Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре август — сентябрь 1082 год


«Цветок алого лотоса»

Изменились времена, когда драконы довольствовались малым — ныне некоторые из них отделились от мирных жителей Драак-Тала и под предводительством храброго лидера, считающего, что весь мир должен принадлежать драконам, они направились на свою родину — остров драконов, ныне называемый Краем света, чтобы там возродить свой мир и освободить его от захватчиков-алиферов, решивших, что остров Драконов принадлежит Поднебесной.



«Последнее королевство»

Спустя триста лет в Зенвул возвращаются птицы и животные. Сквозь ковёр из пепла пробиваются цветы и трава. Ульвийский народ, изгнанный с родных земель проклятием некромантов, держит путь домой, чтобы вернуть себе то, что принадлежит им по праву — возродить свой народ и возвеличить Зенвул.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Тьма прежних времён»

Четыре города из девяти пали, четыре Ключа использованы. Культ почти собрал все Ключи, которые откроют им Врата, ведущие к Безымянному. За жаждой большей силы и власти скрываются мотивы куда чернее и опаснее, чем желание захватить Альянс и изменить его.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Солмнир Алисия Эарлан Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [3.03.1082] Злая игра


[3.03.1082] Злая игра

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

- примерная локация
г. Мирдан, старое поместье Виззарионов
- действующие лица
Мирра при участии ГМ
- описание
Беспокоясь за судьбу сына, Мирра отправляется в старое поместье, пока сын занят делами. Женщина больше не хочет оставаться в стороне, когда под угрозой жизнь Шейнира. Она решает самостоятельно разобраться с тайной поместья и выяснить, что здесь произошло и что в будущем ждет ее любимого сына.

0

2

Императрица ступила на узкую протоптонную дорожку к особняку, откинула капюшон длинного серого плаща. В самом начале весны снег еще не собирался таять, но уже просел, сделался мокрым и липким, облепив легкую обувь и полы плаща. Мирра попыталась стряхнуть его, но бросила эту затею, понимая, что ей не хочется подниматься в особняк. Воспоминания возвращали ее в тот день, когда нашли мертвого Листеру и его последние слова. Странные, полные тайны. Ей еще тогда стоило задуматься, что делать с поместьем. Она с большим желанием сожгла его, но определенно  получила бы статус сумасшедшей, чем бы только ухудшила из без того шаткое положение семьи. Но, возможно, дом скрывал гораздо больше тайн, чем она думает, возможно, Мирра нашла бы зацепки, которые помогли бы ей разобраться в смерти мужа, а главное, защитить Шейна. Поэтому, возможно, она еще не накидали соломы и факелов.
Поместье словно нависало над ней всей своей громадой, так и грозясь придавить. Оно действительно было большим, со множеством коридоров, залов, тайных комнат. Что случилось с братом ее отца? Почему дом стал последним пристанищем Листеру? Почему Эльдар предпочитал его дворцу? Почему суждено было Шейну прятать здесь свою возлюбленную? Все как по написанному,  как будто этот дом существовал только для Виззарионов и только для того, чтобы сводить их с ума.
Мирра огляделась, но ни она, ни Асгейр не почувствовали слежки. Волк шел рядом с ней размеренным шагом, не останавливаясь и даже не ведя ушами. Значит, совет полностью переключился на молодых вампиров, уже не ожидая никаких фокусов от их матери. Руки непроизвольно сжались в кулаки, но тут же ослабли. Может, оно и к лучшему, во всяком случае, вампир может беспрепятственно посетить поместье. Только бы ей найти хоть какой-нибудь намек на истинного преступника! И Мирра, смело одернув полы плаща, уверенно двинулась к дому, к большим массивным дверям, отчего-то показавшейся  ей хищной частью. Сейчас женщина быладаже рада, что Шейн и Арника хоть на какое-то время съехали отсюда. Спокойствия за детей это прибавляло, поскольку они были далеко и на их пути не мало опасностей, но Мирра хотя бы попробует устранить одну из них.
Ключ повернулся в массивном замке как-то слишком громко, лязгнул запор, и императрица притворила одну из створок двери. Главный зал встретил ее гордым безмолвием, слегка с презрением глядя глазами висевших на стенах портретов. Мертвая тишина и опустившийся холод из-за нерастапливаемых какое-то время каминов.
Мирра медленно приблизилась к центру комнаты, словно не узнавая ее, хотя совершенно ничего не изменилось с тех пор, как здесь жил Эльдар. Волк огляделся вместе с хозяйкой, как-то неуверенно переминаясь с лапы на лапу. Ему неуютно было здесь, и Мирра понимала его.
- Сейчас посмотрим, может, этот замок скрывает много интересных вещей, - вздохнула императрица, сосредотачиваясь на магии.

Обнаружение магии 60 МгМ

+2

3

Поместье пустовало, но лишь формально. Что-то всегда присутствовало в холодных стенах и сейчас, в отсутствие хозяев, оберегало покой здания от нежеланных гостей. Заклинание женщины сработало и выдало ей несколько магических точек, разбросанных по поместью. Две точки были внизу: одна совсем рядом с Императрицей и зияла над входом в поместье едва заметной надписью: Только чистейшему открыта дорога в Небесный надел. Вторая точка была на пустующей кухне. Еще несколько точек оказались наверху. Две из них в кабинете, и до семи в спальне, разбросанных в хаотичном порядке. Последние незаметно перемещались, но очень медленно, так что заметить это было достаточно сложно.

+1

4

Мирра вздрогнула, от страха отступив на несколько шагов от сияющей надписью магической точки. Только чистейшим открыта дорога в небесный надел. Тут же в голове возникла выцарапанная на дорогой столешнице из красного дерева последняя фраза брата: он придет, я не последний. Жуткая фраза огненными буквами отпечаталась в сознании Мирры, она прикрыла глаза рукой, но образы не покидали ее. Безумные глаза Листеру, его хохот сумасшедшего, и пустой бутылек из-под сильнейшего яда, сильнейшего, но заставлявшего умирать мучительно долго. Императрица не могла избавиться от картины, как Листеру подлежит на столе, его тело вздрагивает от судорог принятого яда, но безумная усмешка,не сходит с его лица и он, ломая когти, царапает пророческий надпись. Пророческую, потому что забрала Эльдара.
- Хватит! - Вдруг вскрикнула женщина, - меня ты не ведешь с ума, я смогу защитить Шейна!
Как она позволила жить в этом доме? С этими жутким историями? Императрица медленно вдохнула воздух, снова сосредотачиваясь, к счастью, она не разорвала связь с магическим заклятием. Эти образы, настолько яркие. Возможно, память играла с ней злую шутку, ведь она так долго не была в этом доме. А может дом приглашал сыграть ее в игру.
Волк, едва императрица зашла в дом, сразу же ощетинился, пригнулся, чувствуя посторонние силы, заклинание Мирры лишь подтвердило это, но она не ожидала ничего подобного. Раскинуть столько волшебных точек непосильно ни одному знакомому магу, а уж поддерживать заклятие столько времени. Что это? Мирра не могла распознать, к чему отнести эти странные аномалии.
- Великий Бэлатор! Они перемещаются!  - Дом сбивал ее с толку. Она не знала, что обнаружит, когда шла сюда, но реальность была просто невероятной.
- Все чудесатее и чудесатее, - процитировала императрица старую детскую книжку. Встрепенулась, заставив страх спрятаться в глубинах сознания. Чтобы не произошло сейчас с ней, она сделает это только ради Шейна, только ради того, чтобы больше никто из ее семьи не приближался к поместью.
- Идем, Асгейр, заглянем в спальню, там больше всего этой странной... магии? Возможно они и виноваты встранных снах, что посещали Листеру и, скорее всего и Шейна.
Волк зарычал, злобно озираясь вокруг, но последовал за хозяйкой.
- Если можешь ответить, ответь. Не можешь, подай знак. Кто ты или что ты?- Громко произнесла императрица, остановившись посреди комнаты. Она не ждала ответ, хотя от этого дома можно ожидать чего угодно. Но Мирра чувствовала, как встрепенулся воздух от ее голоса, разрезая тишину поместья.

