Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17 (18+)

Марш мертвецов

В игре сентябрь — ноябрь 1082 год


«Великая Стужа»

Поставки крови увеличились, но ситуация на Севере по-прежнему непредсказуемая из-за подступающих холодов с Великой Стужей, укоренившегося в Хериане законного наследника империи и противников императора внутри государства. Пока Лэно пытаются за счёт вхождения в семью императора получить больше власти и привилегий, Старейшины ищут способы избавиться от Шейнира или вновь превратить его в послушную марионетку, а Иль Хресс — посадить на трон Севера единственного сына, единокровного брата императора и законного Владыку империи.



«Зовущие бурю»

Правление князя-узурпатора подошло к концу. Династия Мэтерленсов свергнута; регалии возвращены роду Ланкре. Орден крови одержал победу в тридцатилетней войне за справедливость и освободил народ Фалмарила от гнёта жесткого монарха. Древо Комавита оправляется от влияния скверны, поддерживая в ламарах их магию, но его силы всё ещё по-прежнему недостаточно, чтобы земля вновь приносила сытный и большой урожай. Княжество раздроблено изнутри. Из Гиллара, подобно чуме, лезут твари, отравленные старым Источником Вита, а вместе с ними – неизвестная лекарям болезнь.



«Цветок алого лотоса»

Изменились времена, когда драконы довольствовались малым — ныне некоторые из них отделились от мирных жителей Драак-Тала и под предводительством храброго лидера, считающего, что весь мир должен принадлежать драконам, они направились на свою родину — остров драконов, ныне называемый Краем света, чтобы там возродить свой мир и освободить его от захватчиков-алиферов, решивших, что остров Драконов принадлежит Поднебесной.



«Последнее королевство»

Спустя триста лет в Зенвул возвращаются птицы и животные. Сквозь ковёр из пепла пробиваются цветы и трава. Ульвийский народ, изгнанный с родных земель проклятием некромантов, держит путь домой, чтобы вернуть себе то, что принадлежит им по праву — возродить свой народ и возвеличить Зенвул.



«Эра королей»

Более четырёхсот лет назад, когда эльфийские рода были разрозненными и ради их объединении шли войны за власть, на поле сражения схлестнулись два рода — ди'Кёлей и Аерлингов. Проигравший второй род годами терял представителей. Предпоследнего мужчину Аерлингов повесили несколько лет назад, окрестив клятвопреступником. Его сын ныне служит эльфийской принцессе, словно верный пёс, а глава рода — последняя эльфийка из рода Аерлингов, возглавляя Гильдию Мистиков, — плетёт козни, чтобы спасти пра-правнука от виселицы и посадить его на трон Гвиндерила.



«Тьма прежних времён»

Четыре города из девяти пали, четыре Ключа использованы. Культ почти собрал все Ключи, которые откроют им Врата, ведущие к Безымянному. За жаждой большей силы и власти скрываются мотивы куда чернее и опаснее, чем желание захватить Альянс и изменить его.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Тсян Си Алау Джошуа Белгос
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Чеслав

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Личные отыгрыши » [август 1057 года] Кровь и вино


[август 1057 года] Кровь и вино

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

— игровая дата
август 1057 года
— локация
Остебен, город Берсель и окресности
— действующие лица
Алькор Эштред, Фэй

https://i.imgur.com/ITePaOKm.jpg

Виноградная лоза приносит три грозди: гроздь наслаждения, гроздь опьянения и гроздь омерзения.

+1

2

То есть как сбежали? — Недоумевал граф Эштред, прибавляя шагу. Они уже подходили к боковой двери поместья, которая выходила из гостиной на обширную веранду, а затем и в яблочный сад. Именно по саду гулял Алькор, когда к нему пожаловал управляющий, окончательно и бесповоротно испортив остаток этого чудесного солнечного дня.
— Вот так, милорд. Вчера вечером отправились, как мне доложили, организовать засаду, а утром их и след простыл.
И сколько же мы им заплатили вперед?
— Пять серебряных, милорд.
Значит пошли этому старику Ларсену счет на пять серебряных! Пусть платит за свои советы! И где он только откопал этих мерзавец?! — Вскричал граф в негодовании, хотя и прекрасно понимал, что никакой счет послан не будет. Портить отношения со столь уважаемым семейством Ларсен из-за такой мелочи – прежде всего великая глупость со стороны графа.
Они уже вошли в просторное помещение гостиной и направились в сторону рабочего кабинете Эштреда, когда управляющий, служивший еще при графе-отце Алькора, внезапно остановился. А граф прошел еще несколько метров, прежде, чем обратил внимание на потерю собеседника. Он тоже остановился и гневным взглядом уставился в морщинистое лицо верного помощника. Казалось, будто тот очень хотел что-то сказать, но то ли не мог подобрать нужные слова, то ли просто не мог решится на столь дерзкий шаг.
Ну давай уже, выкладывай, что ты там придумал? — Не выдержал Алькор, нарушив затянувшуюся паузу.
— Прошу прощения, милорд, но я уже многократно вам говорил: нам нужны не дешевые наемники или глупо отчаянные деревенские смельчаки, а настоящий охотник на нечисть. Та тварь, а может даже твари, что поселилась около фермы, стоят нам гораздо больше, чем возьмет любой профессионал вьом деле. Тем более, что мы даже не знаем, с чем имеем дело, к люди уже на грани, они боятся выходить на работу.
Да, подобный разговор действительно имел место быть между ними, причем уже неоднократно. Так что неудивительно, что управляющий так замешкался, прежде чем поднять снова столь скользкую тему. Алькор же постоянно отмахивался от совета управляющего, повторяя, что дело это "яйца выеденного не стоит", а они уже вторую неделю морочат его голову, словно у графа Эштреда других забот нет. Неужели во всем Берселе нет ни единого смельчака, способного разобраться с проблемой за достойную плату? Ни в жизнь он не готов в это поверить!
Примерно это Алькор и был намерен выплеснуть на управляющего. Он уже даже открыл было рот и поднял руки в праведном гневе, когда за спиной раздались едва слышные шаги по лестнице, становившиеся все громче с каждым последующим. По этим грациозной и ритмичной походе он всегда безошибочно узнавал свою возлюбленную, поэтому он повернулся к ней еще за мгновение до того, как она показала за изгибом лестницы. Гнев его тут же улетучился, с затем раздался тихий, но властный голос:
— А ведь он прав, Алькор. — Коротко, но безапелляционно заявила Диана, а граф тут же услышал за спиной шумный выдох облегчения управляющего. Если уж сама юная графиня приняла его сторону, значит вопрос можно считать решенным. — Не сегодня, так завтра эта нечисть перейдет со скота на людей, фермеров, рабочих. И тогда убытки уже не будут исчисляться несколькими серебряными.
"Ага, значит она слышала весь разговор от начала и до конца. Даже то, что было высказано в саду. И как только ей это удается?" — Удивлялся Алькон, но в слух, разумеется, никогда бы этого не произнес.
Нет, так откровенно выставить против этого вновьсозданного союза юности и мудрости он не мог. Однако в голове его уже созрел план действий, при должной реализации которого в выигрыше окажутся все стороны.
— У меня как раз есть кое-кто на примете... — Тут же попытался закрепить свой мнимый триумф управляющий.
Как вовремя! И совершенно случайно! Алькор не был столь наивен, чтобы повестись на разыгравшийся перед ним спектакль. Но мог подыграть.
Если управляющий оказался не способен найти того, кто бы выполнил эту работу для графства, значит самому графу Эштреду придется взять ситуацию в свою руки. Убив эту тварь собственноручно, он, во-первых, наконец-то избавится от этой головной боли, а во-вторых, значительно вознесет свое положение в глазах людей. Проблемой оставалось только выследить эту тварь, прячущуюся в лесной части при свете дня, и выходящий на охоту темной ночью. Охотник из Алькор был неважный, а значит ему все же понадобится помощь со стороны.
Кто нам действительно нужен, так это следопыт. — Преисполненный достоинства и ликуя, заявил граф. И видя вопрошающие глаза обоих собеседников, продолжал. — Он поможет мне выследить эту тварь, а уж разберусь с ней я собственноручно!
По крайней мере на старика-управляющего слова эти произвели ожидаемое действие: глаза его удивленно округлились, а губы беззвучно задвигадись, словно он хотел что-то сказать, но в миг потерял дар речи. Теперь уже граф Эштред "смаковал" свою сокрушительную победу, но тут же был опущен на землю тихим голосом Дианы:
— Потрясающе. Всегда мечтала стать вдовой в двадцать лет. — И пока Алькор перебирал в голове подходящие ответы, она уже по прежнему грациозно удалилась в сторону библиотеки и момент был упущен.
Оказалось, что человек, о котором говорил управляющий, так же мог наняться и следопытом. По крайней мере, попытаться было можно. Однако доверять это дело кому бы то ни было теперь, когда Алькор решил все взять в свои руки, он больше не желал. А потому тем же вечером они вдвоем отправились в Берсель, надеясь застать следопыта там, где тот находился по информации, полученной управляющим.

