Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре июль — август 1082 год


«Тайна забытого города»

Ритуал очищения и освобождения прошли успешно. В Зенвуле больше нет ни призраков, ни нежити, ни тёмной энергии. Экосистема города возрождается. В него вновь возвращаются звери и птицы. Проклятое Древо Костей в центре города полностью уничтожено, на его месте теперь стоит Страж-дерево. Болезнь Роза немёртвых полностью не исчезла, но теперь новых заражений не будет. Пока дух всё ещё в теле смертной девушки и мир полностью не очистился от тёмной энергии, которая растянулась далеко за пределы Остебена, болезнь останется.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Жатва»

Войска столицы направляются к городам-близнецам, чтобы дать бой Культу Безымянного и освободить Атропос и Акропос из-под гнёта культистов. Культ сдаёт Атропос без боя и стягивает силы к Акропосу, где разгорается полномасштабная битва. Первые Ключи из Силентеса активированы, что провоцирует Мёртвое древо поднять новое войско нежити и уничтожить всё живое, что есть на материке.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Джошуа Элиор Лангре Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [8.03.1082] Чёрный день на чёрном рынке


[8.03.1082] Чёрный день на чёрном рынке

Сообщений 1 страница 30 из 55

1

Или продолжение поучительной истории о том, как королевский бастард взял отпуск в разгар дворцового переворота и чем это обернулось.

- Локация: северное побережье Альвийских вод, Лунный край. Небольшое укреплённое прибрежное поселение.
- Действующие лица: Авель, Лина Ли, Рейнеке (Кайлеб Ворлак). Возможно – ГМ от лица преследователей.
- Происходящие события.
Предыдущий эпизод: [7.03.1082] An der kreuzung der wege
Прибытие Авеля в Лунные земли предварялось скучным днём, ознаменовалось веселейшим вечером, за которым последовала тоже ничего себе ночка. Бастард не только не смог, несмотря на всю свою предусмотрительность, незаметно ушмыгнуть от слежек – хвостов оказалось на четыре больше, чем он хотел видеть! И каждый хвост с каким-то своим интересом.
Встретившись с последовавшей за ним Лина Ли, пережив нападение купленных неизвестным ассасином рубак и познакомившись с секретничающим новым союзником Рейнеке, вампир продолжил своё путешествие в поисках Райлега Уайтсноу.
Одна проблема: если Лина – хвост раз, Рейнеке – хвост два, третий отрубили, то четвёртый – всё ещё где-то рядом, и это чуть ли не самый опасный из всех. Но времени возвращаться и искать преследователей прежде, чем они нашли новоиспечённый отряд, не было, поэтому путь продолжили дальше, надеясь, что пронесёт. Переночевав в покинутом прибрежном поселении, они решили срезать много часов пути на скорых крыльях Лина Ли.
Перелетев под пасмурным небом несколько бухт и гряд скалистых берегов, путники приземляются недалеко от небольшой рыбацкой деревни. Или тем, что кажется рыбацкой деревней.

- Дополнения:
• сейчас день, но погода скорее играет ночным жителям на руку: пасмурно, с моря дует зябкий сырой ветер.
• с предыдущей боёвки прошло около 12 часов, а, значит, восстановились все не полностью
• постфактум вся математика и кубикометрика из эпизода вычищена, а очки начислены

Примечание к названию: биржевые игроки называют чёрными днями недели события, во время которых происходит внезапное потрясение рынка. Чёрной пятницей зовётся также день предпраздничных распродаж в США, и вы можете посмотреть прекрасную серию Южного Парка об этом.

Отредактировано Кай (2014-01-16 16:52:39)

+2

2

Кайлеб с самого детства мечтал летать, и завидовал крылатым, не понимая, какая злая воля внушила им, что жить в людских городах и двуногих телах лучше. Зачем они променяли крылья на сомнительных друзей и разбрелись по миру? Он прекрасно видел причины сдержанного, но сильного негодования Тардрика: народ, который не живёт едино, как народ, теряет своё лицо и себя вместе с культурой.
Полёт – это безграничное чувство свободы, радости, первобытного и самого презираемого цивилизованными зазнобами счастья. Что-то подобное, но в урезанном варианте, пожалуй, испытывают люди, прыгая в чём мать родила с разбегу в озеро. Ну, за редкими не умеющими плавать исключениями.
Вот Кай, например, большой воды боялся, ровно как и нырять с головой. Когда ему было четыре года, его кинули в пруд, и он чуть не утонул. Навязчивая фобия не отпускала его даже теперь, в тридцать проклятых лет. Это, вкупе с хмурыми весенними волнами далеко внизу, а так же утверждениями Четвёртого, что магу, изображающему из себя вампира и без колебаний перерезающему глотки врагам выть от радости как-то не солидно, удерживали в узде его восторг и крепко прибивали к плечу и гребню драконицы руки.
Наконец, состояние "и весело, и боязно" закончилось. Ещё на земле некромант предупредил девушку, что они ищут и как лучше перестраховаться, поэтому приземлилась она без дополнительных инструкций, сама, на небольшом голом утёсе над скалами в какой-то полумиле от запримеченного, наверное, ими всеми прибрежного поселения. Рейнеке не слишком изящно и ловко сполз животом по чешуе и опустился на неверные ноги. Первым делом после этого его рука поправила маску.
Мне бы в небо, мне бы в небо,
Здесь я был, а там я не был
, - промурлыкал себе под нос Варлок, разминая ватные и затёкшие конечности. Он повернулся к спутникам.
- Спасибо за полёт. Я провёл в Лунных землях несколько лет, слышал множество историй, изучил вживую, по картам и с борта корабля, но и мечтать не мог взглянуть сверху, - по интонации мужчины было понятно, что под капюшоном и маской, спасавшими его от просвечивающих сквозь облака солнечных лучей, он улыбается. Да, может, такое казалось немного странным, но разумные существа тем и отличаются от животных, что их обучаемость и багаж знаний пополняются благодаря растянутому детству. У иных гениев искреннее детское любопытство остаётся на всю жизнь. У некоторых из них – принимает довольно извращённые формы. Но не нужно о грустном.
- Кстати! Лина – верно? Твой веер и меч… ты сама откуда родом?

+3

3

Лина Ли всегда с некоторым сожалением обращалась в человека.  Это потрясающее  чувство ощущать себя колоссальных размеров разумным существом, обладающего безграничной физической силой, завидной мощью, а, главное, крыльями, дарящими ни с чем не сравнимое чувство свободы, когда тебе подвластно само небо, не имеющих препятствий, стен, лабиринтов улиц. Свобода в чистом виде. Главное, не попадать в центр стай перелетных птиц.
Она почти не чувствовала веса двух своих спутников, пытавшихся удержаться на громадных драконьих боках, придерживаясь за шею. Она не знала, как им там приходилось, но сама едва сдерживала собственные порывы рвануть на всей скорости вверх, сделать парочку мертвых петель, баловаться, играться с облаками. Дракон шумно клацала огромной пастью в воздухе, заменяя этим смех. Будь тем, кто ты есть. Эта фраза отца прочно засела в голове Лина Ли, возможно, поэтому с такой легкостью согласилась побыть в качестве ездовой лошади, хоть и без уздечки - увольте, это ни за какие коврижки.
Быстрым полетом они экономили себе время, вдобавок пытаясь оторваться от назойливого хвоста. Они и так потеряли  достаточно часов на отдыхе в башне. Хотя силы девушки восстановились, проснулась она разбитой, как антикварная ваза. Сны. Это бредовое смешение реального и вымышленного, прошлого и будущего, существующего и несуществующего. Нет, ей не снились реки крови, хотя, пожалуй, их она ожидала больше всего. Сны показывали ей тайные тропы и она шла по ним одна в темноте, видела впереди широкую спину отца, но не могла позвать его. Он обернулся к ней сам, как-то виновато улыбаясь:
- Лина Ли, ну, чего так долго?
А потом она оказывалась на отвесной скале, а ее отец в облике красного дракона, сидел на вершине.
- Я устал ждать, - распахнулась огромная клыкастая пасть, затапливая все окружающее пространство огнем.
Это заставило ее вздрогнуть и проснуться, понять, что ладонь, которой она сжимала рукоять меча, свело судорогой, так крепко она вцепилась в нее.

На побережье было прохладнее, погода решила похмуриться, а чуть позже, скорее всего, разрыдаться. Давило тяжестью свинцовых туч, подгоняло путников промозглым ветром. Девушка завернулась в теплый плащ, отметив про себя, что в истинном облике ее не волновала меланхолия Рейлана. Впрочем, человеческое обличье давало свои преимущества, например, она могла хоть поговорить со своим спутником.
- Думаю, не каждый может похвастаться, что летал на драконе, - дружелюбно улыбнулась она ему, она не могла отгадать, как относится к внезапно появившемуся проводнику Авель, хотя и чувствовала его подозрения. Но Рейнеке пока ничем себя не выдал, если ему было чем себя выдавать, - я родилась в горах Алавес, - продолжила девушка, неопределенно махнув в сторону,- где-то в самом сердце, где есть только камень, миниатюрные долины и огромные пропасти. Там наш дом и небольшое поселение людей и ульвов. Но это самые красивые места Рейлана! -Мечтательно выдохнула Лина Ли, вспоминая отвесные леса и бесчисленные водопады, обширные цветущие поля на горных склонах и таинственные пещеры, светившиеся ночью кристалами. Память рисовала девушке их двухэтажный особняк, маленький снаружи, но такой просторный внутри. Мастерская отца, с огромными окнами, откуда проглядывался горизонт. Ее собственная комната, в которой она никогда не закрывала окна, чтобы ветер играл и звенел многочисленными подвесками. Ей казалось, что это было так давно, но на самом деле... о, Великое Пламя, она же не написала письмо матери, отделавшись многозначительный запиской несколько дней назад. Лина Ли понадеялась, что Кирин не напридумывала кучу небылиц, где бы могла сгинуть ее дочь. Впрочем, такими уж небылицами они бы были?
Девушка вздохнула, вспомнив о матери, вспомнив, сколько боли причиняет ей, находясь здесь.
- Мама любила рассказывать мне в детстве разные истории, - грустно улыбнулась Лина Ли, - она говорила, что когда-то в горах жил очень гордый и заносчивый дракон. Его звали Шенг. Он был уверен, что ему подвластно все, за что он бы не взялся, хотя другие драконы пытались разубедить его в этом. Но он действительно был очень способным и талантливым. И вот однажды, один старый дракон сказал: ты убедил нас всех своей силой и своим мастерством, но сделай для старика одолжение, достань самую яркую звезду небосвода, что сияет над горизонтом. Шенг сразу же согласился. Он забрался на самую высокую гору, но никак не мог дотянуться до звезды. Тогда он взлетел, и летел до тех пор, пока тело и крылья не превратились в лед. Но он не останавливался, пока не заледенело его сердце. Он упал с огромной высоты и его ледяная статуя разбилась об эту самую высокую вершину на очень мелкие осколки. Поэтому созвездие над самой высокой горой так похоже на дракона.
Девушка улыбнулась, разглядывая даль, словно могла увидеть подтверждение своему рассказу. Эта история... сейчас она ассоциировалось у Лина Ли с Райлегом Уайтсноу. Не полетел ли отец за тем, до чего не сможет дотянуться, и что в скором времени убьет его?
- Этот меч сделал мой отец, - сказала девушка, показывая Рейнеке витиеватые узоры на нефритовой рукояти, - он мастерский оружейник. Крыло дракона, - Лина Ли слегка вытянула меч из ножен, показывая клеймо между клинком и гардой, - его отличительный знак. Впрочем, его оружие всегда легко узнать по великолепной отделке ножен и рукояти. А веер, - девушка вздохнула, - это подарок моего отца. Забавно, но иногда мне начинает казаться, что он знал, что меня ждут полные опасностей приключения, раз так настойчиво пытался сделать из меня воина.
Меч снова вернулся в ножны, и дракон усмехнулась сама себе. Ну вот, а раньше она была не такой разговорчивой. И доверчивой.