+1

5

Магические точки остановились и перестали двигаться, когда в комнате оказалась женщина, но они не исчезли, а продолжили зиять тусклым магическим светом. Минута тишины и бездействия Императрицы-матери и точки снова зашевелились. Мирра могла видеть, как над столом, перед ней «проплывает» по воздуху свеча, излучая мягкий свет. Следом за одной свечкой полет повторяет еще две. Остальные, такие же, расставлены по всей комнате, на столе, тумбочках и даже над кроватью, создавая в комнате мягкий свет.
Поместье, словно издевалось над несчастной женщиной, которую привело сюда горе. Дому все равно, кого сводить с ума. Он хочет играть.

+1

6

Чья злая сила присутствовала здесь, кому принадлежали эти огоньки, кружившие вокруг императрицы, исчезающие, появляющиеся в другой точке дома? Неужели ни ее муж, ни ее брат, ни Шейн не почувствовали чужого присутствия, отмахиваясь от бредовых снов, не видя в них опасности, хотя именно эти образы, какие, Мирра не могла даже и представить, сводили с ума самых дорогих мужчин в ее жизни.
Он придет, я не последний.
Слова продолжали отдаваться в голове Мирры. Кто придет, что хотел, умирая мучительной смертью, сказать ее брат? Сам ли он выпил яд или его заставила эта неведомая сила. Был ли это жест отчаяния, страха, боязни навредить другим или Листеру согласился сыграть с домом в смертельную игру, пытаясь показать, что он сильнее его, сильнее предложенного яда. Что нашептывали ему на уши неслышимые никем другим голоса? Что диктовали делать ему?
Точки игрались с императрицей, видимо, успев заскучать, когда отсюда съехал Шейн. Некому было больше навязывать тяжелые спутанные сны, заставляя терять связь с реальностью, создавать яркие образы прошлого, рисовать жуткие картины будущего. Императрица тяжело опустилась на кровать. Волк зарычал, бросившись к одной из ярких точек. Он чувствовал их здесь, чувствовал настроение хозяйки, ее боль в разбитом сердце, которую еще больше усиливала неизвестность. Дом не хотел отвечать на ее вопросы, он хотел, чтобы их было еще больше.
- Что ты больше любишь, шахматы или карты, - спросила женщина у особняка, и тишина, словно живая, снова заворочилась в воздухе, - признаюсь, я не сильна ни в том, ни в другом.
Ее слова, ее ощущения, ее образы - уже сумасшествие. Императрице хотелось бежать из этого дома, но ноги не слушались ее. Да и как она могла оставить это? Чтобы потом Шейн снова поселился здесь, вопреки ее словам? Даже если она расскажет тайны дома Виззарион, это не убедит ее упрямого сына. Воспоминание о Шейне заставили Мирру взять себя в руки. Она не позволит, он не будет жить здесь, даже если ей придется взять факел и поджечь все в этом особняке. Лучше быть выжевшей из ума императрицей, чем потерять Шейна, потерять еще одного вампира, который ей дороже всех драгоценностей на свете.
- Чтобы это не было, все это проделки совета, - зло сказала она сама себе, - один намек и я заставлю его пожалеть, что он родился на свет. Он сполна получит за страдание моей семьи.
Злость. Ненависть. Мирра всегда сдерживала эти эмоции в себе, а сейчас ей хотелось схватиться за меч и воткнуть в спину первому, на кого падет подозрение в смерти Эльдара. Кровь, кровь кругом. Вырванные сердца на снегу, белый испачканный красным. Мертвые братья ее матери. Мирра закрыла глаза. Образы не покидали ее, дом наслаждался тем, сколько боли доставляет картинами прошлого императрице-матери.
Не поддавайся, Мирра, не сдавайся, ты делаешь это ради Шейна.
- Скажи, как ты относишься к магии? -  снова спросила императрица невидимого собеседника, он был здесь, Мирра чувствовала его, если дом снова не обманывал ее чутье. Она сплела небольшой вихрь, кинув его в скопление точек.

Вихрь 45 МгМ

Отредактировано Мирра (15-01-2014 06:40:41)

+2

7

Магические свечи потухли и остановились, но ничего странного в них не было, а того магического свечения, что исходило от них, не хватило бы на достойное заклинание, которое могло бы навредить его Величеству. Свеч было много, но и толку от них столько же – тусклое освещение комнаты и «плавающий» свет.
Дом молчал, не реагируя на слова Императрицы-матери. Кажется, он издевался над ней и хотел выпроводить гостью, когда ее начнет пожирать ком сомнения и безумство начнет медленно завладевать ей.
Вихрь сбил со стола пару свечей и исчез. Несколько магических точек, оставленных без внимания, продолжали мигать внизу.

