Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17 (18+)

Марш мертвецов

В игре сентябрь — ноябрь 1082 год


«Великая Стужа»

Поставки крови увеличились, но ситуация на Севере по-прежнему непредсказуемая из-за подступающих холодов с Великой Стужей, укоренившегося в Хериане законного наследника империи и противников императора внутри государства. Пока Лэно пытаются за счёт вхождения в семью императора получить больше власти и привилегий, Старейшины ищут способы избавиться от Шейнира или вновь превратить его в послушную марионетку, а Иль Хресс — посадить на трон Севера единственного сына, единокровного брата императора и законного Владыку империи.



«Зовущие бурю»

Правление князя-узурпатора подошло к концу. Династия Мэтерленсов свергнута; регалии возвращены роду Ланкре. Орден крови одержал победу в тридцатилетней войне за справедливость и освободил народ Фалмарила от гнёта жесткого монарха. Древо Комавита оправляется от влияния скверны, поддерживая в ламарах их магию, но его силы всё ещё по-прежнему недостаточно, чтобы земля вновь приносила сытный и большой урожай. Княжество раздроблено изнутри. Из Гиллара, подобно чуме, лезут твари, отравленные старым Источником Вита, а вместе с ними – неизвестная лекарям болезнь.



«Цветок алого лотоса»

Изменились времена, когда драконы довольствовались малым — ныне некоторые из них отделились от мирных жителей Драак-Тала и под предводительством храброго лидера, считающего, что весь мир должен принадлежать драконам, они направились на свою родину — остров драконов, ныне называемый Краем света, чтобы там возродить свой мир и освободить его от захватчиков-алиферов, решивших, что остров Драконов принадлежит Поднебесной.



«Последнее королевство»

Спустя триста лет в Зенвул возвращаются птицы и животные. Сквозь ковёр из пепла пробиваются цветы и трава. Ульвийский народ, изгнанный с родных земель проклятием некромантов, держит путь домой, чтобы вернуть себе то, что принадлежит им по праву — возродить свой народ и возвеличить Зенвул.



«Эра королей»

Более четырёхсот лет назад, когда эльфийские рода были разрозненными и ради их объединении шли войны за власть, на поле сражения схлестнулись два рода — ди'Кёлей и Аерлингов. Проигравший второй род годами терял представителей. Предпоследнего мужчину Аерлингов повесили несколько лет назад, окрестив клятвопреступником. Его сын ныне служит эльфийской принцессе, словно верный пёс, а глава рода — последняя эльфийка из рода Аерлингов, возглавляя Гильдию Мистиков, — плетёт козни, чтобы спасти пра-правнука от виселицы и посадить его на трон Гвиндерила.



«Тьма прежних времён»

Четыре города из девяти пали, четыре Ключа использованы. Культ почти собрал все Ключи, которые откроют им Врата, ведущие к Безымянному. За жаждой большей силы и власти скрываются мотивы куда чернее и опаснее, чем желание захватить Альянс и изменить его.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Тсян Си Алау Джошуа Белгос
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Чеслав

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Личные отыгрыши » [13.06.1076] Плохим людям предпочту скучную книгу


[13.06.1076] Плохим людям предпочту скучную книгу

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

https://i.imgur.com/gAFrvmB.png https://i.imgur.com/DOcBxTU.png https://i.imgur.com/s4NEW2a.png
— Локация
Северные земли, г. Нерин, библиотека школы магии «Стихия Жизни»
— Действующие лица
Риаган (37 лет)
Айрис Лерман Селециум (117 лет)
— Описание
Встретились как-то две молчаливые мыши и поняли, что им есть, о чём поговорить.

Отредактировано Айрис (29-04-2022 19:01:54)

+1

2

Солнце ослепляет, когда порыв взметает вверх поземок, и лед крошится под пальцами, словно хрупчайшее стекло. Горные пики располосовывают небо у самой кромки — и глаз солнца над ними как будто прожег дыру. Скала почти отвесна, остается лишь сделать несколько нетвердых шагов вперед, к самому краю, скользкому своей наледью.
Он делает еще шаг и резко бросается вниз со скал, в посеребренное снегом широкое ущелье. Голова кружится, сердце колотится, кажется, у самого горла, и тошнота подступает слишком близко.

За спиной слышится всплеск распахнувшихся крыл.

Риаган резко хватает ртом воздух, открывая глаза. Горный холод как будто осязаем под пальцами — но это всего лишь распахнулось окно, впуская в помещение свежий ветер. Неужели задремал прямо за работой? Ужасная промашка.
Он оглядывается, пытаясь понять, видел ли кто-нибудь. И главное - видел ли «премногоуважаемый придворный маг»? Вроде бы нет, библиотека - не то место, где будут обращать внимание на тех, кто сидит тихо, уткнувшись носом в текст. Чернильных пятен нет. Ну и славно.

Ему давно уже не снилось подобного — тем более сейчас, когда королевство только и гудит, что о подозрениях и интригах — сколько раз к нему приходили и «вежливо просили» либо взглянуть на документы поставок, либо тихо-мирно внести в них некоторые изменения? Риаган неизменно отказывался, безупречно играя роль верного государственного служащего. С последствиями — а они были — он управлялся самостоятельно. Ему не хотелось беспокоить камергера, как не хотелось просить защиты и привлекать внимание к себе и подковерным дворцовым играм. Лучше быть на самой обочине и наблюдать со стороны, когда же остальные перегрызутся между собой.
По большей части это было занятием бессмысленным — на освободившиеся места приходят новые люди. Люди, которые, судя по всему, совсем никогда не кончатся в этом мире.

