Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17 (18+)

Марш мертвецов

В игре август — сентябрь 1082 год


«Зовущие бурю»

Правление князя-узурпатора подошло к концу. Династия Мэтерленсов свергнута; регалии возвращены роду Ланкре. Орден крови одержал победу в тридцатилетней войне за справедливость и освободил народ Фалмарила от гнёта жесткого монарха. Древо Комавита оправляется от влияния скверны, поддерживая в ламарах их магию, но его силы всё ещё по-прежнему недостаточно, чтобы земля вновь приносила сытный и большой урожай. Княжество раздроблено изнутри. Из Гиллара, подобно чуме, лезут твари, отравленные старым Источником Вита, а вместе с ними – неизвестная лекарям болезнь.



«Цветок алого лотоса»

Изменились времена, когда драконы довольствовались малым — ныне некоторые из них отделились от мирных жителей Драак-Тала и под предводительством храброго лидера, считающего, что весь мир должен принадлежать драконам, они направились на свою родину — остров драконов, ныне называемый Краем света, чтобы там возродить свой мир и освободить его от захватчиков-алиферов, решивших, что остров Драконов принадлежит Поднебесной.



«Последнее королевство»

Спустя триста лет в Зенвул возвращаются птицы и животные. Сквозь ковёр из пепла пробиваются цветы и трава. Ульвийский народ, изгнанный с родных земель проклятием некромантов, держит путь домой, чтобы вернуть себе то, что принадлежит им по праву — возродить свой народ и возвеличить Зенвул.



«Эра королей»

Более четырёхсот лет назад, когда эльфийские рода были разрозненными и ради их объединении шли войны за власть, на поле сражения схлестнулись два рода — ди'Кёлей и Аерлингов. Проигравший второй род годами терял представителей. Предпоследнего мужчину Аерлингов повесили несколько лет назад, окрестив клятвопреступником. Его сын ныне служит эльфийской принцессе, словно верный пёс, а глава рода — последняя эльфийка из рода Аерлингов, возглавляя Гильдию Мистиков, — плетёт козни, чтобы спасти пра-правнука от виселицы и посадить его на трон Гвиндерила.



«Тьма прежних времён»

Четыре города из девяти пали, четыре Ключа использованы. Культ почти собрал все Ключи, которые откроют им Врата, ведущие к Безымянному. За жаждой большей силы и власти скрываются мотивы куда чернее и опаснее, чем желание захватить Альянс и изменить его.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Солмнир Алисия Эарлан Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Эпизоды » [24.05.1082] Эльфийская вежливость


[24.05.1082] Эльфийская вежливость

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Уж в чем, в чем, а в вежливости эльфам не откажешь.
Вначале пожелают доброго дня, а уж потом перережут горло.
Культурные, стервецы!

- Локация
Альянс, г. Пантендор
- Действующие лица
Хэльмаарэ, Нувиэль, Накилон
- Описание
предыдущий эпизод[23.05.1082] Я бы верно служил, и хранил, и берёг
Таинственный спаситель провёл принцессу с телохранителем городскими улочками прямо в дом своей знакомой знахарки, спасая их от погони и предлагая почти безвозмездную помощь.

