Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17 (18+)

Марш мертвецов

В игре сентябрь — ноябрь 1082 год


«Великая Стужа»

Поставки крови увеличились, но ситуация на Севере по-прежнему непредсказуемая из-за подступающих холодов с Великой Стужей, укоренившегося в Хериане законного наследника империи и противников императора внутри государства. Пока Лэно пытаются за счёт вхождения в семью императора получить больше власти и привилегий, Старейшины ищут способы избавиться от Шейнира или вновь превратить его в послушную марионетку, а Иль Хресс — посадить на трон Севера единственного сына, единокровного брата императора и законного Владыку империи.



«Зовущие бурю»

Правление князя-узурпатора подошло к концу. Династия Мэтерленсов свергнута; регалии возвращены роду Ланкре. Орден крови одержал победу в тридцатилетней войне за справедливость и освободил народ Фалмарила от гнёта жесткого монарха. Древо Комавита оправляется от влияния скверны, поддерживая в ламарах их магию, но его силы всё ещё по-прежнему недостаточно, чтобы земля вновь приносила сытный и большой урожай. Княжество раздроблено изнутри. Из Гиллара, подобно чуме, лезут твари, отравленные старым Источником Вита, а вместе с ними – неизвестная лекарям болезнь.



«Цветок алого лотоса»

Изменились времена, когда драконы довольствовались малым — ныне некоторые из них отделились от мирных жителей Драак-Тала и под предводительством храброго лидера, считающего, что весь мир должен принадлежать драконам, они направились на свою родину — остров драконов, ныне называемый Краем света, чтобы там возродить свой мир и освободить его от захватчиков-алиферов, решивших, что остров Драконов принадлежит Поднебесной.



«Последнее королевство»

Спустя триста лет в Зенвул возвращаются птицы и животные. Сквозь ковёр из пепла пробиваются цветы и трава. Ульвийский народ, изгнанный с родных земель проклятием некромантов, держит путь домой, чтобы вернуть себе то, что принадлежит им по праву — возродить свой народ и возвеличить Зенвул.



«Эра королей»

Более четырёхсот лет назад, когда эльфийские рода были разрозненными и ради их объединении шли войны за власть, на поле сражения схлестнулись два рода — ди'Кёлей и Аерлингов. Проигравший второй род годами терял представителей. Предпоследнего мужчину Аерлингов повесили несколько лет назад, окрестив клятвопреступником. Его сын ныне служит эльфийской принцессе, словно верный пёс, а глава рода — последняя эльфийка из рода Аерлингов, возглавляя Гильдию Мистиков, — плетёт козни, чтобы спасти пра-правнука от виселицы и посадить его на трон Гвиндерила.



«Тьма прежних времён»

Четыре города из девяти пали, четыре Ключа использованы. Культ почти собрал все Ключи, которые откроют им Врата, ведущие к Безымянному. За жаждой большей силы и власти скрываются мотивы куда чернее и опаснее, чем желание захватить Альянс и изменить его.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Тсян Си Алау Джошуа Белгос
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Чеслав

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Личные отыгрыши » [август 1057 года] Кровь и вино


[август 1057 года] Кровь и вино

Сообщений 1 страница 22 из 22

1

— игровая дата
август 1057 года
— локация
Остебен, город Берсель и окресности
— действующие лица
Алькор Эштред, Фэй

https://i.imgur.com/ITePaOKm.jpg

Виноградная лоза приносит три грозди: гроздь наслаждения, гроздь опьянения и гроздь омерзения.

+1

2

То есть как сбежали? — Недоумевал граф Эштред, прибавляя шагу. Они уже подходили к боковой двери поместья, которая выходила из гостиной на обширную веранду, а затем и в яблочный сад. Именно по саду гулял Алькор, когда к нему пожаловал управляющий, окончательно и бесповоротно испортив остаток этого чудесного солнечного дня.
— Вот так, милорд. Вчера вечером отправились, как мне доложили, организовать засаду, а утром их и след простыл.
И сколько же мы им заплатили вперед?
— Пять серебряных, милорд.
Значит пошли этому старику Ларсену счет на пять серебряных! Пусть платит за свои советы! И где он только откопал этих мерзавец?! — Вскричал граф в негодовании, хотя и прекрасно понимал, что никакой счет послан не будет. Портить отношения со столь уважаемым семейством Ларсен из-за такой мелочи – прежде всего великая глупость со стороны графа.
Они уже вошли в просторное помещение гостиной и направились в сторону рабочего кабинете Эштреда, когда управляющий, служивший еще при графе-отце Алькора, внезапно остановился. А граф прошел еще несколько метров, прежде, чем обратил внимание на потерю собеседника. Он тоже остановился и гневным взглядом уставился в морщинистое лицо верного помощника. Казалось, будто тот очень хотел что-то сказать, но то ли не мог подобрать нужные слова, то ли просто не мог решится на столь дерзкий шаг.
Ну давай уже, выкладывай, что ты там придумал? — Не выдержал Алькор, нарушив затянувшуюся паузу.
— Прошу прощения, милорд, но я уже многократно вам говорил: нам нужны не дешевые наемники или глупо отчаянные деревенские смельчаки, а настоящий охотник на нечисть. Та тварь, а может даже твари, что поселилась около фермы, стоят нам гораздо больше, чем возьмет любой профессионал вьом деле. Тем более, что мы даже не знаем, с чем имеем дело, к люди уже на грани, они боятся выходить на работу.
Да, подобный разговор действительно имел место быть между ними, причем уже неоднократно. Так что неудивительно, что управляющий так замешкался, прежде чем поднять снова столь скользкую тему. Алькор же постоянно отмахивался от совета управляющего, повторяя, что дело это "яйца выеденного не стоит", а они уже вторую неделю морочат его голову, словно у графа Эштреда других забот нет. Неужели во всем Берселе нет ни единого смельчака, способного разобраться с проблемой за достойную плату? Ни в жизнь он не готов в это поверить!
Примерно это Алькор и был намерен выплеснуть на управляющего. Он уже даже открыл было рот и поднял руки в праведном гневе, когда за спиной раздались едва слышные шаги по лестнице, становившиеся все громче с каждым последующим. По этим грациозной и ритмичной походе он всегда безошибочно узнавал свою возлюбленную, поэтому он повернулся к ней еще за мгновение до того, как она показала за изгибом лестницы. Гнев его тут же улетучился, с затем раздался тихий, но властный голос:
— А ведь он прав, Алькор. — Коротко, но безапелляционно заявила Диана, а граф тут же услышал за спиной шумный выдох облегчения управляющего. Если уж сама юная графиня приняла его сторону, значит вопрос можно считать решенным. — Не сегодня, так завтра эта нечисть перейдет со скота на людей, фермеров, рабочих. И тогда убытки уже не будут исчисляться несколькими серебряными.
"Ага, значит она слышала весь разговор от начала и до конца. Даже то, что было высказано в саду. И как только ей это удается?" — Удивлялся Алькон, но в слух, разумеется, никогда бы этого не произнес.
Нет, так откровенно выставить против этого вновьсозданного союза юности и мудрости он не мог. Однако в голове его уже созрел план действий, при должной реализации которого в выигрыше окажутся все стороны.
— У меня как раз есть кое-кто на примете... — Тут же попытался закрепить свой мнимый триумф управляющий.
Как вовремя! И совершенно случайно! Алькор не был столь наивен, чтобы повестись на разыгравшийся перед ним спектакль. Но мог подыграть.
Если управляющий оказался не способен найти того, кто бы выполнил эту работу для графства, значит самому графу Эштреду придется взять ситуацию в свою руки. Убив эту тварь собственноручно, он, во-первых, наконец-то избавится от этой головной боли, а во-вторых, значительно вознесет свое положение в глазах людей. Проблемой оставалось только выследить эту тварь, прячущуюся в лесной части при свете дня, и выходящий на охоту темной ночью. Охотник из Алькор был неважный, а значит ему все же понадобится помощь со стороны.
Кто нам действительно нужен, так это следопыт. — Преисполненный достоинства и ликуя, заявил граф. И видя вопрошающие глаза обоих собеседников, продолжал. — Он поможет мне выследить эту тварь, а уж разберусь с ней я собственноручно!
По крайней мере на старика-управляющего слова эти произвели ожидаемое действие: глаза его удивленно округлились, а губы беззвучно задвигадись, словно он хотел что-то сказать, но в миг потерял дар речи. Теперь уже граф Эштред "смаковал" свою сокрушительную победу, но тут же был опущен на землю тихим голосом Дианы:
— Потрясающе. Всегда мечтала стать вдовой в двадцать лет. — И пока Алькор перебирал в голове подходящие ответы, она уже по прежнему грациозно удалилась в сторону библиотеки и момент был упущен.
Оказалось, что человек, о котором говорил управляющий, так же мог наняться и следопытом. По крайней мере, попытаться было можно. Однако доверять это дело кому бы то ни было теперь, когда Алькор решил все взять в свои руки, он больше не желал. А потому тем же вечером они вдвоем отправились в Берсель, надеясь застать следопыта там, где тот находился по информации, полученной управляющим.

+3

3

Фэй сидела за столиком в портовом трактире и наслаждалась. Стоял тихий летний вечер, предзакатное солнце уже не обжигало, а ветер, несущий запах соли и морских водорослей, приятно холодил кожу. Ей нравился Берсель, нравились его узкие шумные улочки, крикливые торговки рыбой и подвыпившие моряки, поющие песни о дальних странах и любимой что ждет дома на берегу. Нравились дома с яркой-красной черепицей и разноцветной штукатуркой, нравились странные морские гады, похожие на уменьшенных чудовищ, что подавали в местных трактирах. К тому же заказ, для выполнения которого она прибыла в славный город Берсель, оказался до комичного простым. Чудовище, поселившееся у достопочтенной пожилой вдовы в подвале, оказалось банальной крысой. Да, размером с хорошо откормленного терьера, но все-таки крысой. Видимо плутовка наелась реагентов, оставшихся от покойного мужа-алхимика, и прилично раздалась в размерах. Пять минут работы, очень достойная оплата и тысяча благодарностей от старушки, обещавшей рекомендовать ревенанта всем своим знакомым. Поэтому Фэй позволила себе расслабиться и провести пару дней в легком безделье, любуясь закатами на берегу моря. Она ловко поддела ножом створку устрицы, полила содержимое лимоном и выпила не очень аппетитную на вид, но такую потрясающую на вкус жижу.
-Тетя, а ты правда пьешь кровь?
Фэй повернула голову. Рядом с ее столиком топталась смугленькая девочка лет 7, а чуть поодаль шушукалась остальная компания. Ясно - послали на разведку самую мелкую, герои.
-Только у тех, кто плохо себя ведет. - Фэй широко улыбнулась, продемонстрировав клыки, девочка громко ойкнула и тут же пустилась на утек. Вся остальная компания тоже растворилась на шумной улице.
Фэй любила детей. Они казались ей не огранёнными камнями, из которых может получиться что угодно и бриллиант, и грубый булыжник.

