Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре август — сентябрь 1082 год


«Цветок алого лотоса»

Изменились времена, когда драконы довольствовались малым — ныне некоторые из них отделились от мирных жителей Драак-Тала и под предводительством храброго лидера, считающего, что весь мир должен принадлежать драконам, они направились на свою родину — остров драконов, ныне называемый Краем света, чтобы там возродить свой мир и освободить его от захватчиков-алиферов, решивших, что остров Драконов принадлежит Поднебесной.



«Последнее королевство»

Спустя триста лет в Зенвул возвращаются птицы и животные. Сквозь ковёр из пепла пробиваются цветы и трава. Ульвийский народ, изгнанный с родных земель проклятием некромантов, держит путь домой, чтобы вернуть себе то, что принадлежит им по праву — возродить свой народ и возвеличить Зенвул.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Тьма прежних времён»

Четыре города из девяти пали, четыре Ключа использованы. Культ почти собрал все Ключи, которые откроют им Врата, ведущие к Безымянному. За жаждой большей силы и власти скрываются мотивы куда чернее и опаснее, чем желание захватить Альянс и изменить его.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Солмнир Алисия Эарлан Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [20.01.1082] Снежная лилия


[20.01.1082] Снежная лилия

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

https://sun9-54.userapi.com/kTKGdmLm4PV22080I_2rXSaTFg0pWL6o_4INpw/JL3E6Xceva0.jpg

- игровая дата
20.01.1082 год
- локация
Драак-Тал
- действующие лица
Минори, Юрико

0

2

Под ее крыльями простиралось снежное полотно, пересекаемое черными росчерками обнаженных деревьев и граничившее с запада с неспокойной гладью зимнего серого моря. Снега этой зимой выпало много, и дорога к школе Сэндай, взбиравшаяся высоко в гору, была полностью завалена им - пешком не пройти.
Минори была даже рада этому. Ясным зимним утром, когда над деревней вились ленивые дымки очагов, а бледное солнце окрашивало снег в золотистые, персиковые и голубоватые тона, у нее было не так уж много развлечений, кроме полета. Все лучше, чем барахтаться по сугробам, чувствуя, как снег набивается в башмаки...
Она спикировала вниз, задела крылом качнувшуюся ветку кривой сосны, сбивая пушистую шапку, и снова набрала высоту. Зажмурилась от золотистого солнечного света, отражавшегося от ее чешуи. Не так уж часто в последнее время ей доводилось как следует полетать - возле побережья уже несколько раз видели пиратские корабли. Пока что морские бандиты не осмеливались подходить ближе к Анвалору, но кое-где с моря вполне могли разглядеть парящих драконов. Только здесь, высоко в горах, и оставалось пространство для полета.
И все же в школу Сэндай Минори летала все реже и реже.
Отношения между Широичи и Сейджином то накалялись до жарких споров, то становились морозно-презрительными, а вслед за своим учителем и последователи Сэндая все реже шли на контакт со своими же сородичами и односельчанами. Формально все они принадлежали к Драак-Талу, но фактически жили в просторном доме, который Широичи выстроил на вершине горы восемь лет назад - там и спали, там и учились, и практически образовали собственное мини-поселение с собственными же порядками и укладами.
И Минори вовсе не наведывалась бы туда, если бы не один-единственный дракон среди всех последователей школы Сэндая.
Низенькие крыши школы были густо покрыты снегом. Минори сделала круг над комплексом зданий, разместившихся на горе, размышляя, не обнаглеть ли настолько, чтобы приземлиться, как есть, прямо во внутреннем дворе - там, внизу, уже виднелась маленькая с такой высоты фигурка ученика, уныло расчищающего выпавший снег. Заметив ее, он поднял голову и сощурился, прекратив свое занятие.
Они здесь знали о том, что внучка Сейджина периодически прилетает в школу Широичи - и вовсе не для того, чтобы учиться. На Минори все чаще смотрели настороженно, как на шпиона вражеского лагеря, явившегося выпытывать чужие секреты, но она умела сохранять невозмутимость под их взглядами.
Минори спустилась на землю перед изогнутой аркой ворот, аккуратно поставила в снег свою корзинку, замотанную в тряпицу, которую до этого осторожно держала в громадной драконьей лапе. Сложила крылья - и только тогда приняла человеческий облик. Стряхнула снег с заплетенных в косу черных волос, обстучала деревянные сандалии у ворот, вновь подхватила корзинку и уверенно вошла во двор, кивком приветствовав незадачливого ученика.
Она не спрашивала у него разрешения войти - слишком мелкого полета птица. Просто прошла через двор к маленькому домику, стоявшему сбоку от главного здания школы. Под круглым окном рос покрытый снегом куст низкорослой айвы, и Минори улыбнулась, вспомнив его весной, покрытым ярко-розовыми цветами. Возможно, уже скоро получится полюбоваться им вновь...
Она трижды стукнула в дверь и улыбнулась открывшей женщине:
- Госпожа Юрико, - Минори склонила голову, приветствуя ее и как наставницу школы Сэндая, и как свою единственную кровную родственницу за исключением деда. - Я к тебе с приветом и подарком...

Отредактировано Минори (28-02-2020 21:38:05)

+2

3

[icon]https://cdn1.radikalno.ru/uploads/2020/3/1/1a46ed374e61d02159aa9330780c0562-full.jpg[/icon][nick]Юрико[/nick][status]Летящий снег[/status][sign]
Снег согнул бамбук,
Словно мир вокруг него
Перевернулся.[/sign]
- Минори, - легкая улыбка коснулась подкрашенных алых губ драконицы и она с таким же почтением к младшему, склонила голову. Длинные гладко расчесанные волосы, похожие на единое полотно черного шелка, скользнули при этом с плеч на грудь. Юрико была облачена в длиннополое платье, расшитое белыми пионами, с такими длинными рукавами, что они прятали кисти ее тонких рук. Можно было подумать, что тетушка только и ждала сегодня гостей, но тот кто за минувшие годы хоть сколько то смог узнать ее, понимал иное.
   Вернувшись в Драак-Тал, белая драконица сошла с корабля в одеждах больше подходящих мужчине. Жизнь на волнах и ветру не располагала к той моде которую могла позволить себе любая простая женщина, живя и работая на земле. И не то чтобы Юрико всегда стремилась к подобному, но за последние годы почувствовала, что начала уставать от бесконечного похода. Обосновавшись в школе Сендай, заимев стабильную крышу над головой, она позволяла себе побыть просто женщиной, хотя бы малую часть времени, хотя бы внешне: белила лицо, одевала одежды из роскошных награбленных тканей и украшения, переплавленные из такого же кровавого золота. Часть из них еще в первое время она подарила Минори, предусмотрительно не говоря о природе происхождения этакой красоты. Сама же, несмотря на все старание, совершенно не умела подобное носить, чего никто и никогда не решался сказать ей в лицо. Собой настоящей она была только когда тренировала учеников Широичи: тогда ее совершенно не заботил внешний облик и возможность получить синяк или ссадину. Первые драконы пришедшие обучаться в школу Сендай по первости даже принимали ее за двух разных женщин.
  Юрико умела быть строгой и умела быть мягкой, но ни один из ее образов, казалось не трогал сердца Широ, как ей того бы хотелось… Последние годы странствий она думала, что если бы была более женственна, то смогла бы показать, как уютно можно жить на одном месте на берегу, но вот минуло почти десять лет, а черный дракон вновь замышлял авантюру.
   - Проходи, - пригласила племянницу белая драконица, мягко отступая от двери, чтобы после того как гостья пройдет, задвинуть ее.
   Домик, в котором жила Юрико, был маленьким и выстроен специально для нее. Еще недавно она жила в нем вдвоем с Оборо, но вот дочь достаточно выросла, чтобы желать тренироваться наравне с прочими, желать превосходить их, и потому оставалась в комнатах для учеников. Теперь Юрико была здесь одна. Широичи навещал ее, но оставался все таким же далеким как и прежде.
   В деревню белая драконица спускалась лишь за обменом и на общие праздники, почти не заглядывая в дом Сейджина. Их первая встреча вроде бы была теплой, но Юрико не чувствовала в себе сил видеть отца. Он улыбался ей и оттого она чувствовала себя еще хуже после всего прошедшего времени. У нее, казалось, не было для него слов, а душу терзала вина, но не за содеянное, а за то что иначе она поступить и не могла. И весть о смерти сестры лишь добавляла горечи за отсутствие.
   Теперь Юрико видела ее улыбку на лице Минори, те же глаза, но преисполненные большей решимости и большего огня, который должно быть горел когда-то в ней самой.
   - Как поживает отец? - задала она неизменный вопрос, всегда интересовавший ее одним из первых. - Как твои успехи? Ты голодна? У меня найдется немного угощений, но я что-нибудь придумаю.
   Дом Юрико был полон диковинок, притащенных со всех краев материка, и больше напоминал сорочье гнездо, чем привычное для драконов Драак-Тала жилище. Оружие, книги в дорогих переплетах, статуэтки и гобелены, механизмы и посуда - все оно казалось чрезмерным для аскетичного взгляда, хоть и имело свое определенное место.

