Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17 (18+)

Марш мертвецов

В игре сентябрь — ноябрь 1082 год


«Великая Стужа»

Поставки крови увеличились, но ситуация на Севере по-прежнему непредсказуемая из-за подступающих холодов с Великой Стужей, укоренившегося в Хериане законного наследника империи и противников императора внутри государства. Пока Лэно пытаются за счёт вхождения в семью императора получить больше власти и привилегий, Старейшины ищут способы избавиться от Шейнира или вновь превратить его в послушную марионетку, а Иль Хресс — посадить на трон Севера единственного сына, единокровного брата императора и законного Владыку империи.



«Зовущие бурю»

Правление князя-узурпатора подошло к концу. Династия Мэтерленсов свергнута; регалии возвращены роду Ланкре. Орден крови одержал победу в тридцатилетней войне за справедливость и освободил народ Фалмарила от гнёта жесткого монарха. Древо Комавита оправляется от влияния скверны, поддерживая в ламарах их магию, но его силы всё ещё по-прежнему недостаточно, чтобы земля вновь приносила сытный и большой урожай. Княжество раздроблено изнутри. Из Гиллара, подобно чуме, лезут твари, отравленные старым Источником Вита, а вместе с ними – неизвестная лекарям болезнь.



«Цветок алого лотоса»

Изменились времена, когда драконы довольствовались малым — ныне некоторые из них отделились от мирных жителей Драак-Тала и под предводительством храброго лидера, считающего, что весь мир должен принадлежать драконам, они направились на свою родину — остров драконов, ныне называемый Краем света, чтобы там возродить свой мир и освободить его от захватчиков-алиферов, решивших, что остров Драконов принадлежит Поднебесной.



«Последнее королевство»

Спустя триста лет в Зенвул возвращаются птицы и животные. Сквозь ковёр из пепла пробиваются цветы и трава. Ульвийский народ, изгнанный с родных земель проклятием некромантов, держит путь домой, чтобы вернуть себе то, что принадлежит им по праву — возродить свой народ и возвеличить Зенвул.



«Эра королей»

Более четырёхсот лет назад, когда эльфийские рода были разрозненными и ради их объединении шли войны за власть, на поле сражения схлестнулись два рода — ди'Кёлей и Аерлингов. Проигравший второй род годами терял представителей. Предпоследнего мужчину Аерлингов повесили несколько лет назад, окрестив клятвопреступником. Его сын ныне служит эльфийской принцессе, словно верный пёс, а глава рода — последняя эльфийка из рода Аерлингов, возглавляя Гильдию Мистиков, — плетёт козни, чтобы спасти пра-правнука от виселицы и посадить его на трон Гвиндерила.



«Тьма прежних времён»

Четыре города из девяти пали, четыре Ключа использованы. Культ почти собрал все Ключи, которые откроют им Врата, ведущие к Безымянному. За жаждой большей силы и власти скрываются мотивы куда чернее и опаснее, чем желание захватить Альянс и изменить его.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Ян Вэй Алау Джошуа Белгос
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Чеслав | Эдель

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Личные отыгрыши » [06.06.1083] Я тебя ещё помню


[06.06.1083] Я тебя ещё помню

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

"Я тебя ещё помню"



Поместье Аллана, в паре часов езды от Андерила;
[06.06.1083];
Кэйлин, Аллан

https://i.postimg.cc/3wHs0f2x/4ada59cf-a093-45a6-bb9c-cfe39dfd0f65.jpg


Описание


  Тяжелый летний ливень, почему-то очень грустный и продолжительный. В этот день ветер перемен приносит одни воспоминания, многие из которых слишком печальные, чтобы их вспоминать.

Для настроения~

Отредактировано Аллан Миллер (10-03-2024 01:44:00)

