Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17 (18+)

Марш мертвецов

В игре сентябрь — ноябрь 1082 год


«Великая Стужа»

Поставки крови увеличились, но ситуация на Севере по-прежнему непредсказуемая из-за подступающих холодов с Великой Стужей, укоренившегося в Хериане законного наследника империи и противников императора внутри государства. Пока Лэно пытаются за счёт вхождения в семью императора получить больше власти и привилегий, Старейшины ищут способы избавиться от Шейнира или вновь превратить его в послушную марионетку, а Иль Хресс — посадить на трон Севера единственного сына, единокровного брата императора и законного Владыку империи.



«Зовущие бурю»

Правление князя-узурпатора подошло к концу. Династия Мэтерленсов свергнута; регалии возвращены роду Ланкре. Орден крови одержал победу в тридцатилетней войне за справедливость и освободил народ Фалмарила от гнёта жесткого монарха. Древо Комавита оправляется от влияния скверны, поддерживая в ламарах их магию, но его силы всё ещё по-прежнему недостаточно, чтобы земля вновь приносила сытный и большой урожай. Княжество раздроблено изнутри. Из Гиллара, подобно чуме, лезут твари, отравленные старым Источником Вита, а вместе с ними – неизвестная лекарям болезнь.



«Цветок алого лотоса»

Изменились времена, когда драконы довольствовались малым — ныне некоторые из них отделились от мирных жителей Драак-Тала и под предводительством храброго лидера, считающего, что весь мир должен принадлежать драконам, они направились на свою родину — остров драконов, ныне называемый Краем света, чтобы там возродить свой мир и освободить его от захватчиков-алиферов, решивших, что остров Драконов принадлежит Поднебесной.



«Последнее королевство»

Спустя триста лет в Зенвул возвращаются птицы и животные. Сквозь ковёр из пепла пробиваются цветы и трава. Ульвийский народ, изгнанный с родных земель проклятием некромантов, держит путь домой, чтобы вернуть себе то, что принадлежит им по праву — возродить свой народ и возвеличить Зенвул.



«Эра королей»

Более четырёхсот лет назад, когда эльфийские рода были разрозненными и ради их объединении шли войны за власть, на поле сражения схлестнулись два рода — ди'Кёлей и Аерлингов. Проигравший второй род годами терял представителей. Предпоследнего мужчину Аерлингов повесили несколько лет назад, окрестив клятвопреступником. Его сын ныне служит эльфийской принцессе, словно верный пёс, а глава рода — последняя эльфийка из рода Аерлингов, возглавляя Гильдию Мистиков, — плетёт козни, чтобы спасти пра-правнука от виселицы и посадить его на трон Гвиндерила.



«Тьма прежних времён»

Четыре города из девяти пали, четыре Ключа использованы. Культ почти собрал все Ключи, которые откроют им Врата, ведущие к Безымянному. За жаждой большей силы и власти скрываются мотивы куда чернее и опаснее, чем желание захватить Альянс и изменить его.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Солмнир Алисия Эарлан Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Чеслав

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Эпизоды » [07.01.1083] Dandelion


[07.01.1083] Dandelion

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

https://i.imgur.com/EdBWsYx.jpg
- Локация
Северные земли, г. Мирдан, дворец
- Действующие лица
Шейнир дель Виззарион
Сайлан дель Виззарион
советники
- Описание
предыдущий эпизод - [06.01.1083] Цветы верности
После убийства джарие император собирает совет, не давая никому отправиться от мрачных событий в Хэлор, и неожиданно приглашает на совет императрицу.