Отредактировано Широичи (02-03-2020 01:20:15)

+2

4

Свою родную тетку Юрико Минори искренне считала красивейшей женщиной в Драак-Тале.
Быть может, две сотни лет и лишили белую драконицу жемчужного сияния юности, но ее фигура оставалась такой же стройной и статной, а в ее плавной, текучей походке знающие могли угадать отголоски смертоносных движений, которым Юрико обучалась так много времени, что они волей-неволей стали частью ее.
Минори, выросшей без женского воспитания и окружения - другие драконицы деревни не в счет, ведь ни одна из них не жила под одной крышей со Старейшиной и его внучкой, - Юрико казалась воплощением элегантности, и она каждый раз с восхищением отмечала любую безделушку, которой тетушка украшала себя саму и свой дом. И лучше всего была ее улыбка - та, что она каждый раз неизменно дарила племяннице: спокойная, уверенная, мягкая.
Молодая драконица скинула сандалии у порога, повесила на крючок короткий темный плащ, укрывавший ее от снега, и прошла на яркие плетеные циновки. Одета она была просто - в широкие шерстяные штаны и хлопковую рубашку, - но втайне надеялась, что Юрико заметит свой собственный подарок, яркую алую ленту, расшитую золотыми нитями, которой Минори повязала конец длинной, слегка растрепавшейся косы.
- Дедушка шлет тебе привет и свою любовь, - ответила Минори, как отвечала почти всегда. Впрочем, подумав, добавила, - На днях слегка простыл, хотя я остерегала его проводить столько времени на улице. Но он отдыхает дома, и за ним ухаживает Ханако, а ее отвары кого угодно на ноги поставят. Я решала спор за него, но там дело-то было пустяковое. Джиро сгребал снег и скидывал его аккурат на участок Кейчи, и Кейчи как следует побил его и извалял в снегу носом. Хиро пришлось разнимать их, так что он был зол, как муравьями искусанный. Джиро придется полностью вывезти снег самому под гору, а Кейчи - выплатить ему отступные за сломанный нос...
За этим щебетом Минори уже прошла к дышащему теплом очагу, погладила расшитую шелком подушечку из гладкой, мягкой ткани. Ей ужасно нравились все безделицы и диковины, которыми Юрико наполняла свое жилище. Еще совсем юной девушкой Минори любила разглядывать изящные костяные гребни, тяжелые украшения, напоминавшие связки продырявленных монет, рулоны плотной и твердой ткани, сплошь затканной золотом и оттого почти не гнущейся, бумажные цветы, легкие и тонкие, как крылья бабочки, и пахнущие благовониями, нитки белого и черного жемчуга, усыпанный драгоценностями кинжал, ароматные краски для губ, бровей и щек и прочие чудесные вещи. Минори вовсе не хотелось иметь их самой - воспитанная аскетичным Сейджином, она в принципе не могла себе представить, что она стала бы с ними делать, - но они невольно притягивали ее взгляд.
- А угощения я принесла, - она потянулась к своей корзинке, размотала оберегавшую ее тряпицу и с удовольствием втягивая запах. - Здесь чайный сбор, мы его летом готовили, я добавила туда сушеных персиков. А еще Юки принес сладкие булочки, его мать чудесно их готовит. Хочешь, я сама тебе заварю?
Не дожидаясь ответа Юрико, девушка уверенно потянулась за фарфоровым чайником и изысканной костяной ложечкой. Она отлично знала, где тетка хранит столовую утварь, и хотела доставить ей удовольствие.
Но кроме того - оттягивала тот момент, когда придется самой задать вопросы. Юрико отлично умела выглядеть непроницаемой - а для учеников Широичи, пожалуй, и загадочной, - но Минори видела, что здесь что-то не так, и улыбка Юрико, которую она так любила, кажется самую малость натянутой.
Наконец, булочки были переложены в расписанную цветами тарелку, а чайник исходил паром на низком столике, и Минори опустилась напротив драконицы на подушки и распрямилась, пристально глядя в красивое фарфоровое лицо госпожи Летящий Снег.
- У тебя все в порядке? - она слегка подалась вперед, подвигая к Юрико угощение. - Может быть, я не ко времени? Или...
Минори окинула комнату Юрико новым взглядом, уже без прежней девичьей легкости - пристальным и цепким, какому ее выучил Канто, - и почти сразу подметила тренировочный бамбуковый меч с ярко-алой кисточкой на рукояти, прислоненный в углу возле очага.
Этот меч Минори знала - он принадлежал Оборо, и девчонка практически никогда не расставалась с ним, как некогда и сама Минори - со своим. И если Оборо оставила его, так небрежно забросив в угол...
- Это Оборо?

Отредактировано Минори (02-03-2020 19:57:42)