0

2

- Бедная девочка! Что с тобой случилось?!
Знахарка встретила их оханьем, всплеснув руками, когда ночью на пороге её дома оказалась тройка рыжих эльфов. Больше всего её впечатлила Нувиэль в одной рубашке, прозябшая до костей из-за холодной ночи, босых ног и неподобающей времени года и места одеждой. Ещё она не соответствовала статусу, но об этом Хэльмаарэ стойко молчал, но выл внутри. Он всё ещё не мог поверить, что принцесса избавилась вообще от всей одежды, а сам ругал себя за предложение избавиться от неё, чтобы не утонуть.
Нога после плавания разболелась. Хэльмаарэ снова начал прихрамывать. Длинная и активная ночь вымотали его. Последствия ритуала сказывались, но лучника интересовало здоровье его подопечной и место, в котором они оказались. Он осмотрел скромный дом, пытаясь найти в нём других жильцов, чтобы быть наготове. Он всё ещё не знал, зачем незнакомец, встреченный ими в переулке, вмешался в их проблему и решил помочь. При нормальном освещении Хэльмаарэ рассмотрел, что помощником был рыжий эльф. Вот уж совпадение…
- Что эльф забыл в городе некромантов? – Хэль, стараясь не обращать внимания на причитания хозяйки, перевёл взгляд на эльфа. Он всё ещё ему не доверял и ждал проблем от своего решения.
- Могу задать вам тот же вопрос, - спаситель пожал плечами и прошёл в дом гордо, легко и уверенно, направившись сразу к очагу и откуда-то раздобыл по дороге бутылку с горячительным.
Знахарка отсчитывала эльфов – Хэльмаарэ и Нака, как она его назвала, чаще поминая рыжим прохвостом и проблемой на её голову, чем по имени – что оба мужчины и никто из них не догадался взять девушку на руки и донести её до дома. Заметив, что один из эльфов прихрамывает, знахарка перестала отсчитывать Хэля, но смотрела на него с неодобрением.
- Воды налили! Лужи одним кругом и грязь! – нашла она другой повод отсчитать их. – Быстро за тряпку и убирать!
Два очень гордых и упрямых эльфа одновременно вскинули брови. Нак хмыкнул и приложился к бутылке за что отхватил упомянутой тряпкой от хозяйки, а Хэльмаарэ решил не испытывать судьбу и быстро нашёл ведро и воду.
- Пойдём наверх, девонька, переоденем тебя, - с Нувиэль знахарка говорила ласково, чем явно обделяла двух эльфов, драивших пол.
Услышав про второй этаж, куда знахарка должна пойти вместе с Нувиэль без присмотра, Хэльмаарэ вспомнил, почему они здесь оказались. Тряпка плюхнулась в ведро, расплескав воду. Эльф не проверил, не плеснула ли она случаем в лицо Наку, которому вместе с ним пришлось заниматься уборкой.
- Она не пойдёт.
Слова Хэльмаарэ удивили знахарку – что, значит, не пойдёт?
- Принесите вещи сюда. Мы отвернёмся.
Хэльмаарэ не хотел, чтобы Нувиэль оставалась в мокрых вещах, но и отпускать её одну – тоже.
- Ох и ревнивый у тебя муж, девонька, - вздохнула знахарка. – Иди к огню. Я скоро вернусь, - мягко подтолкнув эльфийку в спину, знахарка недобро зыркнула на эльфов. – Вернусь – чтоб всё блестело!
Нак прыснул, но под взглядом знахарки начал усерднее тереть пол. Хэльмаарэ проводил знахарку взглядом, убедившись, что она тайком не тащит за собой принцессу, и вернулся к работе, постоянно прислушиваясь к шуму наверху и присматриваясь к лестнице, окнам и двери, чтобы никто не нагрянул к ним нежеланным визитом. Он и хозяйку не хотел оставлять без присмотра, опасаясь, что помощь и доброта не бывают безвозмездными.

+1

3

Шок от купания в ледяной реке настиг Нувиэль не сразу, но, когда наконец-таки сковал тщедушное тельце, перемешался с ни с чем нескрываемой стыдобой. Пока бездомный спаситель вёл их по узким улочкам, пролегающим под скошенными стенами домов, Нувиэль то пыталась представить, много ли разглядел он у случайной знакомой, то гнала прочь кощунственные мысли. Оказавшись в тепле, в доме у знахарки, она не почувствовала себя лучше — Нувиэль бил самый настоящий озноб, а полупрозрачная рубашка, доставшаяся ей от Хэльмаарэ, неприятно липла к телу. Переминаясь с ноги на ногу, Нувиэль продолжала дрожать, пока зуб не попадал на зуб, и что-то тихонечко мямлила, отвечая расторопной хозяйке. Оказавшись перед огнём, она обхватила себя за плечи и начала раскачиваться в разные стороны, сдерживая затаившийся в горле кашель. Ей не хотелось расстраивать Хэля ещё и тем, что она, дурочка безмозглая, умудрилась заболеть. Возражать на предположение знахарки о том, что Хэльмаарэ — её муж, Нувиэль тоже не стала, только покраснела совсем и перестала даже смотреть на телохранителя. Мысль, посетившая её столь недавно, о том, что её верный пёс влюблён в неё, оттого и последовал вслед за своей принцессой на край света, понимая, что такое вольнодумие грозит ему виселицей, ещё не успела выветриться из головки принцессы. Зато выцветала краска.
Знахарка вернулась совсем скоро, неся простенькое льняное платье, на которое надевались шерстяной передник и кофта на завязках. Грозно посмотрев на обоих эльфов, ползающих на карачках по полу, хозяйка ещё раз хлестанула Накилона по голове, отругав за то, что неблагодарное исчадие Бездны оставляет разводы, поджала губы при взгляде на Хэля и загородила собою Нувиэль. Прежде, чем принцесса успела пикнуть хоть одно слово, хозяйка начала обтирать её полотенцем, а после внимательно следить, чтобы ни один из эльфов и не подумал полюбоваться на юную красоту.
Нувиэль юрко справлялась с платьем, которое совсем недавно не смогла бы надеть сама. Как только с одеждой было покончено, знахарка усадила её в кресло и вручила в руки чашу с травянистой наваристой жидкостью. 
Пожалуйста, позвольте ему отдохнуть, — взмолилась Нувиэль, сделав глоток и глядя на хозяйку широко распахнутыми глазами. — Несколько дней тому назад его ранили и он ещё не успел оправиться. Ему нужен покой и отдых. Я... я сама вымою пол, кастрюли, чашки, стены, потолки — всё, лишь бы отблагодарить вас за вашу доброту.
По выражению лица хозяйки стало сразу понятно — никакие полы драить Нувиэль она не разрешит. Позади раздалось фырканье, похожее на смех — кажется, исходил он от Накилона.
Вот так ты рождаешься принцессой эльфов, а как душа просит приключений — начинаешь драить полы в городах некромантов.
И... вашему дорогому знакомому тоже, он нас спас, — поспешно добавила Нувиэль, чувствуя, как её захлёстывает вина. Ведь без этого самого Накилона неизвестно, выбрались бы они или нет.
— Ничего-ничего, — покачала головой хозяйка, — не переживай за них, девонька. Они парни крепкие, от уборки с них не станется. Но муженьку твоему новая рубашка не помешает, — знахарка удручающе покачала головой, — как тебя зовут, девонька?
Её голос был полон ласки, заботы, доброты и нежности. После заплыва в ледяной реке, казалось, она забыла, что такое тёплая уютная комната.
Миримэ, — представилась Нувиэль вымышленным именем. И зевнула, понимая, как сильно хочется ей спать.
Знахарка вновь скрылась — на этот раз, отправившись за рубашкой для мужчины.