Смеркалось, начинали петь цикады. Фэй расплатилась за ужин и медленной расслабленной походкой направилась в переплетение городских улиц. Без всякой цели - просто бродить, слушать и смотреть кипящую вокруг жизнь.
-Слыш, чудовище, ты пошто нашых детей пужаешь? - перед ней выросли трое. У говорящего была косая сажень в плечах, довольно внушительные кулаки и стойкий аромат крепкого вина изо рта. “Похоже кузнец,” - подумала Фэй. - “С братьями”. 
Оба ее меча остались на постоялом дворе, в комнатке, которую снимала Фэй, да и не хотела она драться с горожанами. А вот они с ней очень даже хотели.
-А ну подь сюды, нечисть, щас мы тебе клыки то повыдергаем. - кузнец двинулся по направлению к ней. 
Фэй глубоко вздохнула, сконцентрировалась, и прыгнула. Забияки вряд ли ожидал что она сумеет перемахнуть через двухметровую ограду ближайшего дома и удивленно забормотали, потеряв ее из виду. Фэй пронеслась мимо ничего не понимающей сонной собаки, охранявшей двор, перепрыгнула через ограду, но уже с другой стороны улицы и быстро скрылась, смешавшись с толпой. Вслед ей несся запоздалый лай окончательно пришедшего в себя пса.
“Сама виновата. Слишком расслабилась, слишком долго задержалась на одном месте.” - настроение у Фэй совершенно испортилось. От былого благодушия не осталось и следа. - “Ну и дура же ты, Фэй! Ты не человек и никогда им не будешь. Для всех окружающих ты навсегда будешь гулем, дурной кровью и чудовищем. Тебя будут терпеть, но не любить”
Фэй решила собрать вещи и этой же ночью покинуть город. Слишком долго на одном месте, слишком много внимания она к себе привлекает. Однако едва она показалась на постоялом дворе, как к ней подбежала служанка и с округлившимися глазами сообщила, что Фэй ожидают двое мужчин. Ревенант расчитывала увидеть стражников, либо очередных разгневанных горожан, но за столом в трапезной, презрительно поглядывая на окружающих их постояльцев, сидели двое мужчин в слишком дорогой для этой части города одежде. Один, лет пятидесяти, что-то тихо говорил второму - мужчине лет 35. Тот в ответ кивал, в нетерпении постукивая безымянным пальцем по столу. На пальце посверкивало кольцо с драгоценным камнем такого размера что за него можно было купить весь постоялый двор и служанок в придачу. Фэй отметила несколько жадных взглядов, которыми окружающие провожали каждый стук - интересно отважится ли кто-то на грабеж? Кроме кольца у мужчины был так же меч, и вряд ли он не умеет им пользоваться.
Фэй прошагала к столу, плюхнулась на лавку напротив ожидавших ее богачей и буркнула. 
-Если вы ждете меня, то я пришла.

+3

4

Чем дальше старик-управляющий заводил графа в трущобы Берселя, тем более Алькор сомневался во всей этой затее. На протяжении всего пути, видя замешательство и волнение со стороны своего сопровожатого, Эштред практически не совершал попыток завести разговор. Они лишь пару раз обменялись комментариями о ситуации в городе, но звучало эти попытки так вымучено, что диалог на этом тут же обрывался. Иногда замешательство старика становилось столь заметным, что он внезапно останавливался на месте и нервно оглядывался по сторонам, словно пытаясь вспомнить путь.
Когда они наконец оказались на месте, сомнения графа усилились до предела. Ибо находились они в одном из самых неблагополучных районов Берселя, стоя прямо перед постоялым двором с явно сомнительной репутацией, который окружали захудалые лавчонки и забегаловки.
— Кажется, это то самое место. — Нарушил затянувшуюся паузу управляющий. Но обращался он не столько к графу, сколько к самому себе, все с той же загадочной озабоченностью на лице. Тут-то Алькор уже не выдержал.
Мы так и будем стоять у двери и ждать, пока нам откроют, или войдем в конце концов? Мне отнюдь не доставляет удовольствия эта экскурсия по... хм... сомнительным районам Берселя.
— Да-да, только... может мне стоит сперва самому зайти и узнать...
Ну уж нет! — Резко оборвал его на полуслове граф. И прежде чем управляющий попытался снова возразить, Алькор решительно толкнул деревянную двери и вошел внутрь. — Ты притащил меня сюда, а теперь хочешь бросить одного посреди этой улицы? Люциан свидетель, если бы я не знал тебя столько лет, решил бы, что ты ввязался в заговор с целью моего похищения. Что с тобой такое?
В ответ старик лишь пробубнел что-то невнятное, потому граф не медля двинулся в сторону пустующей стойки. Ему пришлось несколько раз позвать хозяев, прежде чем перед ним возникла молоденькая служанка. Ее можно было бы назвать миловидной, если бы не лохмотья, одетые на ней, да совершенно неопрятный внешний вид.
Как только она увидела своих гостей, тут же изменилась в лице. Ни то узнала графа Эштреда, ни то просто по внешнему виду посетителей поняла, сколь высокое положение в обществе они занимают. Однако в поиске следопыта, сколько бы перед ней не распинался Алькор, помочь она не могла. И только когда его спутник уточнил, что это молодая девушка с короткой стрижкой, заселившаяся несколько дней назад, служанка быстро затараторила.
— Ах, эта-то! Она-то обитает к нас, да. Да вот только направилась она куда-то. — И завидев округлившиеся глаза графа, постепенно наполнявшиеся злобой, приняв эту реакцию на свой счет, тут же поспешила добавить. — Но пожитки ее тута остались, так поди должна вернуться скоро. Мне-то все одно, заплатила она вперед, но едва ли бросила бы свои вещички. — Тут девушка наклонилась к гостям через стойку и заговорщицки прошептала, указав на меч, свисающий у пояса Алькора. — У нее там даже оружие есть, да не одно. Я сама видела. Но вы можете ее обождать в трапезной, это оно там, за дверью.
Но Эштред ее так и не дослушал. К моменту окончания рассказа, он уже направлялся в сторону двери с твердым намерением тут же вернуться в Вармервинд. Управляющий же семенил следом, тщетно пытаясь оправдаться за то, что сразу не сообщил всего. Говорил, мол узнай граф, что следопвт этот девушка, едва ли согласился бы пойти сюда. Что, к слову, было сущей истиной.
Трудно сказать, что именно заставило графа Эштреда передумать. Уговоры ли старика-управляющего, или желание поскорее покончить со всей этой напастью, но вот они сидят за пустым столом в трапезной и ждут непонятно кого. От предложения служанки отужинать здесь граф с ужасом отказался, поэтому они просто сидели молча, каждый занятой своими мыслями.
Появившаяся девушка оказалась еще моложе, чем осмеливался предположить Эштред. Едва ли многим старше его Дианы. Она была худа и бледная, словно совсем недавно перенесла тяжелую болезнь. И все же, несмотря на своей внешний вид, держалась девушка дерзко, что вызвало у Алькора противоречивые впечатления. Уж поведением она точно не походит на его Диану. Впрочем, было очевидно, что аристократического происхождения она не имеет, так что придется с этим мириться.
Здравствуйте... Я граф Алькор Эштред из Вармервинда. — Как полагается представился мужчина в ответ на ее странное приветствие. Он смешался, не сразу решив, как следует обращаться к своей собеседнице, поэтому решил сразу уладить эту формальность, а заодно и перейти непосредственно к делу. — Прошу прощения, но как я могу к вам обращаться? — Он указал рукой в сторону старика-управляющего, молча сидящего по правую руку. — Дело в том, что вот этот уважаемый господин утверждает, что вы можете помочь мне в одном крайне опасном деле. Мне требуется следопыт, хорошо знающий свое дело, который бы выследил некую нечисть, досаждающую фермерам и крестьянам на моих землях. Не ошиблись ли мы, обратившись к вам? — С явным недоверием в голосе закончил Алькор.

+3

5

Ого! Целый граф! - первый раз Фэй лично сталкивалась со столь благородным дворянином.

-В этом городе сложно найти более подходящей кандидатуры чем я. - девушка дернула уголком губ, усмехаясь. - Меня зовут Фэй. Я охотник на нежить из Ордена Ренсинг. Предполагаю, что дело не терпит отлагательств, раз Ваше Сиятельство решили лично встретиться со мной. - она кивнула Эштреду -  Судя по тому, что вы упомянули “некую нечисть” вы не знаете, какое именно чудовище донимает ваших крестьян. Прежде чем предпринимать какие-либо действия нужно понять с чем мне предстоит иметь дело. Нужны все подробности: что произошло? Был ли случай единичным или происшествий целая серия? Кто пострадал? Есть ли свидетели? - при каждом вопросе девушка загибала пальцы на руке. - И самый щепетильный вопрос. - она помолчала, гадая как граф отреагирует. -Вы уверены, что это не хищник? Например, волк. “Или крыса” - мелькнуло в голове у Фэй.

Глаза графа сузились и сверкнули от гнева. Видимо подобное предположение показалось ему оскорбительным. Фэй не удивилась, так реагировали практически все заказчики. Почему-то они считали этот вопрос издевательским, но довольно часто оказывалось, что оставленных у снопов в период жатвы крестьянских младенцев крали волки, а странные пятна на шее у юных дочерей трактирщиков были не укусом вампира, а следами ночи любви с милым на сеновале. Так что спрашивала Фэй не с целью уязвить самолюбие дворянина, а с целью экономии и своего, и чужого времени. 

На выручку все еще подбирающему слова графу пришел управляющий:
-Нет, милая барышня, мы совершенно уверены, что это не волк.
Фэй была кем угодно, но не милой барышней, однако спорить с пожилым мужчиной не стала. 

-Мне так же нужно осмотреть место происшествия собственными глазами. Можно даже сейчас если дело срочное, я только захвачу оружие. Заодно расскажете подробности по дороге. - Фэй махнула рукой в сторону и вверх, в направлении своей комнаты, - Либо завтра вечером я подъеду куда скажете.  “Чтобы лично убедиться что это точно не волк”- добавила она про себя. - Что касается стоимости моих услуг, я назову цену лишь когда пойму, с чем придется иметь дело. Вам же не только надо выследить чудовище, а еще и убить - зачастую это довольно непросто.

Фэй замолчала. Стандартные фразы - она говорила их сотни раз сотням людей почти десять лет подряд, с тех самых пор как в Ордене ее сочли готовой к охоте. Меняются места, меняются лица и достаток заказчиков, но беды остаются одинаковыми. Перед чудовищами все равны и простой крестьянин и сиятельный граф.

Отредактировано Фэй (24-08-2022 11:09:27)

+3

6

На самом-то деле графа Алькора Эштреда нельзя назвать сумасбродным человеком. Он всегда старается взвешивать свои решения и думать о возможных последствиях их принятия. Выходки, подобные нынешней "охоте на монстров" несвойственны этому мужчине, во всем похожившего на своего покойного отца. Однако, переняв у того все достоинства характера, не обошли Алькора стороной и его недостатки. Сколь здравомыслящим человеком он бы ни был, на кону этого дела стояла его собственная гордость перед уважаемым в Берселе стариком-управляющим и, что гораздо более важно, его горячолюбимой Дианы. Вероятно, он действительно погорячился в своей выходке, осознание которой постепенно проникало в его протрезвевший от эмоций разум, но мог ли он отступиться теперь, когда зашел так далеко? Определенно нет. Посему оставалось лишь использовать подворачивающиеся время от времени возможности избежать излишней опасности и проблем.
Не стоит переживать об оплате. — Наконец-то перехватил слово граф. Он все еще не определился, как должно обращаться к сидящей по другую сторону стола персоне, поэтому избегал обращений вовсе. Назвать ее по имени у него не поворачивался язык, а использовать что-то, вроде "милой барышни", не позволяло достоинство. — Однако вы, вероятно, не совсем верно истолковали мои слова. Дело действительно не терпит отлагательств, и я предпочел бы разобраться с ним как можно скорее, но при этом, требуется мне исключительно следопыт, чтобы выследить это существо, а уж разобраться с ним я намерен самостоятельно.
Показательный вздох неодобрения от сидящего рядом управляющего был проигнорирован и самим графом, и девушкой. Эштред внимательно смотрел в ее темно-серые, словно бесцветные глаза, пытаясь предугадать ее реакцию на такой поворот событий. Если уж она действительно представляет Орден Ренсинг, а не просто пытается таким образом набить себе цену, не исключено, что сочтет работу обычным следопытом ниже своего достоинства. А быть может и вовсе затаит на него обиду, ибо сам он понимал, что отнюдь не пытается скрыть в своих словах и поведении предубеждение относителоно ее возможностей и умений.
Впрочем, самого Эштреда это не слишком-то и занимало. Коли не сладит он с этой Фэй, так найдет другого, быть может даже более способного следопыта. Волновало его другое: уж слишком облегчило все это дело, если бы ему удалось на место следопыта нанять настоящего охотника на нечисть. Ибо если дело дойдет до сражения с монстром, о котором он не знал ровным счетом ничего, прикрытие ему не помешает. Так что следопыта он может найти другого, но вот "прикроет" ли он графа в случае необходимости, это был главный вопрос. Как вопросом было и то, может ли Алькор положиться на Фэй? Все в ее внешнем виде, начиная от сложения юной леди и заканчивая нездоровой бледностью, говорило об обратном.
Уж я-то уверен, что это не хищник, хотя некоторые крестьяне видали и волков, и лисов в тех местах. Только вот проблема в том, что будь то волки, лисы или даже люди, повреждения на животине всегда одинаковые. Да и не слыхал я, чтобы какой-то человек мог съесть едва ли не полностью огромного быка сырьем. А люди видели именно это, причем сразу несколько. Что за тварь промышляет я не знаю, не разбираюсь в этом, но такое ощущение, что каждую ночь она является в новом обличии. — На самом деле это было практически все, что знал сам граф о происшествиях в своих владениях. Все это он услыхал не так давно как раз от старика-управляющего рпми самыми фермами. Несмотря на то, что особо добавить ему было нечего, он закончил свой рассказ, резко поднявшись из-за стола. — Коль вы согласны взяться за это дело, тогда возьмите на всякий случай свое оружие, а мы подождем вас снаружи.
Получив от Фэй положительный ответ, данный со свойственным ей пренебрежением клиентами, оба мужчины спешно направились прочь из этой забегаловки.
Оказавшись на берсельской улочке и ожидая, пока девушка вернется со своим оружием, граф хотел было отправить старика восвояси, однако тут же отказался от этой идеи. Несмотря на то, что день уже клонился к вечеру, у них оставалось еще пару часов на то, чтобы получше ввести Фэй в курс дела. Что без старика, который с первых нападений следит за всей этой историей, графу будет сделать крайне сложно. Тем более, если Фэй захочет осмотреть какое-либо из мест преступлений или поговорить с крестьянами-очевидцами. Алькору в таком случае пришлось бы обойти едва ли не все свои владения, чтобы что-то выведать.
Посему Эштред, озвучив свои планы управляющему, остался ждать Фэй в его компании. А через два часа тот должен билет вернутьс в Вармервинд и сообщить Диане, чтобы она не ждала сегодня мужа домой.
Фэй появилась довольно скоро и едва завидев ее, выходящую из своего вееменного пристанища, сообщил и ей последовательность их действий.
Полагаю, нам следует поспешить. У нас осталось около двух часов до заката. Этого уважаемого человека зовут Тибольт и он лучше меня осведомлен о проблеме, поэтому задавайте все свои вопросы, а он ответит. Но сделаем это по пути к тому самому места, чтобы не терять времени. В конюшнях около моего городского дома обзаведемся стоящим скакунами, но до туда придется идти пешком. Вы ведь ездите верхом? Мы выберем для вас лошадку поменьше да поспокойнее, чтобы не доставлять лишних сложностей.