+3

5

- Ни один дракон добровольно не будет сидеть взаперти, - улыбнулась Юрико словам о Сейджине, хотя разговоры о нем неизменно наполняли ее глаза грустью. Столько лет она была далека от отцовских тягот и переживаний, что теперь не считала себя вправе лезть в его жизнь, ей было достаточно простых слов, что он все еще жив и понимания, что у него есть Минори. Как когда-то ей казалось, что у него осталась Азуми…
    - Не так уж просто развести тех, кто хочет драться, - заметила белая драконица, искренне рассмеявшись рассказу племянницы, отчего даже прикрыла рот рукавом, точно бы краем крыла, не желая демонстрировать слишком яркую эмоцию. - Ты справедливо рассудила. Уверена, с годами ты станешь мудрой драконицей…
    Улыбка Юрико вновь стала блеклой и грустной, однако все еще была преисполнена искреннего тепла. Хозяйка домика не стала возражать живому желанию гости позаботится о чае, хотя бы потому, что пока Минори хлопотала, белая драконица могла бы собрать свои мысли, оградившись на время от нежеланных. Она села на колени возле низкого столика, ненавязчиво наблюдая за племянницей.
    - Дивный аромат. Пахнет летом, - произнесла Юрико, когда чайничек встал на центр столика. Она даже прикрыла глаза, пару мгновений наслаждаясь одним только запахом. - Булочки тоже выглядят аппетитно. Думаю на вкус они не хуже. Передай Ханако и Юки мои благодарности. Сама я готовлю довольно отвратно… У господина Широичи получается намного лучше.
   Последние слова о готовке белая драконица произнесла доверительно тихо, полушуткой. А когда Минори задала свои вопросы, опустила глаза. Лгать Юрико умела, даже слишком хорошо, но только не тому с кем чувствовала близость.
   - Что ты, я рада твоему визиту, - вновь мягко улыбнулась она. - Ты пришла, когда была нужна. Ленивые зимние дни созданы для таких простых встреч.
   Взгляд Юрико проследил за взглядом племянницы, подмечая одинокий меч, но долго на нем не задержался. Тетушка предпочла отвлечься от него, чтобы разлить подошедший чай по маленьким кружкам, в которых вмещалось от силы глотка три.
   - Да, это ее меч, - запоздало ответила белая драконица. - Господин Широичи выковал для нее настоящий, и теперь она не расстается с этим подарком, тренируется, привыкает к его весу. Детям свойственно перерастать игрушки.
   Юрико лукавила, ведь дело было не только во взрослении, вполне естественном, но в общем отдалении Оборо от матери. Как собачонка носилась она за Широичи, ища его внимания и одобрения, жадно слушала каждое его слово. Она неизменно звала его Мастер Сэндай, хоть и догадывалась, что тот ее отец. Юрико никогда и никому не говорила этого, кроме самого Широ, но тот же Сейджин все очень быстро понял без слов. Оборо была похожа на отца, и чем старше - тем больше, и слухи среди драконов неизбежно бродили, однако Сейджин молчал, а больше никто бы не осмелился упрекнуть Сэндая в лицо. Вот только вопреки пересудам, черный дракон вовсе не соблазнял Юрико, чтобы потом оставить в каком-либо унижении. Между ними все получилось само собой, и никто из них двоих никогда не стремился ограничить свободу другого. Это было непроизнесенное правило их игры, которое равно устраивало обоих. Оборо была нежданна, но стала только ее, Юрико, сокровищем, ради которого она на несколько лет оставила команду Сэндая, чтобы в спокойствии на берегу выходить яйцо, а затем и детеныша. Но весь ребячий ум впоследствии захватил один только Широ…
   - Ты тоже уже давно не таскаешь везде с собой деревяшку, - ласково произнесла драконица.
[icon]https://cdn1.radikalno.ru/uploads/2020/3/1/1a46ed374e61d02159aa9330780c0562-full.jpg[/icon][nick]Юрико[/nick][status]Летящий снег[/status][sign]
Снег согнул бамбук,
Словно мир вокруг него
Перевернулся.[/sign]

+3

6

Конечно, Оборо.
Минори не слишком часто общалась ныне с двоюродной сестрой, и куда лучше запомнила ее в детском возрасте. Ей самой было пятнадцать, Оборо - десять, и она была непоседливой, юркой, как угорь, девчонкой с громадными черными глазами. Уже тогда вся деревня судачила о том, кто ее отец, и практически ни у кого не возникало в этом сомнений, но в глаза заговорить ни с Юрико, ни с Сейджином, ни, тем более, с Широичи, так и не рискнул.
С годами Оборо все больше отдалялась от своих родичей из Драак-Тала, все сильнее проникаясь идеалами собственного отца и учителя, все больше становилась похожей на него - в том числе и внешне. В ней было куда больше огня - казалось, он полыхал и на ее рубиновой чешуе, и в ее сверкающих зрачках.
Несколько раз, приходя в школу Сэндай, Минори видела ее, усердно отрабатывавшую удары или целившуюся из лука в мишень. Поначалу Оборо удивлялась своей старшей сестре, затем смотрела все холоднее, и в последнее появление Минори вовсе сделала вид, что не замечает ее присутствия. Минори гадала, было ли то юношеской ревностью Оборо к тому, что между Юрико и ее племянницей поддерживаются столь доверительные отношения, или результатом речей Широ - который, к слову, никак не комментировал это общение.
Обучал ли ее Широичи с той же жесткой беспощадностью, с которой некогда преподал урок самой Минори? Щадил ли Оборо - собственную дочь? Вмешивалась ли Юрико в этот процесс?
"Господин Широичи".
Либо не вмешивалась, либо не могла.
- Понятно, - Минори представила себе убийственно гордую, совсем еще юную Оборо, для которой тихая благожелательность ее матери могла служить примером слабости, и не стала больше спрашивать. Поднесла к губам пиалу, глотнула чая.
Единственной болезненной темой, в которую они с Юрико никогда не углублялись, был раскол между Широичи и Сейджином. Волей-неволей они с теткой находились по разные стороны конфликта, и несмотря на всю свою любовь друг к другу, не могли попросту взять и сменить сторону. Справедливости ради, Юрико никогда и не пыталась убедить Минори прислушаться к учению Сэндая. Сама же Минори регулярно передавала тетке приглашения от деда, но та каждый раз вежливо отказывалась.
- Она еще почти ребенок, - проговорила Минори, не зная, чем еще утешить Юрико. - Я тоже была упрямой в ее возрасте. Не говоря уже о тебе, госпожа... - она улыбнулась.
Об упрямстве самой Юрико, впрочем, можно было только догадываться. Чтобы девица из семьи Старейшины внезапно облачилась в мужское платье и на две сотни лет уплыла странствовать по опасным морям, чужим портам и пиратским притонам - прежде такого Драак-Тал не знал.
- Сколько ярких рисунков, наколотых на кожу, скрывается под твоим шелковым платьем? - лукаво поинтересовалась Минори. Она видела пару раз край прихотливой татуировки над низким воротником или под широкими рукавами. - Честно говоря, мне всегда хотелось как следует рассмотреть их поближе и расспросить о них поподробнее, но это не те вопросы, который задают степенной даме, - она рассмеялась, надеясь отвлечь внимание тетушки от невеселых мыслей. Лицо Юрико оживлялось, когда она вспоминала о своих приключениях - так может, и сейчас она взбодрится?

Отредактировано Минори (05-03-2020 21:33:07)

+3

7

Слова Минори о том, что Оборо ещё ребенок заставили белую драконицу улыбнуться непроизвольно широко и она вновь прикрыла рот рукавом, чуть опустив голову. Но в этом не было насмешки, наоборот сердце Юрико наполняло теплое чувство от самой попытки племянницы утешить ее, и от того, что Минори сама все ещё была ребенком, точно таким же, как Оборо. Хотя обе они наверняка возмутились бы этому сравнению. Но и одна, и вторая уже считали себя взрослыми, способными выполнять серьезные поручения, держать настоящее оружие… Разница в годах между ними казалась все меньшей и однажды должна была вовсе стать незначительной, даже условной.
   - Любой дракон остаётся упрямцем до конца своих дней, - проговорила Юрико со смесью улыбки и горечи. Таким был Широичи и таким же был Сейджин, несмотря на то, что седина коснулась их волос. С годами они просто научились маскировать это под нечто благородное, но суть оставалась все той же.
   Белая драконица неторопливо поднесла чашку к губам, делая маленький и осторожный глоток, когда хитроватый вопрос Минори настиг ее. Он был неожиданным и по-детски непосредственным, но в тоже время явно давно занимал ум племянницы.
   - Ты, правда, считаешь меня степенной дамой? - с улыбкой задала встречный вопрос Юрико, и в нем юркой змейкой скользнуло женское кокетство. Конечно она старалась выглядеть женственно, но вместе с этим все ещё сама не верила, что это так. Под ее платьями прятались красивые, но болезненные рисунки, которые не каждый мужчина решился бы нанести: каждая линия была когда-то кровоточащей раной, приносящей все тяготы, что и любая боевая - с кровопотерей и лихорадкой. Когда-то для белой драконицы это был вызов, упрямое и глупое желание доказать, чего она стоит, и желание нравиться… готовность принять из рук своего мастера боль и ласку. А еще… влияние выпивки. О сколько безумств смешных и грустных было совершенно в винных парах. Эти истории, облагороженные и урезанные рассказывала Юрико юным драконам, и те казались им сказочным приключением, хотя рутины, мерзости и крови в их странствиях было гораздо больше чем чудес. И порой только та же выпивка помогала затуманить эти воспоминания.
   - Думаю, все дело в чае. Подобные разговоры под него не ведутся. Но я знаю, как исправить эту оплошность… - взгляд белой драконицы сверкнул все тем же лукавством, и она поднялась со своего места, чтобы вынести к столу небольшой деревянный бочонок, который в итоге важно возвысился рядом с чайником. - Это тоже мой трофей из странствий. Сейджин же тебе уже разрешает угощаться сакэ? Это сакэ из земель людей, но сделан он не из риса, а из фруктового сока и душистых трав. Они называют его ликер, - Юрико загадочно улыбнулась, откупоривая плотно всаженную в бочонок пробку, точно бывалый трактирщик. - Его можно добавить в чай. Он придаст сладости и подарит приятную расслабленность. Его придумали аптекари.
   Чего белая драконица не стала говорить, так это то, что предложенный напиток, пусть был слаще сакэ, но был и в разы крепче.
   Для первой пробы Минори, Юрико разбавила им оставшийся в кружках чай, уверенно плеснув из тяжеловесного бочонка, который был очевидно уже почат.
   - Это должно убавить степенности и придать смелости.
[icon]https://cdn1.radikalno.ru/uploads/2020/3/1/1a46ed374e61d02159aa9330780c0562-full.jpg[/icon][nick]Юрико[/nick][status]Летящий снег[/status][sign]
Снег согнул бамбук,
Словно мир вокруг него
Перевернулся.[/sign]