Отредактировано Лина Ли (2014-01-17 12:45:38)

+3

4

Новый день пасмурным серым туманом накрывал землю, не предвещая ничего светлого, что могло бы хоть немного очистить разум. Голова Авеля была полностью забита, и радоваться красотами небес и того, что можно было рассмотреть с высоты полёта, вовсе не получилось. Все поступки, деяния, встречи и разговоры крошились мелким мусором, захламляя память настолько, что разобраться, где полезные вещи, а что стоит просто распылить в небытие, оказалось достаточно сложно. И он медленно, но верно разбирал груды завалов в своей голове, надеясь успеть навести хотя бы минимальный порядок к моменту их приземления.
Холодный ветер трепал рваную одежду. Ворон подумал, что было бы неплохо сменить эти лохмотья на что-то более приличное и тёплое. Пусть и окружающая погода волновала его меньше всего, как сейчас, так и всегда.
Наконец, полёт завершился. Не обращая внимания на спутников, бастард, оказавшись на ногах, принялся осматривать их станцию посадки - утёс, а также высматривая поселение, к которому, скорее всего, и будет их дальнейший путь. Рейнеке мило общался с Линой. Девушка смогла раскрыть ещё одному знакомому свои личные переживания посредством воспоминаний о доме. Авель чувствовал, что приобретая союзников, с которыми можно было без страха разговаривать о наболевшем, девушка приобретает всё больше уверенности в себе и своих силах. Она не одна, а это много значит для путешественника, отправившегося в неизведанность за одной-единственной целью.
Усмехнувшись, Ворон развернулся навстречу холодному ветру, глядя на горизонт.
Рейнеке почти ничего не говорил о себе, но он много знал об Авеле, потому принялся расспрашивать другую спутницу. Из этого можно было сделать вывод, что присутствие Лина Ли для странного вампира - такая же неожиданность, как и для самого Авеля. Она изменила, возможно, чьи-то задуманные планы, кто знает, что бы произошло иначе, как бы всё сложилось.
Несмотря на то, что это опасный путь, мне спокойно, когда ты рядом.
Он старался не думать о оставленном в Северных землях дворце со своими проблемами. Здесь, решая другие задачи, можно было отдохнуть от извечных интриг. Но несмотря на расстояние, он не мог избавиться полностью от того, что ему следовало ещё продумать и решить, в чём поучаствовать, что перевернуть ради себя и ради других, кто ему верил.
Элен, где ты сейчас? Вместо обещанных Шейниру поисков сестры, Авель ринулся совсем в другую игру, в которой его поджидал необычный сюрприз. Рейнеке, для чего ты здесь? Кто направил тебя ко мне? Зачем? Те вопросы, которые останутся неразгаданными, если не приложить максимум усилий.
Наконец, взглянув на спутников, Ворон подошёл к Лине.
- Красивая история. И поучительная в какой-то мере.
Он мимолётно улыбнулся и перевёл взгляд на вампира.
- Мы пойдём туда? - кивком головы указал в ту сторону, где располагалось нечто вроде деревни.

+3

5

- Дважды, - коротко откликнулся Рейнеке. – Но первый раз мы спешно удирали, поэтому наслаждение было спорным.
Образ, сотканный Кайлебом, был убедителен и реален с любой стороны, с какой не подступись. Его клыки и ногти носили след крови вампиров клана Виан, но он не был ни приземистым, ни излишне, как он думал сам, хищным. Обращенец, словом, и есть обращенец.
Скажи мужчина "я был наёмником" – не солжёт и многое пояснит из своих знаний и умений. Элитные наёмники вполне могли обладать и высшей магией, и быть грамотными, и иметь какое-то образование – не все дети богатых семей согласны на спокойную и сытую жизнь, некоторые выбирают тропу войны добровольно.
Скажи "я был некромантом" – уже слукавит. Он был некромант, есть, и надеялся, что останется. Поэтому до поры Ворлак сохранял в рукаве "я скучаю по тёмной магии". Он очень хотел словить преследователей в пентаграмму-ловушку и пустить их на ману, но время не настало.
- Значит, я угадал, - тихо заключил Рейнеке, вслушиваясь в рассказ. Одновременно беспокойные руки проверяли и подтягивали ремни на перевязи с оружием. Он, конечно, подготовился не очень хорошо к дальнему путешествию (но он и не ожидал, что Авель, за которым нужно было следить, в оное рванёт): нужно было брать лучшую карту, еду и добротный кинжал по руке, коль скоро своего Нага Кай послал сестре с утешительной вестью. Наг… Кинжалы, в общем, никогда не были его оружием. Он любил аргументы поувесистее, например – топор – универсальный в любых спорах. Даже полеармы, несмотря на глубокую любовь некроманта махать тем, что с древком подлиннее, проигрывали изяществу и утончённой грации с чавканьем входящего в череп топора.
А вы что думали? Кайлеб Ворлак – не "Ангел Смерти", Алек, мать его, Эарлан – ямы магических турниров он прошёл в самом начале своего пути и на них не остановился. Кайлеб Ворлак – профессиональный и эффективный массовый убийца. И на две пятых своей души он этот факт в себе безмерно любил.

- Замечательная история! Я её не слышал… А меч и веер я потому и заприметил, что уж очень они… характерные, м?
Вообще, о западных Лунных землях Кай слышал гораздо меньше, чем хотела бы знать ненасытная тяга Варлока к песням и балладам. Но, когда истребляешь ульвов десятками собственными руками, они не очень охотно делятся историями о своей родине. Большую часть информации он получил, пока лежал в конце семьдесят пятого года с разбитой головой в лазарете. Тоже в небо за звёздами лез, и спасибо, что не расшибся.
- Поведёшь? – повернул он голову к Авелю, но дожидаться не стал, и первый спустился-сбежал по крутому склону под полог редкого, но здорового, пахнущего жизнью леса.

Поравнявшись чуть позже снова с драконицей, Кай продолжил культурное просвещение.
- А я вспомнил другую историю, которая меня культурой горцев и заинтересовала когда-то. Слышал я, что в горах Алавес стали селиться люди благодаря одной затейнице из крылатых, что, прибыв на кораблях беженцев, сразу пустилась дальше на запад, следуя зову судьбы. Госпожа Лун её звали, м-м? – некромант находил это занимательным, ведь многие огненные народы воспевали огонь подземный, земной, но не звёздный, как жители гор. Но и не удивительно – ближе к звёздам живут и летают – больше смотрят на небосклон. – Говорят, что она была рождена среди первых искр мира, и ещё задолго до гибели первого дома ей было предсказано прожить семь раз тот же срок, что отжила, а было ей сто одиннадцать лет, и увидеть смерть правнуков прежде своей, а она засмеялась и приняла пророчество с гордостью. Рассказывают, что белый цвет её крыльев был самого сияющего звёздного оттенка, и волосы, и пламя – тоже, лишь глаза янтарные, и что красоте её облика - что женщины, что драконицы - завидовать могли многие смертные и тогда, и сейчас. Легенда также гласит, что она была столь непревзойдённой мастерицей иллюзий, что её дом на горном озере: и стены из невиданного в этих краях дерева, и постели, и яства – были сотканы целиком из чар и снов, но приносили отдых и насыщение неподдельно, и проваливались под гостями лишь по воле игривой хозяйки. Куда исчезла Госпожа Лун, никто не знает, правда, кого ни расспрашивал. Говорят, что просто однажды ночью огни её дома погасли до рассвета, сокрыв его во тьме, на следующее утро в воде от него стояло лишь отражение, а вечером над озером появились светлячки, и с тех пор их там видят каждое лето.

Какое-то время Рейнеке шёл молча, заново обдумывая легенды. Не оттого ли ему они так нравились, что его самого тянуло к владениям звёздным, а не земным? И к женщинам, если подумать, тоже. Колдун ненадолго прикрыл глаза, позволяя несколько шагов стопам отчеканить на ощупь.
Мысль о Глациалис позволила вспомнить о кое-чём важном.
- Ворон! – окликнул мнимый вампир. – Кошель же со вчерашней добычей у тебя? Когда мы ступим в поселение, нам стоит разделиться и присмотреть припасы по отдельности, чтобы сильно не привлекать внимание.
Замечание пришло на ум очень вовремя, потому как скалистый перелесок снова рванул круто вниз, выводя их на уступ прямо над деревней.
- Стойте! – осторожно беря девушку за рукав и отводя назад за сосну, скомандовал некромант. Из улыбающейся лисьей маски его тон сделал маску почти зловещую. – Позвольте, я расскажу кое-что, что я знаю об этих местах, что вы могли не знать или забыть.
Рейнеке прочистил горло, окинул взглядом поселение, и начал:
- Первое: в Лунных землях нет закона, а к этому побережью пристают все пираты Альвийских вод. Не исключено – нет, скорее всего – деревня живёт и процветает грабежом и чёрной торговлей, так что лица попроще и манер поменьше. Второе: прежде информации нам нужна еда – на четыре дня минимум, два одеяла или плаща, зелья, если будут сносного качества, пара прочных тросов по пять, нет, шесть-семь ростов, крюк и, пожалуй, снасти. По ценам лимит на всё, с едой и разговорами – два с половиной золота. Будет выходить больше – ну их нахрен, я легче перенесу всех магией в большой город – отоспимся и помоемся за меньшую цену, и жизнями рисковать не будем
Да, если спутники не заметили, что их крёстный фей – весьма продвинутый маг, самое время сообщить.
- И последнее: слёту ничего не покупаем. Лина, иди с Вороном или со мной, тебе одной опасно. Накинь на голову капюшон – сойдёшь за вампира или паренька, зачарование поможет. А теперь… - никто никогда бы не подумал, что гроссмейстер Культа Безымянного не будет иметь при себе денег на самые большие из срочных расходы, оттого Кайлеб и не имел. Он совершенно беззастенчиво протянул руку к крестнику и несмущённо попросил: – Золотой или около того, пожалуйста. С такой суммой легче торговаться.