+2

2

Кэйлин не испытывала ностальгического чувства ни от знакомых пейзажей, ни от привычного, спешного говора, от которого успела отвыкнуть, ни от предвосхищения от скорого воссоединения. Решение о возвращении в “родную гавань” далось женщине нелегко, ведь в своём отречении она дошла до наивысшей точки и полностью сбросила кожу.
- А может оно и к лучшему?
- Ну что же ты пригорюнилась? - последовательный и строгий ход мыслей бесцеремонно прерывается очередным восклицанием сердобольной тётушки, взявшей негласное шефство над немногословной спутницей, малокровной и хилой, внушающей сострадание.
Женщина ничего не ответила и отвернула лицо. Она не позволяла себе слабины и не видела смысла в недолговечной и своенравной привязанности, навязываемой легковерием. Лин никогда не поддерживала разговор, если только на то не обнаруживалась достаточно веская причина. По обыкновению, даже самые простодушные спутники очень скоро теряли к ней всякий интерес.
Как жаль, что не в этот раз.
- Мутит? - караванщица шарит по карманам и настойчиво предлагает болезной нюхательную соль. - А я говорила, что надо было устроить привал раньше! Нет, этот старый осёл упёрся, де у него всё строго по пла-а-ану, - её низкий, просаженный привычкой перекрикивать гомон на рыночной площади голос заставляет связки дребезжать и обрушивает каждую первую гласную слова с верхнего регистра безо всякой умеренности в дозировке дыхания.
- Пустая трата времени, -  отмахивается от расспросов Кэйлин и до хруста переламывает один за другим закоченевшие пальцы.
- Ой ли? - тётушка щурит глаза в надежде на откровение.
Но она ничего не получит, что, впрочем, не помешает ей продолжить свои разглагольства. И после того, как запряжённая двумя чёрными быками крытая четырёхколёсная повозка с кузовком, плетёным из ивы, тронется в путь.
- Слу-у-ушай,  а ты, случаем, не на сносях? -  каждое её новое предположение абсурднее предыдущего. - Ну точно! Меня вот так же мутило, когда я с первым ходила. Или со вторым? - а дальше последовала череда историй о рождении и о смерти, о тяготах кочевой жизни и том, что каждый мужик на свете, будь он хоть простым погонщиком, хоть герцогом, мало заботится о бабьей доле.
И так по кругу.
- А может, это, ну его? - удивительно, но для следующего признания караванщица понизила голос. - Я подскажу тебе, как поступить, и ничего не было…
Кэйлин было встрепенулась, истратив последнюю крупицу самообладания, но телега  качнулась со скрипом и встала.
- Кажись, приехали, - позвал погонщик, -  вона дорога -то, по ней ещё с полверсты, - он помог барышне спуститься и стащил с телеги её пожитки.
Женщина протянула ему медяшку, на что мужичок замешкался, пытаясь отнекиваться неуклюже.
- Бедняжка!  -  последний раз воскликнула тётушка, свято уверенная в том, что девица
нагуляла дитя от местного аристократа и теперь явилась предъявить ему претензию в надежде на вознаграждение, а хотя бы за молчание.
Но денежку вместо своего нерасторопного муженька таки взяла.
Лин подождала, покуда повозка скроется за поворотом и только после этого вынула из петли на поясе, скрытом под одеждой, склянку с тоником, необходимым ей для того, чтобы преодолеть последний отрезок пути. Она потратила на него больше времени, чем следовало бы, порою ей приходилось волоком тащить за собою баул с вещами, и, разумеется, она утратила столь бережно хранимый ею прилежный вид. 
Нудный и нескончаемый пасмурный день измотал её вплоть до малодушных мыслей, но природное упрямство и приобретённая последовательность в достижении самой важной на повестке цели, таки привела её к поместью, где Аллан Миллер, не испытывая трепетного волнения, уж точно никак не ожидает нечаянного визита близкой родственницы.
Женщина пыталась угадать его силуэт в подсвеченных мутными отблесками окнах, пыталась вообразить, каким он стал спустя столько лет. Но промедление подобно смерти, а сентиментальность не скрасит впечатления от встречи, даже если она заявит с порога: “Я тебя всё ещё помню”!
На стук в дверь отозвались не скоро. Похоже, в поместье не так много слуг. К тому же эльф, встретивший гостью без воодушевления, отвечал ей с нарочно приумноженным чувством лёгкой апатии, игнорируя само понятие гостеприимства.
- Мы не пускаем бродяжек на ночлег, - респектабельный и лощёный вид дворецкого, подчёркивающий её собственное несовершенство, раздражал безмерно.
- Я не затем вовсе.
- Ничего не покупаем, - его тонкие черты оставались неподвижными, вопреки очевидной брезгливости.
- Мне нечего предложить.
- И не подаём страждущим, - на каждое отрицание он находил аргумент.
- Кэйлин Миллер просит брата о личной встрече.
И только имя, названное в качестве индульгенции, стало поводом, позволившим ей переступить порог дома.
Дворецкий удалился, чтобы оповестить хозяина, и даже не заметил, как унёс на своих плечах ворох недовольства.
Ему ещё долго носить эту тяжесть.

Отредактировано Кэйлин Миллер (10-03-2024 10:31:45)

+3

3

Настырная головная боль мучила Аллана уже больше шести часов подряд. Настроение то становилось слегка приподнятым, невзирая на мигрень, то снова меланхоличным, особенно когда в редкие минуты удавалось заглянуть в окно.

  Не смотря на зной ранней весны, лето вышло удивительно-дождливым, конечно, климат к юго-востоку от столицы Остебена отличался большим количеством осадков, а Миллер скорее просто напросто позабыл, каким оно было в Андериле и его окрестностях, за время учёбы.

  Капли мирно барабанили свою трель на кровле покатой крыши, из-за двери доносились приглашённые звуки суеты слуг, Мар сегодня опять не в настроении... Аллан глубоко вздохнул, сжав перо и в этот момент, без стука, в кабинет вошёл эльф...

***

"Не может быть... "

  Парень быстро шагал по поместью, уже пересекая второй этаж, теперь промятые ступени закрученной лестницы... Кажется, колени дрожат, в сердце тяжело заколотилось.

"Нет... "

  Мутный взгляд тусклых синих глаз мерцал в потемках коридора, скользя по силуэту, тут еще не успели зажечь свечи, ненастье застигло врасплох. Последние пару ступений Миллер преодолел в немыслимом напряжении, шаг за шагом, парень держался за край изысканных перил.

  Вид у гостьи был невзрачный. Тяжелая ноша, с заметными следами грязи так славно контрастировала с, свеже-выдраиным, полом, что Аллан даже скрипнул зубами.