+2

8

- Сакэ из... земель людей? - переспросила Минори, следя глазами за бочонком, как по волшебству появившимся в руках тетушки.
Она отнюдь не возражала. Все, что было здесь, в этой комнате, наполненной удивительными вещами из-за моря, притягивало ее воображение, словно магнит, и ей, разумеется, хотелось пусть лишь намеком, частично, но ощутить ту атмосферу приключений, которые переживала некогда сама Юрико.
Напиток был тягучим, янтарным, и пах сладко, словно варенье. Его яркий, пряный вкус без труда перебивал вкус чая, обжег горло, скользнул приятным теплом в желудок.
- Он... такой вкусный! - Минори изумленно распахнула глаза, сделав первый глоток. - И такой крепкий, словно огонь пьешь...
Для дракона это было, скорее, комплиментом - никому из их народа не нужно было привыкать к жару в животе и огню в крови. Он горел в них всегда, а подобные крепкие напитки лишь разжигали его - как подброшенные в костер угли.
Должно быть, у огня самого Великого Пламени мог быть такой вкус. А может, и действительно был.
После второй чашечки уже не разбавленного чаем напитка Минори в этом практически не сомневалась.
После третьей, которую она потягивала уже неспешно, подолгу задерживая напиток во рту, чтобы распробовать горьковато-сладкий, обжигающе-терпкий привкус чужеземных трав, они обе уже были готовы к интересным рассказам.

- А на этой руке? От локтя?
Теплый дрожащий свет гулял по разрумянившимся лицам, отражался в блестящих темных глазах и отполированном дереве столика, яркими отблесками плясал по драгоценностям. Юрико зажгла лампу удивительного цветного стекла, и в этом свете кожа ее обнаженных рук казалась гладкой, как шелк.
Уютно устроившись в груде мягких подушек, Минори подтянула к себе заброшенный сямисен и рассеянно подкручивала колки, пытаясь добиться нужного звука. Внимание ее, впрочем, было сосредоточено вовсе не на струнах и не на плектре - а на руках Юрико.
Госпожа Летящий Снег подвернула и подвязала рукава до плеч, и неторопливо, подолгу останавливаясь в воспоминаниях, рассказывала про каждый изображенный цветок, что обвивал ее тонкие запястья и предплечья. Минори не торопила тетушку. Четвертая чашечка диковинного напитка стояла перед нею на столе, и ей было так тепло, уютно и спокойно, как не было уже давно. Комнатка Юрико превратилась в чудесный ларец, укрытый от всего остального мира, и в этом ларце, помимо сокровищ, жили истории о дальних странах и кровавых сражениях.
- Можно мне?.. - отложив в сторону сямисен, Минори на коленках подобралась к тетке и осторожно, словно по удивительной картине, проследила пальцем рисунок, взбиравшийся по руке вверх, к плечу, и уходящий под вышитый ворот. Кожа белой драконицы под ее рукой была прохладной, на предплечье едва заметно вздрагивала голубоватая жилка, но плечи оставались теплыми.
- Кто их тебе набил? - тихо спросила Минори, в глубине души зная ответ. Вряд ли Юрико позволила бы прикасаться к себе так близко кому-то еще, кроме Широичи.

Отредактировано Минори (08-03-2020 23:32:37)

+2

9

Выпитое отодвигало тревоги, окутывала ум мягкой дымкой, и Юрико охотно поддавалась этому туману беспечности, хотя бы на время забывая о тяжести собственных мыслей. Сейчас она вновь была легка, как сотню лет назад, когда беспечно парила между морем и небом, и также легко лился ее рассказ о прошедших днях. Белая драконица вспоминала только хорошее, веселое или грустное, но неизменно светлое, а всякая опасность разрешалась в ее рассказах благополучно. Для дурного сегодня не было места. Рядом с Минори Юрико не хотелось грустить, лишь поделиться всем тем, чем она долгие годы желала поделиться с младшей сестрой, ну и конечно покровительственно удовлетворить личное любопытство племянницы. Для этого драконица подвязала длинные рукава, оголяя тонкие, но крепкие руки, покрытые беспросветным сплошным рисунком, похожим на цветную гравюру. Цветы и бутоны, белые и розовые, переплетались на коже; виднелись зеленые листья и проскальзывали голубые линии волн; где-то проглядывала черная чешуя. Не оставалось свободного места от красок, и рисунок вился единым продуманным узором, уходя все глубже под одежды, которые блекли на его фоне.
    - Они разные, - улыбалась Юрико интересу Минори, поднося одну руку ближе к другой, чтобы юная драконица смогла заметить разницу в асимметричном, но гармоничном рисунке. - Ушел наверно месяц, чтобы закончить их обе. Это мой весенний сад, который всегда со мной… Воспоминания о доме.
   Цветы, застывшие на коже драконицы действительно были теми, что распускались в саду, возле дома Сейджина: нежно-розовая вишня и белая яблоня, а также лилии, что прорастали в небольшом декоративном пруду.
   Юрико благосклонно позволила племяннице коснуться этой живой картины, но отвела взгляд, когда Минори поинтересовалась, кто рисовал ее.
   - Господин Широичи, - тем ни менее не соврала драконица. - У него искусные руки, и глаза, которые замечают прекрасное. Я знаю, про него в деревне говорят много разного, но…
   Драконица распустила шнурок, удерживающий рукава её платья, и те соскользнули вниз, издав тихий шелест. Следом, она развязала и пояс, отчего запашное платье поползло с плеч, а вместе с ним нижняя сорочка, обнажая разрисованные плечи и спину, которой она обернулась к Минори.
   - Душа, которая способна создать такое, не несет одно лишь зло.
    Цветы редели на плечах, перемежаясь барашками воздушных облаков, среди которых скакал во всю спину тонконогий и легкий дух ветра: у него была птичья голова, оленье тело, покрытое пятнами барса и змеиный хвост, который по большей части прятался, за спавшей одеждой. Легко можно было понять, что рисунок продолжался ниже поясницы, и должно быть тянулся на бедра. Однако в нескольких местах, эту дивную картину пересекали длинные шрамы, зарубцевавшиеся уже поверх нарисованного.
   - Это может быть кроваво и болезненно, но в итоге прекрасно.
[icon]https://cdn1.radikalno.ru/uploads/2020/3/1/1a46ed374e61d02159aa9330780c0562-full.jpg[/icon][nick]Юрико[/nick][status]Летящий снег[/status][sign]
Снег согнул бамбук,
Словно мир вокруг него
Перевернулся.[/sign]

