыжки в пространстве. Был, да низкий и несправедливый: Авель сам разрывался между ученицей и семьёй. Это его подосланный маг носил между Северными землями и Лунными чуть ли не каждые два-три дня.
- Вернёмся и исследуем, - сухо подытожил он. - Мы так и не разобрались, откуда пришли и куда делись те маги из убежища, а уж они куда более явно связаны с твоим отцом.
Авель поднял чуть полегчавшую сумку и одеяло, вскользь, щурясь на яркий дневной свет, посмотрев на Рейнеке. В перчатках и маске, от солнце закрыт, пленников не таскает - ну что, неужели рассыхается как тростиночка? Надо же было удумать свалить весь свой инвентарь на Лину кроме верёвки, а потом воровать одеяла? Наглая лисья морда...
Авель пошёл впереди, на ходу вытягивая из сумки рыбу и медленно пережёвывая. Слюна во рту набиралась медленно, шагалось вяло, и, хоть день был закрыт белыми с свинцовой подложкой облаками, нехватка сил ощущалась, особенно после рваного сна в холоде ночью.
Они преодолели овраг, в котором лежали и через который перебегали ночью, и оказались на выжженной земле. Обугленные деревья и остовы кустов хищно щерились на путников покрытыми белёсой золой когтями. Огонь ушёл куда-то на восток, так и не добравшись до их уступа с белым как кость кедром и трупом внизу. Он валялся нетронутым, когда тройка покидала место привала. В прощальных почестях огнём ему было отказано: дракон и два вампира берегли ману на случай, когда лишний огненный шар или призыв воды во флягу определит их выживание или смерть.
На месте двух огненных ловушек, там, где Ворон и Лина Ли выбирались из грязи и начали убегать, их встретила чёрная воронка. Никаких деревьев и зарослей, сгорел. образовывая знак бесконечности, даже двухлетний перегной. В котле, всё ещё чуть дымившемся жаром угасшего адского пламени, виднелись сгустки... горелых людей. Запах палёной плоти мало с чем спутаешь, если умеешь готовить яичницу, а не роняешь белок мимо пластины в огонь. Там осталось очень мало от людей: только обугленная чёрная жижа, высовывающиеся кости и ещё что-то. Авель, морща нос и обходя воронку по краю, предположил, что это Роза, раз по словам трактирщика всё или почти всё поселение было больно.
Они вышли на тропку, ведшую в само село. Здесь, как и всю дорогу, их всё так же преследовала тишина.
Авель завинтил флягу с кровью и убрал её, задержав на пару секунд руку на холодном рисунке.
- Мост не сгорел, - сообщил он, оборачиваясь и глядя на спутников из-под низко надвинутого на лицо капюшона. - Обходим или идём в наглую?
В уме бастард уже кинул монетку, что выберут его спутники.

+1

8

- Заблудился. В трёх соснах.
Несмешные шутки в сонное сырое утро...

В какой-то момент то, что кажется уродливым и неприятным большинству живых существ, приобретает в глазах часто сталкивающегося с этой неприятностью человека какие-то особые красоту и очарование. Так многие некроманты, включая долго боровшегося с отвращением к своему таланту Кайлеба, разделяли и изменяли своих миньонов по эстетическим критериям в ущерб прагматичности, экономии времени, материалов и сил.
Пепелище и трупы при свете дня после ночного пожара нравились ему куда больше, чем зрелище недружелюбной толпы, приветствовавшее их на выходе из телепорта в Лунные земли. Нет человека - не проблемы, сгорели листья - здравствуй, свет! Ещё бы не болели убеждённые в своей принадлежности вампиру глаза...
Лидерство Авеля оспаривать не стоило. По этому лесу между обозначенным Идальго логовом, деревней и кедром на выступе они за три дня намотали ногами больше, чем везде. И налетали изрядно, пока была здорова Лина Ли.
И правда, если Райлег сбежал в какой-то момент совсем недавно, то это либо предшествовало их налёту на ковен, либо произошло под шум. Либо когда они с Авелем отправились лечиться (как думал бастард) и принцессу у конкурентов отнимать (как вышло, потому что в деле Кай). Как иначе они могли упустить красного дракона...
Да много как.
- К тому, кто много оборачивается, смерть подходит спереди, - пробормотал, выныривая из мыслей, маг.
- Нет смысла: будем обходть - время потеряем и под зад огребём за излишек хитрости, - пояснил Кайлеб подопечному. На самом деле ему из чистой неприязни не хотелось лезть в вязкую жижу и представлялось легче покормить огнём всё, что вылезет на пути, но всем же свойственны маленькие эгоистичные склонности, не так ли? - Здесь чувствуется след магов–водников, во рве должно быть болото.
А заливали-то хорошо. Сильвийцы со своими мягкими паровыми банями и источниками обзавидуются тому, что сегодня, наверное, здесь было. А ещё сильный пожар от магического пламени может погасить только сильное заклинание другой стихии. А это уже "у-упс, кто здесь?". Может быть даже кто-то опаснее Кайлеба Ворлака без миньонов, половины маны и косы и многочисленнее его подопечных - бастарда с интересным оружием и девушки, скрывающей под грязной одеждой весьма опасный серебристый драконий зад.
- Когда нас останавливал излишек осторожности и разумность?
- Ну, вообще, часто.

Четвёртый вообще был разумным, потому из всего балагана научился телепортироваться, столько лет поддерживая Кайлеба в одном целом куске без инцидентов, именно он.
Некогда жилое пепелище мало отличалось от некогда дремучего лесного. Опять дымящаяся сажа и уголья, опять щерящиеся под серым небом остовы домов и частокола. Пара относительно целых, не обвалившихся внутрь построек. Чёрные трубы небедных, добротных печей. Грозно глядящая на невидное солнце с уцелевшей каланчи баллиста. Это селение могло прожить в своём сытом захолустном достатке ещё месяц или год, но умерло в ночь. Кайлеб повозил мыском в луже, думая смыть смердящую кровь, но только вызвал к жизни снова сладковатый медный запах. Рядом вились цепочки из десятков следов.
- Предположим, женщин и детей вывели именно заливальщики, пока вас гнали прочие весельчаки, - сказал Кай, поднимая лицо под маской на разбрежающихся спутников. - Лина, а где была их корчма? Тот дом, или напротив?
[AVA]http://i.imgur.com/xCqUxx7.png[/AVA]

+1

9

Да уж, днем лес стал гораздо более уродливым, чем ночью, когда все жуткое и омерзительное скрывала тьма. Сухие ветки цеплялись за одежду, ломаясь с хрустом, звонко отдаваясь в больной голове Лин. Она с досадой отмахивалась, тут же морщась от боли в руке, злилась про себя еще больше. Мрачный пейзаж, не меняющийся уже несколько дней, раздражал неимоверно, просто до тошноты. На плечи давила усталость, беспокойство, постоянное ощущение опасности и чьего-то взгляда на спине, заставляющее нервно озираться по сторонам. Но девчонка видела только почерневшие стволы деревьев, которые уже вряд ли когда-либо оживут.
Девчонка пожала плечами на вопрос Авеля. Они и раньше выбирали сами, а она бежала вслед, точно комнатная собачка. Что изменилось сейчас? Она не знала, что до сих пор ведет ее за спутниками больше: чувство вины или осознание собственной беспомощности... ну... только наполовину беспомощности, учитывая ее относительно удачный бой с охотничьими псами. Они не так давно прошли мимо окровавленного собачьего трупа, волкодав был поистине огромен, сложно представить, какая сила самосохранения помогла дракону победить его. Вторая псина так и не выбралась из оврага - она свалилась с большой высоты прямиком на острый, точно кол, ствол сломанной осины. Ну и гадость. Как только Лин не постигла та же участь чуть раньше, когда она сама оказалась внизу? Богам, очевидно, нравилось за ней наблюдать.
- Мило. - Мрачно прокомментировала Лин, когда они, наконец, ступили на выжженную землю того, откуда с такой поспешностью они удирали вечером. Дракон бы сказала, что принципиально ничего не изменилось. Та же разруха и разложение. Разве что в совершенно прямом смысле этих слов. Она огляделась, поморщилась от неприятного ощущения - баллиста почему-то была повернута прямо ей в спину, а фантазия так и рисовала огромную черную стальную стрелу, пробивающей девчонке грудь.
- Ну... тот дом, который я разнесла вчера, вон, - девчонка указала рукой чуть в сторону, на развалины с жутко торчащими балками, похожими на ребра огромного невиданного существа. Колоссальная драконья сила переломила их напополам, сорвала крышу, раскидав щепки по всей площади. Долина хоть и обгорел, как и все остальное, но Лин не могла не узнать творение собственных лап.
Играл ли этот... трактирщик с ней, как тогда, у сосны, или реально проболтался?
Она перешагнула через доски,завалившие то, что некогда было входом, отшатнулась от изуродованного соженного трупа, скорее, от неожиданности, чем со страха. По обгоревшему лицу сложно было понять, что оно выражало, Лин в уме все гадала, ее ли магия вытворила это, али нет.  С первого взгляда Лин ничего особого не заметила, присела на одно колено, поворошила длинной щепкой золу.