+1

2

Изуродованное тело Ясемин всё ещё стояло перед его глазами. Шейн не мог избавиться от этого воспоминания. Закрывая глаза, он видел Арнику – убитую Архелем Анри. Видел мёртвую мать, из чьего тела, проливая кровь на белоснежные волосы, выходит меч Виктора. Смерти этих женщин въедались в его нутро, и ему казалось, что его собственные руки покрыты их кровью. Он стал неотделим от них. И заколка с хризантемой – та, что выпала из волос джарие, когда слуги выносили её из его покоев, вновь оказалась в его руках по возвращению. Один из гвардейцев, приставленных к двери его покоев, заметил её, лежащую на полу, и осмелился отдать императору.
События прошедшего дня казались Виззариону далёкими, будто прошёл месяц, а не всего один день. Он не спал. Бодрствовал вторые сутки, и едва покинул допросную, когда по его приказу созвали совет. Явиться во дворец во время Хэлора могли только порталом – тем самым, которым пытался воспользоваться убийца Ясемин. Другого пути, пока Хлад не отступит, попросту не было. Шейнир не думал о безопасности советников. Он уже не мог остановиться с того самого момента, как выпустил хладеющее тело матери его сына из рук.
Он оставался в допросной до тех пор, пока убийца Ясемин не заговорил. Пока не назвал имя под пытками. За прошедший день в стенах допросной плач звучал, прерываясь лишь криками боли. Молили о пощаде и спасении слуги, что допустили смерть джарие и могли что-то видеть. Зная о предателях во дворце, Шейн больше не хотел упускать их, и если для этого нужно быть жестоким – он будет. Каждую служанку и каждого гвардейца проверили псионики. Убийце практически удалось уйти безнаказанным, но он не рассчитал время, нужное, чтобы скрыться до того, как Виззарион найдёт тело убитой наложницы. Иронично ли, что Шейн вернулся слишком рано, но всё равно опоздал?
Убийца всё ещё был жив. Он оставался в темнице под надзором гвардейцев. После долгой – особенно для него – болезненной ночи он безвольно свисал на цепях, не приходя в себя. Его сон был мучительным, прерывистым и не менее жестоким, чем пытки, ведь по пробуждению его не ждёт ничего кроме новой боли и смерти. Глядя в лицо, залитое слезами, потом и кровью, Шейн ничего не чувствовал. Ни ненависти. Ни удовлетворения. Ни жалости к девушке, что служила другому хозяину.
С таким же равнодушием Виззарион вошёл в комнату совета, когда все советники – и его жена, о чьём присутствии он распорядился в последнюю очередь, - уже ждали его. Он не переоделся, и не думал о том, как выглядит после прошедшей ночи. Помятый, всклоченный, измождённый, со следами чужой крови на рукаве кафтана. Ариго обратил на это внимание, но император его не слышал.
Он прошёл в зал и занял место во главе стола, словно ничего не произошло.
- Полагаю, что все уже знают о смерти джарие.
Шейн знал, что слухи расходятся очень быстро, и за то время, что он провёл в допросной вместе с Харукой, вести могли дойти до некоторых советников. У каждого есть свои уши во дворце.
- Наследники?..
- С наследниками всё в порядке, - сухо ответил Шейн, не оборачиваясь на слова советника Грейна.
За последнее время в совете не хватало двоих. Иль Хресс, которая предпочла не покидать Хериан, и главы Дома Белой Крови, потому как Виззарион не доверил единственному наследнику Дома столько власти, а другого вампира на его место не выбрал. Но тот, кто волновал его больше всего, никогда не входил в совет. Старейшины всегда придерживались разных – подчас противоречивых – взглядов на его правление, но редко, как казалось Шейну до отравления Ясемин, показывали свой характер. Но именно они сегодня волновали его больше всего.
Император подозвал к себе личного слугу. Веймар учтиво поклонился, подойдя ближе, и протянул вампиру свиток с императорской печатью. О его содержании Шейн решил сказать сам:
- Этим приказом я дарую джарие титул второй жены.
Свиток развернулся и лёг на стол так, чтобы все его видели. Виззариона, казалось, совершенно не интересовала реакция других вампиров на его выходку. Никто до него из императоров Севера не пытался создать новый титул. Даже его покойный отец.