+3

3

Фэй сидела за столиком в портовом трактире и наслаждалась. Стоял тихий летний вечер, предзакатное солнце уже не обжигало, а ветер, несущий запах соли и морских водорослей, приятно холодил кожу. Ей нравился Берсель, нравились его узкие шумные улочки, крикливые торговки рыбой и подвыпившие моряки, поющие песни о дальних странах и любимой что ждет дома на берегу. Нравились дома с яркой-красной черепицей и разноцветной штукатуркой, нравились странные морские гады, похожие на уменьшенных чудовищ, что подавали в местных трактирах. К тому же заказ, для выполнения которого она прибыла в славный город Берсель, оказался до комичного простым. Чудовище, поселившееся у достопочтенной пожилой вдовы в подвале, оказалось банальной крысой. Да, размером с хорошо откормленного терьера, но все-таки крысой. Видимо плутовка наелась реагентов, оставшихся от покойного мужа-алхимика, и прилично раздалась в размерах. Пять минут работы, очень достойная оплата и тысяча благодарностей от старушки, обещавшей рекомендовать ревенанта всем своим знакомым. Поэтому Фэй позволила себе расслабиться и провести пару дней в легком безделье, любуясь закатами на берегу моря. Она ловко поддела ножом створку устрицы, полила содержимое лимоном и выпила не очень аппетитную на вид, но такую потрясающую на вкус жижу.
-Тетя, а ты правда пьешь кровь?
Фэй повернула голову. Рядом с ее столиком топталась смугленькая девочка лет 7, а чуть поодаль шушукалась остальная компания. Ясно - послали на разведку самую мелкую, герои.
-Только у тех, кто плохо себя ведет. - Фэй широко улыбнулась, продемонстрировав клыки, девочка громко ойкнула и тут же пустилась на утек. Вся остальная компания тоже растворилась на шумной улице.
Фэй любила детей. Они казались ей не огранёнными камнями, из которых может получиться что угодно и бриллиант, и грубый булыжник.

Смеркалось, начинали петь цикады. Фэй расплатилась за ужин и медленной расслабленной походкой направилась в переплетение городских улиц. Без всякой цели - просто бродить, слушать и смотреть кипящую вокруг жизнь.
-Слыш, чудовище, ты пошто нашых детей пужаешь? - перед ней выросли трое. У говорящего была косая сажень в плечах, довольно внушительные кулаки и стойкий аромат крепкого вина изо рта. “Похоже кузнец,” - подумала Фэй. - “С братьями”. 
Оба ее меча остались на постоялом дворе, в комнатке, которую снимала Фэй, да и не хотела она драться с горожанами. А вот они с ней очень даже хотели.
-А ну подь сюды, нечисть, щас мы тебе клыки то повыдергаем. - кузнец двинулся по направлению к ней. 
Фэй глубоко вздохнула, сконцентрировалась, и прыгнула. Забияки вряд ли ожидал что она сумеет перемахнуть через двухметровую ограду ближайшего дома и удивленно забормотали, потеряв ее из виду. Фэй пронеслась мимо ничего не понимающей сонной собаки, охранявшей двор, перепрыгнула через ограду, но уже с другой стороны улицы и быстро скрылась, смешавшись с толпой. Вслед ей несся запоздалый лай окончательно пришедшего в себя пса.
“Сама виновата. Слишком расслабилась, слишком долго задержалась на одном месте.” - настроение у Фэй совершенно испортилось. От былого благодушия не осталось и следа. - “Ну и дура же ты, Фэй! Ты не человек и никогда им не будешь. Для всех окружающих ты навсегда будешь гулем, дурной кровью и чудовищем. Тебя будут терпеть, но не любить”
Фэй решила собрать вещи и этой же ночью покинуть город. Слишком долго на одном месте, слишком много внимания она к себе привлекает. Однако едва она показалась на постоялом дворе, как к ней подбежала служанка и с округлившимися глазами сообщила, что Фэй ожидают двое мужчин. Ревенант расчитывала увидеть стражников, либо очередных разгневанных горожан, но за столом в трапезной, презрительно поглядывая на окружающих их постояльцев, сидели двое мужчин в слишком дорогой для этой части города одежде. Один, лет пятидесяти, что-то тихо говорил второму - мужчине лет 35. Тот в ответ кивал, в нетерпении постукивая безымянным пальцем по столу. На пальце посверкивало кольцо с драгоценным камнем такого размера что за него можно было купить весь постоялый двор и служанок в придачу. Фэй отметила несколько жадных взглядов, которыми окружающие провожали каждый стук - интересно отважится ли кто-то на грабеж? Кроме кольца у мужчины был так же меч, и вряд ли он не умеет им пользоваться.
Фэй прошагала к столу, плюхнулась на лавку напротив ожидавших ее богачей и буркнула. 
-Если вы ждете меня, то я пришла.