+1

10

Авель вздохнул. Не поспоришь. Уж сколько раз судьба наказывала на его глазах тех, кто слишком финтит. Или его самого, за избыток планов на один неопределённо долгий месяц.
- Зачем тебе таверна? Думаешь одеяло себе целое найти? - поморщился Авель. В голове он лихорадочно прокручивал всё, что мог вспомнить о следопытстве, но его знания преимущественно касались ловли одиночек и небольших шаек в городской среде. Ни грязи, ни таких вот разрушительных пожаров: кварталы Мирдана были одеты камнем и разрежены с начала правления покойного отца, и такие же меры безопасности были изданы указом для соблюдения всеми городами Северных земель, вопреки привычке всех городов по-старинке, оглядываясь на века раздора и войн, строиться кольцом вокруг первой крепостной стены. А здесь с домами обуглился даже частокол.
Но центральные дома, конечно, оставляли впечатление не просто горестное, а жуткое. Здания либо уже горели, либо загорелись и обвалились во время их спешного побега, поджигая остальные, и Ворон вспомнил, как из одолевшей его злобы кинул огненный шар, желая сделать хаос ещё больше. Ярче. Жарче.
Они стояли меж трёх устоявших углов, их окружали обломки и тела, а Авель пытался понять, за что ему хвататься. Он поднял ногой обвалившееся перекрытие, нашёл там только обгорелый труп и пепел с железом, оставшийся от всего, что было предметами обихода селян, и вышел на улицу, бросив:
- Ищите, что думали, а я осмотрюсь снаружи.
И начал упорно таращиться в чёрную грязь под ногами, ища размытые следы.
В этот раз удача не только избавила его от ножа в спину - поселение именно что вымерло, и тишина над ним создавала какой-то особый, ирреальный фон для раздмий - но и воздала ему за упорство. Авель не только примерно восстановил в голове порядок беспорядочной беготни и где и как упали некоторые трупы, но и нашёл тянувшиеся от каланчи полозья колёс баллисты. До самой, как он предположил, бывшей кузницы.
В пепле и золе, горками навалившихся вокруг уцелевшего горнила, вампир раскопал ногами, не особо желая марать руки, целый клад как из оплавленных, так и не тронутых пламенем инструментов и изделий. Его взгляд зацепился за что-то на редкость витиеватое и сверкающее, не напоминая плохо обработанную при недостаточном накаливании сталь. Авель надел перчатки и стал разбирать превратившийся в золу шкаф ближнем к двери углу. Его руки извлекли несколько изящных метательных кинжалов со знакомым клеймом - и литое причудливое растение. Вампир глубоко вдохнул и выставил находки на свет, как можно тщательнее стряхивая с них копоть. Куст из какой-то черной стали, до того неприятной на ощупь, что он подозревал вкрапления обсидиана в ней, оплетал не то скалу, не то гору из переливающегося зеленоватым и голубым серебра, распускаясь ближе к вершине красноватой розой. Такое мастерство игры с цветом и формой металла бастард не видел, пожалуй, никогда, и даже ремесленники, использовавшие в работе магию, вряд ли могли сравиниться с создателем этой статуэтки. Ворон провёл пальцем в перчатке по грани розы. Материал - потёртая кожа - разошёлся, точно его прорезала незримая нить. На грани, исчезавшей в слепящем свете дня, показалась капля крови.

Авель быстро, не спеша, но и не давая своим ногам вязнуть в грязи и лени, вернулся к площади, надеясь найти там спутников. В одной руке от держал развернётую карту, на которой, сориентировавшись и определив направления, набросал к записям позапрошлого дня, указывавшим на убежище ковена, выходящие из поселения цепочки следов. В другой - нёс свои находки.
- Рэй, Лина! - слабо скрывая своё возбуждённое открытиями состояние, позвал Ворон, ещё не видя силуэтов спутников.
- Лина Ли! Покажи мне ещё раз свой меч и веер? А ты скажи, что думаешь, - в руки обращённого была сунута статуэтка, от острой грани которой у вампира до сих пор не затянулась царапина, - насчёт этого.
Прежде, чем отпустить находку, бастард перевернул дно живого металла. На нём красовалось всё то же фойррово клеймо. Или ругательство драконово - уместнее? Уж больно был рисунок похож. Но что-то в нём добавилось, конечно.

+1

11

- Ага, и обгоревший наплеч для Лины, который мы так и не донесли!
Вроде умный парень, и голова, хоть с плеч иногда и снята, не пустая, а вопросы - глу-пы-е-е... И шутки дурацкие.
Кайлеб подцеплял носками и откидывал с помощью рук мусор и доски, разыскивая, что в завалах пощадил магический пожар. При желании - по опыту он мог точно сказать - можно провести на пепелище хоть несколько дней и накопать всяческие клады, лишь бы провизии было достаточно и с врагами негусто. Но они не мародёрствовать пришли.
Никаких следов высококлассных магов и обрывков роб среди трупов, заваленных обвалившейся крышей, не было, хотя разбитые и закопчённые склянки кое-где пахли, когда лжевампир подносил их к прорезям маски, довольно знакомо.
- Значит, спасители подоспели извне, - сделал вывод Пятый. - Я бы искал следы с востока.
- Лина, не скучай - я сейчас! - бросил назад Рейнеке и сорвался проверять.
Гений стратегических манёвров и детективного чутья вывел мужчину под опасно нависающими балками на задний двор. Пара убитых скотин валялась в затвердевшей грязи, но в целом здесь было поразительно пусто. Либо и так закололи за зиму, либо, опять же, успели отвести. Кай поковырял носком вздутый бок издохшего хряка. Сейчас бы каким ножом или колом ткнуть - лопнет туша кровавым салютом, но пачкаться больше обычного настроения у некроманта не было. Не сейчас.
В частоколе села было три штуки ворот: с севера и запада - обычные, к дорогам, и восточные - для выхода в лес и выгона на ближайшие поля к юго-востоку, у притока Великой реки, скота. И если обычно на ночь эти ворота закрывали накрепко, то прогорели они уже открытыми.
Оклик Авеля не дал магу выйти за забор и осмотреться. Не рискуя ещё раз пройти под горелыми балками, припоминая зимние приключения в горящей часовне, Кай вприпрыжку, как подросток, которого зовут на обед, оббежал здание и чуть не растянулся в грязи, поскользнувшись в луже, но вовремя ухватился за мажущий чёрным обугленный угол.
- О солнце жизни моей, ты наконец-то даришь мне цветы?! - с дутым восхищением и драматическим шмыгом носом встретил бастарда маг в маске, чуя кровь. Руки в перчатках с почерневшими пальцами осторожно приняли статуэтку и повертели со всех сторон.
- Понятия не имею, но эта штука дразнит мою фантазию. Может быть, они тут поехали крышей и начали поклоняться болезни, надеясь, что она пройдёт сквозь них и пощадит. Ну, знаете, очищающее пламя, смерть и спасение... Может, у них тут была уже секта какого-нибудь Неизбежного Конца. Фойрр, да я могу вам немало бреда из невыдуманных историй про отчаявшихся людей собрать!
Странная весёлость и приподнятый дух Кайлеба можно было трактовать множеством вещей, но менее жуткими от объяснений они бы не стали.
- А что это за вертел я не знаю, - добавил он, указывая на что-то, напоминавшее большую стрелу-гарпун с необычным крюком. - Я бы этой штукой людей пытать мог, или в горы карабкаться.
Он посмотрел блестящими из-под маски глазами на девушку и сказал куда менее бодро и весело.
- Но очень маловероятно, что твой отец сам себе бы ковыряло для чешуи выковал. Это же его клеймо, так? Давайте поищем ещё.
Но уже на пороге разрушенной кузницы Кайлеб понял, что больше ничего значимого они не найдут. Не было в золе даже трети инструментов. Бежали селяне очень организованно и собранно для погорельцев, точно знали, куда, забирая всё, что можно было безболезненно увезти. Они уже на входе, там, где была расходились пути карателей и беженцев, видели прокатанные полозья.
Однако уже двух вещей с клеймом Райлега было достаточной пищей для ума. Догадка номер "какая-то" на раз... два... Райлег работал здесь какое-то время по своей воле после того, как исчез из дому? До?
- Значит так. Я вижу, ты тоже считал следы, - кивнул на карту под мышкой у Ворона Кай, меняя тему, пока его не затянуло в пучину сомнений. Он опять грел холодные руки в перчатках над костром. - Я нашёл цепочки со стороны, где мы разоряли схрон торговцев драконьими зельями. Видимо, ночью на пожар подошли недобитки, и они были там. Отсюда забрали всё, что можно, так что предлагаю идти туда. Лина Ли, помнишь, как в село шла?
[AVA]http://i.imgur.com/xCqUxx7.png[/AVA]