+4

3

Это был тяжелый день. Скажи ей кто-нибудь пару месяцев назад, что так всё повернется – она бы посмеялась в лицо этому вампиру. Рискнуть убить любимицу Императора во дворце, и не просто во дворце, а в покоях Владыки Севера. И не просто убить, а убить так жестоко и показательно… Кто был этот безумец, предстояло только узнать. Как и узнать того, кто этому смертнику приказал.
Всего месяц в столице, всего пару недель как Императрица, но всё чаще хотелось домой в Нерин, хотелось плакать и крушить комнату в приступе бессильного гнева. Отношения с Шейниром не сдвинулись ни на йоту, ничего кроме вежливого взаимодействия двух венценосных супругов, редкие разговоры и не более, а теперь ещё и этот сюрприз.
Убийство джарие.  Сайлан почти физически ощутила, как тьма опустилась на дворец и всех его обитателей в момент, когда Виззарион нашёл покойную. Что будет со стражей, что в этот момент дежурила у дверей его покоев даже думать не хотелось, тем более, что они действительно допустили оплошность. А если бы на месте Ясемин был сам Шейнир? Если бы убийца пришёл за ним? Дочь Вечного Солнца прекрасно понимала, что вспыхнувший гнев мужа связан те только со случившимся, но и тем как это произошло. Что будет дальше? Кому ещё грозить нож за поворотом коридора? Или яд в еде?
Столько вопросов без ответов, но все свои переживания наследница Ледарре держала при себе, не смея делиться даже с Айрис. Она не имела права показать свою слабость, не сейчас уж точно. Она должна быть поддержкой, опорой, а, главное, не дать ни на мгновение усомниться в своей верности. Слишком сложным и тернистым был этот путь к доверию Шейнира, чтобы в один темный час всё разрушить.
Когда мистики закончили, узнав всё, что им было нужно и доступно, и разрешили привести всё в должный вид, Сайлан принялась за то, что ей поручил Император.
Не покидая комнаты, лишь вновь переместившись к окну, она наблюдала, как служанки вычищают покои Виззариона, осторожно убирая каждую пядь, чтобы, не дай Бэлатор, не осталось ни крошки опасного камня. Те не смели и слова сказать рядом с красноволосой, молча выполняя свои работу, и позволили обратится к девушке, лишь когда закончили. Пол вновь блестел чистыми плитами, постель пахла свежим бельем, а новые поленья в камине трещали так беззаботно и даже весело. Вычищенной и вымытой комната больше не пахла кровью погибшей.
После пришел черед проверить, как идет подготовка к погребению. Ясемин лежала в своих покоях в новом чистом платье, будто уснула и вот-вот проснется. Только вот этот сон стал для неё вечным. Айли даже заглянула к детям: те были накормлены, и старая служанка исполняла приказ девушки, не отходя от наследником ни на миг.
А затем пришел самый сложный момент. Необходимо было ступить в змеиное гнездо.
Шепот и роптания сопровождали её появление в гареме, но почти тут же стихли, стоило девушке заговорить. Теперь она хозяйка гарема, нравилось им или нет. Перемывать кости ей за спиной будут ещё долго, но вряд ли кто-то дерзнет сказать что-то Императрице в лицо, хотя на такую храбрую выходку Сайлан бы посмотрела. Стоит знать всех ушлых девиц. Она не сомневалась, что место Ясемин - лакомый кусочек для некоторых наложниц. Нужно быть дурой, чтобы попытаться вот так сразу сунуться к Шейниру и занять освободившееся место, но Ледарре была уверена, что и такие найдутся.
И лишь после всего этого она смогла вернуться к себе. Заботливо принесенный Айрис обед давно уже остыл на столе, так и оставшись нетронутым. Есть не хотелось совершенно, хотя с завтрака ни кусочка во рту не было. Поджаренная до румяной корочки курица и запеченные овощи уже потеряли свой дурманящий запах печи, даже кровь осталась в бокале свернувшимся комком. Саму служанку Сайлан отправила в её комнату, хотелось побыть одной, подумать над произошедшим и решить, что делать дальше, а главное, как вести себя с Императором.
Молодая Императрица стояла у окна своей спальни, наблюдая за тяжелыми снежными облаками, но эти минуты были особенно ценны. Драгоценная и хрупкая иллюзия нормальности и спокойствия. Но и эти минуты краткого уединения были нарушены пришедшим посыльным с уведомлением, что Император ждёт её в зале Совета. Там, куда ход ей был возможен лишь в редких, очень редких случаях. Сегодня был именно такой день.
Оказавшись в зале, она не рискнула сразу садиться, как и не рискнула общаться с отцом, ограничившись лишь легким приветствием. Здесь и сейчас они были не отец и дочь, а Советник Гестин Ледарре и Её Величество Сайлан дель Виззарион. Новое имя непривычно резало ухо, но нести его стоило с гордо поднятой головой. Поэтому она лишь наблюдала за прибывающими советниками, замечая тени удивления на их лицах от её присутствия. Хотелось бы её самой знать, зачем Шейнир пожелал её участия в сборе Совета, но до его прихода это оставалось загадкой. Поэтому лишь взгляды, повисшие в воздухе вопросы и гордая осанка красноволосой.
Вид появившегося мужа оставлял желать лучшего, казалось, что за прошедшую ночь он прибавил лет десять, но его явно не волновало то, как он выглядит. Сейчас для него было важно совершенно другое.
Статус второй жены? Беззвучная пощечина женщине, что сейчас сидела здесь. И красная тряпка всем остальным присутствующим.