Писарь вперивается взглядом в сложные магические тексты, которые нужно переписать слово в слово, крючок к крючку. Если бы только не беспокойная ночь в дороге, было бы куда легче - не так сонливо и не так медленно. Осталось бы время прогуляться по школе. Он ведь даже никогда раньше не был в землях других народов, только множество всего интересного знал о них - рассказы матери до сих пор живы в памяти, как будто она сплела их только вчера. Ах, если бы только не проклятая ночь, можно было бы уже заняться чем-то другим. Вчерашние документы были куда интереснее нынешней работы.

Быть секретарем — значит пропускать через свои руки все бумаги о поставках, о приказах, о должностном обороте, о расходах и доходах, о налогах, о жалованиях, о сборах, о дарственных...
Быть секретарем — значит знать все, что происходит в королевстве. И для этого даже не нужны особые навыки или обширная шпионская сеть — достаточно быть внимательным и сопоставлять факты. Вот, например, в прошлом месяце королевская гвардия заказала у древообрабатывающих цехов стрел и копий на тридцать золотых монет. Но в прошлом месяце не было никаких крупных битв, да и в будущем король не говорил ни о чем таком — что же это может значить?
Любой наблюдатель тотчас же поймет — ага, кто-то готовится к войне! Но не стоит спешить — четырьмя днями позднее последовал заказ на две дюжины выдрессированных породистых псов. Риаган не сомневается, что вскоре последует заказ и на коней — в будущем месяце последует большая охота, когда дичи в угодьях набьют на сумму, в пять раз превышающую и покрывающую расходы.
Это несложно.
Но опасно.

Несколько быстрых размашистых черт уверенной рукой - и этот текст готов.
Осталось всего два. Нужно только свериться со списками и найти необходимую книгу. Не очень-то удобно делать это в незнакомой библиотеке, однако, в каждом пространстве есть своя логика, как к каждой двери - свой ключ.
С тяжелым цепным звоном и превеликой осторожностью Риаган отправляет фолиант с уже переписанным текстом обратно на полку, перебирает списки - о боги, какой же ужасный бардак! - и медленно проходится вдоль шкафов к проходу, пытаясь определить, где же эта распрекрасная книга по целительству.

+1

3

Человек слушает тебя, когда говорит. И слушает всех, когда молчит. А молчала Айрис постоянно.

Из неё могла бы выйти просто блистательная ученица. К своему обучению вампирша подходила действительно старательно и с полной отдачей. Дело было не в том, что Терион прекратит оплачивать племяннице обучение, если не будет видеть в этом смысла, и даже не в том, что отец до конца своих дней будет припоминать, что его дочь вылетела из школы. Арлан итак считает позором одно лишь её существование, так что претензий ей в любом случае не избежать. Но изучение магии ей действительно нравилось. Здесь, в школе, не хлестали по рукам, как во время её занятий музыкой, не отвешивали подзатыльников, как на домашних занятиях магии, не пытались навредить, проверяя её скорость реакции. «Стихия Жизни» хоть и не гонялась за своими студентами, но как и любое престижное учебное заведение, предоставляло всё необходимое тем, кто действительно пришёл сюда за знаниями. И Айрис была как раз из их числа. Вампирша могла часами проводить за чтением, изучая даже те школы магии, которые ей были просто недоступны по её природе. С наслаждением плела только что изученные заклинания, оттачивая своё мастерство и в свободное время. Первой рвалась отвечать на занятиях, последней выходила из аудитории — словом, чудо, а не студент. Преподаватели всегда с улыбкой говорили об Айрис, как о старательной и способной ученице.

Пока дело не доходило до работы в полевых условиях.

Сегодня снова был один из тех дней, когда студенты демонстрировали свои знания на практике. Их ставили в пары, устраивая под присмотром преподавателей учебный бой, ведь взрывать манекены и сражаться с таким же магом — совершенно разные вещи. Именно тут блестящая ученица, раздражавшая всех своей излишней подготовкой и знавшей ответ, наверное, на любой вопрос преподавателя, внезапно становилась одной из слабейших. Вампирша до последнего не нападала, вместо этого возводя щиты, прячась в создаваемых ею туманах и надеясь, что у оппонента просто кончатся магические силы и всё это закончится. А стоило ей всё же попасть, она тут же извинялась, вызывая у окружающих смех и раздражение. Нет, боевым магом ей точно не стать.

И это злило.

Злила неспособность пересилить себя. Злило то, что некоторые, не стесняясь, перемывают ей кости и особенно злило то, что она, прекрасно зная об этом, ничего не хочет с этим сделать. Просто не видит в этом смысла. Зачем разводить конфликт, если можно просто засунуть свою гордость куда подальше и стерпеть? Кончилось всё тем, что прямо посреди занятия к ней подошёл преподаватель и мягко предложил освежить свои знания в библиотеке, наобум назвав целительство. Она приняла предложение с улыбкой, подавляя желание расплакаться, будто маленькая девочка. Для Айрис было очевидно, что это — не забота о ней, а скорее желание убрать девушку с поля, чтобы не мешалась под ногами, и при этом не обидеть её и её родовитых родичей. Особенно забавно, что первой на ум ему пришла школа, которую Айрис даже не сможет использовать. В её роду рождалось много магов под знаком Воздуха, были и неплохие маги Воды, множество хороших псиоников. Но целители? Уж увольте.

