Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17 (18+)

Марш мертвецов

В игре август — сентябрь 1082 год


«Зовущие бурю»

Правление князя-узурпатора подошло к концу. Династия Мэтерленсов свергнута; регалии возвращены роду Ланкре. Орден крови одержал победу в тридцатилетней войне за справедливость и освободил народ Фалмарила от гнёта жесткого монарха. Древо Комавита оправляется от влияния скверны, поддерживая в ламарах их магию, но его силы всё ещё по-прежнему недостаточно, чтобы земля вновь приносила сытный и большой урожай. Княжество раздроблено изнутри. Из Гиллара, подобно чуме, лезут твари, отравленные старым Источником Вита, а вместе с ними – неизвестная лекарям болезнь.



«Цветок алого лотоса»

Изменились времена, когда драконы довольствовались малым — ныне некоторые из них отделились от мирных жителей Драак-Тала и под предводительством храброго лидера, считающего, что весь мир должен принадлежать драконам, они направились на свою родину — остров драконов, ныне называемый Краем света, чтобы там возродить свой мир и освободить его от захватчиков-алиферов, решивших, что остров Драконов принадлежит Поднебесной.



«Последнее королевство»

Спустя триста лет в Зенвул возвращаются птицы и животные. Сквозь ковёр из пепла пробиваются цветы и трава. Ульвийский народ, изгнанный с родных земель проклятием некромантов, держит путь домой, чтобы вернуть себе то, что принадлежит им по праву — возродить свой народ и возвеличить Зенвул.



«Эра королей»

Более четырёхсот лет назад, когда эльфийские рода были разрозненными и ради их объединении шли войны за власть, на поле сражения схлестнулись два рода — ди'Кёлей и Аерлингов. Проигравший второй род годами терял представителей. Предпоследнего мужчину Аерлингов повесили несколько лет назад, окрестив клятвопреступником. Его сын ныне служит эльфийской принцессе, словно верный пёс, а глава рода — последняя эльфийка из рода Аерлингов, возглавляя Гильдию Мистиков, — плетёт козни, чтобы спасти пра-правнука от виселицы и посадить его на трон Гвиндерила.



«Тьма прежних времён»

Четыре города из девяти пали, четыре Ключа использованы. Культ почти собрал все Ключи, которые откроют им Врата, ведущие к Безымянному. За жаждой большей силы и власти скрываются мотивы куда чернее и опаснее, чем желание захватить Альянс и изменить его.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Солмнир Алисия Эарлан Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Эпизоды » [14.11.1082] О чем поют цикады


[14.11.1082] О чем поют цикады

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

- Локация
Силва, Фалмарил, г. Эрдан, княжеский дворец
- Действующие лица
Даниэль, Алиа
- Описание
Революция свершилась. Власть вернулась в руки свергнутой династии Ланкре. Голова предателя-узурпатора гниёт в земле вместе со старыми устоями и угнетением народа Фалмарила. Во дворце медленно наводят новый порядок, шерстят прислугу, собирают верноподданных и ловят предателей.