Отредактировано Сайлан (14-06-2022 23:09:32)

+4

4

Императорское собрание было внезапным и поспешным, но каждый, входящий в пышную залу большого стола совета, знал или догадывался о причинах - смерть джарие. Произошедшее было не просто смертью женщины приближенной к императору, но посланием ему самому - кровавым и показательным действом: в самых охраняемых, личных покоях Шейн Виззарион был не в безопасности, его могли достать в любое мгновение. Он не хозяин дворца и не полновластный хозяин империи - вот, что было написано обсидианом и кровью.
   Легкий гул вежливых разговоров за длинным столом не утихал до момента, пока в помещении не появился император. Тот прошел к своему месту, поражая собравшихся неопрятностью собственного вида, словно бы мало было Совету оскорблений, начавшихся с допущения женщин к государственным собраниям. Последующее объявление о второй жене уже вполне закономерно вытекало из этого, по мнению Наиселла. Старейшина из клана Лэно едва смог скрыть презрение и раздражение в своем взгляде - для удивления в нем места уже не было. И пока прочие старейшины и советники переглядывались меж собой, Наиселл заговорил:
   - Прошу прощения, Ваше Величество, и, думаю, я скажу сейчас от лица большинства здесь собравшихся - но, мне кажется, Вы не в полной мере понимаете все последствия этого документа.
   Старейшина восседал в высоком резном кресле, какое занимал уже несколько веков, и вид имел такой же монументальный. Не только манера держать себя создавала эту иллюзию, но также - тяжелые длиннополые одежды, расшитые золотой нитью и подбитые соболем, и массивные перстни на пальцах. В противовес потрепанности императора, Наиселл в полной мере соответствовал собственному статусу.
   - Полагаю, Вы желали бы обсудить с нами такую возможность, - с нажимом проговорил он. - Ведь не взвешенность подобных решений может серьезно поколебать отношения Великих Кланов и в без того непростой ситуации для империи. Однако Большой Совет здесь для того, чтобы помочь Вам.
[icon]https://images2.imgbox.com/30/5b/JqwZdyZy_o.jpg[/icon][nick]Наиселл[/nick][status]Старейшина Лэно[/status][sign]_______[/sign]

Отредактировано Авель (15-06-2022 18:23:17)