+1

8

Огоньки не были живыми, просто сгустки чьей-то энергии, магии, наполненной то ли злобой, то ли завистью, то лииными чувствами невидимого кукловода. Где он? В доме, прячется между потолочных балок с легким смешком, наблюдая за отчаянием императрицы, или снаружи, развалившись в кресле и двигая фигурами. Она представила его паучью  фигуру и бесчисленное колличество лап, к которым привязаны крепкие нити - так он управляет своими игрушками. А огоньки, точно завлекают путников в пасть этому чудовищу, еще мгновение, оно готово сожрать, поглотить императрицу, еще одну из рода Виззарион. Красные глаза, многочисленные и разбросанные по всему уродством телу не пропускают не единого движения, светятся в темноте яркими рубинами. В каждой грани отражается хрупкая фигурка императрицы. Он знает, что она пришла защитить сына, поэтому не жалея бьет в самое сердце. Он придет, я не последний. Кто он? Кто?
Тебе место рядом со своим мужем, в склепе,- шептал неслышемый голос, - рядом со своим братом, - вкрадчиво продолжал невидимый оппонент, - и очень скоро и рядом со своим сыном, - шипел он.
Мирра закрыла уши руками, а по щекам текли слезы. Три могилы вряд, аккуратные, ухоженные, каменные, увенченные витиеватыми рисунками и словами утешения. Листеру. Эльдар.
-Шейн! - Вдруг вскрикнула она, как на яву, увидев его мертвое тело, белые волосы в крови, испачканный красным одежда. Бледное лицо и глаза, которые ее сын уже никогда не откроет. Так реально, так живо, будто он лежал сейчас перед ней на этой кровати. Она протянула руку, чтобы дотронуться до него. Видение? Предсказание? Ложь или будущее?
Императрица почувствовала толчок в спину, и лай прям над своим ухом, что заставило женщину вскочить с кровати,ошеломленно оглядывая комнату. Волк отгонял от нее кружившие огоньки, не переставая лаять, точно уличный пес. Не переставая лаять, и не давая хозяйке окунуться в безумные картины, которыми заваливал  бедную женщину особняк. Зверь потянул Мирру за подол платья. Она нагнулась, обняв его.
- Я не могу уйти, Асгейр, не могу оставить все, как есть сейчас. Не могу.
Дом доставлял ей боль, разрывая остатки и без того разорванной души. Он нашел себе нового игрока и был совсем не против, если бы он остался здесь подольше. Женщина отмахнулась, от приблизившийся огоньков. Им было весело, не одну жертву они уже свели с ума, чем хуже императрица-мать?
Ты не защитишь сына, кого ты вообще можешь защитить? - Снова прозвучало у нее в ушах.
- Хватит! - Императрица бросилась к лестнице, но ее остановил мужчина, стоявший на ступенях. Он медленно обернулся к ней и Мирра отшатнулась - в его руках было настоящее сердце, еще живое, еще пытающееся отчитывать удары. Вампир улыбнулся безумной улыбкой, кровь закипала с его рук, а на белоснежной рубашке, увеличиваясь, расплывалось кровавое пятно.
- Тебе мать рассказала не всю правду обо мне, правда? Крови было больше, гораздо больше.
Мирра в отчаянии бросилась в кабинет, запирая дверь, даже не замечая, что не впустила Асгейра. Тот заскулил, скребясь лапами. Но Мирра не слышала его, подбежав к столу, резким движением рук смахивая с него все, что там находилось. Где-то здесь, где-то здесь. Она схватила нож для бумаг, пытаясь отскрести краску и лак там, где была предсмертная надпись брата. Он придет, я не последний. Тут же замерла, чувствуя, как открывается дверь кабинета. Перед ней стоял Архель Анри, но смотрел не на нее, а на того, кто стоял у окна.
-Эльдар, - вдруг всхлипнула она. Он стоял к ним спиной, не видя и не слыша, между тем, как Архель достал кинжал и занес руку над спиной ее мужа.
Почти безумный гнев охватил ее, она оттолкнула Анри, сама нанеся над ним нож для бумаг, который только что держала в руке.В этот же момент в ушах раздался знакомый лай. Нож выпал из рук императрицы. Она сидела на полу и прижимала к полу своего верного помощника и друга, Асгейра, а тот не сопротивлялся, боясь навредить хозяйке.
Плечи Мирры начали вздрагивать от беззвучного плача, она закрыла лицо руками, почти неслышно повторяя:
- Прости меня, прости, - и эти слова она относила не только к едва не убитому ею волку. А к тем, кого она так и нес могла защитить: Эльдара, чье тело уже покоилось в гробнице, и Шейна, который мог повторить судьбу своего отца.

+4

9

Виззарион закончил со своими делами и решил вернуться в усадьбу, чтобы оттуда продолжить свою игру. Ему еще рано выбираться на свет, чтобы играть открыто. Мужчина оставался в поместье, зная, что оно было зачаровано достаточно давно и войти в него могли без разрешения только те, кто по крови приходился прошлому хозяину родственником.
Признаться честно, подходя к поместью, Шейн почувствовал что-то неладное и свечи, горящие в его комнате, подтверждали догадки о том, что внутри кто-то был. Чистокровный надеялся, что Арника осталась там, где он и хотел, а не решила вернуться в поместье.
- Но лучше сюда, чем в таверну.
Он вошел в дом и остановился в холле, осматриваясь. Камэль чувствовал присутствие постороннего и с какими мыслями пришел нежеланный гость, оставалось только догадываться. Вампир успел засомневаться в заклинании, сдерживающем непрошенных гостей и порадовался, что увел Арнику из поместья раньше, чем это произошло. Присутствие своей спутницы он не ощущал, но тот, кто решил потревожить его покой, все еще был здесь.
Назначенная встреча была отложена и вампир никого не ждал. Ролан и Харука не влезут к нему без предупреждения, если на то не будет веской причины, но обстоятельства не могли измениться за пять минут.
Виззарион поднялся наверх и подошел к спальне, тихо приоткрыл дверь и заглянул внутрь, удивляясь тому, что он видит.
- Мама? – Шейн удивленно посмотрел на женщину. – Что ты здесь делаешь? – поднимаясь наверх, он не думал увидеть ее. – Почему ты… - вампир запнулся, осматривая спальню. Свечи скинуты со стола, разбросаны деловые бумаги, книги, чернильница упала на пол и чернила вытекли на пол. На ковре останется синее пятно. Сломан воск для печатей и полный бедлам встретил нового обладателя усадьбы. Имущество не имеет значения, когда мать в таком состоянии.
Опасаться было нечего и непрошеным гостем оказалась императрица-мать. Камэль прошел в спальню и, сев рядом с женщиной, поднял ее лицо за подбородок, всматриваясь в глаза. Пытался понять. Что так сильно ее напугало и почему она едва ли не плачет, сидя на полу в его комнате. Рядом лежит нож для бумаги и ее любимец находится рядом с ней, не меньше испуганный, чем Мирра.
Вампир хотел знать. Что произошло, но понимал, что в таком состоянии женщина не сможет связать и пары слов. Ей нужно успокоиться, прийти в себя. Они успеют поговорить. Виззарион обнял вампиршу и, притянув ее за плечи, прижал к себе на уровне талии.
- Все хорошо. Я рядом, - тихо сказал ей на ухо, стараясь успокоить. Опустил ладонь ей на затылок, давая ей спрятать лицо и слезы, если императрица не сможет сдержаться. Ее можно было понять. Лишившись крепкого плеча, ей приходилось самой становиться опорой для детей, и многое свалилось на ее плечи, а императрица, как не крути, оставалась женщиной, а потом была матерью, которая защищает своих детей. И Виззарион хотел защитить ее от того, что нарушило ее равновесие. Но понять причины, по которой она оказалась здесь, не мог. Не знал, что привело ее.
Вчера она помогла ему разобраться в себе, а теперь он хотел сделать для нее то же самое и проявить немного заботы, которую задолжал за годы своего отсутствия. Физическое нахождение рядом не заменяло любви сына.