Отредактировано Кай (2014-01-17 20:33:04)

+3

6

Едва девушка покинула горы Алавес, сломя голову бросившись на поиски отца, она представляла путешествие не  чем иным, как забавной прогулкой. Спроси кого надо и клубок покатится в нужном направлении, а девушке останется только вприпрыжку бежать, чтобы не потерять его из виду. Хорошо хоть меч и тэссэн взяла. Потому что считала необходимым атрибутами путешественника. Верно говорил ей внутренний голос: глупый дракон. Хоть оказалась полезной своим спутникам в истинном обличии.
А то, что реальность не такова, какие сказках, легендах и песнях, она поняла сразу же, когда ее нога в легком сапожке ступила на территорию вампирских земель. Именно тогда, бродя по городу по неизвестным ей улицам, встречаясь взглядами с неизвестными ей людьми, глупая певица осознала, что одна по этому шаткому и сомнительному пути она не пройдет. Ее толкнули на улице, ей крикнули проклятие, в нее бросили чайник. Раньше все было по-другому. Высокая и сильная фигура отца защищала ее, при нем она получала только похвалу за безупречную игру, восхищение за необычный голос. Она никогда не оставалась одна, отец всегда был рядом, всегда готов защитить ее. Возможно, поэтому, она искала защитника в Авеле, и только Великое Пламя, наблюдая за девушкой, не позволило ей ошибиться в выборе союзника. Друга. Кто, как ни он вселил в нее надежду на успех в ее цели, научил держать меч и обращаться с драконьим огнем. Ведь только благодаря его урокам, она выжила в той переделке. Ворон оставил поиски сестры, ради помощи дракону. А сам был мрачнее, чем туча, и  казалось, что он взвалил на себя всю ношу этого мира. Возможно, он был обеспокоен насчет Рейнеке, возможно, насчет хвоста, возможно, насчет того городка, в котором они должны были оказаться.
Девушка мягко опустила вампиру руку на плечо, улыбнувшись лишь уголками губ. Так, чтобы поддержать, чтобы он знал, что в этом путешествии он не один. А хотя бы с обузой в виде одного дракона.
- Это потрясающая легенда, Рейнеке, - искренне произнесла она, поворачиваясь к проводнику, - вы... эм... ты действительно знаешь эти местности. Ты вырос здесь? Такое чувство, что каждая тропка исхожена тобой вдоль и поперек.
Она не слышала эту историю даже от матери. Лина Ли улыбнулась, она обязательно расскажет ее ей, когда вернется.

Проводник остановил спутников,недоходя до селения. От деревушки веяло угрозой и агрессией, страхом и отчаянием. Тоже самое девушка чувствовала и там, в порту, перед тем как завязалась настоящая бойня. Каждый удар был еще свеж в памяти, она помнила искаженное болью и злостью лицо противника. Она запомнила, как ее мутило от запаха крови и выворачивало от одного лишь взгляда на обезображенные трупы. Дракон тряхнула головой, пытаясь заставить память не рисовать столь яркие картины. Девушка не хотела повторений подобных стычек. Поэтому послушно натянула на глаза капюшон.
- Я пойду с Авелем, - ответила она, - насчет карт, думаю, не стоит беспокоиться, я прихватила кое-какие из Мирдана, возможно, они точные.
Лина Ли открыла сумку, показывая несколько туго свернутых свитков. Конечно же  умолчала о мальчишке, доставшего все эти вещи. Уж откуда он вытащил карты пустошей, она не уточняла - не было времени, но определенно не от отца-охотника.
- Кошель у меня, - через короткую паузу ответила девушка, ощупывая сумку. Рейнеке швырнул еготогда  ей, отвлекая от дурных мыслей, а она даже не помнила, как положила в сумку, - она вложила монеты в его протянутую ладонь, добавив -  ты тоже будь  осторожнее.
Конечно, Рейнеке впечатлил ее упоминанием о магии, да она успела оценить их и на практике, чтобы понять, что их провожатый не ахти кто, может, и не зря Авель так беспокоится насчет него. Но тем не менее, он был их союзником, а  осторожность не помешает никому.

+3

7

Ответить Авелю не пришлось, так как Рейнеке первым ринулся в сторону деревни. Оставалось лишь следовать за ним, что подразумевало всё же некую форму доверия, несмотря на те слова, сказанные накануне вечером. Не доверяй Авель незнакомцу полностью, не отправился бы вслед за ним и не разрешил Лина Ли находиться рядом. Это можно было назвать взаимопомощью, на которую отчасти рассчитывал Ворон, понимая, что вдвоём без проводника они далеко не продвинутся. А здесь добровольный, да ещё и без лишних трат.
Снова потекли байки, теперь уже от лица вампира в маске. Краем уха прислушиваясь к словам и по прежнему шагая позади всех, бастард успевал подметить пройденный путь, рисуя в голове карту обратного маршрута. Вдруг пригодится. Я бы тоже не отказался встретиться с этой госпожой Лун, - подумалось одновременно с завершением легенды, но вслух не произнёс, решил приберечь свои мысли при себе.
Почувствовав прикосновение к плечу, Авель обернулся к Лине, одарив её задумчивым взглядом. Постарался улыбнуться в ответ, правда, вышло криво, но зато от всей души.
В наступившем недолгом молчании, сопровождающемся только топотом ног путников, Ворон осторожно присматривался к их новому "другу", прибавляя к ранее полученным данным новые факты. И то, что собиралось в итоге, не совсем нравилось королевскому полукровке, однако это приближало Рейнеке к дворцовым делам и к тому, кто мог стоять на ступень выше него, оставаясь в пределах Северных земель. Или нет.
Авель поднял глаза на слова о кошельке, который до сих пор хранился у Лины, и никто не осмеливался отобрать его у девушки. Он перевёл взгляд на ученицу, которая не сразу сообразила, о чём речь, продолжая идти вперёд.
Я бы не хотел расходиться, да и кто заподозрит троих новоприбывших, возможно, искателей приключений или чего ещё. Здесь вряд ли бродят поодиночке, сбиваться в группу намного удобнее и безопаснее. Разделение, скорее всего, предполагало что-то, чего Рейнеке не договорил. Он знал эти места и мог отправиться куда-то, где присутствие Авеля и Лины нежелательно. Кто знает, что на уме у этого новообращённого. Хотелось лишь не нарваться на предательство и подставу, остальное переживётся. Боязно было не за себя, ибо сам выкрутится, но не ручается за безопасность спутницы.
Внезапная остановка сбила с мысли. Авель едва не вписался в спины впереди идущих, вовремя затормозив и с удивлением воззрившись на проводника. Объяснения, конечно, могли здорово помочь в незнакомых землях, потому всё услышанное пришлось хорошенько припомнить. Да и то, что необходимо достать для последующего путешествия, тоже.
Еда, плащи, тросы, снасти... А зачем карты, если ты и без того здесь всё знаешь?
Прищурившись, бастард обернулся в сторону поселений, предчувствуя, что запланированная прогулка за покупками выльется им в новую неприятность. Ладно, морду лопатой и меньше манер. Понял. И кивнул в знак согласия.
Пока девушка возилась с сумкой, Ворон припомнил, что его сбережения на дорогу располагались в разных местах. Самые ценные - несколько золотых, находились во внутреннем зашитом наглухо кармане рубашки у сердца. Остальные вперемешку располагались в других потаённых местах одежды, и несколько серебряшек в мешке с книгами. Вслед за Линой, он вытянул один сьер из рукава и положил в протянутую ладонь поверх остальных монет, накрыв на мгновение своей ладонью и заглядывая в глаза вампира сквозь маску.
- Это в довесок. Встретимся позже, Рей.
Руки - не меньший проводник энергии. Прикосновением можно передать болезнь, информацию, даже убить, или прочувствовать собеседника немного лучше. То, что смог вытянуть из простого прикосновения Авель, он лишь сохранил в памяти. На будущее.
- Идём, Лин.
Развернувшись, бастард двинулся вперёд. Деревня вырисовывалась неприветливыми серыми домами и столь же недружелюбными жителями.

+3

8

Быть и казаться – вещи разные.
Все бодрствовавшие личности Кайлеба были глубоко благодарны магу-исследователю, который в лазарете посвящал Потрошителя ульвов, кровожадную легенду войны, в историю и легенды края, по разным причинам. Варлок любил сказания и баллады – сам же их и исполнял, Четвёртый, который взвалил на себя обязанности совести, смог благодаря мягкому влиянию целителя-земляка подавить безумие, ну а Гроссмейстер? Можно было сказать, что Кай просто не дожил бы до его появления пятой личины, но эта скотина скорее ценила то, что ей в руки дали ещё один инструмент для достижения его целей. И всё было бы хорошо, и пусть бы думали спутники до поры то, что думали, но другие личности распорядились иначе.
- Нет, я никогда не был в этих местах, но что из нравов и просторов Лунного края не видел – знаю из первых уст, - мир опять не заметил, как одного Кайлеба Ворлака сменил другой. Музыкант и мистик просто поменялись местами, в нужном моменте, не прерывая, а укрепляя нить речи. Второй мог сболтнуть лишнего, Четвёртый же здраво судил, что можно, а что не стоит говорить даже в шутку, - Мой дом остался на рассветной окраине Рейлана, среди холмов и пойменных рек. Я нахожу в этом большую иронию, - рука мужчины коснулась лба маски и задела капюшон, жестом намекая, что он носит их не только из любви к таинственному виду, но из нужды скрывать кожу от света. И это было тоже правдой, отчасти. Он годами не видел родного солнца над пёстрыми полями, вряд ли оно поцеловало бы его в щёки ласково, наградив лишь рыжими веснушками.
- Я сейчас расплачусь, - саркастично прокомментировал Гроссмейстер. – Браво, я бы так не смог.
- Конечно не смог, - сказал с другого конца тёмного пространства Варлок, – ты же душевный урод и мог добиваться искренности, только призывая на помощь нас. А мы хотим домой.
Только дома – того, настоящего, всегда дающего новый старт, как глубоко бы блудный сын ни увяз – давно и нет. Ни дом Айрин, ни покои Глациалис не заменят покинутого своими же жителями и осиротевшего гнезда. А сердца некроманта уже не хватало на создание таких прочных якорей.

Затем последовал несколько неудобный момент с добычей – мужчина как-то забыл или не заметил, что мешочек отошёл к Лине, и даже не подозревал про карты – и о качестве содержимого понятия пока не имел тоже, но поверил на слово. Получив нужную сумму в двойном объёме – спасибо, Авель, добрая душа, выдал фею премию! – он хмыкнул, коротко и прямо посмотрев в лица спутникам, с кратким "Угхум" расстался с ними и отправился в деревню на поиски. Забавно, его фальшивое имя начинало жить отдельно от него. Рейнеке-Рей, Реджинальд-Реджи-Рейджи-Рей. Хм… Это можно использовать.
У Кайлеба Ворлака личин было много больше, чем пять: мелкие и крупные роли, но все они, тем не менее, отслужив своё уходили, давая ему быть хозяином самому себе. Кроме одноимённых двойников.
- Как мило с твоей стороны думать в круге так громко о собственных братьях, Варлок, - сказал Гроссмейстер. – И высокомерно. Ты всего лишь Второй, в конце концов.
Где-то в темноте ещё остаётся тот удравший из дома мальчишка, что не справился с обретённой свободой сам и начал тянуть из мыслимых и немыслимых измерений и зеркал более сильных, приспособленных двойников.