+4

5

Шейн долго пытался понять: кто стоит за всем. Кто из Старейшин настолько ненавидит его династию, что из раза в раз пытается свергнуть Виззарионов. Он собирал картину из кусочков, но каждый раз нужные фрагменты ускользали от него. Хозяин Виктора действовал осторожно, но с каждой новой выходкой императора, как ему казалось, терял терпение и… ошибался. Сначала с Мередит, когда доверил отравление Ясемин её матери и не убедился, что все следы приведут к родству императрицы с одной из старших в гареме. Затем с Виктором, который сказал чуть больше, чем должен был, в их последнюю встречу. А теперь со служанкой, что оступилась и не успела верно исполнить приказ от и до.
Он подозревал, что за бунтами и кровопролитием стоит один конкретный клан. Именно из-за этих подозрений Виззарион держался как можно дальше от новой жены. Её связь с кланом Лэно вызывала у него отторжение. Такое сильное, что он не смог наступить себе на горло и дать ей хотя бы единственный шанс по-настоящему показать себя.
Шейнир знал, что отцом Мередит был вампир из клана Лэно. Кто-то, кто во время правления его отца имел достаточно власти и наглости, чтобы позариться на одну из наложниц. И эта связь дала свои плоды. Эти плоды могли бы посадить на трон Севера полукровку от клана Лэно, если бы в их отношения с Мередит – как казалось со стороны – не вмешалась одна наложница.
Но всё это было лишь домыслами. Доказательство у Шейна не было. Он не мог просто обвинить одного из старейшин, зная, что среди них хватает вампиров из других кланов, которые не желают видеть его на троне или желают управлять им, чтобы на трон Севера не сел его брат, ведь тогда власть окажется в руках клана Виан. В руках Иль Хресс. Женщину, которую они ещё в годы её юности боялись настолько, что не позволили ей остаться подле покойного императора, и этим поступком дали ей в руки намного больше власти.
Служанка могла солгать. Её воспоминания могли подделать, как подделали воспоминания Ширен. Даже псионики, которым он доверил допрос, могли обмануть его, потому что служат другому хозяину. Все, кому он доверял, были в этой зале. Ариго и Грейн.
Взгляд Шейна скользнул к Наиселлу. Старейшина из Лэно был первым, кто осмелился заговорить, увидев приказ императора. В несогласии советников и старейшин Виззарион не сомневался. Он ждал недовольства от советника Ледарре, ведь именно его дочь стала его женой и новой императрицей Севера, но он, на удивление, держался спокойно и с достоинством, которому Шейн мог только позавидовать. Он же едва заставлял себя отыгрывать свою роль.
- И что же в моём приказе так смущает Старейшин и Советников? – он говорил спокойно; в его взгляде, пустом после тяжёлого дня, не было ничего. – Чем мёртвая наложница опасна для тех, кто продолжает жить?
Он знал чем, и не был уверен, что сможет отыграть роль глупого и слишком эмоционального мальчишки до самого конца.
- Мать наследника Севера не заслуживает этого титула посмертно?
- Вы не сможете стать для неё мужем, - вторым, поддерживая Наиселла, высказался Сольмир. Его вмешательство не удивило Виззариона. Он знал, что вампиры из клана Лэно чтят не только чистоту крови, но и традиции их клана, которые не приемлют двоежёнство, пусть даже первая жена уже мертва. – В глазах Бэлатора этот брак не будет законным, ведь нельзя спросить клятвы с того, кто уже мёртв.
- Титул второй супруги – это всего лишь формальность, - заговорила Анри, которая, казалось, скучала на этом собрании так же, как император. – У Севера уже есть действующая императрица. И есть наследник.. Мертвецы не могут захватить власть, - последняя фраза Сары прозвучала иронично и грубо, и в том она в очередной раз напомнила Виззариону Иль Хресс.

