Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17 (18+)

Марш мертвецов

В игре сентябрь — ноябрь 1082 год


«Великая Стужа»

Поставки крови увеличились, но ситуация на Севере по-прежнему непредсказуемая из-за подступающих холодов с Великой Стужей, укоренившегося в Хериане законного наследника империи и противников императора внутри государства. Пока Лэно пытаются за счёт вхождения в семью императора получить больше власти и привилегий, Старейшины ищут способы избавиться от Шейнира или вновь превратить его в послушную марионетку, а Иль Хресс — посадить на трон Севера единственного сына, единокровного брата императора и законного Владыку империи.



«Зовущие бурю»

Правление князя-узурпатора подошло к концу. Династия Мэтерленсов свергнута; регалии возвращены роду Ланкре. Орден крови одержал победу в тридцатилетней войне за справедливость и освободил народ Фалмарила от гнёта жесткого монарха. Древо Комавита оправляется от влияния скверны, поддерживая в ламарах их магию, но его силы всё ещё по-прежнему недостаточно, чтобы земля вновь приносила сытный и большой урожай. Княжество раздроблено изнутри. Из Гиллара, подобно чуме, лезут твари, отравленные старым Источником Вита, а вместе с ними – неизвестная лекарям болезнь.



«Цветок алого лотоса»

Изменились времена, когда драконы довольствовались малым — ныне некоторые из них отделились от мирных жителей Драак-Тала и под предводительством храброго лидера, считающего, что весь мир должен принадлежать драконам, они направились на свою родину — остров драконов, ныне называемый Краем света, чтобы там возродить свой мир и освободить его от захватчиков-алиферов, решивших, что остров Драконов принадлежит Поднебесной.



«Последнее королевство»

Спустя триста лет в Зенвул возвращаются птицы и животные. Сквозь ковёр из пепла пробиваются цветы и трава. Ульвийский народ, изгнанный с родных земель проклятием некромантов, держит путь домой, чтобы вернуть себе то, что принадлежит им по праву — возродить свой народ и возвеличить Зенвул.



«Эра королей»

Более четырёхсот лет назад, когда эльфийские рода были разрозненными и ради их объединении шли войны за власть, на поле сражения схлестнулись два рода — ди'Кёлей и Аерлингов. Проигравший второй род годами терял представителей. Предпоследнего мужчину Аерлингов повесили несколько лет назад, окрестив клятвопреступником. Его сын ныне служит эльфийской принцессе, словно верный пёс, а глава рода — последняя эльфийка из рода Аерлингов, возглавляя Гильдию Мистиков, — плетёт козни, чтобы спасти пра-правнука от виселицы и посадить его на трон Гвиндерила.



«Тьма прежних времён»

Четыре города из девяти пали, четыре Ключа использованы. Культ почти собрал все Ключи, которые откроют им Врата, ведущие к Безымянному. За жаждой большей силы и власти скрываются мотивы куда чернее и опаснее, чем желание захватить Альянс и изменить его.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Солмнир Алисия Эарлан Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Чеслав

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Личные отыгрыши » [Весна 1079] Дальше вы не пройдете, пока не получите бумаги


[Весна 1079] Дальше вы не пройдете, пока не получите бумаги

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

https://i.imgur.com/nBUYu19.png
- игровая дата
Весна 1079
- локация
Остебен, Вильсбург
- действующие лица
Лелия, Риаган
https://i.imgur.com/P9vZhi7.png

+1

2

Иногда ему становилось интересно, как работают настоящие ищейки и шпионы. То есть, нормальные, те, кто выбрали эту стезю по своему разумению, а не по жестокой указке жизненных обстоятельств.