+1

4

В жилете на голое тело Хэльмаарэ чувствовал себя, как товар «Дома леди Генриетты» - одного известного в узких кругах борделя. На первый вид заведение походило на обычную таверну для господ, обставленную по последней моде. Вход в неё был дорогим и чаще всего по приглашению. Работали они с утра и до глубокой ночи, принимая посетителей, угощая их изысканной выпивкой и чаем, собранным с эльфийских полей в начале весны. Сразу и не заметишь, что в этом заведении что-то не так, но знакомых и проверенных посетителей приглашали в отдельные комнаты, где им подавали самые изысканные блюда и напитки, предлагали сыграть в игры, поговорить об искусстве, литературе, картинах, музыке, а после в компании прибавлялась красивая и образованная эльфийка или эльф, который прислуживал им, пока гость не изволит уйти. В одном из таких борделей он оказался с Нувиэль, когда они бежали из столицы, и Хэльмаарэ, увы, пришлось показать её вторую сторону красивого заведения – бордель.
Лучник, как и обещал, не смотрел в сторону Нувиэль, пока хозяйка помогала ей переодеваться в чистое и сухое платье, а заодно следил за одним рыжим эльфом, который пару раз, отвлекаясь от работы, пытался глянуть в сторону девушки. За порывы души и тела Накилон получал по боку или по руке мокрой тряпкой уже от Хэльмаарэ, а потом привычно отшучивался, мол, больно ему надо смотреть на девицу – и так всё увидел, когда она из воды вышла, будто фалмари из пены морской, светя всеми плоскостями и выпуклостями.
Убираться в жилете было неудобно, а уж со старой раной, встревоженной ночью и бегством, и дракой, и купанием в ледяной воде, Хэльмаарэ решил, что лучше без него. Оставив мокрую вещь на спинке стула, эльф докончил с уборкой, смыв все следы, которые наставили незваные гости, и перевесил жилет ближе к огню, чтобы быстрее просох, раз уж они остались в чужом доме.
- Марэ, - представился эльф, когда сверху донёсся голос удаляющейся знахарки, интересовавшейся именем «ревнивца».
Знахарка то ли не расслышала его ответ, то ли решила не отвечать. Хэльмаарэ не стал уделять этому внимание. Он остановился рядом с Нувиэль и тронул её лоб, прикрытый прядями подкрашенных волос; к ним уже возвращался их природный огненно-рыжий цвет. Лучник беспокоился, что принцесса могла заболеть из-за купания в ледяной воде и прогулки по ночному Пантендору, но очень быстро проблемы увеличились в масштабе, стоило заговорить одному эльфу.
- А обманывать нехорошо, - заметил Накилон, швырнув тряпку в угол.
Хэльмаарэ перевёл на него вопрошающий взгляд, и спаситель объяснился:
- Я слышал, как ты назвал её Нувиэль. Там, в море.
В голове лучника все события пролетели вихрем. Он вспомнил момент, когда в панике допустил ошибку и позвал её настоящим именем. Мысленно ругнувшись за собственную неосторожность, Хэльмаарэ нахмурился.
- Почему ты привёл нас сюда?
Накилон хмыкнул.
- Я привёл вас сюда, потому что вас преследовали, а вы явно не в состоянии уйти от погони или избавиться от неё своими силами. И я не знахарь, чтобы помочь тебе или ей.
Эльф успел протрезветь с первой встречи, но Хэльмаарэ постоянно казалось, что он что-то недоговаривает, а иногда будто бы находится мыслями в другом месте.
- Мне до сих пор непонятно, зачем это тебе.
- Мне тоже, - Накилон пожал плечами и сел на лавку рядом с камином. Капюшон он натянул на лицо, создавая вид, что собирается спать прямо здесь.
Несмотря на то, что этот парень расслышал настоящее имя Нувиэль, он, кажется, не понимал, кто перед ними или понимал, а потому помогал им. С какой целью – Хэльмаарэ не знал, но пока у них с принцессой не было другого выбора. Или остаться здесь или погибнуть где-то в подворотне. Он уже понял, что дома иш’Синдэ очень интересно, где находится эльфийская принцесса и какую выгоду можно с этого получить.