0

2

Много воды утекло с тех пор, как Даниэль впервые покинула княжеский дворец. Впервые в осознанном возрасте и по собственной воле. В памяти практически не осталось воспоминаний из детства. Она была слишком мала, чтобы помнить те короткие дни после рождения, проведённые под боком матери и отца. В памяти слишком глубоко отпечатались дни в старенькой хижине, где всегда было много света. Убранство пристанища старика не шло ни в какое сравнение с теми богатствами, которые принадлежали ей по праву рождения, но Даниэль больше не сомневалась. Она – Даниэлла Ланкре. Этот дворец – её родной дом. Фалмарил – принадлежит ей так же, как принадлежал её отцу до свержения, но что-то надломилось внутри. Что-то осталось там, далеко, за пределами пышной столицы. Настоящая Даниэль.
Коронация княгини была простой и скромной. Сложные времена в Фалмариле, разорённом сражениями за власть и засухой, не позволяли разгуляться на широкую ногу и громко заявить о своих правах на престол. Никто не говорил, что будет легко. Тернистый путь усеяли телами павших воинов, слёз вдов, сиротами, мором и голодом, которые неизменно преследуют каждую борьбу за власть. Она должна была стать символом свободы и лучшей жизни, но видела, как за спиной тянется подолом лишь смерть и лишения, горечь и боль, злость и ненависть.
Чтобы удержать власть в руках, она сама должна стать сильнее. Должна возвыситься и оправдать всю ту боль, что принесла народу Фалмарила своим восхождением. Она не должна опускаться до Мэтерленсов. Не должна оправдывать все проблемы народа Фалмарила правлением узурпатора – это ничего не изменит. Она не может вернуть к жизни мёртвых, но должна постараться, чтобы больше никто не погиб по её вине.
Она должна сделать всё, чтобы привести Фалмарил к процветанию.
Княжеский дворец казался ей опасным местом. Даниэль настолько привыкла жить в бегах и вечном страхе за собственную жизнь, что привыкла к постоянному окружению из защитников. Орден крови нигде не оставлял её. Они были её тенью и щитом, всегда готовым отразить любую угрозу, но общее напряжение чувствовалось в воздухе. Оно было таким густом, что хоть ложкой черпай, и от этого Даниэль было не по себе. Она не находила себе места там, где должна быть полноправной хозяйкой.
Чтобы как-то исправить положение, Орден крови каждый день шерстил прислугу и всех придворных, стараясь срубить на корню сторонников Мэтерленсов и искоренить предателей, пока они не подпили трон Ланкре, ведь кому как не Ордену – такому же сорняку протестантов – знать, как неосмотрительно оставлять даже малейшую угрозу? А из-за поступка Даниэль с проявленным милосердием по отношению к невесте и сыну свергнутого княжича эта угроза останется навсегда.
В этот раз в Лазуритовый тронный зал пригласили всю прислугу из лазарета. Лекари имели куда больше шансов как-то навредить княжеской семье. Их должны были познакомить с вышколенными и верными лекарями из Ордена, которые теперь потеснят остальных и временно или навсегда встанут во главе них. Даниэль понимала зачем это понадобилось, но относилась к такому ходу с сомнением. Что если это сделает ещё хуже?
Когда в тронный зал пригласили целителей и их учеников, на их фоне ярко выделялись полевые лекари в форме Ордена крови. Некоторых учеников такой визит к новой княгине настораживал или откровенно пугал неизвестностью – вдруг их голова тоже полетит с плеч?
Даниэль не пожелала сидеть на троне, чувствуя себя на неё донельзя неуютно, и едва ли не ёрзала, не находя себе место. Она поднялась, подходя ближе к лекарям и их ученикам, выстроенным в один ровный ряд по старшинству. От неловкости, она сложила руки замком на уровне живота и излишне сильно сжимала пальцы, выдавая своё волнение. Ей было непривычно обращаться к другим в повелительном тоне. Раньше это делал Элиор, но теперь это легло на её плечи.
- Ни я, ни Орден крови не держим зла на лекарей и их учеников, прислуживавших Мэтерленсам, - Даниэль старалась тщательно подбирать слова. – Но многие из вас не застали правление моего отца и для них я и Орден – чужаки, захватившие власть, - она не строила розовых надежд о тёплом и радостном приёме во дворце, и говорила как чувствовала и как думала. – Все, кому претит мысль о служении мне, могут уйти из дворца и найти себя в другом месте. Я не буду держать на вас зла, - взгляд княгини скользнул по лекарям. – Те же, кто останется, должны принести клятву верности… во главе вас встанут лекари из Ордена крови. Она полевые хирурги и целители, и я надеюсь, что их навыки и знания не понадобятся в мирное время Фалмарила.