Идя по коридору, впрочем, создавалось впечатление, что произошедший конфуз её нисколько не тревожит. Расправленные плечи, высоко поднятая голова, как и принято для девушки её происхождения; спокойный взгляд и лёгкая улыбка, будто мысли её были наполнены чем-то таким же воздушным. Вот только внутри неё кипела злость. Злость на зазнавшихся студентов, злость на собственную неспособность кому-то навредить. Они ведь так её раздражают! Раздражают их глупость, раздражает отношение некоторых к преподавателям, которых они с таким-то поведением точно не заслуживают. Так почему же несмотря на то, что она их ни во что не ставит, так боится причинить им боль? Почему намеренно промахивается, а стоит ей попасть, тут же выкрикивает извинения?

«Идиотка».

Перед приходом в библиотеку пришлось переодеться. И дело не только в том, что на практике её одежда намокла и испачкалась, но и из-за того, что ближе к вечеру придётся вернуться в поместье Белой Луны. Дядюшка устраивал какое-то празднество, и честно говоря, Айрис было всё равно, чьё-то это день рождение, приезд дорогого гостя или чья-то помолвка. Просто хотелось отвлечься. И ради этого она могла стерпеть даже вычурное платье на манер Края Света. Ещё её дед был очарован культурой этого места, а так как отец продолжал поддерживать торговые отношения, на праздниках Айрис нередко появлялась в подобных нарядах, как живое доказательство крепких отношений Лерман Селециумов с Торговой Гильдией. Жаль вот только, но самостоятельно собрать волосы в соответствующую причёску не получилось; распустившиеся во время её беготни по полю, они всё ещё сливовой копной спадали с девичьих плеч.

В библиотеке, как и обычно, царила гробовая тишина. Идя мимо бесконечных стеллажей, вампирша молчаливо вчитывалась в надписи, едва касаясь корешков и не замечая, кажется, ничего и никого вокруг. Наконец, заприметив нужное ей название, Айрис потянулась за книгой, почти коснувшись возникшей будто ниоткуда ладони, но вовремя отдёрнула руку. Слишком увлечённая поисками, она до последнего не замечала, что не одна она плутает тут среди стеллажей, а потому встретить кого-то было для неё сюрпризом.

Даре, — отступив, вампирша чуть поклонилась в знак приветствия. Мужчина был ей незнаком, что, однако, не было поводом забывать о приличиях. Снова подняв на него глаза, девушка с удивлением отметила то, что при разговоре с ним ей не приходилось задирать голову. Представители её Дома отличались статностью и высоким ростом, в то время как Айрис «повезло» уродиться в свою миниатюрную бабку, так что смотреть на кого-то не снизу вверх было довольно... странно. Незнакомец не мог похвастать каким-нибудь необычным цветом волос, а потому к клану Лэно он не принадлежал. Обратив внимание на отсутствие острых кончиков ушей, только сейчас Айрис поняла, что и вампиром он не был. Оставалось надеяться, что он достаточно знаком с их культурой, и его не приведёт в замешательство то, как она к нему обратилась.

«Не видела его раньше. Такого коротышку я бы запомнила», — заключила Лерман, однако продолжала вежливо улыбаться и не торопилась устраивать скандал на тему, кто первый увидел книгу. В любом случае, вежливость — доспехи леди, как бы эта леди не думала о собеседнике.

Интересуетесь целительством? Гилмор Данасти чаще пишет труды на вампирском, перевод не всегда точен. У Вас не возникнет с этим трудностей? — обращаясь к незнакомцу на общем языке, Айрис мягко намекнула на то, что читать книгу, где человеку будут понятны разве что сноски, будет тяжеловато.

+1

4

Глубокие, смазанные, полупризрачные тени бросает из окон свет — теплый, спокойный, как это лето, — дрожат огоньки свечей, разгоняя библиотечный мрак и с трудом конкурируя с ярящимся сиянием солнца, кое уже давно взошло на небосвод и важно шествовало по небесному куполу, как будто самая красивая фрейлина принцессы, которые всегда задирали нос, стоило какому-то секретарю оказаться поблизости от их общества. Риаган не обижался — он и сам не хотел привлекать много внимания к своей персоне, а уж женщину подпускать к себе близко — и вовсе чревато опасностью. Он знает, что женщины, в отличие от мужчин, предельно наблюдательны и прозорливы — даже самые легкомысленные красавицы двора всегда обостряют внимание, выглядывая, какое на сопернице сегодня украшение, куда кто смотрит и как поведет себя старшая — сестра или мать, чтобы во всем скопировать ее взгляд и наклон головы, так, чтобы правильно открыть шею, красотой похожую на лебяжью. Он старался не обращать внимания на придворных дам, оставив это дело рыцарям да гвардейцам, ведь женщина гораздо красивее и выгоднее для себя смотрится на фоне грозного защитника в латах, который всегда сможет сохранить ее честь и отстоять руку — и отстоять право примкнуть губами к белой перчатке, которые в последнее время носили все придворные дамы. Что для них какой-то маленький, непримечательный секретарь, который день-деньской запрется у себя в комнате и все сидит за бумагами? Ни выйти в свет с таким, ни на турнир, и даже не похвастаться перед товарками — какой из него жених, коли даже своего почти ничего и нет? Другим король пожаловал рыцарские шпоры и вассальство — а те были вассалы следующих, и так до самых крестьян, что возделывали не свои земли и жили на то, что останется после сбора оброка. У него же, как у немногих государственных служащих, не было своей земли — он жил во дворце, где все было лишь королевское. Ну на кой кому-то такой муж?

