Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17 (18+)

Марш мертвецов

В игре сентябрь — ноябрь 1082 год


«Великая Стужа»

Поставки крови увеличились, но ситуация на Севере по-прежнему непредсказуемая из-за подступающих холодов с Великой Стужей, укоренившегося в Хериане законного наследника империи и противников императора внутри государства. Пока Лэно пытаются за счёт вхождения в семью императора получить больше власти и привилегий, Старейшины ищут способы избавиться от Шейнира или вновь превратить его в послушную марионетку, а Иль Хресс — посадить на трон Севера единственного сына, единокровного брата императора и законного Владыку империи.



«Зовущие бурю»

Правление князя-узурпатора подошло к концу. Династия Мэтерленсов свергнута; регалии возвращены роду Ланкре. Орден крови одержал победу в тридцатилетней войне за справедливость и освободил народ Фалмарила от гнёта жесткого монарха. Древо Комавита оправляется от влияния скверны, поддерживая в ламарах их магию, но его силы всё ещё по-прежнему недостаточно, чтобы земля вновь приносила сытный и большой урожай. Княжество раздроблено изнутри. Из Гиллара, подобно чуме, лезут твари, отравленные старым Источником Вита, а вместе с ними – неизвестная лекарям болезнь.



«Цветок алого лотоса»

Изменились времена, когда драконы довольствовались малым — ныне некоторые из них отделились от мирных жителей Драак-Тала и под предводительством храброго лидера, считающего, что весь мир должен принадлежать драконам, они направились на свою родину — остров драконов, ныне называемый Краем света, чтобы там возродить свой мир и освободить его от захватчиков-алиферов, решивших, что остров Драконов принадлежит Поднебесной.



«Последнее королевство»

Спустя триста лет в Зенвул возвращаются птицы и животные. Сквозь ковёр из пепла пробиваются цветы и трава. Ульвийский народ, изгнанный с родных земель проклятием некромантов, держит путь домой, чтобы вернуть себе то, что принадлежит им по праву — возродить свой народ и возвеличить Зенвул.



«Эра королей»

Более четырёхсот лет назад, когда эльфийские рода были разрозненными и ради их объединении шли войны за власть, на поле сражения схлестнулись два рода — ди'Кёлей и Аерлингов. Проигравший второй род годами терял представителей. Предпоследнего мужчину Аерлингов повесили несколько лет назад, окрестив клятвопреступником. Его сын ныне служит эльфийской принцессе, словно верный пёс, а глава рода — последняя эльфийка из рода Аерлингов, возглавляя Гильдию Мистиков, — плетёт козни, чтобы спасти пра-правнука от виселицы и посадить его на трон Гвиндерила.



«Тьма прежних времён»

Четыре города из девяти пали, четыре Ключа использованы. Культ почти собрал все Ключи, которые откроют им Врата, ведущие к Безымянному. За жаждой большей силы и власти скрываются мотивы куда чернее и опаснее, чем желание захватить Альянс и изменить его.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Солмнир Алисия Эарлан Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Чеслав

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [17.11.1082] Остаемся зимовать


[17.11.1082] Остаемся зимовать

Сообщений 1 страница 30 из 30

1

https://i.imgur.com/qOgqKn3.jpg
Контрабандисты добыли для одного знатного заказчика из Альянса особо ценный груз - живого молодого дракона. Только вот уже в пути они столкнулись с проблемой - он никак не хочет превращаться в ящера. Просто мальчишку дорого не продашь.
Тем временем молодой некромант Лазарин прознал о том, что подозрительный караван, идущий по скрытой лесной дороги перевозит любопытные ингредиенты.

- игровая дата
17.11.1082
- локация
Остебен, Окрестности Вильсбурга
- действующие лица
Лазарин, Тошиюки, Нпс

[nick]Тошиюки[/nick][status]Хризантема[/status][icon]https://i.imgur.com/cn8Uee2.jpg[/icon][sign]И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.
[/sign]

+2

2

Они с ребятами устали и это было понятно по постоянному ворчанию контрабандистов, сетующих на холодную осень  и долгую дорогу. Вестольд - главарь шайки был слишком напряжен и прекрасно понимал своих людей - ради денег, которые могли бы вывести их компанию на совершенно другой уровень, они потащились аж на богами забытый Край Света, потратив большую часть накопленных средств на это. По сути Вестольд поставил на кон все что у них было, а этот мелкий выродок, который абсолютно точно, по всем признакам являлся драконом, даже не думал принимать истинную форму.
И вместо живого юного ящера у них был лишь бесполезный мальчишка, который не мог даже нормально работать.
В общем, ребята устали, нервничали и требовали привала - ладно, в переди виднелось озерцо, у которого можно будет разбить лагерь на пару часов раньше, чем он планировал. Заодно опять наведается к пленнику.


Тошиюки понятия не имел сколько дней, недель, месяцев прошло. Единственное, что могло дать ему хоть какое то представление о времени - холод. Когда его посадили в эту деревянную камеру без окон - на драконьем острове начиналась мягкая теплая осень. Теперь его одежда, будучи раньше нежно персиковой, а теперь уже давно ставшая темно коричневым тряпьем, уже не защищала он холода, проникающего в трясущуюся по дороге повозку, когда они открывали дверь, чтобы “навестить” его.
Дракон не знал кто эти люди, не понимал чего они хотят.. Нет, он понимал что они хотят от него, но понятия не имел зачем им нужно, чтобы он принял форму ящера. К своему сожалению, он не мог этого сделать. Парниша отдал бы все на свете сейчас, чтобы дать им то, что им нужно, но он не мог, как не пытался.
Хотя сейчас он и пытаться перестал.
Его постоянно били, потом начали хлестать кнутом - Тошиюки не знал почему он все еще жив. Его возможности терпеть боль истощились целую вечность назад, и он с сожалением принимал каждое новое.. Утро? Его день давно не делился на утро или день.
Эти люди иногда кормили Тошиюки, но после очередных избиений почти все что он ел не удерживалось внутри.
Он просто лежал в углу в полузабытьи и надеялся, что если закроет глаза в очередной раз - больше их не откроет.

Дверь повозки в очередной раз открылась со скрипом, и сам этот скрип уже вызывал в нем абсолютно животный ужас, от которого дракон замирал, надеясь, что опасность исчезнет сама по себе.
Она никогда не исчезала.
- Ну что, пацан - проговорил хрипловато голос, который так часто разговаривал с ним последнее время - попробую еще разок тебя уговорить.. Я тут в городе разузнал один ваш секрет.. Хочешь не хочешь, а твою скользкую суть я из тебя выцарапаю..
Тошиюки сжался, стараясь затолкать свое сознание поглубже, чтобы не быть здесь следующие пару часов. Где угодно только не здесь.
[nick]Тошиюки[/nick][status]Хризантема[/status][icon]https://i.imgur.com/cn8Uee2.jpg[/icon][sign]И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.
[/sign]

Отредактировано Клир (29-09-2021 16:31:11)

+2

3

Остебен не встретил троицу ни спелыми яблоками, ни жирными свиньями, ни даже ясным небом, как заливал в уши Тодд. И если Лаз с самого начала не верил в существование земли обетованной на границе с умирающим Альянсом, то Канарейка, кажется, искренне верил своему покровителю и до сих пор высматривал кругом средь серой травы и лысых кустов тех самых свиней, да деревья со сладкими фруктами.
   Они остановились неподалёку от Вильсбурга, в заброшенном доме на краю леса, который ни с первого взгляда, ни с десятого и близко не мог сравниться с особняком, в который привёл его Гоуэн в Атропосе. Но Лаз, совершенно не приспособленный к походной жизни и подножному корму, был рад и такому приюту, где можно было, наконец, отоспаться на сухом и тёплом — печь в доме уцелела, и они топили её почти каждый день, так как на улице становилось всё более сыро и холодно.
   Работы с обретением временного жилища, вопреки надеждам пантендорца, стало только больше. Тодд вообще не жалел для него самых разных поручений от чистки грибов, собранных Канарейкой, до уборки дома и ремонта наиболее ветхих его частей, чтобы можно было переждать зиму. Старик знал, что маг никуда от него не денется, поэтому чувствовал себя хозяином. А Лаз, хоть и кривился недовольно на то, как неуважительно и грубо порой звучат эти поручения, не мог не заметить за время путешествия, что в действительности Тодд не был плохим человеком по меркам Альянса. И рядом с ним некромант чувствовал хоть какую-то опору и уверенность в собственной жизни.
   И сейчас, греясь у тлеющего старого камина, Лазарин занимался тем, что сушил магией свежую порцию дров, пока Канарейка развешивал грибы на верёвках в углу комнаты, боязливо посматривая на «страшное» колдовство некроманта, которого до сих пор опасался, хоть и привык к его постоянному присутствию рядом. Лаз не видел этого страха в глазах мальчика — его мысли были сосредоточены на совершенно других вещах, а сердце тревожилось мутными сомнениями в правильности решения. Он продолжал заниматься магией каждый день, вспоминая уроки Натана, стрижей и Оливера — трупы для этого нынче находились легко — и, наконец, начинал чувствовать, что у него что-то получается. Тодд не видел этих жалких потугов. Догадывался, конечно… Но Лазарин старался поменьше демонстрировать ему свои умения в сфере некромантии, больше хвастая бытовой магией, которой владел куда лучше. И вот, в последний день как раз перед встречей с Мерланом — мистиком, что помог им преодолеть остаток пути — Лаз, наконец, впервые сумел поднять труп на ноги с помощью тех самых нитей. На очень короткое время, с большим трудом, но после ловли крыс и бесконтрольных костяных шипов, не достигающих цели, это было большим успехом, который опьянил юного мага, заставил поверить в себя чуть больше, чем следовало. Поэтому, как только их новое житьё устаканилось, и пантендорец заскучал (Тодд не особо много делился с ним касательно дальнейших планов), то тут же решил действовать. Благо, для этого у него была своя собственная информация, полученная от того же Мерлана, которому Левар успел насолить в своё время, что, впрочем, было неудивительно. А Лаз с новой силой загорелся желанием отыскать старого «друга».
***
   Расспрашивая про Левара, о том, где он был и что делал в последнее время, пантендорцу удалось узнать про странную амфору из Цахеса, которую тот искал. Причины его не интересовали — Левар всегда возился с подобными вещами, сколько он помнил. Но амфору эту, судя по всему, могли достать некие контрабандисты, что стояли лагерем аккурат недалеко от Вильсбурга. Стечение обстоятельств показалось Лазарину столь удачным, что он, одурманенный нетерпением, даже не задумался о том, что Мерлан мог и обмануть его. Что на самом деле Левар мог оказаться его приятелем, а мистик попросту решил сыграть глупую шутку с наивным бывшим любовником коллеги. После всего, что было между ним и «учителем», отношение к мистикам у пантендорца сделалось весьма предвзятым. Хотя и в то, что у Левара могут быть реальные друзья, парень не верил. А потому решил действовать.
   Лагерь Вестольда он обнаружил ещё днём, когда «случайно» потерялся в лесу во время сбора очередной порции грибов на зиму. И этой же ночью, когда Канарейка, что ютился с ним в одной комнате, засопел, накинул плащ с капюшоном на голову и юркнул наружу, рассчитывая незаметно выкрасть искомый предмет. Насколько ему было известно, контрабандисты не были магами, а это придавало ещё больше уверенности в том, что он сумеет выбраться из трудной ситуации, если таковая возникнет.
   Ночь была лунной, но неспокойной — деревья трепал холодный промозглый ветер, поднимая шум, который вкупе с заклинанием Кошачьей поступи, скрывал любые звуки, который только мог издать некромант, крадущийся к лагерю. Он знал, что людей там немного, поскольку даже подлые контрабандисты желают порой погреть задницу в тёплой таверне и наведываются в город, оставляя товар подальше от любопытных глаз. Знал так же, что товара у них оставалось немного — часть телег и повозок стояли пустыми и, судя по всему, шайка готовилась на днях отправляться в путь.
   Очень хотелось призвать ищейку и облегчить себе работу с поиском, но Лаз опасался привлечь ненужное внимание. К тому же, чем ближе он приближался к лагерю, тем больше терял уверенности, которая ещё с утра казалась ему непоколебимой. И, прислонившись к очередному дереву, пока высматривал беспокойный огонёк от слабого костра вдалеке, вдруг обнаружил, что руки у него трясутся как у пьяного, а сердце колотится так, словно вот-вот, за следующим кустом один из разбойников просто перережет ему глотку, и магия окажется бесполезна. Думая об этом, Лаз простоял за деревом где-то с полчаса, впиваясь ногтями в трухлявую кору и собирая остатки смелости.
   Ветер трепал макушки деревьев, гнал по небу светлые, пугающие своим стремительным движением, облака, которые то скрывали луну, то вновь позволяли ей осветить всё вокруг, от чего Лазарин ещё сильнее вжимался в дерево, боясь быть обнаруженным. Пожалуй, он так и не решился бы двинуться дальше, если б не странная повозка, стоявшая поодаль от всего лагеря обособленной тёмной глыбой, пугающей и манящей своим нелогичным расположением относительно всех прочих пожитков банды. Лаз вспомнил, что увидел её ещё днём, когда ходил на разведку, но сразу забраковал как возможное хранилище для того, что он ищет. Никто ведь не стал бы хранить столь ценные вещи так далеко от собственного клинка. Но теперь, когда его сковывал страх, повозка эта казалась компромиссным решением. Близкой целью, до которой можно добраться  и затем убедить себя, что ты хотя бы попробовал. И, сжав покрепче трепыхающийся подол плаща, Лаз направился туда. И быстро понял, в чём были причины столь странного её расположения.
   От повозки воняло. И воняло ужасно.
   Лаз подобрался ближе, прикрывая нос и рот рукой, представляя, как обнаружит там нечто страшное, навроде горы трупов, когда откроет. Может, какие редкие твари, выловленные браконьерами — типичный товар для Альянса, если они отправляются туда. Некромант остановился у дверей, поднимая глаза на тяжёлую, но ненадёжную задвижку, которая не удержала бы зверя внутри, будь он жив и опасен. Поэтому некромант поднялся на нижню ступеньку и осторожно достал старый брусок из петель, аккуратно кладя его на землю и медленно открывая дверь, которая ожидаемо заскрипела, но ветер, несмотря на испуг пантендорца, унёс этот звук вместе с сорванными листьями.
   Лунный свет проник в камеру сквозь образовавшийся проём, и Лаз, скривившись ещё сильнее и крепче прижимая ладонь к носу, быстро понял, что никакой горы трупов не видит. Вместо этого — в углу валяется лишь горка старого грязного тряпья, а под ним — что-то похожее на человека, измученного и истощённого до жуткого состояния, но всё ещё живого. Лаз чувствовал, что он жив.
   Фойрр… - Не сдержался пантендорец и уже собирался свалить отсюда куда подальше, пока сознание и разум не включили в нём Натана-спасателя, что бросался на выручку всяким доходягам и даже сучке Асвин, а затем жестоко платился за свой альтруизм собственной шкурой. Но человек в повозке вдруг шевельнулся , поднимая голову и всматриваясь в ночного гостя.
   Глаза некроманта округлились от ужаса, а губы задрожали в новом страхе, что сейчас этот страдалец закричит или ещё чего похуже.
- Тихо, тихо! - Залепетал маг, в такт покачивая руками, и нервно слез со ступени. - Я...- Лаз запнулся, хватаясь рукой за дверь и намереваясь закрыть её, оставить как есть, не вмешиваться в чужую судьбу, сколь бы трагичной она не была… Но не смог. Внутренний Натан одержал верх. Ещё и потому, что, Лаз сам успел побыть в роли пленника, который сейчас болтался бы изуродованным чучелом на Лейдерской площади, если б не Ларс. - Оставлю открытой…  Двигайся за луной и выберешься к ручью. Если сможешь.
   Некромант был почти уверен, что тот не сможет, но на большее у него не хватило духу и, отпустив дверь, он зашагал куда-то в сторону, не отдаляясь, впрочем, от лагеря. Чувство странного смятения и злобы не позволило ему уйти просто так.