+1

3

События вокруг бурлили. Княжеский дворец и раньше не был спокойным местом, а сейчас и подавно. Очередной переворот. Алиа не была специалистом в истории, но она считала, что в стране они происходят слишком часто, ее родители помнят еще предыдущий, а тут уже новый. И что самое неприятное — молодая Рипхен оказалась очень близко к эпицентру бури. Ее, как и многих простых работников, штормило. Грядущее было скрыто туманом, настроение в коллективе было неоднозначным и часто всплывали слова о последних днях, и что дальше жизни нет. Некоторые ученики приняли это слишком близко к сердцу и даже вдоволь порыдали, оплакивая свою загубленную молодую жизнь. Старшее поколение было спокойнее, но и мрачнее. Ведь кто-то из них служил и первому правителю, а потом лечил узурпатора. Судьба для таких подвешена на тонком волоске, который в любой момент может оборваться. Пребывая в думах, каждый выполнял свою работу механически, даже в моменты исцеления все равно на фоне прокручивая мысли о том, что грянет. В таком момент Алиа решила заняться заготовкой новых мазей и зелий, особенно тех, которые чаще всего используются. Ее руки слегка дрожали, но чем сильнее она отвлекалась, тем больше спокойствия появлялось до тех пор, пока она не заканчивала. Внешне она всеми силами оставалась спокойной, хотя ее движения стали резче, взгляд показывал работу мысли.
Орден крови. Его присутствие давило очень сильно, особенно после того, как они взялись за всех служащих, методично и последовательно проверяя всех и каждого. Скорее всего это дало какие-то результаты, как минимум молодой княгине должно было стать спокойнее, но… всегда было «но». Те, кто невольно оказались по ту сторону баррикады в той или иной степени страдали. Кто-то по глупости, кто-то слишком напуганный совершал необдуманное действие и в лучшем случае он просто покидал дворец. А пережившие знакомство с орденом потом долго успокаивали нервы, забегая к лекарям, чтобы получить заветную скляночку с зельем.
Противоречиво. Скорее всего так всегда было, ведь у каждого есть своя правда, но восторжествует только та, которая продвигается сильнейшим. Стараясь рассмотреть ситуацию непредвзято и с разных сторон, Алиа терялась в догадках, противоречиях, непонимании. Все это точно было не её. Навыков и широты взгляда не хватало, чтобы охватить все полностью, она могла видеть только частности. И свое отношение к Ордену, к княгине она не могла собрать во что-то вразумительное. Ведь это была смесь непонимания, страха, удивления, настороженности, опасения и даже доля смирения. Что она сможет противопоставить, если к ее горлу поднесут клинок? На деле ничего. Он будет быстрее, даже если она вздумает использовать магию и попытается пронзить нападавшего. Так что даже дергаться не будет смысла.
Вот очередь добралась и до них. Стоя в тронном зале, Алиа украдкой осматривалась. Не сказать, что ей было любопытно, но сейчас смотреть на ту, кто может легко оборвать жизнь одним словом было сложно. Лекари из Ордена выглядели иначе, казались… дикими. Будто дворовых котов поставили перед домашними. Особенно сильно это ощущала Рипхен, непроизвольно сосредотачивая внимание на том, что среди присутствующих она весьма сильно выделяется своим ростом. Что делает ее идеальной легкой жертвой. Сделав глубокий вдох, на пару мгновений Алиа прикрыла глаза и покачала головой. Как бы ей хотелось сейчас оказаться совершенно в другом месте. Открыв глаза, она как раз уловила движение княгини, которая решила подойти ближе к ним. Фалмари терялась, это был какой-то широкий жест или что-то иное? Сейчас любое действие ее только сильнее настораживало. Чтобы унять волнение, Алиа отвела руки за спину и сцепила их между собой, крепко держась за пальцы. Она с жадностью ловила первые слова, тайно радуясь, что там не прозвучало что-то вроде «Убить всех!».
Не держат зла, да? Взгляд скользнул в сторону стоящих лекарей Ордена. Умей Алиа читать мысли, то сейчас бы этим воспользовалась, чтобы понять, насколько сказанное соответствует реальности. Увы и ах, но такие навыки были ей недоступны, так что она продолжила молча внимать словам княгини, наконец-то смотря на именно на нее. После завершения речи кто-то из учеников даже начал тихо плакать, радуясь, что смерть обошла стороной. Сама же Рипхен стояла немного растерянная. Она вроде и радовалась тоже, что убийства не будет и тронный зал не будет окрашен свежей кровью, но с другой стороны… разве не легче было бы их всех уволить и поставить проверенных лекарей? А вдруг среди них и правда есть верный последователь предыдущего правителя и теперь постарается отомстить? Склонив голову к плечу, Алиа кинула внимательный взгляд на княгиню. Молодая. Но это не является объяснением совершенного предложения.
Хм, что же выбрать? Для некоторых лекарей выбор сделать было легко и просто, а вот Алиа не спешила что-то говорить или как-то явно реагировать. С одной стороны, сейчас идеальная возможность свалить отсюда и найти место поспокойнее, но с другой… поучиться у тех, кто был на поле боя и имеет широкий и разнообразный опыт за плечами, не в чистых палатах лазарета, а в более беспокойной обстановке. Знания, навыки лекарей Ордена — вот это ее привлекало сильнее всего. Она сможет улучшить свои навыки, узнать много полезного и даже интересного. Маловероятно, что они пойдут куда-то еще. Осядут в замке, при княгине, с которой прошли многое. Будут ее оберегать, тем самым сильно ограничивая круг лиц, которые до них смогут добраться. И не факт, что они будут скоро набирать себе учеников. Голова Алии в очередной раз качнулась к плечу. Определенно, такой источник знаний достать будет сложно, может воспользоваться столь щедрым предложением и задержаться здесь? Плата за такой выбор — клятва верности. Для Рипхен это было не так уж страшно. Возможно, она не понимала всей значимости такого выбора, но ради того, чтобы стать хорошим целителем, можно пойти и на клятву.