0

5

И всё-таки эти новые знакомцы приносили Накилону лишь проблемы – одна только растоптанная, в прямом  смысле этого слова, рука, а вместе с ней и гордость, чего стоила. Надо же было ему оказаться именно в том переулке, именно в этот злосчастный вечер. Он не исключал и того, что сам виноват во многих обстоятельствах, но иногда каждому хочется просто напиться и забыться. Это его никак не оправдывало и уж тем более не добавляло стати, но что сделано, то сделано. Всё-таки он живое существо и слабости тела могут изредка перевешивать мораль и здравый смысл. Особенно сейчас, когда он очень смутно помнил самого себя и мучился от головных болей высшего, по его мнению, порядка!
    Эльф поёжился, сидя на лавке. Зачем он помогал им? Всё просто – именно сейчас так сложились обстоятельства. Наку не нравилось быть заложником ситуации, но не всегда всё идёт так, как того хочет отдельная личность. Да и раз уж начал, то и бросать всё на полпути совсем не дело. Конечно, мужчина понимал, что доверием к нему не пышут. Оно ему и не нужно. По крайней мере, сейчас. Он приложился к той самой бутылке, которую добыл по дороге. Опустим то, как, где и у кого эльф изъял данный напиток. Опустим и то, зачем Нак её решил раздобыть. Он ясно понимал, что привычки напиваться до беспамятства у него нет, но от одной бутылочки от него не убудет.
    Пока Нак рассуждал про себя о том, что происходило и о том, что происходит, хозяйка домика спустилась с новой партией сухой одёжки, коея, судя по всему, не полагалась давнему приятелю женщины. Ну, что ж, и без неё вполне неплохо. В каком-то смысле в мокрой, липнущей к телу одежде есть свой шарм… Голова после столь резкого охлаждения рук, ног и всех остальных частей, прояснилась, но место «старой» раны неприятно пульсировало, напоминая о том, что Накилон всё-таки не всемогущий и не бессмертный, а запёкшаяся кровь, будто шептала: «не стоит так яро геройствовать».
    — Вот, накинь уже, не щеголяй с голым торсом по дому, — женщина выдала ту самую рубаху, за которой и отправилась наверх, длинноухому, — не хватало ещё на мою голову, чтобы вы тут с простудой из-за переохлаждения слегли.
    «А я, значит, слягу от переохлаждения – ничего страшного. О Алиллель…» — своим же мыслям ухмыльнулся рыжий. Он бы мог использовать заклинание, чтобы согреть себя, но ему не хотелось без особой необходимости прибегать к этому. Ситуация уже давно не критическая, так зачем распылять свои силы на то, чего можно добиться и стандартными методами?
    Он наблюдал за парочкой, всё-таки то имя, которым Марэ назвал девчонку, было для него не ново, где-то он его точно слышал. Да и она сама вызывала в нём какое-то странное ощущение тепла, будто напоминала кого-то – опрометчивые поступки, едва проступающие рыжие локоны, юная девчонка, которой хотелось явно большего, чем было позволено. Накилон всё дальше уходил в себя и слегка отключался от реальности, следуя за своими мыслями. Быть может он бы смог даже ухватиться за них и вспомнить, что же или кого же ему напомнила эльфийка, если бы не одно но…
    — Так! – громкий хлопок где-то над ухом вернул его в реальность, — ребятки, рассказывайте всё – лечить будем ваши руки, ноги, головы…
    — Особенно головы! — отхлебнув и откинув бутылку, Накилон язвительно заключил, что головушки «ребятам» стоило бы подлечить в самую первую очередь. Он не обделял и себя в этом высказывание. Уж кому-кому, а ему с головой давно подружиться стоит – сидит в мокрой одежде, так ещё и мокрым плащом поверх укутался. То ли глупость, то ли храбрость, — хозяюшка, может, едой нас побалуешь горячей? А потом мы весело поболтаем.
    Накилон всё-таки скинул плащ и рубаху поближе к огню, чтобы просушить их. Ему пощеголять голым торсом можно, кто ж скажет слово против? А ведь и сказали, и указали, и отправили на второй этаж за тем, что можно накинуть. Возмутительно – самое слабое слово, которым эту ситуацию можно описать.
    Что происходило внизу, пока Нак рыскал «на верхах», ему неизвестно, но то, почему женщина не принесла ему рубаху, стало ясно – ему пришлось накинуть какой-то странный халат, за неимением иных вариантов. Благо халат был почти в пол, и ему можно было без особых угрызений совести снять и штаны. А совесть у Накилона была, кто бы, что не говорил.
    Спустился вниз он уже к тому моменту, когда и «ревнивцу» было выдано что-то горячее, ярко пахнущее травами, а на огне грелась похлёбка.