+2

7

-Благодарю вас, Ваше Сиятельство. Но у меня уже есть спокойная лошадка. - Фэй кивнула на невысокую серую кобылку с небольшой гривой и широко расставленными глазами, которую выводил из конюшни постоялого двора мальчик-слуга. 
Она не иронизировала, Энида была идеальной спутницей - неприхотливой, выносливой, а самое главное не пугливой. Это было главным требованием Фэй в выборе лошадей - зачем охотнику на нежить конь, который несется, не разбирая дороги лишь заслышав хохот снуга? 
Фэй потрепала радостно фыркнувшую Эниду по холке и закрепила обсидиановый меч у луки седла - сегодня он вряд ли пригодится. А второй - стальной, немного поразмыслив, оставила при себе. Ей не давали покоя взгляды, которыми постояльцы провожали драгоценности графа.
-Итак, уважаемый Тибольт, вернемся к нашему чудовищу. - они неторопливо шли по улице. - насколько я поняла, нечто убивает скот во владениях графа?
-Совершенно верно, милая барышня. - управляющий закивал. - Начиналось все с нескольких коз. Они пропадали то на одном подворье, то на другом. Сперва мы решили, что в имении завелся вор и организовали дежурство. Люди клялись, что видели Амэндо — это один из наших пастухов, якобы он уводил животное из козлятника, но Амэндо в ту ночь в трактире умудрился сильно напиться и затеять драку. Его закрыли в подполе и оставили там проспаться до утра. Так что не мог это быть он. А потом все что оставалось от коз, находили по оврагам и балкам - их явно разрывало и сжирало какое-то животное.
-И как давно начали пропадать козы? - спросила Фэй
Управляющий немного подумал, прикидывая - Да где-то месяцев шесть назад.
Фэй удивленно вскинула брови. Странно что граф начал разбираться только сейчас.
-Потом, после случая с Амэндо, как-то все затихло, а теперь началось с удвоенной силой. Мерзкая паскуда, простите милая барышня, но по-другому и не скажешь, вновь вернулась. Теперь козы ее не интересуют, она перешла на крупный скот. Задирает быков прям в стойлах по ночам! И главное, тварь - управляющий явно увлекся, при милых барышнях так не выражаются - выбирает момент, когда рядом никого из работников нет. Один раз случай был - вечером, но уже темно, в хлев прибежал мальчонка, сказал будто я срочно вызываю пастухов к себе.  Только я их не звал, а что за мальчонка, откуда - не понятно. На сына мельника похож, а вроде и не похож. Пока пастухи ходили туда-сюда, загрызли племенного быка! А что за животное было! Ох! Красавец, а не бык! Я же за ним на аукцион в самый... 

Фэй сама бы не смогла объяснить, что привлекло ее внимание. То ли странный шорох в придорожных кустах, то ли вспорхнувшие несколько мгновений назад птицы, а может она подсознательно ждала этого с момента выхода из таверны. Но отреагировала она молниеносно - схватила графа за камзол, дернула на себя и тут же услышала свист пролетевшего мимо арбалетного болта. 

Место для засады было выбрано идеально - пустынная вечерняя улица, с одной стороны дом с наглухо закрытыми окнами и заросшим палисадником - именно оттуда прилетел болт, с другой чьи-то запертые на замок ворота. Стреляли явно в Эштреда, с точки зрения нападавших главная угроза исходила от взрослого мужчины, а не от старика и девчонки. Граф выругался, абсолютно не по графски и потянулся к мечу. Фэй бросилась к палисаднику, надеясь, что у нападавших только один арбалет и они не успеют его перезарядить.

+2

8

Несмотря на то, что поместье Вармервинд находилось в окрестностях Берселя, именно этот город для графа Эштреда был родным. Управляя делами графства, он никогда не жалел денег и сил также и для города, помогая не только обустраивать его узкие улочки и многочисленные пристани, но и его жителям, в особенности бедных районов, подобных тому, в котором находились они сейчас. Именно поэтому, а отнюдь не из-за собственной халатности, Алькор крайне редко передвигался по этим самым улочкам в сопровождении стражников. Его твердая уверенность в собственной неприкосновенности, по крайней мере внутри городских стен, не позволяла даже допустить потенциальной опасности от местных жителей. Конечно было еще приезжие, но какую выгоду они могли иметь от покушения на графа? При себе он едва ли когда имел крупные суммы денег или драгоценности, а посему большая опасность ему могла грозить даже внутри собственного поместья, нежели вне его. Да и недругов среди берсельской и остебенской аристократии, которые могли бы заплатить за его убийство, он не имел.
Вероятно, именно поэтому происшедшее на берсельской улочке не сразу дошло до сознания Алькора Эштреда. Просвистевший мимо него болт был столь диким явлением, что он попросту не мог поверить в его реальность. Фэй спасла ему жизнь, но в первые мгновения он скорее бы поверил в то, что именно она несет для него опасность. Уже через несколько секунд граф снова обрел способность мыслить здраво, но девушка оказалась столь быстрой, что уже скрылась в колючих зарослях терновника и вьюнка, а он все еще стоял на дороге, опустившись на одно колено, в компании старика и коня.
Тибольт! — Яросно рявкнул граф на своего служащего, который все еще продолжал ошарашено осматриваться по сторонам и прижимаясь к брошенной лошади Фэй, словно животное, подобно своей хозяйке, могло спасти ему жизнь. Алькор уже поднялся на ноги, показательно оголив свой меч, а старик никак на него не реагировал. — Тибольт, мать твою! Немедленно найди мне командира городской стражи. Пусть возьмет всех своих бездельников, которых только сможет раздобыть, и явится сюда! Расскажи ему все и если они не достанут этого мерзавца из-под земли, головы ему не сносить!
— Милорд, а как же вы с... — Попытался возразить управляющий, постепенно возвращаясь в себя. Но Алькору уже было не суждено услышать окончание фразы, ибо он, ведомый гневом и яростью, смешавшимися с чувством собственной неуязвимости, пустился вслед за Фэй, размахивая и сбивая мечом ветви терновника, усыпанные острыми шипами.
Эштред в тот момент даже не задумывался, сколь уязвимой целью является для преступников. Что если их было несколько или же Фэй уже убита и не сможет спасти его шкуру второй раз? Он просто бежал сквозь заросли, пытаясь уловить хоть какие-то звуки от передвижения девушки и окликивая ее по имени, чтобы найти необходимое направление своего собственного движения.
Сейчас на графе был только парадный суконный камзол, отделанный бархатом, а под ним только шелковая рубаха да короткие бриджи. Одежда, которая не просто была неспособна защитить Алькора, но и добавляла изрядных сложностей при беге. Особенно это касалось длинного камзола из-за которого шаг его был короток и збивчив. Да и низкие длинноносые туфли отнюдь не облегчали задачу. Но ведь Эштред сегодня собирался только на переговоры, а потому должен был внешне соответствовать своему положению. Не будет же он в полном доспехе разъезжать по Берселю!
Впрочем, подумать об этом заранее он все же был обязан. Тем более, что намеревался сегодня же вечером отправиться на охоту за монстром. Более того, они уже шли по этому пути, но мысли графа были заняты совершенно иными вещами. Конечно он мог заглянуть в свой городской дом и облачиться в более подходящий случаю образ, но, как оказалось, чтобы подумать об этом, ему понадобился арбалетный болт, пролетевший в нескольких дюймах.
Прорываясь сквозь плотную занавесь веток и стеблей, то и дело цепляясь одеждой и даже кожей за острые шипы, Алькор все же не сбавлял скорости. Только лишь проклинал этот излишне просторный запущенный полисадник, чередуя эти проклятия с окликами девушки.
Фэй! — Яросно возопил Эштред, замахиваясь мечом на очередной стебель терновника, но в следующее мгновение застыл в нерешительности. Справа впереди он разглядел подобие стены, которой мог оказаться либо дом, либо забор, отгораживаюший участок от соседнего. Но вот слева просветы стали больше и куда ярче. Несмотря даже на предвечернее время, солнце все еще светило и могло служить ориентиром.
Более того, графу показалось, что в этих самых просветах он заметил какое-то движение. Он сбавил скорость и начал медленно подкрадываться туда, где могло бы идти сражение.
Добравшись на расстояние пяти футов от пустыря, в чем у него уже не оставалось никаких сомнений, граф Эштред, выставив вперед правую руку с мечом, резко выскочил из стены терновника и вьюнка.

+2

9

Кусты, через которые пробиралась Фэй оказались разросшейся изгородью из терновника, длинные шипы норовили схватить ее за одежду, несколько колючек глубоко оцарапали кожу на лице. Девушка чувствовала, как по щеке потекла струйка крови, но она не обратила на нее внимание, сейчас самое главное добраться до стрелка. Фэй выскочила из зарослей, и нос к носу столкнулась с молодым парнишкой, на его вытянутом, каком-то лошадином лице еще алели юношеские прыщи. Он дрожащими руками пытался повторно зарядить арбалет и увидев Фэй, внезапно появившуюся перед ним, побледнел, от чего пятна, покрывающие его лицо стали еще ярче, и испуганно по-детски ойкнул. Она выдохнула - Успела! коротко размахнулась и врезала ему кулаком в челюсть снизу вверх. Зубы у паренька клацнули, что-то хрустнуло, и он, закатив глаза, мешком осел на землю. Бесполезный арбалет покатился в траву, выпав из ослабевших рук.

Стрелок конечно же был не один. Еще трое его товарищей глупо таращились на Фэй, сжимая в руках тесаки довольно приличной длинны. Все понятно - молодежь славного Берселя решила заработать деньжат по-быстрому, но крайне неудачно выбрали себе жертву. Ну накой граф сам потащился за Фэй в город?! Прислал бы гонца или того же управляющего, но нет же, решил лично нанести визит. Девушке было жалко мелких идиотов, даже несмотря на то, что они обещали вырасти матерыми головорезами. Но сейчас перед ней стояли тощие долговязые подростки, да жадные и жестокие, но все-таки дети. И Фэй совершенно не желала того, что должно было произойти в этом заброшенном саду у дома.