Мысли разбегаются храмовыми мышами, любящими жир свечных огарков, когда слышится шорох платья и тихие шаги - не иначе, кто-то еще заглянул в библиотеку в час, когда все здравомыслящие люди трапезничают.
Риаган застывает с полуподнятой рукой; неожиданность появления девушки застает его врасплох, и, к тому же, становится даже немного интересно, как она поведет себя дальше.

- Доброго дня, - когда вампирша, судя по кивку, здоровается, он тут же склоняется в традиционном придворном поклоне, приложив ладонь к сердцу, но почти сразу себя одергивает и выпрямляется - здесь же все-таки не Остебен, мало ли, что значит у других рас этот жест. Вдруг он сейчас по незнанию нанесет от лица всего королевства непоправимое оскорбление какой-нибудь высокородной леди, а потом его будут гнать собаками до самого Весвольда, попутно подписывая декларацию о закрытии границ для всех людей до последнего подмостового пьяницы?
Мать мало рассказывала ему о том, как следует приветствовать вампиров. Все больше о красе городов, праздниках, еде (которая, верно, здесь была не в ходу), традиции одеваться...

Риаган чуть прищуривается, разглядывая наряд незнакомки, улавливая в нем нечто... нечто родное, знакомое, пляшущее отсветами каминного пламени на полу, скрипящее мехом под ногой, холодящее отблеском клинка на стене и словами... долгими, длинными речами о давно убитых обычаях, родных костюмах и культуре, оставшейся в забытьи много лет назад.

- Как я могу Вас называть?

В голосе уже - не простая вежливость, не зубодробительно-подчеркнутая доброжелательность, призванная держать собеседника на дистанции, достаточной, чтобы вовремя ретироваться. Интерес, потому что она не только из другой страны, другого воспитания, другой расы, но и в драконьей одежде.
Цвета неба, цвета моря, цвета ветра.

Интересуетесь целительством? Гилмор Данасти чаще пишет труды на вампирском, перевод не всегда точен. У Вас не возникнет с этим трудностей?

- О, не беспокойтесь, она мне нужна не для чтения, - Риаган чуть отступает и галантно вытягивает руку в предлагающем жесте. - Пожалуйста, берите.

«А я пока что возьму третью из списка - и никаких конфликтов с вампирами. Никаких».
Он прекрасно понимал, что прочитать что-то на вампирском языке для него будет непосильной задачей, но переписывать умел в совершенстве - до последней детали, последней авторской подписи. Не обязательно понимать, что ты копируешь - мнение переписчика о прочитанном не волнует никого и никогда.

+1

5

Айрис-сине, — представилась вампирша, не став вдаваться в подробности выбора именно этой приставки к своему имени. Незнакомец, судя по всему, не особо был знаком с их культурой, так что мог по незнанию обращаться к ней без неё. А это, извините, уже фамильярность. Может, она и не дочь одного из Двенадцати, но всё ещё леди благородных кровей, и подобные выходки прощались разве что старшим членам семьи и друзьям. По крайней мере тем, кто считал себя таковым. Куда проще вытягивать из девушек нужную информацию, когда они уверены, что вы лучшие подружки и ты всегда будешь на её стороне.

А Вы? Как я могу к Вам обращаться? — вопрос скорее из вежливости, чем из искреннего интереса. Навязывать свою компанию не входило в планы девушки, так как собеседник из неё, мягко говоря, так себе. Её не интересует мода, не интересуют слухи, которые она вынуждена была собирать для своих кузин, никогда не интересовали и политика, и дела своей семьи. Айрис слишком привыкла быть молчаливым слушателем, анализирующим всё и всех вокруг, а во время бесед она разве что поддакивала, прекрасно при этом понимая, что чужие проблемы всегда будут казаться ей надуманными и неважными. Зато вот то, что пробуждало в ней неподдельный восторг, у остальных вызывало разве что скуку и вопросы. Редко какая благородная барышня будет со скучающим видом рассматривать расшитые золотыми нитками платья, но при этом с удовольствием проведёт пару часов за изучением какого-нибудь заклинания, неподвластного её расе.

«Не для чтения? Выбирает подушку поудобнее? Это ему тогда в сторону мистицизма» — то, что юноша не стал устраивать баталии за несчастную книгу, безусловно радовало. Не то чтобы Айрис так уж важно было ухватить именно её, в библиотеке полно куда более интересных трудов, которые она, в отличие от целительства, точно сможет применять на практике. И всё же то, с каким спокойствием незнакомец ей уступил, не могло не льстить. В мире, где твоё слово, как женщины, практически ничего не весит, учишься подмечать и такие мелочи.