Отредактировано Лазарин (30-09-2021 15:11:05)

+3

4

Тошиюки не помнил что происходило тем вечером - пришедший к нему человек, кажется опять его бил, пытался заливать какое то зелье, которое якобы купил в городе, и которое должно было превратить мальчишку в дракона.
Бесполезно. Его только вырвало от противной горечи и едкого запаха, за что его, кажется, опять ударили.
Тошиюки не помнил деталей, потому что старался по возможности быть где то еще. В один момент сознание само предложило ему эту спасительную идею - он думал о доме.. Нет, он не просто думал, он был там. Служанка готовила завтрак.. Сейчас ведь утро? Сладко пахло свежими булочками. Отец запрещал ему болтаться на кухне, но добрая тетушка-повар все равно показывала как готовить, когда он приходил и позволяла, даже, сделать что-то самому и принести матери - той было очень приятна такая забота, и ради этого Тошиюки даже вставал раньше, чтобы поговорить с ней, расчесать ей волосы, зажечь благовонии. Ведь так скучно наверное было целыми днями быть в комнате совсем одной и не мочь даже встать и пройтись.
Конец лета был немного прохладным, но солнечным, поэтому тренироваться под присмотром порой даже слишком сурового преподавателя, которого нанял отец, было слишком жарко. Поскорее бы уйти в тень..

Как и всегда, рано или поздно человеку надоедало его бить и он уходил. И дракон снова оставался один. Это хорошо. Опять можно пойти в соседнюю лавку по поручениям отца..

Мальчик не знал сколько времени прошло, но вот снова послышался скрип двери, вибрации от которой отдавались в холодный пол.
Тошиюки сжался, ожидая услышать голос и тяжелые шаги, но их не последовало. Что-то было не так как обычно, когда открывалась жуткая дверь, настолько не так, что он даже посмотрел в ее сторону, готовый в любой момент зажмурится. Слабый лунный свет чуть слепил.. Неужели уже ночь? Или это не луна?
Голос за дверью был совсем не таким как обычно - не грубым и пропитым, громким, режущим уши..
Оставит открытой?..
Тошиюки сначала подумал что наверное окончательно сходит с ума. Наверное это голос Безымянного, что зовет его в Бездну.
За луной, к ручью.. Сквозь пелену дракон не сразу понял, что сказал ему голос, но слова врезались в сознания. За луной, к ручью..
Он ждал чего-то, но ничего не происходило -  ни голоса, ни вызывающего мгновенную пустоту внутри скрипа двери.
Тишина.
Но было еще кое что. Свежесть.
Вдруг его мир, где уже очень давно не существовало свежего лесного воздуха, - Тошиюки давно уже кажется потерял и обоняние и вкус -  изменился. Аромат осеннего мокрого леса ворвался в его сознание. Тошиюки тихо застонал, словно это было болезненно, словно его опять ударили, настолько неожиданным был этот запах.
Мальчик замер. Он хватал холодную свежесть ртом, пытаясь понять что происходит - обезумевшее сознание было взбудоражено.
Надо сказать, что даже в полностью сломленных, как они думают, существах есть резерв, который подарен нам чем то более ранним, чем наше осознание себя. Животное стремление к пище, воде, жизни.. Ощущения тела, запускающие реакции, о которых мы даже не догадывались.
Дракон не очень понимал, что он делает - если бы он понимал, то никогда не вылез бы наружу, если бы не был дезориентирован почти до потери собственной личности, он бы никогда не решился следовать порыву своего тела, которое хотело жить там, где он сам уже не хотел ничего. Ему просто хотелось немного почувствовать это свежести.
Тошиюки полз, пока перед ним не оказалась щель в двери. Дракон замер. Эти ворота были хищником, который приносил ему кое что хуже чем смерть. Казалось, что стоит ему дотронуться до них, то он снова услышит этот жуткий скрип, эти шаги, этот хриплый громкий голос. Словно злой бог обрушит на мальчика кару, за то, что он решил покуситься на его священную плоть.
Парень не знал сколько он лежал, уставившись на освещенную луной поляну, от которой его отделял черный силуэт створок.
Но именно эта поляна, такая светлая, сияюще серебристая, этот свежий воздух холодной осени, вдруг будто дали ему пощечину. Вдруг двери в телегу стали лишь парой кусков дерева и Тошиюки, дрожащими руками открыл их, почти вываливаясь из повозки.
Видимо она стаяла так далеко, что никто не услышал, как дракон падает на мокрую, грязную, холодную землю.
Тошиюки едва не задохнулся от обилия запахов и звуков. Он заерзал руками по земле, пытаясь потрогать влажную траву. Чавкающая глина под колеей колес была такой холодной, такой мягкой.. Мальчик почувствовал, как из его глаз полились слезы - полились сами, без какого либо усилия. Это было так опьяняюще, что он наверное так и остался бы лежать на бархарной, благоухающей земле, если голос в его голове не прошептал бы.
За луной, к ручью..
Тошиюки пополз вперед, пытаясь подняться, но ноги не слушались, дрожали, забыли как ходить. Ладони онемели от холода, но чувствовать боль дракон перестал слишком давно.
Внутренний трепет был так силен, что по пути его желудок опять попытался исторгнуть что-то, но был слишком пуст..
Тоши просто полз и полз, повторяя сначала про себя, а потом уже и тихим шепотом
- За луной, к ручью.. За луной, к ручью.. За луной, к ручью..
Луна слепила, но он все равно смотрел на нее, будто боялся, что та исчезнет. Неизвестно сколько он мог проползти с такой скоростью, но спустя еще бесконечность слух дракона уловил журчание воды. Еще чуть чуть и он почувствовал рукой обжигающий холод осеннего ручья. Дракон почти удивленно - он уже и не подзабыл как это ощущается - приложил руку к лицу, слизывая холодные капли. Потом еще, и еще..
Радость захлестнула его, словно волна морские скалы.
- Безымянный, спасибо, безымянный я дошел к ручью, я здесь.. Спасибо что пришел.. - подумал  вслух мальчик перед тем как потерять сознание
[nick]Тошиюки[/nick][status]Хризантема[/status][icon]https://i.imgur.com/cn8Uee2.jpg[/icon][sign]И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.
[/sign]