  Это была она, без всякого сомнения. Только теперь... Они поменялись.... Брюнет шагнул еще ближе, наблюдая сверху вниз за действиями сестры. Его лицо, нахмуренное с нотками детской обиды, внезапно разгладилось и...

- ... Умывальник там... - за плечо показал большим пальцем юноша.

- Прямо и направо. Вещи оставь здесь...

***

  Чаровник сидел в гостиной, в изголовье длинного стола, застеленного белой скатертью. Он был пусть как и мысли в голове.

- ... Как ты меня нашла?

Отредактировано Аллан Миллер (10-03-2024 17:48:19)

+2

4

- Как пожелает молодой господин, - она подыгрывает ему с лёгким сердцем.
Кэйлин принимает правила игры и склоняет голову в поклоне учтивости, чтобы в следующее же мгновение скорчить гримаску, которую, впрочем, никто не заметит, потому что потревоженный не ко времени хозяин дома поспешит скрыться, бросаясь в дверной проём столь же отчаянно, как бросился бы в окно обманутый любовник, глубоко разочарованный в жизни.
Умывальник крепился над одноногим столиком и держал на своих плечах мутный овал ртутного зеркала, в которое едва втискивалось искажённое отражение Кэйлин. Холодная вода быстро приводит девушку в чувство, но ей не под силу смыть болезненный вид. Как хорошо, что ей всё ещё можно пенять на непомерную усталость от продолжительного путешествия.
Рука алхимика снова тянется к поясу и безошибочно находит колбочку с тоником. Их осталось всего две, и она должна их растянуть на неделю, иначе ей придётся туго. Тёмные бусины глаз нашли себя в отражении и прилипли к нему. Лин передумала использовать зелье, вместо этого она приложила руку ко лбу и призвала магию. Девушка надеялась на лучный результат, но вместо прилива сил и свободного дыхания получила лёгкое головокружение и мерзкое чувство стеснения в груди.
- Какая подлость!
Оставив всё, как есть, леди направилась на поиски брата. Она долго плутала в коридорах, то и дело натыкаясь на закрытые двери и тёмные комнаты - никто не остался, чтобы проводить её. Никто не позаботился об удобстве гостьи.
Дворецкий и вовсе больше не показывался, как будто вспомнил о том, что деликатность тоже является благодетелью. А может испугался за собственное благополучие, опасаясь справедливых обвинений в свой адрес? Впрочем, Кэйлин ни за что не поверит, будто доверенное лицо Аллана не имеет представления об угробленном злыми нападками старшей сестры детстве хозяина поместья.
Молодой господин Миллер обнаружился в гостиной. Молодой человек чинно восседал во главе стола, по которому можно было безо всякого утруждения прокатить даже громадный булыжник. Его загадочно-лукавая мордашка  с вытянутыми чертами и скулами, порозовевшими от смятения, которое он надёжно упрятал за подчёрткнуто менторской интонацией, больше походила на портрет матери, нежели на строгий профиль отца. Та же нервическая бледность и глубокая холодная синева глаз, которые могли бы быть и потеплее, но уж точно не в этот раз.  Сейчас эти глаза взирали на собеседницу без признательности, без нежности.
-  И это всё, что тебя волнует? – девушка не скрывает дрожания в голосе.
Нарочно.
-  А как же тревожное, хорошо ли поживаешь, Лин-н-н? – с каждой новой фразой она постепенно разгоняет интонацию, неуклюже перебираясь от регистра к регистру. – Как твоё путешествие, сильно устала, Лин-н-н? -  и тянет последнюю гласную в слове, припечатывая язык к верхнему нёбу с такой силой, что на нём отпечатывается кромка зубов. – Ты не голодна? – но очень скоро теряет терпение и ускоряет ритм. – Промокла? Не озябла? И как вообще такое возможно! – пока, наконец, не собьётся.
Ей не хватает вдоха, чтобы закончить.
– Я так скучал по тебе, Лин-н-н...
От спешки и форсированного дыхания на её шее вздуваются и пульсируют вены. Девушка выталкивает из петельки перламутровую пуговицу на тонкой ножке и ослабляет высокий ворот. Невооружённым взглядом заметно, с каким трудом она проглатывает подступивший к горлу воздушный ком.
- Я хочу остановиться у тебя, - после короткой заминки продолжает Кэйлин теперь уже абсолютно спокойным, бесцветным голосом, - по семейному, - её губы дрогнут в подобии улыбки, - совсем недолго! – но снова вытянутся в прямую линию. – Не переживай, - она хватает глубокий вдох, - и не прогоняй меня...
Очередной тяжёлый вдох.
- Боги, как ты может быть таким чёрствым! Попроси слуг принести мне воды.

+2

5

Непременно, если бы эта встреча происходила лет так десять назад, если бы они все еще были детьми, совсем как раньше, в родительском доме, эта встреча могла быть иной. Аллан прекрасно понимал это, обладая отличной памятью и живым воображением, не трудно было представить собственную возможную реакцию, а впрочем, далекие голоса из глубин воспоминаний все же пробирали душу глухим треском.