+2

10

- Это действительно прекрасно... - выдохнула Минори, не отводя глаз от удивительной картины, написанной прямо по живой коже.
Прежде ей встречалось видеть воина, украшавшего себя подобным вколотым прямо под кожу рисунком - но то был боевой символ, данный некогда завет, и юная драконица считала, что только так, через боль и кровь, этот завет и должен быть запомнен и исполнен. Но ей и в голову не приходило, что таким же путем можно получить целый мир красок и изящества, представленный в виде рисунка.
Она осторожно провела пальцами по изысканному силуэту духа - Юрико щекотно шевельнула лопатками, и странное создание, казалось, шевельнулось вместе с нею, словно живое. Требовалась твердая, уверенная рука, чтобы перенести его на тело - а еще определенная безжалостность, чтобы собственноручно причинить боль любимой женщине.
Перед глазами невольно встал образ - двое в комнате, залитой теплым, дрожащим светом свечей, и спина Юрико беззащитно открыта, густые волосы собраны в узел на затылке, но несколько выбившихся прядей все равно падают на шею. Тяжелая ладонь прижимает ее к скамье, гладит между лопатками, словно породистую лошадь, успокаивая - а затем тонкая игла выпускает первую каплю крови. Алая кровь на белой коже - и рисунок, еще не расцвеченный красками. Никакими иными, кроме алой...
Эта картина казалась странным образом возбуждающей - и жестокой.
Минори зажмурилась, прогоняя ее из головы. Это все удивительное заморское сакэ. Навевает странные мысли.
- Ты поэтому пошла за ним? - она снова тихонько погладила рисунок и мягко вернула спущенное платье на место, провела ладонями по плечам Юрико, снова обтянутым гладким шелком. - Ты разглядела в нем эту способность видеть красоту?
Она снова представила Широичи - в то туманное утро, когда он преподал ей жесткий урок. Деревянные сандалии, топтавшие тонкие травинки возле ее лица, огонь в темных зрачках, мрачное удовлетворение в голосе. Минори давно забыла боль, которую причинили его удары ее телу, но хорошо запомнила - ту, которую они причинили ее гордости. Впрочем... тогда и сам Сэндай выглядел раздосадованным.
Сложно было представить, чтобы подобный дракон стремился к изяществу и красоте. И все же Юрико не пошла бы за ним, будь он склонен исключительно к жестокости. Не родила бы ему ребенка.
- В деревне никто не понимает твоего поступка, - она была, пожалуй, даже рада, что Юрико все еще сидела к ней спиной. Говорить это и смотреть ей в глаза было бы сложнее. - Ради чего ты оставила и дом, и семью, и сотни лет скиталась по морям. Но я, кажется, понимаю. Или... хочу понять. Прости мне мои слова. Конечно, это не касается меня, и все же мне хочется верить, что после всех этих лет странствий ты сможешь теперь... остаться дома. Видеться с нами и с дедом и дальше. Что Оборо тоже когда-нибудь примет нас как свою семью, и все просто будет хорошо - здесь, в Драак-Тале.

Отредактировано Минори (14-03-2020 11:02:44)

+2

11

Прикосновения Минори были родными и приятными. По большей части сородичей в деревне настораживало ее тело: в общей бане или при купании другие драконицы смотрели с непониманием, и когда школа Сэндай была наконец отстроена, Юрико перестала появляться в общественных купальнях. Минори оказалась более расположенным наблюдателем.
    Белая драконица повела плечами, подтягивая на них ворот белой сорочки и цветного платья, поданные племянницей, когда ее любопытство насытились увиденным. Юрико перезапахнула их, приводя себя в порядок, но не торопилась оборачиваться, ибо как Минори было сложно задавать свои вопросы глядя в глаза, так ей было не просто отвечать на них, даже после выпитого.
   Она сама бы не могла точно ответить, чем привлек ее Широичи. В те первые годы, когда он только появился в Драак-Тале, она даже ревновала его к отцу - с таким вниманием Сейджин занимался мрачноватым юнцом, который чурался всех и смотрел на каждого, как волчонок. Но потом этот дикий звереныш вырос в мужчину и война, да и сама она перестала быть ребенком…
   - Пожалуй, - грустно улыбнулась Юрико. - Хотя я сама по себе всегда была беспокойным и ветреным драконом. Мне было тесно в деревне и хотелось увидеть что-то за пределами родных гор и лесов. Будет несправедливо сказать, что господин Широичи увел меня из дома. Я ушла сама. В тот момент наши мысли текли в одном направлении, и совпали наши желания. Мне казалось, что я могла бы перевернуть мир, достаточно только расправить крылья и лететь к горизонту.
   Тогда Сейджин действительно казался ей слишком боязливым, как и твердил Широ, тогда она не понимала отца. Теперь же в слабости ее упрекала собственная дочь, не словом, но своим отдалением, своим взглядом на все попытки уберечь ее. Жизнь возвращала Юрико посеянное и сознание этого тяготило ее душу.
   - Не извиняйся, - ласково ответила племяннице Белая драконица, и обернулась, касаясь ее подбородка, нежно оглаживая большим пальцем порозовевшую от горячительного щеку. - Не все мы бываем правы в своих поступках, и своих я не оправдываю. Тем более не стоит делать этого тебе. Твоя матушка всегда была прилежнее меня и мне отрадно видеть, что ты идёшь её путем, заботишься о своем деде и моем отце…
   Юрико опустила глаза и отстранила руку.
   - Мой дом теперь рядом с господином Широичи. Мой долг следовать за ним. Если я оставлю его теперь, то совершу поступок не лучше прошлого. Нет чести в нарушенных клятвах. Надеюсь ты поймёшь это однажды.
   Спустя столько лет белой драконице желалось следовать выбранному пути, пусть он мог казаться неверным для другим, и возможно уже не сулил личного счастья ей самой.
   - Но что-то мы склонились к мыслям далеким от безмятежности сегодняшнего дня, - Юрико подняла голову и улыбнулась как можно непринужденнее. - Может желаешь пройтись? Немного развеять дурман. Сегодня просто чудесное солнце.
    И похоже последние мирные дни, которые хотелось сохранить светлым воспоминанием.
[icon]https://cdn1.radikalno.ru/uploads/2020/3/1/1a46ed374e61d02159aa9330780c0562-full.jpg[/icon][nick]Юрико[/nick][status]Летящий снег[/status][sign]
Снег согнул бамбук,
Словно мир вокруг него
Перевернулся.[/sign]

+2

12

Грустной была улыбка Юрико. Понимающей и печальной - как если бы она хранила тайну, которую не желала раскрывать племяннице, чтобы уберечь ее саму же. И бледной - как отсвет зимнего солнца на снегу.
Теплым было ее прикосновение.
Минори опустила ресницы. Она понимала. Госпожа Летящий Снег свой долг видела рядом с однажды избранным мужчиной. Ее, Минори, мать - с собственной семьей.
Матушка...
Минори не помнила ее. Практически совсем не помнила - слишком мала была, когда Азуми погибла от рук головорезов. Иногда, когда она смотрела на Юрико, то в ее движениях - в том, как наклоняла она голову, во взлете темных бровей, в ласковом касании руки, - ей чудилось нечто до дрожи знакомое. До боли похожее. И на сердце становилось печально и сладко от мыслей о том, что так могла бы двигаться и ее собственная мать. Разве что улыбаться иначе: более смело, более открыто, не прячась за расшитым рукавом шелкового платья, будто смущаясь собственной улыбки.
- Давай пройдемся, - Минори подхватилась с готовностью, какой сама от себя не ожидала, и внезапно покачнулась. Коварный сладкий напиток, столь замечательно расслабивший тело и успокоивший дух, шибал в голову не хуже тренировочного шеста в руках Хиро. Драконица, ойкнув, ухватилась за стену и немножко постояла, держа равновесие.
- Только... помедленнее, госпожа Юрико! - со смехом отозвалась она и уже увереннее прошагала к порогу, где оставила обувь. - И захвати лучше зонт, снег падает...