+2

10

- Ты не сможешь никого защитить, не сможешь, - упорно нашептывал ей голос, - ты могла остановить Эльдара, но никогда не сомневалась в правильности его решений, поэтому он умер. Даже император может ошибаться.
Мирра схватилась руками за голову, пытаясь заткнуть назойливый, голос. Пальцы погрузились в мягкие белоснежные волны,  спутывая их, а ладони пытались закрыть уши.
- Ты могла бы отвести совет от Элен раньше, но молчала, снова подчиняясь приказам, - голос звучал в ее голове, и Мирра никак не могла избавиться от него. Он проникал в глубины ее сознания, играя с ее памятью, ее страхами, ее чувствами. Не жалея женщину, он одна за одной, словно доставая карты из колоды, показывал существующие и несуществующие картины. Издевался над ней, испытывал ее. Императрица помотала головой, и несколько пионов отделились от ее волос, упав на пол.
- Это неправда, это неправда, - как заведенная повторяла она, а неизвестный голос творил ей:
- Ты знаешь историю этого особняка, но несмотря на это позволила Шейну жить здесь. Они умрут, как умер Эльдар, а ты будешь остаток своей жизни стоять над их могилами. А этот остаток будет тянуться очень долго, тебе суждено прожить гораздо, гораздо больше положенного срока.
- Это неправда! - Вскрикнула Мирра, с силой оттолкнув Шейна, пытавшегося обнять ее, но императрица даже не заметила, когда он вошел, - он все лжет, лжет, - она невидящими глазами смотрела куда-то в сторону. Огоньки исчезли. Мирра попыталась взять себя в руки, развернулась к двери и только тогда заметила сына. Она было бросилась к нему, на ее лице мелькнула улыбка и тут же исчезла. Императрица резко остановилась. Дом продолжал игру? Продолжал раскладывать карты не давая ей сделать ход.
-Шейн, - она протянула к нему руки, медленно коснувшись плеч, погладив тыльной стороной руки по щеке. Ее сын ушел вслед за сестрой еще вчера. Конечно, невидимый кукловода продолжал дергать свои нити. Но ощущения были такие реальные. Да. Как она могла позволить ему жить в этом особняке с репутацией, раскрашенной кровью.
- Прости меня, он прав, я действительно не могу защитить вас. Что мне сделать, чтобы проклятье не тронуло вас с Элен?
- Уже ничего, ты опоздала, соперница, - в приоткрытых дверях показалась Глациалис, улыбнувшись ей самой обаятельной из тех улыбок, на какие только могла способна ледяная императрица.
- Что ты делаешь в этом доме? - Вскрикнула Мирра, - Убирайся! Что бы ни скрывала моя семья, тебя это не касается!
Глациалис усмехнулась, растворившись в коридоре, а Мирра бросилась за ней. Гнев, злость, ненависть, - эти чувства переполняли ее с такой силой, что она схватила откуда ни возьмись взявшийся меч. Дом словно сам подкидывал ей оружие, с интересом наблюдая, что же обезумевшая императрица будет делать дальше.
Мирра снова остановилась на лестнице, замерев, пытаясь понять, куда ушла Глациалис. Но лестница была пуста, на ней не было даже каплей крови от сердца, которое держал брат ее матери.
- Я защищу Шейна, хочешь ты этого или нет! - Крикнула она то ли призрачной Глациалис, то ли самому дому и его истинному хозяину.
- Нет, - покачал позади нее головой Архель Анри, - он умрет.
И в подтверждении своим словам, аристократ стянул с рук окровавленные перчатки.
- Лжец! - Императрица замахнулась длинным клинком, но волчий вой, протяжный, долгий, полный отчаяния и призыва, привел Мирру в чувство. Она с ужасом поняла, что занесла оружие над собственным сыном. Дом снова наполнился тишиной, нарушенной лишь на мгновение звоном клинка, выпавшего из рук Мирры на гладкий паркет особняка.

Отредактировано Мирра (25-01-2014 13:17:42)

+3

11

Женщина крикнула и оттолкнула его. Шейн не понимал, что происходит. Он никаких чудачеств за домой не замечал, а что происходило с матерью, та еще загадка. Растерялся, когда понял, что Мирра его не узнает, и как отказавшись. Решила покинуть поместье, но передумала. Поняла, кто перед ней и Виззарион почувствовал прикосновения матери. Сомнения вампира остались, как и его ощущения после выходки вампирши.
Императрица-мать была не в себе, и состояние ее больше напоминало нарастающую истерику, но привести ее в чувство камэлю не удавалось. В таких случаях дают по щекам, но Шейн не хотел этого делать. Надеялся, что мать успокоится и не придется прибегать к крайним мерам. Успокоение не приходило.
- За что ты просишь прощение? – удивлялся вампир. Молодой император не понимал, что могло произойти за день, итого меньше. – Какое проклятье? – слова вампирши были странными. Шейн слышал о том, что поместье неприветливо и многие предпочитают о нем не вспоминать, но всей истории он не знал и знания ничего бы не изменили. Это место идеально подходило ему по многим критериям, а безумные и нелепые сказки он оставит другим. Беспокоило не проклятье этого места, а мать, которая сходила с ума.
- Мирра! Да приди же ты в себя! – поднял голос, нахмурился и встряхнул вампиршу. Толку не было.
Женщина снова начала кричать и обвинять, но смотрела не на него, а в дверной проем и обращалась к тому, кого парень не видел. Императрица встала, схватила меч, принадлежавший первому хозяину особняка. Его давно не затачивали, и лезвие не могло нанести серьезного урона. Меч был декоративным и давно не использовался в бою, но Виззарион решила сделать исключение и вернуть оружию былую гордость.
Шейн не вставал с пола, где до этого пытался обнять вампиршу и куда приземлился от ее толчка, сев на паркет. Женщина занесла над ним меч и снова не видела, кто находится перед ней. Вампир не сдвинулся, наблюдал.
- Галлюциноген? – другого объяснения вампир не видел. Кто-то из совета мог подсыпать его в пищу императрицы, чтобы избавиться от нее, сославшись на сумасшествие. Купить нужное заключение проще простого, когда есть деньги, а тот, кто от них не откажется, всегда найдется. Если его догадки верны, то вампиршу придется изолировать и запереть в помещении из которого она не сможет выбраться и где не будет ничего, чем бы она могла навредить себе. За себя вампир не переживал вообще. Пока зелье не выветрится, говорить им не о чем. – И если выветрится, - в таких случаях жертва не помнит о том, что с ней было.
Мирра выронила меч, и Шейн вернулся в реальность. Мать снова узнала его и поняла, что могла сделать секундой позже, если бы помутнение осталось. Вампир поднялся, оттолкнул меч ногой под письменный стол, чтобы не было соблазна снова за него ухватиться и косить под бравого рыцаря.
- Не верь своим глазам и тогда ты поймешь, что реально, а что нет. Я не плод твоего воображения и реальнее всего, что находится здесь и сводит тебя с ума, выдавая иллюзию за действительность, - подошел вплотную и обхватил ее лицо ладонями. – Посмотри мне в глаза. У воображения в глазах всегда прячется пустота, а что ты видишь у меня? Голос, присутствие, и картинка перед глазами могут быть обманчивыми, но ты чувствуешь, что за остальным скрывается пустота.
Вампир сделал надкус на руке и поднес рану к ее губам.
- Ты мне веришь?
Искусственно созданная связь должна помочь ей отвлечься.