+1

6

Хэльмаарэ с благодарностью принял рубашку, и под взглядом Нувиэль – слишком обеспокоенным его состоянием – быстро натянул её на себя, стараясь скрыть гримасу боли на лице. Эльфийка понимала, что рана, загноившись, создаёт много проблем. Своими силами они не смогли должным образом ухаживать за ней, именно поэтому Хэльмаарэ так торопился вверить её в руки её семьи. Купание в холодной воде не пошло эльфу на пользу уж точно. О себе она не переживала и, греясь у очага, сидя на лавке, Нувиэль следила за Хэлем, не слышала разговора – все её мысли занимал именно лучник и ничего другого. Она не чувствовала ни тепла, ни холода, ни колкости чужих вещей не по размеру. Хозяйка дома побеспокоилась, чтобы эльфийка смогла как следует отогреться, а заодно не светить телом в обществе двух мужчин.
- Со мной всё в порядке, - отмахнулся Хэльмаарэ. – Позаботьтесь о Миримэ.
Нувиэль нахмурилась.
- Загноившаяся рана – это «в порядке»?
Эльфийка не скрывала недовольства. Неприятное напряжение повисло между ними и ощущалось в воздухе. Хэльмаарэ даже за пределами королевского дворца не мог избавиться от обязательств телохранителя – заботиться о принцессе в ущерб себе, но здесь не было ни дворца, ни её матери, ни какой-либо существенной угрозы её жизни. Если не считать преследователей. Простуда – это не угроза!
Хозяйка решила взять всё в свои руки.
- Это тебе горячее, - она вручила в руки Накилона пустое ведро, - на улице наберёшь. Там колодец есть.
На похлёбку это не походило.
- А ты, давай, не егозь – показывай, что у тебя там под тряпками, - она сурово посмотрела на Хэльмаарэ, засучивая рукава рубахи. – Смогу – помогу, не смогу – лопату дам твоей жене.
Нувиэль стало не по себе от такого юмора – это же был юмор, да?.. – но она ничего не сказала, а только надеялась, что жажда жизни и здравый смысл у эльфа не выветрились с горячкой.
- А ты мне лоскуты подай, - не оборачиваясь к эльфийке, бросила хозяйка, поторапливая её взмахом руки, - да новые нарви! Не целую же тряпку, а! Непутёвая какая у тебя, - вздохнула без злобы женщина, продолжая возиться с осмотром раны. – Ба! Да ты помереть тут решил, ушастый! Сам дурак и девку помучить решил? Башка дурья, - отсчитывая, она оглянулась, пытаясь решить, кого в этот раз работой завалить. – Котелок с водой в очаг. Да поленья подбрось! Живее-живее! И лоскуты в него! Да все кидай, не по одному! Горе мне в с вами…
Нувиэль старалась всячески угодить хозяйке. Она забыла, что, в отличие от одежды, никакой обувь ей не дали – так и бегала босиком, подавая то лоскуты, стараясь нарвать ленты нужного размера, то таская корзину с как-то разнотравьем непонятного ей происхождения. Всё, что угодно, только бы Хэльмаарэ позволил себя обработать. Так торопилась в очередной раз, что даже налетела на их спасителя – и ведь даже имя его забыла!
- Прости.