Не было смысла делить покупки: поселение не было большим, хотя на полутора улочках и, особенно, длинном причале с бесчисленными лодками было удивительно многолюдно. И не было бы смысла делиться, но видя окрестные вздымающиеся над морем утёсы, Кай подозревал об истинных размерах деревушки и обитателях. Больно уютными с неба выглядели эти бухты. Пришла пора проверить, чего стоит на этом берегу имя капитана Евы. Но, для начала, тросы.
Мужчина не стал даже расспрашивать у встречных, где купить. На него с его маской поглядывали косо, и он не собирался привлекать ещё больше внимания. Его легенда и для Евы, и для Авеля предусматривала богатый опыт общения с криминальными элементами, но насколько богатый – предстояло определить.

Простые приёмы логики, которыми многие люди и нелюди, увы, не пользуются, вывели его к первой линии домов у причала.
- Почему увы? Хвала изначальному пламени, что в мире так много идиотов – иначе б мы не процветали.
- Мы? Процветали? Не будь наивного и ленивого народа большинство, процветал бы весь мир.
- И поэтому ты манипулируешь людьми и добиваешься абсолютной власти, м, Варлок? Чтобы сделать хорошо абстрактному миру, а не себе? А ты понимаешь, что в глазах любого нормального человека ты – чудовище, которое попытаются казнить, едва раскроют?
- Эгоист и псих у нас ты. Что касается всех нас, Пятый, то мы изначально знали, что правду мир никогда не примет.
- Иногда споры в голове помогают в компромиссах,
- вмешался Четвёртый. – Но мы ищем тросы.

- Эй, что застыл? Заходи, не стесня… - бородатый мужик с мозолистыми руками и добрыми глазами прервался, обойдя высокого некроманта и увидев под капюшоном ещё и маску. Ах, не некроманта, по крайней мере сейчас - вампирам же недоступна тёмная волшба (хоть Кай всегда считал это странным).
Тонкое деревянное изделие, закрывавшее от света лицо, имело дурной эффект в разговоре со многими незнакомцами – оно вызывало настороженность. Простые люди не могли объять тот факт, что лица и принятые манеры в быту – тоже маски, и у иных есть несколько слоёв. От пяти до сотен.
- Разглядываю верёвки, - коротко ответил Рейнеке, подбирая немного сползший образ.
- А-а-а… - всё ещё недоверчиво протянул мужик, - интересует что конкретное?
- Да, не прочь приобрести два мотка и крюк.
- Абордажный?
- Скалолазный лучше.
- А-а-а, заходи.
Некромант помахал рукой мелькнувшему среди прохожих Авелю и проследовал внутрь.

Кай не мог не заметить удушливого запаха сушащейся под низким потолком рыбы. Его обострённые кровью Глациалис чувства прямо вопили в негодовании, когда его и без того рискующая поскрести несущие балки голова оказалась нос к носу с какой-то водоплавающей. Но он всё равно снял, бросив взгляд на узкое закрытое окно, маску.
Дурной эффект имел также выгодный реверс – когда "масочник" показывал лицо, его не запоминали и считали, что доверие уже достигнуто. Хозяин стал заметно дружелюбнее, спустя пару мгновений разглядывания.
- У меня есть толстый канат, а есть потоньше и, конечно, дороже. Вон там, в углу все намотаны, посмотри.
С этими словами мужик нырнул за прилавок по своим делам, а Кай обратил внимание на культурно организованную свалку. Пока голова пребывала в задумчивости, пальцы в перчатках играли с ребрышками выданного Авелем сьера. Колдун выбрал не самый тонкий и не самый толстый, думая, что им не потребуется совсем уж заоблачных качеств верёвка: не корову в горы будут поднимать и не паруса крепить. Указав владельцу на нужный и получив разрешение разобраться самостоятельно, Кайлеб отмотал локтей шестнадцать, пробуя каждый силой рук. Увы, былой не чувствовалось до сих пор. Возможно, не будет уже никогда. Не надо пренебрегать своим здоровьем.

- Резать не буду – там хвост гляди какой, куцый. И меньше чем за двенадцать не дам.
- Тут десять моих ростов и не самый прочный из тросов.
- Отличный трос! Двух лошадей подвесишь – удержит, - мужик набычился. Кай сохранял спокойствие, но чувствовал, что поторговаться не выйдет.
- И всё же, много.
- Мои верёвки для моряков.
- О, кстати, а капитана Еву знаете?
Торговец замер, думая.
- Баба-капитанша?
- Да.
- С бригантиной?
- Восставший зовётся.
- Сын рассказывал. Но у нас цыпа якорь не бросала. Больно холодно, видно.
- Она зимой в рубашке бегала! – задорно ответил вампир, оскаливаясь. И мужик был его. С потрохами.
- Брешешь!
- Клыками клянусь! Сиськи – о! – Кай показал на себе и, вроде как заметив, что вроде как случайно, посмотрел на руки и рассмеялся. Лавочник хрюкнул в свои моржовые усы.
- А ты ей кто?
- Собутыльник, знакомый, как-то так. Ты не думай, я крыса сухопутная… но, в общем, видал.
- Ай, ладна, - человек утёр рукой рот и выложил на прилавок крюк. – Тринадцать серебряных за трос и крюк, ты забавный. Еву эту к нам перешли, коль увидишь.
- Э-э-э… - протянул вампир, отсчитывая медяки вместе с серебром – ему показалось, что мелочёвки недоставало.
- Никаких "э-э-э"! Клади деньги, сукин сын, и проваливай! – по-доброму – реально по-доброму, как только мог этот простой как валенок человек, прикрикнул лавочник.
- Попрошу! – театрально оттопырил указательный палец мнимый вампир, - Лисий! Вот, всё. Спасибо.
- Ха-ха, лисий… - усмехаясь так, что тряслось его крепкое пузо, передразнил мужик. Кай домотал трос на предплечье, взял крюк и, сделав несколько шагов на длинных ногах, уже положил руку на дверь, как тот его окликнул, - Как звать-то тебя, лисий сын?
- Рей.

Он надел маску уже снаружи и осмотрелся. Про местных бандитов Кайлеб так ничего и не спросил – да и вряд ли торговец знает, а ещё забыл спросить про снасти. Отчего-то внезапная рассеянность встревожила некроманта, и он стал активнее искать Авеля и Лину, которые должны были покупать припасы.

+3

9

Лина Ли посмотрела вслед удаляющемуся Рейнеке, потом опустила взгляд на кожаный кошель, который девушка все еще держала в руках. Добыча, собранная с мертвых тел. Что она скажет матери? Что она занималась мародерством в Лунных Землях? А как еще это назвать, раз она не выбросила кошелек тогда, не выбросит и сейчас.
Ты изменилась, Лина Ли, стала более расчетливой, менее брезгливой, - как-то обиженно сказала девчонка-певичка внутри нее, ведь ни голос, ни ее мастерство в игре на сямисене не понадобились и больше не понадобятся. Никогда. Девушка могла с точностью заявить, что больше не притронется к инструменту. Его прочно заменил меч. Меч и веер.
Дракон убрала кошель в сумку, задумываясь. Ведь ничто не вернется на свои места, даже если отец вернется домой. После того, что она видела и пережила, она просто не сможет больше играть. Эти мысли заставили ее плечи поникнуть, и понять, как еще неопределенно ее будущее! Что она будет делать, если это приключение закончится удачно. Возможно, дракон заглядывала слишком далеко вперед. Но увидится ли она когда-нибудь со своим учителем снова, ведь она думала расстаться со своими спутниками и уйти вместе с отцом. Домой.
Лина Ли поспешила за вампиром, поспешно поправляя капюшон и надвигая его себе на глаза, чтобы любопытные не смогли рассмотреть лицо, но в таком случае она сама видела только дорогу, что, кстати, вполне устраивало девушку. Разные эмоции она чувствовала вокруг себя, чувствовала чужие взгляды, поэтому ей не хотелось поднимать голову и осматриваться. Откуда не возьмись взялся страх, схвативший ее сердце ледяными когтями. Кто-то смотрел ей в спину, и кто-то точил ножи.
Дракон поспешила нагнать Авеля, с трудом успевая за его быстрым шагом, неосознанно схватилась за край плаща. Ее руки все так же были перевязаны старыми тряпками, поэтому не выдали в ней ни девушку, ни аристократку. Но ей было страшно, просто до жути страшно. Больше всего ей хотелось, чтобы они скорее закончили с делами здесь и вернулись в пустоши, оставив этот город. Во всяком случае, они внушали ей больше доверия.
- Что ты думаешь о Рейнеке? - Тихо спросила Лина Ли Авеля, чтобы как-то отвлечь себя,- я чувствую, ты не доверяешь ему, но идешь за ним. Прости, усталость подкосила меня вчера. Он сказал что-нибудь важное?
Девушка помолчала, снова считая камешки под ногами, так и не осмеливаясь поднять головы.
- Нам нужен проводник, да? Скажи, ты знаешь, где именно в этих землях может находиться мой отец? Пока мы убегаем от преследования, но идем ли мы в том направлении? Или ты не хочешь, чтобы Рейнеке знал о цели нашего путешествия?
Отчего-то девушке захотелось плакать. В этих землях сгинул даже Райлег Уайтсноу, хотя Лина Ли была уверена, что ничто не может победить и сломить этого упрямого и сильного дракона. Что же будет с ней, с ее спутниками? Не хотелось даже представлять. Но как-то поздно она спохватилась, думать надо было раньше, когда она бросилась в погоню за учителем. И даже еще раньше, когда она переступила порог родного дома, отправившись на поиски отца. Но девушка точно знала, что не испытывает сожалений по этому поводу, словно Великое Пламя само толкало ее по верному пути. Но дракон так и шла, вцепившись в плащ учителя.
- Прости, - прошептала она, - мне просто очень страшно.