+1

12

Из черноты золы блеснуло что-то красноватым пламенем. Лин бросила щепку, протягивая руку и вытаскивая гладкий предмет. Она сразу догадалась что это. Вытерла дрожащими пальцами копоть с пластины, узнавая насыщенный красный цвет чешуи отца. Пластина размером с ладонь, не слишком большая, скорее всего с шеи или головы, где чешуйки были мельче и прилегали плотнее. Великое пламя, у Райлега осталось хоть что-нибудь на теле?! Лин покрутила находку перед глазами, мерцавшую даже в тени, которую давала закопченная и каким-то чудом уцелевшая стена. Чешуйка еще теплая от огня, но не испорченная, не деформированная. Родная стихия не могла причинить ей вреда. Ох. Девчонка судорожно выдохнула, на мгновение прикрывая глаза рукой, и тут же одергивая - боль напомнила ей о трамве. И только оклик учителя не дал ей снова впасть в море отчаяния. Она поднялась, осматривая руины, но взгляд больше ни за что не зацепился. Девчонка заторопилась назад, перешагивая через балки и предусмотрительно обходя обгоревшее тело.
Просьба учителя ее немного озадачила - дракон еще не рассмотрела, что было у Ворона в руках и что он сунул в руки Рейнеке. Однако выполнила просьбу без лишних слов. Вытащила из-за пояса тессен, раскрыла, чтобы было хорошо видно отчетливо выделяющуюся гравировку отца на центральном металлическом ребре, почти у самого основания. К мечу девчонка не потянулась - кисть продолжала напоминать о себе. Дракону следовало приучиться работать только одной рукой, иначе от постоянных беспокойств левая нормально не заживет. Между тем Лин скосила взгляд на интересную вещицу, которую вертел в руках Рэй.
- Да, похоже на работу моего отца... - изящная находка, содержащая большую долю символики. Роза: и смерть, и спасение, и красота, и уродство. Как в духе Райлега! Его руку невозможно не узнать. - Правда, он никогда не тратил свое время на всякие безделушки. - Лин всегда видела у отца только оружие. Удивительно красивое и смертельно опасное. - Разве что эта штучка не без секрета.
Девчонка присмотрелась внимательнее. Вроде бы работа отца, а вроде бы к этому примешивалось еще что-то, неуловимое и инородное. Или все дело в металле? Таким же придирчивым взглядом оглядела странную штуку, которую Рэй окрестил ковырялом. Нечто среднее между кошкой и кочергой. Лин скривилась, на мгновение представив чешуйкодерку в действии.
- Если уж на то пошло, то даже если бы отца заставили сделать эту штуку, то вряд ли у него было время на клеймо. Хм... а у меня только это, - показала девчонка чешуйку. - Просто набор "собери дракона по кусочкам". - Мрачно заметила Лин. Как-то ей совсем не хотелось в будущем находить руки и ноги отдельно от Райлега. - Или он поступает так, как в той детской сказке про хлебные крошки.
Вполне. Правда, так ли он уверен, что кто-то отправится его спасать?
- Да вроде провалов в памяти у меня нет, - небрежно пожала плечами на вопрос Рэя Лин. Хотя, все прошлое путешествие у нее как в тумане. Иногда она не может поверить, что все это происходит на самом деле.

+1

13

Плохо, когда люди в отряде считают друг друга идиотами. Какая жалость, что они так и делали.
- Оставь свой цирк для Хериана и моей матери, пожалуйста. Ей, может, и нравятся твои выступления, а мы сюда не терять время прибыли, - сухо прервал вампир Рейнеке. Глаза его были скрыты кромкой волос и капюшона, но Авель напряжённо слушал и смотрел в вытоптанную грязь, вбирая каждую крупицу полезного знания. Предположения - это треть взятого следа. Ими нельзя пренебрегать.
Расследование какой-то стихийной секты в глухой и проклятой земле. О таком он и не мечтал, подавая бумаги на стол начальству и прося разрешения на отъезд. Он хотел найти возможных контрабандистов-ядоделов, или любую другую зацепку, откуда, минув все заслоны и инспекции Кабинета постфактум, прибыл такой редкий и незаметный яд, что смог убить вампира сильнейшей крови в истории.
- Надеюсь, - проговорил Авель, кивая на чешую в руках девушки, - ты сможешь провести ритуал над всеми. Моя кровь со статуэтки не должна помешать ведь, если сложить три вещи?..
А восстановился ли Рэй? А делал ли поиск раньше? А что ещё имел он вообще, так бодро рассказывавший Ворону на привале до того налёта о различиях между обычным "трупоматериалом" и обработанным и разновидностями аутме... аугментации? Они уже видели, как их насмешливый и плутоватый спутник проходит сквозь защищённые стены, и сам Авель знал, что магу хватило мастерства умыкнуть Элен. Он видел и странное, точно без возраста, лицо бывшего человека, и мог только гадать: где и какими судьбами Глациалис умудрилась словить такого шустрого мастера огня и пространства. Наиболее вероятным Ворону отчего-то представлялось до неосторожного наглое влезание Рейнеке в какие-нибудь хранилища клана Виан, из которого он просто не рассчитал сил смотать.
Соседство такого существа... напрягало.
Они шли по едва заметной тропке в лишь частично обгоревшем перелеске, и Авель чувствовал мурашки, крадущиеся по спине, хотя он просто следовал за Лина Ли и подсаживал девушку на кочках - подлесок здесь ходил буграми. Возможно, ему было жутковато от водянистого взгляда обращённого, который шёл на встречу с прошлым - тёмной магией - вот уже второй раз и сказал немало дающих пищу голове вещей. Возможно, бастард просто слишком много думал. Есть у работников кабинета предостережение сродни недавно озвученной Рейнеке пословицей: не давай догадкам и подозрениям затмить беспристрастный взгляд. Синие занавески - это просто синие занавески.
- Кажется, сюда? - окликнул он ведущую, кивая в разлом. Сродни вчерашнему оврагу, но глубже, он представлялся как простой ручей и многолетний и мягкий слой опавшего гумуса, однако под одним из навесов, созданных переплетеньями густых древесных корней, мхом и грибницами, скрывалось хитрое углубление с ложной стеной, а за ним - зачарованная дверь. В первый раз, когда они прилетели сюда к вечеру, они ни за что не нашли бы её, но Рэй выбрал правильное заклинание и обнаружил вплетённую в камень магию.
В этот раз дверь была нараспашку открыта. Авель, съехав ногой по ближайшему покатому склону и подставив опору для лишённой баланса и помощи второй руки Лин, очень хотел ворваться в распахнутый зёв подземелья, но замер, так и не сунув носа под свод, и обнажил глефу.
- Мы же не можем без ловушек, не так ли? - ощерился вампир, чувствуя не то опасность, не то холодные когти собственной паранойи, вцепившиеся в хребет. Уже зачищенное, изученное и, казалось бы, преданное очищающему огню подземелье дышало ему в лицо неизвестностью. Используя свои нехитрые - по сравнению с плутом в маске - магические способности, Авель призвал золотисто-оранжевого светляка.