Благодарю, — она снова едва ему улыбнулась, взяв книгу и прижимая её к груди. Казалось бы, раз уже получила то, что хотела, так оставь бедолагу и иди приступай к чтению. Но что-то всё же не укладывалось в голове. Человек не был похож на новенького студента, который просто ещё не успел выучить все традиции местных после временного переезда в город «солнечных» вампиров. Если это так, стал бы он начинать с такого трудного материала? Да и к тому же, сам сказал, что книга ему нужна отнюдь не для чтения.

Не сочтите за грубость, даре, — пытаясь оставаться предельно вежливой, девушка всё же не смогла смолчать, — но для чего же Вам тогда книга? Простите мне моё любопытство, я, право, не хочу Вас задеть.

Не понимая, поддалась ли она простому интересу или же сказалась её рабочая привычка быть в курсе всего вокруг, но оставлять юношу в покое Айрис не торопилась. Могла, конечно, смолчать, забиться в угол, прячась от озлобленного мира среди пыльных талмудов и постараться забыться среди букв, но слишком уж этот юноша... не вписывался сюда. Он не особо походил на тех, кто отдавал бешеные деньги за обучение (обычно, родительские) и прятался в библиотеке, чтобы поспать: слишком вежливый и учтивый для таких кадров. Да и то, как он поклонился, выдавало в нём если не аристократа, то как минимум того, кто крутится в высших кругах. Айрис нередко становилась свидетельницей того, как вампиры пытаются подражать более высокородным сородичам в поведении, чтобы влиться в их круги, и раскусывала такое на раз-два. Кого-то выдавала осанка, кого-то взгляд, неловкие движения. Незнакомец, напротив, делал это на уровне инстинктов, будто для него это было таким же привычным действием, как дышать или моргать.

+1

6

- Риаган, писарь и секретарь королевского двора Остебена, - еще один легкий кивок, на сей раз намеренный. Будь он во дворце, за такое неуважение его давно бы уже наказали. Люди, имеющие власть, любят эту власть показывать и весьма болезненно относятся к любому ошибочному дыханию в ее сторону. - Мой род не знатен. Я глубоко сожалею, что причинил Вам неудобства.

Говорит - а в глазах ни капли раскаяния, ни доли заискивания. Только спокойный, совсем чуть сонный интерес.
Кто же она такая? Сходу понять это Риаган не может: вроде бы остроухие вампиры не любят дневного света, пьют кровь и сильны в каком-то из магических направлений - это все, в сущности, что он о них знает. Остальное - блеск света на бокалах, шутихи искр, торжество музыкальной фантасмагории - он запомнил размытым, и вполне мог бы просто подставить в материнские рассказы людей.

- Все в порядке, госпожа Айрис-сине, - все-таки не удерживается от привычного слова; но до чего странные здесь имена! - Она нужна мне для работы.

Обыкновенно в библиотеках человеческого королевства понимали, что если кто-то берет текст «для работы», то он будет переписываться. Но поймут ли такое здесь? Есть ли у вампиров писари и какой техникой они пользуются? Их язык немного сложнее для структурирования, у самого Риагана, например, вязь постоянно соскальзывает во что-то округлое, приходится дюже исписывать перед готовым вариантом несколько черновых. Это несложно, но занимает много времени.
Гораздо же сложнее для копирования бывает волчий - крючки, отрывистые черты, самые нелюбимые многослойные узоры, но переписывать их тексты удается далеко не часто - ульвы пишут мало, все больше посылая ко двору своих гонцов.
И всего раз Риаган видел письменный ламарский, показавшийся тонкой сетью теней, разбросанных морской рябью по песчаному дну мелководья.

- Видите ли, премногоуважаемый придворный маг почтил «Стихию Жизни» визитом, чтобы завершить несколько дел, - дел «не твоего ума», как он, помнится, выразился. - А мне он поручил переписать некоторые тексты из нескольких книг для информационного обмена между государствами. Не беспокойтесь, все официальные бумаги уже переданы. Мне осталось только закончить работу.

Риаган коротко улыбается, отмечая про себя, как этой вампирской девушке идет драконий наряд. Струящаяся ткань привлекает внимание, и некоторое время он любуется переливами света, не скрываясь.
Но ничего не спрашивает, откладывая это на случай, если Айрис-сине захочет его покинуть. Вовремя заданный неожиданный вопрос с легкостью останавливает почти всех собеседников, вынуждая их продолжить разговор.

Нужно найти третью книгу и приняться за работу - маги не очень любят промедления, а этот явно не желает задерживаться здесь слишком долго.

+1

7

Странное дело, но на фоне высоких, статных и бледноликих собратьев, которых ей приходилось лицезреть каждый день, этот невзрачный человечишка казался Айрис настолько обычным, что это даже вызывало интерес. Наверное, поэтому она не торопилась покидать его скромную компанию.

«Так, значит, Остебенский двор...»