Отредактировано Лина Ли (2014-01-19 03:56:07)

+3

10

Задумчивость не покидала Авеля с момента расставания с Рейнеке. Некоторое время он шёл до деревни молча, а затем влился в толпу, поначалу даже забыв, что здесь делает и чему нужно было уделить внимание.
Нет, ты определённо не враг. Но и не друг, хотя, если обернуть это всё по-другому, то, возможно, и друг. Скорее всего, единомышленник, только не мой, а того, кто пытается чего-то добиться от меня. Решение головоломки напрашивалось само собой, однако Авель, понимая, что не в силах изменить его, всё равно отталкивал ответ, стараясь придумать что-нибудь другое. Не хотел, не желал, пусть все его мысленные мучения и казались бесполезными перед очевидным фактом.
Нет. Не сейчас. Важнее поиски.
Кто-то коснулся его плаща, отчего Ворон вспомнил о существовании Лина Ли. Как нечестно с его стороны было совсем отбросить из мыслей ту, что следовала за ним постоянно. Особенно в таком местечке среди косых взглядов обитателей и гостей края.
- Он может быть опасен, но не настолько, чтобы навредить нам, - ответил так же тихо, не сбавляя шага, но начиная присматриваться по сторонам, - По крайней мере, я так думаю.
Почему иду за ним? Хороший вопрос. И ответы теперь следовало разыскивать не только в желании найти прекрасного проводника, но и разобраться с ним полностью, разузнав, для чего он сам вызвался в помощники. Личность странного фея казалась довольно-таки интересной и многогранной.
- Нет, ничего важного он не сказал. И ничего, что ты хорошо отдохнула.
Упоминать о словах Рея, касающихся дворца, Авель не стал. Главное, что для Лины это не имеет значения. Она не должна переживать за то, о чём, возможно, забудет, когда найдёт отца и вернётся домой к своей семье. Почему-то мысль об этом заставила бастарда помрачнеть. Нет, он не должен впутывать ученицу в свою жизнь больше, чем на то способствуют их совместные поиски. И ничто не должно было помешать ему отпустить девушку домой, когда на то придёт время.
Так будет лучше... Наверно.
Авель очень хотел, чтобы Лина Ли оказалась не здесь, в этих опасных со всех сторон местах, а там, куда рвётся её душа. Но другая его часть не желала навсегда расставаться с девушкой. Абсурд.
Заприметив Рейнеке, махнувшего из толпы и скрывшегося в одной из хижин. Хмыкнув, Ворон остановился и развернулся к Лине.
- Не бойся, всё пока нормально.
Он не придумал более ничего путного, чтобы поддержать ученицу в столь непростой ситуации. Ведь и сам не знал, что их ждёт в итоге или прямо здесь и сейчас. Стараясь одновременно быть начеку, наблюдать за всеми одновременно, Авель быстро устал, но продолжал вести себя непринуждённо, чтобы ни Лина Ли, ни кто другой не заметили никаких слабостей вампира.
- Я не знаю, в каком точно месте искать твоего отца. Скорее всего, нам следует подобраться к шахтам, но и тут я не уверен. Исследуем всё, где мог бы остановиться охотник за сокровищами. Рейнеке узнает о нашей цели, когда это будет необходимо.
Перехватив одного худощавого моряка, Ворон поинтересовался, где можно запастись продуктами и одеждой. Тот враждебно осмотрел бастарда, покосился на скрытую под капюшоном Лину, словно оценивал путников. Затем махнул в сторону, поясняя, что там можно будет найти всё, что душе угодно. Кивнув в знак благодарности, Авель взглянул на ученицу.
- Сейчас посмотрим, что можно купить.
Невесёлое чувство чужих взглядов преследовало Ворона. Ему казалось, будто все вокруг смотрят именно на него и на Лину, провожают взглядами, следят за каждым шагом и движением. Отбросив навязчивые ощущения, вампир всё же решил поскорее разобраться с покупками и на радость перепуганной девушки убраться из этой деревни. Но так же продолжал прислушиваться к окружающим, надеясь, что успеет заметить что-либо неладное раньше, чем наступит неприятный момент.
Лавка с продуктами нашлась быстро. Придирчиво осмотрев ассортимент предлагаемых товаров, Ворон так же недовольно покосился на мужчину, внимательно наблюдающего за потенциальными покупателями.
- Лин, поручаю это тебе. Я буду рядом.
К тому же желудок тихонько напомнил о том, что его иногда следует кормить, хотя бы раз в день. Развернувшись, Авель прошагал к соседней торговой точке, где принялся высматривать плащи или одеяла. Глаза с интересом направились на предлагаемую одежду, уже давно хотелось сменить рваные тряпки на что-то более приличное. Правда, Авель не был до конца уверен, что дальнейший путь не осложнится новыми стычками и сражениями, потому растрачиваться на новую рубашку было бы бесполезно, если в следующий миг её тоже разорвут на тряпки каким-нибудь ножиком. Вздохнув, бастард поинтересовался ценой одеял.
- Два серебряных, - с готовностью ответил продавец.
- Не много ли просишь? - нахмурился Авель, понимая, что это вдвое дороже, чем могло бы быть.
Потом подумал, прикинул что-то в голове.
- Четыре серебряных за три одеяла.
Теперь настала очередь хмуриться мужику. Но ответить он не успел, так как покупатель выдал новое предложения в виде двадцати серебряных за три одеяла, меховой жилет, кожаные перчатки и что-нибудь, во что всё это можно положить, чтобы носить с собой. Расплатившись и забрав покупки, он поспешил к Лина Ли.

+3

11

И никой хрен им сдался этот мальчишка. Ульв не понимал, зачем убивать вампира, но хозяин платил за голову с клыками хорошие деньги, а большего Рэджо и не хотел. Он шел за вампиром долго, старался отследить его маршрут и понять, какие у него планы, чтобы доложить обо всем хозяину, который сначала просил его наблюдать и докладывать о каждом шаге. Из ульвов всегда были не только хорошие воины, но и следопыты. С убийством хозяин подстраховался и снарядил в дорогу двух вампиров, чтобы быть уверенным в том, что все пройдет гладко и без приключений. Доверие раздражало волка, но Рэду в конечном счете стало плевать на хвост и он продолжил слежку до того момента, пока к вампиру не присоединились еще двое: обращенный и девчонка.
Развязанная драка навила мысли о том, что заказчик решил перестраховаться и не совсем ему доверяет, но, как оказалось, эти никакого отношения к нему не имели и ульв расслабился и улыбнулся, услышав, что слежка закончилась и пора пришить вампира. Заказ был исключительно на Авеля, а его дружки попадала в категорию «от случая», если рискнут ему помешать. Чтобы наверняка все прошло гладко. Двое спутников заняли удобные позиции. Один остался наблюдать за картиной, выбрав точку, с которой отлично видел Авеля с Лина Ли и мог уследить за обращенным., а в случае чего, присоединиться к напарникам. Второй вампир направился к девушке.
Ульв оставался в лавке с припасами и, опираясь на столб, подпирающий крышу, жевал яблоко, не торопясь вмешиваться в происходящее, но внимательно слушал, когда вампир окажется в нужной точке, а его напарник уберет девчонку. Дождавшись, когда крылатая окажется в поле зрения бастарда, вампир, взвешивающий связку фруктов, рядом с Лина Ли, пользуясь эффектом неожиданности, накинул ей на голову мешок и собрался утащить девчонку.
Рэджо решил вмешаться раньше, чем в ком-то проснется желание спасти даму. Кинул в вампира надкусанное яблоко, метя в затылок и следом метательный нож, но его цель была ниже и немного смещена в сторону – в прошлый рану, оставленную другими наемниками.

+2

12

Кайлеб так и замер на пороге на пару секунд. Его глаза были ослеплены проблеском дневного неба, а инстинкты звенели "опасность, опасность!". Спор троих у круга света в голове заглушил ворчание животного под кроватью, а животное умело пользоваться чувствами гораздо лучше, когда вставал первобытный вопрос "бежать или драться".
Поселение – четыре крыши в первом к докам ряду. И здесь на них напали. Ожидаемо? Не больше, чем на голову кирпич, но думки думать надо было утром, выбирая, как бы взять незаметней взлёт. На обратившуюся теперь в человечку драконицу напали у прилавков, что стояли чуть ближе к причалу, и накинули на голову мешок. Кай это увидел тут же, но выбирать было не из чего: драться.
- Варлок, - позвал Четвёртый. В воображаемом пространстве, где братья, собравшись вокруг столпа света откуда-то сверху, извне, общались, очень редко, на самом деле, царила демократия. Без царя в голове - это про Кайлеба, и ни один его вариант не хотел подчиняться другому. Так было раньше. Времена изменились, и требовалась добровольная кооперация. Личности без конфликтов поменялись местами.
- Никакого огня.
- Знаю!

Кай отступил назад под тень крыши хижины и развешенных под навесом канатов и стащил увесистые восемнадцать колец троса с плеча. Он не может использовать другого оружия с таким грузом, значит пустит в ход саму верёвку! У него не было времени оглядываться, хотя он помнил, что следовало трое. Не было смысла тратить ману на обнаружение: остальные враги могли сидеть на крышах, а могли затеряться среди разномастного народа, на лодках, под лодками… везде. Первой задачей, решил он, являлось освобождение Лины прежде, чем это попытается сделать Авель. Как-никак, а для убийц целью был он, и рыцарство с привлечением внимания поклонников для него влекло лишние риски.
Правой рукой отмотав с три локтя троса и перехватив, вместе с всё тем же крюком, их покрепче, Варлок телепортом прыгнул за спину нападавшему, собираясь накинуть верёвку на него или на него и девушку – как выйдет. Главное – не повредить её крюком и не дать врагу ножи с перевязи.

+2

13

Авель отошел в сторону, оставляя девушку наедине с торговцем рыбой и прочей снедью. Лина Ли не без сожаления отпустила его плащ, но понимала, что надо перестать вести себя как маленький ребенок и взять в себя в руки. Девушка перевела дыхание, еще раз оглянулась на отошедшего Авеля, он был недалеко и это внушало дракону мнимое спокойствие. Она вздохнула, поворачиваясь к весьма упитанному торговцу, подозрительно косившегося на нее, но стоило Лина Ли приподнять капюшон, чтобы лучше видеть то, что лежало на всех лотках, а не только у нее под носом, как лицо продавца немного просветлело.
- Что такая красивая девушка забыла в этих краях? Закончилась провизия? У меня как раз есть отличное вяленое мясо - спасение для путешественника! - Толстяк заговорил вполне искренне, с легким акцентом, видимо, присущим всем местным.
Лина Ли дружелюбно улыбнулась торговцу, кивнув на его предложение, попросила прикинуть запасов на несколько дней для нее и троих спутников.
- Конечно-конечно, - засуетился продавец, внимательно взвешивая необходимое количество, подкинул еще сверху пару тушек копченной рыбы. На мгновение он задумался, прикидывая цену, и Лина Ли без слов отсчитала монеты. Торговаться она не умела, и понятия не имела, как это делается. Торговец расплылся в еще более широкой улыбке, переключился на другого подошедшего покупателя, помогая выбрать фрукты получше, между тем подкидывают вниз связки самые гнилые.
- Понятно, что без спутников здесь никуда, - снова обратился к ней торговец, позволив другому покупателю самому проверить вес набранных фруктов, -места опасные, так что вы поосторожнее. Хотите, я вам еще яблочек соберу в дорогу, совсем задешево для такой красоты?
Но торговец кинул взгляд девушке за спину и прервался.
- Вижу-вижу, один из ваших спутников уже заждался, не смею задерживать, но если хотите все же яблочек...
Продавец говорил и дальше, а дракон обернулась, ожидая увидеть Авеля. Но вместо него, небрежно опершись о столб магазинчика торговца, стоял незнакомец, жуя яблоко и хитро поглядывал на нее. Видимо, продавец решил, что это третий ее спутник, которого он не видел, ведь она заглянула сюда только с Авелем. А решил толстяк так потому, что этот незнакомец не спускал с нее глаз. В какую-то секунду к ней пришло узнавание, ведь она видела троих преследователей тогда, в порту, и этот был тем, кого дракон посчитала за лидера. В голове не успело промелькнуть не единой полезной мысли, и это промедление ей дорого стоило. Ей натянули на голову мешок, лишая способности видеть и понимать происходящее, и попытались закинуть на плечо. Рефлексы действовали быстрее, чем бежали мысли. Слова Ворона на одной единственной тренировке прочно засели в ее голове, и только сейчас она начала осознавать насколько бесценны его советы.
Лина Ли со всей силы наступила незнакомцу на ногу, не давая поднять себя в воздух. Если бы ему удалась задумка, и девушка оказалась бы у него на плече, у нее было бы меньше шансов вырваться - она даже не смогла бы дотянуться до оружия. Хватка ослабла, и девушка упала на пол, срывая с головы мешок. Ее противник - тот самый покупатель с фруктами. Дракон чертыхнулась. Если бы она была повнимательнее, то заметила их раньше. Рука скользнула к рукояти меча за спиной, а позади преследователя откуда ни возьмись появился Рейнеке.