+2

5

Лаз никак не мог успокоиться после увиденного, когда ступал по мягкой траве всё ближе и ближе к лагерю. Теперь, сквозь шорох деревьев ему постоянно слышалось, как кто-то идёт следом, и, оборачиваясь, он каждый раз боялся увидеть перед собой измученное и истощённое лицо пленника.
   В лагере было тихо: ни голосов, ни каких-либо других звуков Лазарин не услышал. Костёр к этому моменту уже совершенно потух и, судя по тому, что никто не спешил его спасать, контрабандисты спали. А значит, он мог спокойно обыскать всё, до чего дотянется. И, чтобы не растягивать процесс, пантендорец всё же призвал ищейку, и та быстро указала ему в сторону ящиков, что были укрыты от дождя трепыхающимся на ветру тентом. Амфора там была только одна, а потому, радуясь своему успеху, маг схватил её и, сунув за пазуху, двинулся прочь, пока удивительная удача вдруг не обернулась ему боком.
   Лагерь остался позади. Опьяняющая радость успеха заполнила его разум, придала сил и уверенности, но тут впереди вновь возникла тёмная повозка, и некромант замер на месте, борясь с желанием заглянуть туда напоследок. Может, прикончить его? Это было бы милосердием — он всё равно не жилец… Но тогда они могут начать искать убийцу, а так…
   Лаз не заметил, как оказался рядом с повозкой и снова коснулся двери. Внутри уже никого не было, и сердце пропустило удар. Некромант резко обернулся, ожидая увидеть позади себя что-то страшное, но увидел только кусты и серебрящуюся в лунном свете поляну позади них. Сбежал? Маг сглотнул и прикрыл дверь в повозку, а после - зачем-то вернул брусок обратно в петли. Так даже лучше. Пусть подумают на него… Он отступил назад, развеял заклинание кошачьей поступи, которое уже вытянуло из него много сил, и поспешил домой, стремясь избавиться от навязчивых мыслей о пленнике и переключиться  на амфору, которую искал Левар, и которая теперь была у него…
   Всё прошло слишком хорошо. Ни Тод, ни Канарейка не проснулись, пока его не было. Хотя последний подозрительно шевельнулся под одеялом на своей лежанке, когда Лаз раздевался и прятал амфору под кроватью. Оказавшись в постели, маг вновь поймал себя на мыслях о пленнике, который, по его мнению, не имел никаких сил к побегу, но всё-таки каким-то образом смог сбежать из своей клетки. И слушая, как обречённо стучат о стены дома ветки старого кустарника на ветру, Лаз всё думал о том, что, даже если тот смог выбраться из повозки, то теперь, должно быть, умирал в одной из лесных канав, ожидая, когда его обнаружат волки или крысы. Нет, он мёртв… Надо сходить и проверить… Фойрр… А если жив? Добить? Лаз сел на кровать и достал из сумки старый флакончик с ядом Каспара. Пантендорец знал, что убить бедолагу ножом или магией ему не хватит смелости. Но яд сделает это быстро и безболезненно. Он даже не поймёт ничего… Нет, меня это не касается! - Флакончик с ядом отправился обратно в сумку, а некромант плюхнулся отбратно на кровать и сильнее укутался в одеяло. Пусть сам выкарабкивается как хочет! Не я его туда сажал!
   Но заснуть Лазарин так и не смог и, проворочавшись пару часов в тягостных раздумьях, всё же накинул плащ и вновь отправился в лес, дабы найти труп беглеца и успокоить свою совесть тем, что он сделал всё, что мог.
***
   Ищейка быстро привела его к ручью, и пантендорец ещё издали увидел бледные руки, тянувшиеся к воде за спасительной влагой, но, кажется, навечно замершие в своём немом стремлении. Этот парень выглядел хуже, чем мертвец, но Лаз всё ещё не чувствовал от него энергии смерти, а потому подошёл ближе и осторожно коснулся холодного запястья, чтобы нащупать слабый пульс. Какой упорный… - фыркнул некромант и тут почувствовал ещё кое-что. Слабую обжигающую магию, которая противилась его тёмной ауре и не желала принимать его касания. Что-то внутри этого парня отчаянно не хотело, чтобы некромант находился рядом, и Лаз, не сдержав любопытства, собрал последние магические силы, чтобы взглянуть на его ауру.
   Да ты же…
   Дракон.
   Сердце забилось сильнее и возбуждённее, когда выспыхнувшие изумрудным глаза мага снова погасли, а сам он ощутил теперь уже ответное желание собственной ауры дотянуться до слабой энергии умирающего, впитать её и использовать себе во благо. Так делали многие некроманты до него и, наверняка, многие будут делать после. С драконами у жителей Альянса уже давно сложились особые отношения, и Магистр Призыва был тому нагляднейшей иллюстрацией. Даже Лазарин, никогда прежде не замечавший за собой стремлений экспериментировать на разумных живых существах, вдруг ощутил в себе крайнее любопытство к этому полудохлому экземпляру. И, не задумываясь, как на его выходку отреагирует Тодд, потащил незнакомца домой, вогрузив того на спину. Благо, весил исхудавший парень не очень много, и добраться до дома Лаз смог без лишних остановок.
   В этот раз,с ношей на плечах, он не мог двигаться столь же тихо, как в одиночку и, громыхнув дверью в комнату, разбудил Канарейку. Впрочем, тот в любом случае бы проснулся — не от шума, так от запаха.
- Прости, прости, Канарейка... - шептал некромант, пока убирал с кровати чистую простынь и стелил старое покрывало, которое было не жалко запачкать. Лаз снял с бедолаги лохмотья, пропитавшиеся кровью и грязью, и поспешил вынести их на улицу, чтобы хоть частично избавиться от запаха, пока  Тодд не проснулся.
- Прости, что разбудил, - продолжал причитать маг, зажигая магический огонёк и растерянно осматривая измученное тело перед собой. Он не был лекарем. Он не знал, что делать с живым, чтобы оно не умерло...
- Сможешь принести воды? - Снова зашептал он, оборачиваясь на замершего под одеялом Канарейку. - Пожалуйста. Только тихо, ладно? Я всё объясню вам… Потом…

Отредактировано Лазарин (02-10-2021 00:54:07)

+2

6

Ему ничего не снилось. Ничего не виделось. Для Тошиюки прошло лишь каких то пару мгновений между тем, как он умер на берегу этого ручья, и тем, как его сознание постепенно начало возвращать мальчика в реальность.
Сначала он не мог открыть слипшиеся глаза, чувствовал как лежит на чем то мягче чем те доски, к которым он привык, и это вызвало у него чувство тревоги - диссонанс, между его темной реальностью и ощущений тела, ведь первая ужасающая своей реалистичностью мысль была просто  - луна и та серебристая поляна, шепот воды и ее холодный сладкий вкус.. Это лишь такое же видение, как утро на драконьем острове. Его изнывающий, надломленный разум лишь выдал желанную смерть за действительность. Это осознание ударило сильнее, чем сапог человека.
Но почему так мягко? И почему так мокро и холодно. И почему он чувствует запах разогретой печи?
И опять, именно запах дал ему оплеуху. Очнись!
Тошиюки застонал от боли, из которой уже почти полностью состояло его тело, и открыл глаза.
Дракон услышал шепот. Он помнил этот голос. Он запомнил его надолго и вряд ли теперь перепутает с кем то еще, но сейчас безумие окутало его разум, будто пчелы облепившие улей. Тошиюки увидел человека, который что-то говорил, шептал кому то еще. Где он? Почему он не в своей камере? Что происходит?
Обилие информации помутило его разум, мальчик забился, комкая тряпки, на которых лежал, путаясь в них, пытаясь отползти, забиться в угол.
- Нет, я не умею! Ненадо! - закричал срываясь он, смотря светло карими глазами даже не на незнакомцев, а куда то сквозь них, будто опять видел перед собой больших людей, желающих увидеть его драконью суть. Безумие во взгляде явно говорило о том, что парень сейчас не в себе.
[nick]Тошиюки[/nick][status]Хризантема[/status][icon]https://i.imgur.com/cn8Uee2.jpg[/icon][sign]И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.
[/sign]

+2

7

Перепугавшийся Канарейка ухватился за просьбу Лазарина как за возможность убраться подальше из комнаты, где происходили странные и страшные вещи. Некромант искренне надеялся, что мелкий не станет будить Гоуэна. Разговора со стариком пантендорцу не избежать в любом случае, но он бы предпочёл отложить его на утро, когда тот будет отдохнувшим и выспавшимся, а сам Лазарин выдумает за оставшееся время подходящее объяснение происходящему. Но пленник, что вдруг заёрзал на покрывале и болезненно застонал, решил иначе. Лаз тут же испуганно схватил его за руки, прижимая к кровати, чтобы тот не вскочил, зашептал громко и отчаянно: Нет нет нет!!! Молчи!! Молчи!!! МОЛЧИ!!!
   Напрасно.
   Не успел Канарейка закрыть за собой дверь, как дракон закричал, задёргался ещё сильнее, будто его тут насиловать собирались. Впрочем, учитывая тот факт, что некромант раздел его, мысль эта выглядела весьма логичной. Лазарин отпустил его, когда услышал шаги за дверью — слишком тяжёлые и громкие для Канарейки, и бедолага забился в угол, к стене, скомкав на себе покрывало и скуля от боли как загнанный в угол избитый пёс. Пустые глаза смотрели на мир вокруг затравленно и отрешённо.
   Дверь скрипнула, и, обернувшись, маг увидел сквозь щель сердитое и заспанное лицо Тодда, который лишь мельком взглянул на нездорового «гостя».
- Выйди. - сухо велел он, и Лазу пришлось оставить мальчишку на какое-то время.
   Ругань, споры и мат, впрочем, довольно быстро прекратились, и все вопросы были отложены на потом, а Тодд ворчливо накинул свой плащ и двинул на улицу — проверить обстановку вокруг. В успех незаметности некроманта он не поверил.
   Первым вернулся Канарейка. Осторожно поставил кувшин и стакан на тумбу и, не сводя глаз с незнакомца, остался стоять у стены - поближе к выходу. Следом вошёл Лаз, растерянный от напряжённого разговора, но с лёгким сердцем, ведь старик, по крайней мере, не вышвырнул их обоих на улицу, чего он больше всего боялся.
-  Спасибо. - Поблагодарил маг Канарейку и, налив немного воды в стакан, шагнул к дракону, осторожно присаживаясь на край кровати. Смотреть на него было страшно: впавшие от истощения глаза, синяки и ссадины с кровоподтёками — на лице, плечах, шее… Некоторые раны были свежими и слегка кровоточили, растревоженные резкими движениями. Другие — гноились от грязи и инфекции. Но что со всем этим делать некромант не знал. Впрочем, если он продолжит бояться его так сильно, ничего сделать и не получится. Хоть привязывай…
- Эй… - Маг постарался, чтобы его голос звучал как можно мягче, хотя собственное волнение скрыть ему не удалось. Он внимательно всмотрелся в светло-карие глаза, что ещё хранили в себе память о прежней жизни, хотя и выглядели безумными в данный момент. - Тебе нужно беречь силы. Ляг спокойно. Я.. помогу тебе. - Голос снова дрогнул, ведь внутренне Лазарин не был уверен, что сумеет его выходить. - Здесь ты в безопасности. Они тебя не найдут…
   И в этом пантендорец тоже не был уверен.

Отредактировано Лазарин (04-10-2021 01:35:20)

+2

8

Шепот некроманта ему не помог -  в голове Тошиюки что-то закоротило, подступающая паника, которой не было еще день назад при скрипе ворот повозки, вдруг обуяла его, будто глоток свежего воздуха этой ночью вернул ему страх.
Но очень скоро в люди из комнаты ушли.

Дракон лежал какое то время, просто уставившись безумными глазами в пространство помещения, тяжело дыша и вжимаясь в стену у кровати. Но чем дольше он так смотрел, тем больше понимал, что он больше не в своей темнице. Тошиюки был где-то еще, там где тепло и пахнет натопленной печкой, где не уставился на него зев ворот, в которые постоянно входили его мучители.
Ему было безумно страшно. Осознание нисколько не убавило его страх, даже наоборот. Но перемены заставили его сознание думать, а значит и паника отступила и больше не хватала его за горло, мешая дышать.
Хотя безумная боль в его теле, все еще мешала мыслить ясно, заставляя его кривиться и корчится, как городского сумасшедшего.