Упоминание людского государства странно, почти болезненно отозвалось в сердце. Пускай вампиры в большинстве своём видели в людях лишь скоропортящийся продукт, однако отец Айрис даже их уважал больше, чем своих остроухих собратьев из других кланов. Люди не боятся солнца, не требуют столь дорогостоящую кровь и, самое главное, не так презрительно относятся к Лэно только лишь из-за их специфической диеты. Работники из них выходят не хуже, а потому встретить в Орлином Гнезде человека можно было практически на каждом шагу. Что уж говорить, Таэсир, её личный слуга, к которому она в какой-то мере успела привязаться, тоже ведь был человеком, и даже пару раз возвращался на родину, чтобы повидать семью. Айрис смутно помнила, как стоя возле карты всё расспрашивала его об Остебене, а он указывал своей испещрённой морщинами рукой в разные места, с едва улавливаемой тоской в голосе описывая города. Тогда она так живо представляла остебенские леса, площади, сады и людей, что там живут, но сейчас едва ли могла вспомнить хоть что-нибудь. Помнила только его усталые глаза, с необъяснимым теплом рассматривающие потёртую надпись "город Берсель" и тяжёлую руку, почти по-отцовски потрепавшую её по макушке. Кто знает, возможно Айрис так спокойно относилась к людям не из-за того, что вбивал ей в голову отец, а в память о человеке, который проведя в логове клыкастых сорок лет, не забыл, что такое человечность.

«Неблагородный, но при этом часть двора... А как тогда? Даре? Господин? Ну не на «ты» же к нему теперь обращаться», — не подавая виду, Айрис про себя всё никак не могла понять, как по канонам этикета всё же следует величать нового знакомого. С одной стороны, он служил при королевском дворе другой страны, но при этом сам упомянул о своём незнатном происхождении, нисколько не пытаясь выпятить свой новый статус, как его все уважают и как многого он там сумел достичь. Напротив, он вёл себя довольно скромно, не требуя от незнакомки кланяться себе в ноги только лишь потому что как-то раз король чихнул в его сторону.

«Так вот из-за чего была поднята такая шумиха утром», — Лерман вспомнила про незнакомые кареты, которые видела ранее, и только сейчас поняла, кому они принадлежали. Она-то думала, что это просто прибыл ещё какой-нибудь сынок очередного лорда, чтобы научиться управлять своим Даром, как следует.

Что же, рада знать, что и в Вильсбургской школе появятся труды моих соотечественников, — девушка не стала выпытывать, куда именно пойдут переписанные тексты, предположив, что вряд ли придворный маг станет держать их под семью замками у себя в кабинете. Куда логичнее предоставить своим согражданам доступ к знаниям, за которыми они едут в Нерин, чтобы сократить число тех, кто решит не возвращаться на родину, а пополнить ряды жителей солнечного города магии.

Вам нужна помощь с поиском, Риаган-даре? К сожалению, не все студенты добросовестно относятся к порядку, — снова вежливая улыбка и образ самой невинной девицы, только бы не спугнуть нового знакомого. Кто знает, возможно её дружелюбие окупится, и она сможет вечером развлечь дядюшку историями о том, как идут дела в Остебене. Если, конечно, от неё не попытаются отмахнуться, как от назойливой мухи.

+1

8

Девушка задумалась - Риаган не может понять, о чем именно. Неужели он все-таки обидел ее неуместными словами? Только бы не это - придворные маги сдерут с него шкуру за порчу отношений с соседями. Имада Далмад слишком любит вампирское, и если она узнает, по чьей вине прервались поставки...

- Что же, рада знать, что и в Вильсбургской школе появятся труды моих соотечественников.

- Не беспокойтесь, это не нечто новое! - фраза выходит несколько торопливой, и секретарь тут же поправляется, прочищая горло. - Не поймите меня неправильно, Айрис-сине. Людям в Остебене не всегда нравятся новшества, особенно если они связаны или и вовсе являются инициативой других народов. Информационный обмен с Северными землями установился после семьсот девяностого года, если мне не изменяет память. Магические и научные открытия не могут двигать прогресс, если их не использует как можно больше умов. Правда, это происходит не слишком часто. Как Вы понимаете, путь неблизкий и приехать может не всякий.

Риаган улыбается, пытаясь разгрузить вдруг ставший более тяжелым разговор. Может быть, это влияние чужих земель, может - усталость, а может, собеседница сама располагает к этому, но что-то он стал слишком уж болтлив здесь. Именно тогда, когда следовало бы уже заканчивать работу.

- О, мне бы невероятно помогла бы... помощь, - поняв, что фраза вышла нескладной, писарь с коротким смешком прикрывает рот. Да уж, усталость явно сказывается, и не только на желании что-то рассказывать. - Мне осталось переписать текст из книги, которую Вы держите в руках, если позволите, и из... «Чаровничества в жизни и смерти» некоего Огдриса Ике. Буду благодарен за любую подсказку, миледи! В первый раз вижу такую структуру составления книг.