  Хотелось отвести глаза, посмотреть на шкафы, на люстру, вглядываться в чудной узор нитей в обоях, что угодно, лишь бы не встречаться с этим взглядом. Но так было раньше. Теперь же, утонченный, холодный взгляд синих очей, море их глубины и плывущий, чернеющий айсберг их зрачков. И точно такой же, тон ледяного ветра, скребущего до костей, тихий, но твердый.

- ...ты бросила нас...             Лин... - почти шептал Миллер, глядя сестре в глаза.

  Хотя... не сказать что голос Кэйлин не заставил и самого парня продрогнуть. Где она была столько лет... что она делала, почему сбежала... почему пришла только сейчас... Ну, если побег Аллан еще мог оправдать, в принципе, он и сам выбрал столицу местом учебы, чтобы возвращаться в отчий дом как можно реже и не видеть обстановку там, но сестра...

- Я не слишком-то по тебе скучал... но мне было ужасно больно, когда я понял, что больше я тебя не увижу... Родители сказали, что ты куда-то уехала, потом сказали, что умерла... Ты не оставила мне ничего... Даже не присылала письма, хоть и знала где я учусь...

  Брюнет тоже вздохнул, ладонью протирая глаза и приглаживая темные волосы назад... И все же она была его сестрой, одним из немногих близких людей в жизни юноши, кому можно было рассказывать о чем угодно, кто готов был поддержать в тяжелую минуту.

- Ирма... Будь добра, нам чая и что-нибудь поесть! - неожиданно громко позвал хозяин поместья, его голос отражался от стен пустующей гостиной легким эхом, окончившимся звоном на кончиках стеклянных капель люстры.

  Не прошло и пяти минут, как бодрая молодая служанка, спешно внесла посуду в комнату и принялась накрывать на стол. Сегодня Маарил угощал запеченной уткой под апельсиновым соусом. Довольно жирное мясо, Аллан к нему даже не притронулся, сразу потянувшись за чаем и краем глаз наблюдая за робкими взглядами Ирмы на гостью, до тех пор, пока служанка не удалилась.

- Ты выглядишь усталой. Откуда ты приехала?

+2

6

Она ждала, да! Ждала этого обидного признания. Но вышло много больнее. Неужели от немощи её сердце размякло? А брат, почувствовав это, решил вытянуть из него все оставшиеся нити? Что же, их не так много.
- Я не была уверена в том, что ты не раскроешь мои карты, - её голос резко утрачивает интонации, призванные вывести Аллана на эмоции, спровоцировать в нём сострадание.
Он уже не тот маленький мальчик, который легко поддавался на подобные уловки, а значит, следует попробовать иной подход. Чрезмерная откровенность по замыслу Кэйлин должна была как минимум обескуражить брата, ведь между ними никогда не было доверительных отношений.
- Признай, они ни за что не оставили бы меня в покое, и в итоге не позволили бы ничего из того,
что тебе было даровано по праву рождения. Знаешь как трудно избавиться от чувства ревности? Оно до сих пор гложет меня. И прямо сейчас… - она сжимает кулаки, сминая край скатерти, бессовестно нарушает безупречность убранства и не испытывает угрызений совести.
По крайней мере на этот счёт.
Может, ей станет легче, если Аллан закричит? Обрушит на неё сотни несправедливых обвинений. Может она явилась за тем, чтобы он прогнал её с порога своего дома, а не за признанием вовсе? Как бы там ни было, она уже здесь, а его сдержанная манера, ярко контрастирующая с каждым названным словом, задевает её сверх всякого ожидания. Ей хочется парировать, отдать рикошетом хоть часть своих переживаний. И без труда подбирает нужные слова.
- Я поражу тебя без злобы, - женщина нарочно позволяет любопытной служанке стать свидетельницей их разговора, но не допускает ясности, оперируя рифмой в качестве аргумента. - Как Люциан твердыню скал, - девчонка ни за что не догадается, не сможет прочесть между строк. - Чтоб ты могла рыдать и чтобы, - а вот Аллан совсем другое дело, его сердце должно отозваться, - опять страданий сок сверкал!
Кэйлин не смогла удержаться от ухмылки, осознав, что ничего из предложенного угощения ей не по зубам. Изящная издёвка случая, которую Аллан, находясь в неведении касательно её болезни, даже не в силах осознать.
- Твой повар знает толк в изящных сочетаниях, - Лин цепляет вилкой апельсиновую дольку, удерживает её на весу, позволяя соку стекать капля за каплей, и только потом отправляет её в рот.
- Путь из Берселя в столицу более чем утомителен, - она повторяет сие действо, выискивая на тарелке очередную жертву с устрашающей скрупулёзностью. - Я добиралась на перекладных, - мясо останется нетронутым, - зависала, порою, в небольших поселениях, - также как и кружка с чаем, он слишком горячий. - Однажды меня приняли за продажную девку, представляешь? - она откладывает приборы и прижимает выпрямленную спину к стулу. - Но тебе вряд ли будет интересно, чем кончилось дело. Послушай, - Кэйлин торопит события, предчувствуя очередной прилив, - мне нужен отдых. Позволь мне остаться хотя бы на одну ночь! Если тебе слишком противно, я покину твой дом завтра утром. Всё равно, сегодняшний вечер подарил мне достаточно пищи для размышлений, - она замолкает, чтоб взять очередной вдох, - до самого конца.
Женщина встаёт из-за стола, готовая к любому его решению, лишь бы не затягивать с ним более.
- И братским чувством сожаленья откликнись на мои мученья! - глупое восклицание, достойное театрального действа.
Жаль, единственный зритель пребывал в плену предубеждений.