Но дверь снова заскрипела. Тошиюки повернул голову, наблюдая как мальчик заходит и ставит что-то на стол. Затем вошел еще один юноша, хотя ночной полумрак и не давал подробнее разглядеть их. Кто они? Где он? Дракону было сложно даже задавать себе такие вопросы.
Но он замер и не шевелился, разглядывая их в ужасе, похожим на ужас уличного кота, забившегося под кровать, в ожидании, когда же его уже начнут рвать на куски хищники.
Тошиюки вжался в стену и мелко задрожал, когда парень сел на край кровати.
Он услышал слова, которые тот произнес - мягко, безобидно.. С драконом уже давно не говорили так. Контрабандисты были очень прямы в своей злости, они не играли с мальчиком в игры, ломая в нем надежду. Они лишь били, кричали, ругались.. Этого контраста Тошиюки не мог не заметить, даже в таком состоянии и если бы не боль и страх он, возможно, даже обрадовался бы.
Мальчик перевел взгляд сначала на юношу, потом на мальчика у стены, потом снова на юношу.
Вдруг ужасная опустошенность и усталость навалилась на него. Он опять почувствовал, как огромные слезы застилают глаза. Тошиюки не плакал - он не чувствовал скребущего в горле кома, или обиды - слезы просто свободно лились. Наверное от усталости.
Но тут что-то внутри заспазмило, он сжался в комок и трясясь закашлялся, отхаркивая какие то сгустки крови. Тошиюки взглянул на ладонь, покрытую кровью, и сознание вновь покинуло его, словно позволяя наконец то расслабится.
[nick]Тошиюки[/nick][status]Хризантема[/status][icon]https://i.imgur.com/cn8Uee2.jpg[/icon][sign]И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.
[/sign]

+2

9

Лаз брезгливо поморщился, когда раненый закашлял, пачкая руку и покрывало. В голове мелькнула мысль о том, что помимо физических ран, он мог болеть чем-то и посерьёзнее. И мог заразить их всех. Пантендорец действительно поступил неразумно, притащив его сюда вот так сразу. Но не выгонять же обратно...
   Маг устало вздохнул, отставляя стакан в сторону, и, расправив скомканное покрывало, помог вновь потерявшему сознание дракону улечься поудобнее. Поудобнее для осмотра, разумеется. Он смочил водой тряпку и осторожно обтёр его лицо и руки от свежей крови. Без слоя пыли и грязи теперь он смог рассмотреть, что выглядел дракон совсем молодым и, должно быть, весьма красивым, если отмыть его хорошенько. А этим следовало бы заняться, когда он немного отдохнёт и придёт себя. Но что делать с ранами… Лаз попытался аккуратно стереть грязь вокруг них, насколько это было возможно. Но вскоре магический огонёк пришлось потушить, поскольку маны на его поддержание почти не осталось. И спальня их погрузилась в темноту. Некромант накрыл незнакомца другим покрывалом и приоткрыл небольшое окно, чтобы пустить свежего воздуха, хотя оставаться здесь ночевать ему уже не хотелось.
   Лаз вышел в общую комнату, которая одновременно являлась кухней, гостинной и прихожей, и сел за стол, устало кладя голову на руки, чтобы доспать до утра. Канарейка, хоть по-прежнему и опасался некроманта, оставаться с драконом не стал и последовал примеру старшего, свернувшись клубочком в единственном кресле.
   Разбудил мага Тодд, вернувшийся с разведки ближе к утру. Угрюмый вид его не рождал в белобрысом никакого желания задавать вопросы, но из того, что старик не стал ничего говорить и заперся в своей комнате, Лаз сделал вывод, что ничего опасного ему по пути не встретилось. Не удивительно — некромант был уверен, что действовал тихо. А вот что контрабандисты будут делать после того как проснутся и обнаружат пропажу…. Об этом юноша старался не думать.
   Канарейка по привычке проснулся раньше всех и тут же удрал на улицу, как показалось Лазарину, за тем, чтобы его не заставили возиться со страшным раненым. Тодда так же не было слышно, поэтому выхаживание полуживого мальчишки оставалось на совести пантендорца.
   Налив в плошку свежего горячего грибного бульона (а кроме грибов варить его было и не из чего), Лаз тихонько приоткрыл дверь в комнату, чтобы не пугать дракона, но тот, кажется, так и не просыпался со вчерашней отключки — дышал ровно и как будто даже не собирался орать, если некромант его разбудит. Рассчитывать на это маг не стал и на всякий случай отставил плошку с бульоном подальше, а сам сел на край кровати и осторожно тряхнул его за плечо: Эй… Проснись, тебе нужно поесть.
   Истощённый вид мальчишки давал понять, что кормили его хреново и нечасто. Быть может, его желудок и вовсе разучился переваривать пищу? Но если Лазарин и понимал что-то в лечении, так это то, что у несчастного не будет никакого шанса, если он не начнёт есть. И маг снова тряхнул его, уже настойчивее.

+1

10

Он уже не бредил во сне, словно тело, наконец оказавшись в безопасности, наконец отключило болезненно воспаленное сознание, решая отдохнуть.
Дракон не чувствовал боли, когда Лазарин обмывал его - слишком глубоким было забытье. Впрочем следы побоев хоть и были серьезными и покрывали все его тело, далеко не везде являли собой открытые раны. Да, язвы от плохого содержания и содранная ударами кожа были на месте, но если бы не отбитые и слегка отмороженные внутренние органы, можно было бы даже сказать, что он в порядке.
Но кто знает насколько живучи драконы? Даже столь юные.
Впрочем, он еще пока не знал, что куда дольше заживать будет не его тело, а его ум. Пока он просто спал.

За остаток ночи Тошиюки лежал аккуратными, но пробуждение все равно не было мягким - еще даже не до конца поняв что произошло, дракон вскочил, едва не выбивая плошку из рук юноши и дернулся в сторону, со взглядом стеклянным, как зимний лед. Впрочем мелкая дрожь почти сразу прошла, а глаза дракона на опухшем от синяков лице спустя пару секунд приобрели осознанное выражение.
Парень замер, приходя в себя. Огляделся растеряно, затем тихо-тихо, словно забыв уже как разговаривать, произнес.
- Извините.
Это были, по сути его первые осознанные слова, обращенные к Лазарину.
- Вы-вы.. - он сглотнул, пытаясь унять дрожащий голос, но чуть сморщился, поскольку это принесло ему боль - Те люди..они..? - это был вопрос, но спутанное сознание никак не могло собрать ворох мыслей в кучу, превращая речь в едва понятное блеяние.
Он вспомнил вчерашнюю ночь, и кажется понимал, что вреда здесь ему причинять не собираются. По крайней мере сейчас.
Но Тошиюки ничего не понимал, поэтому ему все-таки было страшно - не как раньше, по животному, словно за тобой пришел хищник - вполне разумный страх начал клубиться в его голове. Кто эти люди? Они не выглядят враждебно, однако это настораживало еще больше. Где он, в конце концов? Его продали кому то?
[nick]Тошиюки[/nick][status]Хризантема[/status][icon]https://i.imgur.com/cn8Uee2.jpg[/icon][sign]И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.
[/sign]

+1

11

По правде говоря, сейчас некромант не ожидал от мальчишки никакой осмысленной реакции — слишком уж плохо тот выглядел. А потому — удивился, когда тот посмотрел на него и пролепетал своё «извините». Острая жалость сдавила сердце чувствительного пантендорца при виде чужого страха и боли, а руки дрогнули в инстинктивном желании как-то утешить и пожалеть беднягу, но рыжий был слишком напуган даже для добрых прикосновений, поэтому Лаз не стал его трогать. Вместо этого маг дал ему время и возможность осознать своё личное пространство и комфорт — несравненно больший, чем в вонючей холодной повозке.
- Их здесь нет. И они сюда не придут. - Лаз надеялся на это, но не был уверен. Он просто старался подбирать слова, чтобы не нарушить едва установившийся хрупкий баланс в сознании дракона. - Теперь всё будет хорошо, слышишь? - Лаз чуть склонился вперёд, всматриваясь в янтарные глаза, которые, казалось, стали чуть ярче, нежели вчера. - Сейчас тебе нужно отдыхать и есть, чтобы набраться сил.
   Лаз улыбнулся ему, стараясь выглядеть максимально безобидно, что с его внешностью было, впрочем, не сложно. Он помог умостить подушку под спину парня, чтобы тому было удобнее сидеть и потянулся за отставленной плошкой - размешал бульон и набрал немного в глубокую деревянную ложку. - Давай я тебя покормлю? Пока не остыл. Выпей хотя бы пару ложек — станет легче, я обещаю.
   Убедившись, что мальчишка услышал его и понял смысл сказанного, Лаз поднёс ложку к его рту, чуть ли не умоляя взглядом сделать этот первый, самый живительный глоток. Парень, не смотря на худобу и раны, был живучим, крепким, и если его желудок сможет справиться хотя бы с такой элементарной пищей, уверенности в том, что Лаз сумеет его выходить, прибавится.

+1

12

Тошиюки, кажется не до конца понимал что говорит ему некромант. За месяц или два.. Или сколько там прошло с тех пор как он попал к контрабандистам, он уже плохо представлял, что бывает реальность, без этих людей. Даже сейчас, лежа на мягком матрасе в утреннем полумраке комнаты дракон бегал беспокойно глазами, цепляясь за дверь и темные углы, ожидая что они все таки выйдут на свет, и заберут его с собой. И от этой мысли волосы на голове шевелились, а сердце заходилось.
Но это уже было куда более осознанные мысли, чем были раньше.
Но потом он все таки кивнул неуверенно. Есть он не хотел, уже очень давно голод не ощущался острой болью, как нечто ненужное, но раз этот человек говорит, что поесть необходимо..
К тому же мягкое лицо беловолосого не порождало чувство опасности. Он казался лишь немного старше Тошиюки (а сколько дракону лет?), но все равно воспринимался скорее как ровесник, нежели взрослый. К тому же он улыбался и помогал лечь поудобнее..
Те люди, правда, тоже в начале улыбались.

Тоши еще раз кивнул, соглашаясь поесть. Слова не рождались в голове - слишком давно они уже не имели смысла. Рыжеволосый чувствовал, что если попытается что-то сказать, все равно получится только невнятное мычание.
Тошиюки послушно выпил первую ложку - бульон, вкус которого он почему то не чувствовал, разлился теплом, проваливаясь в желудок.
И тут Тоши почувствовал безумный голод. Если бы мог, он бы выхватил плошку и выпил бы ее залпом, но страх сделать резкое движение, испугать, разозлить незнакомца все еще сковывал его.
Поэтому он лишь уставился на плошку горящими глазами, ожидая предложат ли ему еще или нет.

Лазарин только успевал вливать в него бульон, пока дракон молча и сосредоточено поглощал пищу. Когда тарелка опустела, не прошло, кажется, и минуты.
Тошиюки, судя по всему, мог есть и дальше, и сам был обескуражен тем, как быстро закончился бульон. Он посмотрел на беловолосого, не зная что ему сказать. Но тут откуда то из глубины его сущности, само самой появилось то, что воспитовалось в нем с малых лет - жесткий, впитанный с рождения социальный этикет тех мест где он жил.
- Спасибо - прохрипел он, кивнув головой, автоматически, не в полной мере, конечно, изображая поклон. Но едва ли он осознавал такие мелочи.

Однако, неожиданно что-то внутри него забурлило и он почувствовал острую боль в животе. Тошиюки сложился пополам, и застонал от неожиданности.
Давно отвыкший от пищи организм, травмированый к тому же, не сразу мог воспринять еду. Это порождало боль. Очень сильную боль.
Возможно будь это более тяжелая еда чем бульон, дракон не смог бы удержать ее в себе, однако спустя пару минут боль начала утихать, а живительная пищу так и осталась внутри.