+3

4

Чем дальше старик-управляющий заводил графа в трущобы Берселя, тем более Алькор сомневался во всей этой затее. На протяжении всего пути, видя замешательство и волнение со стороны своего сопровожатого, Эштред практически не совершал попыток завести разговор. Они лишь пару раз обменялись комментариями о ситуации в городе, но звучало эти попытки так вымучено, что диалог на этом тут же обрывался. Иногда замешательство старика становилось столь заметным, что он внезапно останавливался на месте и нервно оглядывался по сторонам, словно пытаясь вспомнить путь.
Когда они наконец оказались на месте, сомнения графа усилились до предела. Ибо находились они в одном из самых неблагополучных районов Берселя, стоя прямо перед постоялым двором с явно сомнительной репутацией, который окружали захудалые лавчонки и забегаловки.
— Кажется, это то самое место. — Нарушил затянувшуюся паузу управляющий. Но обращался он не столько к графу, сколько к самому себе, все с той же загадочной озабоченностью на лице. Тут-то Алькор уже не выдержал.
Мы так и будем стоять у двери и ждать, пока нам откроют, или войдем в конце концов? Мне отнюдь не доставляет удовольствия эта экскурсия по... хм... сомнительным районам Берселя.
— Да-да, только... может мне стоит сперва самому зайти и узнать...
Ну уж нет! — Резко оборвал его на полуслове граф. И прежде чем управляющий попытался снова возразить, Алькор решительно толкнул деревянную двери и вошел внутрь. — Ты притащил меня сюда, а теперь хочешь бросить одного посреди этой улицы? Люциан свидетель, если бы я не знал тебя столько лет, решил бы, что ты ввязался в заговор с целью моего похищения. Что с тобой такое?
В ответ старик лишь пробубнел что-то невнятное, потому граф не медля двинулся в сторону пустующей стойки. Ему пришлось несколько раз позвать хозяев, прежде чем перед ним возникла молоденькая служанка. Ее можно было бы назвать миловидной, если бы не лохмотья, одетые на ней, да совершенно неопрятный внешний вид.
Как только она увидела своих гостей, тут же изменилась в лице. Ни то узнала графа Эштреда, ни то просто по внешнему виду посетителей поняла, сколь высокое положение в обществе они занимают. Однако в поиске следопыта, сколько бы перед ней не распинался Алькор, помочь она не могла. И только когда его спутник уточнил, что это молодая девушка с короткой стрижкой, заселившаяся несколько дней назад, служанка быстро затараторила.
— Ах, эта-то! Она-то обитает к нас, да. Да вот только направилась она куда-то. — И завидев округлившиеся глаза графа, постепенно наполнявшиеся злобой, приняв эту реакцию на свой счет, тут же поспешила добавить. — Но пожитки ее тута остались, так поди должна вернуться скоро. Мне-то все одно, заплатила она вперед, но едва ли бросила бы свои вещички. — Тут девушка наклонилась к гостям через стойку и заговорщицки прошептала, указав на меч, свисающий у пояса Алькора. — У нее там даже оружие есть, да не одно. Я сама видела. Но вы можете ее обождать в трапезной, это оно там, за дверью.
Но Эштред ее так и не дослушал. К моменту окончания рассказа, он уже направлялся в сторону двери с твердым намерением тут же вернуться в Вармервинд. Управляющий же семенил следом, тщетно пытаясь оправдаться за то, что сразу не сообщил всего. Говорил, мол узнай граф, что следопвт этот девушка, едва ли согласился бы пойти сюда. Что, к слову, было сущей истиной.
Трудно сказать, что именно заставило графа Эштреда передумать. Уговоры ли старика-управляющего, или желание поскорее покончить со всей этой напастью, но вот они сидят за пустым столом в трапезной и ждут непонятно кого. От предложения служанки отужинать здесь граф с ужасом отказался, поэтому они просто сидели молча, каждый занятой своими мыслями.
Появившаяся девушка оказалась еще моложе, чем осмеливался предположить Эштред. Едва ли многим старше его Дианы. Она была худа и бледная, словно совсем недавно перенесла тяжелую болезнь. И все же, несмотря на своей внешний вид, держалась девушка дерзко, что вызвало у Алькора противоречивые впечатления. Уж поведением она точно не походит на его Диану. Впрочем, было очевидно, что аристократического происхождения она не имеет, так что придется с этим мириться.
Здравствуйте... Я граф Алькор Эштред из Вармервинда. — Как полагается представился мужчина в ответ на ее странное приветствие. Он смешался, не сразу решив, как следует обращаться к своей собеседнице, поэтому решил сразу уладить эту формальность, а заодно и перейти непосредственно к делу. — Прошу прощения, но как я могу к вам обращаться? — Он указал рукой в сторону старика-управляющего, молча сидящего по правую руку. — Дело в том, что вот этот уважаемый господин утверждает, что вы можете помочь мне в одном крайне опасном деле. Мне требуется следопыт, хорошо знающий свое дело, который бы выследил некую нечисть, досаждающую фермерам и крестьянам на моих землях. Не ошиблись ли мы, обратившись к вам? — С явным недоверием в голосе закончил Алькор.

+3

5

Ого! Целый граф! - первый раз Фэй лично сталкивалась со столь благородным дворянином.

-В этом городе сложно найти более подходящей кандидатуры чем я. - девушка дернула уголком губ, усмехаясь. - Меня зовут Фэй. Я охотник на нежить из Ордена Ренсинг. Предполагаю, что дело не терпит отлагательств, раз Ваше Сиятельство решили лично встретиться со мной. - она кивнула Эштреду -  Судя по тому, что вы упомянули “некую нечисть” вы не знаете, какое именно чудовище донимает ваших крестьян. Прежде чем предпринимать какие-либо действия нужно понять с чем мне предстоит иметь дело. Нужны все подробности: что произошло? Был ли случай единичным или происшествий целая серия? Кто пострадал? Есть ли свидетели? - при каждом вопросе девушка загибала пальцы на руке. - И самый щепетильный вопрос. - она помолчала, гадая как граф отреагирует. -Вы уверены, что это не хищник? Например, волк. “Или крыса” - мелькнуло в голове у Фэй.