Она потянулась к рукоятке меча, сталь глухо зашуршала, выходя из ножен.
-У вас есть 30 секунд чтобы убраться отсюда. Потом будет поздно.

Разбойники переминались с ноги на ногу и никак не могли решить, что делать то ли удирать то ли нападать. Она понимала, как выглядит в их глазах: всклокоченная, с расцарапанным лицом, но при этом с оружием и вырубившая их друга одним ударом. С одной стороны бежать от бабы - позорно, свои потом засмеют, с другой - парни не знали чего от нее ожидать. Сзади послышалась ругань, треск ломающихся веток и из зарослей не слишком изящно вывалился граф в изрядно потрепанном камзоле - терновник без боя не сдался.

Появление Алькора Эштреда будто послужило сигналом для малолетних бандитов. Один, коротко взвизгнув, отшвырнул тесак и бросился прочь. Двое других одновременно кинулись на Фэй и графа.

Да, солнце еще не полностью скрылось за горизонтом, но Фэй, пожалуй, и в полдень смогла бы одолеть этого бестолково размахивающего своим оружием паренька. Его никто не учил двигаться и в атаке было больше безысходной ярости чем умения. Разбойник налетел на Фэй бездумно размахивая тесаком, она слегка сместилась в сторону, позволяя инерции увести противника мимо и чуть вперед, ощутила запах чеснока и колбасок - последнего ужина мальчишки и нанесла удар. Клинок, не встретив практически никакого сопротивления вошел пареньку в правый бок и тот, сделав еще пару шагов на подгибающихся ногах рухнул на траву, из раны толчками выплескивалась темная кровь. Фэй развернулась в сторону второго противника, но граф прекрасно справлялся сам. Она опустила меч, стерла со щеки кровь - ранка уже начала затягиваться, и поглядела на пытающегося прийти в себя неудачливого стрелка. Ему, пожалуй, не повезло больше всех. Какая казнь предусмотрена за покушение на графа? Повешение? Колесование? А перед этим, несомненно, пытки - кто надоумил, кто соучастники, а может ты врешь и все было совсем не так? Она подошла к распростертому на земле разбойнику, приставила меч к его груди. Тот внезапно распахнул глаза и попытался что-то сказать, но челюсть не слушалась. Видимо сломана - печально подумала Фэй и налегла на рукоять. Мальчишка захрипел, на его губах появилась кровавая пена, дернулся и затих. Меч пробил сердце, все было кончено.

+2

10

Все происходило слишком стремительно и ситуация обретала уж очень опасный характер. И если Фэй, привыкшая в своей работе постоянно подвергаться опасности, то для графа это было событие выходящее далеко за привычные рамки. Никогда на него не совершалось покушение, всегда между ним и опасностью оказывалось несколько стражников, и уж никогда и помыслить не мог, что ему доведется вступить в бой на смерть. И против кого? Мальчишки-подростка с мясницким тесаком в руке!
Благо, что из памяти Алькора еще не полностью выветрились те основы, что в юности преподавал ему начальник стражи графа-отца. Едва выбежав из кустов терновника, он только и успел окинуть быстрым взглядом картину происходящего на небольшом пустыре, как перед ним возник противник, целя своим оружием прямо в грудь графу. Фэй в это время атаковал другой преступник, а третий лежал подле нее, держась за лицо и бормоча что-то неразборчивое. Но также граф заметил, что прямо перед его появлением кто-то исчез между стеблями терновника с противоположной стороны поляны.
Подумать, однако, об этом времени не было. Он резко вскинул вверх свой меч, в последний момент отбив удар противника чуть ли не эфесом. По инерции нападающий пролетел мимо графа и врезался в колючих стебли растений, но только Алькор повернулся, чтобы атаковать, как молодой человек уже снова был на ногах и перепуганным взглядом смотрел на своего визави.
Да как ты смеешь?! — Вскричал граф, вложив в свой голос весь гнев, вызванный этим происшествием.
Теперь уже Алькор был готов к схватке, поэтому первым сделал легкий выпад острием меча в направлении бедра преступника. Мальчишка бойко отсрочил в сторону, но граф тут же врезался кулаком другой руки в его лицо. Пусть Алькор и не был выдающимся бойцом, однако же силы в этом тридцатилетнем мужчине было предостаточно, чтобы на какое-то мгновение взгляд соперника затуманился.
Этого хватило бы графу, чтобы обезоружить мальчишку, тем самым закончив бой, однако взгляд его невольно скользнул по сцене рядом. Там Фэй, уже одержавшая верх над последним из преступников, безжалостно вонзила свой меч в лежащего на земле стрелка.
Картина эта так возмутила Эштреда, что тот на мгновение даже забыл об грозившей ему опасности. Он успел только проговорить:
Да что ты творишь? — И тут мальчишка, решив воспользоваться замешательством противника, снова бросился на него с тесаком.
Снова лишь в последний момент Алькор успел парировать нападение и лезвие лишь скользнуло по правому предплечью, с легкостью рассекая ткань камзола и кожу под ним. В свои атаки юноша вкладывал всю свою силу, а потому снова по инерции пролетел мимо, приземлившись на колени спиной к графу. А тот, в ярости от действий своей союзницы и полученного, пусть и легкого ранения, мгновенно перехватил меч в здоровую руку и изо всей силы обрушил кулак с рукоятью на затылок парня. Тот замертво повалился лицом вперед, выпустив оружие из ослабших пальцев. Однако граф был уверен, что парень был просто без сознания, потому тут же перевел свое внимание на Фэй.
Что ты делаешь? Они же... — Негодующе вскрикнул граф, занимая место между девушкой и последнего оставшегося в живых заговорщика, боясь, как бы она и этого не умертвила. Он чуть было не сказал "всего лишь дети", однако в последний момент вспомнил, что эти самые дети и пытались его убить. — Они же могут быть полезными! Виновный должен поплатиться за эту вопиющую наглость, а без них я никогда не узнаю, кто стоит за этим покушением! И кто знает, когда будет предпринята следующая попытка! А ты... одного отпустила, остальных убиваешь!
И тут графа посетила дикая мысль. Ведь это из-за Фэй он оказался в этом районе! А теперь она убила уже твоих преступников и определенно готова была убить и третьего. И лишь Люциану известно, кто убежал с этой поляны прямо перед появлением Алькора. Может ли быть так, что Фэй не спроста оказалась здесь подле графа? Он помнил, что именно девушка спасла его от арбалетного болта, но даже это сейчас не убеждало Алькора. Паранойя уже зародилась в остывшем от адреналина разуме мужчины и он рефлекторно крепче сжал меч в левой нерабочей руке.

+2

11

-Одного ты упустила... остальных убиваешь! - граф закончил свою эмоциональную речь и теперь стоял напротив Фэй тяжело дыша, адреналин, вплеснувшийся во время схватки, постепенно спадал на нет. Фэй выругалась про себя. Она надеялась, что увлеченный боем Эштред не заметит ее выходки, но тот оказался довольно глазастым и крайне недовольным самоуправством девушки.

-Я не городской стражник и даже не ваш телохранитель, чтобы высказывать мне подобные претензии, Ваше Сиятельство. - сухо обрубила Фэй. -К тому же пока мне не заплатили ни гроша, а я уже спасла вашу жизнь. Не стоит требовать большего. - она оглядела место боя. -Хотите проводить дознание, Ваше право. Но как по мне смерть - достаточное наказание за жадность и глупость.

Фэй перевела взгляд на руку графа, сжимающую меч. По пальцам бежали тонкие карминовые струйки, хотя Эштред казалось их даже не замечал. Он замер между девушкой и последним оставшимся в живых бандитом, будто хотел защитить от нее распростертого на земле парня.
-Позвольте осмотреть рану. Если вы истечете кровью, Ее Сиятельство вам этого никогда не простит. - девушка попыталась разрядить ситуацию шуткой.

Граф метнул на Фэй убийственный взгляд, несколько секунд помедлил, но все-таки убрал оружие в ножны. Крови было прилично, однако сам порез оказался довольно пустяковым - мясницкий тесак прошел по касательной, срезав кусок кожи, но не задев мышцы. Пара недель покоя и небольшой шрам на память, хотя скорее всего Эштред раскошелится на лекаря с магией исцеления и уже завтра будет вспоминать свое ранение как страшный сон. Сильнее всего в схватке пострадали камзол и, вполне вероятно, достоинство графа. 

-У меня в седельных сумках есть бинты, я наложу повязку. - Фэй проделала путь через изрядно потрепанный терновник обратно на дорогу и остановилась. Улица была совершенно пуста. -Граф, ваш управляющий украл мою кобылу. 

Фэй удостоилась ещё одного уничижающего взгляда. - второго за несколько минут. “Кажется сейчас мне сообщат что в моих услугах больше не нуждаются. Может это и к лучшему” с каким-то бесстрастным равнодушием подумала девушка. Она еще даже не приступила к работе, а на счету уже два трупа и раненый дворянин. "Хорошо не начнется, хорошо не кончится", кажется так говорят крестьяне.
Вдалеке послышался топот копыт и крики - доблестная городская стража спешила на помощь к своему графу.

Отредактировано Фэй (15-09-2022 15:58:57)

+2

12

Эти мгновения колебания графа само собой не ускользнули и от внимания девушки. Он и сам понимал, что обязан ей ни много, ни мало, но собственной жизнью, однако предательская параноидальная мысль о все еще грозящей ему опасности глубоко засела в подсознание. Приложив немало усилий, Алькор все же согласился принять помощь, задобрив свой страх решением внимательно присматривать за охотницей на нечисть. А брошенный ею презрительный взгляд перед тем, как скрыться в зарослях, даже умудрился задеть совесть мужчины.
Прихватив за шиворот потрепанной рубахи выжившего юношу, Эштред медленно побрел следом за Фэй. Терновник неприятно хлестал графа по лицу, однако боль в руке постепенно давала о себе знать и он крепко прижал ее к груди, дабы не усугубить ранение. Да и мальчишка оказался гораздо легче, чем предполага Алькор, так что отстал от девушки он не столь сильно, как можно было предположить.
Сбросив свой живой балласт под ограждением, да так, чтобы тот оставался в поле видимости, граф ловко перепрыгнул деревянный забор. Однако, не успел он оказаться на земле, как снова раздался голос Фэй. На сей раз девушка заявила, что якобы Тибальт украл ее лошадь. И голос ее был такой уверенный, насквозь пропитанный презрением, что на какое-то мгновение граф сам был готов проклясть своего управляющего за то, что навлек на него такой позор.
И все же, Алькор уже обрел достаточно здравого смысла, чтобы оценить ситуацию здраво.
Невозможно! — Решительно заявил граф Эштред, приближаясь к девушке, которая кипя от негодования стояла посреди узкой улочки. — При желании, Тибальт может купить себе с десяток куда более качественных скакунов. И уж до воровства он никогда бы не опустился, извольте!
Теперь уже Алькор с каждым словом распалялся все сильнее. Сам факт того, что кто-то мог обвинить в преступлении столь почтенного человека, коим был Тибольт, было оскорблением и для самого графа. Он видел на запыленной дороге следы кобылы, и надеялся, что это старик-управляющий вернулся за ней, чтобы быстрее добраться до начальника берсельской стражи, а не какой-нибудь нищий горожанин, завидев брошенную на дороге лошадь, решил воспользоваться удачей. В таком случае, часть вины разумеется лежала бы и на нем.
Я отправил его за городской стражей сразу же, как только вы бросились в погоню за стрелком. — Начал объясняться Эштред. — Быть может он одолжил вашу кобылу, чтобы добраться быстрее. В противном случае с этой проблемой мы будем разбираться после, так что не нужно поспешных выводов и обвинений.
Едва успел граф договорить, как из-за ближайшего поворота до них донесся топот копыт. А спустя несколько секунд на дороге показался всадник, в котором оба узнали представителя городской стражи. Он гнал свою лошадь галопом в их направлении, позвякивая легким доспехом, однако позади него не было видно самого Тибольта, который определенно и направил его сюда. Так что вопрос с лошадью Фэй все еще оставался открытым.
Впрочем, об этой проблеме граф уже успел позабыть. И не успел стражник спешиться, как Алькор тут же в несколько шагов оказался прямо перед ним.
Извольте объяснить мне, сир, как так вышло, что средь белого дня на берсельской улице какое-то отребье пускает в спину графа арбалетный болт?! — Вскричал Эштред аж взрагивая от ярости. — И где в этот момент находится городская стража, что нам самим пришлось задержать преступников?!
При иных обстоятельствах стражник был бы польщен обращением "сир" в свой адрес, однако за столь ярым выпадом представителя берсельской аристократии явно смешался. Правой рукой он сжимал рукоять меча, всем своим видом показывая, что готов сию же минуту вступить в бой, но также понимал и то, что в его помощи граф уже не нуждался. Взгляд его скользнул по кровоточащей руке Алькора, затем по стоящей в стороне Фэй, и снова вернулся на графа.
— Не следовало вам, милорд, посещать Берсель без личной стражи. Тем более, такие районы. — Будто не имея ничего сказать в свое оправдание, заявил стражник. — Надеюсь, вы не ранены?
Уж позволь мне самому решать, где и каким образом я должен передвигаться! — Все более терял терпение граф. — А вы извольте выполнять свою работу за которую получаете жалование. Уж будьте уверены, этот вопрос будет поднят перед советом аристократии и начальник городской стражи будет держать ответ за вас в том числе.
Эштреда ничуть не радовала необходимость такого шага, особенно в отношении начальника городской стражи, который был уважаемым и доблесным человеком, возведенным в рыцари еще когда сам он носил титул виконта, а не лорда. И все же, сегодняшнее происшествие было событием из ряда вон выходящим и должно было повлечь за собой определенные последствия.
А Фэй, казалось, не особо заботил их диалог. Она все также стояла позади графа и наверняка веселилась от представшей перед ней картиной. За спиной у стражника уже показалось несколько его пеших сослуживцев, спешащих на помощь.
— Милорд, я прошу...
Нет, это я прошу вас освободить меня от оправданий! — Грубо перебил его Алькор. — За этой оградой находится один из нападавших. Он без сознания, но я хочу, чтобы к концу дня вы лично смогли ответить на все вопросы, которые я вам задам в отношении этого происшествия. Чуть дальше за зарослями еще два тела, но от них вы ответов уже не добьетесь. Еще одному преступнику удалось скрыться, но уж будьте уверены, завтра утром я захочу увидеть его перед собой. Так и передайте господину начальнику стражи, но ответ я буду справиться именно с вас, имейте в виду!
Подмога уже была совсем рядом, но Алькор не стал их дожидаться. Выплеснув всю свою ярость на этого бедного стражника, он резко обернулся к Фэй.
— Милорд, вам нужна помощь лекаря... — Начал было солдат, но Алькор только отмахнулся от него.
Занимайтесь своим делом! — Затем обратился к Фэй. — Идемте, миледи. Я предоставлю вам лошадь на выбор и все необходимое в моем городском доме. Как только мы закончим с делом, займемся поисками вашей кобылы.

