Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре август — сентябрь 1082 год


«Цветок алого лотоса»

Изменились времена, когда драконы довольствовались малым — ныне некоторые из них отделились от мирных жителей Драак-Тала и под предводительством храброго лидера, считающего, что весь мир должен принадлежать драконам, они направились на свою родину — остров драконов, ныне называемый Краем света, чтобы там возродить свой мир и освободить его от захватчиков-алиферов, решивших, что остров Драконов принадлежит Поднебесной.



«Последнее королевство»

Спустя триста лет в Зенвул возвращаются птицы и животные. Сквозь ковёр из пепла пробиваются цветы и трава. Ульвийский народ, изгнанный с родных земель проклятием некромантов, держит путь домой, чтобы вернуть себе то, что принадлежит им по праву — возродить свой народ и возвеличить Зенвул.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Тьма прежних времён»

Четыре города из девяти пали, четыре Ключа использованы. Культ почти собрал все Ключи, которые откроют им Врата, ведущие к Безымянному. За жаждой большей силы и власти скрываются мотивы куда чернее и опаснее, чем желание захватить Альянс и изменить его.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Солмнир Алисия Эарлан Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » Жизнь жестока, почему жизнь за гробом должна быть лучше?


Жизнь жестока, почему жизнь за гробом должна быть лучше?

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

- игровая дата
1073 - 1082
- локация
Мир Теней
- действующие лица
Вилран, Безымянный


Так или иначе, рано или поздно, но все оказываются здесь - в чертогах безымянного бога.

http://forumuploads.ru/uploads/000f/3e/d5/627/t94101.jpg

Отредактировано Оливер (26-01-2020 00:47:22)

+2

2

[nick]Безымянный[/nick][icon]https://cdn1.radikalno.ru/uploads/2020/1/11/e1ec6bb99f5d3eefd0e07898c35d6257-full.jpg[/icon]

Умирали все. Некоторые при этом умудрялись вернуться в мир живых, но никто из них не мог внятно описать, что находится по ту сторону Границы. Кто-то видел лишь тьму, кто-то мир, похожий на тот, что они покинули, но искаженный или даже изуродованный, пылающий; кто-то встречал своих близких, кто-то был пронизан чувством бесконечного одиночества. Но все они сходились в одном: никто не описывал Мир Теней, как место благоденствия и радости, а потому мрачный бог Смерти виделся живым лишь Палачом и Пленителем, а его мир - Тюрьмой. Многие некроманты даже находили в этом представлении оправдание для воровства и заточения душ, свято уверенные, что следуют путями своего демиурга.
   И все были по своему правы и одновременно не прав был никто.
   Для самого Таэриона Мир Теней был подобен мягкой и податливой глине из которой умелый мастер мог вылепить все, что угодно, или чистому листу, на который также можно было нанести любую свою мысль или образ, а после, также легко стереть. И мало кто из живых догадывался, что ближе всего они касаются Границы и Ее сути при жизни, когда закрывают глаза и проваливаются в сон. Некоторые даже пересекают Ее, никогда больше не просыпаясь: чаще всего старики и маленькие дети - те, чьи тела еще или уже слишком слабы, чтобы оставаться надежным маяком.
   Оттого было велико разнообразие описаний Мира Безымянного: каждый видел в нем то, что только способен был вообразить и обрекал в нем себя на то, что сам же от смерти ожидал, нанося на ее первозданную чистоту свои детские каракули. Охватить все величие и все возможности Мира Теней разум смертных не мог, ибо был ограничен клеткой из собственных эмоций, воспоминаний и упований. Она же хранила его. Оставь душа ее в один миг и она разодрала бы сама себя в попытке осознать то, что невозможно представить и для чего нет слов ни в одном из языков.
   Таэрион не трогал эти клетки. Попадая в его чертоги, душа окружала себя иллюзиями построенными на воспоминаниях и эмоциях. Постепенно воспоминания становились не воспоминаниями о прошлом, а воспоминанием о последнем воспоминании. Они поглощались миром, растворялись в нем, пока душа не принимала Мир Теней и не отбрасывала свою прежнюю жизнь вместе с личностью.
   Когда-то все эти воспоминания и знания породили самого бога Смерти. Таэрион был сутью всех поглощенных Бездной личностей, результатом множественного познания, что был отброшен каждой из душ. Знание никуда не девалось, знание накапливалось в Мире Теней, пока не смогло осознать само себя. Безымянный был новым существом и в тоже время был каждым, кто когда либо жил, представляя из себя сосредоточение духовного опыта. И он продолжал постигать и учится… и покровительствовать каждой из душ.
   Но, обратимся к душе конкретной.
   Миг смерти, как и миг сна осознать было невозможно. Можно было прочувствовать, что ты засыпаешь или умираешь, но момент перехода всегда легок и невесом. Оттого многие не верили, что умерли, или просто не понимали этого попервости. И Безымянный не торопился поражать их этой новостью, или как-то встречать на пороге вечности в черном балахоне и с прочей атрибутикой приписываемой образу Смерти. Гораздо чаще он представал перед душами в том облике, каким они наделяли его сами, когда начинали взывать о помощи или искали понимания происходящего.
   И потому, новоявленная душа, помнящая себя как Вилран, вдруг оказалась во тьме одна, наделенная силой изрисовать эту тьму, как будет ей угодно. То могло быть в равной степени, как спокойное место, так и мир полный неведомых чудовищ, стремящихся вырваться из тьмы, догнать и разорвать на части.