Глаза графа сузились и сверкнули от гнева. Видимо подобное предположение показалось ему оскорбительным. Фэй не удивилась, так реагировали практически все заказчики. Почему-то они считали этот вопрос издевательским, но довольно часто оказывалось, что оставленных у снопов в период жатвы крестьянских младенцев крали волки, а странные пятна на шее у юных дочерей трактирщиков были не укусом вампира, а следами ночи любви с милым на сеновале. Так что спрашивала Фэй не с целью уязвить самолюбие дворянина, а с целью экономии и своего, и чужого времени. 

На выручку все еще подбирающему слова графу пришел управляющий:
-Нет, милая барышня, мы совершенно уверены, что это не волк.
Фэй была кем угодно, но не милой барышней, однако спорить с пожилым мужчиной не стала. 

-Мне так же нужно осмотреть место происшествия собственными глазами. Можно даже сейчас если дело срочное, я только захвачу оружие. Заодно расскажете подробности по дороге. - Фэй махнула рукой в сторону и вверх, в направлении своей комнаты, - Либо завтра вечером я подъеду куда скажете.  “Чтобы лично убедиться что это точно не волк”- добавила она про себя. - Что касается стоимости моих услуг, я назову цену лишь когда пойму, с чем придется иметь дело. Вам же не только надо выследить чудовище, а еще и убить - зачастую это довольно непросто.

Фэй замолчала. Стандартные фразы - она говорила их сотни раз сотням людей почти десять лет подряд, с тех самых пор как в Ордене ее сочли готовой к охоте. Меняются места, меняются лица и достаток заказчиков, но беды остаются одинаковыми. Перед чудовищами все равны и простой крестьянин и сиятельный граф.

Отредактировано Фэй (24-08-2022 11:09:27)

+3

6

На самом-то деле графа Алькора Эштреда нельзя назвать сумасбродным человеком. Он всегда старается взвешивать свои решения и думать о возможных последствиях их принятия. Выходки, подобные нынешней "охоте на монстров" несвойственны этому мужчине, во всем похожившего на своего покойного отца. Однако, переняв у того все достоинства характера, не обошли Алькора стороной и его недостатки. Сколь здравомыслящим человеком он бы ни был, на кону этого дела стояла его собственная гордость перед уважаемым в Берселе стариком-управляющим и, что гораздо более важно, его горячолюбимой Дианы. Вероятно, он действительно погорячился в своей выходке, осознание которой постепенно проникало в его протрезвевший от эмоций разум, но мог ли он отступиться теперь, когда зашел так далеко? Определенно нет. Посему оставалось лишь использовать подворачивающиеся время от времени возможности избежать излишней опасности и проблем.
Не стоит переживать об оплате. — Наконец-то перехватил слово граф. Он все еще не определился, как должно обращаться к сидящей по другую сторону стола персоне, поэтому избегал обращений вовсе. Назвать ее по имени у него не поворачивался язык, а использовать что-то, вроде "милой барышни", не позволяло достоинство. — Однако вы, вероятно, не совсем верно истолковали мои слова. Дело действительно не терпит отлагательств, и я предпочел бы разобраться с ним как можно скорее, но при этом, требуется мне исключительно следопыт, чтобы выследить это существо, а уж разобраться с ним я намерен самостоятельно.
Показательный вздох неодобрения от сидящего рядом управляющего был проигнорирован и самим графом, и девушкой. Эштред внимательно смотрел в ее темно-серые, словно бесцветные глаза, пытаясь предугадать ее реакцию на такой поворот событий. Если уж она действительно представляет Орден Ренсинг, а не просто пытается таким образом набить себе цену, не исключено, что сочтет работу обычным следопытом ниже своего достоинства. А быть может и вовсе затаит на него обиду, ибо сам он понимал, что отнюдь не пытается скрыть в своих словах и поведении предубеждение относителоно ее возможностей и умений.
Впрочем, самого Эштреда это не слишком-то и занимало. Коли не сладит он с этой Фэй, так найдет другого, быть может даже более способного следопыта. Волновало его другое: уж слишком облегчило все это дело, если бы ему удалось на место следопыта нанять настоящего охотника на нечисть. Ибо если дело дойдет до сражения с монстром, о котором он не знал ровным счетом ничего, прикрытие ему не помешает. Так что следопыта он может найти другого, но вот "прикроет" ли он графа в случае необходимости, это был главный вопрос. Как вопросом было и то, может ли Алькор положиться на Фэй? Все в ее внешнем виде, начиная от сложения юной леди и заканчивая нездоровой бледностью, говорило об обратном.
Уж я-то уверен, что это не хищник, хотя некоторые крестьяне видали и волков, и лисов в тех местах. Только вот проблема в том, что будь то волки, лисы или даже люди, повреждения на животине всегда одинаковые. Да и не слыхал я, чтобы какой-то человек мог съесть едва ли не полностью огромного быка сырьем. А люди видели именно это, причем сразу несколько. Что за тварь промышляет я не знаю, не разбираюсь в этом, но такое ощущение, что каждую ночь она является в новом обличии. — На самом деле это было практически все, что знал сам граф о происшествиях в своих владениях. Все это он услыхал не так давно как раз от старика-управляющего рпми самыми фермами. Несмотря на то, что особо добавить ему было нечего, он закончил свой рассказ, резко поднявшись из-за стола. — Коль вы согласны взяться за это дело, тогда возьмите на всякий случай свое оружие, а мы подождем вас снаружи.
Получив от Фэй положительный ответ, данный со свойственным ей пренебрежением клиентами, оба мужчины спешно направились прочь из этой забегаловки.
Оказавшись на берсельской улочке и ожидая, пока девушка вернется со своим оружием, граф хотел было отправить старика восвояси, однако тут же отказался от этой идеи. Несмотря на то, что день уже клонился к вечеру, у них оставалось еще пару часов на то, чтобы получше ввести Фэй в курс дела. Что без старика, который с первых нападений следит за всей этой историей, графу будет сделать крайне сложно. Тем более, если Фэй захочет осмотреть какое-либо из мест преступлений или поговорить с крестьянами-очевидцами. Алькору в таком случае пришлось бы обойти едва ли не все свои владения, чтобы что-то выведать.
Посему Эштред, озвучив свои планы управляющему, остался ждать Фэй в его компании. А через два часа тот должен билет вернутьс в Вармервинд и сообщить Диане, чтобы она не ждала сегодня мужа домой.
Фэй появилась довольно скоро и едва завидев ее, выходящую из своего вееменного пристанища, сообщил и ей последовательность их действий.
Полагаю, нам следует поспешить. У нас осталось около двух часов до заката. Этого уважаемого человека зовут Тибольт и он лучше меня осведомлен о проблеме, поэтому задавайте все свои вопросы, а он ответит. Но сделаем это по пути к тому самому места, чтобы не терять времени. В конюшнях около моего городского дома обзаведемся стоящим скакунами, но до туда придется идти пешком. Вы ведь ездите верхом? Мы выберем для вас лошадку поменьше да поспокойнее, чтобы не доставлять лишних сложностей.