Отредактировано Лина Ли (2014-01-21 14:26:03)

+3

14

Ощущение слежки не покидало Авеля ни на минуту, хотя он и старался не придавать этому особого значения, понимая, что в толпе невозможно оградить себя от лишних взглядов. И зря пытался игнорировать, надо было быть внимательнее, чтобы различить простых прохожих от действительно опасных противников.
Когда ещё вчера они трое оказались под защитой полуразрушенной дозорной башни, он посчитал, что преследователи из числа тех, кто бегал за ним от самого Мирдана, немного отстали, если верить словам Рейнеке, проверяющего местность на присутствие живых. Может быть, эта троица нагнала их за ночь. Может, и не теряла из виду вовсе, зная, куда они могут отправиться. Теперь гадать было бесполезно. И знать наверняка, кто и откуда нападёт в следующую минуту - непростая задача.
Как самый старший из всей их маленькой группы, несмотря на то, что выглядел, наоборот, моложе, Ворон должен был внимательно следить за остальными, защищать и предупреждать об опасности. Что изменилось? Когда пропала бдительность? Может, надеялся, что спутников не тронут, если будут охотиться только за ним одним?
Авель уже был практически рядом, заметив Лину, мирно разговаривающую с продавцом. Всё в порядке, но только до того момента, когда на девушку напали с мешком. Вмиг чувство покоя и безопасности покинули бастарда.
Берегись.
Можно было без задней мысли кинуться на спасение ученицы, с другой стороны, вряд ли нападающие не подстраховались, если понимали, что просто так увести девушку им не дадут. Потому вампиру хватило несколько мгновений, чтобы оценить ситуацию и обострить все чувства, в надежде уловить подвох. Что-то летело с другой стороны. Крутнувшись на месте, Ворон выставил вперёд мешок с покупками, от которого отскочило яблоко, а следом пролетел нож. В силу того, что в это мгновение вампир повернулся немного боком, то лезвие лишь царапнуло по плечу.
Они с разных сторон.
Заметив, что у прилавка с продуктами возникла ещё одна фигура, уже более знакомая, Авель опустил свои покупки на землю и присел сам, пытаясь высмотреть того, кто в него целился. Рука между тем нащупала свой нож на поясе, который он прихватил с собой после первой стычки у берегов. Выставив его перед собой ребром вперёд, прищурился, выжидая возможного нападения. Можно было подобрать и второй, только что кинутый в Ворона и теперь лежащий неподалёку. О нём бастард вспомнит, если будет надобность.

+2

15

Вампир не понимал, какого черта обращенный лезет туда, куда его не просят, но понимал, что этот груз, на его спине может помешать делу. Убийца выпустил девушку и не смог довести начатое дело до конца, пришлось отвлечься на нападавшего. Сначала обращенный. А потом она. В идеале – оба сразу.
Перехватив некроманта удобнее за одежду, вампир опустился на одно колено и перекинул нападавшего через себя, почувствовав, что веревка начинает надавить на горло, а, поскольку впереди была девушка, любезно упавшая перед ним, то Ворлак рисковал напороться на ее меч или задеть даму крюком. Крюк задел руку вампира и прорвал ладонь. Приятного мало, но для вампира – сущий пустяк. Мешок мужчина выбросил за ненадобностью и достал из-за пояса для длинных ножа.
Ульв с наслаждением вдохнул запах крови. Бастард мог прятаться от него сколько угодно, Рэд все равно добьется своего. Резко со всей силы дал ногой по прилавку, чтобы тот опрокинуть на вампира – пустяк и от прилетевших фруктов и овощей урона никакого. Град за оружие ульв никогда не считал, только средство издевательства над врагом. И вооружился топором, решив пока обойтись без метания оставшихся ножей.
Третий вампир подстраховывал, но на глаза не показывался, стараясь снять противников. Первый болт устремился к бастарду, метя в голову.

+1

16

Варлок был дуэлянтом, конечно, бессовестным, но он дрался в первую очередь за победу, а не ради удовольствия. Поддержка Четвёртого же не давала ему увлекаться. Удивительно, куда делись остальные?
Хотя нет, не удивительно: бой атрофирует сознание. Есть только враг, оружие и секунда на действие.

Если вампир думал, что может перекинуть длинного, хоть и худого Ворлака, то он страшно ошибался. В юные годы тому завидовали акробаты, в лучшие – палачи. Почувствовав тягу на тросе, мужчина сделал резкий удар ногой по второй голени вампира. Перехватив верёвку теперь уже свободной от крюка рукой, чтобы возобновить натяжение, да ещё и опустив локти тому прямо повыше лопаток, Кай обратил трюк врага против него самого. А трос лишь крепче прижался к шее вампира, душа.
Пониманию в его действиях места не было, ровно как и обыкновенной боевой ярости, только задача – обезвредить и допросить, а не убить раньше времени. Кайлеб всего на секунду ослабил хватку, чтобы накинуть на шею противника ещё одно кольцо троса, но тот больно умело успел подсунуть в петлю руки. Маг обездвижил вампира, но и сам инициативу потерял, удерживая того на месте. Вот так, прямо посреди образовавшегося в расступившейся толпе пятачка. С открытой спиной. Скверно.
- Лина, где Авель?! – крикнул девушке Рейнеке, когда понял, что не видит желтоглазого бастарда. Грохот перевёрнутых прилавков и свист арбалетного болта были ему ответом, и было немного вещей, которые Кай в своём положении мог делать. Он просто продолжал давить схваченному врагу горло верёвкой даже сквозь руки, чуя запах крови того, наполняющий пространство и отчаянно пытаясь найти остальных из хвоста среди массы людей и нелюдей, первые ряды которых ощерились на всякий случай оружием.

Отредактировано Кай (2014-01-20 23:01:12)

+1

17

Вокруг образовалась полная суматоха и сумятица, какого-то черта вокруг начала собираться толпа местных, в основном сильных мужчин, готовых вступить в бойню, если она совсем уж выйдет из-под контроля. Лина Ли заметила, что один сжимает нож, другой лязгает цепью - если она или ее спутники спровоцируют себя чем-то, то начнется уже настоящая свалка, бой на выживание. Но пока толпа не дергалась, не знала, кто в этой заварухе  прав. То ли  она со своими спутниками, средь бела дня ставшие жертвой грабежей и беспредела. То ли, наоборот, зачинщики и ублюдки здесь как раз они.
Девушка откатилась в сторону, давая Рейнеке больше пространства для маневров.
- Не знаю! - Крикнула дракон в ответ мужчине, между тем сама пытаясь отыскать в толпе знакомую фигуру.
Преследователей было трое, - пронеслось у нее в голове, - Авель знает об этом. Вот дрянь, - Лина Ли кинула озлобленный взгляд на того, кто раньше так непринужденно стоял с яблоком, - эта сволочь оставила третьего на подкрепление. Ну, ничего, тварь, мы вытрясем из вас всю спесь.
Девушка удивилась своим мыслям, злость к нападавшим избавила ее от страха, но, черт возьми, откуда она знает столько бранных выражений?
- Рей, береги спину, тут еще их приятель ошивается! - Кинула она вампиру. Спину надо было прикрывать еще и от сомнительных местных. Только бы не началась массовая драка, иначе все перережут друг друга, как собак. И уж тогда и девушке, и ее спутникам, расчитывать на ее величество удачу. А она, падла, такая изменчивая.
- Убийца! - Крикнула девушка преследователю, как она попыталась предположить - ульву, только что опрокинувшего прилавок. Яблоки покатились по полу, а убийца не мог не обернуться на ее резкий вскрик. Дракон отвлекла его, тут же прыгнув и сбивая с ног, резво перекатилась, мгновенно оказавшись в стойке, выставив клинок вперед. Сейчас она уверенно и сильно держала оружие. Не отступать. Не сдаваться. Ради отца.
Краем глаза девушка заметила, как начала переглядываться массовка. Своим криком девушка не только отвлекла противника, но и подкинула толпе пищи для размышления, пусть гадают, кто в этой потасовке прав.

Отредактировано Лина Ли (2014-01-21 14:24:40)

+2

18

Зря он оказался слишком близко к прилавкам, не подумав, что и от них может быть какой-то вред. Примечательный груз яблок, капусты и зелени посыпался на голову бастарду, ожидающему чего-то более опасного со стороны противников. Нет, конечно, Авель не сомневался, что яблоки достаточно вкусные, особенно одно из них, увесисто шарахнувшее вампира по голове. К сожалению, попробовать его времени не было.
Они что издеваются?
То ли отвлекают таким образом, то ли не решаются открыто броситься в бой. Ворон не понимал тактику противников, что, словно намеренно, злило его. Откатившись в сторону, чтобы не поскользнуться на разбросанных фруктах и овощах, Авель вовремя поднял к глазам нож, на который напоролось одно из яблок. В ту же секунду яблоко буквально разорвалось от вонзившегося в него наконечника болта. Ни хрена себе.
Взгляд поднялся туда, откуда прилетел сюрприз, высматривая стрелка, затаившегося где-то неподалёку. Это уже не игрушки. Они втроём сколько угодно могут перебить народу, стоящего рядом и в окружении, но уклониться от всех подарочков, отправляемых неизвестно откуда, можно ведь и не успеть. Потому важнейшей задачей было убрать "снайпера", чтобы обезопасить своих друзей. Трое на трое, если считать, что именно преследователи из Мирдана были замешаны в этой бойне.
А, может, их сейчас и больше? Кто знает. 
Но голос Лины отвлёк и Авеля, несмотря на то, что был адресован другому. Повернув голову в сторону девушки, Ворон заметил, как она храбро кинулась на "убийцу". Все мысли касательно стрелка отодвинулись на второй план, уступая защите жизни ученицы. Сейчас.
Скорость всегда была на стороне вампиров, ещё бы уметь находиться одновременно в нескольких местах, тогда вампирским способностям бы цены не было. Вылетев из-за опрокинутого прилавка и воспользовавшись замешательством противника, отвлёкшегося на Лину, уже успевшую встать в оборонительную стойку, бастард промчался мимо неё, одновременно предупреждая:
- Лин, не стой под прицелом.
Набросился на ульва с ножом, целясь вонзить его в горло, чтобы сразу и без лишних мучений.