Отредактировано Алькор Эштред (16-09-2022 20:26:22)

+2

13

К дому графа они добрались, представляя из себя довольно эффектное зрелище: на коне начальника стражи ехал раненый граф в порванном камзоле и с кое-как перевязанной подручными средствами рукой. Вокруг коня, коробочкой, шли стражники с факелами, всем своим видом демонстрируя что готовы прикончить любого, кто попытается еще раз покуситься на жизнь Его Сиятельства, ну а сзади шествие замыкала бредущая Фэй. Мысли девушки занимал не пропавший управляющий или лошадь, и даже не то, что вместе с кобылой исчез обсидиановый меч, который вполне вероятно мог потребоваться в самое ближайшее время, а бурдюк. Очень нужный ей бурдюк. Да, сегодня она уже приняла положенную порцию крови, и во фляге во внутреннем кармане куртки оставалось чуть больше половины, но этого ей хватит на сутки ну может двое, если растягивать. А потом срочно придется где-то искать добавку, потому что иначе она превратиться в трясущееся плохо соображающее бесполезное существо. Фэй мучительно захотелось дотронуться до фляги чтобы убедиться, что она никуда не пропала, но усилием воли девушка отогнала от себя панические мысли. Вполне вероятно управляющий просто где-то задержался и вернется еще до рассвета. 

Едва они миновали ажурные кованные ворота городской усадьбы Эштреда как из дверей дома высыпали не меньше пяти слуг и причитая засуетились вокруг Его Сиятельства - слышались призывы вызвать лекаря, охи-вздохи и прочая возня вокруг раненого господина. Фэй не планировала оставаться в особняке, ночь только начиналась и у девушки было полно дел. Она проводила взглядом поднимающегося по ступеням графа в окружении хлопочущей свиты и, решив, что наконец пришло время заняться своей прямой работой, повернулась к стражнику.
-Сир, я заберу вашего коня. - и глядя на вытягивающееся от удивления лицо мужчины добавила: -По личному распоряжению графа. Вы же слышали, что он уполномочил меня взять любую лошадь из его конюшни. Передаю это право вам, выберите себе лошадь получше. И пока тот не успел ничего возразить вскочила в седло. Из разговора с управляющим она примерно понимала куда нужно ехать, а из-за этой стычки в городе они и так потеряли много времени. Фэй пришпорила коня и тот бодрой рысью поскакал в сторону выезда из города, туда, где раскинулись обширные поля и виноградники, принадлежавшие графу Эштреду. 

Дорога за городом была практически пустынной, люди не очень любили бродить по ночам, предпочитая проводить темное время суток в теплых кроватях либо в кабаках - лишь раз Фэй встретилась припозднившаяся семья: мужчина в широкополой крестьянской шляпе с мешком на плече, да его жена, несущая на руках закутанного в тряпки спящего ребенка. Она уточнила у них дорогу, но те оказались неразговорчивыми - крестьянин лишь махнул рукой указывая направление, а женщина долго смотрела вслед удаляющейся лошади.

Было уже около полуночи, когда Фэй подъехала к нужной ей деревеньке. Она планировала поднять старосту с постели и обойти с ним места, в которых было замечено чудовище, но вместо тихих и сонных крестьянских хат ее встретил взволнованный собачий лай, женские причитания и насупленные мужики с вилами.
-Ты хто такая? - хрипло осведомился всклокоченный бородатый крестьянин, крепко сжимая в руках рукоять топора, казалось, еще секунда и он кинется с ним на Фэй.
-Я охотник на чудовищ из Ордена Ренсинг. Его Сиятельство граф Алькор Эштред нанял меня для помощи с чудовищем. Что у вас тут за суета? 
-Ванору... - мужик сглотнул и продолжил - Ванору сожрали. -в его расширенных зрачках плясало пламя факела. -С дитем вместе...
Фэй поняла, что он испуган почти до потери сознания. 
— Значит я вовремя. - на самом деле она прекрасно понимала, что опоздала, не задержись она в городе возможно несчастная Ванора была бы жива. -Пошлите кого-то посообразительнее к Его Сиятельству в город. Сообщите о случившемся. Можете взять коня, так будет быстрее - Она спешилась и кинула поводья мужику. -Где все произошло?
-Тама - крестьянин кивнул на дом, стоящий чуть поодаль от других и Фэй сообразила, что это кузница, ее всегда выносили за деревню на случай пожара.
-И найди мне старосту. - Фэй двинулась в сторону места происшествия, внутренне готовясь к тому, что ей предстояло увидеть

+2

14

Слуги возились подле него слишком долго. Секунды перетекали в минуты, а те сложились почти что в целый час, который граф провел в бездеятельности в своем городском доме. На самом деле он вообще не желал здесь задерживаться, но слуги настаивали на осмотре лекаря. В других обстоятельствах он просто послал бы их прочь, но стоило старухе-кухарке пригрозить, что она вызовет либо лекаря, либо Диану, выбор у него был без выбора.
Едва войдя в гостиную, Алькор приказал отвести Фэй в конюшню, где она бы выбрала себе любого жеребца. В дом она не вошла, и только спустя четверть часа, по возвращению конюха он узнал, что она уехала на лошади стражника. Выругавшись про себя, граф был намерен тут же броситься следом, но огромная фигура кухарки, нависшая над его постелью, тут же осадила его. Теперь уже ругань и угрозы Алькора были направлены на старуху, на что она со слегка беспокойной улыбкой отвечала скрипучим голосом.
— Вы можете угрожать мне сколько угодно, мил'сдарь, но госпожа Диана не простит мне, если я вас отпущу.
Алькор понимал, что союзников у него в этом доме нет. Все слуги и стражники в куда большей степени верны его жене и никто не пожелает встретиться с ее яростью даже если для этого придется удержать графа силой.
Так он прождал чуть больше часа, покуда лекарь не подтвердил его же слова о том, что рана не серьезная и ничего жизни графа не угрожает. На руке появилась белесая бинтовая перевязь и на том лекарь удалился, все же не забыв помянуть, что графу требуется покой хотя бы на эту ночь. Кухарка тут же уцедилась за эти слова, но второй раз уступать Эштред не желал.
Вероятно, эмоции и давно забытый юношеский запал после неудавшегося покушения еще не остыли в душе графа, ибо он вместо того, чтобы отказаться от своей опасной затеи самому сразиться с чудовищем, лишь сильнее в ней укрепился. Едва за лекарем закрылась дверь, как Алькор приказал облачить себя в легкий доспех, оседлать хорошо обьезженную лошадку по кличке Мерло, а также вызвать троих стражников, которые обычно сопровождали графа при выходах в город. Обычно, да только не в этот день.
Едва Эштред успел покинуть ворота своего дома, как на дороге перед ним возник незнакомец. По его дыханию было ясно, что мчался он галопом, а подойдя ближе, граф признал лошадь городского стражника, на которой уехала Фэй.
— Милорд, беда! — Вскрикнул крестьянин еще до того, как поровнялся с графом. — Ванору тварь задрала, да вместе с дитятей!
Алькор не знал ни этого мужчину, ни Ванору с дитятей, однако суть сказанного быстро добралась до его разума. Все таки они не успели и чудовище от коз и коров перешло к людям.
Вскипая от нетерпения, граф раздражннно бросил стоящему перед ним мужчине, надеясь, что Ванора не была его женой.
Ты видел Фэй? Она на этой самой лошади...
— Да, да! — Бесцеремонно перебил графа мужчина. Он тоже кипел от гнева и страха, посему Алькор решил простить ему эту оплошность. — Она-то меня сюда и послала, да лошадку дала, чтобы быстрее было. Велела вас вызвать!
Не желая больше медлить, граф вздернул поводья и врезался пятками в бока лошади. Вся пятерка всадников: граф, тройка его стражников и деревенщина на лошади городского стражника, галопом бросились в указанном направлении.
До деревни они добрались довольно быстро. Суета там еще не стихла, узкие улочки были наполнены голосами и суетой. Казалось, люди боялись оставаться одни, пытаясь занять себя какого-либо работой даже в ночи. Граф замер в нерешительности, пытаясь угадать, где искать Фэй. И словно прочитав его мысли, голос снова подал крестьянин, замыкаюший их колону.
— Видно, они еще в кузне, вона сколько там народу собралось! Охотница за нечистю велела туда старосту позвать, а потом только за вами мчать.
Ответа от графа не последовало, он только пришпорил лошадь и повел ее в указанном направлении. Стражники тут же последовали за ним, да и деревенщина, за неимением вариантов, медленно побрел следом. Именно он крикнул что есть мочи: "Дорогу графу Эштреду!", из-за чего толпа расступилась и Алькор имел возможность подъехать верхом к самой двери. Резво спешившись, не обращения внимания на остатки боли в раненой руке, граф без лишних вопросов ворвался внутрь с вопросом, обращенным скорее к тем, кто был внутри, нежели к толпе зевак.
Что здесь происходит?