+2

7

-Благодарю вас, Ваше Сиятельство. Но у меня уже есть спокойная лошадка. - Фэй кивнула на невысокую серую кобылку с небольшой гривой и широко расставленными глазами, которую выводил из конюшни постоялого двора мальчик-слуга. 
Она не иронизировала, Энида была идеальной спутницей - неприхотливой, выносливой, а самое главное не пугливой. Это было главным требованием Фэй в выборе лошадей - зачем охотнику на нежить конь, который несется, не разбирая дороги лишь заслышав хохот снуга? 
Фэй потрепала радостно фыркнувшую Эниду по холке и закрепила обсидиановый меч у луки седла - сегодня он вряд ли пригодится. А второй - стальной, немного поразмыслив, оставила при себе. Ей не давали покоя взгляды, которыми постояльцы провожали драгоценности графа.
-Итак, уважаемый Тибольт, вернемся к нашему чудовищу. - они неторопливо шли по улице. - насколько я поняла, нечто убивает скот во владениях графа?
-Совершенно верно, милая барышня. - управляющий закивал. - Начиналось все с нескольких коз. Они пропадали то на одном подворье, то на другом. Сперва мы решили, что в имении завелся вор и организовали дежурство. Люди клялись, что видели Амэндо — это один из наших пастухов, якобы он уводил животное из козлятника, но Амэндо в ту ночь в трактире умудрился сильно напиться и затеять драку. Его закрыли в подполе и оставили там проспаться до утра. Так что не мог это быть он. А потом все что оставалось от коз, находили по оврагам и балкам - их явно разрывало и сжирало какое-то животное.
-И как давно начали пропадать козы? - спросила Фэй
Управляющий немного подумал, прикидывая - Да где-то месяцев шесть назад.
Фэй удивленно вскинула брови. Странно что граф начал разбираться только сейчас.
-Потом, после случая с Амэндо, как-то все затихло, а теперь началось с удвоенной силой. Мерзкая паскуда, простите милая барышня, но по-другому и не скажешь, вновь вернулась. Теперь козы ее не интересуют, она перешла на крупный скот. Задирает быков прям в стойлах по ночам! И главное, тварь - управляющий явно увлекся, при милых барышнях так не выражаются - выбирает момент, когда рядом никого из работников нет. Один раз случай был - вечером, но уже темно, в хлев прибежал мальчонка, сказал будто я срочно вызываю пастухов к себе.  Только я их не звал, а что за мальчонка, откуда - не понятно. На сына мельника похож, а вроде и не похож. Пока пастухи ходили туда-сюда, загрызли племенного быка! А что за животное было! Ох! Красавец, а не бык! Я же за ним на аукцион в самый... 

Фэй сама бы не смогла объяснить, что привлекло ее внимание. То ли странный шорох в придорожных кустах, то ли вспорхнувшие несколько мгновений назад птицы, а может она подсознательно ждала этого с момента выхода из таверны. Но отреагировала она молниеносно - схватила графа за камзол, дернула на себя и тут же услышала свист пролетевшего мимо арбалетного болта. 

Место для засады было выбрано идеально - пустынная вечерняя улица, с одной стороны дом с наглухо закрытыми окнами и заросшим палисадником - именно оттуда прилетел болт, с другой чьи-то запертые на замок ворота. Стреляли явно в Эштреда, с точки зрения нападавших главная угроза исходила от взрослого мужчины, а не от старика и девчонки. Граф выругался, абсолютно не по графски и потянулся к мечу. Фэй бросилась к палисаднику, надеясь, что у нападавших только один арбалет и они не успеют его перезарядить.