+3

7

- .. Ревности?! Чего ты тогда здесь, а не там, если жаждешь признания родителей!?.. - Аллан неожиданно вспылил, стукнув кулаком о стол.

  Чашка чая в такт удара сотряслась, звеня ложкой внутри. За спиной сестры ахнула служанка, а чаровник, будто в мгновение увидел себя со стороны и ужаснулся. Хмурое лицо парня вновь обрело утонченные нотки, взгляд потухших очей сосредоточился на сестре.

  Кэйлин прекрасно знала брата, знала на что давить и Миллер ни как не мог этому противостоять, лишь стоически выдерживая удар, когда это было возможно, но не сейчас. Сердце сжималось от рассказа, Аллану все сильнее хотелось закричать, чтоб она прекратила, а сестра будто и ждала этого.

- Ирма... Оставь нас... - голос оборвался.

  Брюнет ждал, как служанки уйдет, пока в голове крутились эти мысли. Лин была от части права, следует проявить хоть сколько-нибудь уважения. И Миллер сдался.

- Оставайся сколько тебе будет угодно, только не надо всей этой игры. Ты мне не враг. - он тоже поднялся из за стола, так и не притронувшись к еде. Аппетит пропал.

* * *

  Показав гостевую спальню сестре, Миллер даже помог с сумками, вкратце пояснив где какие комнаты на втором этаже.

  Лин могли лицезреть, как тонкий тюль колыхался у окон угловой комнаты. Ветер сюда не мог попасть из-за, прилегающей с юга, стены башни, а капли дождя барабанили о стекло. В целом, уют помещения приятно дополнялся приятным весенним бризом и свежестью.

  Тишина продолжалась не долго, в дверь деликатно постучали...

- Вы почти не притронулись к еде?...

  Видимо эльф принял это лично, впрочем, с собой к него оказалась корзина полная фруктов. Пытливый взгляд быстро оглядел всю девушку с ног до головы.

[nick]Маарил Найло [/nick][status]Врач[/status][icon]https://i.imgur.com/J8RUC83.jpg[/icon]

+2

8

- Много ты понимаешь…
Кэйлин умолкла. Очевидно, Аллану легче поверить в комичность разыгрываемой сцены, нежели уловить в ней хоть толику смысла. А ведь в каждой, даже самой абсурдной ремарке всегда остаётся доля очевидного.
Женщина проигнорировала короткую, но яркую вспышку гнева и с благодарностью приняла готовность брата разделить со слугами хлопоты по её благоустройству. Всё таки он слишком хорошо воспитан, чтобы оставить кровного родственника на произвол судьбы. Вот только Лин хотела совсем другого. Разочарование от того, что она не получила тёплого приёма, засело где-то в груди ржавой иглой, погружающейся всё глубже в ткани при каждом ударе сердца и неустанно источающей тлетворный яд.
- Я тебе не враг, - целительница повторяет заклинание слово в слово, провожая Аллана, расправившегося, наконец, с долгом, нужно заметить, без упрёка.
Он не ответит. Слишком спешит сбежать от возникшей не ко времени перспективы, которая явно рушила сложившуюся картину мира. Ему понадобится время, чтобы сообразить, куда лучше приставить новый кусок давно завершённой мозаики.
Оставшись в полном одиночестве, Кэйлин первым делом располагается на стуле, подальше от окна. Она долго смотрит в одну точку, прокручивая в мыслях всё, что наговорила брату. Некоторые фразы при повторном рассмотрении выглядели не такими уж и удачными, а какие-то из них и вовсе стоило оставить при себе. Противоречие, сомнение, отрицание - ворох мыслей, перекрывающий все входящие сигналы, сделали Лин оглушённой. Именно потому она не услышала стука в дверь.
- А вас так заботит этот факт? - гостья не проявляет особого интереса к подношению.
Она не акцентирует внимания на том, что дворецкий взял на себя смелость войти в комнату без разрешения.
- Знай своё место,  Кэйлин.
- И даже после того, как вы трижды пытались выставить меня? - она меланхолична, строга и почти неподвижна.
Ей доставляет немало дискомфорта испытывающий взгляд эльфа. Она воспринимает его с вызовом и медленно меняет позу, чтобы позволить ему рассмотреть получше.
- Вы в полной мере удовлетворили своё любопытство? - голос Лин звенит и искрится от гнева. - Или мне встать в полный рост? - а потом затухает, перемежаясь с короткими вдохами. - Может, повернуться вокруг своей оси?
Целительница тяжело поднимается со стула, делает шаг, намереваясь и в самом деле выполнить разворот, но почти сразу же снова опускается на сидение, хватаясь за спинку в поисках равновесия.
- Что ещё вам от меня нужно?