0

14

- Попробую. Позже. И... Лина, а можно я тоже поизучаю чешую? Ни в жизни близко не имел возможности...
Похож ли поиск живой души в пространстве материи на поисх души мёртвой в мире теней? Кайлеб воскрешал всего несколько раз, но первый, когда его в поисках, положив бесчисленные призрачные чёрные руки на плечи хозяина сопровождала Вермина, запомнил ярче всего. У Вермины было много душ, мёртвых и скисших в недвижимом вековом небытьи, и она легко звала к себе прочие.
Кайлеб специально на выходе из села окликнул Авеля и выменял у него так и не раскрывшую свои секреты статуэтку на гарпуновертел, и всю дорогу бодро им махал и лупил стволы и сучья, вызывая нервные оглядки. В тёмном помещении же с белым круглым пятном безумный человек параноидально гонял лютней, посохом или топором - в зависимости от того, какая личина принималась бороться - чёрные руки и мерцающий всюду демонический смех. Она не отпускала его, как и все те призраки, не важно, сколько времени и пространства их разделяло. Вермина. Его помощница и вещь, много раз намекавшая, что это он принадлежит ей.
Отчего же все жестокие раны и важнейшие нити в жизни не то чтобы сильно похотливого и любвеобильного Кая, за исключением пары, занимали сплошь женщины? Главные воспитательницы, теснившие всю дорогу отца - женщины, целый колдовской клан, главные истязательницы - женщины, главные жертвы - женщины. Такой странный рок.

- Стой, там пентаграммы, - сказал негромко Авелю Рейнеке. Он не торопился проверять на ловушки зёв подземной базы с помощью магии - всё надеялся, что дождётся достаточных сил и проведёт ритуал, а потому просто указал стальным гарпуном на линии.
- Эти - довольно опасные, но не самые сильные. Я кое-что знаю в этом, поверь.
Кое что, да. Без Вермины и ключей Кайлеб по части тёмной волшбы был мастером только магических рисунков. Он долго приходил к их пониманию и ещё дольше оттачивал. Как бы ни хотелось думать иначе, но это был один из немногих навыков, которые он заработал честным трудом, а не прогрессирующим безумием. Грамота, магические рисунки, бой с шестом, пиромансия, и ложь, ложь, ложь и эскапизм!
Маг осторожно обошёл Авеля и присел к выглядывающему краю кругов, обтянувших весь проход с наложением. Жестом Кай попросил бастарда приблизить к ним светляка. Пентаграммы были сделаны чем-то жидким и вязким, но от них пахло не кровью.
- Нанесли смолой и приварили внутрь, - оглянувшись, сообщил он спутникам, и указал пальцем на продавленные края земли, которые заполняли застывшие капли. - Отойдите, я попытаюсь нарушить связи в линиях, может, мы сможем ещё пробраться без потерь.
Плюс магических рисунков, использованных для заклинаний любой школы магии: ты отчасти как чаровник, выпускаешь энергию, но контролируешь момент, когда она приведёт механизм в движение. Очень удобно. Кайлеб обожал делать разные ловушки и заманивать на них врагов ещё со времён боёв в Фоленте.
Минусы магических рисунков: ты тратишь время на подготовку и не можешь отойти на достаточное расстояние и быть уверен, что заряженное заклинание сработает, поскольку в этом аспекте успех зависит не от желания "СДОХНИ СЕЙЧАС ЖЕ!", а от материалов, точности и подробности знаков.
Кайлеб пружиняще поприседал на длинных ногах, прежде чем поднести прут ближе к цели. Не в его характере были игры в сапёра, но он уже чувствовал первый выброс адреналина в кровь.
- Отойдите дальше. Я не ручаюсь, что оно не рванёт.
Как девица аккуратно и внимательно погружает в растянутый на пяльцах шёлк иглу с изящной цветной нитью, мужчина нашёл мягкое место и стал погружать в земляную подложку изделие Райлега неизвестного назначения. Он выбрал, сочтя самым нестабильным и выгодным, участок, где пентаграммы пересекались. Медленно-медленно жало проходило под землёй, чуть вздымая её, все ближе к ним, и уже пересекло два внешних кольца с защитными рунами, как длина рукояти закончилась. Кайлеб бегло оглянулся на спутников, думая, хочет ли рисковать и приближаться к ловушкам ближе, чем на вытянутую руку. И, как и вчера, решил, что нет.
Он развернул скрученный узел мускулов в правом предплечье и дал проведённому под землёй плашмя гарпуну всплыть своим гребнем. Рисунок, несмотря на плотность и текучесть смолы, разорвало от одного движения. А потом вся энергия из обеих пентаграмм породила один гулкий взрыв. Его лжевампир не слышал, откатившись на предчувствии и очутившись после силовой волны на лопатках, ослеплённый светом дня и оглушённый громом. Его левая рука сама собой накрыла ушибленное о торчавшую из земли корягу плечо, а боль выдавало тихое шипение.

офф: кубики сыграли против меня
[AVA]http://i.imgur.com/xCqUxx7.png[/AVA]

0

15

Спасибо Ворону, что подпихивал, когда нужно и не давал Лин наворачиваться. Ей казалось, что, когда они шли отсюда в прошлый раз, было гораздо легче. Впрочем, тогда девчонка была куда меньше побита жизнью. Благо, ее компаньонам не приходилось тащить ее на хребтине - это настоящий драконий позор. А от ее былой гордости и без того мало осталось. Это вчера она понтовалась сама перед собой, а сейчас понимала, что явно переоценила свои способности, поэтому отделение от компании решила отложить на потом. Тем более, что они кой чего все же смогли нарыть, так что зря она передавалась отчаянию весь вчерашний сумасшедший день и сегодняшнее утро.
По кочкам, по кочкам, по маленьким мосточкам, в ямку... ох ты ж, великое Пламя, смотри куда идешь.
Земля слишком резко пошла вниз, Лин резко остановилась, едва не скатившись по пологому склону, но вовремя уцепилась за ствол дерева и предусмотрительно отступила на шаг вперед. Что за легкомыслие, как будто на прогулку вышла, разве что песенку не насвистывала! Дракон бы с такой же легкостью наступила на ловушку и окончились бы ее поиски, так и не успев нормально начаться.
Боги, когда же ты поумнеешь?
Лин так и представила отца, стыдливо прикрывшего глаза рукой и качающего головой. Да ладно, зато ей везло.
Спустилась опять же не без помощи учителя, стараясь не задумываться, как будет забираться наверх. Но и оставаться наверху, в стороне от дела, ей тоже не хотелось. Авось фортуна ее снова не оставит и дракон обнаружит что-нибудь интересное. Девчонка окинула взглядом овражек, корявые деревца вокруг него, предоставляя мужчинам самим обшарить дом. А то она снова накосячит что-нибудь, отчего придется опять придется мотать, ломая ветви и сжигая все на своем пути. Когда-нибудь она будет вспоминать вчерашний день с улыбкой. Когда-нибудь.
Лин нахмурилась, заметив нечто, блестевшие в траве, пригляделась недоверчиво, но все же рискнула подойти поближе, присесть и вытащить из мокрой прошлогодней листвы пуговицу. Металлическую, с выгравированной красавицей-змеей, любимым животным отца. Знакомая вещица. Ей бы обрадоваться, но девчонка только поморщилась. Как-то все подозрительно получается. Вот только она ныла, что никаких следов не найти, а тут тебе и статуэтка, и чешуйкодерка, и сама, собственно чешуя, и пуговица эта, политая кровью для пущего драматизма. Только стрелок не хватало: идти туда. Допускают ли ее компаньоны, что они идут прямиком в раскрытую пасть ловушки? Или ее опять донимает мания преследования? Но за те дни, которые их компания шарилась по Лунным землям, дракон усвоила: так хорошо не бывает.
И в подтверждении ее мыслей, позади раздался взрыв - Лин, отвлекшись, не следила за своими спутниками. Не удержавшись упала на оба колена, выставив перед собой руки, зашипела, в очередной раз задев рану, но тут же забыла об этом, резко оборачиваясь к друзьям. Спрашивать: все ли в порядке, было как-то глупо. Ясен пень, что ничего не в порядке, поэтому Лин просто протянула, заметив валяющегося в стороне вампира:
- Рэ-эй?