Снег и вправду падал - густыми, но легкими хлопьями, медленно, сверкая в лучах рассеянного золотистого солнца, и ученик Широичи, притомившись бороться с неизбежным, отдыхал в углу двора, опираясь на лопату и даже не заметив их появления.
Минори улыбнулась. Все кругом казалось таким умиротворенным. Затишьем. Сладостным предрассветным сном, в те часы, когда он затягивает сильнее всего.
Высокие подошвы ее деревянных сандалий оставляли в снегу причудливые следы. Длинное платье Юрико вилось за ней драконьим хвостом, сверкая вышивкой.
За постройками был разбит крошечный сад, и деревья, укрытые снегом, казались укутанными в белые платья. Черные голые ветви разбивали белизну паутинчатым узором.
- Расскажи мне... о моей матушке, госпожа, - попросила Минори, присаживаясь на корточки и зачерпывая немного снега голой ладонью. Задумчиво покатала его, сбивая в холодный маленький шарик, набрала еще. Снежинки липли хорошо, руки и рукава мгновенно стали мокрыми, но драконице не было холодно. - Ты порой кажешься мне так сильно на нее похожей...

Отредактировано Минори (18-03-2020 13:28:21)

+2

13

Снежные облака то застигли бледное зимнее небо, то расходились, пропуская в горний мир драконов золотое солнце - дивная погода, лёгкая, не морозная, безветренная. Юрико с удовольствием вдыхала прохладный воздух, казавшийся после натопленого помещения особенно чистым. Он быстро прочищал голову, затуманенную выпитым, и белой драконеце вновь становилось тоскливо, хоть тоска эта рядом с Минори казалась светлой. Она неторопливо шагала по пушистому снегу следом за племянницей, держа в руках резную ручку бумажного алого зонтика и белые хлопья оседали на нем, иногда соскальзывая.
   — Расскажи мне... о моей матушке, госпожа, - неожиданно попросила Минори, и Юрико остановилась, наблюдая как племянница точно ребенок возится со снегом. Просьба была неожиданной и белая драконица даже замялась, не зная, что можно бы ответить.
   - Я думала Сейджин рассказывал тебе, - негромко заговорила она, касаясь кончиками пальцев темной коры ближайшего дерева, провела сметая налипший снег. Эти деревья она сажала здесь сама вместе с Оборо саженцами девять лет назад, чтобы иметь свой маленький цветущий уголок, о котором давно мечталось, но в извечном странствии так и невозможно было воплотить. Ей хотелось чтобы детство дочери прошло так же как и ее - в красоте и безмятежности, но Оборо уже была другой и Юрико даже не предполагала о чем она станет вспоминать светлее всего через многие многие годы.
   - Я провела с Азуми непростительно мало времени, и не видела какой женщиной она стала. Думаю она была бы сейчас куда более лучшей матерью, чем когда-либо стану я, - мягко улыбнулась белая драконица, переводя взгляд на племянницу. - Она всегда была… серьезнее, словно бы из нас двоих именно она была старшей сестрой.
   И именно ей стоило прожить полную жизнь в окружении родных, а сама Юрико - сгинуть среди бесчисленных штормов и боёв, но у бога Смерти было свое жестокое чувство юмора. Несправедливая длань.
   - Мы были разными, - продолжила свой неторопливый рассказ белая драконица. - Азуми было невозможно подбить на авантюру: всегда осмотрительная, всегда честная. Она много думала о других, всегда была готова помочь. Мы поссорились с ней перед моим уходом… - Юрико опустила глаза. - Отец принял мое решение, а она нет. 

[icon]https://cdn1.radikalno.ru/uploads/2020/3/1/1a46ed374e61d02159aa9330780c0562-full.jpg[/icon][nick]Юрико[/nick][status]Летящий снег[/status][sign]
Снег согнул бамбук,
Словно мир вокруг него
Перевернулся.[/sign]

+2

14

- Она пыталась отговорить тебя? - Минори обернулась на тетку через плечо. Белая драконица казалась неподвижным черно-белым изваянием. Снежинки тихо скользили по алому зонту, опускались на землю у ее ног, заметая туфли.
Сама Минори была без зонта - присев в снегу, она бездумно позволяла рукам лепить из снега фигуру: длинное гибкое тело, изящную шею, узкую змеиную голову. Дракон Летящий Снег. Тихий, задумчивый и печальный.
Конечно же, Сейджин рассказывал ей о матери - все, что мог вспомнить, и даже немного больше. Минори собирала эти воспоминания, как Юрико - свои скоровища, и хранила в памяти, ревниво добавляя к ним любые обрывки новых. Кто-то говорил, что у нее глаза, как у матери. Кто-то вспоминал, что Азуми точно так же любила прогулки под снегом без зонтом и с непокрытой головой, когда снежинки путаются в волосах и ресницах. Кто-то восхищался ее прекрасными крыльями в оттенках теплой летней зелени. Почти все отмечали, какой доброй и отзывчивой она была, внимательной и терпеливой. Это был практически идеальный портрет - время стерло с него все изъяны, какие когда-либо имелись у Азуми, возвело ее, некогда живую и несовершенную, на пьедестал, на алтарь. И глядя на этот алтарь, Минори очень хотела соответствовать. Настолько хотела, что не удержалась от вопроса к Юрико.
И этот вопрос принес Юрико новую печаль.
Минори поднялась на ноги, не отряхивая припорошенные снегом колени, развернулась к тетке - прямая, с растрепавшимися от зимнего ветра волосами, с ярким румянцем на щеках.
- Я думаю, что сейчас она приняла бы любое твое решение, - тихо проговорила Минори. - И не захотела бы, чтобы твои воспоминания о ней были омрачены сожалениями. Ты провела с ней столько времени, сколько было отмерено судьбой, не больше и не меньше. Так что... спасибо тебе за твою память, госпожа.
Порыв ветра рванул зонт в руках Юрико, сбросил с него в лицо Минори снежинки, заставив ее рассмеяться. Где-то за зданием, во дворе школы, вновь уныло заскреб снег злосчастный ученик Широичи.
- А еще я думаю, - сказала Минори, улыбнувшись, - что, быть может, моя матушка никогда бы такого не сделала. Ну а я сделаю, иначе слишком уж ты, госпожа, загрустила. Лови!
И в Юрико неожиданно полетел снежок, запущенный меткой, тренированной рукой.