[nick]Тошиюки[/nick][status]Хризантема[/status][icon]https://i.imgur.com/cn8Uee2.jpg[/icon][sign]И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.
[/sign]

+1

13

Всё шло хорошо. Дракон послушно выпил протянутую ему ложку и, что более важно — сумел удержать бульон в себе. Глаза его заблестели, будто Лаз предложил ему самую вкусную еду на свете, и к следующей ложке дрожащие губы потянулись куда более охотно.
- Ты молодец! Молодец… - Оживлённо бормотал Лаз, будто мальчишка вытворял нечто невероятное, пока хлебал отвар.
   Он снова вспомнил Натана, когда тот впервые очнулся после чумы. Как сердился тогда Ларс от своей беспомощности и норовил забрать ложку и есть самостоятельно, чтобы не показаться друзьям жалким и слабым. Как сильно Лазарину хотелось тогда о нём позаботиться и почувствовать себя, наконец, кем-то значимым для другого человека. Он понимал гордость Натана и уважал его стремление геройствовать вопреки равнодушной некромантской натуре, но собственный эгоизм мешал смириться с зависимым положением младшего братишки, который почти ни на что не годится.
   Мальчишка перед ним был другим. Слабым. Поломанным. Совсем ещё ребёнком… Он нуждался в Лазарине намного больше, чем Натан. И, чувствуя это, маг испытывал особенное удовлетворение от навалившихся на него хлопот — глубокое, тёплое и искреннее.
- Извини, но больше не дам. - Некромант ласково улыбнулся в ответ на жалобный взгляд, изучающий опустевшую плошку и снова едва удержался, чтобы не погладить его в утешающем жесте. - Твой желудок слишком отвык от нормальной еды, поэтому придётся приучать его к ней постепенно. Если всё будет хорошо, вечером я дам тебе ещё бульона, ладно? - Лаз старался говорить больше, дабы взбудораженное сознание мальчишки привыкало к его тихому убаюкивающему голосу. Спокойствие и терпение давали свои плоды. И услышанному «спасибо» пантендорец радовался не меньше, чем своим первым успехам в магии. Правда, следом за удачей, как и в магии, следовало падение, и рыжий вновь застонал, скрутившись от боли в желудке, который, видимо, уже давно не ждал появления в себе чего-то съедобного.
   Лаз тоскливо скривился, наблюдая за мучениями дракона. Плошку убирать не стал на случай, если бульон попросится обратно, но этого не случилось. Паренёк отлежался немного в скрученном состоянии, но затем его, кажется, начало отпускать. Хорошо...
   - В следующий раз будет легче. - Пообещал маг, отставляя пустую плошку. - Ты удивительно крепкий парень. Как тебя зовут? Сколько лет? Помнишь? - Лаз чувствовал, что расспрашивать беднягу о том, как он попал к бандитам, сейчас будет слишком жестоко. Но имя стоило узнать в любом случае. Вряд ли контрабандистам оно было интересно. Так пусть ещё одна деталь отличает белобрысого от них в лучшую сторону.

+1

14

Боль утихала, хотя надо сказать Тоши уже думал что отдаст концы. Хотелось выть. Не выл дракон разве что.. Из вежливости?
Однако, к сожалению, еда не только не утолила голод, но даже разожгла его. Теперь он понял что ел очень мало и Тошиюки хотелось еще. Чего угодно, главное побольше, ведь сейчас все казалось бесконечно вкусным.
Впрочем незнакомец в добавке ему отказал, пообещав еще порцию только вечером.
Рыжий заметно пригорюнился, но всетаки послушно кивнул. Потерпит до вечера. По крайней мере теперь он, кажется, в безопасности.
Услышав ряд таких простых, почти детских вопросов, Тошиюки скривился, будто ему нужно было найти ответ на очень непростую задачу.
Он все отлично помнил, но эти воспоминания, приносили такую боль сейчас, что захотелось расплакаться. Но слезы не приходили, лишь лицо болезненно исказилось в уродливую гримасу. Такое выражение можно увидеть у уличных сумасшедших или пьяниц допившихся до встречи с самим Фойром. Впрочем она исчезла так же внезапно как появилась, когда дракон выдернул себя из засасывающего водоворота. Точнее его выдернула боль - резкая, хоть уже и не такая сильная. Он положил руку на живот, и она почти сразу прошла.
Рыжий молчал, будто собираясь с мыслями. На незнакомца взгляда он не поднимал, смотря чуть в сторону, будто разглядывая кривые доски на полу.
Но потом все же произнес
- Тошиюки. - не самый полный ответ, но говорить было нестерпимо сложно. Даже почему то страшно.
Он поднял немного голову, впрочем так и не посмотрел беловолосому в лицо, только уставился на его руки - тонкие, вполне аристакратичные.. Но со следами бытовой работы.
Тоши слабо улыбнулся, впрочем заметить улыбку было не так и просто.
- Вы спасли меня. - было не совсем понятно вопрос это или утверждение.
[nick]Тошиюки[/nick][status]Хризантема[/status][icon]https://i.imgur.com/cn8Uee2.jpg[/icon][sign]И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.
[/sign]

+1

15

По крайней мере имя своё он не забыл, и Лаз опять улыбнулся маленькой победе на пути установления доброжелательного контакта с новым приятелем.
- Красивое имя. Необычное. - признался пантендорец, которому драконьи имена и правда всегда казались диковинными и странными. - А я Лазарин. И да, я тебя спас.
   Преуменьшать свои старания перед рыжиком маг не считал нужным, учитывая, что уже немало натерпелся со столь рискованного предприятия. А сколько проблем оно принесёт в перспективе — оставалось только догадываться. Однако, подумав немного — всё же дополнил свой ответ, поглаживая пальцами покрывало рядом с собой успокаивающим движением, хоть Тоши и не мог его почувствовать, а только увидеть: Хотя ты здорово помог, выбравшись в лес. Сам бы я тебя не вытащил. Так что ты тоже молодец. И ты заслужил спасение. - Лаз встал с кровати, чтобы унести пустую посуду, но в дверях едва не столкнулся с Канарейкой, который привычно шарахнулся и виновато опустил взгляд на всякий случай. В руках у мальчишки была какая-то трава.
- Что это? - поинтересовался пантендорец, который всё ещё был новичком в вопросах выживания, и мальчик смущённо протянул ему пучок, не поднимая взгляда: Это… От ран… Ему. - И, всучив растерявшемуся некроманту траву, Канарейка поспешил обратно на улицу, не в силах больше выдержать на себе столько внимания от нового и старого соседа по комнате.
   Лаз только хмыкнул на столь неожиданный акт заботы от мелкого, с любопытством рассматривая незнакомые листья, а затем — вновь обернулся к Тоши. Изумрудные глаза увлечённо блеснули, поймав свет из окна.
- А ещё ты заслужил хорошенько отмыться. - Конечно, хорошенько отмыться в столь плачевном состоянии у дракона не получится, но если осторожно и аккуратно… - К чистому зараза меньше пристаёт. А потом можно будет натереть этой травы на первое время, пока лекарств не найду. Что скажешь?
   Лазарину очень хотелось, чтобы мальчишка поскорее включался в их жизнь и начинал говорить, но чувствовал, как тяжело ему это даётся и был готов подождать с мытьём ещё пару дней, если дракон окажется не готов.

Отредактировано Лазарин (04-11-2021 01:58:54)

+1

16

Тошиюки вздрогнул и поднял глаза на беловолосого.
Всетаки он.
Вот почему голос показался ему таким знакомым. Тот голос в темноте, что указал ему дорогу. Дракон думал это помутнение его сознания, или воля богов… хотя что это если не воля богов?
Выходит, он обязан.. Лазарину даже больше, чем полагал вначале. Даже больше чем просто жизнью.
В голове вдруг всплыли наставления отца. Как то, когда тот объяснял сыну причину, по которой его близкие соратники так верны ему. Долг, долг спасенной жизни - гораздо больше чем что либо еще. Они считали себя уже мертвым и теперь остаток существования посвящали служению. И в этом была великая честь.
Что же. Выходит Тошиюки тоже уже мертв?
Но как же мама? Как же отец? Они совсем не ищут его?
Дракон подумал, что не знает сколько времени прошло. Не знает даже где он. Но явно далеко от дома, едва ли его смогут найти теперь.
И чем он мог заслужить спасение? Мальчишка едва ли помнил четко время. Проведенное в плену - все смешалось в один черный, липкий, страшный комок.
Он не смог ответить что-то. Да и не успел, потеряв чувство времени в своих размышлениях. Пришел второй мальчик.. Кажется Лазарин называл его Канарейкой. Тоши видел, что почему то мальчишка шарахается от него, но не мог понять почему. Ему было невдомек как он выглядит сейчас - грязный, тощий и впалыми глазами и опухшим от синяков лицом.
На разговор о мытье, Тоши немного занервничал - он уже привык сидеть в этом углу и мысль о том, что придется куда-то идти, покидая безопасное место, пугала. Он сглотнул.
- Если надо.. Да - кивнул он и начал осторожно выползать из под одеяла и садиться на край кровати. Лицо его чуть исказилось, потому что двигаться было больно. К тому же дракон был не уверен, что сможет встать - ноги могли не слушаться. Тоши опять пробубнил тихо, уставившись в пол - Мастер Лазарин, не уверен что.. - он опять сглотнул, борясь с подступающей паникой.
Но обращение “Мастер”, которое было вежливой привычкой, вдруг успокоило и его самого. Будто рядом был кто-то, кто мог его подстраховать. Если что-то произойдет.
[nick]Тошиюки[/nick][status]Хризантема[/status][icon]https://i.imgur.com/cn8Uee2.jpg[/icon][sign]И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.
[/sign]

+1

17

Лаз чувствовал его волнение и понимал причины этого страха, но всё же был рад, что тот согласился. Пантендорец знал, что чистым любой человек чувствовует себя увереннее и смелее, чем грязным. Хорошо, что тот уже был раздет, хотя, кажется, совсем забыл об этом. Не придётся ломать очередной барьер, упрашивая его стянуть те драные лохмотья, в которых Лазарин его нашёл.
- Нет, сиди. - Он всё же дотронулся до плеча Тоши, когда тот засуетился, вытаскивая своё дрожащее тельце из-под покрывала. А когда понял это — не стал одёргивать руку. - У нас тут нет ванны, да и тебе пока будет трудно сидеть в воде, поэтому я принесу сюда корыто и помогу. - Лаз говорил всё так же спокойно, предвкушая довольно долгий процесс, поскольку ран, синяков и ссадин на драконе было чуть ли не больше живого места. Но, в то же время, некромант ловил себя на мысли, что ему нравится эта забота и странным образом нравится беспомощность Тоши, который так искренне и так боязливо полагается на него. Вот и неожиданное «Мастер» теплом разлилось по телу новым доселе невиданным чувством, и на светлом лице некроманта застыло изумление. Поскольку никто и никогда прежде не обращался к нему с таким почтением и такой надеждой.
- Всё будет хорошо. Я схожу за водой. - Рука аккуратно погладила худое плечо, и Лаз отвернулся и вышел из комнаты, чтобы найти корыто, но ещё — чтобы скрыть от него свою странную радость, которая казалась белобрысому не слишком уместной сейчас, но была чересчур приятна, чтобы от неё отказываться.
   Через несколько минут он  вернулся с пустым корытом и ведром холодной воды, которое нашёл на крыльце. Возможно, Тодд наготовил его для своих дел, но это Лаз собирался узнать позже. Половину ведра он вылил в корыто, вторую — отставил в сторону. Залез в походную сумку, что уже долгое время висела у двери на гвозде, и вытащил оттуда кусок душистого мыла, бережно завёрнутый в светлый платок, позаимствованный из особняка в Атропосе. После — вытащил из-под кровати свёрток с тряпками и выбрал парочку клочков почище, которые можно было использовать вместо мочалки, чтобы сделать всё аккуратно. На глаза попалась и украденная ваза, которую Лаз задвинул подальше в угол. Память о том, что за Тоши всё ещё могут охотиться, больно кольнула грудь - кажется, он начинал привыкать к этому парню. Но за окном было тихо, и тёплые осенние лучи солнца дружелюбно заглядывали в комнату.
   Глянув ещё раз на дракона, что растерянно следил за ним и как будто не знал, чем занять себя, пантендорец протянул ему мыло и свой маленький нож — как раз подходящий для такого простого дела. - Настругай немного в корыто, пока я погрею воду. - Маг нарочно дал ему такое простое дело в надежде, что это немного приободрит паренька и поможет занять руки в ожидании. А сам - опустил ладони в воду и принялся нагревать её уже отточенным и привычным для себя способом.
- Тоши, скажи, ты владеешь магией? - Дракон не ответил, сколько ему лет, но выглядел он явно старше того возраста, когда магический дар впервые проявляет себя. Лаз чувствовал его ауру, но та была слишком уж вялой и слабой. Тем не менее — была. - Я чувствую её, когда прикасаюсь к тебе. - Маг беззлобно усмехнулся, задумчиво проводя пальцами по дну корыта. - И, кажется, я ей не нравлюсь.