+2

15

Фэй не успела подойти к дому, как ее нагнал пожилой и довольно тучный мужчина и косясь на дверь кузни, как будто оттуда кто-то мог выскочить, запыхавшись представился.
-Я эта, Гарвил, староста. Вы меня кликали... госпожа - немного подумав добавил он немного лести.
-Прикажи своим людям перестать метаться по всей деревне. - Фэй поморщилась. -В такой суматохе можно сожрать еще парочку селян, и никто не хватится. - и видя, как белеет от ужаса лицо старосты добавила для успокоения - Хотя это маловероятно.
Пока староста, надо сказать без особого успеха, пытался успокоить жителей она успела осмотреть кузню снаружи. Окна и дверь без единой отметины - похоже Ванора сама открыла своему убийце, как будто знала его... Оставалось самое неприятное. Фэй толкнула дверь, аккуратно переступила через лужу рвоты, оставленную на пороге кем-то из крестьян, нашедших тело, и вошла. Тут же в нос ей ударил густой и плотный запах уже начавшей сворачиваться крови. Сразу напротив двери расплывалось большое темно-бордовое пятно, от которого вглубь комнаты вела чуть смазанная дорожка, из более мелких капель растертых по дощатому полу. И там, в глубине, на добротно сколоченном обеденном столе, будто напоказ, лежала Ванора, точнее то, что от нее осталось. Зрелище было ужасающим и Фэй, уже успевшая повидать не мало смертей на своем веку, прекрасно поняла чувства того, через чей ужин она переступила всего секунду назад. От женщины фактически осталась одна голова да костяк, в кровавых ошметках одежды, внутренностей и лоскутов кожи. Все остальное было аккуратно срезано - на костях имелись характерные зарубки и лишь в одном месте возле того, что когда-то было ребром можно было различить отметины от небольшой дуги зубов странной клиновидной формы. Чтобы получше их рассмотреть Фэй пришлось обойти стол с другой стороны, там, как раз под следом укуса, на промокших от крови досках, отпечаталась маленькая ладошка. Пожалуй, ее можно было бы принять за детскую если бы не количество пальцев - их было шесть. Фэй наклонилась поближе, запах крови стал совсем одуряющим, и провела пальцем по кости. Нет, ей не показалось, это действительно отпечаток крошечных зубиков - охотница начинала понимать, что за чудовище завелось во владениях графа, осталось прояснить лишь один вопрос...

Внезапно входная дверь распахнулась, заставив Фэй отдернуть руку от трупа и быстро выпрямиться. В проеме, резко очерченный светом факелов, возник силует.
— Что здесь происходит?
Фэй сощурилась, яркий источник света слепил глаза. 
-Убийство, Ваше Сиятельство. Здесь произошло убийство. Но теперь я понимаю кого нужно искать. Предлагаю обсудить все на свежем воздухе.

Прохлада ночи ворвалась в легкие живительным нектаром, и девушка несколько раз глубоко вдохнула, стараясь избавиться от затхлого аромата смерти, пропитавшего несчастную кузню. Хотя дело близилось к рассвету народу снаружи стало даже больше, чем до этого. К взбудораженным крестьянам прибавились еще и стражники, создающие дополнительную суматоху. Староста крутился тут же и до Фэй долетел обрывок фразы:
-Бедный Мэлхор, это же он ее нашел. В вечеру коня пошел подковать, да засиделся, ну выпил знамо дело, вернулся за полночь, а она лежит тама...
-Гарвил, - Фэй решила сразу прояснить единственный не до конца ясный ей момент -мне сказали, что Ванору убили вместе с ребенком. Но я видела всего одно тело.
-Так эта... она ж не успела... в смысле на сносях. - староста открывал и закрывал рот без единого звука, будто рыба выброшенная на берег
-Я поняла. - Фэй прервала его попытки подобрать слова, теперь произошедшее виделось ей во всей ужасающей четкости. Ночь - Ванора уже легла, в дверь стучат. Она открывает, ведь женщина знает пришедшего - загулявший муж вернулся домой. Тут же получает удар чем-то острым и падает. Потом ее тащат к столу - тело размазывает капающую кровь, отсюда характерная дорожка следов, и на этом же столе потрошат. А так и не успевший родиться ребенок... Фэй подумала об отпечатках крошечных зубов на ребре и шестипалой почти человеческой ладошке и произнесла вслух, повторяя то, что когда-то услышала на лекции по монстрологии практически дословно: - “Множество клиновидных зубов, нижняя челюсть подвижная, глотка и пищевод очень эластичный — могут заглатывать добычу, даже крупнее себя, буквально целиком”  - и подытожила -За Ванорой пришли специально, за ней следили и выбрали ее только с одной целью - их собственный детеныш растёт и нуждается во вкусной и сладкой пище. В ваших владениях, Ваше Сиятельство, охотятся цераты. Днем нужно будет обыскать поля и виноградники, но осторожно чтобы не спугнуть – где-то неподалеку их логово. Пещера или заброшенный дом. – она прервалась, внимательно посмотрела на выражение лица графа и осторожно спросила: - Вам нехорошо?

+2

16

Отец Всемогущий... — Только и успел пробормотать граф после того, как факелы стражников осветили ужасаюшую картину в кузне. Он хотел было спросить, что же за тварь могла такое сотворить, но слова застряли в глотке так, что рот лишь безмолвно захватывал воздух, пропитавшийся отвратительным запахом крови.
Один из стражников остался на улице, а с графом попытались войти только двое, но все они, включая самого Алькора, словно приросли к порогу, не желая делать ни единого шага в сторону трупа. Только голос Фэй, которую мужчины не сразу-то и приметили в помещении, вывел их из оцепинения. Эштред с огромным трудом отвел взгляд от кровавого ужаса на столе, и обратил его к девушке.
Да, пожалуй. — Смиренно согласился Алькор даже не пытаясь скрыть свое изумление. — Всем нам действительно не помешает свежий воздух.
Слегка подтолкнув стражников, загородивших входную дверь, граф с огромным облегчением выбрался из кузни. Он попытался было вдохнуть полной грудью, но снова почувствовал запах крови, словно подошел еще ближе к трупу. Словно они все вместе впитали этот ужасный аромат смерти и теперь он будет преследовать их долгое время. Алькор содрогнулся от этой мысли.
И все-таки, постепенно Эштреду удалось обрести здравый разум. Он внимательно слушал разговор Фэй и деревенского старосты, пусть и не до конца понимая, что имела в виду девушка. А вот слова Гарвила плотно засели в мыслях графа.
Ему нужно было время, чтобы осознать происшедшее. Одно дело, когда тварь терроризирует деревенских задирая крупный скот... И совсем другое, когда жизни лишилась беременная девушка. Да еще и такой ужасной смерть.
Цераты... Святой Люциан... — Граф шепотом вторил Фэй.
Алькор задумался. Если бы он воспринял эту проблему всерьез, девушка могла бы остаться живой. На который раз слова и просьбы Тибольта заставили Эштреда действовать. И только теперь он обратился за помощью к человеку, который хотя бы что-то смыслил в этом деле, а не обычных наемников.
Чувство вины укололо графа в самое сердце и, видимо, это отразилось и не его внешнем виде, ибо Фэй по окончании своей речи поинтересовалась:
— Вам нехорошо?
Алькор поднял голову, однако обратился сперва не к девушке, а к деревенскому старосте. Они стояли рядом, потому не было необходимости говорить громко. А шум толпы вокруг явно заглушил слова графа так, что услышать их могли только стражники, Фэй, да тот самый гонец, который по-прежнему крутился рядом с ними.
Гарвил, передай Мэлхору, чтобы явился ко мне в поместье как только ему достанет на это сил. — Голос Алькора звучал глухо, по крайней мере для него самого. — Завтра я пришлю людей, которые помогут... со всем необходимым.
Ему не достало сил сказать прямо, но староста оказался человеком понятливым и лишь кивнул, не став задавать лишних вопросов. И Эштред был благодарен ему за это.
Теперь он снова обратил свое внимание к Фэй, которая стояла рядом так, словно увиденное ничуть ее не тронуло. Вероятно так оно и было, ибо одному Люциану известно, сколь многое ей довелось увидеть на своем коротком веку охотницы за нечистью.
Я бы не хотел откладывать сие дело на завтра. — Уже чуть более твердо начал Алькор. — Вы говорите пещера или заброшенный дом? Думаю, поиски следует начать немедленно, я предоставлю вам, госпожа Фэй, столько вооруженных людей, сколько потребуется. Если не для сражения с монстром, то для его поисков. Ты? — Граф повернулся к пареньку, которого Фэй встретила первым и который отправился в Берсель за ним самим. — Ты хорошо знаешь окрестности деревни?
— Да, милорд!
Можешь найти еще несколько местных, кто мог бы помочь в поисках?
— Конечно. Первин, Гругар, Мэлх... — Парень осекся, так и не произнеся полностью последнее имя, но все прекрасно поняли, кого он имел в виду.
Ладно, хорошо. Значит так и поступим. Ты приведи сюда еще троих проводников. Гарвил, успокой наконец людей и пусть они возвращаются по домам. А ты, быстро мчи в Берсель и приведи сюда... Госпожа Фэй, сколько людей нам потребуется? — Но встретившись взглядом с охотницей он заприметил в выражении лица смутные черты недовольства. — Вы ведь окажите нам помощь? Я заплачу вам двукратно требуемой суммы, если к восхода солнца все цераты... эти твари буду мертвы.

+2

17

-Дайте мне несколько минут, Ваше Сиятельство. Нужно подумать. -  в отличие от графа Эштреда, который, надо отдать ему должное, быстро оправился от увиденного в доме и уже начал отдавать приказы своим людям, Фэй должна была все взвесить. От работы она отказываться не собиралась, да и не имела такого права, но нужно было понять, как действовать. Пусть даже в глазах окружающих это промедление и выглядело как нерешительность.

Все дело в том, что до этого момента она ни разу не встречалась с цератом лицом к лицу. Да, она знала теорию, очень хорошо знала - об это Орден позаботился, но теория слишком часто расходится с практикой, в этом Фэй уже успела убедиться причем на собственной шкуре. Цераты быстры, ловки, жестоки, а главное разумны - так написано в библиотечных трактатах. А вот насколько быстры и ловки Фэй предстояло выяснить в бою. К тому же их двое и у них недавно появилось потомство, а своих детей любое живое существо будет защищать отчаянно, становясь вдвойне опасным. Фэй не могла с уверенностью сказать хватит ли ей сил выйти из этой схватки победителем.” Эх, был бы здесь Фэо...” - мелькнула у нее в голове предательская мысль. Но в последнее время у брата были какие-то свои дела, в которых для сестры места не нашлось. Она усилием воли заставила себя вернуться к решению поставленной задачи.  Брата рядом нет, зато есть граф и его люди, их много и это плюс. Они медлительны и плохо видят в темноте — это минус. Нет, затевать бой ночью, как того хочет граф, это устроить кровавую бойню. Днем стражники смогут действовать гораздо эффективнее, в отличие от цератов.  Но под лучами солнца Фэй будет так же бесполезна как люди ночью. Если только... Девушка рассматривала идею с разных сторон, и план начинал ей нравиться все больше. 

С рассветом цераты завалятся спать, Фэй в этом даже не сомневалась. Мяса этой ночью они сожрали вдоволь, и не какой-то пресной телятины, а сладкой сытной человечины. Вот тогда-то, когда они разомлеют и уснут и надо атаковать. Да, придется сперва помучаться под обжигающими лучами солнца, но в самом их логове света быть не должно и Фэй сможет сражаться в полную силу. Самец будет драться не на жизнь, а на смерть, в этом девушка не сомневалась. А самке с детенышем она даст возможность уйти. Та побоится рисковать жизнью ребенка, и в бой ввязываться не станет, по крайней мере Фэй на это надеялась. И уж там, снаружи, на солнечном свету, граф со своими людьми не должны будут ее упустить. 

-Ваше Сиятельство - наконец обратилась она к графу. -У меня есть план...
Фэй кратко изложила Эштреду свои мысли, умолчав правда об отсутствии боевого опыта - не хватало еще чтобы он начал сомневаться в ее компетентности.

Меж тем крестьяне собрались вокруг старосты и тоже что-то бурно обсуждали. Наконец Гарвил кивнул, отделился от основной группы селян и подошел к Фэй и графу.
-Ваше Сиятельство, госпожа, мы тут покумекали. В старой винодельне эти тварюги прячутся, больше негде. Пару лет назад серая гниль весь виноград убила, вот она с тех пор заброшенная стоит. Подвал глубоченный и места тихие, туды никто не ходит шоп заразу на другие участки не затащить.

Староста сэкономил им время, которое пришлось бы потратить на поиски и отряд из стражников и крестьян-добровольцев, желающих отомстить за смерть Ваноры, возглавляемый графом двинулся к винодельне с первыми лучами солнца. Фэй, надвинув капюшон и скрыв лицо от раздражающего света под платком ехала рядом. Местность выглядела зловеще. Кусты винограда, пораженные болезнью, пожгли, а пепелище притравили известью, поэтому голые проплешины так и не заросшие травой, зияли чернотой будто язвы на теле земли. Посреди участка возвышалось здание винодельни, когда-то ярко-белое с красивой красной черепицей, но теперь стены покрывали грязно-серые разводы, а на крыше поселился мох и мелкие деревца.
 