+2

8

Несмотря на то, что поместье Вармервинд находилось в окрестностях Берселя, именно этот город для графа Эштреда был родным. Управляя делами графства, он никогда не жалел денег и сил также и для города, помогая не только обустраивать его узкие улочки и многочисленные пристани, но и его жителям, в особенности бедных районов, подобных тому, в котором находились они сейчас. Именно поэтому, а отнюдь не из-за собственной халатности, Алькор крайне редко передвигался по этим самым улочкам в сопровождении стражников. Его твердая уверенность в собственной неприкосновенности, по крайней мере внутри городских стен, не позволяла даже допустить потенциальной опасности от местных жителей. Конечно было еще приезжие, но какую выгоду они могли иметь от покушения на графа? При себе он едва ли когда имел крупные суммы денег или драгоценности, а посему большая опасность ему могла грозить даже внутри собственного поместья, нежели вне его. Да и недругов среди берсельской и остебенской аристократии, которые могли бы заплатить за его убийство, он не имел.
Вероятно, именно поэтому происшедшее на берсельской улочке не сразу дошло до сознания Алькора Эштреда. Просвистевший мимо него болт был столь диким явлением, что он попросту не мог поверить в его реальность. Фэй спасла ему жизнь, но в первые мгновения он скорее бы поверил в то, что именно она несет для него опасность. Уже через несколько секунд граф снова обрел способность мыслить здраво, но девушка оказалась столь быстрой, что уже скрылась в колючих зарослях терновника и вьюнка, а он все еще стоял на дороге, опустившись на одно колено, в компании старика и коня.
Тибольт! — Яросно рявкнул граф на своего служащего, который все еще продолжал ошарашено осматриваться по сторонам и прижимаясь к брошенной лошади Фэй, словно животное, подобно своей хозяйке, могло спасти ему жизнь. Алькор уже поднялся на ноги, показательно оголив свой меч, а старик никак на него не реагировал. — Тибольт, мать твою! Немедленно найди мне командира городской стражи. Пусть возьмет всех своих бездельников, которых только сможет раздобыть, и явится сюда! Расскажи ему все и если они не достанут этого мерзавца из-под земли, головы ему не сносить!
— Милорд, а как же вы с... — Попытался возразить управляющий, постепенно возвращаясь в себя. Но Алькору уже было не суждено услышать окончание фразы, ибо он, ведомый гневом и яростью, смешавшимися с чувством собственной неуязвимости, пустился вслед за Фэй, размахивая и сбивая мечом ветви терновника, усыпанные острыми шипами.
Эштред в тот момент даже не задумывался, сколь уязвимой целью является для преступников. Что если их было несколько или же Фэй уже убита и не сможет спасти его шкуру второй раз? Он просто бежал сквозь заросли, пытаясь уловить хоть какие-то звуки от передвижения девушки и окликивая ее по имени, чтобы найти необходимое направление своего собственного движения.
Сейчас на графе был только парадный суконный камзол, отделанный бархатом, а под ним только шелковая рубаха да короткие бриджи. Одежда, которая не просто была неспособна защитить Алькора, но и добавляла изрядных сложностей при беге. Особенно это касалось длинного камзола из-за которого шаг его был короток и збивчив. Да и низкие длинноносые туфли отнюдь не облегчали задачу. Но ведь Эштред сегодня собирался только на переговоры, а потому должен был внешне соответствовать своему положению. Не будет же он в полном доспехе разъезжать по Берселю!
Впрочем, подумать об этом заранее он все же был обязан. Тем более, что намеревался сегодня же вечером отправиться на охоту за монстром. Более того, они уже шли по этому пути, но мысли графа были заняты совершенно иными вещами. Конечно он мог заглянуть в свой городской дом и облачиться в более подходящий случаю образ, но, как оказалось, чтобы подумать об этом, ему понадобился арбалетный болт, пролетевший в нескольких дюймах.
Прорываясь сквозь плотную занавесь веток и стеблей, то и дело цепляясь одеждой и даже кожей за острые шипы, Алькор все же не сбавлял скорости. Только лишь проклинал этот излишне просторный запущенный полисадник, чередуя эти проклятия с окликами девушки.
Фэй! — Яросно возопил Эштред, замахиваясь мечом на очередной стебель терновника, но в следующее мгновение застыл в нерешительности. Справа впереди он разглядел подобие стены, которой мог оказаться либо дом, либо забор, отгораживаюший участок от соседнего. Но вот слева просветы стали больше и куда ярче. Несмотря даже на предвечернее время, солнце все еще светило и могло служить ориентиром.
Более того, графу показалось, что в этих самых просветах он заметил какое-то движение. Он сбавил скорость и начал медленно подкрадываться туда, где могло бы идти сражение.
Добравшись на расстояние пяти футов от пустыря, в чем у него уже не оставалось никаких сомнений, граф Эштред, выставив вперед правую руку с мечом, резко выскочил из стены терновника и вьюнка.

+2

9

Кусты, через которые пробиралась Фэй оказались разросшейся изгородью из терновника, длинные шипы норовили схватить ее за одежду, несколько колючек глубоко оцарапали кожу на лице. Девушка чувствовала, как по щеке потекла струйка крови, но она не обратила на нее внимание, сейчас самое главное добраться до стрелка. Фэй выскочила из зарослей, и нос к носу столкнулась с молодым парнишкой, на его вытянутом, каком-то лошадином лице еще алели юношеские прыщи. Он дрожащими руками пытался повторно зарядить арбалет и увидев Фэй, внезапно появившуюся перед ним, побледнел, от чего пятна, покрывающие его лицо стали еще ярче, и испуганно по-детски ойкнул. Она выдохнула - Успела! коротко размахнулась и врезала ему кулаком в челюсть снизу вверх. Зубы у паренька клацнули, что-то хрустнуло, и он, закатив глаза, мешком осел на землю. Бесполезный арбалет покатился в траву, выпав из ослабевших рук.

Стрелок конечно же был не один. Еще трое его товарищей глупо таращились на Фэй, сжимая в руках тесаки довольно приличной длинны. Все понятно - молодежь славного Берселя решила заработать деньжат по-быстрому, но крайне неудачно выбрали себе жертву. Ну накой граф сам потащился за Фэй в город?! Прислал бы гонца или того же управляющего, но нет же, решил лично нанести визит. Девушке было жалко мелких идиотов, даже несмотря на то, что они обещали вырасти матерыми головорезами. Но сейчас перед ней стояли тощие долговязые подростки, да жадные и жестокие, но все-таки дети. И Фэй совершенно не желала того, что должно было произойти в этом заброшенном саду у дома.

Она потянулась к рукоятке меча, сталь глухо зашуршала, выходя из ножен.
-У вас есть 30 секунд чтобы убраться отсюда. Потом будет поздно.

Разбойники переминались с ноги на ногу и никак не могли решить, что делать то ли удирать то ли нападать. Она понимала, как выглядит в их глазах: всклокоченная, с расцарапанным лицом, но при этом с оружием и вырубившая их друга одним ударом. С одной стороны бежать от бабы - позорно, свои потом засмеют, с другой - парни не знали чего от нее ожидать. Сзади послышалась ругань, треск ломающихся веток и из зарослей не слишком изящно вывалился граф в изрядно потрепанном камзоле - терновник без боя не сдался.

Появление Алькора Эштреда будто послужило сигналом для малолетних бандитов. Один, коротко взвизгнув, отшвырнул тесак и бросился прочь. Двое других одновременно кинулись на Фэй и графа.

Да, солнце еще не полностью скрылось за горизонтом, но Фэй, пожалуй, и в полдень смогла бы одолеть этого бестолково размахивающего своим оружием паренька. Его никто не учил двигаться и в атаке было больше безысходной ярости чем умения. Разбойник налетел на Фэй бездумно размахивая тесаком, она слегка сместилась в сторону, позволяя инерции увести противника мимо и чуть вперед, ощутила запах чеснока и колбасок - последнего ужина мальчишки и нанесла удар. Клинок, не встретив практически никакого сопротивления вошел пареньку в правый бок и тот, сделав еще пару шагов на подгибающихся ногах рухнул на траву, из раны толчками выплескивалась темная кровь. Фэй развернулась в сторону второго противника, но граф прекрасно справлялся сам. Она опустила меч, стерла со щеки кровь - ранка уже начала затягиваться, и поглядела на пытающегося прийти в себя неудачливого стрелка. Ему, пожалуй, не повезло больше всех. Какая казнь предусмотрена за покушение на графа? Повешение? Колесование? А перед этим, несомненно, пытки - кто надоумил, кто соучастники, а может ты врешь и все было совсем не так? Она подошла к распростертому на земле разбойнику, приставила меч к его груди. Тот внезапно распахнул глаза и попытался что-то сказать, но челюсть не слушалась. Видимо сломана - печально подумала Фэй и налегла на рукоять. Мальчишка захрипел, на его губах появилась кровавая пена, дернулся и затих. Меч пробил сердце, все было кончено.