+1

7

Ну конечно всё снова пошло через одно место. Ни еды, ни воды, вместо этого Накилона припахали. Пустое ведро вместо того, что могло согреть тело и дух и направление в сторону улицы за водою благодатной  – вот что получил эльф в благодарность за то, что сделал. Его будто мальчишку какого шпыняют и указывают, что ему делать. Он бы помог и если бы по-человечески попросили, но вот от такого отношения хотелось кинуть это ведёрко где-нибудь в переулке, да пойти восвояси, куда глаза глядят. Однако, Накилон был благодарным и благородным, во-первых, эта женщина спасла ему жизнь, откачала и выходила, он мог позволить ей что-то такое, пока та не злоупотребляет слишком сильно – в этом была его благодарность. Во-вторых, он не мог просто бросить людей, с которыми был повязан хорошей потасовкой и совместным купанием, после такого, он, как приличный мужчина, обязан женитьс… сделать всё, что в его силах, чтобы потом его не мучила совесть – в этом была его благородность.
    Накилон направился на холодные улицы города, который одарил его пока лишь суровыми знакомствами с не самыми дружелюбными личностями и парочкой проблемных любовничков, которым явно стоило бы найти хорошего покровителя. Забавная картина открылась бы проходящим мимо – довольно высокий и статный мужчина со взлохмаченными алыми волосами, ниспадающими по тонкой линии явно женского халата, вытаскивает из колодца ведро с водой, тихо насвистывая странный мотивчик.
    Не успел он зайти внутрь и пройти чуть дальше в дом, как на него налетела «Миримэ». Он, конечно, мужчина, что уж тут скрывать, видный, но не так сразу, да и не при таком количестве свидетелей в объятья к другому бросаться. На всякий случай Накилон девушку всё-таки немного придержал, а то ещё запнётся за собственную же ногу.
    - Занозу не посади, а то сляжешь рядом со своим ненаглядным, - шутки шутками, но естественно, от одной занозы подобной жути быть не могло, но так сильно запустить, это ж как он у неё старался? Даже Накилона передёрнуло от того, что он увидел. Сила воли хмурного безусловно достойна похвалы, но довести до такого… тут уж только сочувствовать можно, это же насколько он подохнуть хочет, - не носись ты так. Успокойся, суета погоды не сделает. Она женщина, конечно, страшная, но не съест же, - сарказмом в его словах и не пахло, но и особо серьёзным тон его не был.
    Торопливость и суета делают только хуже, так казалось Наку, но люди любили это дело – спешить и других частенько подгоняли. Конечно, есть ситуации, когда нужно действовать моментально, но даже в них от суеты одни лишь проблемы. Откуда он это знал? Просто знал. Интуиция или память вкупе с интуицией, ему говорили, что это так. Доверять себе – первое, чему обязан научиться каждый. Накилон никому не доверял больше, чем себе, особенно сейчас, когда помнил даже этого самого себя не особо ярко.
    - На что только надеялся? – поминая всех богов, каких помнила, лекарь продолжала ругать и отчитывать парня, - благо, если всё обойдётся, но ты можешь и без ноги остаться и это ещё не в самом худшем случае.