Что-то фантазия выдохлась...

0

16

Обычно довольно сдержанное лицо Ворона замерло в гримасе "да вы издеваетесь, мать вашу, как я ненавижу этот мир!", выглядывавшей из-под надвинутого капюшона сморщенным носом и скобкой выгнутых уголками вниз сухих губ. Золотистый взгляд ходил между линиями пентаграммы и контурами угловатой фигуры мага. Половина ремарок про круги и их разблокирование прошли в открытую знаниям голову бастарда сквозь вуаль собственных тревог, чтобы утонуть в мыслях и надолго забыться. Ясно было одно: если сейчас Рэй ошибётся... всё. С ними может быть всё. Это ловушка, в которую они входят сами!
Как вошли в Лунные земли...
О даа!
Вампир отмерил шесть шагов назад и в сторону, вытянутой рукой с глефой наголо отслеживая для себя линию, чтобы оставаться наравне с Лина Ли. Он надеялся, чтобы эта линия что-то значила и для неё: его левая нога стояла на мыске позади, готовая принять вес для следующего шага. Авель не был трусом, он был осмотрительным. Сказано отойти - он был готов почти упереться в другую стену оврага и уйти с прямой траектории возможных осколков... ошмётков... чего бы то ни было.
Думай, думай. Может, был другой выход? Подземелье явно было сквозным, на нижних уровнях воздух был влажен и свеж, как на верхних, а к югу как раз начинались мелкие порожистые притоки Великой реки, бегущие к матери, чтобы сбежать в море с всё ещё чистой водой из этой умирающей земли. Да, определённо, мог быть другой выход. И он мог быть тоже заминирован. Круче, чем вот так.
- Рэй, назад! - крикнул он, но голос потонул во вспышке, слетел и разбился в другой стороне.
Взрыва как такового не было, было трескучее "пам". Но резонанс не очень шумного хлопка был таким мощным, что Ворона, в боевой готовности вросшего ногами в землю мастера ближнего боя, мотнуло с глефой вокруг себя и впечатало плечом в торчащее корневище какого-то дерева. Уши заложило продолжительным звоном и шёпотом крови в голове. Он чувствовал всю эту неприятную ману, вылившуюся и всё ещё замершую здесь, в овражке, так и не сработав заклятием.
Перед глазами мерцали звёзды, а дневной свет и без того неприятно слепил, но Авель пришёл в себя быстро, и сразу отлип от грязной кашицы земляной стены.
Лина поднималась сама, шипя от боли, а вот маг валялся навзничь и не двигался. Ради исключения Ворон отправился помогать не даме.
Чёрная фигура, сложив глефу в ногах, склонилась над растянувшимся на коряге в глинистой каше и траве Рейнеке, закрывая прорези его маски от белых дневных облаков. Похожая на бумагу кожа уже начала подгорать красными полосами. Прикрытые глаза под складчатыми розовыми веками вроде бы двигались, но не открылись сразу.
- Рэйнеке?
Жёлтые глаза понимающе скользнули по дракону и вернулись к лицу за маской, которое нужно было проверить, но опасно днём открывать. Бастард зашёл к лежащему сзади и приподнял за плечи, чтобы посмотреть, не продырявил ли тот себе лопатки, а заодно дать возможность оправиться самостоятельно. Царь тупых вопросов - "ты в порядке?!" - зудел на языке, но Авель тихим и почти домашним тоном попросил:
- Прошу, только никаких "я умираю сейчас".
Он принюхивался, пытаясь понять: чует или не чует он под защищающими от солнца одеждами кровь?
- Прости, Лина, - оглянулся озабоченный вампир. - Похоже, у нас на этом перерыв.
Походная сумка и одеяло всё ещё висели на нём, задевая краями липкую весеннюю грязь. Под серыми небесами тянулись мрачно-будничной полосой их выматывающие приключения.

0

17

Мир превратился в белое пятно, даже в тёмной комнате исчезло абсолютно всё.
Голоса затихли. Звуки природы пропали. Кайлеб во всем этом пропал.
Боль пришла не сразу. Маг сначала увидел тень на белом полотне неба, а уже после почувствовал, что не может дышать. Мир атаковал его со всех сторон сразу.
Ха-ха, - рваные вдохи звучали сквозь прорези маски хриплым и сбивчивым пунктиром.
- Я... - безголосо выдохнул Кай. Его обволакивал след тёмной ворожбы. Рука взметнулась к запаху чуть подбитой стриженным мехом куртки. Кожа внутри казалась липкой и влажной, но, кажется, от пота. Виал с кровью Глациалис уцелел. Он всё ещё вампир Рейнеке.
Авель поднял его, а спина отозвалась болью. Хрустели суставы и кости, горело огнём нутро. Той же оцепеневшей и покалывающей внутри кистью Кай, отгибая накладные когти перчаток, прощупал свои рёбра, плечи и руки.
- Цел, - сказал мужчина, подпирая своё туловище левой. - Спасибо, Ворон.
Всё тело крутило, но он был всё ещё жив и чудом цел. Ему повезло, что ему так не повезло.
"Могло быть много хуже".
- Но я, пожалуй, немного посижу.
В глазах плыл белый свет, его, казалось, можно было поймать, и Кайлеб поднял руку и провёл перед собой. Свет просеялся сквозь его чернёные стальные когти, точно туман или нити дыма. Это была не мана, это была чистая энергия, как она есть. Тьма ушла, а силу хотелось собрать. Но как? Может, если он проведёт ритуал прямо здесь?..
- Вот что, ребят, - сжимая зубы от боли и садясь ровнее на ударившую его в лопатку корягу, сказал Рейнеке. - Помогите мне: нужны все собранные нами вещи, хорошая палка с острым концом...
Он попытался встать и не смог.
Беда.
- Нарисуйте вокруг меня два круга. Вот я расставляю ноги - по этой дуге меньший, снаружи на локоть в радиусе - больший. Всё дерьмо с пути убирать, линии - как можно чётче, пожалуйста. Кривые попытки затрите.
Кай с трудом и болью, выглядя как согнутый ревматизмами бывший циркач, наклонился между своими растянутыми длинными ногами и подобрал оброненный чуть деформированный гарпун у своей правой стопы, и нарисовал ещё один небольшой круг перед собой, а вокруг него начал выписывать символы.
- Лина, заранее, как закончите круги - встаёшь у меня за спиной, кладёшь руки на плечи, и пусть Авель обведёт твои стопы. Ритуал буду проводить прямо здесь и сейчас.
[AVA]http://i.imgur.com/xCqUxx7.png[/AVA]