+2

3

Что произошло? Как он попал сюда?
Если бы только Вилран знал. Еще совсем недавно он вместе с братом слушал рассказ Герцеры об истории рода Беннаторов, попутно рисуя в тетради стаю ворон и подписывая их именами своей родни – живущей и давно почившей. Рисовать было совсем необязательно, но Вилран скучал, а оттого и ворон рисовать вскоре надоело, и в голову пришла более интересная мысль – ворона призвать. Гипнос уже вовсю научился призывать своего помощника, и Вилрана брала зависть, почему у брата в магических науках все получается, а ему от природы такого дара не дано. Это было обидно, еще и потому что учил заклинания Вилран совсем не хуже Гипноса. Ему казалось, что он был даже более сообразительным и внимательным! Но, увы, той энергии, что давала брату возможность творить заклинания, Вилрану почему-то при рождении не досталось. 
И только, рисуя ворон, он вдруг осознал, что есть лазейка, через которую он тоже может попробовать сотворить заклинание. Конечно же! Как он сразу не догадался! Тело у них с Гипносом одно, а значит и ту силу, которой пользовался один из близнецов, можно было перетянуть к себе второму. Вилран, обрадованный новой идеей, тут же позабыл про урок Герцеры и сконцентрировался, чтобы перетянуть ману Гипноса к себе. Он почувствовал тепло, окутывающее тело, и даже некий внутренний свет (или, возможно, ему лишь так показалось), и тут же направил весь этот свет на призыв ворона.
Вилран думал, что должно было получиться, ведь он старался изо всех сил, но произошло совсем не то, на что он рассчитывал.
Вспышка.
Тьма.
Его пронзило холодом, а из тьмы долетели голоса тетушки и брата. Долетели на миг и исчезли, растворившись в тишине.
И ничего не стало.
Вилран не ощущал себя, не мог двигаться и говорить. Не мог вообще ничего и не понимал, где он.
Быть может, он спит?
Но если так, то проснуться тоже никак не получалось.
И Вилран разрыдался – судорожно, громко, совсем себя не сдерживая. От страха он не мог думать ни о чем другом, кроме как о собственном желании оказаться дома, и даже не заметил сначала, что слышит собственный голос – заметил, лишь когда нарыдался вволю и сам от этого устал.
От осознания того, что он слышит свои всхлипы, Вилран замолчал. Затем позвал Гипноса, с которым до сих пор был неразлучен, отца и тетушку. Снова и снова, хоть ему никто и не отвечал. И еще он понял, что может двигаться, и пошел куда-то во тьме. Или полетел? Он не мог разглядеть себя, настолько тьма была густая, но ощущал движение и продолжал двигаться вперед и звать своих домашних.
А что ему еще оставалось делать?
Во Тьме ничего не было, поэтому единственным занятием Вилрана на долгое время стало двигаться и звать, звать и двигаться. Или порыдать. Сколько это продолжалось, он бы ответить не смог – сознание помутилось, сжалось, в панике забилось в собственную скорлупу и там замерло, засыпая.
Время совсем остановилось.
Но потом пришли перемены: когда Вилран уже ничего не ждал, он внезапно понял, что находится дома – в Акропосе. В собственном замке и даже в собственной комнате. Не совсем той, что он помнил – эта тонула в тенях и выглядела довольно мрачной. Но все же она была своей – Вилран узнавал здесь каждую мелочь от стопки книг на столе до огрызка свечи, что они с братом случайно запнули под кровать, да так и позабыли достать обратно.
Однако не успел Вилран порадоваться, что нашел нечто знакомое, как оказалось, что находится в комнате он не один. Рядом что-то возилось, двигалось, шипело. Казалось, что сам Темный дом Беннаторов дышит и бормочет тихим многоголосием.
Вилран замер от испуга, а затем быстро юркнул под кровать – в свою нору, в свое Убежище. Жуткие Тени двигались мимо, иногда останавливались рядом, но не могли его ни увидеть, ни услышать, ни унюхать – Вилран знал, что они его здесь не найдут.
И решил не выходить.
Пока одна из Теней не остановилась напротив и не засунула свою морду прямо под кровать. Ее глаза светились серыми огнями на черном бесформенном лице.
Вилран взвизгнул и забился в самый дальний угол.
[icon]https://c.radikal.ru/c36/2001/39/0ba607aa292d.png[/icon]

Отредактировано Вилран (13-01-2020 20:12:19)

+2

4

Понятия времени не существовало в Мире Теней: здесь не было ни дня, ни ночи, которыми бы можно было его измерить; и так же абстрактны были расстояния: одна комната могла занимать все пространство вокруг, сжиматься или растягиваться - точно так же как была тягуча мысль вообразившего ее. Мир темноты был миром условностей и души бродили в нем, иногда настолько близко, что могли коснуться друг друга, однако этого не происходило, ибо каждая из них прибывала в своем коконе иллюзий, зацикленная лишь на собственных переживаниях. Исключения бывали, например, при сильной эмоциональной связи и при условии, что скончавшиеся еще помнили свои имена, тогда они находили друг друга даже в самой густой тьме. Безымянный не разлучал их, ведь так или иначе они все равно переставали быть собой и в конечном итоге эта связь распадалась. Совсем другим делом были души связанные ритуалом, смысла которого Таэрион не понимал, ведь в послесмертии такие пары зачастую лишь мучились друг другом, спаянные, неспособные расстаться даже потеряв личности, а с ними смысл этой связи. С такими приходилось возиться особенно долго.
   Безымянный работал с каждым, кто никак не мог отпустить свое прошлое, вторгался в их иллюзии, даже если его не звали, но уже не в лице наставника, а в лице той силы, что буквально перетряхивала надуманный мирок.
   Душа к которой он пришел теперь была одна: должно быть все, с кем у нее могла быть связь оставались живыми или давно уже умерли. Замкнутая на себе, остающаяся в собственном представлении беззащитным ребенком, она недвижно сидела в центре своих фантазий и по опыту Таэриона могла пробыть в таком зажатом состоянии изрядную долю времени. Требовалось подтолкнуть ее к движению и очищению. Все, что не движется - загнивает, даже душа.
   Безымянный легко вспорол тонкие нити чужой фантазии, игнорируя ее вымышленные законы - в Бездне не было места, куда бы не мог проникнуть его бестелесный дух, - а дабы душа могла сознавать его присутствие, он принял тот облик, каким она сочла возможным его наделить.
   Таэрион оказался в комнатке, каких было тысячи на его памяти, и в тоже время каждая из них была в чем-то особенна - она рассказывала о хозяине и о состоянии его души на данный момент. Душа Вилрана прибывала в страхе. Страх был всюду, неосознанный, он принимал вид размытых фигур, и это было сложнее для работы, чем если бы у страха оказалось конкретное лицо.
   Найти где прячется властитель этих мест оказалось несложно: Безымянный видел сквозь чужую иллюзию и, так или иначе, все души выбирали схожие места, чтобы укрыться. Таэрион заглянул под кровать, встречаясь взглядом с притаившимся под ней, и потянул к нему темную руку с заостренными кончиками пальцев.
   - Ты не сможешь прятаться вечно, - произнес он и голос зазвучал отовсюду разом, негромкий, бесстрастный, не мужской и не женский, лишенный интонаций и привычных любому жившему вдохов и выдохов. - Иди ко мне. Иди со мной.
    Протянутая когтистая лапа немного не дотянулась до Вилрана, клацнув о доски пола точно металлическая, пальцы ее чуть сжались, оставляя на дереве характерные белесые царапины. Сколько бы Безымянный не протягивал руку, последний короткий жест каждая душа должна была сделать сама.