+2

15

— Она пыталась отговорить тебя? - спросила Минори, и белая драконица сначала кивнула, а лишь затем ответила: - Да. Она считала, что я пожалею об этом, но… теперь я думаю, что она просто не хотела расставаться. О будущем никто из нас не может судить…
   Юрико не сожалела о сделанном, разве что о том, что не могла прожить две жизни, или объединить двух дорогих сердцу мужчин: Широ и отца. Время, проведенное рядом с черным драконом, не было идеальным, но в нем хватало своих радостей, которые не хотелось терять. И вместе с тем, сколько радости было упущено в мирном крае Драак-Тала? Белая драконица задумалась об этом, только вновь оказавшись в родной деревне. Как бы сложилась ее жизнь, останься она здесь?
    Племянница утешала ее, говоря о судьбе, но в судьбу Юрико не верила. В корне всего стоял выбор и принятое решение. Тогда, уже очень давно, она выбрала один из путей, тот что считала для себя правильным. Так почему все время хочется обернуться назад?
   Драконица улыбнулась Минори, на ее слова и была благодарна за них. Но вот ветер принес снег в лицо племянницы, заставив ту смешно зажмуриться, и Юрико прыснула в рукав от этого зрелища, такому неуместному в серьезности разговора. Ветер был прав - скалой ему не стать - а ветреная драконица никогда бы не смогла сидеть на одном месте в степенности.
   - Нет, - с напускной строгостью проговорила Юрико. Одним легким движением - плавным, но быстрым полукругом, опустила она перед собой алый зонт, выставляя его как щит на пути коварного снежка. Белый комок ударился об алое бумажное крыло, чуть прорвава его и рассыпавшись, но белая драконица не придала небольшой неполадке значения.
  - Никогда не предупреждай об атаке! - наставительно произнесла она и сложив зонт ударила им по ветке дерева над собой. Снежные шапки стремительной лавиной обрушились вниз на Минори. Сама Юрико поторопилась скользнуть за ствол дерева. Длинный подол платья, как павлиний хвост волочился за ней, вторя ее движению и отягчая их. Без какого либо колебания, белая драконица высвободилась из расшитых одежд, как змея, сбросила кожу, и осталась в нижней белой рубахе, не боясь замерзнуть. Теперь лишь набеленное лицо и гладкая прическа напоминали о степенной госпоже. Юрико лепила ответный снежок.
   - Посмотрим, как ты справишься!
[icon]https://cdn1.radikalno.ru/uploads/2020/3/1/1a46ed374e61d02159aa9330780c0562-full.jpg[/icon][nick]Юрико[/nick][status]Летящий снег[/status][sign]
Снег согнул бамбук,
Словно мир вокруг него
Перевернулся.[/sign]

+2

16

Ох не зря Сейджин твердил ей, что она, Минори, вечно забывает один из главных уроков боевой школы Драак-Тала, уделяя слишком много внимания технике в ущерб ему.
"Используй окружение, Минори. Используй окружение!"
Теперь-то она мигом вспомнила этот урок, когда за шиворот ей осыпался с деревца целый снежный сугроб...
Взвизгнув, словно девчонка, поскользнувшаяся у ручья, Минори подпрыгнула, смахивая с себя шерстяной плащ и вытряхивая снег, холодивший шею. Юрико, смеясь, уже скользила меж заснеженных деревьев, нагибаясь для нового снаряда и отбросив свой алый бумажный щит - стремительная и грациозная.
И - счастливая. Минори ощущала острую вспышку ее детской, ничем не омраченной радости, и, сама рассмеявшись, будто ребенок, тут же поддержала игру.
Не глядя, сбросила неудобную обувь, побежала по снегу в одних лишь тоненьких носках, не чувствуя холода - ибо когда он был страшен им, детям огня? - и растрепавшаяся коса летела за ней, сверкая алой лентой. Мгновенно пригнулась, уворачиваясь от пущенного теткой снаряда, сама подхватила снежный комок.
Они часто играли так в детстве - с Юки, с Хиро, с другими молодыми драконами. Когда в Драак-Тале выпадало достаточно много снега, юные его обитатели устраивали жестокие снежные бои без правил, в которых не было ни имен, ни родителей. Только беги, хватай снежок, бросай его в цель и уворачивайся от быстрого врага, снова и снова и снова. И не вздумай хныкать, если по неосторожности залепят физиономию - в лицо, впрочем, старались специально не кидать.
Сейчас, с Юрико, эта игра была куда сложнее - и куда веселее. Обе стремительные и ловкие бойцы, драконицы носились по саду, как девчонки, прячась меж деревьями, обманывали друг друга ложными маневрами, сбивали пушистые шапки с ветвей. И снег путался в длинных черных волосах и широких рукавах одежды, и на земле оставались маленькие узкие следы их почти босых ног.
Ученик Широичи, отбросив метлу и лопату, в изумлении заглянул в сад, привлеченный девичьими взвизгами и смехом - и тут же получил снегом сразу с двух сторон.
- Зазевался! - задыхаясь от смеха, крикнула растрепанная Минори. - Быстрее, ну же!
Молодой дракон растерянно поглядел на нее, на такую же утратившую свою степенность Госпожу, коротко оглянулся на окна здания школы, словно ожидая натолкнуться на обжигающе-огненный взгляд учителя Широичи, и... несмело потянулся за снежком. И это его робкое движение заставило Минори победно вскинуть руку.
Может быть, не так глубока еще граница отчуждения между обитателями деревни и учениками Сэндая? Может, и для них еще возможна мирная совместная жизнь?..

+2

17

Юрико буквально летала среди заснеженных деревьев сада, легкая, как ласточка, с таким же журчащим, как чириканье, смехом. Она отдавалась этой детской забаве всецело и бездумно, теряя все свои годы рядом с молодыми драконами: чувствовала себя равными с ними, а вовсе не старшей. Сейчас не было ничего, кроме этого простого веселья, и белая драконица была свободна, как ветер. Тщательно уложенная прическа ее растрепалась, резная костяная заколка выскочила, и длинные черные волосы волной свободно ниспадали на плечи и спину.
   - Не зевай! - подхватила Юрико выкрик Минори, и пока Мамору - ученик, что разгребал до этого двор, - медлил отвечать ли ему на снежную атаку, белая драконица метнула в него следующий снежок, попав прямо в грудь. - С такой нерасторопностью воином ты не станешь!
   - Госпожа Юрико… - смущенно выдохнул он, глядя на полураздетого учителя, которая хоть и была всегда строга, но никогда не была жестока в отличие от мастера Широичи. Довольно часто она занималась с учениками через игру, развивая их телесные навыки простыми забавами, будь то игра в догонялки или мяч, состязания на ловкость или силу, командные или одиночные. Этим она уравновешивала болезненную науку Сендая, как жар и холод они вдвоем ковали в молодых драконах закаленные дух и тело. И конечно многие из юношей выстраивали из ее образа свой идеал женщины…
   Слепив снежок, Мамору не рискнул бросить его в учителя, а потому метнул в сторону Минори, тут же пригибаясь и спеша до ближайшего укрытия. Без какого-либо зазрения совести Юрико прицельно бросила очередной снежный снаряд прямо ему в задницу.
   - Шевелись, Мамору!
   И уже через несколько мгновений юный дракон распробовал всю легкость зимней забавы. Позабыв про работу, он носился по саду, ведя снежную войну, где все были против всех и вместе с тем оставались единым целым, объединенное духом веселья.
   Нарушило эту игру появление Оборо. С тех пор, как молодая драконица обрела не так давно цвет своих крыльев, она облачалась вне занятий в алые одежды, и теперь возникла в полукруглых воротах сада яркая, как птица феникс. Спустившись во двор и найдя брошенный инструмент и недоделанную работу, она конечно торопилась навести порядок, не обращаясь к старшим, но прикрываясь их авторитетом, как мантией.   
   - Мамору! - окликнула она резвящегося юношу, и тот пропустил снежок в плечо. Янтарные, как у отца, глаза драконицы заметили Минори и личико ее искривилось от недовольства и нескрываемой презрительности. - Так это все ты… мастер Сэндай будет недоволен этим, как только узнает, чем ты промышляешь в его школе!
   Носик Оборо важно вздернулся выше и в грудь ей тут же прилетел снежок, обдав лицо волной разбившихся снежных брызг.
   - Мастеру Сэндай я скажу сама, - подала голос Юрико, сминая в покрасневших руках новый снаряд. - Лучше защищайся!
   - Мама? - удивилась алая драконица, однако первое недоумение сменилось хмуростью.