-Ваше Сиятельство. – прежде чем спешится Фэй наклонилась к графу и, подслеповато щурясь, проговорила почти шепотом. -Если оттуда выйдет кто-то, все равно кто - не упустите. Они хитры и способны принимать облик других людей. 
Граф в ответ кивнул, сосредоточенно поджав губы, и Фэй наконец то смогла нырнуть в полумрак под крышей старого здания.

+2

18

На то, чтобы убедить графа все же последовать ее плану и организовать охоту на цератов с рассветом, Фэй понадобилось немало времени. Мужчина твердо настаивал на своем и даже готов был двинуться по следу монстров без девушки, но остатки здравого смысла все же взяли верх над вспыльчивостью характера, и все компания расположилась неподалеку от кузни в доме деревенского старосты в ожидании первых лучей солнца.
Появившееся свободное время они потратили на то, чтобы обсудить все детали плана, который графу пусть и казался неубедительным, но все же из уст Фэй звучал весьма многообещающе. Алькор то и дело вспоминал эпизод на берсельской улочке и свистящий мимо уха арбалетный болт, что придавало ему уверенности в Фэй. В такие момент он потирал рану на руке и несколько раз одним словом осаждал стражников, которые выказывали куда большие сомнения в работе под руководством девушки.
Немного за полночь в деревне появился еще десяток стражников, вызванных графом из города. Теперь у них в распоряжении было тринадцать вооруженных бойцов, смесь личной стражи Эштредов с городской Берселя. А еще через час к Алькору заявился тот самый крестьянин, который согласился помочь в поисках убежища чудовищ.
— Милорд, знаю, вы велели найти троих добровольцев... — Нерешительно начал молодой человек. — Но деревенский люд хочет помочь. Да и Мэлхор сидит у порога кузни с отцовским мечом, собираясь идти с вами против твари. Коли уж он идет, и я пойду, и многие мужчины. Словом, у нас тут два десятка здоровых лбов с каким-никаким оружием.
Граф лишь кивнул в ответ и обещал обсудить с Фэй, чем они могут нам помочь. Девушка наверняка не обрадуется перспективе тянуть с собой два десятка еще более бесполезных союзников, чем уже имеющиеся. Граф видел в охотнице неверие в стражников, да и от его собственного общества она с радостью отказалась бы, будь на то ее воля.
Еще через час Алькор отправил в город другого стражника. На сей раз приказ заключался в оказании помощи в похоронах несчастной Ваноры. Раз уж Мэлхор решил идти с ними, кто-то должен этим заняться на рассвете. Несколько слуг из дома Эштредов, послушница из берсельской церкви люциана, да трое страхников, которых граф решил оставить при деревне на всякий случай, организуют все к возвращению скорбящего мужа. Старшим над этой командой граф поставил старосту Гарвила, который вызывал в Алькоре наибольшее доверие из деревенских.
Уже перед самим рассветом, староста еще раз оправдал доверие графа, когда сообщил, что догадывается о месте обитания чудовищ. Старая винодельня действительно отлично подходила и Алькор даже слегка расстроился, что мысль эта не пришла ему в голову.
Оказавшись у винодельни Фэй действовала решительно. Вся группа оставалась у нее за спиной, готовая выполнять приказы. Даже сам граф и скептически настроенные стражники у заброшенного здания тут же проглотили свою гордость. Позади брали четверо деревенских во главе с Мэлхлром, которые наотрез отказались остаться.
Безусловно Алькор боялся. Страх крепко засел в сознании графа, вытеснив оттуда уверенность в грядущей победе. Зато воинственный настрой приумножился. Первый раз - после покушения в Берселе, второй же - после короткого взгляда на Ванору.
Посему в ответ на слова Фэй перед дверью Эштред лишь плотнее поджал губы и выразительно кивнул. Затем граф спешно спешился, подошел вплотную к своим людям и забормотал шепотом:
Вы пятеро следуйте за нами. — Он указал на пятерку знакомых стражников. Дождавшись короткого "Есть", он перевел взгляд на остальных - это были служивые городской стражи да деревенщины во главе с Мэлхором. — Мы сразу пойдем в погреб, тварь скорее всего поселилась там. Но она также может затаиться и в наземных помещениях винодельни. Поэтому обыщите здесь все и только потом следуйте за нами.
Раздав распоряжения, Алькор спешно последовал за Фэй, которая уже скрылась в полумраке винодельни. В дверях он достал меч из ножен и перехватил его в здоровую левую руку. Через футов тридцать он поравнялся с Фэй.
Вход в винный погреб в конце этого коридора. — Граф говорил настолько тихо, насколько это вообще было возможно, но слова его все равно эхом отдавались в годами пустующих комнатах. И все же он продолжал, будучи уверен, что если тварь и узнает о их присутствии, то не по звукам, а по запахам. Алькор не был знатаком чудовищ, но был твердо убежден, что всех их объединяет превосходный нюх. — Он не единственный, но второй заблокирован обвалом еще несколько месяцев назад. Я послал часть людей обыскать наземные комнаты, чтобы тварь не подкралась к нам сзади, так что можем сразу идти туда.
Алькор шел рядом с Фэй, пытаясь примериться к ее осторожной и беззвучной поступи. Под его тяжелыми сапогами то и дело похрустывали доски и всякий мусор, тогда как девушка, казалось, парила над поверхностью. И все же он не отставал ни на шаг, двигаясь с ней плечом к плечу. А позади, издавая еще больше шума чем даже граф, двигались пятеро стражников. Наконец, впереди показался кривая дверь, перевешенная набок из-за вырванных верхних петель. Это и был вход в винный погреб, на который во все сгущавшемся мраке кивнул Эштред. Почему-то он был уверен, что Фэй заметит этот жест даже в полутьме.

+2

19

Скрывшись в тени от солнечных лучей, Фэй едва успела вздохнуть с облегчением как входная дверь скрипнула и ей стоило огромного труда взять себя в руки и не выругаться вслух - граф все-таки не пожелал ждать снаружи, решив поступить по своему. Он и несколько стражников, разгоняя тьму факелами, сосредоточено и деловито осматривали темные углы винодельни. Внезапно на девушку снизошло какое-то звенящее безразличие: что ж он взрослый мужчина, дворянин, способный оценить риски самостоятельно, а она ему не нянька.

Фэй, не стесняясь, достала флягу с запасом крови и сделала пару хороших глотков, ощущая как по телу разливается приятное тепло, скручиваясь в животе в тугие нити готовые взорваться вспышкой энергии по первому приказу, как обостряется зрение и учащается сердцебиение. Охотница провела рукой по губам, вытирая остатки жидкости, обнажила меч - теперь она полностью готова и скользнула в приоткрытую створку винного погреба. Граф шел рядом, сзади пыхтели стражники, звуча для обостренного слуха девушки кузнечными мехами, и оставалось надеяться, что твари спят, а не притаились в засаде у самого входа. Но за покосившейся дверью их ждали лишь ряды дубовых бочек, возвышающихся слева и справа вдоль прохода, пыль и темнота. Фэй двигалась неспеша, контролируя периметр, чтобы не пропустить ничего важного, кто знает в каком именно месте цераты решили обустроить свое гнездо. Раздавшееся впереди кряхтение, перешедшее в требовательное попискивание и последовавшая за этим возня, заставили ее сперва замереть, а затем бросится вперед. Детеныш, видимо проголодавшись, заверещал, разбудив своих родителей, а свет факелов в темноте подвала никак не скрыть. Фэй хотела воспользоваться эффектом неожиданности и это ей почти удалось – когда она вылетела в полукруглое помещение, обрамленное бочками со всех сторон две человекоподобные фигуры еще стояли, напряженно вглядываясь в проход, по которому звенели снаряжением стражники. Почти, потому что внезапной атаки все-таки не получилось, едва заметив охотницу оба церата не произнося ни звука прыгнули вперед.  Фэй змеей извернулась на месте, чувствуя, как сперва одна тварь, а затем другая пролетели мимо. Клацнули похожие на кинжалы зубы, хватая вместо плоти воздух. Девушка попыталась тут же контратаковать. Одно из чудовищ взвизгнуло, грудную клетку твари прочертила кровавая полоса и они втроем закружили в центре комнаты: цераты, пытаясь зайти охотнице со спины, она, стараясь держать их двоих в поле зрения. Да, чудовища были быстры, почти так же, как Фэй, но недостаточно - она должна справиться. Кто из тварей самец, а кто самка понять у нее так и не получилось. Оба были высокими, жилистыми, с серой кожей, покрытой наростами шипов, с гротескными псевдочеловеческими лицами, и гигантскими ртами, полными острых как бритва зубов. 
Свет факелов стал гораздо ярче, граф со стражниками были совсем рядом. Цераты, понимая что скоро противников станет еще больше, опять бросились в атаку. От первого Фэй снова увернулась, а со вторым ей повезло больше - меч, описав в воздухе полукруг попал чудовищу в сочленение между предплечьем и кистью, отсекая когтистую лапу. Чудовище взвизгнуло и отскочило в темноту, оставляя за собой кровавый след. Фэй завертелась, пытаясь понять куда делся раненый противник, одновременно не выпуская другого из поля зрения.

Отредактировано Фэй (11-10-2022 13:37:42)

+2

20

Граф со своей свитой уж никак не мог поспеть за своей спутницей. Даже несмотря на мерцающий свет трех факелов в руках стражников, мужчинам то и дело приходилось всматриваться под ноги, где то и дело попадались дряхлые доски, куски металлических ободов и прочего мусора. Будучи давно покинутой, винодельня даже спустя десять лет заброшенности, оставляла кое-какие признаки человеческой жизни.
Если бы граф обращал внимание по сторонам, он мог бы заметить и признаки отнюдь не прошлого,но событий недавних: куски рваной одежды, прибитые сквозняками к пустым бочкам, целехонький кожаный сапог, по которому граф мог бы даже угадать владельца. Но в тот момент все внимание графа было сконцентрировано на Фэй, все больше учеличивавшей расстояние между ними. Казалось, даже полнейшая темнота не была ей помехой. Она двигалась так, будто знала эти погреба как родной дом, или же видела помещение перед собой будто солнечным днем. Алькор даже мог поклясться, что она даже успела отпить из фляги, не сбавляя при этом скорости!
Эштред подумал, что тоже не отказался бы от нескольких глотков вина, даже успокоить расшатавшиеся нервы.
Он хотел было окликнуть девушку, но побоялся издать звук. Она двигалась столь уверенно, будто знала, где именно располагается логово тварей. И едва граф успел подумать об этом, как Фэй окончательно скрылась во тьме погреба, а в следующее мгновение до слуха мужчин донеслись звуки развернувшегося сражения.
Подхлестываемый бушующей кровью в венах, Алькор прибавил шагу, теперь уже даже не заботясь о том, чтобы смотреть под ноги.
Ну же, быстрее! — Прикрикнул он на стражников, державшихся позади, понимая, что далее скрывать себя не имеет смысла.
Сперва звук раздавался спереди, но в какой-то момент переместился вправо, но всегда эхом разносился во все стороны. Едва граф успел осознать, что оказался около прохода в другое помещение, как внезапно что-то толкнуло его к противоположной стене. Это что-то просто отбросило графа и он на удивление мягко приложился к одной из бочек, опустившись на землянистый пол. Стражникам же повезло меньше, насколько мог судить Алькор по разлетевшимся в стороны факелам. Два погасли, но один все же остался гореть и в его мерцающем свете можно было разглядеть лежащих на полу шестерых мужчин. Но также ему удалось разглядеть в мраке погреба и другую человекоподобную фигуру, мчащуюся что есть духу к выходу.
Тварь убегает! — Закричал Эштред. Он без труда нащупал рукой меч, который выронил при падении, а раненой подхватил последний факел. — Трое за мной, а остальные помогите Фэй!
С этими словами Алькор бросился вслед чудовищу, которое спасалось от них бегством, что лишь подстрекало смелость графа. Тонда он не знал, что один из стражников так сильно приложился головой о стену, что потерял сознание, а второй предпочел спрятаться между винными бочками. Так что за ним следовал только двое союзников, а еще один отправился на подмогу Фэй.
Путь назад оказался куда короче, ибо его Алькор преодолел бегом. Перепрыгивая сразу через три ступени, он в несколько шагов снова оказался в надземной части винодельни. Однако картина, предсташая перед его взором заставила графа остановиться. В дальнем конце длинного коридора двое страхников вместе с Мэлхором сражались с чудовищем, отрезая тому путь к выходу. Она просто махали мечами из стороны в сторону, но из-за преимущества узкого коридора этого было вполне достаточно. Чуть ближе на полу распростерлись два тела около противоположных стен.
Да поможет мне Люциан. — Тихо пробормотал граф, нерешительно двинувшись вперед.
Продолжая бормотать молитвы, Алькор приблизился к первому телу: стражнику в луже крови, лицо которого было направлено в другую от графа сторону. Только пройдя мимо он заметил, что лица там, как такового, уже и не осталось. Он заметил неровные края все еще кровоточащей впадины в голове мужчины, узнав в них следы зубов чудовища.
Эштред начал молиться лишь усерднее и поблагодарил Люциана, когда добрался до второго тела: деревенщины, прибывшего за графом в Берсель. Крови рядом с ним не было, как и видимых ран. А неритмично вздымающаяся грудь давала понять, что парень просто в отключке, но все еще жив.
Ему оставалось еще около пятнадцати футов, чтобы подкрасться к чудовишу сзади, но двигался граф крайней медленно и осторожно. А через два шага, с глухим криком один из стражников, держащих оборону входной двери, отлетел в сторону от удара противника. Теперь их оставалось двое и удержать монстра внутри было значительно труднее, однако даже этот факт не заставил графа двигаться быстрее. Он, плечом к плечу с другим городским стражником, оставшимся подле него, шаг за шагом прибоижались к чудовищу с мечами наготове.
Несмотря на все предубеждения, которые граф Эштред испытывал по отношению к Фэй, сейчас он очень жалел, что девушки не было рядом.