[nick]Безымянный[/nick][icon]https://cdn1.radikalno.ru/uploads/2020/1/11/e1ec6bb99f5d3eefd0e07898c35d6257-full.jpg[/icon]

+2

5

Как он его нашел? Ведь под кроватью был такой хороший тайник! Вилран верил в него, но пришлось забиться в самый угол, чтобы лапа монстра не дотянулась. Длинная, когтистая – Вилран видел, как она царапает доски пола, несмотря на темноту. Он вообще видел очень многое, что не должен был видеть. Например, всех этих теней-монстров – раньше их в детской никогда не было, или они оставались для близнецов невидимыми. Видели их разве что маги. И, быть может, Гипнос? Он же маг, хоть еще и маленький.  А Вилран... Что если он тоже стал магом, а потому и видит все это? Он же пытался, пробовал. Что если у него получилось? Ведь магия некромантов сама по себе страшная и непонятная обычным людям, идущая рука об руку со смертью по грани жизни - он это знал, она его пугала, но она была.
— Ты не сможешь прятаться вечно, — прозвучал голос из ниоткуда и в то же время со всех сторон сразу. — Иди ко мне. Иди со мной.
Вилран заткнул руками уши, но голос все равно услышал. Казалось, тот звучал прямо в его голове. Значит, точно это была магия.
- Я могу прятаться, сколько хочу, - чуть слышно ответил Вилран, всхлипнув. Прозвучало жалко, и он добавил для пущей важности: - Это мой дом. Где хочу, там и прячусь.
Он замолчал и отвернулся. Ненадолго. Вскоре оглянулся на руку снова – ему стало любопытно. И не так одиноко, ведь за долгое время с ним кто-то наконец-то впервые заговорил. Жаль только, что это был монстр.
Рука никуда не делась, она все еще была здесь, но больше не тянулась – оставалась на месте. И Вилран немного осмелел.
- А ты кто? Почему ты в моем доме? – поинтересовался он в свою очередь, вытирая кулаком слезы с глаз. - Почему тут так много монстров, ведь раньше их не было!  Нас охраняли химеры, но и их нет. Их съели? И Гипноса нет, - Вилран машинально обернулся туда, где должен бы был быть его брат-близнец. – И папы, и тетушки. Я столько их звал. Наверное, в нашем доме что-то случилось.
Он посмотрел еще раз на протянутую когтистую руку и осторожно дотронулся до нее. Быстро, одним пальцем – и тут же отдернул его обратно. Рука показалась ему холодной, но тут и так было холодно, так что это не удивило. Видимо, монстр тоже замерз.
- У нас есть камин, - подсказал ему Вилран. – Если я выберусь, ты его разожжешь? Стало бы тепло и не так темно. Или тебе нравится темнота?
Он дотронулся до него еще раз. Все также быстро. Что если он сам призвал это существо своим заклинанием призыва? Мысль была интересной, и мальчик тут же ее озвучил.
- Гипнос умеет призывать ворона, а у меня почему-то получился ты, - его голос прозвучал несколько расстроенно. – Мне кажется, что ворон лучше, ты – слишком страшный получился. Тебе обидно от этого? Или все равно? Но зато ты разговариваешь, а ворон Гипноса нет – он только таращит глаза и машет крыльями, - Вилран попробовал смягчить собственный упрек. Затем немного подумал и вздохнул. – Ладно, я вылезу из-под кровати, только ты отойди, а то я тебя пугаюсь.
В конце концов, негоже было призывателю прятаться от своего же создания. Если уж то получилось таким жутким, то сам Вилран в том и виноват – надо было представить что-то более приятное. Например, белку! Или кошку. А так Вилран вообще плохо помнил, что представлял, когда читал заклинание и потянул на себя силу брата.
[icon]https://c.radikal.ru/c36/2001/39/0ba607aa292d.png[/icon]

Отредактировано Вилран (19-01-2020 12:11:50)