+1

12

Мирра чувствовала запах крови, реальный, знакомый запах ее сына. Но это было лишним, узнавание настоящего произошло в тот момент, когда она выронила меч. Словно дом бросил играть со своей жертвой, насупился, сворачивая клубки воспоминаний и ярких картин, обиженно взвыл ветром, во внезапно открывшемся окне, посылая проклятье Шейну, когда тот зашел и испортил всю игру. На нового императора у особняка были собственные планы. Он не должен осознавать, что с ним происходит, медленно и по крупицам теряя собственный рассудок. Скептик, ты даже и не поймешь, как станешь помешанным. Но как же весело было сводить с ума Мирру!
Императрица медленно осела на пол, продолжая всматриваться в глубокие серебристые глаза сына. Он здесь. А она обещала себе, что больше не подпустит к этому проклятому дому. Волк прыгал рядом с Шейниром, лаял, точно уличный пес, подтверждая реальность происходящего. Архель... Глациалис... они были такими же, какими и в последний раз, когда она встречалась с вампирами. Женщина больше остальных подозревала их в смерти своего мужа, и особняк пользовался этим. Как и всем остальным, ведь весь ее разум был у него в распоряжении.
- Я думала, ты уехал, - дрожащим голосом произнесла она, не спуская с него глаз, попыталась улыбнуться, но вышло едва-едва и как-то виновато, словно она не имела права вторгаться в пространство особняка, - как Элен. Как Авель. - императрица отвела взгляд, как- то растерянно оглядываясь вокруг, но смотря сквозь предметы, - как Эльдар.
Печаль переполняла ее. Она больше не могла молчать, скрывать жестокие тайны рода Виззарион. Рассказать? Но это мало чем поможет, ведь ее сын упрямо будет гнуть свое, даже если это будет последнее желание в ее жизни. Почему одиночество разрывает ее на куски, почему она больше не ищет компании? В последнее время она отказывалась встречаться с советом и даже не появилась на балу, где решалась судьба ее, Мирры, дочери. Кому нужна она, Императрица-мать, раз даже совет отвел от нее глаза, как уже к скинутой с шахматной доски фигуры. Как и фигуры Эльдара.

Отредактировано Мирра (25-01-2014 13:16:14)

+2

13

- Я не собирался уезжать, - предельно спокойно ответил вампир, смотря на мать. Шейн ушел из дворца и у него были планы на сбежавшую сестру, но нет времени для отъездов. Он уверен в том, что Харука позаботится об Арнике и ей ничего не угрожает, пока она будет оставаться в его доме и под его присмотром, но не мог оставить совет без присмотра, зная, что в любой момент он должен будет выйти из тени. Об этом говорить еще рано, но и поиски сестры он не оставил.
Не смог лично отправиться за ней, но сделал все для того, чтобы его проверенные люди смогли найти ее и вернуть домой или сообщить ему о том, что с ней все в порядке, сказать, где она и, когда он лично убедится в том, что это действительно так, отпустил бы ее гулять по миру дальше вдали от упертых старейшин. Здесь он справится с проблемами самостоятельно. И лучшее, что он может для нее сделать, это узнать, где она и помочь ей избавить от влияния других вампиров, а так же быть уверенным  в том, что никто не подумает покуситься на ее голову.
- Эльдар? – молодой Император удивленно посмотрел на мать. Он понимал ход ее мыслей, пока не прозвучало имя отца. Почему она заговорила о нем именно сейчас? Элен сбежала, Авель отправился за ней, он никуда не уехал, но считался из числа покинувших столицу. Причина у всех была одна – побег, но что в этом списке забыл мертвый император? Его отец в последний раз покинул дворец по причине войны, а не сбежавшей дочери и его отъезд закончился лишением головы.
Она считала, что все ее бросили и оставили одну или забыла о том, что отец мертв и поэтому его вспомнила? Виззарион отметил, что мать была «немного» не в себе , но надеялся, что этому найдется логическое объяснение.
- И лекаря сюда пригласить нельзя и отправить ее одну во дворец тоже не могу… - безысходность. Камэль сделал шаг назад и сел на кушетку, продолжая смотреть на мать, как на маленького нашкодившего ребенка и думать, как с ней поступить. Игра ему важна, но и Мирра не последний звук. Он ее любил и не мог пренебречь ее состоянием ради собственной выгоды, а заручиться поддержка лекаря и целителя не додумался.
Чистокровный потер лицо. Проблем становилось все больше, и они вылезали из тех щелей, который раньше он вообще не видел. Заткнуть их возможности нет, дело это не исправит, а выглядывающие грязные тряпки будут напоминать о незаконченной работе.
- Расскажешь, что тебя сюда привело в мое отсутствие? – спокойно спросил Шейн, наблюдая за императрицей-матерью. Он вытянул из стола платок и вытер выступившую кровь. Мать пришла в себя без нее и была не голодна. Зря.
Виззариона удивило то, почему Мирра была не в себе, но еще больше его удивило то, какого черта она забыла в поместье в его отсутствие. Зачем она пришла сюда, зная, что сына не будет. Он мог понять, елси бы она пришла к нему, поговорить или сказать, что во дворце какие-то проблемы и решила с ним поделиться своими переживаниями или просто захотела увидеть сына, но не мог понять, зачем ей пустой особняк и что она собиралась здесь делать.
Дом издевался и смеялся, тихо шептал о том, что время мальчишки еще не пришло и пока медленно сходить с ума будет только она, пытаясь выдать свои желания за действительность, а та скрыта иллюзией липкого спокойствия.