Он следил и слушал не затем, чтобы нападать — лишь для того, чтобы самому быть защищенным, чтобы успокоить засевшие глубоко тревогу и страх.
Это даже непохоже на рыцарскую дуэль, как иногда сравнивают какие-нибудь романтики. Да даже если и похоже, то на весьма странную — ни блеска лат, ни фырканья скучающих коней, только тишина и страх, колотящийся в горле.
На этой дуэли ты сам должен достать себе оружие и не потрясать им, как охмельный селянин, а скрывать до последнего мига. Странная, на самом деле, вещь — иногда даже, если сидеть совсем тихо, информация придет сама.

Как, например, случилось с этой девушкой.
Слухов о ней ходит мало — лишь несколько не заслуживающих доверия баек и обыденных деталей, подсмотренных какими-нибудь заказчиками. Что, в сущности, подтверждает несколько других догадок, но стоит посмотреть на ситуацию своими глазами. Даже если «покровители», чтоб им сгинуть в Кабале, уже дали несколько наводок. К примеру, о приблизительном местоположении, если писарь, конечно, не опоздал.

Раннее утро над одной из городских площадей обещает быть прохладным — пронизывающий сырой ветер носит старую пыль междувременья, когда прошлые листья уже в земле, а новые еще не проклюнулись. Непривычное, странное время, магический фон тоже странный, как будто дрожащий. Хорошо, что оно быстро проходит, и скоро все зацветет.

Господин, не желаете?.. Прекрасные отрезы ткани!

Не самое хорошее время, чтобы с кем-то разговаривать; Риаган коротко кивает, одновременно приветствуя и отказываясь. Лучше отойти подальше от торговых лавочек, меньше глаз и болтливых языков — лучше зрение.

Этот оттенок очень подойдет вашей подвеске, посмотрите, почти как сапфир!

Он наконец смотрит, кто к нему обращается — маленькая девчушка, наверняка оставленная матерью или отцом для того, чтобы следить за лавкой. Веснушчатая и слишком худая, но вида весьма бойкого.

Здравствуйте, барышня, — скорее уменьшительно-ласковое, чем официальное. — Не сочтите за грубость, но ткани мне не нужны.

И, прежде чем упорство в ее глазах могло бы потухнуть или, что хуже, разгореться с еще большей силой:

Но может пригодиться кое-что другое. Как долго Вы здесь торгуете?

То ли от неожиданности вопроса, то ли от того, что явно хорошо одетый человек вдруг обращается к ней на Вы, девочка рдеет и растерянно бормочет:

Так вот... с утра еще, до восхода...

У Вас очень хорошее зрение, раз Вы смогли разглядеть мое небольшое украшение. Вы точно не пропустите девушку невысокого роста с волосами цвета серебра. Возможно, она будет в чем-то дорожном... В любом случае, я сомневаюсь, что здесь будут две такие особы.

Торговка таращит глаза, но быстро схватывает, о чем он говорит — судя по всему, это далеко не первое предложение о слежке, которое она получает. Маленькая грязноватая ладошка тянется к королевскому секретарю, и он осторожно кладет в нее серебряный. Вслед за этим девочка протягивает ему какой-то кусок ткани.

Вернешь потом... — едва слышно шепчет она и отворачивается.

Риаган смотрит на нее еще какое-то время. Может быть, такая жизнь учит детей быстро понимать, быстро ориентироваться и быстро взрослеть...
В любом случае, остается лишь надеяться, что его новая помощница честно выполнит свою часть уговора, а не пойдет на попятную и станет все отрицать.

Он устраивается неподалеку рядом с небольшим фонтаном. Пока ничего не происходит, можно подсчитать убытки от засевания пригородных полей — убытки, которые впоследствии должен примерно втрое покрыть доход от урожая. Должен, да не всегда покрывает...