+2

10

Все происходило слишком стремительно и ситуация обретала уж очень опасный характер. И если Фэй, привыкшая в своей работе постоянно подвергаться опасности, то для графа это было событие выходящее далеко за привычные рамки. Никогда на него не совершалось покушение, всегда между ним и опасностью оказывалось несколько стражников, и уж никогда и помыслить не мог, что ему доведется вступить в бой на смерть. И против кого? Мальчишки-подростка с мясницким тесаком в руке!
Благо, что из памяти Алькора еще не полностью выветрились те основы, что в юности преподавал ему начальник стражи графа-отца. Едва выбежав из кустов терновника, он только и успел окинуть быстрым взглядом картину происходящего на небольшом пустыре, как перед ним возник противник, целя своим оружием прямо в грудь графу. Фэй в это время атаковал другой преступник, а третий лежал подле нее, держась за лицо и бормоча что-то неразборчивое. Но также граф заметил, что прямо перед его появлением кто-то исчез между стеблями терновника с противоположной стороны поляны.
Подумать, однако, об этом времени не было. Он резко вскинул вверх свой меч, в последний момент отбив удар противника чуть ли не эфесом. По инерции нападающий пролетел мимо графа и врезался в колючих стебли растений, но только Алькор повернулся, чтобы атаковать, как молодой человек уже снова был на ногах и перепуганным взглядом смотрел на своего визави.
Да как ты смеешь?! — Вскричал граф, вложив в свой голос весь гнев, вызванный этим происшествием.
Теперь уже Алькор был готов к схватке, поэтому первым сделал легкий выпад острием меча в направлении бедра преступника. Мальчишка бойко отсрочил в сторону, но граф тут же врезался кулаком другой руки в его лицо. Пусть Алькор и не был выдающимся бойцом, однако же силы в этом тридцатилетнем мужчине было предостаточно, чтобы на какое-то мгновение взгляд соперника затуманился.
Этого хватило бы графу, чтобы обезоружить мальчишку, тем самым закончив бой, однако взгляд его невольно скользнул по сцене рядом. Там Фэй, уже одержавшая верх над последним из преступников, безжалостно вонзила свой меч в лежащего на земле стрелка.
Картина эта так возмутила Эштреда, что тот на мгновение даже забыл об грозившей ему опасности. Он успел только проговорить:
Да что ты творишь? — И тут мальчишка, решив воспользоваться замешательством противника, снова бросился на него с тесаком.
Снова лишь в последний момент Алькор успел парировать нападение и лезвие лишь скользнуло по правому предплечью, с легкостью рассекая ткань камзола и кожу под ним. В свои атаки юноша вкладывал всю свою силу, а потому снова по инерции пролетел мимо, приземлившись на колени спиной к графу. А тот, в ярости от действий своей союзницы и полученного, пусть и легкого ранения, мгновенно перехватил меч в здоровую руку и изо всей силы обрушил кулак с рукоятью на затылок парня. Тот замертво повалился лицом вперед, выпустив оружие из ослабших пальцев. Однако граф был уверен, что парень был просто без сознания, потому тут же перевел свое внимание на Фэй.
Что ты делаешь? Они же... — Негодующе вскрикнул граф, занимая место между девушкой и последнего оставшегося в живых заговорщика, боясь, как бы она и этого не умертвила. Он чуть было не сказал "всего лишь дети", однако в последний момент вспомнил, что эти самые дети и пытались его убить. — Они же могут быть полезными! Виновный должен поплатиться за эту вопиющую наглость, а без них я никогда не узнаю, кто стоит за этим покушением! И кто знает, когда будет предпринята следующая попытка! А ты... одного отпустила, остальных убиваешь!
И тут графа посетила дикая мысль. Ведь это из-за Фэй он оказался в этом районе! А теперь она убила уже твоих преступников и определенно готова была убить и третьего. И лишь Люциану известно, кто убежал с этой поляны прямо перед появлением Алькора. Может ли быть так, что Фэй не спроста оказалась здесь подле графа? Он помнил, что именно девушка спасла его от арбалетного болта, но даже это сейчас не убеждало Алькора. Паранойя уже зародилась в остывшем от адреналина разуме мужчины и он рефлекторно крепче сжал меч в левой нерабочей руке.

+2

11

-Одного ты упустила... остальных убиваешь! - граф закончил свою эмоциональную речь и теперь стоял напротив Фэй тяжело дыша, адреналин, вплеснувшийся во время схватки, постепенно спадал на нет. Фэй выругалась про себя. Она надеялась, что увлеченный боем Эштред не заметит ее выходки, но тот оказался довольно глазастым и крайне недовольным самоуправством девушки.

-Я не городской стражник и даже не ваш телохранитель, чтобы высказывать мне подобные претензии, Ваше Сиятельство. - сухо обрубила Фэй. -К тому же пока мне не заплатили ни гроша, а я уже спасла вашу жизнь. Не стоит требовать большего. - она оглядела место боя. -Хотите проводить дознание, Ваше право. Но как по мне смерть - достаточное наказание за жадность и глупость.

Фэй перевела взгляд на руку графа, сжимающую меч. По пальцам бежали тонкие карминовые струйки, хотя Эштред казалось их даже не замечал. Он замер между девушкой и последним оставшимся в живых бандитом, будто хотел защитить от нее распростертого на земле парня.
-Позвольте осмотреть рану. Если вы истечете кровью, Ее Сиятельство вам этого никогда не простит. - девушка попыталась разрядить ситуацию шуткой.

Граф метнул на Фэй убийственный взгляд, несколько секунд помедлил, но все-таки убрал оружие в ножны. Крови было прилично, однако сам порез оказался довольно пустяковым - мясницкий тесак прошел по касательной, срезав кусок кожи, но не задев мышцы. Пара недель покоя и небольшой шрам на память, хотя скорее всего Эштред раскошелится на лекаря с магией исцеления и уже завтра будет вспоминать свое ранение как страшный сон. Сильнее всего в схватке пострадали камзол и, вполне вероятно, достоинство графа. 

-У меня в седельных сумках есть бинты, я наложу повязку. - Фэй проделала путь через изрядно потрепанный терновник обратно на дорогу и остановилась. Улица была совершенно пуста. -Граф, ваш управляющий украл мою кобылу. 