0

18

Ээээ... Лин даже не нашлась что сказать. Приказание прилетело и припечаталось ей в лоб так быстро, что она даже не успела спросить вампира о самочувствии. Ноги сами развернулись, а глаза начали искать какую-нибудь палку, которой можно было бы изобразить требуемый рисунок. Ладно-ладно, она даже не спросит с чего это ее спутника прорвало на бурную деятельность. Только что ж забавлялся с ловушкой, чтобы пробраться в дом, то когда  шандарахнуло как следует, желание осматривать хижину сразу пропало. Впрочем, ничего удивительного. Возможно, Рэй решил, что таким макаром лучше к демонам все. Что ж он раньше то не стал делать эту штуку, до того, как они находили-налетели километры Лунных земель - тоже вопрос. Но Рейнеке выглядел как-то совсем так себе, и Лин прикусила язык. Ой, все. Как будто ее удивляла мысль, что ее спутники действовали в своих личных целях.
Лин раздраженно отталкивала ногой камешки, ветки, жуков (или что там было), освобождая место для большого внешнего круга. Она подумала, что, возможно, сейчас она на самом деле сидит где-нибудь в комнате лекаря, завернутая в рубашку с длинными рукавами, и раскачивается из стороны в сторону. Ибо последние события напоминали лихорадочный бред сумасшедшего. Ее собственная вечеринка до сих пор порывала дракона разбить себе нос жестом рукалицо. Стыдоба какая. А теперь они занялись рисованием. Хоть это это было просто для Лин. Пером, кистью или тупой сучковатой палкой она владела в совершенстве, чтобы изобразить как можно более ровный круг с первого раза. Зря она ругала Кирин, и ее уроки пригодились.
Потом Рэй указал куда распихать найденные предметы: безвкусную статуэтку, потрепанную, но все еще блестящую чешую, вызвавшую у Лина Ли горестный вздох, и непонятную штуку, которую девчонка вслед за вампиром окрестила чешуйкодеркой. Про пуговицу дракон забыла в суете, и она так и осталась лежать в кармане брюк, куда Лин запихнула ее впопыхах. А картинка получилась и так что надо. Как будто они древнего духа собрались вызывать (а может, так оно и было, дракону, как всегда, никто не потрудился ничего объяснить).
Девчонка тяжело выдохнула, медлила все, ибо происходящее ей нравилось все меньше и меньше, но все же заставила себя подойти к спутнику. Времени было мало, кто знает, сколько еще отмерено ее отцу, здесь уже не до сомнений. Лин вцепилась правой рукой в плечо вампира, все думая, как бы пристроить левую. Она, конечно, могла опереться на Рэя локтем, навалившись всем своим весом, но тому и без этого было "хорошо".
- Рейнеке, тебе одной руки будет достаточно? - Наконец, подала голос дракон.
Ну, а если нет, то ей придется терпеть просто зверскую боль.

0

19

Авель осторожно оставил прощупывающиеся сквозь слои одежды лопатки и отстранился, чувствуя какое-то необъяснимое внутреннее торжество от момента. То ли так его вдохновляло, что в кои-то веки он возвращает должок, то ли даже насквозь подозрительный и тревожащий посланник матери, у которого на остром лице с длинным носом и тонкой нижней губой было написано, что он совсем не прост, и при всех тех словах, которые вытянули они из и так говорливого Рейнеке, они знали обрывки событий и людей, но не самого человека. И не его цели.
- Пожалуйста.
Нет, если он не вернётся в ближайший месяц в столицу, а лучше - к матери сразу, и не накопает на этого клоуна с ножом каких-то шевелящих волосы на затылке подробностей - он навсегда завяжет с Тайной службой из-за абсолютного отсутствия чутья.
Поворот к простому пути ему, уставшему, понравился, на обыкновенно хмуром и сосредоточенном лице промелькнула азартная ухмылка. Чтобы не потерять предыдущую мысль Ворон, склонившийся к сумке за статуэткой, было начал:
- Рэй, а с-ск... - но быстро заглох, так как обращённый неожиданно бодро и звонко (быстро же сбросил оцепенение, лисья рожа) начал выдавать инструкции.
В поисках подходящего сука Авель метнулся прыжков на пять по оврагу и вылез на поверхность, но палку нашёл что надо: остро отщеплённую, достаточно толстую, длинную. Такой, при желании, можно было убить, но у вампира для тех дел была глефа, и он берёг настоящее оружие, сложив сверху на вещи и не макнув жалом в грязь.
С педантичными медлительностью и расчётом работника затронных дел и шепотков выводил бастард внешний ритуальный круг. Он поглядывал на Лину, проверяя, как даётся задача ей и действует её единственная рабочая рука, и, оказавшись за спиной, тихой сапой подправлял, где считал линию недостаточно глубокой.
Статуэтка с розой на скале, хищно отливавшей красным на лепестках, когда Авель пронёс её сквозь марево, опустилась на указанный Рейнеке круг в письменах. Все внутренности мистик - и бывший некромант, забывать не стоит - заполнил всё угловатыми знаками и словами, которые Ворон смутно помнил по учебным гримуарам. Работу хотелось тотчас же притормозить и на чём-нибуть, хоть на коре, зарисовать, но у них не было ни тонкого скребка или пера с чернилами, ни самого главного - времени.
Выпрямившись, парень спросил:
- А если я отойду и к пределам круга не буду приближаться... я что-нибудь увижу?
Он не запинался, но явно немного стеснялся спрашивать об объекте своего давнего и страстного интереса. То, как готовил некромант - теперь вампир, но всё же - ритуал в корне могло отличаться от северянских обычаев и ворожбы, и даже не слишком одарённому в магии, хоть трудом и вышедшему до достойного владения, Авелю было любопытно до дрожи в коленках, в том числе и то, зачем в круге быть раненной Лина Ли. Узы (или Гайто у мистиков) - это очень сложное заклинание, которое он почти мечтал постичь однажды сам.
Однажды.

0

20

Что хотел Авель, маг переспрашивать не стал, хотя был не слишком занят. Ему всегда удавалось неплохо думать и сосредотачивать своё внутреннее внимание на деле, ведя дополнительно разговор, но в этот раз возникло чувство, что, что бы вампир спросить ни хотел, ему не понравится. А ещё "с-ск" могло значить сдавленное "сука". Да-да-да, Кай такой, и даже хуже, и даже спорить не станет!
Серо-зелёные глаза смотрели на круг – и сквозь. Кайлеб читал про три способа и ещё с полдюжины трюков, которые помогают, включая ритуал с кровью, по вампирской традиции, и присутствием члена семьи. Но сам он никогда не растрачивался так на поиск людей – или драконов, или тварей, или кого бы то ни было – за него это делали подручные аколиты. А теперь – будь добр сам, господин Великий магистр. Наслаждайся удобствами богами забытой глуши в роли лакея (лакея роскошной женщины, укрывающегося от возможного удара в спину, правда, это немного извиняет его бедственное положение сейчас). А ещё…
- Я слабо представляю себе, как сработает ритуал, – с сомнением произнёс Четвёртый, вступая в круг. – У одних – одно, у вторых – ещё что-то, а как поведёт себя моё заклинание, да ещё если вы хотите всю эту ману вокруг приплести…
- Ты должен. Ты гений, повелитель пространства и времени, ты существуешь для этого!
- Я существую, чтобы не пускать наружу ту тварь и не давать Мальчику просыпаться
, – холодно заметил Четвёртый. – Знай свой номер, я могу передумать.
Темнота содрогнулась в повисшей тишине.