Отредактировано Риаган (16-06-2022 14:46:03)

+2

3

Сколько раз она бывала в Вильсбурге? Не перечесть, да и нет смысла, ведь и сама Лелия вряд ли смогла бы вспомнить все те долгие и краткие авантюры, которые приводили её в столицу Остебена. В общем-то, даже её первое посещение города обернулось неожиданным приключением с бывшим придворным магом и крылатым собратом, которого алифер ну никак не ожидала встретить.
И всё же девушка любила большие города, в которых так легко затеряться тому, кто что-то скрывает или же не хочет говорить о прошлом. Конечно, ей больше нравился Берсель, особенно летом, когда нередко в море бушевали шторма и грозы с тёплым дождём, но до них ещё было далеко, а потому Лелия не спешила возвращаться в портовый город, зная, как тяжело будет снова выбираться из уютного дома Ксандора де Альседо, который, понимая её беспокойную натуру, раз за разом отпускал беспечную птаху на волю.
Именно поэтому она была сейчас в Вильсбурге… в поисках новых заказов или интересных книг, которые могли появиться в столичной библиотеке. А может, девушка неосознанно стремилась именно в этот город вместе с солнцем, плавящим снег, потому что когда-то её путь в большой мир, населённый людьми, начался именно весной.

Этим утром она бродила по городу, подставляя лицо робким тёплым лучам, и улыбалась своим мыслям, мечтам, небу, облакам, прохожим, сытым неуклюжим голубям и нахохлившимся воронам – всем сразу и никому конкретному. Серебристые волосы под порывами ветра лезли в глаза, щекотали ноздри, заставляли то и дело заправлять их за острые уши, так похожие на эльфийские, но синий взгляд цепко следил и за местными обывателями, и за очевидными гостями столицы, и за бойкими торговцами, да и… Да за кого только не цеплялся внимательный взгляд алифер, которая прекрасно знала, что любой из праздно гуляющих может оказаться не просто скучающим аристократом, а бойкие торговцы вполне могут скрывать какие-то тайны.
Впрочем, Лелия не искала сейчас ни загадок, ни тайн, ни великих свершений или сражений с ужасающими созданиями, что появились на человеческих землях по ошибке богов, а может, и были задуманы именно такими свирепыми и кровожадными. Нет, девушке хватило бы какого-нибудь простенького задания, чтобы пополнить изрядно отощавший за зиму кошель, а потом она бы вернулась в Берсель под тёплое крыло дракона.

Таверна, на которую пал выбор Лелии, была самой что ни на есть рядовой – банальное название «Копченый окорок», два этажа, большой зал с жарким и ярким камином, сытная еда и хмельное пиво. Именно такие таверны – недорогие, но добротные, с горячим мясом и свежим элем – девушка и любила, ведь здесь можно было не просто найти кров и пропитание, но и вечером взять в руки лютню, чтобы потешить своё самолюбие и уши слушателей. Вот и сейчас она сидела, склонившись над недорогим музыкальным инструментов, позаимствованным у трактирщика, и подтягивала струны колками.

+2

4

Две пятых казны — если учесть трагические случаи, статистические усреднения и прочие эксцессы. Впрочем, даже в этом случае убытки в большинстве своем лягут на плечи феодалов, а большая часть доходов отойдет в казну. Не слишком справедливое разделение, но земля Остебена — это не собственность, а пожалование, и все королевство в любом случае принадлежит королевскому роду.
Риаган откладывает перо и напряженно вглядывается во все растущую толпу — он никогда не занимался такими вещами и теперь боялся сделать что-то не так. Искомой особы среди спешащих, смеющихся, галдящих и глазеющих все не было. Впрочем, утро только начинается, и впереди еще есть время...
Писарь устало трет пальцами переносицу.
Лучше бы он это время проспал.

Поначалу совмещение деятельностей не было таким уж сложным — в любом случае оставались часы для того, чтобы навестить мать, почитать или праздно прогуляться по городу. Но в последнее время все становится хуже, начиная давлением двора и Инквизиции на Триумвират и заканчивая постоянным голодом, который не ослабляет хватки. Насколько Риаган мог судить, сейчас поголовье шпионов веры несколько сократилось — некоторых сократили даже публично. Примерно на одну голову с погрешностью в длину шеи.