Отредактировано Алиа (16-05-2021 17:08:51)

+2

4

Даниэль внимательно следила за реакцией лекарей и их учеников. Среди них не нашлось дураков, которые попытались бы напасть на неё и убить, отомстив за свержение Мэтерленсов. Такой поступок обернулся бы для них неминуемой смертью. Стражники княгини в любой момент могли убить предателя, не покривив душой. Несмотря на благие намерения и более мягкие методы во время захвата власти, Орден крови всё же не был слишком добрым. Они тоже проливали кровь, убивали и казнили всех, кто шёл против них. По этой причине Даниэль не боялась, что кто-то нападёт на неё или попытается убить. Она считала такой поступок недальновидным и глупым, но на эмоциях люди часто допускают ошибки. Иногда эти ошибки стоят жизни. И нередко – жизни близких.
Никто не спешил отказаться от места во дворце. Даниэль не лелеяла надежды, что целители безоговорочно приняли её сторону и готовы служить Ланкре. Скорее они боялись, что за дерзким и своевольным шагом последует наказание от добреньких захватчиков, и Даниэль не могла их в этом винить. Она бы тоже боялась и думала о худшем, и честно не знала, как убедить этих ламаров, что она не желает проливать кровь, когда собственные руки были в крови. Вряд ли помилование княжны Мэтерленс и её сына как-то повлияло на их мировоззрение. Даниэль думала, что и здесь не обойдётся без слухов, что где-то в пути мать с ребёнком настигли и убили, чтобы власть точно не вернулась к Мэтерленсам, и очень надеялась, что никто из Ордена этого не сделал вопреки её приказу.
Элиор обещал, что их помилуют и увезут из Фалмарила.
Плач ученика больно уколол Даниэллу. Она не смогла его проигнорировать и перевела взгляд на молодого ламара. После того, что они устроили во дворце и в столице, нет ничего удивительного в страхе придворных. Долгая неизвестность и туманное будущее давили на них словно занесённая над головой секира палача.
Наконец, один из лекарей дворца сделал шаг вперёд и поклонился Даниэлле, выказывая уважение.
- Если Светлая княгиня позволит, то я хотел бы воспользоваться возможностью и уйти. За годы работы я накопил достаточно средств, чтобы исполнить свою мечту и открыть лекарскую лавку.
Даниэлла кивнула.
- Я прослежу, чтобы вы получили своё жалование целиком.
По её приказу стражники открыли двери и целитель, поблагодарив, спокойно вышел из тронного зала. Никто из стражников его не останавливал и не шёл за ним следом, но, что случилось с ним после – могли узнать лишь по слухам или при личной встрече.
Даниэль вновь посмотрела на лекарей. Второй лекарь, который вышел из шеренги, поклонился и принёс клятву верности.