+3

9

[nick]Маарил Найло [/nick][status]Врач[/status][icon]https://i.imgur.com/J8RUC83.jpg[/icon]
- Заботит. - без капли эмоций ответил эльф, слегка кивнув.

  В его движения не было и робости, остроухий вел себя как в своем доме, хотя откровенной наглости старался не совершать. И все же, ему было не понятно, почему, уставшая с дороги, девушка, лишь выборочно поковыряла блюдо вилкой.

  Скандала с первого этажа слышно не было, хотя Ирма выглядела обескураженно, будто попала не в то место, не в то время, да и хозяин поместья отвечал особенно хмуро, привычно скрывая подробности от своего атташе и наконец сам Мар чувствовал неладно. Сколько бы разно-шерстных гостей здесь не бывало, именно близкий родственник заставил Аллана пасть духом так сильно. На памяти эльфа чаровник себя так не вел ни при провалах в работе, ни даже при травмах.

- Примите мои извинения, но... Ваше состояние не похоже на простое недомогание после длинного пути, не похоже и на душевные переживания... - Он оставил фрукты на столике, пристально следя за всяким движением Кэйлин.

- Хочу вас проинформировать, если вам требуется медицинская помощь, вам следует немедленно обратиться ко мне. Я...

  От цепкого взгляда опытного лекаря не так просто скрыть своих ощущений, хотя девушка и пыталась. Маарил шагнул навстречу, опустившись перед Лин на одно колено. Эльф был высоким, даже выше Аллана, но сейчас, из такой позы, он виделся на удивление кротким, заглядывая в глаза пациентки снизу вверх.

- Это не займет много времени, постарайтесь контролировать дыхание.

  И вновь этот тон холодного расчета, но в этот раз, его взгляд будто бы слегка изменился. Рука остроухого развернулась ладонью к девушке, на пальцах зажглись зеленоватые отцветы, эльф закрыл глаза. Совсем тихо, врач ахнул, подняв взгляд на Кэйлин.

- Я... Простите, я не знал...

  Сообщать своим пациентам смертельный диагноз остроухий не привык, хоть врачебная этика и требовала говорить про это открыто, не утаивая, но он не мог... губы застыли, не в силах вымолвить ни слова. Совсем молодая девушка, в самом рассвете сил и такая болезнь... Мужчина убрал руку, осекаясь.

- Сожалею, у вас тяжелое заболевание. Очень тяжелое... Нужно провести еще один осмотр... А сейчас вам следует отдохнуть, Кэйлин...

"Оценка восприятие, разговор, разрешение, диагноз, сочувствие... план"

  Маарил поднялся на ноги и отступил на шаг, сам для себя подмечая, как они стали ватными. Остроухий развернулся, сразу же задумавшись, как это можно сообщить Аллану и следует ли вообще...

-...

  Они едва не столкнулись, погрузившийся в свои глубокие размышления, эльф, лицом к лицу встретился с Миллером, будто ждавшим за дверью.

- Лин!.. - Парень выглянул из за плеча врача, стараясь заметить в комнате девушку.

- Прости...

  Мар со вздохом смотрел на затворяющуюся за спиной дверь, на едва не плачущего чаровника. Тот еще не догадывался, на сколько плохо вещи действительно обстоят...

Отредактировано Аллан Миллер (20-03-2024 20:39:41)

+2

10

Кэйлин сидела на стуле прямая и тяжёлая, словно её фигура отлита в металле. Она скверно владела собой и кривила губы, чтобы не сказать лишнего. Вот только Эльф, чужой и враждебный, вызывающий гнусные подозрения, слишком ловко читал сквозь злые гримасы.
- Это совершенно не ваше дело, - девушка цедит каждое слово по отдельности.
Придирчивое внимание дворецкого пугает её, но она не готова вот так запросто сознаться и потому исходит из необходимости превентивной атаки.
- Не нужны мне ваши извинения!  -  гостья вздыбилась с разъярённой стремительностью. - Немедленно поднимитесь! - она не находила себе места. - Не смейте ко мне прикасаться! - и жестом провела линию дозволенного.
Эльф немедленно её нарушил. Разумеется, исключительно из добрых побуждений.
Фосфоресцирующее сияние, исходящее из его ладоней, коснулось Кэйлин мягким теплом, прокатилось по коже волнами, даруя лёгкое чувство упоения, сродни опьянению. Ей так хотелось рухнуть в его объятия, удержать его, чтобы впитать в себя как можно больше исцеляющего света! Но раньше положенного целитель наткнулся на устрашающую чёрную воронку, способную вытянуть из него всё без остатка. И устрашился. Трудно попрекать его за малодушие.
- Не стоит так бесцеремонно предлагать свою помощь, если вы не готовы столкнуться с чем угодно, - её голос, парализованный эйфорией, утратил все интонации и казался абсолютно безжизненным. - Незнание уберегло бы вас от терзаний, ведь мне не нужно никаких дополнительных обследований, диагноз и без того предельно ясен. Вы верно его распознали. Довольны? А теперь убирайтесь.
Но дворецкий уже стремился покинуть гостью как можно скорее. Ему не нужны повеления. Глядя на его удаляющуюся спину, Лин запоздало пришла к одному очень важному умозаключению. Осознание заставило её сорваться с места и выброситься в дверной проём, чтобы прокричать ему вслед.
- Вы не посмеете! - она в панике. - Аллану, - и запинается от ажитации, - ни одного  слова, слышите! - может поэтому в её тоне нет ничего, кроме отчаяния.
Когда из-за спины дворецкого показался виновник её тревожных опасений, девушка умолкла. Его робкие причитания, такие тихие, такие трогательные, обескуражили её.
- Что с тобой? - девушка тянет к нему руки, приглашая в объятия.
Минутная слабость.
- Боги, ты пил? - терпкий флёр ягодного вина достаточно красноречив, чтобы узнать ответ на поставленный вопрос без чьего-либо одобрения.
- Ну что ты, - мягкими касаниями Лин убирает пряди с лица брата, заглядывает в его осоловелые синие глаза, - уймись, - она уговаривает его точно так, как уговаривала в детстве, когда он рыдал от обиды и несправедливости после очередной ссоры с отцом, - тише-тише, - мурлычет гипнотические повторения и гладит по спине, чтобы как можно скорее стряхнуть с него полог разочарования.
Сцена заставляет девушку испытывать угрызения совести за прошлые ссоры и за нынешнюю ложь, пусть она и во благо. Но она не меняет убеждений и намерена скрывать свою немощь, справедливо опасаясь сострадания только лишь из чувства долга.
- Столько всего между нами, - Кэйлин вздыхает, - сколько раз я должна просить у тебя прощения? - она задаётся вопросом, но не произносит самого главного. - Давай попробуем примириться? Столько лет прошло… - целительница в очередной раз натыкается глазами на оставленную дворецким корзинку с фруктами.
Она придирчиво выбирает из неё самое ладное яблоко и предлагает его брату.
- Мир?