Отредактировано Лазарин (06-11-2021 08:05:29)

+1

18

Тошиюки испытал облегчение, когда Лазарин сказал, что не придется никуда идти. Хорошо, что не придется вылезать из кровати - так гораздо спокойнее - выходить из комнаты совсем не хотелось, мир за ее пределами казался слишком страшным сейчас.
Но касание заставило его повернуть голову к парню, глаза немного расширились, на пару мгновений, но это быстро прошло. Тоши кивнул.
Раньше, возможно, он бы кинулся помогать, хотя бы из вежливости.. Но сейчас даже мысль не посетила его голову. Дракон вообще старался думать поменьше, да даже если и пытался - в мыслях была лишь звенящая, тупая, бессильная пустота.
Естественно, в таком состоянии никаких изменений на лице или в голосе некроманта мальчик заметить не мог, хотя раньше и был достаточно чувствителен к окружающим, ловя их настроение.
Пока Лазарин ходил за водой, Тошиюки так и остался сидеть на краю, ухнув в какие то свои размышления, впрочем не самые плохие, хоть и медленно вялые.
Он не думал о доме, не думал о бандитах.. Он сам потом не мог вспомнить о чем размышлял в эти минуты, автоматически следуя взглядом за беловолосым.
Когда Лазарин протянул ему нож и мыло рыжий вначале немного не понял, что от него хотят, поэтому, взяв “снарежения” застыл с ним в руках, но спустя пару мгновений все же осознал происходящее и чуть смущаясь от собственной глупости, начал стругать мыло в бадью.
Это оказалось сложно.
Тоши даже не ожидал, что это будет настолько сложно.
Ладони тряслись, постоянно норовя выронить инструмент, нож соскальзывал и ходил ходуном.
- Нет - ответил он на вопрос некроманта, желая на самом деле рассказать о том, что дар у него есть, но отец не успел найти ему хорошего учителя.. - Точнее.. - он осекся, понимая что не может донести мысль - Я не умею ее использовать - выдавил дракон, его голос был хриплый и вымученный, будто каждое слово давалось с трудом.
В какой то очередной раз, рука дернулась и Тошиюки вздрогнул. Он тупо уставился на кровь, сразу начинающую проступать на ладони - в том месте куда впилось случайно лезвие ножа. Дракон даже не чувствовал боли, просто не зная что с этим делать сново ухнул в тупое созерцание.
[nick]Тошиюки[/nick][status]Хризантема[/status][icon]https://i.imgur.com/cn8Uee2.jpg[/icon][sign]И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.
[/sign]

+1

19

- Ничего… - Тут же хотел успокоить его некромант, поднимая голову, но дрогнул, когда в воду вместо мыльных стружек капнула кровь. Лаз вытащил руки из нагретой воды и аккуратно забрал у рыжего нож и мыло. Отложил в сторону. Пожалуй, не стоило давать ему острых предметов в таком состоянии — вдруг надумает покончить с собой, да и мало ли что может придти в голову в таком состоянии.
- Хватит терять кровь, Тоши. Слишком ценный ресурс для тебя. - Маг вновь попытался приободрить его улыбкой и принялся взбалтывать воду, пока поверхность её не покрылась мыльной пеной. Потерянный взгляд рыжего ему не нравился, зато тот легко исполнял его поручения. Для начала Лаз помог ему склониться над корытом, чтобы вымыть голову. Пантендорец делал всё сам, в то время как все силы дракона были направлены на удержание такого положения. Сам зачерпывал руками воду и лил на голову, сам намыливал волосы и выбирал из них спутавшиеся комки грязи и слипшейся крови. Потом — позволил ему обратно выпрямиться и принялся аккуратно протирать лицо смоченным клочком тряпки. Лаз действовал медленно и осторожно, но всё равно то и дело задевал чувствительные болезненные участки, заставляя дракона морщиться и вздрагивать. Хотя порой казалось, что вздрагивает он не от боли, а от самого факта чужого прикосновения.
- У тебя тут такая большая татуировка! — Вновь окликнул он нового приятеля, когда перешёл на спину и смог рассмотреть под рубцами и запёкшейся кровью огромного цветного карпа. - Красивая… Хоть и подпорченная кнутом. Но, Фойрр меня раздери, это так больно! Тодд тоже весь в подобных рисунках. Говорит — очень больно, хотя и предлагал мне попробовать зарисовать одно.. некрасивое место.
   Он снова и снова смачивал тряпку и терпеливо стирал всю грязь, до которой мог дотянуться. И снова чувствовал странную радость и влечение к чужой беспомощности, хоть и пытался отогнать эти мысли.
- Тоши? - Закончив со спиной, Лаз снова сел перед ним на корточки, вытирая живот и рёбра, но, опустив взгляд ниже, остановился в замешательстве. - Если тебе неприятно, можешь тут попробовать сам.

Отредактировано Лазарин (09-11-2021 14:54:54)

+1

20

В голове слышалось лишь эхо от упавшей в бадью капли. Дракон почувствовал, как снова становится холоднее, вот скрип ужасных ворот, топот ног, готот…
Нож и мыло исчезли из рук и Тошиюки очнулся. Галлюцинации исчезли так же мгновенно, как нахлынули. Дракон застыл на пару мгновений с пустыми руками, потом будто проснулся, и посмотрел на Лазарина
- Извините… - пробормотал рыжий, но увидев на лице мага улыбку, тоже едва заметно улыбнулся краешком губ. Он кажется боялся, что его заругают.

Вода пощипывала свежую рану, но это все еще не напрягало. Почему то боль в теле Тоши слилась в одно большое чувство, которое, кажется, он привык терпеть, поэтому даже глубокая царапина, была лишь ноткой в общей симфонии.
Дракон был послушный, пускай и немного отстраненный - он позволял мыть себя даже не думая сопротивляться, выполняя все указы. В какой то степени это было даже удобно.
Когда Лазарин обратил внимание на татуировку Тоши немного.. Смутился? Он почувствовал беспокойство и заерзал
- С-спасибо.. - заикаясь начал он, но замолчал. Было очень сложно объяснить, что значил этот рисунок. Сказать что не везде это больно.. На все это нужно было потратить уйму сил, которых у него не было. Тошиюки умолк, кисло повесив голову. Что он мог поделать? Да и какая теперь разница?
Странная грусть начала накатывать на него. Она была куда больнее опустошенности, в которой летало лишь эхо собственных мыслей.
Приходило осознание бессилия.
Что с ним?
Да и какая теперь разница?
Голос Лазарина снова отвлек его. Дракон посмотрел на парня, потом туда куда он указывал. Впервые на его щеках появился сероватый румянец и он кивнул.
Он и так доставлял много проблем.
[nick]Тошиюки[/nick][status]Хризантема[/status][icon]https://i.imgur.com/cn8Uee2.jpg[/icon][sign]И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.
[/sign]

+1

21

Конечно, проще было сделать всё самому, нежели наблюдать за нелепой вознёй дракона, вспоминающего, как работать руками и тряпкой. Кажется, Тоши был настолько подавлен, что и не отличил бы одних прикосновений от других. Но Лаз не хотел нарушать крайних границ и стирать последние остатки личности, если таковые ещё остались. Он помогал ему, смачивал и подавал тряпку и терпеливо ждал, пока Тоши сотрёт грязь с бёдер. С ногами маг ему помог и, отставив корыто с грязной водой, подогрел немного и воду в ведре, чтобы стереть остатки мыла.
   Теперь можно было забрать у него грязное покрывало и простынь, дать другое, почище, и порадоваться результатам своей работы.
- Ты хорошенький. - Улыбнулся Лаз, помогая ему улечься на чистое и накрывая свежим покрывалом. - Только мяса наесть на щёки надо. Но с этим проблем не будет, верно? Аппетит у тебя хороший.
   Пантендорец вынес на крыльцо корыто и грязные вещи, чтобы постирать чуть позже, а, вернувшись в комнату, принялся толочь в миске траву, что принёс Канарейка. Некромант доверял мальчику в вопросах выживания, поэтому не сомневался, что она хоть немного поможет. Только процесс был не быстрым, и Лаз продолжал говорить, будто и сам боялся оставаться с Тоши в тишине. Дракон всё ещё был слишком слаб духом, и пантендорец не имел понятия, как лечить эту болезнь.
- Был у меня в Лейдере один приятель, больной Серой чумой. Слышал о ней? Тело чахнет на глазах, сереет и трескается как сухая земля… Он был крепким, держался много дней, хотя я уже почти потерял надежду. - Лаз не стал говорить, что его собственная вера в счастливый финал тогда настолько пошатнулась, что он был готов дать Натану яд, чтобы тот не мучался. Тоши нуждался в более жизнеутверждающих историях… - Он боролся и дождался спасения. Друг, которого он считал мёртвым, неожиданно оказался живым, вылечил эту болезнь, и он пошёл на поправку. Теперь у него всё хорошо. - Рука ненадолго прекратила монотонные движения пестиком. Лаз предпочитал думать, что у Ларса всё хорошо, но отнюдь не был в этом уверен. Он скучал по нему и только теперь, заботясь о Тоши, понимал, насколько сильно. Раненый дракон напоминал ему старого друга и, быть может, поэтому, в Лазарине было столько доброты к нему. - И у тебя теперь всё будет хорошо. Завтра я пойду в город и добуду лекарства.
   Он замолчал, продолжая равномерные движения рукой, задумался ненадолго о собственных печалях, но тишина вскоре снова стала ему невыносима.
- Ты ведь уже успел рассмотреть нашу комнату? Скажи, что тебе нравится в ней больше всего? - Вопрос был лишь очередной попыткой вытащить Тоши из омута страхов и бессилия, заставить его разум искать что-то хорошее в новой жизни и цепляться за это, чтобы двигаться дальше.

+1

22

Вода приносила очищение. Часто подобное видится в качестве красивой метафоры, однако и правда порой принятие ванны словно очищает мысли от мусора, проясняя взгляд и разум. Накрывшись свежим покрывалом, стерев с себя пыль, кровь, грязь и боль, Тошиюки вдохнул глубоко воздух - вдруг стало легче дышать и приятный запах мыла будто сразу поднял настроение.
По крайней мере оно у него появилось.
Темно рыжие от воды волосы торчали в разные стороны, а серые безжизненные глаза дракона начали приобретать медовый цвет.
Тошиюки вдруг улыбнулся комплименту, закутываясь плотнее в покрывало. Улыбнулся даже искренне и.. довольно? В груди появилось трепещущее тепло - пожалуй никто никогда не говорил что он хорошенький так мягко и добро.
Почему этот человек так заботиться о нем? Он явно не желает ему зла, он совсем не такой как те, другие люди. Зачем ему это все? Тошиюки было тяжело думать сейчас о таких важных вопросах, к тому же тот факт что беловолосый едва ли был сильно старше его делал в глазах дракона Лазарина еще безобиднее.
С другой стороны а как бы поступил сам Тоши найдя в лесу человека? Наверное бы тоже помог, принес лекарство, накормил.. Ведь это не сложно - еды и крыши над головой хватало у него всегда.
Пожалуй лишь растерянность и сбитое внимание до сих пор не дали ему осознать то, насколько бедны приютившие его, насколько стара и пыльна их избушка и что суп из грибов не потому, что ему пока еще нельзя есть мясо..
Тошиюки чуть прикрыл глаза, плавая в тянущей ясности, которая вдруг накатила на него, оголяя усталость.
Но Лазарин продолжал говорить, и это кажется позже уводило ниточку его мысли, давая отдохнуть от безумного варива из плохих и хороших воспоминаний.
Тоши слушал.
Он любил слушать.
Мама всегда рассказывала ему сказки.
Он хотел бы услышать больше о друге молодого мага, его цепляло то, как он говорил, насколько это было для него важно. Но лишь эхом повторил, заикаясь.
- В-с-се будет хорошо. Да. - и снова улыбнулся.
Вопрос Лазарина вырвал его из вязкой, но приятной сейчас тишины, и Тоши удивленно осмотрелся, будто в первый раз видел комнату, затем нахмурился, думая.
- Здесь т-тепло - он отвел взгляд и на щеках снова появился сероватый румянец - И еда. В-вкусная.
[nick]Тошиюки[/nick][status]Хризантема[/status][icon]https://i.imgur.com/cn8Uee2.jpg[/icon][sign]И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.
[/sign]