+2

14

Стоит ли говорить сыну, сколько печали и боли в ее сердце? Он знает об этом, но даже не сможет представить, насколько сильно эта игла засела в ее сердце после смерти Эльдара, с каждым разом причиняя все больше боли. И когда-нибудь она меня убьет. Мирра провела рукой по белым, растрепавшимся волосам, к ее ногам снова упал цветок пиона, выпутавшись из сложной прически императрицы. Ее цветы. Они вянут каждый вечер, но каждое утро служка приносит ей свежие, выращенные специально для Мирры. Он отбирает только самые крупные и красивые бутоны, ведь они будут украшать голову императрицы, но им суждено прожить только один день.
Женщина слегка улыбнулась, взяв в руки белый цветок. У них больше общего, чем можно подумать. Мирра тоже всегда была своеобразным украшением дворца. И при жизни Эльдара, и сейчас. Она всего лишь атрибут императорской власти, всего лишь символ. И Мирра всегда понимала это, успела смириться и принять то, что родившись в императорской семье, ты всего лишь кукла, связанная обязательствами с семьей, советом, империей. И Шейн, и Элен умудрились пойти против ветра, плыть против течения, на что никогда не могла решиться она сама. То, что ее дети выросли не такими, какими предполагал совет, вселяло чувство гордости и чувство страха одновременно. Императрица не хотела, чтобы они пострадали за свои вольности. Ее день уже подходил к вечеру, она чувствовала, что скоро увянет так же, как и ее цветы, но для Шейна, Элен и Авеля этот день только начинался.
- Мне приснился мой брат, Листеру, - как-то растерянно начала она, отвечая на справедливый вопрос сына, - он был таким реальным. Я навсегда запомнила его безумные глаза и пробирающий до костей смех. Я чувствую вину за его смерть, ведь я могла протянуть ему руку, вытащить из силков проклятого дома. Но не сделала этого, потому что исполняла все, что требовал от меня совет. Почему меня не было рядом, когда он пил сильнейший во всем Рейлане яд, не имеющий противоядия. Почему рядом с ним не было того, кто остановил бы его? И я, и Эльдар любили его, а он умер в полном одиночестве. Он придет, я не последний.
Почему эта фраза так прочно засела в голове Императрицы, словно выжженная огненными буквами? Потому что это было пророчество ее брата, которое сбылось раз, и Мирра боялась, что сбудется и второй.
- Он придет, я не последний. Что могло заставить вампира на последних минутах своей жизни, испытывая просто адскую боль, написать эту фразу? Если не брать в расчет его безумие. Хотя таким уж безумным он был?
Императрица, казалось, и не замечала Шейна, то смотря только перед собой,  направляя взгляд куда-то сквозь мебель и стены. То опуская глаза на подвявший цветок в ее руках. Она говорила сама с собой, не требуя ответов от сына, откуда ему знать эту историю, ведь все, что могли они попытались скрыть от детей.
- Может быть, после той кровавой бойни, что учинил здесь брат Кахелиса, тут завелась тень? Я читала, они селятся в местах массовых убийств и насильственных смертей. Мама говорила мне, что это было нечто жуткое, весь первый этаж и весь двор был залит кровью. Но что тогда свело самого Уильма с ума, заставив вырывать сердца и убить даже тех, кто был ему дорог.
Мирра замолчала, наконец, обернувшись к сыну. То, что она так долго скрывала, вырвалось из клетки ее души. Ее слова были обрывистыми, а предложения не связанными. Но она не знала, как подобрать слова, чтобы в полной мере описать проклятье этого дома. Может, ее сын решит, что она окончательно сошла с ума, но он вполне бы мог потребовать ответа у старейшин.
- Тебе ведь снились странные сны? - Спросила она, - расскажи мне.

+1

15

Женщина говорила много, но Шейнир не смог выцепить из всего сказанного и единой вразумительной фразы. Не получил ответа на свой вопрос и не смог понять, что хотела сказать ему мать, если вообще хотела и пыталась. Это было похоже на продолжение ее истерики, того состояния, в котором он нашел ее. Мать он примет любой, но понять, чем она руководствуется и почему вчера еще адекватная женщина, давшая ему совет, ведется себя так… неблагоразумно.
Мирра сумбурно и несвязанно рассказывала историю, которая, как понимал камэль, должна была объяснить ее появление в поместье, но ничего вразумительного он выцепить не смог. Женщина бросала слова и обрывки реплик, которые были понятны только ей, как осведомленной, но Виззарион не был в ее голове и не мог прочесть мысли. А если бы и мог, то не стал бы этого делать – не хотел. Если у нее хватило мозгов придти сюда, то она в состоянии объяснить ему причину своего визита. Молодой Император терпеливо ждал, пока женщина возьмет себя в руки и сможет ему все объяснить. Время шло, а ясности не прибавлялось. Шейну начинало казаться, что он попал в дом для душевно больных, где здоровый кажется сумасшедшим и обстановка давила на него, осознанием того, что безумство вселяет его родная мать, с которой вчера было все в порядке.
- Хватит, - строгость и холод просочились в голосе Виззариона.
Пион Мирры разрезало пополам – злость вампира вылилась в магию. Ему надоело слушать несвязанные речи и понимать, что мать все еще не в себе и находится под чьим-то влиянием. Грубые слова почти слетели с языка вампира. Ему надоели эти игры, но, если Совет он мог понять, свыкся с его мыслями, то действий матери не понимал. Чего она хотела добиться, зачем здесь, по своей воли или навязанной. Выпытать невозможно, а влезть в ее голову не позволяло осознание того, что перед ним его мать, какими бы безумными не были ее слова, а лихорадочных блеск ее глаз прожигал его.
Вспыльчивая натура старалась сдерживать себя и не выплеснуть накипевшее, когда в чашу весов влезло дорогое.
- Самые страшные кошмары ждут меня наяву, - спокойно ответил вампир. – Сон приходит и уходит, а реальность остается. Ее я не смогу выбросить из своей головы, когда этого захочу и не думать о последствиях. Сны – иллюзия, наши страхи или желания, но они могут стать реальными, но пока оны – плод моего воображения, я не придаю им значения.
Шейн оперировал фактами, а сны и факты вещи несовместимые. Он мог выслушать женщину, ее подозрения, узнать о том, что плохого ей приснилось и чем она обеспокоена, но не делиться своими снами, о которых он забывал с наступлением нового дня. У него хватало дел, которым нужно уделить внимание.