+1

5

Сколько прошло времени, пока Алиа предавалась своим размышлениям и когда подал голос один из целителей? Минута? Две? Десять? Было ощущение, что время исказилось, замерло, а потом ускорило свой бег, нагоняя привычный ритм. Смотря на своего наставника, который курировал большую часть учеников, Рипхен осторожно за него радовалась, неуловимо улыбаясь. Он всегда отличался здравомыслием и размеренностью, которые ей импонировали. Если у других целителей была видна привычка спешить, но не у него. В нужные моменты, когда требовалась скорая помощь, наставник был стремителен и точен в своих движения, но в остальное время он не спешил и… наслаждался жизнью? Да, пожалуй так. Хоть сама Алиа была не очень долго под его начало, но весьма хорошо понимала его видение жизни и отчасти принимала. Уходящий, после того, как княжна одобрила его выбор, на короткое время повернулся и попрощался со своими коллегами. Юная фалмари могла проводить его поклоном, прикрывая глаза и выказывая этим свое уважение. Поймать момент и остановиться — тоже навык.
Большая часть целителей и учеников оставались. Кто-то твердым голосом, кто-то дрожа как лист на ветру, но свои клятвы озвучивали. Давшие ее отходили в сторону, решившие уйти — не задерживались. Алиа не спешила. Она уже достаточно успокоилась, была уверена в своем решении, хотя оно и не подарит ей спокойно-размеренную жизнь, о какой мечталось, но будет стабильность. После этой мысли губы чуть не растянулись в улыбке. Стабильность в стране, которая пережила очередной переворот. Иронично. В любом случае работа у нее будет и средства на дальнейшую жизнь, а еще обучение. Пока что этого достаточно.
Осталась небольшая группа неопределившихся. Решение им давалось очень тяжело, так что коротко на них взглянув, Алиа вздохнула и вышла вперед. Несколько шагов, чтобы остановиться напротив молодой княгини и поднять на нее взгляд своих бирюзовых глаз. И встретить в чем-то похожий «морской» взгляд. Интересно, ей тоже приписывают связь с Богом или это так и есть? Уголки губ дрогнули в легком подобии улыбки и Рипхен прикрыла глаза. Ее правая рука неспешно поднялась, пальцами она дотронулась чуть выше груди и слегка наклонилась вперед, приветствуя княгиню и высказывая свое почтение. Вернуть или захватить власть — это показатель силы. Самый легкий для понимания закон мира и природы, против которого очень часто восстают живущие: слабые подчиняются сильным. Вот только выживают самые приспособленные. Губы слегка приоткрылись и Алиа зашептала, не в силах выдать что-то более громкое.
Я клянусь вам в верности, — на этом ее речь закончилась. Она услышала разные вариации клятвы за сегодня, но ей нечего было добавить не только из-за нежелания напрягать не отправившееся горло. Зачем сотрясать воздух, если сейчас требуется только суть, которую она и предоставила. Сказав клятву, Рипхен выпрямилась и открыла глаза.

+1

6

Даниэль много раз представляла, как это будет. Прокручивала в голове своё восхождение на трон и скромные церемонии после. Она представляла, как ввяжется в политику и сполна вкусит всю её горечь. Чтобы оправдать кровопролитие, не хватит ли долгих лет жизни, ни обещаний процветания. Сколько добрых и справедливых дел она должна сделать, чтобы оправдать это? Она никогда не сможет смыть крови с трона Фалмарила и едва ли убедит народ княжества, что всё это не напрасно. Путь к справедливому правлению и одобрению народа – не меньше тысячи добрых дел, а всего одной ошибки хватит, чтобы клеймо Кровавой княгини въелось в её плоть навсегда.
Мятежная княжна решала судьбу каждого жителя дворца, и в её руках – сделать всё возможное, чтобы с начала правления не пролилось больше ни капли крови. Ни капли крови ни в чём не повинных ламаров.
Даниэль убеждала себя, что не будет расстраиваться, если увидит уходящих лекарей. Они имели на это полное право. Она – гостья во дворце, пусть некоторые из целителей прекрасно знали её как сиротку, которую некогда сам князь-узурпатор приютил под крылом в качестве игрушки для сына. Знали её, как его будущую жену, которая должна убедить народ Фалмарила, что династия Мэтерленсов думает о стране и её жителях. Сейчас она была не девочкой сироткой, а законной наследницей трона. Волк в овечьей шкуре, и это закономерно, что многие боялись той неизвестности, что пряталась за маской добродетели. И всё же… как Даниэль не пыталась не обращать внимание, она… обращала. Ей было немного горестно от мысли, что хорошие – едва ли не лучшие лекари Фалмарила – оставляют её, пусть под боком и были верные целители Ордена. Ланкре и не думала приуменьшать их заслуги.
Большая часть лекарей осталась на службе, но Даниэль прекрасно понимала, что за ними будут пристально следить. Первое время так точно. Орден попытается исключить любую возможность, что среди них затесался шпион или враг, готовый нанести удар в любой момент.
Когда из очереди лекарей вышла ещё одна девушка, завершая их скромную церемонию определения, Даниэль немного приободрилась, хотя всё ещё выглядела взволнованной. В отличие от неё Элиор и члены Ордена держались намного спокойнее и увереннее. Может быть, со временем она тоже научится держаться с достоинством, а дрожать словно осенний лист на ветру.
- И я с радостью её принимаю, - Даниэлла улыбнулась и протянула еще одному лекарю, согласному служить ей, новую форму с гербом её дома и в совершенно иных цветах. – Этот цвет пойдёт вам больше, - невольно добавила княгиня, позволив себе заменить, что морские цвета её дома смотрятся… легче, чем чёрное с золотом Мэтерленсов.
Окинув взглядом всех лекарей, Даниэлла расправила плечи.
- Я благодарна вам, что вы остаётесь во дворце и за вашу решимость служить моему роду. Надеюсь, что Аллор ниспошлёт нам дожди.
«…и моё правление будет угодно ему».