Не то чтобы он не боялся, что с ним случится то же самое... скорее, просто предпочитал об этом не думать. Пытаться игнорировать, вроде детского «если не видишь проблемы, значит, ее нет». Страх раскрытия карт постоянно маячил с обеих сторон — гнева короля Риаган боялся в той же степени, что и разоблачения от Триумвирата, и собственная ложь опутывала его чем дальше, тем плотнее.
Страх парализует, берет когтистой лапой за горло, заставляет задыхаться, и в конце концов становится чем-то неприятным, но привычным, почти родным.

От мыслей его отвлекает небольшая девичья фигурка в неброском платье, не отличавшимся от такового у любых других дочерей торговцев. Она маячит среди толпы, медленно пробираясь в его сторону, а затем быстро перебегает мостовую, оказываясь рядом.

Папенька меня отпустил, — запыхавшимся полушепотом произносит девочка и принимается умело складывать беспорядочно лежавшую рядом с Риаганом ткань. — Твоя знакомая проходила мимо в сторону бронной улицы, оружейников, то бишь. Почему ты не сказал, что она эльфийка? — если первые две фразы прозвучали по-деловому, то последняя вышла чуть ли не возмущенной.

Ах да... эльфийка, — писарь кивает с таким видом, будто это-то все и объясняет, а затем молча начинает складывать бумаги и убирать их в книгу подсчетов. Нужно успеть ее догнать, пока не пришлось обращаться к кому-нибудь еще и на другой улице.

Спасибо за помощь, — он улыбается коротко и всовывает уже приготовившейся было что-то сказать девочке в руки еще пару медных — за молчание — и быстрым шагом удаляется прочь.

https://i.imgur.com/RDL4diW.png

Она уже долгое время не выходит из таверны, в окнах которой все жарче разгорается свет. Чем быстрее темнеет снаружи — тем сильнее работники внутри разводят огонь. Пылающий, теплый, манящий...
Ранняя весна не способствует долгим прогулкам, особенно вечером, поэтому войти сейчас хочется как никогда — в конце концов, может быть, это и не проигрышный шаг, она-то его не знает совсем... по крайней мере, не должна.

Чего-то изволите? Мяса? Эля? — не слишком радушно, но и не грубо обращается хозяин к возникшему на пороге очередному гостю.

Горячего, и добавьте пряностей, — согреться будет совершенно не лишним.

Вынимая деньги, королевский секретарь украдкой оглядывает уже порядком полное помещение; скользит взглядом по хмельным, веселым, уставшим, ничего не выражающим лицам, не сразу, но глазами все-таки находит искомую девушку, склонившуюся над лютней с изогнутым грифом.
Так, хорошо. Это есть.
А дальше что?

Нужно понаблюдать, а после уже пообщаться... но зачем ждать, если искомое уже здесь, прямо под носом? Выжидать дольше было бы попросту глупо — даже он, имея весьма скромный опыт шпионажа, это понимал. Может быть, дальнейшее наблюдение и могло сказать что-то о ее привычках и пристрастиях, но ему было нужно не это.
Фойрр, еще столько дел...

Риаган мягким шагом подходит к беловолосой и останавливается так, чтобы его можно было заметить и расслышать, но не счесть угрозой.

Доброго вечера, миледи, — он улыбается ничего не значащей улыбкой и по неискоренимой привычке склоняет голову, чуть намечая придворный поклон. — Вы не будете против разговора?