+2

6

Высказав свое боязливое, но решительное недовольство, душа замолкла и попыталась спрятаться еще глубже в себе, однако тот угол, который она представляла, был ее пределом. Провалиться еще дальше уже не было никакой возможности. И Безымянный просто ждал - время не имело значения. Молчалив и недвижим, он пялился на душу теми туманными серыми глазами, какими его наделили. Даже не видя этот взгляд, его можно было ощутить всей сущностью, точно бы Вилран сидел на чужой огромной ладони и его разглядывали со всех сторон разом, как жука.
   Но вот дух ребенка обернулся к нему. И хоть страх все еще клубился вокруг него, проявил живое любопытство к происходящему.
   - Я проводник, - ответил все тот же спокойный голос отовсюду разом, точно бы тени не принадлежал. У нее вовсе не было рта или пасти, лишь подобие глаз на бесформенном "лице". - И я пришел к тебе.
   Все прочие пояснения казались Таэриону неуместными. Его личный опыт показывал, что сообщение душе о факте смерти ее тела никак не помогало процессу, иногда даже наоборот вводило в ещё более глубочайшее заточение. Важно было не осознание случившегося, важным было желание двигаться дальше, отбросить себя прошлого, чтобы стать чем-то новым. Все равно то, что смертные понимали под смертью было лишь отчасти верным. И если можно было обойтись без лишних всплесков эмоций, то Безымянный предпочитал выбирать этот путь.
   А потому он никак не стал комментировать рассуждения Вилрана о своих близких и “доме”, давая возможность ему самому найти любое объяснение, какое только он сочтет логичным. Если душа не задавала конкретный вопрос, значит пока не была готова услышать конкретный ответ. Гораздо важнее было то первое короткое прикосновение, а за ним более уверенное и продолжительное - дух перешагивал свой страх и готов был принимать помощь извне. Таэрион лишь чуть сжал пальцы, отчего когти сильнее впились в дощатый пол.
   - Разожги его сам, если хочешь, - бесстрастно ответил он на вопрос души. Объективно в Мире Теней не было ни темно, ни светло, ни холодно, ни тепло, ибо здесь не было главного мерила подобных понятий - смертного тела. Ощущения исходили лишь из представления разума и были такими же иллюзорными, как все вокруг. Небытие не имело цвета, вкуса, запаха или формы. Но издревле Тьма и Холод ассоциировалась у смертных со злом, опасностью и страхами, а Свет и Тепло с добром, спокойствием и безопасностью. Хотя если задуматься огонь губил также, как и защищал, и так же тьма могла стать убежищем или таить в себе погибель. Но если душа желала чувства безопасности, то могла создать его себе сама в том виде в каком считала уместным.
   - У меня нет предпочтений.
   Последовавшие за этим рассуждения Вилрана о призыве показались Безымянному занимательными и наивными настолько, насколько и пропитанными гордыней. Сам Таэрион ровно смотрел на то, что его считают теперь слугой и подчиненным, приравнивают к обычной птице, но если это встраивается в логику данного разума, что ж, пусть так.
   - Я не испытываю обид. Я лишен чувств, - ответил он, чтобы упразднить все подобные вопросы в будущем, и подтянул к себе когтистую лапу, освобождая для Вилрана лаз из-под кровати. - Я не то, чего стоит бояться. Здесь тебя может сожрать только собственный страх.

[nick]Безымянный[/nick][icon]https://cdn1.radikalno.ru/uploads/2020/1/11/e1ec6bb99f5d3eefd0e07898c35d6257-full.jpg[/icon]

Отредактировано Оливер (19-01-2020 17:05:53)

+2

7

Вилран, собравшись с духом, осторожно выглянул из-под кровати, ведь монстр заверил, что его не съест. Не то чтобы Вилран поверил ему на все сто процентов, но смелости у него все же прибавилось – зачем врать призванному фамильяру своему хозяину?
Существо сидело в сторонке неподвижно и, вроде как, нападать не собиралось. Вилран тоже выбрался из своего убежища полностью и сел на пол напротив монстра - достаточно далеко, чтобы тот не смог дотянуться до него рукой.
- Я не умею разжигать камин, - объяснил Вилран. Этим всегда занимались слуги, а не близнецы. Им с Гипносом и просто передвигаться было тяжеловато, не то что делать какую-то работу по дому. Да и не полагалось ее делать детям Магистра, даже если бы они были здоровыми. – А ты? Ты тоже не умеешь? А что тогда ты умеешь? Ты – Проводник... Это имя такое?
Вилран задумался. На имя было совсем не похоже, но ведь у животных есть имена-клички (например, одного из жеребцов звали Быстроногий, кота, что прикармливала кухарка – Лизун, а маленького пса, что крутился возле конюшен, – Прохвост), так что призванное существо вполне может зваться и Проводником.
- Проводники куда-то ведут, - продолжил Вилран рассуждать уже вслух. – Куда ты ведешь?
Он посмотрел в светящиеся глаза Существа, но подсказки там не нашел, а потому продолжил болтать – так ему было меньше страшно.
Меня зовут Вилран, - представился мальчик, вдруг вспомнив, что совсем позабыл это сделать. – У меня есть брат Гипнос... Или был... Он пропал...
Вилран посмотрел на свое плечо. Раньше он всегда видел там голову брата, теперь же ее не было – не было вообще ничего, и это пугало. Куда Гипнос мог исчезнуть? Что если Вилран вытянул из него всю силу и жизнь, пытаясь призвать Проводника, и теперь брат каким-то образом растворился?
- Ты не знаешь, где Гипнос? – спросил Вилран у монстра. – Я думаю, нам надо его поискать... Или папу. Мой папа – Магистр Акропоса, он сильный маг и может что-то придумать. А Акропос  - это большой город, если ты не знаешь.
Последнее, он сказал только ради того, чтобы похвастаться. Не у всех отец – такая важная персона,  а значит и самого Вилрана требуется слушаться и уважать. Даже Проводнику.
Папа любит нас с братом, - это тоже было хвастовством и немного преувеличением, ведь Вилран считал, что его Дедалус любит меньше, раз он не маг, как Гипнос. Но может именно сейчас будет любить больше? Вон у него какой фамильяр призвался, не то что просто ворон! – А тебя, наверное, никто не любит. Ведь ты же ничего не чувствуешь... И не испытываешь. И не хочешь? Тебе, наверное, очень скучно живется в твоем монстрячьем мире, так что хорошо, что я тебя призвал. Мы сможем поиграть вместе, когда найдем Гипноса! Во что ты любишь играть? Хочешь, подарю тебе солдатика? У меня их много! Мы можем  поиграть в штурм города или охоту.
Вилран с воодушевлением и надеждой посмотрел на Проводника.
[icon]https://c.radikal.ru/c36/2001/39/0ba607aa292d.png[/icon]