Отредактировано Кэйлин Миллер (07-04-2024 07:04:36)

+2

11

Как хорошо что Аллан не успел расслышать слова предназначенные эльфу. Хотя, даже если бы расслышал, то не предал должного значения, сознание, мысли были где-то далеко, в тех туманных воспоминаниях, так больно сжимающих сердце в тиски.

  Как долго он ждал этих объятий, уже давным-давно отчаявшись, обманывая себя самого, убеждая, в правдивости смерти сестры. Крепкие ладони нежно, но крепко держали её плечи, будто подсознательно Аллан боялся навредить хрупкой фигуре девушки.

- Прости. Прости за этот холод и злость, я скучал... Мне было страшно, скучно, тошно и больно без твоего голоса...

  Дыхание, стойкое и живое, вместе с всхлипами вырывалось обдавая шею Кэйлин слабым теплом. А с гладко-выбритых щёк парня уже во всю стекали слезы искренней тоски.

- П-прости... - тихо прошептал чаровник, утирая влагу с лица тыльной стороной ладони, и, наконец отцепившись от сестры, присел на край стола, восстанавливая дыхание.

- Мир...

- Я... Совсем немного выпил, я не думал что все так будет. Ты появилась так... Так внезапно, я не знал что мне делать, но я сейчас думаю..

  Приняв яблоко, Аллан подхватил её узкую ладошку снизу, трепетно сжимая девичьи пальцы своими, будто не желая их больше отпускать...

- Лин.. Оставайся со мной... Здесь тихо, спокойно. Здесь... Здесь ничего тебя не по тревожит... Мы сможем жить совсем как раньше, как семья...

  Протяжно заскрипел столик. Миллер согнулся вперёд, чтобы заглянуть в лицо девушки, своими тусклыми голубыми глазами, покрасневшими от слез.

- Я тебя ещё помню... Всегда помнил...

Отредактировано Аллан Миллер (27-03-2024 01:36:24)

+1

12

Пребывая в блаженной пассивности, Кэйлин фанатично, точно истощённая безбрачием старая дева, принимает долгожданную ласку. Её переживания настолько остры, что она испытывает необычайный прилив энергии, изрядно истончающий защитный панцирь из предубеждений и самообвинений, наполняющий сердце приятным чувством безопасности, но нисколько не ослабляющий суждений.
- Нет, - она с особой интонацией расставляет акценты.  -  Как раньше не будет, - и, пребывая в совершеннейшем упоении от услышанного признания, заверяет брата в искренности своего раскаяния. - Не хочу! Теперь всё сложится по другому, - медленно и плавно, после каждого нового вдоха, женщина смещает центр тяжести изначально безбрежного, почти атонального голоса к нижним регистрам, - я тоже скучала, - и подводит итог шёпотом, чтобы тайна не досталась никому, кроме Аллана.
Лин настойчиво освобождает руки, чтобы немедленно обхватить лицо брата ладонями и покрыть поцелуями его увлажнённые от чрезмерного трепета глаза.
- Знаешь, Аллан, если успеть на берег за несколько минут до рассвета, Берсельский залив похож на мятый холст нерадивого ученика, который в сотый раз перерисовывает одну и ту же работу, - она не хочет отпускать его и потому пытается усыпить, исполнив незатейливый мотив обыденной истории без особого смысла.
- Море, которое ещё невозможно отличить от неба, лежит в складках, перекрывающих друг друга внахлёст густыми мазками, - подобно волнам, вязкий и тягучий тембр рассказчицы окутывает слушателя гипнотическими повторениями интонаций, убаюкивает. - А потом, очень быстро небо светлеет у края, расслаивая воздух на серые, синие и зелёные ленты. Я бы хотела однажды показать тебе море! - Кэйлин живо вообразила себе, как она жестом направляет взор Аллана к линии горизонта, где вот-вот занялась огненная дуга.
Похоже, женщина и сама не заметила, как погрузилась в грезу. Её история прервалась, а дыхание стало совсем тихим и размеренным.
Порыв ветра звонко ударился в оконную раму и Кэйлин резко включилась в реальность.
Аллан, разморенный алкоголем и присказками дремал на кровати. Лин подвернула покрывало, чтобы прикрыть его ноги.
Целительница обошла комнату, цепляясь руками за мебель, чтобы насытиться ещё и тактильными ощущениями. Она застыла напротив узкого платяного шкафа.
- Нужно скорее продать склянки и купить себе красивое платье, - рассуждала Лин, придирчиво разглядывая себя в зеркале.
Женщина устала бороться с навязчивым желанием отряхнуть, наконец, эту жизнь со своих ног и теперь отчётливо представляет себе финальную точку. В обозримом она кажется ей куда более реальной нежели бесплодные метания в поисках невообразимого избавления.
Кэйлин увидела себя в обрамлении трепетных и нежных цветков дурмана.
- Как жаль, что они растут только на севере...