+1

8

- За-нозу?.. – растерянно переспросила Нувиэль, хлопая глазами, и не понимая, что эльф имеет в виду. У неё из головы вылетело, что ноги босые. Первым делом она подумала, что эльф имел в виду именно себя, а как можно заработать заноз с чужого тела? Глупая мысль, как повелось, не задержалась в голове надолго. Эльфийка быстро вспомнила, что занималась помощью старухе, имя которой то ли забыла, то ли не спросила. – Это… это из-за меня, - сокрушенно добавила Нувиэль, когда спаситель пожурил её.
Она не стала ничего уточнять, но немного успокоилась и перестала бегать по чужому дому, как белка в колесе, которой раскалённую кочергу сунули под хвост.
Рана Хэльмаарэ выглядела плохо. Даже без лекарских знаний Нувиэль понимала, что лучник скрывал от неё ужасную правду. Края раны успели воспалиться. Тонкая и болезненная коротка на ране из-за купания в воде отошла сразу вместе с повязкой, как только женщина потянула её за край. Хэльмаарэ глухо рыкнул и, заметив взгляд девушки на себе, попытался при ней держаться. Испарина на висках выдавали его, как и холодный пот на коже. В свете очага он слабо поблёскивал.
- Ноги для лучника – не главное, - отшутился Хэльмаарэ и ахнул, когда лекарь, словно специально, приложила к ране тряпицу, аккуратно очищая её.
- А голова – вообще не положена, - ворчливо поддакнула женщина, не отрываясь от работы.
Нувиэль всё пыталась устроиться поближе, чем только раздражала и мешала.
- Да не сиди ты тут! – рявкнула на неё хозяйка. – Свет закрываешь! Поди вон там, - она дёрнула плечом вместо руки, показывая направление, - под полотенцем хлеб, а правее – сыр. Да не мне! Рыжему дай. И себе возьми. И не перечь!
Работа по дому была явно не по Нувиэль. Всем этим всегда занимался Хэльмаарэ. Она только сейчас поняла, что за всё время их путешествия так и не научилась самому простому. Даже приготовить скудную похлёбку и то не могла. Да и нож у хозяйки дома был большим, широким, не то что во дворце столовые приборы, которые подают к уже готовой пище. Но за работой было лучше. Нувиэль, пусть и думала о Хэльмаарэ и о том, выживет ли он, но кое-как смогла отрезать и ломоть хлеба – толстый, но ровный – и кусок сыра. Самой кусок в горло не лез, но эльфу она протянула и то, и другое, как велела хозяйка.
Целительница изрядно повозилась, приводя рану эльфа в порядок. Не выбирала выражений, когда чихвостила то одного, то другого. Сама упарилась и устала, когда наложила последнюю повязку, и полезла к ведру с водой, омыла руки, лицо, шею, вышла на улицу и выплеснула грязную воду на землю и только потом поставила новый котелок с водой на огонь.
- Ни за ранами ухаживать, ни жрать не умеете, - вздохнула женщина. – Горе мне с вами.
На столе появились кружки – все разного размера и формы – в них женщина разлила травяной отвар, сваренный в котелке, а потом взялась за еду.
- Ну, рассказывайте, какой демон за вами гнался, что вы едва живые пришли мои запасы переводить.
Нувиэль при этих словах стало не по себе. Хэльмаарэ явно с трудом сидел за столом и даже не пил отвар из кружки. Она привыкла полагаться на него, но эльф молчал, словно бы не слышал вопроса.
- Настырный жених, - выдавил из себя Хэль.