0

16

Половинки цветка упали на пол, и Мирра с печалью посмотрела на них.  Она вздрогнула от строгой и холодной фразы, кинутой ей. Шейн. Она так и думала, что ее вспыльчивый и нетерпеливый сын не захочет, не сможет понять ее. Возможно, ее слова понял бы Авель, более расчетливый и более вдумчивый. Скорее всего, ее поняла бы Элен, ведь они с ней находились почти на одном положении, и это расстраивало Мирру. Только сейчас она впервые решилась поделиться тем, что долгие годы засело тяжелым грузом у нее на сердце, и ее оттолкнули, точно так же, как несколько минут назад она сама оттолкнула Шейна, следуя за безумствами, которые подкидывал ей дом. Сейчас иллюзии перестали перестали мучить женщину, императрица чувствовала, что сейчас разум принадлежит только ей. Но любимый сын продолжал видеть в ней обезумевшую мать.
Императрица прикрыла глаза рукой. Переполненная печалью, она даже не могла заплакать, чтобы выплеснуть эту боль. Только Эльдар поддерживал ее, не давал усомниться в правильности неправильных поступков. И теперь она лишилась его. И с его уходом началось одиночество, долгое всепоглощающее одиночество. Вот какого было Листеру, когда дом сводил его с ума. Когда ты один это гораздо проще. Когда ты лишен поддержки, все готов принять за чистую монету, лишь бы снова ощутить твердую почву под ногами. И Листеру ощутил, в самом прямом смысле, и пускай над ним теперь не почва, а непроницаемый камень.
Мирра тоже слишком долго просидела в своей комнате, закрываясь от света тяжелыми шторами. Она была уже не интересна совету и старейшинам. Но больнее всего было осознавать, что теперь она не нужна и собственным детям. Авель почти не заглядывал к ней, полностью поглощенный поисками убийцы отца, а теперь и Элен. Сама Элен редко разделяла с императрицей свои эмоции, с молчаливым достоинством принимая решения совета.  Шейн, он сидел рядом, она могла протянуть руку и коснуться его. Но натолкнувшись на стену непонимания, она почувствовала себя одинокой, как никогда.
- Я просто хотела защитить тебя, - тихо ответила императрица.
Она так же просила Листеру рассказать, что происходит с ним, но он тоже отталкивал ее. И теперь он мертв. Неужели его предсказанию суждено исполниться еще раз?
Волк застучал когтистыми лапами по паркету, подходя к ней, и женщина обняла его, зарываясь в мягкий серый мех. Возможно, она увидела в этом волчонке тогда, на рынке, саму себя. В его глазах читалась такая же боль от утраты родных, отчаяние от собственного положения.
Женщина медленно поднялась с пола, возвращая себе спокойный и гордый облик императрицы. Не имеет смысла больше ронять слова, которые мертвым грузом падают на пол. Но она не сдалась. Просто пока в этом доме Шейн, ей закрыта дорога сюда.

+1

17

Где-то в мозгу щелкнуло, что он был неправ и нити сомнения дергали его, пытаясь вытряхнуть из глотки слова прощения, дать ему хорошего пинка под зад, заставить подойти к матери и обнять ее, но Шейн не сделал ничего, чтобы исправить ситуацию. Женщина нашла свое утешение в волке, который стал для нее единственным защитником после смерти Эльдара. Этот всегда был рядом, когда надо ласков, когда надо скалился и защищал хозяйку.
Шейн был готов защищать мать от всего мира, но не от себя. Вампир не хотел забивать голову всякими глупостями, а внутренний голос говорил, что в словах женщины не будет ничего вразумительного и все ее попытки останутся бесполезной тратой времени. Он продолжит настаивать на своем и считать, что он прав. Упрямства ему добавляло поместье, которое издевалось над гостьей, но не трогало хозяина, вызывая свой час для расплаты. Его время еще не пришло, но черные лапы плетут паутину и закрывают ему глаза на правду, которую хотела донести его мать. Сейчас он был готов слушать только одного вампира – Арнику, но девушки не было рядом, и она не могла повлиять на его решение. Девушка дала бы императрице шанс, выслушала бы ее и попыталась бы уговорить Шейна выслушать ее и попытаться понять, но обстоятельства играли не в пользу Мирры. Император оставался непреклонен.
- Ты должна была защищать Элен. От Авеля. От Совета. От меня… - камэль понимал, что мать хотела как лучше и старается защитить своих детей, независимо от их положения, сил и возможностей, но считал, что не должен получать внимания больше, чем сестра, которая сейчас находится неизвестно где и неизвестно почему покинула дворец. Причин слишком много, чтобы среди них выделить главную и не ошибиться. Голова вампира была занята не столько запланированными играми, сколько сестрой, за исчезновение которой виноватым он считал себя и злился за себя на то, что не может уехать и присоединиться к ее поискам, пока чертовщина творится во дворце, а он хотел… И после разговора с Авелем не мог оставить поиски сестры на бастарда, всецело положившись на брата. – Я не доверяю никому… даже себе, что говорить о подкинутом птенце, который пытается защитить моего лебедя?
Вампир помассировал переносицу, отгоняя мысли. Он снова зациктивается на сестре, но совершенно не беспокоится об Арнике, зная, что она в полной безопасности.
- Я хотя бы знаю, где она…
Шейн перевел взгляд на мать, думая, что делать с ней дальше.
- Я ценю твою попытку защитить меня, но… больше так не делай. Не защищай меня от судьбы, которая мне не пророчена. В этом доме нет ничего, что могло бы мне навредить больше, чем тот меч… у окна… - именно там оказался меч Уильма, когда Виззарион откинул его. – Если ты хочешь остаться… Я приготовлю комнату для гостей… Если нет, распоряжусь приготовить эскорт.

+1

18

- Ты... упрекаешь меня? - Растерянно переспросила императрица, обернувшись к сыну. Былая спокойная невозмутимость вернулась на ее лицо, вновь спрятав секреты и тайны семьи в одной из темной комнат своего сердца. Она уже жалела, что произнесла слова, которые не должны были бы звучать даже в пустой зале, где единственным слушателем была бы тишина. Теперь в глазах ее родного сына она просто обезумевшая от горя женщина. Мирра знала, что совет сделал все, чтобы стереть эти тайны, будто их не существовало вовсе. Так легче, так проще управлять ее детьми.
Императрица понимала, что в словах сына есть доля правды. Она сама укоряла себя в том, что спряталась от всего мира в собственной комнате во дворце. Ей было легче зарыться в государственных делах, оставляя много времени на раздумья, кто мог убить ее мужа. Скомканные листы бумаги с обрывочными мыслями Мирры до сих пор валялись под ее столом, на страх и риск, что их может прочитать кто-то из совета, а потом раз и навсегда закрыть ей рот. Для нее осталось место в гробнице, там, рядом с Эльдаром.
- Она сама защитила себя от совета, - задумчиво произнесла императрица, - даже лучше, чем это сделала я. С ней все в порядке, я чувствую это, и иногда думаю, что... - Мирра замолчала, прерывая свои мысли. Нет, она не наступит снова на свои же грабли, делясь своими чувствами с сыном. Он снова мог все неправильно понять. Возможно, было бы лучше, если бы Элен оставалась вдали от императорского дворца, вдали от совета и вечных склок. Ей хотелось, чтобы дочь нашла достойное плечо, которое могло бы защитить ее от любой опасности. Императрице так хотелось, чтобы она была счастлива. Она надеялась, что Авель принесет хорошие вести, даже если не приведет за собой Элен. Если она там, где ей лучше чем здесь, тогда зачем возвращаться?
Мирра покачала своим мыслям головой. Она безумно хотела увидеть Элен, снова обнять ее. Но вернувшись во дворец, она снова превратится в разменную монету. Ничего не изменится, пока они не вычислят ржавое звено или звенья в совете, того, кто нашептывает что делать всем остальным.
- Почему ты так недоверчив к Авелю? - Спросила императрица, - он хотел помочь, и если совет все же выбрал ей мужа, я бы предпочла, чтобы им был именно он.
Хотя прекрасно понимала, что Авель не даст ее дочери того счастья, которое она заслуживает. Да и его самого этот брак вряд ли сделал бы счастливым. А Шейн. Ее сын хотел угнаться за двумя зайцами, но сейчас упустил обоих. Один из них, Элен, упрыгал за пределы Северных Земель, другой, Арника, находился где-то здесь, но своим поведением Шейн отдалял ее все дальше от себя, пускай не в физическом, но в духовном плане. Что чувствует бедная девушка, которую прячут в сундук, как, пускай и драгоценную, но вещь.
- Странно говорить матери, чтобы она перестала защищать своего сына, - растерянно пожала плечами императрица, - судьба. Что ты знаешь, что на самом деле пророчено тебе? Мне не нужен проводник. Мой эскорт это Асгейр.
И мое одиночество. Мирра постояла мгновение, потом двинулась вон из комнаты.