Фэй удостоилась ещё одного уничижающего взгляда. - второго за несколько минут. “Кажется сейчас мне сообщат что в моих услугах больше не нуждаются. Может это и к лучшему” с каким-то бесстрастным равнодушием подумала девушка. Она еще даже не приступила к работе, а на счету уже два трупа и раненый дворянин. "Хорошо не начнется, хорошо не кончится", кажется так говорят крестьяне.
Вдалеке послышался топот копыт и крики - доблестная городская стража спешила на помощь к своему графу.

Отредактировано Фэй (15-09-2022 15:58:57)

+2

12

Эти мгновения колебания графа само собой не ускользнули и от внимания девушки. Он и сам понимал, что обязан ей ни много, ни мало, но собственной жизнью, однако предательская параноидальная мысль о все еще грозящей ему опасности глубоко засела в подсознание. Приложив немало усилий, Алькор все же согласился принять помощь, задобрив свой страх решением внимательно присматривать за охотницей на нечисть. А брошенный ею презрительный взгляд перед тем, как скрыться в зарослях, даже умудрился задеть совесть мужчины.
Прихватив за шиворот потрепанной рубахи выжившего юношу, Эштред медленно побрел следом за Фэй. Терновник неприятно хлестал графа по лицу, однако боль в руке постепенно давала о себе знать и он крепко прижал ее к груди, дабы не усугубить ранение. Да и мальчишка оказался гораздо легче, чем предполага Алькор, так что отстал от девушки он не столь сильно, как можно было предположить.
Сбросив свой живой балласт под ограждением, да так, чтобы тот оставался в поле видимости, граф ловко перепрыгнул деревянный забор. Однако, не успел он оказаться на земле, как снова раздался голос Фэй. На сей раз девушка заявила, что якобы Тибальт украл ее лошадь. И голос ее был такой уверенный, насквозь пропитанный презрением, что на какое-то мгновение граф сам был готов проклясть своего управляющего за то, что навлек на него такой позор.
И все же, Алькор уже обрел достаточно здравого смысла, чтобы оценить ситуацию здраво.
Невозможно! — Решительно заявил граф Эштред, приближаясь к девушке, которая кипя от негодования стояла посреди узкой улочки. — При желании, Тибальт может купить себе с десяток куда более качественных скакунов. И уж до воровства он никогда бы не опустился, извольте!
Теперь уже Алькор с каждым словом распалялся все сильнее. Сам факт того, что кто-то мог обвинить в преступлении столь почтенного человека, коим был Тибольт, было оскорблением и для самого графа. Он видел на запыленной дороге следы кобылы, и надеялся, что это старик-управляющий вернулся за ней, чтобы быстрее добраться до начальника берсельской стражи, а не какой-нибудь нищий горожанин, завидев брошенную на дороге лошадь, решил воспользоваться удачей. В таком случае, часть вины разумеется лежала бы и на нем.
Я отправил его за городской стражей сразу же, как только вы бросились в погоню за стрелком. — Начал объясняться Эштред. — Быть может он одолжил вашу кобылу, чтобы добраться быстрее. В противном случае с этой проблемой мы будем разбираться после, так что не нужно поспешных выводов и обвинений.
Едва успел граф договорить, как из-за ближайшего поворота до них донесся топот копыт. А спустя несколько секунд на дороге показался всадник, в котором оба узнали представителя городской стражи. Он гнал свою лошадь галопом в их направлении, позвякивая легким доспехом, однако позади него не было видно самого Тибольта, который определенно и направил его сюда. Так что вопрос с лошадью Фэй все еще оставался открытым.
Впрочем, об этой проблеме граф уже успел позабыть. И не успел стражник спешиться, как Алькор тут же в несколько шагов оказался прямо перед ним.
Извольте объяснить мне, сир, как так вышло, что средь белого дня на берсельской улице какое-то отребье пускает в спину графа арбалетный болт?! — Вскричал Эштред аж взрагивая от ярости. — И где в этот момент находится городская стража, что нам самим пришлось задержать преступников?!
При иных обстоятельствах стражник был бы польщен обращением "сир" в свой адрес, однако за столь ярым выпадом представителя берсельской аристократии явно смешался. Правой рукой он сжимал рукоять меча, всем своим видом показывая, что готов сию же минуту вступить в бой, но также понимал и то, что в его помощи граф уже не нуждался. Взгляд его скользнул по кровоточащей руке Алькора, затем по стоящей в стороне Фэй, и снова вернулся на графа.
— Не следовало вам, милорд, посещать Берсель без личной стражи. Тем более, такие районы. — Будто не имея ничего сказать в свое оправдание, заявил стражник. — Надеюсь, вы не ранены?
Уж позволь мне самому решать, где и каким образом я должен передвигаться! — Все более терял терпение граф. — А вы извольте выполнять свою работу за которую получаете жалование. Уж будьте уверены, этот вопрос будет поднят перед советом аристократии и начальник городской стражи будет держать ответ за вас в том числе.
Эштреда ничуть не радовала необходимость такого шага, особенно в отношении начальника городской стражи, который был уважаемым и доблесным человеком, возведенным в рыцари еще когда сам он носил титул виконта, а не лорда. И все же, сегодняшнее происшествие было событием из ряда вон выходящим и должно было повлечь за собой определенные последствия.
А Фэй, казалось, не особо заботил их диалог. Она все также стояла позади графа и наверняка веселилась от представшей перед ней картиной. За спиной у стражника уже показалось несколько его пеших сослуживцев, спешащих на помощь.
— Милорд, я прошу...
Нет, это я прошу вас освободить меня от оправданий! — Грубо перебил его Алькор. — За этой оградой находится один из нападавших. Он без сознания, но я хочу, чтобы к концу дня вы лично смогли ответить на все вопросы, которые я вам задам в отношении этого происшествия. Чуть дальше за зарослями еще два тела, но от них вы ответов уже не добьетесь. Еще одному преступнику удалось скрыться, но уж будьте уверены, завтра утром я захочу увидеть его перед собой. Так и передайте господину начальнику стражи, но ответ я буду справиться именно с вас, имейте в виду!
Подмога уже была совсем рядом, но Алькор не стал их дожидаться. Выплеснув всю свою ярость на этого бедного стражника, он резко обернулся к Фэй.
— Милорд, вам нужна помощь лекаря... — Начал было солдат, но Алькор только отмахнулся от него.
Занимайтесь своим делом! — Затем обратился к Фэй. — Идемте, миледи. Я предоставлю вам лошадь на выбор и все необходимое в моем городском доме. Как только мы закончим с делом, займемся поисками вашей кобылы.

Отредактировано Алькор Эштред (16-09-2022 20:26:22)

+2


Вы здесь » Легенда Рейлана » Личные отыгрыши » [август 1057 года] Кровь и вино