+2

5

Настраивая лютню и с заботливой нежностью касаясь струн, Лелия не обращала внимания ни на хмельную загулявшую публику, ни на приходящих и уходящих посетителей – их всегда много, даже не нужно запоминать лица, ведь вряд ли с кем-то ей доведётся встретиться снова.
Таверны, трактиры, постоялые дворы, а то и просто выставленные полукругом торговые повозки – за эти годы их было немало, а потому череда лиц, мужских и женских, молодых и старых, бородатых и чисто выбритых, уже почти не оседала в памяти алифер. Да и не смотрела она на слушателей, перебирая незнакомые струны, потому что с собой лютню не возила, а перебивалась случайными и далеко не всегда хорошими инструментами, что нередко можно было найти у трактирщиков.
Сегодня она не пела. По крайней мере, пока, потому что мысли были рассеянными, слова не ложились на мелодию, что струилась из-под тонких пальцев, да и внезапный вопрос совсем сбил девушку с поэтического настроения.
- Доброго и вам, - Лелия подняла на незнакомого ей мужчину озадаченный взгляд и её брови едва заметно сдвинулись к переносице, выдавая удивление. Она определённо его не знала и сейчас беззастенчиво рассматривала, всё ещё пытаясь вспомнить возможные обстоятельства знакомства.
Невысокий… вряд ли выше её самой, хотя пока она сидит, а он стоит, оценивать было сложно. Самая обычная внешность, даже заурядная, пожалуй… и уж точно не из тех бравых авантюристов, которые нередко подсаживались к ней в поисках весёлой компании на вечер, а то и на ночь. И которым она неизменно отказывала.
Тогда кто же он? Тот, кто обращается к ней, как к «миледи», хотя годы странствий должны были стереть с её лица и из манер аристократический след… Быть может заказчик, который ищет наёмника для какого-то дельца? Но имеет ли смысл гадать, если мужчина и сам просит разговора?
- Не против, - Лелия мотнула головой и указала взглядом на лавку, приглашая сесть напротив. Лютню из рук она так и не выпустила, хотя и накрыла струны ладонью, обрывая едва начатую мелодию.

+2

6

После того, как девушка соглашается, он явно чувствует себя увереннее, куда более «в своей тарелке», чем раньше. Выслеживать кого-то Риагану в новинку, а вот осторожно подвести разговор к нужной теме так, чтобы собеседник не почувствовал опасности и не сошел раньше времени — такого сомнительного опыта хоть черпай ложкой.

Я Риаган... — он хочет было привычно представить себя секретарем двора, но вовремя останавливается, поняв, что это может быть подозрительно и вредно не только для нынешнего дела, но и для будущего. Нужно быстро что-то придумать, а уставшая голова как назло варит очень неохотно... Взгляд его скользнул по музыкальному инструменту и пальцам, лежащим на струнах. — Как давно Вы играете? У Вас дивно получается.

На самом деле он понятия не имеет, каков уровень ее игры и как их в принципе следует оценивать; но то, что мелодия замысловата, отрицать действительно сложно.
Бродячие музыканты, развлекавшие короля и придворную знать за торжественными обедами, в большинстве своем не отличались чем-то уникальным и имели репертуар весьма ограниченный, но сравнить можно было хотя бы с чем-то. Можно, конечно, вспомнить тягучие и низкие переливы музыки, которую играл отец, но вспоминать Асгрима смертельно не хочется. Не сейчас и не при таких обстоятельствах.

Всегда мечтал тоже научиться играть на чем-то подобном, — он кивает на инструмент в тонких пальцах и тут же как будто спохватывается с долей досады, направленной на самого себя: — Что же это я... Может быть, хотите немного эля?

Девушка красива; не такой красотой, какую носят придворные дамы, не подчеркнутой, где нужно, и затененной, где нет, а естественной, как будто подобное изящество — продолжение ее мыслей, то, с чем можно родиться. Но глаза...
Риагану не нравится ее взгляд, с таким смотрят разве что самые молчаливые рыцари в самых изрезанных и измятых доспехах. Что-то есть такое, от чего смотреть прямо дольше мгновения не хочется.