[icon]https://cdn1.radikalno.ru/uploads/2020/3/1/1a46ed374e61d02159aa9330780c0562-full.jpg[/icon][nick]Юрико[/nick][status]Летящий снег[/status][sign]
Снег согнул бамбук,
Словно мир вокруг него
Перевернулся.[/sign]

+2

18

Втроем играть в снежки было еще веселее: молодой дракон, поначалу смущавшийся и не решавшийся поднять руку (пусть и всего лишь со снегом) на свою наставницу, постепенно втянулся, повеселел, и уже вовсю скакал по сугробам. Снежки метал он довольно прицельно, но заметно вполсилы - по крайней мере, в Минори, пару раз не сумевшую увернуться от его снарядов.
Взъерошенные, разгоряченные, разрумянившиеся, они не сразу заметили появления Оборо - хотя, казалось бы, не заметить юную драконицу, алую, словно закат, в заснеженном саду было невозможно.
Напускная серьезность Оборо не шла - у нее было слишком хорошенькое и свежее лицо, и в первое мгновение Минори даже стало немного жаль сестру: она явно так стремилась быть важной и значимой в школе Сэндай, но ее, в силу юных лет и общей наивности, не воспринимали настолько всерьез, насколько ей бы хотелось.
Минори улыбнулась ей, примирительно опустила руку со снежком. В конце концов, она действительно устроила этот маленький переполох в школе Широичи, но, во-первых, это было не запрещено (все равно занятий не велось, и она никого не отвлекала), а во-вторых... Минори подозревала, что черному дракону в той или иной степени и так уже известно о том, что она приходит сюда и проводит время с Юрико, и уж если он не возражает против этого - то почему должна возражать Оборо?
- Полно, Оборо, это всего лишь снег! - весело сказала она девушке. - Никто никому не мешает. Лучше снимай свое нарядное платье, - жаль будет его помять! - и присоединяйся к нам...
В ответ алая драконица лишь скривила презрительную мордочку - и тут же получила снежком от Юрико.
Выражение ее лица на миг стало таким потешно-изумленным, что Минори не выдержала - прыснула в рукав. Рядом хохотнул Мамору, не подумавший, чем в дальнейшем может обернуться для него затаенная обида дочери Широичи.
- Госпожа Летящий Снег права, Оборо, - Минори скатала еще один снежок. - Настоящий воин не должен быть застигнут врасплох, и уж снега он тем более не боится... Лови!
И в алую драконицу полетело сразу несколько снежных снарядов.
Следовало отдать Оборо должное: она растерялась лишь в первые мгновения. Затем - упрямо сдала алые губы и резко нагнулась за ответным снежком. Вот только игра, от которой получали удовольствие они с Юрико и Мамору, не приносила ей радости. Дочь Широичи воспринимала потешный снежный поединок, как вызов, на который она просто не могла не ответить - Минори поняла это, как только первый же снежок от Оборо попал ей в шею. Запущен он был твердой и злой рукой.
Она потерла шею, коротко переглянулась с Юрико - и тетушка поняла ее без слов, стремительно переместившись в сторону и разделяясь с Минори.
Пользуясь тем, что Юрико не дает дочери передышки, заставляя ее вновь и вновь уворачиваться от снежков, Минори тихо подобралась к гибкой алой фигурке со спины, обхватила ее за тонкую талию и со смехом повалила в сугроб, свалившись туда вместе с нею и с ее возмущенным воплем.
- А еще настоящий воин смотрит сразу со всех сторон! - Минори прижала младшую сестру к снежной подушке, смеясь в ее раскрасневшийся от мороза нос. - Не дуйся, Оборо! Это игра...

+2

19

Оборо смотрела из сугроба зло, однако миленькое от природы личико скорее выглядело забавным нежели опасным. Точно бы разгневанный щенок она порыкивала и елозила в снегу. Белые хлопья присыпали и налипли на ее яркие одежды, застряли в волосах, обильно забились за шиворот и в рукава. Гордость алой драконицы была уязвлена этим нелепым поражением, и она наверняка бы набросилась на веселящуюся над ней Минори, если бы не присутствие Юрико.
    - Подлая змея, - обиженно прошипела Оборо. - Оставь меня!
   Вспахав борозду среди снега пятой точкой, она отползла от сестрицы и поднялась на ноги. Высоко поднимала она голову с растрепавшимся и заснеженным черным хвостом, крепко стискивала зубы - слишком много свидетелей было у этого нелепого падения, и одному из них юная драконица точно пообещалась отомстить. Хлестко глянув на Мамору, она даже не отряхнувшись зашагала к выходу из сада. Было заметно, как она сдерживает стремительность своего движения, чтобы не сорваться на бег.
   - Оборо! - окликнула ее Юрико, но та не обернулась, и белая драконица тяжело вздохнула. Непомерная гордыня разрасталась в ее маленькой дочери, причиняя боль и ей самой и тем, кто ее окружали. Юрико стала замечать это только сейчас, когда конфликты стали острее, а детские игры - серьезнее, но никак не могла понять корня. Она безмерно любила свое единственное дитя, но никогда не баловала ее, так что же пошло не так? “Дурная”, как говорили, кровь ее отца была виной? Или тяжесть его философии…
   - Прости, - извинилась за Оборо ее мать, опуская глаза. Веселье оборвалось. Чувствуя неловкость, Мамору накинул своей госпоже на плечи сброшенное платье, и поспешил ретироваться: - Мне нужно еще работать! Благодарю вас за чудесный урок!
   Юноша низко поклонился Юрико и Минори, после чего также покинул сад, возвращаясь к оставленным метле и лопате. Белая драконица мягко улыбнулась ему, заворачиваясь в длиннополую одежду.
   - Такой маленький огонек, а обжег всех… - задумчиво произнесла она, но на сей раз улыбка не спала с ее лица. Память о минувшем веселье была еще свежа и Юрико не торопилась гнать эти мгновения. - Нужно бы догнать ее и поговорить. Я рада, что ты навестила меня сегодня, - печальные, но ясные глаза тетушки подняли взгляд на племянницу. Юрико огладила холодной ладонью ее раскрасневшуюся щеку. - Двери моего дома всегда для тебя открыты. Ты знаешь.

[icon]https://cdn1.radikalno.ru/uploads/2020/3/1/1a46ed374e61d02159aa9330780c0562-full.jpg[/icon][nick]Юрико[/nick][status]Летящий снег[/status][sign]
Снег согнул бамбук,
Словно мир вокруг него
Перевернулся.[/sign]

+1

20

- Нет, ты меня прости... - растерянно пробормотала Минори белой драконице, глядя вслед удалявшейся Оборо. Она и подумать не могла, что невинная, в общем, забава так ее разозлит. А вышло - что и девчонка разобиделась, и веселье само собой улетучилось.
Первым побуждением Минори было все же догнать младшую сестру, но, взглянув на Юрико, она поняла, что делать этого не стоит. В ней Оборо упорно видит своего врага, даже несмотря на общую кровь, несмотря на теплую привязанность между тетушкой и племянницей - а может и как раз из-за нее...
Минори отыскала свои заброшенные в снегу сандалии, отряхнула короткий плащ, завязала тесемки на шее. Юрико тоже привела себя в порядок, и, казалось, что в саду, где только что звенел их смех, повисло тяжелое, неловкое молчание.
- Передай ей, что я сожалею, если причинила ей боль, и прошу за это прощения, - Минори прекрасно понимала, что проблема не в этом. Но за что еще ей извиняться? Не за то же, что она являлась внучкой Сейджина и племянницей Юрико. Не за то, что она принадлежала к другой философии и школе. Ничто из этого не должно было стать поводом для раздоров в их какой-никакой, а все же семье - но для Оборо все виделось иначе.
- Благодарю тебя за сегодняшний день, - Минори сложила руки на коленях и церемонно поклонилась тетушке, но та приподняла ее лицо, погладила по щеке, и это ласковое родное прикосновение все же стоило ссоры с глупой красной драконицей.
Она простилась с Юрико, оставив ту в ее заснеженном саду и перевоплощаясь на ходу, плеснула крыльями, бросая гибкое тело в воздух - и уже улетая, подумала, что все равно будет возвращаться в школу Сэндай.
Хотя бы ради того, чтобы когда-нибудь все они вспомнили о том, что являются семьей.

Отредактировано Минори (02-04-2020 20:03:06)

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [20.01.1082] Снежная лилия