Всё было готово.
- Одной руки хватит, контакт нужен больше тебе, для страховки, – сказал Кайлеб, неуловимо сменив клоунскую и переходно-содержательную манеру говорить на абсолютно спокойный, сосредоточенный и всегда немного усталый тон. – Остальное обсудим как закончим. Авель... просто отсядь.
С этими словами лжевампир ещё раз осмотрелся, точно проверяя, никуда не утёк ли из его зыбкого восприятия мир, и погрузил вертел в дугу ритуального круга перед собой и Розой. Обеими руками, чуть скользя пальцами из-за перчаток, маг крепко навалился на предмет и закрыл веки, выпуская из тела ману.
Рисунок сначала замерцал, а потом, постепенно наливаясь, испустил из себя целый дождь холодного красного света, который будто выпивал из всего окружающего сероватую белизну дня и поглощал в себя. Этот хищный чёрный отсвет притянул к себе всё ещё гудевшую в воздухе овражка ману некромантов из их пентаграмм и стал ещё насыщеннее, накрывая слои рисунка вуалью. Ритуальный круг стал похож на искусно выдутое цветное и дымчатое стекло. На слоистый стакан или бутылку. И Лина Ли попала сквозь этими слоями, выныривая лицом во внутренний, где Кайлеб нависал над центром с глазами, бегающими под тёмными веками. Его голова кружилась от потери маны, несмотря на то, что он притянул чужую с целью сэкономить немного сил. Он опасно качнулся от приступа слабости, пробежавшего по мышцам, и направлять заклинание пришлось заново. Мысли сбивались в вату, как вымытая и пушистая овечья шерсть. Маг открыл глаза. Перед ним лежала статуэтка со стальной розой на скале, искрящаяся невыносимо-красным кровавым огнём. Блики появлялись и исчезали на границах круга и элементах, но Кай чувствовал себя ослеплённым и оглушённым.
- Не пойдёт, - не зная, вслух или в голове, просипел Четвёртый, расставляя ноги шире в том, другом, белом пятне света в помутившейся тьмой безумия голове. Он собирал волю ещё раз. И ещё раз. Другие голоса, даже бодрствуя, затихли, блестя глазами из углов и наблюдая.
"Райлег Уайтсноу, я тебя всё равно найду и пущу на акселераторы магии лично!" – скрипнул зубами в ярости мужчина. Он был слишком хорошим и гибким магом, чтобы не осилить всего-лишь ещё одно новое заклинание! Он всегда находил способ! Почти всегда…
Из статуэтки перед невидящими реальность глазами мистика выпорхнул красный дракон. Кай рвано вздохнул, его зрение быстро сфокусировалось нереально узкими зрачками-точками на образе. Это казалось ему? Этот проводник был реален, вместо внутреннего знания или картины, которое описывали практики? Видела ли дракона Лина Ли, из-под руки которой теперь ушло плечо мага. Она была носителем крови, её Кай включил в ритуал для подстраховки. Хотя…
"Нет, стой! Я ведь тоже имею в себе твою кровь! Кровь твоей дочери!"
Левая рука лжевампира подняла маску, носом с помощью двух пальцев он вырыл себе доступ к коже на запястье. Заострённый клык легко сделал в коже мелкий надкус. Выступила кровь.
- Не смей сбегать! – уже вслух прорычал мужчина, видя, как бьётся маленький крылатый о пока ещё мерцающие стены кругов и чёрный отсвет вокруг них. Штырь давно упал и погас, но Ворлак ещё имел какой-то контроль над собственным заклинанием. Внешний круг разомкнулся, накидываясь сверху на дракона сеткой – да, безумный ум и не такое может по части фантазии и смекалки! – а внутренний, чуть погодя, сошёлся в одну точку, оставшись между призывателем и проводником крепкой и красной, как злая мана и кровь, нитью. Кайлеб спрятал лицо, спрятал ранку, и ухватился за нить, как будто она была абсолютно материальна. Крылатый уже порвал сеть, или она стала его частью, но поводок порвать не мог. Мистик с драконом, точно огненным бумажным фонарём или воздушным змеем на привязи, ликующе смеялся. Смеялись голоса в его голове, выпрыгнув в круг вместе с мастером.
- Попался, попался! – Кай шевельнулся, хрустя повёрнутой резко шеей (прострелило, больно), и посмотрел сначала на Лину, потом на Авеля. Его рука сжимала нить, но было ли заклинание реально для них как для него? – Я взял след! Он, – теряя уверенность, сумасшедший глянул на рвущегося куда-то дракона, удерживая его. Мышцы сводило судорогой от напряжения. Сильный, зараза! – поведёт нас.
Маг и поднялся, даже если бредил, с земли, точно его тянула незримая сила: почти не сгибая ног, почти не ища опоры сзади. Его качало и кружило, хотя вся потерянная из тела мана и была в чарах совсем рядом, прицепленная нитью к небольшой ранке под перчаткой. Дети себе на запястье часто повязывают красные и прочие узелки, вот и Кайлеб себе завёл!
- Ты сейчас потеряешь сознание, – сказал один он другому ему. Белый круг света казался темноте уже не таким белым, а сама темнота подёрнулась красноватой дымкой не то магии, не то крови из лопнувших сосудов у глаз.
Напряжение…
Взрыв…
По шее слева сочилась струйка липкой и вязкой смеси пота и крови.
- Авель, Ли… – тихо протянул Кайлеб, прижимая к груди кулак с нитью и чуть покачиваясь. – Я в порядке, просто скажите мне, что за стороны света вокруг. Он тянет меня назад, а я даже не знаю.
- О, скажи это ещё раз! – в исчезающем внутреннем контрасте послышался голос Варлока, - А потом добавь: "Дили-дили-дам,
Я у мамочки старый,
На вольных харчах

Размякший и глупый болван…"
Какое счастье, что под маской не видно было абсолютно осоловевшего и сбитого с толку лица колдуна-молодца.

Использовано: Гайто – 400 маны.
Тут недавно выяснилось, что мы продолбились по географии и горы Алавес от наших героев не на север, как раньше писали, а на юг через бассейн Амазонки Великой реки. Положим, дорога, по которой отходили, и правда вела на север, делая круговой объезд неровной почвы и выводя телеги к берегу реки с небольшим рыбацким хутором/сторожкой и лодками.

[AVA]http://i.imgur.com/xCqUxx7.png[/AVA]

0

21

Лин было интересно, что произойдет. Не каждый день становишься участником ритуала, совершенно не зная его сути. Да и хорошо, меньше знаешь - крепче спишь. Сначала вроде бы и ничего, только холодок пробежался по спине от ощущения чужой магии. По ногам будто сквозняком обдало. Рисунок становился все четче, словно кто-то поджег его и теперь пламя разгоралось все ярче и ярче. В какой-то момент окружающий мир исчез из поля зрения, оставив девчонку в вихре инородной силы. Лин вцепилась здоровой рукой в потрепанную куртку вампира, на мгновение не сдерживая истинную сущность - девичья ноготки превратились в драконьи когти - толи от страха, толи от нетерпения. Она нервно оглядывалась, но глаза застилал туман. Лачуга с магическими минами, отвесные бока оврага, фигура учителя - все пропало. Дракону даже показалось, что они переместились куда-то в другое место, но нет, приглядевшись, она заметила очертания злосчастного тайника.
- Мне так надоело ждать...
Лин вздрогнула, обернулась, не замечая, что отпустила плечо вампира, выпрямилась. Отец сидел позади нее, зевая во всю огромную пасть, демонстрируя гигантские клыки. Он в своем истинном облике красного дракона, который был привычен Лин. Райлег не любил превращаться в человека - терпеть не мог это слабое несовершенное тело. Возможно, именно поэтому он всегда был для девчонки олицетворением колоссальной драконьей силы.
- Ты... здесь? - Отец был настолько реален, что казалось только протяни руку - дотронешься до прохладной сверкающей чешуи. Лин почти поверила видению, шагнув вперед и едва не выходя за очерченный круг. Но заставила себя не обманываться. Смирись, но все, что видишь перед собой всего лишь образ дракона, который ты помнишь. Таким он был до того, как исчез. Никаких залысин от отодранных чешуек, никаких следов болезни и того долгого времени, которое он провел в плену. Или так выглядел его дух, который, как казалось Лин, было невозможно сломить.
- Давно здесь... хм... все идешь по моим следам, но никак не можешь догнать. Все бросаешься из стороны в сторону, словно в лихорадке, и теряешь время.
Отца ли это слова или проекция мыслей в ее собственной голове?
- Так покажи, куда надо идти!
Дракон раскрыл огромные крылья, взмахнул, но Лин не почувствовала ветра. Поднялся немного над землей, продолжая наблюдать за девчонкой огромными зелеными глазищами.
- Вечно вам нужно что-то показывать. Молодежь... никак не привыкнете к самостоятельности...
Он исчез так же неожиданно, как и появился. Напрасно Лин осматривалась вокруг, не замечая борьбы и возни мага всего в шаге от себя. Крутилась на месте, как комнатная собачка, не знающая куда лечь. Ей так хотелось помочь, быть полезнее, чем она была все это время, но, кажется, она и собственного отца умудрилась проворонить. А потом почувствовала, что чужая сила уже не держит ее. Рэй качнулся, и девчонка подстраховала его со спины, заодно и себе не давая упасть от столь резкой перемены. Уши заложило и до нее не сразу дошло, что сбежавший от нее образ отца угодил в сети мага-вампира.