Отредактировано Вилран (24-01-2020 19:35:50)

+2

8

[nick]Безымянный[/nick][icon]https://cdn1.radikalno.ru/uploads/2020/1/11/e1ec6bb99f5d3eefd0e07898c35d6257-full.jpg[/icon]
   Дав душе покинуть свой угол, Таэрион оставался на месте недвижим, просто наблюдая за тем, как Вилран осваивает новое пространство. Его взгляд был целенаправленным и пристальным, будто в комнате больше не было ничего кроме мальчика, на чем бы можно было остановить внимание. И по сути для Безымянного так и было: все что казалось душе реальным для ее мирка, для бога было не больше чем лёгкой дымкой, которую он проглядывал насквозь. Как и тысячи таких иллюзий единовременно. Бесплотный дух - Таэрион прибывал везде в Мире Теней и вел множество таких бесед.
   - Я могу все, - ровно ответил он на очередной ворох вопросов от болтливой души, выбирая в них основное. - Но не все нужно.
   Сам Вилран также мог гораздо больше, чем думал, однако его убежденность в неумении или в своем юном возрасте ограничивали его. Как мало кто мог управлять собственными снами, стряхнуть с разума законы реальности, так мало кто видел свои истинные возможности здесь, заковывая собственный дух в привычное.
   - У меня нет имени среди смертных… И тебе оно не нужно, - ответил Безымянный на интерес души. - Я веду к иному.
  Этот последний ответ был настолько многогранным и общим, что никогда не пояснял никому ничего. И вместе с тем Таэрион продолжал его использовать из раза в раз, видя в нем то единственное слово, что передавало суть: смерть была лишь одной из перемен в мире, стремящемся от изначального Порядка Всеотца к Хаосу. Такая перемена могла быть большой или малой, но не была плохой или хорошей, не была чем-то кардинально новым или чем-то узнаваемо старым, она просто несла что-то другое.
   Рассуждения души об отце и брате, а также предложение их поискать не нашли в Безымянном никакого отклика. В этом поиске и блуждании не было смысла, одно только хождение по кругу, точно у Вилрана была цепь, прибитая одним концом к земле, а вторым прикованная к нему. Души могли много времени провести в этом круге и до помешательства держаться за свои оковы.
   - Мне не бывает скучно. Но ты? Знаешь ли, что такое любовь, о которой говоришь?.. - впервые за все время беседы тень двинулась ближе, склонив долговязую черную фигуру над Вилраном. Это длилось всего несколько мгновений, а может целую вечность, после чего Таэрион скользнул к темному окну иллюзорной комнатки. Вилран хорошо освоился в новом пространстве, но все еще стремился отстранится от внешнего и замкнутся на себе прежнем. Остаться навечно ребенком. Пора было двигаться дальше. 
   Когти тени с металлическим звуком заскрежетали по раме, дрогнули стекла, и вот окно распахнулось, являя ту картину, которую Безымянный воплотил сам. За окном поднималось алое зарево - часть замка была охвачена огнем, были слышны звуки боя и крики людей. Бесформенные тени имели лишь силуэты вооруженных солдат, темные и неясные. При желании Вилран мог каждую из них наделить лицом или видеть тем, чем они являлись на самом деле.
   - Давай поиграем в штурм города, - все так же бесстрастно произнес Таэрион и в один миг оказался подле души, преграждая собой заветный лаз под кровать. - Ты теперь один и ты хозяин своего Акропоса. Охота на тебя началась...

Отредактировано Оливер (26-01-2020 21:38:46)

+2

9

- Что такое «Иное»? – хотел было поинтересоваться Вилран, но Проводник завис над ним с другим вопросом, и все мысли сами собой выветрились из головы, оставив лишь пустоту и страх.
Конечно, Вилран знал, что такое любовь! Например, он любил брата. Любил так сильно, что теперь не представлял, как жить без него одному – они с Гипносом никогда не расставались до этого случая с призывом, и пусть Вилран ему завидовал, но плохого не желал и терять не хотел. Оказалось, что расставание – это еще больнее, чем представлялось ранее. Расставание повергало в безнадежность и растерянность.
И Вилран бы мог объяснить все это Проводнику, который никогда никого не любил! Мог бы, но побоялся и промолчал, втянув голову в плечи и ожидая, пока существо вновь отодвинется на достаточное расстояние, чтобы сердце перестать дрожать от его присутствия рядом.
Страх отступил лишь когда Тень отошла к окну и предложила поиграть.
Поиграть? Так значит, Проводник все же играет!
Вилран обрадовался, и тоже подошел ближе, чтобы выглянуть на улицу.
Игра, развернувшаяся перед ним, завораживала. Вместо солдатиков существо использовало все те же тени, которых вокруг было множество. И Вилран с удивлением заметил, что если хочет присмотреться к любой из них, то тень словно приближается, становится яснее и четче, обретает человеческие черты.
- Как здорово! – восхитился мальчик и какое-то время развлекался лишь тем, что рассматривал своих солдатиков, выбирая какую-либо тень, а потом отпуская ее и принимаясь за следующую.
Солдатики были как живые: кто-то старше, кто-то моложе, разного роста и телосложения, ни один не повторял внешность другого! Один был со шрамом, другой без глаза, а у третьего нос картошкой! Даже у солдатиков, что подарил братьям отец, не было такой индивидуальности, хоть их и делал лучший в некромантских землях мастер.
- Твои игры интереснее, чем были наши с братом, - заметил Вилран, обернувшись к Проводнику.
Тот стоял у кровати, перекрыв лаз под нее, чтобы нельзя было спрятаться. Но прятаться мальчик пока и не думал. Зачем прятаться, если тут такая замечательная игра?
- Да, давай играть! – наивно повелся на слова Проводника Вилран, не видя подвоха и  принимая желание Тени играть за чистую монету.
Мысли, почему вдруг за окном Акропоса можно играть тенями-воинами, и куда подевались  все настоящие люди, голову Вилрана почему-то не посетили. Странный мир, в котором он оказался, начинал его затягивать, превращая в часть себя, а гибкая детская логика позволяла сделать эту адаптацию довольно быстрой и менее болезненной.
- А что я должен делать? – он уперся локтями о подоконник и с азартом рассматривал свои войска. – Как их двигать?
Он подумал, что надо было бы отвести часть солдат к воротам, и – о, чудо! – часть воинов, действительно, побежала в ту сторону.
Это было откровением!
Двигать теней-людей силой мысли!
Раньше такого Видран не умел. Но, да, он же теперь маг! А значит и игры у него магические, и получается  все получше, чем у Гипноса. Жаль, что ни брат, ни отец сейчас не могли увидеть его успехи.
[icon]https://c.radikal.ru/c36/2001/39/0ba607aa292d.png[/icon]