+1

21

Отпрыгнувшая в темноту тварь так и не вернулась - у Фэй остался лишь один противник  - уже гораздо легче. Охотница обратила внимание что порез на груди чудища, нанесенный ею всего несколько мгновений назад, практически исчез - у цератов отменная регенерация. Бой нельзя затягивать, надо закончить быстро, практически одним ударом, иначе раны, причиненные ее клинком, так и будут исцеляться, а долгий поединок - высокий риск самой выбиться из сил и совершить ошибку. Нет, тянуть однозначно нельзя. 

Фэй, закрутила мечом восьмерку, со свистом разрезая клинком воздух, отвлекая внимание твари, одновременно с этим обратившись к Магии Крови - еще одна нечеловеческая способность, полученная ею в утробе матери. И пусть в колдовстве девушка никогда не была особо сильна, сотворить простейшее заклинание у нее получилось достаточно легко - тонкая карминная  струйка, составившая основу  полутораметровому ледяному копью. Не слишком толстого, таким церата точно не  убьёшь – тварь живуча, но для задуманного должно  хватить с лихвой. Легкое движение левой кистью, как будто Фэй подталкивала свое детище к действию, и копье рвануло в сторону чудовища, а вместе с ним вперед прыгнула и сама ревенантка. Ледяной наконечник вошел в грудь твари с громким хрустом, ломая ребра и отшвыривая того силой инерции назад, на стоявшие по стенам комнаты бочки. Раздался дикий грохот и на одно небольшое мгновение тварь оказалась пришпиленной к дереву, подобно гигантской бабочке в коллекции собирателя. И этой доли секунды Фэй вполне хватило, она верно рассчитала и время и место - лезвие меча с хрустом вошло в шею ошеломленного внезапной атакой церата, перерубило позвоночник и гулко впечаталось в стенку бочки.  Голова с полураззявленной пастью покачнулась, отделилась от туловища и покатилась по полу, в пыльную темноту, а девушку окатило горячими, остро воняющим чем-то приторным, ликвором из жил твари. Лед звонко тренькнул, копье рассыпалось на части под грузом безжизненно оседающего тела.

Охотница попыталась утереть лицо от брызг, довольно безуспешно, и  потянула за рукоять, освобождая  меч из деревянного плена, но тот слишком крепко засел в досках. Фэй напряглась и дернула изо всех сил, раздался треск, стенка лопнула, не выдержав встречи с тварью и сталью,  обдав охотницу терпким густым потоком - внутри еще оставалось вино. Слава богам не много, иначе ее бы просто снесло напором. Захлебнуться в алкоголе – поистине глупейшая смерть для охотника на чудовищ.  На несколько мгновений Фэй застыла, отплевываясь, хватая ртом воздух, пытаясь прийти в себя. Потом наконец вспомнила, что в  погребе осталось  еще одно чудовище. И граф...а ведь он уже давно должен быть тут. Как бы быстро ни двигались Фэй с цератами, схватка продолжалась достаточно долго, чтобы люди успели подойти.  Охотница оглянулась по сторонам, но увидела лишь одинокого стражника, застывшего с факелом посреди помещения - единственный свидетель ее боя.

-Где граф?! - от все еще бурлившего внутри адреналина, вопрос прозвучал слишком грубо и громко. Фэй не пришло в голову что в неверных отблесках факела, обляпанная с ног до головы кровью и вином, похожим на кровь, с расширенными на всю радужку для лучшей ориентации в темноте зрачками и клыками, которые отлично видны при таком эмоциональном вопросе она выглядит похуже любого чудовища, а нервы стражника и так были на пределе. Лицо мужчины побелело, глаза закатились, и он мешком рухнул на пол. 

-Твою ж мать! -теперь проку от него не было совершенно. Девушка прислушалась, где-то вдали раздавались звуки боя, видимо вторая тварь сумела добраться до отряда возглавляемого графом. Фэй бросилась в обратную сторону, прочь от обезглавленного тела, назад к выходу из подвала. Во рту появился металлический привкус - надо сбавить темп, нельзя постоянно двигаться на пределе возможностей организма... Она потянулась к фляге, сделала глоток -последний, в ее распоряжении не осталось ни капли, но стало легче. Фэй оставила позади еще одного стражника, лежащего на проходе. Живой он или нет, останавливаться выяснять ревенантка  не стала, лишняя трата времени - шум сражения становился все ближе и вел наверх. Фэй зло зашипела сквозь зубы, вылезать на солнечный свет ей категорически не хотелось, но выбирать не приходилось. Она обтерла руку о штаны, поудобнее перехватила рукоять меча и стала медленно подниматься по ступеням.

Жало (45 маны)

Отредактировано Фэй (25-10-2022 19:55:11)

+1

22

Графу не хватило всего пары шагов, чтобы поразить чудовище со спины. Или хотя бы попытаться это сделать, потому что мужчина мог поклясться, что несколько монстр бросал на него косые взгляды, контролируя свой тыл. Алькор  уже даже занес свой клинок, но в тот же момент раненая тварь довольно ловко проскользнула мимо двоих оставшихся противников, оказавшись на свежем утреннем воздухе. Четверо мужчин тут же бросились следом, но теперь проигрывали секунд пятнадцать, что являлось довольно существенной проблемой, учитывая скорость их противника.
– Стоять! – Скомандовал граф Эштред, остановившись на опушке небольшой рощицы, располагавшейся всего футах в двадцати от винодельни. Стражники тут же повиновались, отступив назад, но Мэлхор будто бы замер в нерешительности. Граф окликнул его еще раз, на этот раз, обратившись к нему лично по имени, что, казалось, подействовало. Мужчина опустил свой клинок, замер на месте, но в рощицу не ступил. Он будто бы давал графу понять, что дает ему один шанс объяснить, почему тот должен отпустить тварь, так безжалостно убившую его жену и нерожденного ребенка. – Нам нужно подождать охотницу. – Граф понимал, что начал не с того, однако умышленно назвал девушку не по имени, словно давая понять своим спутникам, что разделяет их недоверие по отношению к Фэй. – Вы помните, что она говорила? Чудовище разумно и хитро. Эта тварь живет здесь самое малое несколько месяцев. Мы упустили свой шанс там, внутри, когда застали их врасплох, а теперь мы оказались в проигрышном положении. Оно наверняка попытается заманить нас в ловушку. Что там, в этом лесу?
Последний вопрос был направлен Мэлхору, как единственному оставшемуся их союзнику, который был знаком с этой местностью. Кроме того, Алькор видел, что его аргументы не очень-то подействовали именно на него, а граф отчаянно хотел дождаться Фэй. Быть может, разговором он хотя бы выиграет еще несколько минут.
– Там не лес, Ваше Сиятельство. – Словно выдавливая из себя слова, ответил Мэлхор. – Небольшая рощица, да и всего. Несколько болотцев, но я смогу их обойти.
– И все же, мы должны обождать охотницу, она всяко лучше нас знает, как выследить чудовище. – Стоял на своем граф и с некоторым облегчением заметил, что стражники без особого желания, но все же закивали в поддержку. Мэлхор же только плотнее сжал зубы. Он явно не желал терять ни минуты.
– Может, вашей охотницы уже и в живых нет, почем мне знать! И мы упустим эта тварь, которая сегодня же снова будет в деревне!
Алькор прекрасно понимал, что мысли и слова Мэлхора в той же мере могут являться верными, что и его собственные. В другой ситуации едва ли этот деревенщина осмелился бы столь дерзко общаться с графом и перечить ему на глазах двоих стражников, да еще и когда все они вооружены. И он также видел, что оба стражника перевели взгляды на Мэлхора, едва заметно подняв свои мечи, готовясь защитить графа. Однако Эштред понимал, что ныне ситуация не совсем обычная. Окажись он на месте этого деревенского кузнеца, как бы он поступил? Что, если бы эта тварь добралась до его Дианы, которая носила бы в своем чреве его собственного наследника? Остановился бы сам Алькор по приказу какого-то графа, да хоть и самого короля?
– Если Фэй действительно нет в живых, тогда нам и подавно не стоит вступать в бой такими силами. – Невозмутимо заключил граф Эштред, демонстративно спрятав меч в ножны. – Скольких мужчин разбросала эта тварь одной рукой? А мы даже оцарапать ее не смогли!
Теперь уже и решительность Мэлхора, казалось, слегка остыла. Он все также стоял около рощицы, переминаясь с ноги на ногу. Он не спрятал меч в ножны, но все же не возразил графу Эштреду и не бросился сломя голову в погоню за цератом. Алькор уже было решил, что одержал победу над своими союзниками, если бы не внезапный звук, заставивший его снова выхватить меч. Четверо мужчин рывком обернулись в ту сторону, где, казалось, был источник звука.
Это была лошадь. Они слышали ее, но видеть не могли, ибо находилась она за изгибом границы рощи. Но, судя по звуку, находилась довольно близко. Она определенно была чем-то очень напугана, словно…
«Словно увидала перед собой чудовище!» – мысленно  закончил Алькор. И как только мысль эта сложилась в его голове, как Мэлхор сорвался с места и бросился на звук. Стражники же в нерешительности смотрели на графа, который без лишних слов бросился вслед за кузнецом. А сделав несколько шагов, бросил полный надежды взгляд на дверь винодельни и с радостью обнаружил там только что появившийся силуэт девушки.
Звук становился все громче, пока перед ними не возник и его источник. Лошадь, привязанная к дереву толстой веревкой, взмыла на дыбы, но тут же с истерическим ржанием завалилась набок. Граф подумал про себя, что еще несколько таких рывков, и она просто свернет себе шею веревкой. Это была первая мысль, за которой пришла и вторая, которую он уже озвучил вслух.
– Да это же лошадь Фэй, на которой Тибольт… – Не успел Алькор закончить, как мужчины услышали тихие стоны, доносившиеся из оврага, находящегося немного в стороне. Все четверо, с мечами наготове, заглянули через обрыв и обнаружили там старика-управляющего, а точнее его голову, торчащую из густого кустарника. – Тибольт?
Старик поднял голову, стоны немного стихли. Он заговорил хриплым голосом, будто вот-вот заплачет.
– Ваше сиятельство… Я только привязал эту скотину, как она внезапно взбрыкнула и столкнула меня в овраг… Моя нога… Кажется, она сломана…

0


Вы здесь » Легенда Рейлана » Личные отыгрыши » [август 1057 года] Кровь и вино