+4

6

Сайлан всё силилась понять, зачем Шейниру было нужно её присутствие на этом Совете. Хотел, чтобы новость о посмертном титуле Ясемин она услышала из первых уст и сразу, а не в момент осуждения слугами и гаремом? Можно было бы подумать и так, но такой поступок был бы слишком низким, пошлым и глупым для него. Да, супруг не одаривал её нежностью и заботой, но груб не был, и уж тем более не стал бы при всем высоком собрании унижать её настолько и просто так. Хотя, если вспомнить их свадьбу, даже тогда на праздничном приеме Виззарион умудрился указать, кем занято место подле него по-настоящему. И все же что-то здесь было не так. Какими бы холодными не были их отношения, смерть джарие – это не та причина, чтобы в очередной раз показать дочери Ледарре свою холодность и безразличие. Он мог бы сказать ей об этом наедине, потом, но все же предпочел, чтобы она была на Совете.
Так что пока ей оставалось лишь молчать. Молчать и внимательно наблюдать, но не за мужем, за остальными вампирами за этим столом. Откинувшись на спинку стула, она уперлась локтем в его подлокотник, а подбородком в большой палец левой руки, подушечками указательного и среднего прикрывая губы. Алый бархат рукава съехал вниз, обнажая почти белую, как это и бывает зимой, кожу. Как и супруг девушка не стала переодеваться с того самого момента в его спальни, но её платье не пострадало от падения на пол, крови и обсидиана. Да и мысли были заняты совершенно другим, нежели желание сменить наряд перед встречей с представителями всех Домов.
А посмотреть было за чем. Первый, на кого она всё же кинула взгляд после того, как приказ лег на стол, был её отец. Тот оставался внешне спокойным. Слишком спокойным. И Сайлан знала, что это значит. Внутри Ледарре сейчас бушевал не просто огонь, это был огненный шторм, который может за мгновение сжечь всё дотла. Может, но не будет. Её отец не первый день занимает своё место, чтобы идти на поводу эмоций. Короткий миг, когда их глаза встретились, лишь подтвердил её мысли. Сама его Айли также оставалась внешне холодна, он мог бы ей гордиться. Пусть в её душе новость вызвала не меньший пожар.
Слова Наиселла не удивили. Наоборот, согласие Лэно на такое вызвало бы гораздо больше вопросов у неё. А вот высказывание Сары не понравилось. Сайлан перевела взгляд на Советницу. Что там говорил отец, нужно подружиться с этой девицей? Да ей похоже палец в рот не клади, откусит по локоть. Формальность значит? Ничего не значащая и ничем не грозящая…

Отредактировано Сайлан (16-06-2022 00:02:15)

+4

7

Наиселл помолчал, не став тут же отвечать на вопрос императора - дал возможность прочим неравнодушным высказать свое мнение и опасения. При этом он внимательно следил за собравшимися за столом, и мерно постукивал длинным указательным пальцем по золоченому подлокотнику. Взгляд старейшины ненадолго задержался на алой фигуре императрицы: Сайлан выглядела задумчивой и потерянной, но не ее мнение было действительно важным сейчас. Важен был голос ее отца, но того, похоже, совсем выбила из колеи императорская писулька, а советница Анри подлила масла в огонь своими дерзкими словами.
   - Формальность, дорогуша, - в тон ей небрежно заговорил Наиселл, буквально пригвоздив Камаэль взглядом, - это твое присутствие здесь. Из уважения к одному лишь креслу, на котором ты сейчас сидишь, тебе стоило бы помолчать пару веков и просто послушать, чтобы дорасти до этого места.
  Закончив на этом с Анри, как ему казалось, старейшина вернул взгляд императору. Теперь он глядел покровительственно и снисходительно, переменив выражение лица за доли мгновения.
   - Мать наследника Севера заслуживает многие почести. Вы можете выстроить ей усыпальницу размером с дворец, если желаете. Но со всем уважением, Ваше Величество, наследник Севера наследник не потому, что джарие его мать, а потому что Вы его отец. Как Вы изволили выразиться “мертвая наложница” никому и ничем не опасна, но вот этим документом, - Наиселл многозначительно указал рукой на бумагу на столе, - Вы создаете прецедент в нашем праве, которым в будущем могут воспользоваться. Это помимо того, что он обесценивает статус императорской жены, перед лицом богов и всеми Кланами, как уже говорил старейшина Сольмир. Вы держите зерно смуты в своих руках. И я предлагаю вам еще раз подумать. События последних дней были утомительны. Возможно нам стоит перенести решение по этому вопросу на иной день… 
   Отмена указа или перенос решения в данном случае были равновесными, ведь получая время старейшины получали возможность обсудить события с глазу на глаз и вынести собственные решения и предпринять все упреждающие действия.
   [icon]https://images2.imgbox.com/30/5b/JqwZdyZy_o.jpg[/icon][nick]Наиселл[/nick][status]Старейшина Лэно[/status][sign]_______[/sign]