+2

19

- Я не упрекаю, - вампир отрицательно мотнул головой. – Но и не одобряю. Я твой сын и всегда буду для тебя ребенком и не прошу обратного. И, возможно, сейчас я кажусь большим ребенком, чем она, но я волнуюсь. И хотел бы, чтобы ты больше уделяла внимания ей, а не мне. Ты, как никто другой, должна понимать, какого быть женщиной в императорской семье и должна знать, что у нее теперь нет даже того, что было у тебя. Я отдал себя другой, когда у тебя был Эльдар. Сейчас его нет рядом и ты должна знать, какого это быть одной, когда совет вертит тобой, как куклой и никто не пытается защитить. Некому. Я не осуждаю, я пытаюсь показать тебе то, что вижу я. Что она нуждается в защите больше и бежит из родного дома, потому что все на нее давят, как когда-то давили на тебя. Я верю, что Элен сильная, но для меня она всегда будет младшей и любимой сестрой, которую я должен защищать, как я для тебя сыном, которому нужна материнская опека. И я люблю тебя за это, но только ты должна видеть во мне ребенка, а сейчас я хочу поиграть во взрослого.
Шейн выдохнул, чтобы успокоиться и заставить себя расслабиться, но новый вопрос матери выбил его раньше, чем он успел представить внутренние весы, которые замирают в воздухе.
- Потому что я ревную, - чистокровный сжал руку в кулак. В своих чувствах он разобрался давно и после слов Авеля о том, что брат решил выдвинуть свою кандидатуру на роль жениха, Виззарион внутренне сгорал от желания докопаться до правды и понять, чем руководствуется бастард и искренне ли его желание защитить сестру или омрачено другими желаниями. Камэль понимал, что мог надумать себе все, чего не могло быть на самом деле, и впервые за долгие годы начинал вдумываться в слова аристократов, считавших, что Глациалис оказывает влияние на своего сына и что это она внедряет его еще глубже в семью Виззарионов. За всем этим скрывалось сильное желание не подпускать к ней другого. – Твой сын законченный собственник и эгоист. Я хочу ей счастья. Хочу, чтобы она любила и была любима, но, когда представляю, что он будет ее касаться так… что мой племянник будет похож на него… меня изнутри выжигает это чувство. Если бы я точно знал, что он ее любит. Если бы не знал, что найти убийцу отца для него важнее всего на свете, я бы не задумываясь повлиял на решение совета, но если я ошибусь? Если им руководит не только искренность? Он должен понимать, что женитьбы будет недостаточно и… - Шейнир оборвал себя, не желая озвучивать свои мысли. – Это мой самый страшный кошмар, мама…

+1

20

- Ты хоть раз слышал себя со стороны? - Спросила Мирра, замерев в дверях, - как ты можешь указывать мне, кого любить больше, а кого меньше? Я просто не верю своим ушам, неужели это говорит мой сын?
В голове крутилось просто немыслимое количество слов, которые Мирра решила оставить невысказанными. До этого она удивляла сына своим поведением,  теперь он. Его слова задели женщину. Ей хотелось развернуться и вылепить сыну пощечину. Да, она знает, что значит быть женщиной в императорской семье, но что может знать он, еще мальчишка.
- Твоя сестра младше тебя, зато гораздо умнее и сообразительнее. Воистину женщины взрослеют быстрее, чем мужчины. Любимая сестра, говоришь? А сам разбил ей сердце, но все никак не можешь угомониться и оставить ее в покое. Пытаешься присвоить себя двух зайцев, но смотри, не останься ни с чем. Где твоя невеста, Шейн? Искренне веришь, что делаешь лучше ей? Или себе? Подумай, не разбиваешь ты еще и ее сердце? Или скажешь, что это не мое дело?
Злые слова срывались с языка. Еще вчера ее сердце было счастливо при виде Шейнира, матери не хотелось отпускать его от себя. А сегодня. Она разбивает их отношения, точно хрустальные вазы. Но сложный механизм был уже запущен. Дом добросовестно выполнял свои обязанности.
- Ты действительно хочешь счастья Элен? Или только себе? Я действительно плохая мать, раз воспитала таким. Да,собственником и эгоистом. И после этого ты еще кидаешь подозрения в Авеля?
Женщина сжала кулаки. Ее сын посчитал ее сегодня сумасшедшей, отверг ее исповедь, а теперь еще и добавил оскорблений в ее адрес. Молодой дурак, он действительно думает, что знает, что такое настоящая боль?
- Авель бы понял меня. Или хотя бы постарался понять. В отличие от тебя, он никогда не забывал, что я его мать, - она выделила последние слова, чтобы дать понять Шейну, что он обвиняет своего брата, - даже не знаешь, каково было мне, когда я поняла, что мои внуки не будут похожи на Элен. А ее дети на тебя.
Императрица горько усмехнулась сама себе. Ну вот, а говорила, что приняла и поняла его выбор.
- Ты даже не представляешь, как я сильно разочарована в тебе. Что, кинешь после нашего разговора сплетню во дворец, что императрица сошла с ума? А ведь это дом играет с нами. Не отвечай, я и без того знаю, что ты будешь все отрицать.
Мирра ушла через телепорт, растворившись в воздухе. Слова вылетели, и их больше не поймать. Глупая императрица, ты же сама себя оставляешь в полном одиночестве. Поставь ставку, придет ли к тебе Шейн, после того, что произошло?
Особняк, кажется, остался доволен.

Телепорт - 60МгМ+60МгМ на Мирру и ее волка. Итого потрачено 120 МгМ

эпизод завершен

Отредактировано Мирра (29-01-2014 10:33:27)

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [3.03.1082] Злая игра