+1

23

----Встроенный эпизод: Одна ошибка - и ты ошибся----

   Лаз до последнего сомневался, что его отпустят так легко, но, открыв глаза после очередного пространственного скачка мистика, увидел перед собой знакомую дверь знакомой хижины. Маг громко и облегчённо вздохнул, не обнаружив вокруг никаких следов браконьеров, что могли выследить Тоши, пока его не было. Он почувствовал, что все дома, даже не заходя внутрь, и на сердце тут же потеплело.
   Кажется, демон не собирался его больше задерживать.
- Спасибо тебе, Ильг. - Пробормотал пантендорец прежде чем мужчина исчез. Ведь если бы не он, некромант никогда в жизни не смог бы заработать столько денег за сутки. Глядя на небольшой мешок, в котором позвякивали ценные призы, Лазарин думал о том, что и за всю свою прежнюю жизнь не заработал так много. Он был несомненно счастлив внезапно свалившимся на него богатствам как в сказке, но радость подъедали мысли о том, как бессмысленно и бездарно он продавал себя в прошлом.
   Лазарину вновь захотелось вымыться.
   Входная дверь противно заскрипела, заставив некроманта поморщиться и тихо выругаться своим попыткам пробраться домой бесшумно. Он не хотел никого будить и пугать в этот раз, хотя догадывался, что Тоши, как и Канарейка, могли проснуться и вздрогнуть уже от одного этого скрипа.
   Встав на порог, Лаз замер, всматриваясь в мрачный ветхий интерьер их пристанища, что так контрастировало с роскошными покоями дворца Айлир. Теперь он особо отчётливо ощутил и неприятный запах, и сырость, избавиться от которой было невозможно по причине дряхлости стен и крыши. Здесь всё было старым и грязным, гниющим и разлагающимся. После ночёвок на улицах Атропоса, Лаз был рад оказаться в тепле и под крышей, но теперь, сравнивая этот дом с тем, что видел в Кабале, чувствовал отвращение. Нет, он не будет так жить….
   Пальцы сдавили мешок, нащупывая сквозь него одиз из золотых браслетов.
   Я больше не буду бродягой…
   Кажется, человеческая сущность внутри некроманта уже начинала жалеть о принятом решении. Благо, помимо материального, было в людском мире и то, чего он точно бы не нашёл в Кабале. И, придерживая мешок, чтобы не звенел, маг направился в комнату к Канарейке и Тоши.
   И эта дверь так же грюкнула, выдавая его присутствие.
   Фойрровы петли — Шикнул маг и тут же вздрогнул, едва не выронив мешок, поскольку его кровать была пустой. Сердце пропустило удар и ещё долго не могло выровнять ритм даже когда он разглядел в углу маленькую сжавшуюся в комок фигуру. Некромант даже не сразу сообразил, что это не Канарейка, поскольку мелкий, как обычно, прятался под одеялом.
   - Тоши? - Пантендорец прикрыл за собой дверь и аккуратно задвинул мешок с подарками подальше под кровать, после чего зажёг тусклый магический огонёк, чтобы им с рыжим было  удобно и не так страшно разговаривать. - Почему ты не спишь? - Лаз осторожно сел на край кровати и коснулся его плеча.
   Может, пока его не было, здесь всё-таки что-то случилось? Может, Тодд плохо с ним обращался? Хотя то, что старик до сих пор не выгнал его на улицу, было само по себе очень хорошим знаком.

Отредактировано Лазарин (26-01-2022 10:39:36)

+1

24

За следующие пару дней Тошиюки получше познакомился с обитателями этого спрятанного в лесной чаще, покосившегося старого домика. Строгий, во многом даже пугающий дракона, мужчина Тодд и маленький мальчик Канарейка, которого, кажется, пугал сам Тошиюки.
Парень, однако, очень быстро привык к ним. Да, по-началу, Тодд вводил его в ужас, напоминая о людях, что держали его в клетке все эти дни, но очень быстро стало ясно - прямого вреда он причинять не станет.
Дракон приходил в себя очень быстро, по крайней мере до той степени, чтобы перестать трястись и начинать жить.. Как раньше? Нет, как раньше никогда не будет, Тоши понимал это где то в глубине души. Никогда.
Тоска по дому его не посещала, поскольку все это время, проведенное в плену, будто бы высушило его воспоминания. Они скукожились, словно сладкий персик превратившийся в курагу, и не досождали дракону, убраные куда то в дальние закоулки памяти до поры, до времени.
Дракон приходил в себя, но в порядке он не был и чем дальше, тем больше сомневался, что когда либо будет. Тодд выдал ему какую то свежую одежду, которая была больше чем нужно, но была единственной - серую рубаху и черные брюки из мешковатой ткани, и отправил выполнять мелкие обязанности по дому, и Тошиюки их выполнял, все же испытывая очевидную благодарность к людям, которые дали ему крышу над головой и поделились своим скудным пайком, но дракон постоянно вздрагивал от шорохов и голосов, в реальности которых сомневался.
Внезапно той самой вещью, которая поддерживала его на плаву стало воспитание. Выбитое в его сознания, как письмена в камне воспитание, которое дала семья велело ему подняться и начать помогать своим благодетелям, а не сидеть у них не шее. Ну а труд, в свою очередь, выстраивал мысли в стройный, пускай и хлипкий ряд.
Однако а каждая ночь превращалась в ужас. Дракон легко засыпал, но кошмары поднимали его постоянно, они обволакивали его, словно липкая, вонючая болотистая глина и заставляли его вскакивать в животном страхе. Казалось, что он такого сна Тошиюки даже больше уставал.

И сегодня, закончив чистить небольшую корзинку грибов от земли и червей, Тоши просто сел на кровать Лазарина, которая в отсутствии последнего была отдана ему, он уже собирался спать, но он настолько устал и не хотел видеть то, что определенно навестит его ночью, что решил что лучше от просидит всю ночь здесь, чем опять уснет.
Темнота однако тоже была не самым добрым другом. В ней постоянно что-то мелькало и шевелилось, загнав дракона в самый угол комнаты.
Когда скрипнули дверные петли, Тошиюки замер, вдохнув воздух и не решаясь его выдохнуть. Тело покрылось испариной. Кошмар из его сна, просачивался в реальность.
Но тут зажегся свет и прозвучал голос Лазарина. Дракон резко поднял голову, зрачки резко сузились от яркого света.
– М-мастер..? – он начал говорить громко, но осекся и перешел на шепот – Мастер Лаз-зарин! Вы вернулись!
Магический свет очертил сильно порозовевшее лицо дракона, однако круги под глазами все еще были слишком заметными.
Я.. – он опустил глаза – Я не хочу спать уклончиво ответил Тошиюки
[nick]Тошиюки[/nick][status]Хризантема[/status][icon]https://i.imgur.com/cn8Uee2.jpg[/icon][sign]И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.
[/sign]

Отредактировано Клир (29-01-2022 19:04:37)

+1

25

От Тоши пахло лекарствами и свежими повязками. Значит, Канарейка или Тодд всё же воспользовались оставленным Ильграном подарком. Дракон, что при первой встрече казался Лазарину живым мертвецом, заметно поправился и окреп всего за сутки его отсутствия. Это радовало белобрысого и странным образом успокаивало, давало надежду, что он, наверное, всё сделал правильно.
   Но, не смотря, на физические улучшения, ментально рыжий всё ещё был сильно подавлен, и притворяться У Тоши получалось плохо. Хотя тот факт, что он пытался, уже был добрым знаком, и этого некроманту было достаточно на данный момент. Щипцами вытягивать из него информацию Лаз не собирался. Он вообще не хотел давить на парня, занимая мягкую выжидательную позицию. Сам всё расскажет, когда придёт время. К тому же, маг даже не знал, что ему делать с драконом, когда тот поправится.
-  Знаешь, мне кажется, я тоже сегодня не смогу уснуть. - Прошептал белобрысый, ложась на бок и подпирая ладонью голову, чтобы было удобно разговаривать. Больше он  Тоши не трогал, хотя и чувствовал странное влечение коснуться его снова, чтобы опять ощутить неприятие их аур друг друга. Чувствовал ли Тоши эти предостережения собственного тела? Лазарин не стал об этом спрашивать. - Я побывал в удивительном месте, о котором теперь никогда не смогу забыть. - Лаз улыбнулся, давая возможность интересу и любопытству зародиться среди сомнений и страхов в рыжей голове. Хотя рассказывать о своих приключениях не торопился. - А ты? Чем занимался, пока меня не было? Готов поспорить, старик дал тебе работу. Он не обижал тебя?