+3

8

- Боитесь, что я не остановлюсь на формальной должности советника и пожелаю формальный статус второй жены? – в тон Наиселлу ответила Анри. Она не пыталась улыбнуться старейшине, и всё так же выглядела скучающей, едва ли не позволяя себе рассматривать ногти на руке.
Виззарион задумался бы о причине такой поддержки со стороны Сары, но догадывался, что всё это не из искреннего желания поддержать любую его затею и не из-за того, что вампирша не понимает, что потянет за собой этот указ. Она уже озвучила какие последствия он потянет за собой. Другие советники, воодушевившись таким положением дел, могут понадеяться на брак для своих протеже, потеснив наследницу Ледарре в стремительно растущей семье императора.
- Это верно, - согласился Шейн со словами Сольмира. – Ясемин не может дать клятву в присутствии жреца, однако… во всём остальном, что касается брака, она была мне женой иногда даже больше, чем покойная императрица.
Всем своим видом Виззарион как нарочно показывал, что не намерен отказываться от своей затеи. Он не услышал даже половины голосов собравшихся. Все слушают его перепалку с Наиселлом, уповая на то, что двум старейшинам удастся его отговорить от этой затеи? Или же они подыскивают удачные слова, пока в голове не крутится ничего кроме желания послать его к праотцам за очередную дерзость?
- Если второй женой, - Грейн Старший заговорил после того, как в очередной раз высказался Наиселл, - станет женщина, что отказалась от всех связей со своей семьёй… То, думаю, мы сможем решить этот вопрос с наименьшими потерями для всех нас.
Это фактически означало бы, что никто из присутствующих в совете не может предложить в качестве второй жены свою родственницу. Такого варианта Шейн не ожидал от советника, но едва ли обратил внимание на его предложение. Цель совета заключалась в совершенно другом.
Виззарион не ответил на предложение Грейна. Всё его внимание занимал Наиселл. Император смотрел на него холодно, но без ненависти или злости.
- Раз вы так хотите избежать этого указа о назначении, то не хотите ли вы обсудить само убийство наложницы? Или же её посмертное назначение волнует вас больше, чем угроза императорской семье?
Ясемин не была членом династии. Статус джарие не давал ей такой привилегии. Но её убили в его покоях. Одна из служанок. О том, что её всё же поймали, не распространялись. Вся информация, что им удалось достать вместе с Ариго, оставалась между ними и теми псиониками, в чьей верности Шейн всё ещё сомневался. Этот совет – как раз хорошая проверка на преданность. Либо псионики верно служат ему и никому не доложили обо всём, что происходило в допросной, либо же они или их хозяин достаточно умны, чтобы не выдавать себя даже после громких заявлений императора. Но выходка Шейна, как он заметил, всё же вывела, по крайней мере, одного из Старейшин на эмоции.