+1

9

Попытка заглушить чувство вины, забывшись в уходе за пострадавшим? Нак пожал плечами, это было не его дело, если ей так хочется этого – её право. Однако, парень явно имел и свою голову на плечах, что-то подсказывало рыжему, что не винит её благоверный в том, что валяется сейчас едва живой.
    К комментарию о ненадобности головы Накилону даже добавить было нечего – право слово, мысли его прочитали. Нак наблюдал за действом разыгравшимся перед ним, ребятки явно не привыкли к тому, чтобы ими командовали, да ещё и так резко. Когда же Миримэ взялась за нож, ему и вовсе стало не по себе, такое чувство, будто она его видела впервые в своей жизни и не знала, с какой стороны подойти к этому прибору. Длинноухий бы и помог, но, во-первых, это выглядело забавно, а, во-вторых, отбирать возможность познакомиться с новым не очень-то и хорошо. Протянутый бутерброд выглядел не так словно его сделал гений кулинарии, но вполне съедобно. По лицу девушки Нак понял, что если она и поест, то едва ли еда задержится внутри надолго. Лучше уж пусть сначала хоть немного успокоится.
    Ещё раз взглянув на раненого знакомца, от которого уже отошла «злющая» старушка, он сделал один простой вывод – забота о своём теле это очень важно. Если ты не можешь позаботиться о себе, то как позаботишься о ком-то ещё? Эта нелепая геройственность и самоотверженность удел либо глупцов, либо тех, кто осознаёт, что это последнее, что они вообще могут сделать, то есть тех, кто оказался в отчаянном положении.
    - Боже-боже! – она всё же оставалась женщиной, и такие сюжеты ей были явно по душе, - это что же получается, из-под венца сбежали?
    То ли у старушки глаза загорелись, то ли у Нака глюки на фоне головных болей появились. Ему не особо хотелось обдумывать, что из этого правда – живое существо порой так тяжело понять.
    - У вашего настырного жениха неплохие финансы и связи, а может и положение, судя по тому, что он разбрасывается наёмниками, - личность данного персонажа не особо интересовала эльфа, по крайней мере, пока. Купец, мелкий аристократ или не мелкий аристократ – это мог быть кто угодно, если поверить в такое оправдание преследованию. В любом случае, что было точно понятно в этой ситуации, так это то, что просто так этот загадочный «настырный жених» от них не отвяжется, и что же они собираются с этим делать? Долго бегать у них явно не получится, - готов голову дать на отсечение, - естественно, он говорил не о своей голове, - что вы не собираетесь бежать на край земли, лелея глупую надежду, что там-то он от вас отстанет. Да и о каком побеге туда сейчас вообще может идти речь, - он недвусмысленно поглядел на Марэ, - в любом случае, когда этот ваш настырный женишок поймёт, где вас искать – лишь вопрос времени, а его-то как раз и не хватает.
    К чему всё это было? Накилон не особо осознавал масштабов происходящего. Хотел ли он в это ввязываться? В идеале – нет. Однако, если всё не так просто, как может казаться на первый взгляд, то есть все шансы, что дать заднюю сейчас он просто-напросто не сможет.  Его видели в компании этих двоих, пусть и пьяницы, но видели. Если кто-то из тех наёмников всё ещё жив, то его запомнили. Все эти «возможно» складываются в тот неприятный факт, что его путь домой может быть слегка омрачён. Он хотел учитывать его, чтобы минимизировать все риски. Было ли в этом что-то ещё? Было, но это сейчас не было достойно рассмотрения – мелкая сентиментальность, не более.
    -  Итак, куда же вы собираетесь бежать? - он всё ещё помнил подозрительность во взгляде Марэ, но лучше уж прямо говорить, чем пытаться идти окольными путями, давая ещё больше поводов для ещё больших подозрений.

Отредактировано Накилон (24-08-2021 16:34:53)

+1

10

При упоминании «жениха» Нувиэль стало не по себе. Она не хотела становиться разменной монетой, хотя понимала, что рано или поздно мать подберёт ей удачную – на свой взгляд – партию. О браке по любви никто не говорил. У королевских особ – это всегда выбор положения, статуса и выгоды. Другого не дано. То, что делал род иш’Синдэ – прямое тому доказательство. За счёт её положения они пытались возвыситься, но даже так – это преступление. Неужели, они решили, что королева позволит им жениться на ней? Это же абсурдно!
Может, на самом деле они преследовали другие цели? Шантажировать королеву и принца? Отомстить им? Избавиться от членов династии, чтобы Мираэль сдалась и отдала королевство в руки другого рода?
Нет. В отличие от Хэльмаарэ принцессу точно не пытались убить. Зачем-то она нужна им живой и невредимой.
- Никто не собирается бежать, - Хэль высказал неприятную мысль, но они уже это обговаривали. – Девушка вернётся к своей семье.
Про себя Хэль ничего не говорил, потому что не был уверен, что доживёт до этого дня, а если и да, то итог один – он угодит на виселицу в столице.
- Она должна дождаться приезда своего брата, - Хэльмаарэ точно не знал, когда это произойдёт, но надеялся, что королева уже получила его письмо и смогла что-то предпринять. Он надеялся, что эльфийка не засомневается в достоверности письма и не примет его за ловушку. Иначе… иначе он не сможет своими силами защитить Нувиэль. – Нас двоих скорей всего будут искать, но если она сможет остаться здесь, у вас, до приезда её брата, то я постараюсь разобраться с проблемой, - Хэль поднял взгляд на Накилона, отчего-то надеясь, что здесь им помогут, предоставив временное убежище. – Торговый корабль поплывёт в Эденвел послезавтра. До этого времени у них есть шанс поймать её. В Эденвеле… её сможет защитить семья.
Хэльмаарэ не хотел признавать этого, но он был слишком слабым, чтобы и дальше заботиться о девушке. Путешествие на край света – это подростковая забава, которая была рискованной с самого начала, и он думал, что кто-то, прознав о побеге дочери королевы, решит этим воспользоваться. Это и случилось. Теперь он должен всё исправить.
- Мы можем встретиться с ним и поговорить, - предложила Нувиэль, не особо рассчитывая на то, что Хэльмаарэ согласится. Он с самого начала не хотел идти на сделку. Не без основания.
Нувиэль не хотела подвергать их опасности.

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Эпизоды » [24.05.1082] Эльфийская вежливость