+1

7

Интересно, что было в голове у Ордена и княгини, пока они наблюдали уходящих? Промелькнуло ли у кого-то из них мысль, что среди ушедших есть неверный, тот, кто может стать ростком нового восстания? Конечно, не факт, что так и было, но они не могут исключить такое. Если у Алии возникла подобная мимолетная мысль, у тех, кто достиг власти — тоже будет. Значит какое-то время и за ними будет слежка, ясное дело, что приоритет останется на оставшихся дворцовых целителей, но и за ушедшими тоже присмотрят. А может и нет. К счастью или нет, но разбираться в таком вопросе не хотелось, лишь пространственно порассуждать, а на деле ее это не касается.
Принимая форму, молодая целительница еще раз посмотрела на княгиню, только взгляд ее стал несколько сочувствующих. Будто говорящим «Как же тяжело тебе приходится». Обо всем надо думать, все учесть, мыслить совершенно иными масштабами, нежели сама Алиа. Сейчас, она будто заглянула в чужое окно и увидела часть обстановки, но и этого ей сполна хватило, чтобы в очередной раз убедиться в простой мысли. Это не её. Лезть во власть, интриги — сплошная морока, которая не принесет ничего хорошего. Только траты нервов, а их беречь надо. Лучше быть обычным целителем. Выдохнув, Алиа провела рукой по ткани. Казалось, что она на ощупь приятнее. И цвета радуют глаз. Получать что-то новое было приятно, даже если это простая форма, в которой надо будет работать и не факт, что она будет по итогу связана с приятными воспоминаниями, но сейчас точно мысли вильнули в позитивную сторону.
Спасибо, — коротко улыбнувшись и обозначив поклон, Рипхен отошла в сторону, где теперь ютились присягнувшие на верность. У каждого в руках была новая форма, лица были гораздо спокойнее, хотя ощущение волнения оставалось. Можно сказать, что они прошли первый этап, но это не конец. Подобравшись, Алиа опять взглянула на княгиню. Озвученная благодарность скорее была формальностью, но она прозвучала довольно искреннее. Нельзя было не сравнивать нынешнего правителя с предыдущим, хоть Алиа его видела очень мало, но у нее сложилось определенные ощущения и впечатления. Тогда она не испытывала восторга, как и сейчас, но княгиня ей импонировала больше. Скорее всего больше именно тем, что она кажется… живой. Ее улыбки не были идеально отрепетированной маской, за которой непонятно что скрывается. Возможно, с точки зрения правителя, это можно расценивать как неопытность, но Алиа не правитель. Так что для нее подобное было плюсом. С другой стороны, Рипхен не была опытной в этом вопросах, так что легко могла ошибаться в своих предположениях.
Взгляд в очередной раз сегодня обратился в сторону людей Ордена. Кто-то из них станет во главе. Было интересно, представит ли руководителей-целителей сама княгиня или уже знакомство состоится уже в рабочей обстановке. Юная ламар покрепче сжала форму и притянула ее к себе, начиная испытывать неуверенность и легкие опасения. Смена коллектива, появление новых лиц — это всегда волнительно. Как будет происходить работа, взаимодействие, понимание, коммуникации? Алиа постаралась себя приободрить, ведь худшее, что с ней произойдет — это увольнение. Ведь так? Ее же не будут убивать? Малость сосредоточившись на своих мыслях, слегка упустила из того, что происходило вокруг нее.