Отредактировано Риаган (18-05-2022 12:57:08)

+1

9

Ответ её, честно признаться, удивил. Общаясь с людьми, которые служили в её доме, ей казалось, что люди наоборот быстро приспосабливаются к новому. Пока она тратила столько сил и времени, чтобы научиться чему-либо, они успевали узнать столько всего, перенять множество привычек, проживая вдали от родины, что она сама удивлялась этому. Скорее всего, роль тут играл их смехотворно короткий срок жизни. Когда в твоей власти не одно столетие, ты не дорожишь каждым мигом, прекрасно зная, что у тебя ещё будет время всё исправить. Людская же жизнь напоминала Лерман бесконечную гонку со временем, и лишь в старости они, понимая, что им уже нет смысла торопиться, перенимали вампирскую размеренность. Даже если посмотреть на потомков её «няньки» — не то сын, не то правнук, Айрис мало разбиралась в его потомстве — они нисколько не походили на Таэсира, каким его запомнила вапирша. Беспокойные, шустрые и с кучей мечт, зачастую просто неисполнимых, они вызывали у Лерман лишь снисходительную улыбку. Только с годами она поняла, что её слуга, вероятно, в юности был точно таким же.

Странно... мне казалось, это только у вампиров такие проблемы с принятием нового, — она беззлобно улыбнулась, нисколько не стараясь задеть нового знакомого. Пока людские поколения сменяли друг друга столь стремительно, что Айрис не успевала запоминать новые лица, у вампиров, в силу своей продолжительности жизни, порядки сменялись намного, намного медленнее. Просто потому что молодёжь с новаторскими идеями уже подрастала, а те, кто был взращен старыми традициями и был готов их отстаивать, могли прожить ещё лет пятьсот, если не больше. Читая о том, какие люди были ещё каких-то пару сотен лет назад, у Айрис в голове не укладывалось, как сильно они успели во многом преуспеть. Единственное большое изменение в собственной семье, которое она могла припомнить за такой срок — заключение её дедом договора с Торговой Гильдией. Довольно скромно, не находите?

Когда мужчина упомянул книгу, Лерман почти удивлённо взглянула на неё, будто за время их небольшой беседы успела о ней позабыть. Неловко улыбнувшись, она поспешно протянула её новому знакомому. Ей действительно льстило, что он, даже будучи мужчиной, не стал пытаться заставить её отдать — пускай даже это могло быть обосновано пропастью в происхождении и банальным нежеланием портить отношения с вампирами — но книга и впрямь не так уж была ей нужна. Для Айрис не было секретом, что она была отправлена сюда лишь под предлогом, чтобы не мешалась более отважным студентам, так что с таким же успехом она могла взять вообще любую книгу или подремать в библиотеке. Ну или, например, скоротать время за беседой с человеком с других земель, пока за ней не приедут вампиры дядюшки.

Вот, прошу, — снова лёгкая улыбка на устах. Раз уж он в Нерине, то она, пожалуй, должна проявить себя, как радушная хозяйка, чтобы оставить о своём городе лишь положительные воспоминания. Пусть в какой-то степени этот солнечный город песен и цветов стал её темницей, из которой ей не выбраться, она действительно любила Нерин, и была бы рада, если бы о нём тепло отзывались даже за морем. — Не беспокойтесь. Я вполне могу заменить любым другим трудом. А структура... да, пожалуй, действительно очень запутанная. Как только начинаешь думать, что во всём разобрался, в следующий же раз снова проводишь около часа в поисках нужного.

Лерман чуть усмехнулась, пробежавшись беглым взглядом по рядам, пытаясь припомнить, где находится нужная гостю школа магии. В обычных библиотеках книги разбивались разве что на жанры и авторов, но здесь, видимо с целью упростить поиск студентам, всё сделали только хуже; книги разбивались на школы магии, на магические уровни, для которых были предназначены, по авторам — как народов, так и отдельных личностей. Она неторопливо отошла от собеседника, будучи уверенной, что в этот час они здесь одни, а потому она спокойно может говорить с ним. Сейчас она уже не так была рассеяна, а потому точно бы услышала, если бы кто-то кроме них был здесь.

Как Вам Нерин, Риаган-даре? — скользя взглядом по книжным полкам, она обратилась к собеседнику, не оборачиваясь.

+1

10

По меркам его народа Риаган только едва-едва считался взрослым и еще не встретился воочию со скоротечностью людской жизни. При нем не умирало от старости близких друзей, не свергали короля, не превосходили его в ремесле вчерашние дети. Все, что он видел при дворе — закостенелость традиций, гегемония первенства, возведенная в абсолют. Даже течение моды на украшения дам и фрейлин имело характер циклический, строго определенный — и на что-то новое априори могли посмотреть как на вопиющее нарушение этикета.
Королевский секретарь до сих пор помнил случай, когда вся придворная знать в один голос ахнула от ужаса и негодования, когда посол соседнего государства посмел войти в главный зал раньше кронпринца. Инцидент не раздули исключительно с попустительства короля, но Риаган все еще иногда как вживую слышит этот всеобщий возглас, эхом повисший под дворцовым куполом.
От соблюдения старых порядков зависит их положение, богатство, а иногда и сама жизнь, поэтому назвать людей любителями новизны у него просто не повернется язык.

Возможно, у вампиров и людей больше общего, чем мы думаем, — писарь произносит это без улыбки, но в самом тоне чувствуется что-то легкое и доброжелательное, будто у дипломата, который искренне хочет наладить связь с представителями другой расы. Возможно, их культуры не так уж сильно различаются, если Айрис-сине до сих пор не посчитала ничего из его поведения оскорбительным. Кто знает, может быть, эта встреча может повлиять на что-то в будущем... иногда задумываешься, как все-таки важны подобные малости, как будто раньше никогда этого не замечал.