0

22

Авель сидел, наблюдал…
Всё было просто, но одновременно сложно. Всё было ясно, но в голове билась одна мысль: "Что, что, что, Фойрр побери, происходит?!". Ворон магом был чуть лучше, чем средним, но от природы ему не досталось того, что требуется для достижения истинных высот – врождённого чутья и творческого восприятия. Он приспособился не тонуть в море бумажной волокиты, но изрядно оглох к искусству и поступкам не "по форме номер…". Для служащего канцелярии Рейнеке, живая и болтливая подачка Глациалис ему в помощь, воплощал нестерпимый беспорядок вещей. Иногда этот хаос был созидательным, но чаще – смущающим и деструктивным.
Отчаявшись искать скрытый за гранью восприятия смысл колдовства, вампир просто медитативно наблюдал за всплохами энергии и трепещущей иллюзией. Ещё с первого столкновения с обращённым в маске Авель запомнил: он видел магию всяких цветов и смутных ощущений, но, пожалуй, не сталкивался, чтобы чей-то огонь был таким холодным и одновременно испепеляюще злым. В покоях Глациалис парень даже в один момент подумал, что вот сейчас этот послушный шут оскалится, наконец, сбросит очередную маску и попытается мать убить. А Авель, что ни говори, хоть с этой женщиной был знаком совсем немного, зла ей не желал.
И вот теперь Лина Ли оказалась целиком объята потусторонним красным цветом. Тени танцевали на осунувшемся от путешествия светлом лице, в тенях терялись синяки под глазами, припухлости ушибов и царапины. Он наблюдал третье превращение своей ученицы. Ученицы… Наставничество длится годами, и только тогда в нём есть толк. А Авель всегда слишком занят чем-то ещё, чтобы посвятить себя кому-то одному.
Его спутники, казавшиеся отвратительно чуждыми в этом круге, кажется, говорили – насколько можно было понять по движущимся губам девушки, но звуки не проходили сквозь магический стакан. Тени метались в нём, тени недобрые и зловещие, но Авель просто старался настроить себя нейтрально. Ему мерещилось и он боялся внутри просто потому, что не понимал. Любое, даже самое открытое разумом существо страшит неизвестность. А её длительность вовсе сводила с ума.

Ворон подпрыгнул на ноги, стоило рисунку погаснуть, а красноте превратиться в трепещущий над головой мага, точно воздушный змей, фантом дракона на тонкой пуповине. Вот это было уже… интересно. А ещё Авель чувствовал кровь и даже помнил, что это что-то ковырял на себе Рейнеке. Но подошёл бастард к Лина Ли.
- Ты как? – несколько озабоченно спросил он. Рука в грязной перчатке протянулась, чтобы лечь на плечо и предоставить хоть какое-то успокоение отчаянно ищущей глазами девушке, но опустилась до соприкосновения с повязкой.
Ей давно надо было сменить повязки, – хмуро подумал Ворон, но воздержался от замечания не к месту и времени. Его течение мыслей выдал лишь осторожный пас, с каким он отводил пальцы.
Авель вдохнул. Выдохнул. Вдохнул.
- Надеюсь, с вами всё в порядке? – он глянул на мужчину в маске, всё так же прохлаждавшегося, сидя задницей прямо на земле. Чуть поднятая голова и блеск в прорезях глаз вроде как свидетельствовали, что Рейнеке жив и в сознании. Но запах крови его усилился.
- Рей, ты можешь встать? – обратился бастард к магу. Вот ему грязную руку на плечо можно было не стесняться положить: он был весь грязный и без этого, даже опуская все предубеждения. И всё, что он делал в паузу – пялился на своего магического фантома. – У тебя кровь где-то.
Авель стянул перчатку и более-менее чистыми пальцами нырнул в сумку, думая, что выбрать: зелье, или всё-таки флягу с кровью. Нужно быть заботливым, даже если каждая частичка требует бежать от таких друзей в ужасе и прятаться в уюте канцелярии, нужно быль терпеливым, даже если раздражение, перерастающее в гнев, уже грозит разорвать любую помеху, нужно быть невозмутимым, даже если нихрена не понял, что это было вот только что…
Авеля никогда не учили вести за собой, но сейчас им нужен хороший капитан.
Вдох. Выдох.
- Чувствуешь жажду?
Он сам вот чувствовал, хотя уже утром пил. Нервы.
Жёлтые глаза из-под капюшона в упор посмотрели на Лина Ли.
- Не знаю, сколько там держится ваша ворожба, но мы пройдём немного, а потом привал. Не обсуждается. Вы оба никакие. Вставайте, а вещи я соберу.

0

23

Вот она, истинная цена чудес за пределами человечного. Исступление. Опустошение. Во всём теле Кайлеба поселилась такая необъятная бездна, что он был готов вот-вот взмахнуть руками, подпрыгнуть над землёй пёрышком, и испариться. И маска, казалось, была ему нужна лишь затем, чтобы скрыть это прозрачно-бледное, измотанное, излучающее беззащитность и медленную пытку, которой стал каждый вдох, каждая мысль, каждый пунктирный удар сердца в висках. За маской, как бы она ни походила на лицо, не видно живого человека, чьим главным желанием на момент становится падение на землю с раскинутыми руками и либо сон, либо рисование в грязи крыльев светлячка. Да, правда под видимостью почти непогрешимой крутости состояла из ощущения безнадёжности и горького смеха.
Маски, кстати, носила большая часть созданных Ворлаком големов. Так они ещё меньше напоминали бывших некогда живыми существ, у многих из которых на момент гибели вываливались языки, сворачивались судорогой мышцы и текло изнутри всякое дерьмо. Куклы оказывались куда чище и безупречнее, они были менее уязвимыми и более совершенными. И, конечно, как показала практика, больше гниющего и просто отвратительного зомби вселяет ужас именно равнодушный человечный лик из стали, под которым сияют у оживлённого на костях конструкта глаза…
Кхм, сторонние мысли в тяжёлой и пустой голове. Без споров Четвёртого и Пятого было совсем грустно.
"Ну и что, дракон, какого демона ты тянешь меня за спину?" – решил Варлок (или не Варлок? Или кто?) мысленно поговорить со сгустком вытекшей из него и рвущейся прочь магии. Кажется, миниатюра не умела говорить. И вопрос про стороны света тоже никто не услышал. Грусть…
- Лучше тоник мне достань, – не то просипел, не то простонал лжевампир. Его и так тошнило, самое время глушить хотя бы для вида то, что не переваривает желудок и убить его окончательно!
Деревянными пальцами маг стянул с руки перчатку и, несмотря на очень болезненное жжение иллюзорной сущности, полез поднимать маску. Прохладный воздух тронул покрытую испариной кожу. Подушечкой пальца Кай мазнул по верхней губе, потом лизнул. Сухой язык постепенно распознал солоновато-горький вкус как пот, засохшую под носом с вечерней пробежки соплю, пепел и кровь.
"Вкус успеха и побе-е-еды! – едко подумал некромант. – Не прошло и месяца, я так скучал!"
Ещё ржаво-красная дорожка бежала по шее из уха, и это уже не было похоже на повод для смеха "ура, кровь из носа, мне снова тринадцать, а не тридцать один!".
"Фойрр, я просаживаю себя насухо слишком часто!"
С этой мыслью по позвоночнику пробежался вновь обретённый страх.
- Эй, Авель, – пытаясь заглушить тварь, пока она не выросла в панику, позвал Рейнеке. – Дай я на тебя обопрусь
Натянув перчатку и опустив маску снова, тяжело дыша и с нескольких попыток оторвав задницу от размытого дна оврага, маг начал взбираться по бастарду. Ситуация была тем комичнее, что в итоге он выпрямился, став на законные полголовы выше Ворона, но этот момент продлился секунду. После плечи и длинная шея повисли безвольно, а Кай, шатаясь, сделал неуверенный шаг в сторону. Всё это время его вверх, как долбанный воздушный змей – жаль, такого не было у них с Алисией в детстве! – тянул маячок.
- Лина-а, – протянул, точно пьяный, мистик. Заставить себя думать было трудно и не весело, но, как и многие идеи, мысль пришла в больную голову спонтанно. – А разве горы Алавес не через Великую реку и речки её невеликие?
Дело в том, что Кай немного забыл географию, а Авель не знал, или не думал, что надо поправить. Все эти дни два клыкастых идиота взаимно заблуждались, что горы – это вон те сизые лесистые холмы к северу. А они были к югу. И миниатюрный Райлег Уайтсноу тянул их туда. На юг.
[AVA]http://i.imgur.com/xCqUxx7.png[/AVA]

Эпизод завершён

0


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [13.03.1082] Стервецы и пепелища