+3

9

Женщины в Совете стояли Старейшинам, а точнее одному конкретному Старейшине, поперек горла. То, как Наиселл не сдерживал себя в разговоре с Анри было тому ярким подтверждением. Сама Сарэлет не отставала в упражнениях на остроту языка, но всё же создавалось впечатление, что для неё это скорее привычная рутина, чем действительно наслаждение – поставить возомнивших мужчин на место. Внимательно слушая всех, кто уже высказался, Императрица не могла отделаться от мысли, что всё это больше похоже на фарс, чем истину. Она знала, что супруг – личность весьма эмоциональная и любящая делать так, как хочется ему. Он уже изменил правила и законы, когда взял в жёны Лэно, но, чтобы так раскачать устои двоеженством?
- … во всём остальном, что касается брака, она была мне женой иногда даже больше, чем покойная императрица.
Не сдержав эмоции, Айли метнула в мужа такой красноречивый взгляд, что оставалось порадоваться, что на нём ничего не вспыхнуло в этот же миг. Как и надеяться, что этой вспышки не заметил никто из сидящих рядом или напротив. Сжав правой ладонью подлокотник, девушка ненадолго прикрыла глаза, продолжая слушать мужчину. Разговоры о том, как Ясемин была близка Шейниру, вызывали раздражение, пусть она и понимала прекрасно, что так это и есть. Точнее было. Джарие умерла, погибла в постели Императора от обсидианового ножа. И эта трагедия грозила Северным землям переменами, что могут привести к ещё большим потерям для самого Императора.
- Угрозу императорской семье составляют живые. - Подала наконец голос Императрица, выслушав и Грейна, и супруга, что перешел от приказа к обсуждению убийства. Она смотрела куда-то в центр стола, избегая пока поднимать взгляд на Виззариона, прекрасно понимая, как ему неприятна и болезненна эта тема. И это её клятвы и клятвы ей Виззарион хочет подвинуть в угоду своим эмоциям и горю. Поэтому как бы Советники и Старейшины не относились к Дочери Вечного Солнца на троне рядом с Шейниром, они её выслушают. Хочется им этого или нет. Если голос есть у Анри и Деррант, то будет и у Императрицы. - Мертвые не страшны, но есть и живая мать сына императорской крови...
Она специально не называла имён или каких-то титулов, собравшиеся за этим столом не глупы, чтобы не понять, кого именно Сайлан имела в виду. Пусть даже теперь под этот титул подходили две женщины, но обе они были опорой для одного конкретного вампира. Тем более, когда на севере страны уже был ребенок, который в два раза больше Виззарион, чем сын джарие.
- Какова вероятность того, что живые не попытаются использовать это приказ, как свой шанс? – Вампирша всё-таки подняла взгляд, пытаясь поймать ответ в серых глазах.
Пусть она и не имела особого права участвовать в Совете, но сегодня она была здесь, была по воле своего супруга, а значит имела право высказать своё мнение. Не важно, послушает и прислушается ли кто-то к нему, но у неё было своё видение происходящего. Урождённая Ледарре не боялась за себя и своё положение в этом случае, сейчас она была единственной женой Шейнира, пусть и не матерью его детей. А вот титул второй жены, на основании рождения наследника... Какова вероятность того, что бастард Эльдара и его мать не решат использовать эту бумагу себе во благо, вывернув решение действующего Императора как возможность для своих прав?

+3

10

Фразу Анри Наиселл оставил без внимания, и едкий вопрос просто повис в воздухе без ответного слова или даже взгляда. Старейшина не считал нужным более говорить с девицей, которой он сказал без того много, и даже одарил советом.С этого мгновения он вел себя так, как если бы место, которое занимала вампирша, было пустым. Все внимание Наиселла сейчас занимал император, беседа с ним и вокруг него - только это было важно.
   Старейшина чуть скривился, когда Грейн пошел на уступку и сделал реверанс с предложением об отказе женщины от семейных связей, потакая дурости мальчишки. Заворачивать этот указ следовало сразу, а не наполовину. Кто знает, что юнцу придет в голову на следующей неделе? Какую из основополагающих сфер империи он соберется пошатать еще? И всякий раз уступая ему даже в малом, Совет теряет свою власть, и вес собственного слова. Бой шел не за вторую жену, не за титул, за власть.
  И тем неожиданней было, что Виззарион вдруг переменил тему. Однако Наиселл ответил императору, только когда закончила говорить его императрица. Не в привычке старейшины было пропускать женщину вперед, но в данном случае она озвучивала хорошие слова.
   - О, Ваше Величество, “избегать” неверное слово в данном случае. Я и весь Большой Совет служим интересам империи и Вашим, безусловно. И все мы пока не услышали весомых доводов в пользу Вашего решения, кроме сиюминутного желания. Я понимаю ваше горе, но оно пройдет, а указ составленный в чувствах останется. В чем благо его для империи? Что действительно созидательного он принесет? Это важно. Как и само убийство важно. Возмутительно. Однако, мы обсуждаем вопросы в том порядке, в каком их задаете нам Вы, очевидно следуя императорским приоритетам…
   Наиселл неопределенно повел в воздухе длинными пальцами, унизанными перстнями, и вновь вернул ладонь на подлокотник.
   - Желаете ли Вы сообщить нам о ходе расследования?
   [icon]https://images2.imgbox.com/30/5b/JqwZdyZy_o.jpg[/icon][nick]Наиселл[/nick][status]Старейшина Лэно[/status][sign]_______[/sign]

+3


Вы здесь » Легенда Рейлана » Эпизоды » [07.01.1083] Dandelion