+2

7

Взгляд Лелии стал ещё более настороженным, а морщинка между бровей залегла заметнее, придавая лицу выражение недоверчивое, хоть и без испуга или агрессии.
Знавала она «ценителей музыки», которые начинали разговор издалека – о песнях, мелодиях, красивом голосе и столь необычном тембре, что редко встретишь в простом трактире, а потом следовало приглашение исполнить пару баллад в приватной обстановке со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Правда, представившийся Риаганом не производил впечатление прожигателя жизни, что ищет развлечений со смазливой эльфиечкой, а потому девушка вежливо улыбнулась уголками губ, хотя глаза её оставались серьёзными: - Сколько себя помню. Но я не профессиональный менестрель и не пою на заказ.
Важное уточнение, после которого Лелия снова тронула струны лютни, склонившись над музыкальным инструментом с той лаской и трепетом, с которым мать держит новорожденное дитя, однако мужчина, как она заметила краем глаза, не только не отошёл, но и продолжил разговор, заставив алифер беззвучно вздохнуть.
- У вас пальцы, не привычные к грубой работе, так что вполне могло бы получиться, - заметила девушка, скользнув внимательным взглядом по рукам Риагана. Она часто смотрела на ладони и мужчин, и женщин, что ей встречались на пути, ведь они были если не зеркалом души, как глаза, то отражением рода занятий.
Сложно было спутать нежные пальчики аристократки, что даже вышивала с напёрстком, и покрасневшие загрубевшие запястья прачки, ухоженные ногти юного повесы и изрезанные верёвками руки грузчика или твёрдые мозолистые ладони воина. Не каждый обращает на это внимание, но Лелия была внимательной, любопытной и видела немало рук.
- Эль у меня есть, - она указала взглядом на полупустую кружку на краю стола, - И я не ищу того, кто угостит меня ужином, уж простите за откровенность и не сочтите невежливой…
Ох уж это проклятое воспитание… она никогда не умела быть грубой! Даже если её слова сочились ядом, то отрава эта была сладкой… правда, сейчас она действительно была вежливой, хоть и не слишком доверчивой.

+2

8

Отметив про себя, что девушка не представилась в ответ, секретарь не меняется в лице, лишь ослабляет застежку плаща, чтобы не давил на горло.

Все в порядке, это Вы меня извините за такую навязчивость... — извинения не то чтобы могли показаться неискренними, но могло создаться отчетливое впечатление, что этот человек извиняется очень часто и без энтузиазма, слишком уж легко слово сорвалось с губ.

А она не слишком настроена на разговор. Что ж, ничего легкого от этого дельца и не ожидалось.
В левом углу трактира раздается громкий мужицкий смех вперемешку с ругательствами — писарь почти вздрагивает, но удерживает себя в руках. Не слишком приятное место, особенно вечером, особенно без окружения надувшейся младшей знати, которая хотя и далека от высших родов и представляет из себя всего лишь кучку зажравшихся разгильдяев, но все равно держит простолюдинов на расстоянии.

Голос и взгляд Риагана неожиданно приобретает нотки безобидного лукавства:

Но на разговор Вы все-таки согласились.

Он усаживается напротив, согревая руки о собственную кружку эля. Как же найти подход к такой личности, как эта эльфийка... это будет интересно. Главное, быть осторожнее и все-таки не отвернуть ее совсем — иначе с него снова спросят за невыполненную работу.
Можно подумать, он эту работу хоть немного хотел...

Видите ли, я здесь не из праздного любопытства, коего в мире, несомненно, достаточно, и считаю, что леди сама в состоянии обеспечить себя отличным пиршеством, — «а если короче: мое дело предложить, ваше — отказаться». — Но простая вежливость должна присутствовать, даже если и формально.

Стараясь создать впечатление мелкого аристократишки, которому впервой разговаривать с наемником, он ерзает на лавке и бросает быстрый взгляд за плечо.

Буду честен, услышал, что Вы занимаетесь заданиями по найму, и мне стало любопытно, сможете ли Вы выполнить одно непростое дельце. Не волнуйтесь, за платой мы не постоим. Вы же сейчас принимаете подобные заказы?

+2


Вы здесь » Легенда Рейлана » Личные отыгрыши » [Весна 1079] Дальше вы не пройдете, пока не получите бумаги