+2

10

Таэрион предполагал, что ужас войны и разрушения родного дома встряхнет душу, буквально выжгет то, за что она могла бы цепляться. Но Вилран совершенно неожиданно оказался рад происходящему, не воспринял все всерьез. Похоже при жизни он не знал столь разрушительной силы, и теперь до конца не понимал ее опасности. Он игрался с тенями, как с игрушками, и Безымянный не препятствовал его интересу. Ему даже не пришлось отвечать на вопросы души, она сама довольно быстро разобралась в своих возможностях.
   Возможно так будет даже лучше: находясь среди теней людей, видя их поддельность, Вилран в какой-то миг усомнится, насколько настоящими были те родные, которых он помнил. Не были ли они лишь масками? Не были ли они частью игры? Но самым последним вопросом всегда становилась мысль: “реален ли я?”. Ее зарождение было свидетельством сомнения и готовностью отбросить личность, как ту же маску. После этого кокон иллюзий начинал разрушаться, и душа могла взглянуть шире своих былых представлений, осознать свою свободу. И для каждого духа в этом был свой срок.
   А пока Вилран играл. Его замок штурмовали, и одни тени защищали его, а другие, не подвластные его желаниям, пытались перелезть через стены и пробить ворота. Стрелы навесным, густым облаком, как стая черных скворцов, взмывали в алое небо при каждом залпе, и бились о камень стен, вонзались в деревянные надстройки, усеивали замковый двор, пожиная защитников, не успевших укрыться за крепостными зубцами и собственными щитами. Одновременно таран мерно бил в окованные ворота, а к стенам приставлялись штурмовые лестницы и кое где бои шли уже прямо на стенах. Тени рубили и кололи друг друга, поливали магическим огнем, и из ран на их темных телах сочилась алая, как небо, кровь.
    Безымянный вновь придвинулся к душе, нависая над ее плечом. Взгляд его тусклых глаз все еще был направлен исключительно на Вилрана, и явно был лишен интереса к происходящему за окном. Тень Проводника не шелохнулась даже когда одна из черных стрел угодила прямо в оконную раму, выбив из нее деревянные щепки.
   - Не должен ли командир быть среди своих людей? - поинтересовался Таэрион. - Не должен ли ты спуститься во двор? Твои солдаты проиграют без твоего руководства. Твои враги заберут твою голову.
   Игра была проста - она требовала взять на себя ответственность. И многие терпели в этом поражение.
[nick]Безымянный[/nick][icon]https://cdn1.radikalno.ru/uploads/2020/1/11/e1ec6bb99f5d3eefd0e07898c35d6257-full.jpg[/icon]

+2

11

Проводник (Вилран для себе продолжал так называть призванное, как он думал, Существо) подавал умные и своевременные советы. Конечно же, командир должен быть рядом со своими людьми! Показывать им пример личного мужества и отваги. Так было написано во всех книжках, и Вилран признавал для себя, что и Проводник, и книги правы.
А раз так, и раз он смелый и отважный командир, то он должен был быть среди своих войск – там, на улицах Акропоса!
Вот только как?
Правила в магическом Акропосе отличались от Акропоса реального. Раньше можно было пройти по лестнице, а сейчас нет - на лестнице ждала целая орава голодных и страшных Теней. Вилран прекрасно помнил, как спрятался от них под кроватью, пока не пришел Проводник, и сидел там дрожа и желая только одного – чтобы его не заметили. Все-таки, в какие бы игры он ни играл, он оставался в душе маленьким мальчиком, для которого огромный мир вокруг страшен и опасен.
Вот если бы Проводник пошел с ним рядом! Он хоть и был страшным с виду, сам по себе уже не пугал, да и другие Тени старались держаться от него подальше. Так что самое лучшее – попросить его помочь.
Вилран так и решил. Обернулся к окну на свои войска, бросая последний взгляд перед забегом по лестницам...
Как хорошо, если бы он просто мог очутиться на улице без всяких темных переходов!
Он успел мимолетно подумать об этом...
И мир изменился.
Комната исчезла, исчез проводник – Вилран стоял прямо на одной из Акропосских улиц, тонущих в серой дымке сумрака. Улица была узкой, высокие каменные дома нависали над маленьким мальчиком черными монолитами. Откуда-то из-за угла доносились звуки боя – крики, грохот, лязг оружия, бой барабанов и гудение охотничьего рога.   
Вилран никогда в своей жизни не видел настоящей войны, но представлял, что так оно все и должно было быть. И - о чудо! – так все и было. За углом, когда он осторожно высунулся из-за кирпичной кладки полуразрушенного забора, его ждало самое настоящее сражение. Его войны бились против Теней-монстров – рубили их мечами, поднимали заклинаниями толпы скелетов и химер. Вилран подумал, что ему бы тоже нужен меч... и тот тут же появился в его руке.
А еще негоже командиру было прятаться за забором.
И Вилран не стал – забрался на остатки кладки ногами, выпрямился, поднял меч и громко скомандовал:
- Вперед мои воины! Уничтожим собак паршивых, которые посягнули на наш город! – подумал и добавил. – Ебать их в жопу!
Вилран знал, что это плохое слово, но стражники всегда его говорили, когда ругались, так же как и несколько других крепких выражений, которых, по словам тетушки, говорить детям категорически запрещалось. Но тетушки сейчас рядом не было, и Вилран чувствовал себя настоящим взрослым мужчиной, так что можно было и сказать. Для красоты.
О Проводнике, увлеченный игрой, он совсем позабыл.
[icon]https://c.radikal.ru/c36/2001/39/0ba607aa292d.png[/icon]