+1

8

Работа Даниэль заканчивалась на клятвах, всем остальным занимались лекари Ордена. После коротких слов напутствия перевербованных целителей отправили в больничное крыло. В мирное время у дворцовых целителей практически не было забот, но правление Ланкре началось с революцией, а она – принесла много потерь и смертей. Раненных, о которых нужно заботиться, доставили в княжеский госпиталь, чтобы отдать почести всем раненным воинам Ордена или тем, кто оказывал посильное участие в свержении узурпатора. Здесь были как обычные деревенские жителя, так и знатного происхождения ламары. Кому не хватало места на койках, чтобы не теснить остальных, - размещали при храмах и в военных лазаретах, где о них заботились свободные лекари.
Дворцовый лазарет казался оживлённым и, хотя некоторые раненные были в бреду от горячки, баюкали обрубленные конечности, спали болезненным сном после макового молока, боль и смерть витали в воздухе. Для лекарей, взращенных в мирное время, такие условия могли показаться жестокими и полевыми.
В лазарете их уже ждала темноволосая молодая женщина в по-походному удобном костюме: штанах и тунике, и в сапогах вместо мягкой и удобной обуви, которую в Фалмариле носили чаще всего в тёплую пору. Тёмные волосы венцом  из тонкой косы украшали её голову, открывая ламарские уши. Она не пыталась скрыть свою принадлежность к Ордену крови – нашивка с гербом на её правом плече говорила об этом достаточно громко, да и синие оттенки в одежде – тоже. Она сильно выделялась на фоне дворцовых лекарей не только формой, больше похожей на военную, чем на лекарскую, но и солдатской выправкой. Она смотрела на пришлых лекарей холодно и повелительно.
- Меня зовут Итхел, - опуская громкие имена и титулы, представилась женщина. – С этого дня я главный дворцовый лекарь.
Навряд ли у кого-то на этот счёт были сомнения – Орден крови не оставил бы во главе дворцовых лекарей чужого ламара, которому не доверяет, и наверняка среди них были псионики, чтобы вовремя пресечь любой заговор.
- Эти раненные – важные подданные княгини Ланкре, - правой рукой она указала на койки с ламарами, эльфами и даже алиферами, которые оказались в сопротивлении. – Она вверила их в наши руки, чтобы мы помогли им встать на ноги и оправиться от болезней и ранений, и вернуться к их родным и близким… живыми.
Про целых и невредимых Итхел ничего не говорила. Это было излишним. Ранения многих солдат были тяжёлыми настолько, что стоило бы помолиться Аллору за их выживаемость.
В первый же день перед дворцовыми лекарями поставили сложную задачу.
- Не подведите, - с небольшим нажимом сказала Итхел, скользнув взглядом по новоявленным лекарям княгини. – Мои братья и сёстры научат вас, что нужно делать, - это могло прозвучать несколько высокомерно из её уст, но знающий лекарь должен был понимать разницу между двумя эпохами целителей: мира и войны.
Лекари Ордена и их помощники уже кружили вокруг больных и раненных, привычно выбирая самых слабых, чтобы увеличить их шансы на выживание. За долгие месяцы полевого лекарства они научились отличать случаи, где могут помочь, а где лишь облегчить боль умирающих.

+1

9

События не спешили останавливаться. Клятва принесена, новая форма получена, а теперь их отправили работать. Можно сказать, что официальная часть пройдена, формальности соблюдены, и теперь пора погрузиться в привычную атмосферу. Вот только для кого она будет привычной?
Им дали немного времени, чтобы в отдельном помещении со своими вещами оставить выданную форму, после чего явно дали понять, что медлить сегодня нельзя, и обновленный наряд не то что сейчас важно. Поочередно разминая пальцы, Алиа двигалась вместе с учениками за оставшимися целителями. Оживленность лазарета не была привычной, лично для нее. Она уже привыкла, что во дворце все неспешно и размеренно. В какой-то степени она даже разленилась. Та же практика у нее проходила в совершенном иной атмосфере, схожей с нынешней.
Откинув воспоминания в сторону, Рипхен обратила свой взор на новое неизвестное лицо из Ордена крови. С любопытством рассматривая, она старалась обратить внимание на разные тонкости. Конечно, внешний вид сразу бросался в глаза, но ощущалось и что-то неуловимое. Если дворцовые целители были больше растеряны и чувствовали себя не в своей тарелке из-за царившей суматохи, то незнакомка была спокойна и собрана. Короткое представление и небольшие пояснения по текущей ситуации. Алиа огляделась, прикидывая фронт работы. Он был большой, особенно с ее точки зрения. Столько пострадавших, стольким нужна помощь, что она даже растерялась, не зная, к кому первому бросаться. Немного успокоило то, что она может спокойно обратиться за помощью, узнать подробности и попросить совета.
Ожидать каких-то дополнительных распоряжений Алиа не стала, начиная двигаться. Слух у нее хороший — если что-то укажут, то она просто изменит свое направление и выполнит сказанное. Постарается.
Сейчас она направлялась к койке, у которой был только один целитель из Ордена. По пути ее посещали мысли о том, что воевать — это слишком страшно и жутко. Ее пугала революция и сама война, но не пугали результаты, точнее, она не испытывала желания куда-то убежать и поплакать о ранах. Лежащим здесь она искренне сочувствовала и желала им помочь. Как в каком-нибудь детском рассказе, возложить руки и излечить любые раны, поднимая на ноги и отправляя домой к родным, вот только реальность жестока. Такой фокус ей не провернуть, тем более, не стоит сейчас делать что-то необдуманное. Поэтому, добравшись до целителя, она замерла неподалеку.
Я Алиа, ученица. Могу вам помочь? — коротко дав о себе информацию, чтобы можно было сориентироваться по ее навыкам и возможностям. Хотя, будь она и полноценным целителем с опытом, то не факт, что это сейчас играло хоть какую-то роль. Взгляд пробежался по больным. Она в последние дни занималась изготовлением полезных зелий и мазей, может быть это было не зря. Сейчас Алиа ждала или указаний или рекомендацию, к какому больному лучше оказать помощь сейчас. Она полагалась на опыт того, кто часто был в подобных ситуациях.