+2

13

[nick]Маарил Найло [/nick][status]Врач[/status][icon]https://i.imgur.com/J8RUC83.jpg[/icon]
  Аллан был искренним, отдавая свои эмоции в первозданом виде, чистые, без лишней примеси чего-то ещё, они уносили и самого парня ураганом мыслей и переживаний. Миллер не уловил, когда успел провалиться в сон, теплые сестринские объятья, давно забытые, но все такие же трепетные как много лет назад.

  Кажется, ему снилось море. Да, определенно тёплое побережье пляжей Берселя, словно перенесшиеся из рассказов сестры. Брюнет приоткрыл один глаз, на секунду задержавшись в таком положении, потом другой.

"Тишина"

  В комнате не было звуков, кроме убаюкивающей дроби дождя по окну. Внезапно, юноша засуетился, но тут же вновь встрял на месте, боясь пошевелиться. И все же, это был не сон. Кэйлин, вполне реальная, живая и... Такая теплая, дремала рядом, заботливо приобняв брата изящной рукой. Щеки Миллера заволокло румянцем...

* * *

- Лин, Вы там?.. - настойчивый стук в дверь, а так же уже знакомый голос наконец вывели девушку из сладких объятий грез.

  Между тем, Аллана рядом не оказалось, похоже парень уже бодрствовал. За окном все так же лениво капало весенним паводком, но света стало заметно меньше, время неуклонно тянулось к вечеру. За дверью раздался очередной стук, а после ручка повернулась, в проеме замаячила высокая фигура эльфа.

- Извиняюсь, что разбудил, но... В общем... Нам надо поговорить, сейчас. Я буду ждать вас в лаборатории, вторая дверь справа, потом налево...

  Шаги Маарила, под стать общей атмосфере, казались почти беззвучными. Даже дверь за эльфом затворилась безо всякого скрипа, ладно подогнанные створки стабильно смазывались и держались в должном состоянии, регулярно заменялись при поломках.

* * *

  Стоило только Кэйлин шагнуть в нужную комнату, как над арочным проёмом зазвенели диковинные колокольчики с эльфийской резьбой. Это место разительно отличалось от остальной части поместья. Похоже раньше здесь было разделение стеной, которое в дальнейшем снесли, экономя пространство, сейчас на том месте, под потолком виднелась округлая балка, на двух подпорках.

  Лаборатория Маарила вызывала двоякое впечатление. Большие дубовые панели, высокие узкие окна чуть ли не до пола и отсутствие штор, вдоль стен, вокруг колонн, громоздились шкафы с книгами, расположенные в строгой последовательности. Рядом с ними ютились аптекарские шкафчики, доверху набитые флаконами, бутылками и банками, совсем как у столичных алхимиков. В стороне были и столы с стеклянной посудой, округлые, треугольные колбы, тонкие спирали охладителей, горелки и даже небольшой перегонный куб. Да, эльф оборудовал себе здесь знатное место, хотя не обошлось и без влияния прошлого хозяина, небольшая печка, совершенно не вписывающаяся в композицию, расположилась поодаль, рядом из стены выходили непонятные трубы, но полностью разглядеть все убранство девушке не дали, за углом послышались шаги.

- ...

- Я не стал говорить ничего Аллану, но... Я хочу помочь. - захлопнул он свой трактат, переводя взгляд на Лин.

- ... Мне нужно взглянуть... Я посмотрю, что можно сделать...

  Маарил шагнул обратно, жестом привлекая за собой. В этой части комнаты, в центре округлой апсиды была лежанка. Вокруг все так же оказалось заставлено шкафами.

Отредактировано Аллан Миллер (14-04-2024 00:28:03)

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Личные отыгрыши » [06.06.1083] Я тебя ещё помню