Вот, прошу.

Благодарю Вас. Мне, в действительности, нужно поторопиться, иначе это может сказаться на моей репутации как хорошего королевского служащего, — до этого спокойный и веселый голос в один момент становится тревожным и как будто чуть более уставшим. Риаган принимает книгу, быстро находит нужную страницу, промакивает перо и набирает свежих чернил, одновременно продолжая говорить: — Видите ли, у нас любая должность, приближенная к королевскому двору, считается довольно высокой, и поэтому приходится... — он подавляет зевок. — ...придерживаться высоких... стандартов работы.

Как ни странно, почерк не скачет — руки как будто работают сами, отдельно от слов и мыслей, копируют текст с небрежной точностью опытного человека, не задумываясь над смыслом переписываемого.
Солнце бросает блики на металлические бляшки на корешках книг; полупризрачные отражения всколыхиваются и пляшут по бумаге, когда Айрис отходит от стола.

Как Вам Нерин, Риаган-даре? — вампирша изящно движется вдоль книжных полок, и писарь краем глаза ловит ее движения, пытаясь все-таки сосредоточиться на буквах чужого языка, а не на собеседнице.

О, прекрасно! — любой слушатель мгновенно понял бы, что ответил он машинально, слишком поддаваясь привычке. — Точнее... если честно, я почти не имел удовольствия его видеть. К сожалению, нас не возили по улицам и не показывали города. Но климат здесь, — на сей раз — совершенно вдумчиво. — просто чудо! Все такое цветущее, как будто не лето, а сама весна вдруг опустилась на землю самым пышным цветом. А Вы никогда не были в Остебене?

Отредактировано Риаган (19-06-2022 16:27:35)

+1

11

Слабое тело, часто не способное дожить даже до первого своего столетия, и существо, перед которым возможность наблюдать один век за другим. Удивительная плодородность у одних, и явные проблемы с произведением потомства у других. Честно говоря, Айрис иногда казалось, что с людьми её практически ничего не связывает. Даже внешне она слишком выделялась на их фоне: бледная кожа, неестественно яркие для человека глаза цвета морской волны и копна тёмно-сливовых волос. Но, похоже, ей стоит ещё раз пересмотреть своё отношение к этому вопросу.

Похоже на то, — задумчиво откликнулась вампирша на слова писаря. И всё же если так подумать, среди всех вампирских кланов именно Лэно больше был похож на людской народ: не боящиеся света, не нуждающиеся в человеческой крови и куда более охотно ведущие торговлю со всем континентом. Собственно, за это «дневные» вампиры и были так нелюбимы сородичами. Какая несправедливость.

«Работяга», — про себя отметила девушка, слушая, как её новый знакомый печётся о своём поручении. Она не могла знать, как к своим обязанностям при королевском дворе Остебена относятся те, кто стоял в иерархической лестнице куда выше этого трудолюбивого коротышки, но была приятно удивлена, что даже в низах кто-то столь ответственно подходит к порученной работе. Беспорядок всегда начинается с малого — в этом она не раз убеждалась, управляя внутренним порядком дома.

Девушка останавливается напротив очередного стеллажа, наконец зацепившись взглядом за знакомое название. Приходится чуть привстать на носочки, чтобы дотянуться до потёртого корешка, но, к счастью, даже не приходится звать на помощь, чтобы достать искомое. Оно и славно: вряд ли бы писарь смог помочь достать необходимую ему книгу, роста-то они были примерно одного. Победоносно улыбаясь своей удаче, Айрис прижимает учебник к груди, направляясь к новому знакомому, но останавливается ненадолго, чтобы пару мгновений понаблюдать за чужой работой. Мужчина умудряется отвечать своей собеседнице, но при этом в каждом его движении читается старательность, которой позавидовал бы каждый второй студент этой школы. На секунду Айрис показалось, что она смотрит со стороны на саму себя, когда очередная госпожа завалит её заданиями. Какими бы нелепыми они ей не казались, Лерман всегда подходила к ним со всей своей старательностью, будь то подбор украшений для госпожи на ближайший званый ужин или передача письма очередному ухажёру. Наверное, поэтому сейчас она не может представить себя в стенах дворца: ведь если даже ради мелочей она так старается, какое давление она будет испытывать, если окажется при дворе?

Не имела возможности, — честно ответила она, наконец, двинувшись к писарю, — Но очень хотела бы посетить хотя бы однажды Берсель. Кажется, там ещё осталась родня моего давнего... друга. Да и он, пожалуй, отчасти будет похож на Нерин. Оба портовые города, а значит, там полно кораблей, моряков и песен... Наверное.

Она едва слышно усмехнулась, пытаясь представить, как может выглядеть родной город Таэсира. На ум почему-то всё равно приходил Нерин с его садами и праздниками, как бы она не старалась выкинуть его из головы.

Вот, кажется, оно? — вампирша осторожно кладёт книгу на край стола, стараясь не мешать труду нового знакомого, а сама с удивлением подмечает, с какой точностью был скопирован текст из прошлой книги. — Вот уж действительно дело мастера боится.

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Личные отыгрыши » [13.06.1076] Плохим людям предпочту скучную книгу