+1

10

К дворцовым лекарям целители Ордена относились с подозрением. Они не знали друг друга, не знали, что ожидать от тех, кто когда-то верно служил Мэтерленсам, а теперь принёс клятву княгине Ланкре. Ламары, которые так легко сменили хозяина, казались им чем-то настолько нестабильным, что даже находиться рядом было неуютно. Казалось, что они больше мешали друг другу, чем помогали, и вынуждали постоянно за ними присматривать и перепроверять, чтобы всё прошло гладко и лекари никому не навредили. Подозрительность и недоверие по отношению друг к другу мешались, но найти что-то общее и поверить в желание другого человека именно помочь, а не навредить, - дело не одного дня.
Низкорослый ламар кивнул, когда Алиа обратилась к нему, и смерил её коротким взглядом, словно бы пытался убедиться в том, что у девушки достаточно сил и навыков, чтобы подпускать её к раненному.
- Нужно сменить повязку, - он кивнул на солдата, полусидящего на койке, и, решив, что это простое занятие, отошёл к другому раненному. На поле сражения лекарей было мало и толпиться вокруг одного больного – непозволительная роскошь. Чаще всего был десяток, а то и три десятка раненных на всего одного ученика лекаря, и тогда приходилось выбирать, кто из них выживет, а до кого он не успеет добраться, если помочь им – вообще в его силах. Порывистость и спешность в действиях лекарей Ордена могла показаться чем-то неуместным и ненужным в лазарете, когда же их наоборот раздражала медлительность и нерасторопность дворцовых лекарей. И это даже стало почвой для конфликта, который Итхел быстро пресекла, не желая, чтобы в первый день работы в лазарете закончился плачевно для всех.
- Не в курятнике, - напомнила она строгим голосом и слова её прозвучали как удар хлыста. Замечание в равной степени относилось и к лекарям Ордена и к лекарям дворца.
Солдат, вверенный в руки Алии, выглядел молодо – её ровесником, но, судя по нашивкам на военной форме Ордена, успел подняться до офицера. Правая рука, спрятанная в лубок, была неподвижной. На перевязи успели проступить пятна крови и выглядели они старыми, подсохшими и посветлевшими.
- Вижу, что вам непросто, - с улыбкой заметил он, подняв взгляд с Алии на неразбериху. От крика Итхел один из учеников со страху выронил поднос с лекарствами и спешно извинялся, наверняка решив, что за такую провинность с него шкуру сдерут. – Меня зовут Лифан, - представился солдат. На фоне остальных членов Ордена он выглядел болтливым и «светлым», словно бы тень революции не успела коснуться его и очернить, не считая раненной руки. Глаза песчаного цвета светились и, несмотря на раненную руку и по странному влажные виски, он, казалось всё порывался встать и куда-то бежать из-за бьющей в нём энергии через край. На форме помимо знака Ордена был и герб его дома – алая морская звезда. Как и многие из повстанцев он был из опального дворянства – одним из тех, кто лишился всех регалий за преданность династии Ланкре. Но, казалось, не испытывал никакой злости или обиды по отношению к тем, кто когда-то служил Мэтерленсам. Он понимал, что выбор есть далеко не всегда. – А вас? – и улыбнулся, словно бы вокруг них не было ни раненных, ни суматохи, ни вязкого недоверия и подозрений.

0


Вы здесь » Легенда Рейлана » Эпизоды » [14.11.1082] О чем поют цикады