+1

26

Тоши с интересом разглядывал Лазарина, слегка сонными глазами. Он никак не мог перестать вспоминать тот голос посреди лунной ночи, что позвал его к реке. Когда безумие в общем и целом улеглось, оставаясь в драконе лишь клубком нервозности, который постоянно колол его шипами как терновник, Тошиюки никак не мог выкинуть из головы юного мага. Его шепот был так похож на тот голос.. Менее потусторонний, чем казалось в тот раз, но все же.
Поэтому он чаще прочего думал о некроманте. Лазарин был первым кого рыжий увидел после пробуждения, и видимо поэтому так отпечатался в его памяти.
А может потому что они были если не ровесниками, то близки по возрасту.
В любом случае, юный некромант совсем его не пугал, и даже наоборот.
Тоши чуть подобрал коленки, усаживаясь удобнее, и внимательно слушая. В темноте было не так уж и уютно, но пространство вокруг беловолосого словно становилось сразу безопаснее.
– Вас долго не было.. – Тоши вдруг понял, что не совсем точно понимает сколько времени прошло, поэтому дракон осекся, не желая выглядеть глупо – Да, Г-господин Тодд велел мне помогать – Тошиюки слабовато улыбнулся – Но это все была не сложная работа. Почистил грибы, помог повесить сушиться т-травы.. – Тоши смотрел в сторону, будто пытаясь вспомнить. Было заметно, что он говорил куда уверенней, пускай и часто делал паузы и заикался.
Он вдруг осекся, вспоминая начало диалога
– Надеюсь Ваше путешествие б-было.. удачным? – он не сразу подобрал слова. Расспрашивать о каких то деталях сейчас не хотелось, страх и какая то глубинная усталость немного тормозили его любопытство, к тому же ему показалось это не вежливым.
- Тодд терпеть не может, когда кто-то шатается без дела. - Пантендорец ухмыльнулся, представляя, как будет объясняться перед стариком за своё отсутствие. Впрочем, мешок с драгоценностями должен сгладить любое недопонимание. - Я рад, что ты помог ему. Кажется, всё налаживается, да? Твои раны быстро заживают... - Некромант внимательно всмотрелся в уставшее лицо Тоши.
- Я не ожидал, что вернусь.. так нескоро. - Лаз запнулся, осознавая, что не ожидал вернуться в принципе. Должно быть, дракон очень перепугался, оставшись в чужом месте без своего спасителя. Лаз чувствовал себя немного виноватым из-за этого. Но ещё ему доставляло удовольствие то, как рыжий цеплялся за его присутствие и как нуждался в нём. - Моё путешествие было неожиданным для меня... Но очень удачным. - Лаз улыбнулся, поправляя спавшую на лоб прядь волос . - Я был в Кабале. Ты знаешь, что это?
Тошиюки как то автоматически оглядел себя и кивнул. По правде говоря все действительно постепенно заживало, если говорит о синяках и царапинах. Хотя внутри еще часто болело. Он даже старался есть не очень много, потому что каждый раз после этого потом сильно ныл живот.
– Да – ответил дракон и как то замер, думая. Тошиюки наконец вернулся мысленно к вопросу, о котором предпочитал не думать все это время. Повисла неловкая пауза, пока он решался озвучить его.
– А г-где мы сейчас? – голос стал тише и дракон будто бы задержал дыхание.
Лаз удивлённо поднял бровь, будто вонючая повозка и опасные скитания по лесу были далеко в прошлом, и странно оказалось слышать этот вопрос только сейчас. Но он ведь и сам не знал, как Тоши оказался в столь плачевном положении...
- В Остебене, под Вильсбургом. Это очень далеко от твоего дома? - Некромант осёкся, задумавшись о чём-то, но затем мягко добавил: Не беспокойся. Я помогу тебе вернуться домой, когда ты поправишься... У тебя есть родные? Там.. В Крае?
Сложно сказать что произвело на Тоши большее впечатление - то, что он оказался на другом континенте или то, что ему только что предложили рано или поздно вернуться домой.
Дракон заерзал, явно нервничая, не заметив как запустил руку в густую, потрепанную рыжую копну, сжав клок волос рукой и постепенно начиная еле заметно раскачиваться.
– Д-домой.. Да, у м-меня была семья – он пытался сосредоточиться на Лазарине, но мысли о семье и появившаяся вдруг болезненая надежда снова их увидеть, будто сковырнули корку на недавней церапине. Дракон почти с видимым усилием пытался перевести внимание обратно в реальность, чтобы не проваливаться в галлюцинации о доме, которые так спасали его в заточении, но теперь казались страшным холодным омутом
Но ведь Каб-бала очень д-далеко от Остебена – перевел он тему обратно. Ему не хотелось сейчас что то рассказывать о себе, не хотелось произносить что то о своем прошлом и он боялся что Лазарин начнет распрашивать.
Лазарин и не стал. По реакции мальчика и слову "была" ему показалось, что с семьёй Тоши могло случиться нечто ужасное, и он не хотел бередить эту рану сейчас.
- Далеко... - Пантендорец опустил взгляд, разглаживая свободной рукой одеяло у ног дракона. - Помнишь того мужчину, что появился в этой комнате? Он оказался мистиком и смог телепортировать нас прямо в подземный город демонов. Пешком мы добирались бы туда несколько месяцев. - Рука некроманта остановилась, когда его голову вновь посетила уже бывалая мысль. он приподнялся с нагретого места и сел рядом с Тоши, прислоняясь спиной к старой стене.
- Магия делает жизнь проще, если ты обладаешь даром. - И в подкрепление слов, с длинных пальцев белобрысого взлетел светящийся изумрудный огонёк - всего лишь крошечный сгусток энергии, созданный, чтобы произвести впечатление.
Тошиюки слабо вздрогнул, когда некромант легко прислонился к его плечу, но почти сразу расслабился. Прикосновение было теплым, к тому же, он наконец то заметил, что от Лазарина приятно пахнет, какими то маслами, будто от аристократа или богатого купца. От этого делалось уютнее.
Резкий свет заставил дракона резко зажмуриться, но даже самый яркий свет был добрее к нему сейчас чем абсолютная тьма. Тем более что голубоватый сгусток напоминал свет спасительной луны. Тошиюки завороженно уставился на эту магическую игрушку.
– Мастер Лазарин, в-вы тогда сказали.. Ну.. Что вы чувствуете магию – шальная мысль, которая раньше никогда особо его не посещала. Его отец не сильно интересовался магическим искусством и потому не спешил обучать его, налегая на физические навыки. Учителя учили дракона лишь стабилизировать свой дар, но не пользоваться им
Я бы хотел однажды – Тоши вдруг опять засмущался, понимая как наивно звучат его слова – так же.. –кивок в сторону сгустка света

[nick]Тошиюки[/nick][status]Хризантема[/status][icon]https://i.imgur.com/cn8Uee2.jpg[/icon][sign]И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.
[/sign]

Отредактировано Клир (08-02-2022 23:45:51)

+1

27

Так, значит, вспомнил?
Лаз обрадовался этому вопросу. Он ждал его, поскольку магия Тоши, её странные проявления пробуждали в нём научный интерес. Он никогда не встречал людей, которые в таком возрасте не могли пользоваться даром хотя бы на бытовом уровне — этому ведь учат с детства хотя бы из соображений безопасности окружающих.
- Странно, что ты этого не умеешь... Сколько тебе лет? - Лаз провёл пальцем по воздуху, и огонёк вслед за движением скользнул к маленькому окну, освещая крупные хлопья снега, что летели снаружи и липли к стеклу. Холодный ветер завывал в старой труб, отзываясь в сердце приятным уютным чувством, поскольку дряхлые стены и крыша справлялись с главной обязанностью и сохраняли натопленное тепло.
- Люди магии учатся рано, обычно лет с шести-семи. - Продолжал пантендорец, играя со светящимся шариком и чуть сильнее прижимаясь к плечу дракона, который казался ему таким тёплым и ласковым. - Но если в тебе есть дар, и ты до сих пор ничего не разрушил от неумения его контролировать, значит тут какая-то загадка. - Некромант отпустил огонёк, и тот молчаливо повис над ними, освещая кровать, стену и лица. - Скажи, ты что-нибудь чувствуешь, когда я к тебе прикасаюсь? - Пантендорец осторожно поднёс пальцы к коленке рыжего, ещё не касаясь, но уже чувствуя неприятное покалывание и беспокойство его ауры. - Вот сейчас? Не торопись, прислушайся. - Маг внимательно наблюдал за Тоши, за его реакцией, которая могла отразиться на лице, но остаться невысказанной в словах.

+1

28

– Д-девятнадцать – ответил рыжий и снова чуть поник. Чтобы объяснить Лазарину, почему его учили лишь контролировать свою магию, а не пользоваться ей, пришлось бы долго рассказывать о доме, об отце, о драконах. А сейчас совсем не хотелось.
Его отвлек огонек. С каждым днем становилось все холоднее - даже снег, который на драконьем острове выпадал лишь в середине зимы, тут уже лежал, укрывая пока еще тонким слоем подлесок. Но Тошиюки любил снег, поэтому отвлекшись на сияющие снежинки ненадолго застыл, разглядывая их и даже не заметил что между ним и Лазарином стало теплее.
– Я не человек – голос его стал не секунду тверже и Тоши быстро пожал плечами – Я обучался контролировать силу, но большего не успел – он надеялся, что Мастер не станет расспрашивать подробнее.
Огонек вернулся в комнату, возвращая сюда и внимание дракона. Тоши перевел взгляд, который всегда был словно немного удивленным, на Лазарина. Рыжие кудри в голубом свете казались серыми, а вот белые волосы некроманта засверкали, и глаза приобрели таинственный бирюзовый оттенок. Ему шел этот холодный полумрак.
Чувствует ли он что-то? Лазарин теплый. Но неверное, Мастер не об этом..
Тоши прикрыл глаза и сосредоточился, дисциплинированно выполняя задание. Его брови непроизвольно нахмурились от старания.
– Ст-транно – спустя какое то время пробормотал он, снова заикаясь – Словно что-то очень глубокое, холодное.. Как зима.. – он вдруг резко открыл глаза и посмотрел на Лазарина с ужасом, понимая что кажется наговорил что-то неприятное.
– Из-звините, Мастер, я имел ввиду, ну.. Другое.. Я не чувствовал такого от магии. Никогда.
Это было правдой. Те немногие маги драконы, которых он знал, всегда были горячими, яркими, живыми как сам Остров. Магия Лазарина была совсем другой, он даже не мог точно объяснить. Интересно, у всех людей так?
[nick]Тошиюки[/nick][status]Хризантема[/status][icon]https://i.imgur.com/cn8Uee2.jpg[/icon][sign]И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.
[/sign]

+1

29

Всего на один год?..
  Лаз не пытался скрыть изумления, когда услышал его возраст. Худой и истощённый, Тоши выглядел немногим старше Канарейки, пусть даже умом некромант понимал, что перед ним как минимум подросток. Возможно, всё дело было в беспомощности, с которой дракон смотрел на своих спасителей, и которая делала его младше на фоне самостоятельного не по годам Канарейки. Впрочем, он ведь являлся драконом. По меркам их долгой жизни, рыжий действительно был ещё ребёнком.
   И всё-таки Лазарина смутил тот факт, что Тошиюки практически его ровесник. Но так было даже любопытнее.
   Холодное, значит… Как зима…
   В подобном ощущении не было ничего удивительного, ведь Лаз, напротив, чувствовал тепло и живительную силу слабой драконьей магии внутри паренька. Этот контраст покалывал в кончиках пальцев, когда он касался его, щекотал некромантскую ауру…
- Если ты чувствуешь хоть что-то — это уже неплохо. - Хмыкнул маг, убирая руку от чужой коленки. - Если, конечно, не выдумываешь. - Лаз всё ещё думал о том, что Тоши 19, и что он, наверное, слишком сюсюкается с ним. Хотя дракон как будто был не против и даже тянулся к его доброте как к некой опоре в своём печальном положении. Возможно, новое обстоятельство добавило в голос некроманта более прохладные и серьёзные нотки, или же Тоши испугался и принялся извиняться по привычке. Но маг остановил его, ободряюще похлопав по плечу: Тебе не обязательно извиняться за каждое своё слово. Я хочу, чтобы ты говорил мне правду и не стану за неё сердиться.
Светящийся огонёк качнулся из стороны в сторону и испустил несколько изумрудных искорок, что тут же растаяли подобно снежинкам на окне. - Некоторые люди так сильно хотят научиться магии, что готовы видеть и чувствовать то, чего нет. - Лаз заботливо убрал прядь со лба поникшего дракона, что запросто мог принять это на свой счёт и расстроиться. Прохладная рука некроманта скользнула по ещё впалой щеке, ласковым движением заставляя Тоши повернуть голову и заглядывая тому в глаза. - Но ты - действительно не человек... Ты — настоящее сокровище. - Большой палец огладил скулу парнишки, а глаза сверкнули изумрудным светом в полумраке, отзываясь на шевельнувшееся в груди желание изучить его получше. - Хочешь — проведём эксперимент и попробуем расшевелить твою магию?

+1

30

Глаза Тошиюки расширились и он замотал головой.
– Нет, я не выд-думываю. Я никогда не вру, потому что... – он как то замялся, но на его лице появилась сдерживаемая улыбка, которую дракон попытался скрыть, взъерошив ладонью волосы на затылке – ..Я  совсем не умею врать, Мастер Лазарин
В темноватых глазах блеснул веселый огонек, пускай и совсем ненадолго. Видимо он хотел рассмеяться, но толи не получилось, то ли парень застеснялся.
Ему вдруг вспомнились те моменты когда он пытался за всю жизнь неуклюже лгать, и какие последствия этот имело. Одновременно и стыдно и смешно.
Тошиюки давно решил, что лучше он не будет обманывать вообще, тем попадать в неприятности из за отсутствия актерского таланта.
– Хорошо – дракон кивнул –П-просто.. Я не хочу вас обидеть по глупости – он слабо улыбнулся, подняв медовые глаза на Некроманта, в тот момент когда рука Лазарина коснулась его щеки.
Холодные искорки побежали по коже, но Тошиюки так и не смог сказать приятно это или нет. Дракон замер будто полевка увидевшая змею.
Никто никогда не называл его сокровищем, он даже не знал что отвечать на такое, но сердце забилось чуть быстрей.
Тоши медленно кивнул, соглашаясь.
Может, если он сможет таки овладеть магией, то будет не таким бесполезным как был всегда? Хотя бы здесь. Хотя бы для этих людей, что были к нему добры.


Лазарин еще что-то говорил дракону, кажется начал рассказывать ему про магию, но в какой-то момент сознание Тошиюки совсем успокоилось и дракон задремал, не заметив, как медленно сполз, уронив голову некроманту на плечо.

✥ Конец эпизода ✥

[nick]Тошиюки[/nick][status]Хризантема[/status][icon]https://i.imgur.com/cn8Uee2.jpg[/icon][sign]И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.
[/sign]

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [17.11.1082] Остаемся зимовать