Отредактировано Вилран (10-02-2020 18:44:38)

+2

12

Дымка иллюзий вокруг души задрожала, поплыла, выстраивая нечто новое из прежней материи. Мир Теней был податливым материалом, отзывчивым, реагируя на малейшее изменение мысли и проявление воли. Стало меняться и тело Проводника, подаренное Таэриону Вилраном, превращаясь в ничто. Безымянный не стал за него держаться, исчезнув из восприятия души, но продолжая пребывать рядом с ней, пронизывая собой все пространство вокруг.
   Вилран воодушевленно рвался в бой, запросто покинув спасительную комнату. В один этот миг он чувствовал себя непобедимым и этой уверенностью был готов заражать других. Его призыв был искренним и неустрашимым, однако не потому, что он не боялся, а потому, что сейчас не воспринимал страх всерьез. Но чтобы его искоренить требовалось его пережить, встать над своим я. Страх был тем единственным, что терзало эту душу, иные страсти еще не коснулись ее так глубоко, и тем проще было расплести клубок всех эмоций, оголив суть. Таэрион тянул за нити.
   Солдаты Вилрана подчинялись ему безоговорочно, бросаясь в атаку на темных врагов, и бой в городе шел на каждой улочке, за каждый угол дома. Жестокий и кровопролитный. Пусть тени были аморфны по свое сути, условны, как деревянная игрушечная армия, кровь из них лилась настоящая, по-настоящему торчали из ран кости и вываливались внутренности. Они хрипели как живые, ярились и молились, сжимались от боли и страха. На улицах теневого Акропоса пахло Смертью, не романтичной и геройской, а настоящей, грязной и холодной. И ни одна из теней не хотела умирать. Вилран в полной мере мог прочувствовать это, что его армия это не бездушная масса, а сомн душ, со своими надеждами, которые обрывались одна за другой. Мальчику следовало принять это и перешагнуть, убить, но не врага бесчисленно валившего через стены и выломанные городские ворота, а дитя в себе.
   Под давлением врага, солдаты Вилрана отступали к замку, кто-то даже откровенно бежал, бросив собственных товарищей. И вот стена, на которой стояла душа, уже была под открытым обстрелом. Черные стрелы ударялись и отскакивали от каменной кладки, а одна успела чиркнуть Вилрана по щеке.
   - Мы не выстоим, господин! - воскликнул один из солдат, бросаясь под стену к своему командиру. Однако тут же получил в спину несколько арбалетных болтов, чьи окровавленные наконечники показались из его груди. Розовая пена вышла у тени горлом при попытке сказать что-то еще и она пал. Солдаты державшие улицу дрогнули и отхлынули назад, мимо Вилрана, грозя оставить его одного перед наступающим врагом. В отличие от солдат защитников, черные тени нападавших не умирали так запросто, их казалось не терзала боль, они наступали без страха, единым месивом иногда сливаясь в нечто цельное, непроницаемо черное.
   - Он где-то здесь! - шипели тени. - Ищите его! Ищите!
[nick]Безымянный[/nick][icon]https://cdn1.radikalno.ru/uploads/2020/1/11/e1ec6bb99f5d3eefd0e07898c35d6257-full.jpg[/icon]

+2

13

- Мы не выстоим!
Как не выстоим?
Это же его солдаты, его игра! Вилран недоумевал, но, будучи ребенком, быстро поддался общей панике. Его легко было убедить в чем-либо, тем более, если слова звучали из уст взрослых людей, даже если эти взрослые были им самим и придуманы. Вилран, глядя как отступают его солдаты, вообще успел позабыть, что сам их создал – его подхватило общее течение мира теней, закружило, и уже казалось сложно разобраться, где ложь, а где правда.
Стрелы невидимых лучников сыпались градом, и Вилран спрыгнул с забора, чтобы не стоять на самом хорошо обстреливаемом месте. Его солдаты падали на мостовую, пронзенные этими стрелами или зарубленные мечами темных чудовищ, что наступали на Акропос.
Но как же так? Он не мог проиграть - он же знал правила и так хорошо управлял битвой!
Но разум Вилрана, отвлекшись на войну и увлекшись ею, уже успел забыть о ее нереальности.
Очередной солдат с предсмертным хрипом упал к ногам мальчика. Его голова оказалась проломлена – черная грязь перемешалась с волосами и кровью. Ярко-алой кровью в черно-сером мире теней - она стекала на мостовую, заполняя собой темные выбоины между камнями, текла к ногам Вилрана, и ему пришлось отступить назад, к самой стенке разрушенного забора, чтобы не испачкать башмаки в этой красной жиже.
Все было неправильно... и на Вилрана напал страх.
И оцепенение.
Он смотрел на искаженное гримасой боли лицо мертвого человека, рану на его голове, растекающуюся красную лужу и не мог отвести взгляд и пошевелиться. Все было таким реальным... Совсем не игрушечным. Вилран чувствовал, как начинает дрожать, но унять эту дрожь не мог.
Рядом упал на колени еще один солдат – кровь толчками вырывалась из его горла.
- Помоги мне! - он протянул руку к мальчику.
И Вилран отчетливо рассмотрел отчаяние и надежду в его глазах.
- Я... – робко начал он, боясь вступить в кровавую лужу...
Но черная тень-монстр, нависнув сверху, одним махом отрубила воину голову, как мяч отлетевшую в сторону. Кровь брызнула фонтаном из шеи, - Вилран вскрикнул, - и безголовое тело безжизненно завалилось на бок.
— Он где-то здесь! — шипели тени. — Ищите его! Ищите!
Вилран выронил меч, присел на корочки и закрыл лицо руками. Он не мог больше этого видеть. Не мог слышать. Его трясло, и слезы сами наворачивались на глаза.
- Я не хочу больше играть! – выкрикнул он (ему показалось, что это было громко), вспомнив про Проводника. – Убери все! Больше не надо! Я хочу домой! Пожалуйста, пойдем домой!
Вилран не был уверен, что Проводник его слышит, ведь тот ушел еще в начале игры, но все равно в панике повторял свой призыв раз за разом. Игра в войну оказалась не такой, как он думал. Совсем не такой – не веселой, не захватывающей, а грязной и страшной.
- Мы нашли его! Нашли! – торжественно прозвучало где-то над самой головой.
Вилран сжался в комок, замолчав и боясь дышать. Ему казалось, что если зажмурится, то будет в безопасности. Смотреть в глаза своему страху он был  не готов.
[icon]https://c.radikal.ru/c36/2001/39/0ba607aa292d.png[/icon]