Отредактировано Авель (2014-01-21 15:51:35)

+2

19

Вампиру не удалось проделать задуманное, и мало того, некромант еще и повис на нем мертвой тушей, пытаясь придушить. Руки. Попавшие в петлю, смягчали давление веревки, но этого мало для того, чтобы расслабиться и забить на человека. Пошевелиться  проблематично, высвободиться тоже, как и перекинуть долговязого, но мужчина помнил о третьем. Он предпринял попытку наклониться вперед. Именно наклониться и подставить Рея под новый болт стрелка.
Авелю повезло. Пока он ограничился яблочным пюре и фруктовым дождем. Ульв не успел до него добраться и выполнить задуманное – может сказать спасибо своей ученице, но от нового болта его это не защищает. Стрелок повторяет свою попытку подстрелить вампира.
Рэд отвлекся на крик и оказался под девчонкой, но она не учла одного: нельзя лезть к противнику, который по силе, габаритам и опыту превышает тебя. Ульв просто сбросил с себя девчонку и поднялся, чтобы встретиться лицом к лицу с вампиром. Но она не спешила отступать. Перехватив одной рукой покрепче топор, а другой вытащив нож, охотник за головами сперва ловко поднырнул под летевший в шею удар, а затем метнул оружие в девушку, не заботясь, куда именно лезвие войдёт. Напросилась и получила.
А цель охоты была вот здесь, на расстоянии локтя. Не было времени оценивать ситуацию, ульв поступал согласно своему боевому чутью. Прыткий сын ночи не так уж быстр днём, и никакая скорость благородных вампиров не сравнится со стремительным ударом когтей огромного волка. Рэд не стал использовать бесполезный без хорошего замаха топор, а, сделав им лишь короткое обманное движение, выпустил на освободившейся руке когти, метя в грудную клетку вампира.

0

20

Торжество Кайлеба не нарушилось болтом в спину, потому что его не было. Торжества. Болт-то, не увязнув в толстой коже куртки и шерстяной рубахи под низ, попал под лопатку, потому что с занятыми руками сотворить заклинание, о котором телу в пылу боя надо было ещё подумать – это задачка для олицетворения стихии, не меньше. Мужчина сжал зубы, пытаясь не поддаться резкой боли и оглушающему эффекту удара одновременно. И в тот момент личности перераспределились так, как и работали раньше: Варлоку - поединки и мордобои человеческие, Потрошителю - выживалово зверское.
Его магия всегда имела наготове несколько огненных чар. Просто огненная аура, будучи защитным, не входила в священный список пиропсиха, привыкшего атаковать. Скрученный на коленях вампир вывернулся из ослабевшей хватки рук и пут.
Точно забыв в секунду о боли и стрелке, Кай отшвырнул верёвку и, нагнувшись следом, зажал руками череп вампира. Стихия весело отозвалась в подушечках пальцев под перчатками тут же, и руки мага занялись жгучим пламенем.
А другая личность, хоть и не имея ни языка, ни главенства, видела, как налетела на ульва Лина, пока Третий пытался испепелить, вывести за пределы вампирской регенерации своего несостоявшегося пленника. Хищник в круге не мог разговаривать: многие личности одномерно исполняют свои обязанности, и Потрошитель, будучи в полном господстве, не склонен был болтать вообще. Запах собственной крови раззадоривал его, горящей плоти врага – вгонял в экстаз. Попытки Четвёртого доораться до демона в круге "щит, щит и телепорты!" не имел почти никакого эффекта, но от пылающей ауры над кожей и кожей перчаток по телу всё-таки расползлось красное сияние защитной волшбы. А указательные пальцы Кайлеба тем временем с восторгом ловца лягушек и наслаждением отпетого садиста вжимались в глазницы клыкастого. А вопли… м-м-м, вопли…
- Вопли – музыка для моих ушей, - прошептал, запрокидывая голову, Потрошитель в сознании. И этим моментом воспользовался Валок.
- Вали отсюда! – выпихнул музыкант маньяка из круга, и снова обрёл контроль.
Голова повернулась направо. Из-за огненного покрова всё казалось краснее и размытей, чем было, но того, что увидел в эту секунду Кайлеб, было достаточно. Толпа пятилась. Те редкие счастливцы, у которых при себе были луки и арбалеты, уже вкладывали стрелы и болты, глядя не с опаской, а предельным страхом на него. Кроме одного. Тот, стоя на колене на краю крыши, уже взводил арбалет для следующего выстрела.
- ЩИТЫ! – заорал, хрипло, громко, без глумежа, но с изрядной долей отчаяния, как не голосил годами Рейнеке. Он был слишком занят тем, чтобы добить первого врага, а времени объяснять чудовищно не хватало.

Отредактировано Кай (2014-01-23 20:22:15)

+2

21

Враги на этот раз попались более умные, нежели тогда у костра. Возможно, потому что действовали слаженно и чётко. Это были убийцы, которым явно не в первый раз было заказано убрать неугодных. Кем являлся заказчик для Авеля было намного важнее, нежели битва с бравой троицей. Тот, кто всё это подстроил, находился в стороне и скрывался непроницаемой тенью. Добраться до него следовало бы прежде, чем он предпримет новую попытку уничтожить бастарда и его компанию, в то же время это казалось временно недостижимой целью. Не здесь. Не сейчас.
Ульв решил отвлечь хитростью, Ворон прекрасно разбирался в таких обманках, так как сам частенько пользовался приёмами, которые бы заставляли противника отвлечься на них и пропустить наиболее важный удар. И, несмотря на свои знания, вампир позволил врагу поверить, что повёлся на его игру. Иногда, чтобы выиграть, надо поддаться. Отбил движение топора ножом, одновременно прекрасно помня, с какой стороны летят болты и что сам сейчас находится под прицелом.
Лина. Выживи.
Остановить движение когтей противника Авель не успел, намеренно подставляясь под удар так, чтобы тот зацепил внутренний карман с монетами. Конечно, при этом всё же не удалось избежать и ранения когтями, но не настолько сильного благодаря припасённому золотишку. Всё же небольшое богатство может спасти жизнь в буквальном смысле слова.
Вцепившись своими коготками в запястье противника, то же самое проделал и второй рукой, отбросив свой нож и пытаясь ослабить руку с топором.
- Кто тебе приказал?
Свист болта нарушил желание бастарда узнать имя нанимателя. Крепко вцепившись в руки ульва, резко потянув его на себя, позволяя когтям убийцы глубже впиться в тело, и пригнулся в самый последний момент, разрешив меткому стрелку прикончить своего союзника болтом в голову. Твою ж. Зато выкрутился.
Ворон недовольно оттолкнул от себя ульва, заметив, наконец, толпу зевак, готовящихся продолжить бойню с нарушителями спокойствия. Им лишь бы помахать кинжалами или пострелять из арбалетов, не разбирая, кто прав, а кто нет.
Где Лина?
Глаза бесполезно рыскали по толпе незнакомых лиц. Авель коснулся раны на груди, злясь на себя вдвойне. Рейнеке. Он мгновенно обнаружил проводника, кричащего что-то про щит. Точно, расслабляться ещё не время. Бастард последовал примеру нового друга, закрываясь от навязчивого снайпера огненным щитом и кинулся к подстреленному обращённому.
- Рей! Хватит, он уже мёртв, - Авель подсел рядом, закрывая огнём уже их двоих, - Я не могу найти Лину. Нам нужно убираться отсюда.
Конечно, без Лина Ли он никуда не тронется. Но и сидеть, прикрываясь щитом, надеясь на чудо, будет тоже бесполезно.

+3

22

Пока другой брат кричал, Потрошитель жёг, жёг кровососущего засранца, выжигал ему в глазницах обугленные следы руками, даже когда крик стих и вампир перестал так забавно дрыгаться. Даже будь сейчас ночь, вряд ли кто способен пережить огненное приветствие Кайлеба Ворлака: жар огня произрастал из натуры пиромага, а злобы и кровожадности у Третьего из них хватало с лишкой.
Наконец, голос Авеля достиг не только ушей, но и призрачного белого круга, и другие личности с великим трудом загнали маньяка под хрупкий контроль. Хорошо, что на Кайлебе была маска: никто не мог чётко разглядеть отблеск безумия в его глазах, а тихое "ш-ш-ш", похожее на звук затушенной печи, с которым остервенело-радостное выражение окончательно сошло с лица, - приглушилось. Ладони в наполовину прожжёных перчатках не сразу отлипли, позволяя телу вампира отправиться в свободный полёт лицом в грязь. Чувство боли не сразу вернулось в спину. Куда менее уверенной рукой – левой, чтобы не дёргать болт под лопаткой понапрасну, мужчина дотянулся до короткого древка и потрогал воспалённой кожей пальцев. Наконечник засел между рёбрами, но не прошёл дальше, и, на свой страх и риск, Ворлак просто выдернул его.
- Х-ха! – судорожно выдохнул он, поддаваясь на миг острой боли – по-своему, конечно же.
Он долго ловил дыхание, а ясность ума тяжело возвращалась, когда вокруг витал удушливый запах горелой плоти. Наконец, спустя невыносимо долгие мгновения, его хватило на слова:
- Нет. Наверняка, третий уже бежит, поджав хвост, к хозяину, - слова вырывались из глотки хриплые, почти безголосые. Кай выпрямился. Маска на месте его лица была всё так же безмятежна, но глаза сновали по грязевому пятну с кусками настила. Живые стены этой арены понемногу стали сдвигаться к свежим трупам. И к ним.
- Послушай, - положив руку – правую, с повреждённой стороны – на плечо бастарда, попросил Рейнеке. – Она не лежит на земле, значит жива достаточно, чтобы двигаться, и, наверное, куда-то отползла. Но. Нам нужны зелья. Мне нужны зелья для восполнения маны, много. И кровь
Его немного шатало. Дрожь в коленях делала ноги неловкими и неустойчивыми, как ходули, но жить было можно. Двигаться было можно. Кай дотянулся рукой до края разметавшейся по земле верёвки.
- Авель, мне хватит энергии открыть портал и подержать его немного, а ты добудешь необходимое. Хорошо? Ты попадёшь в лояльный город, где, на конце улицы, есть лавка. Скажи, что от меня, или, если не сработает, требуй именем Императрицы. Даже если ты не успеешь, я смогу забрать тебя из того же места в полночь.
Некромант повернул голову так, чтобы смотреть Авелю прямо в глаза. Да, он уже назвал его прямо по имени, а афера с порталом пахла дурно для недоверчивого вампира, но, тем не менее, не лишена была смысла. Охотились за ним, и, даже если он не успеет вернуться прежде, чем мана мистика слетит в минуса, лишняя передышка под крылом матерь бастарду не повредит. А они уж тут как-нибудь разберутся. И с недовольствами и штормом вопросов и недоверия после Кай тоже справится.
…он бы душу сейчас продал за немного волшебства сверх резерва и избавление от этого странного чувства, которым награждал его амулет Глациалис. Точно живое создание, частичка источника, виал одновременно говорил человеку, что вампиру с раной днём хреново трижды, и осушал кровь в ней, подпитываясь. Похоже, лже-вампир вполне мог умереть, пренебрегая жаждой артефакта.