Отредактировано Вилран (17-02-2020 13:05:55)

+2

14

Тени обступали Вилрана, нависали над ним, сливались друг с другом, так что уже и нельзя было понять действительно он закрыл глаза или стало черно от их повсеместного присутствия. Город потонул в черноте, хоть из нее все еще доносились звуки боя, треск и гул пожара, крики о помощи. Тянуло гарью и кровью. Но тени не трогали душу. Лики чудовищ проглядывали в их темной массе, загорались и гасли серые, как у Проводника глаза, формировались и распадались когтистые конечности, крылья, щупальца, лапки насекомых, скелетные остовы - все что издревле сознание воспринимало, как опасность, варилось в этом черном месеве.
   Из него Безымянный воплотил себе уже знакомое Вилрану тело. Оказавшись за его спиной, Проводник склонился, над сьежившейся душой, разглядывая со всем тяжелым вниманием. Таэрион слышал каждую из душ, даже если им казалось, что они не могут произнести ни слова.
   - У тебя нет больше дома, - вновь зазвучал его спокойный всепроникающий голос. - Он пал и поглощен. Нет ничего, что ты мог бы потерять…
   Черные переменчивые тени все также оставались на некотором расстоянии, перетекали из формы в форму, точно не могли определиться какой окончательный вид следует принять. Они были тем образом всепожирающей смерти, который сформировали для себя тысячи душ с самого начала мира. Были многолики, как смерть, и вместе с тем являли собой по сути одно - непроницаемое ничто - то, что нельзя победить, но можно лишь принять.
   Холодные, как металл, заостренные и длинные пальцы Проводника опустились Вилрану на плечи, сжав при этом удивительно мягко, несмотря на опасный вид.
   - Так чего ты боишься? Смотри, им нечего взять у тебя… А тебе нечего больше защищать. Смотри, и ты увидишь, что ты такой же, как они. Они пришли чтобы вызволить тебя. Прими их и у тебя никогда не будет врагов. Не будет печалей и не будет больше страхов. Ты никогда не будешь один.
[nick]Безымянный[/nick][icon]https://cdn1.radikalno.ru/uploads/2020/1/11/e1ec6bb99f5d3eefd0e07898c35d6257-full.jpg[/icon]

+2

15

Вилран был так напуган войной и злобными Тенями, что несказанно обрадовался возвращению Проводника – его голос успокаивал и баюкал, а прикосновение когтистых лап показалось мягким, почти нежным.
— У тебя нет больше дома, - спокойно вещал Проводник, словно это было что-то само собой разумеющееся. - Он пал и поглощен.
Нет дома?
Вилран хотел было спросить, как это «поглощен» и кем поглощен, но ему вдруг показалось, что это неважно. Неважно было все – и дом, и семья, и Гипнос. Голос Проводника успокаивал и завораживал.
Если ничего нет, то нечего и бояться...
Вилран не совсем понимал, как это, но он почему-то верил тому, что слышал.
Если Теням нечего взять, то они и не нападают...
А значит, не опасны?
Вилран слушал свои мысли, несущиеся в сознании как поток бурной реки, но все еще боялся открыть глаза. Слезы на его щеках высохли, Проводник терпеливо ждал, тени шуршали рядом. 
- Прими их и у тебя никогда не будет врагов. Не будет печалей и не будет больше страхов. Ты никогда не будешь один, - вкрадчивым голосом доносилось до Вилрана со всех сторон одновременно.
«Если у меня не будет врагов, значит, Тени станут друзьями? – размышлял Вилран. – А если будут друзьями, то и бояться будет нечего... Но все ли Тени захотят со мной дружить?»
Вилран все еще закрывал руками глаза, но чуть раздвинул пальцы, чтобы выглянуть из своего Убежища. Страх уже отступал, - ведь рядом был Проводник, - и подступало любопытство.
«У меня будет Тень-Друг, которая всегда меня защитит», - думал Вилран и вдруг ясно увидел перед собой эту Тень. Она выступила из остальной темной массы голов, лап, зубов и клювов и обрела более четкие очертания, напоминая собой фигуру человека, но с крыльями за спиной. И у нее тоже были когти, и зубастая пасть, которую сейчас не было видно, но Вилран знал, что та есть. Тень была большой и сильной – когда она появилась, остальные отступили.
- Она будет меня защищать, когда тебя не будет рядом, - сообщил Вилран Проводнику. – Раз мой брат и папа, и тетушка меня покинули, у меня будет новый друг.
А может они меня и не покинули? Вдруг я просто потерялся? Что если они меня ищут? Зовут? Ждут? Значит, и я подожду.
Вилран не сказал этого Проводнику, но решил, что так правильно.
Тень обвилась вокруг него и закрыла крыльями, растворяя в себе все страхи, желания, окружающий мир и память.
[icon]https://c.radikal.ru/c36/2001/39/0ba607aa292d.png[/icon]

+2


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » Жизнь жестока, почему жизнь за гробом должна быть лучше?