+3

23

- Не бежит, - покачал головой Авель, но свой щит снял, - Наёмники не сбегают с задания.
Логично предположить, что стрелок мог скрыться на какое-то время, чтобы после предпринять новую попытку достать своих жертв и получить себе одному всё вознаграждение за убийство, которое ранее делилось на троих. Ни один нормальный убийца не откажется от такого лакомого кусочка, даже несмотря на то, что его противников до сих пор осталось трое. Может, ему вовсе не нужно убивать всех, достаточно пристрелить бастарда.
Ворон обернулся в толпу, всё ещё пытаясь выловить взглядом какие-либо знакомые черты. К сожалению, безуспешно. Лина Ли окончательно пропала из виду. Он очень надеялся, что умная девочка просто скрылась, чтобы не попасться под очередной болт. Но в то же время Авель успел изучить повадки ученицы. Она не умела прятаться, когда кто-то другой был в опасности.
Беспокойно вздохнув, он растерянно обернулся к Рею, который уверял, что с Линой всё будет в порядке.
- Зелья...
Переживания за девушку сменились непониманием, вызванным словами вампира в маске.
- Лояльный город? Именем какой Императрицы?
Ответы сами по себе крутились в голове бастарда, всплывая из тех предположений, которые он строил ранее, раздумывая о роли Рейнеке в их маленькой наспех сколоченной команде. И Авель подразумевал уже, каким неприятным может выйти это короткое путешествие через пространство. Был ли другой выход? Думай, Ворон, думай быстро. Доли секунды обычно хватало для полного анализа, взвешивания всех "за" и "против", поиска аналогичного решения и вынесения окончательного вердикта.
На этот раз секунды прошли слишком быстро.
- Я должен успеть, - с какой-то обречённостью кивнул он, - Достану всё необходимое, что скажешь. И вернусь.
Мог бы отказаться, кинуться в толпу на поиски ученицы, забив на всё остальное. Только ради неё и её отца сейчас находился в столь недружелюбном месте, пренебрегая своей прямой обязанностью найти принцессу и вернуть её во дворец на растерзание Совета. Не раз задаваясь вопросом: "А что, если Элен не захочет возвращаться? Какими доводами пользоваться? Что предпринять, чтобы уговорить сестру?"
Отодвинув вопросы на задний план, Авель постарался сосредоточиться на том, что происходило сейчас. Да, он поверит Рейнеке, как и верил ему ранее, последовав за ним и прислушиваясь к его словам. Если оборвать сейчас нить, тогда уже сложно будет разобраться, что к чему. Идти, так до конца.
- Рей, ты только держись, хорошо. И... если что, попробуй найти Лину.


Продолжение игры для Авеля: Чужой среди своих

+3

24

- Тем лучше тебе сейчас убраться отсюда хотя бы на время, - прорычал Рейнеке тихо. Он знал разных наёмников. Рациональные, видя, что рыбка не по зубам, действительно достойную жертву делегировали бы в третьи руки. Ма-ать, да этот умный-мальчик-Авель (сколько-там-вампиру-лет?) понимает, что был бы уже мёртв, не следуй за ним хвостом Лина и не ворвись в верный момент Кай. Наверняка.
Маг сделал лишь пару шагов, и решил создавать портал тут же. На месте, где ранее была драконица и опрокинутые прилавки, теперь охал и ахал торговец и его баба, мельком оглядываясь на двоих. Назревали когда менее значительные и более назойливые проблемы.
- Та, которой подчиняются, - отрезал мнимый обращённый, стянув с рук опалённые перчатки. Пальцы его покраснели и припухли, точно обваренные, он опять переборщил с яростью огня. У бастарда не было выбора – не было другого рационального выбора – и агент Глациалис это знал. Опалёнными руками он уже формировал в воздухе дверь, задерживая всякий раз пальцы в дымке, прежде чем расширять её с новой порцией маны. Щекотно пощипывал холод с той стороны, и Кай мог даже клясться, что его кожи касались снежинки. Время весны ещё не скоро придёт в земли у подножия ледника.
Портал прозрачно мерцал в воздухе, а его аура была иссиня-красного оттенка с жёлтыми искрами – таков был цвет магии Кайлеба Ворлака, даже очищенный от тёмной маны. Цвет невыносимого насилия, тёмный, как кармин, оттенок, получавшийся после протравливания деревянных шкатулок ядом лакового дерева, или же из киновари, от которой алхимики получают сводящую их с ума ртуть. Было что-то символическое в цвете его волшебства.
- Мы никуда не убежим, Авель. Если у тебя возникнут небольшие трудности – я приду в любом случае, крёстный фей же! – мистик слабо рассмеялся – ушиб и, возможно, очередная трещина в рёбрах напоминали о себе уже тупой, но резкой болью. – Ступай.

И Авель ступил, а Кай, довольно и устало улыбнувшись в маску, выдохнул. К нему подошёл детина с булавой – таков же ростом, но дважды шире в плечах и в два с половиной раза – везде ниже. Ну, на вид.
- Эй, колдун! – начал амбал, но сверху вниз на Кайлеба у него смотреть не получалось, а потому слова его теряли в грозности слёту. – Потрудишься объяснить, что здесь вообще произошло?
И он объяснил. Честно, прямо, но не без уловок, вкрадчиво вытянув из похожего на медведя мужика и стоявших рядом с ним обывателей доверие и почти симпатию к исчезнувшему в портале вампиру и его друзьям. Его речи о том, как он сам одно время убивал благородных за то, что они сделали с ним и остальными (и какая разница, что то были благородные некроманты?), то поднимали в слушателях лёгкое негодование, то проблески надежды, то вовсе настраивали "бежать искать ублюдка, а как найдут – засунуть в жопу арбалет". На второй минуте вливания в контур портала энергии мистику стало дурно и он немного прервался, подавляя накатившую волну головокружения и тошноты.
Извини, Авель, ты застрял, - про себя сказал Кай и опустил руки, позволяя заклинанию растворяться. Может, бастард нарвался на какую-нибудь вианскую гиену вроде Аваросы, которая спала и видела себя на месте его безнаследной – по законам Виан наследовали дочери, а не сыновья-бастарды – матери. Может, просто не успевал забрать всё. В любом случае, портал на одной из каменных улиц Хериана, где жили вольные верноподданные Императрицы Севера больше не существовал.
- Эй, вампир… - позвал кто-то. Подняв голову, Кай увидел верёвочника. – Ты как? У тебя дыра в спине, а над облаками солнце в зените.
Лисий сын под чуть ухмыляющейся маской тяжело дышал. Он и сам знал, что происходит. Амулет Глациалис жрал его заживо, потому что он вёл себя не так, как обычно спасают свои шкуры вампиры: прячутся в тень от лишающего их сил солнца и пьют кровь. Маг специально закрыл свою рану вновь скрученной в кольца верёвкой через плечо, чтобы никто не видел, что кровь не сочится сквозь пробитую кожаную куртку, но от себя убегать способен не был.
- Я в порядке. Но от комнаты, лекарств и крови я бы не отказался – ночь не скоро
- Я трактирщик, - сказал мужчина помельче, - Деньги есть, али с твоего господина ждать и брать?
- Есть, на всё хватит, - припоминая золотой сьер, выдохнул Кай. – Только… Мне бы девушку найти, которая с господином путешествовала. Тонкая такая, волосы чёрные…
Он описал драконицу, а сам подобрал из обломков прилавка её вещи, старательно не наступая на грязные яблоки. Сильвийские, сильвийские… Конечно, откуда ещё по весне будут яблоки? По мере того, как адреналин покидал его кровь, маг чувствовал всё большую усталость. Голова кружилась всё сильнее, в глазах туманилось, голоса молчали, и даже ощущение личности пропало. Точно Кайлеб Ворлак совсем исчез под именем обращенца Рея. И это было неплохо. Высшее мастерство.
- Оберите трупы, - хрипло сказал он, проходя мимо торговца. – Деньги, если будут, заберите в компенсацию, а записки… Заплачу серебром. Обманывать не советую.

Постепенно от него отстали все, даже стремившийся помочь магу-телохранителю трактирщик, который махнул рукой на дорогу, убегавшую по склону вверх – радость-то какая! – и сказал, что подготовит комнату и нужные удобства. Рей нашёл Лину присаженной на пенёк, на котором рубили дрова, под навесом у чьего-то дома. Вокруг неё охали и ахали женщины, и лишь одна деловито, бурча, как негоже молоденькой играться с мечами да мужскими вещами, протирала чуть исходящей паром на прохладном весеннем воздухе тряпицей рану в разрезанной штанине.
- Ка-акая прелесть, - привалившись к столбу и бросив на клок сухой травы – хуже этой сумке уже не станется – лишний груз, протянул Рейнеке. Бодрость в голосе вышла какой-то отвратительно натянутой. – Кто тебя так? Пойти сможешь?

+2

25

Она надолго запомнила эту боль, резкую, острую, ноющую боль в бедре, разрывающую боль первого серьезного ранения. Она не заметила насколько быстр ее противник, успевший мгновенно сориентироваться и швырнуть нож, от которого она не смогла увернуться. Лина Ли рискнула выступить против того, против кого у нее не было и шанса. Слишком силен, слишком опытен был ее противник. Она даже не вскрикнула, только стон вырвался из груди, а рука рефлекторно зажала рану, из которой торчал плотно засевший метательный нож. Кровь пропитывала темную ткань штанов, просачивалась сквозь пальцы. Лина Ли чувствовала, как падает на одно колено, но кто-то из толпы подхватил ее за руку и выдернул вон из круга бойни.
- Куда полезла дура? - Заорал кто-то в самое ухо, прежде чем уронить на землю.
Перед глазами мелькали красные точки, дракон не разбирала лица людей. Ее разум сосредоточился на боли, между тем, как сердце рвалось в центр образовавшегося живого круга помочь своим спутникам. Но ее выбросили из игры, и разум шептал ей, что она не встанет и не продолжит бой. Лина Ли продолжала сжимать в руке меч. Бесполезная игрушка в руках неопытного бойца. Ты всегда была безнадежна, Лина, - усмехнулся ее отец в отражении клинка, - хорошо, что у меня родился сын, из него то я сделаю воина.
- Как же, сделаешь, - прошипела девушка своей же иллюзии, - если вернешься.
- Да что же это творится-то? И это среди бела дня-то? - Сетовал рядом женский голос, - ну куда же ты с мужиками здоровенными-то связалась-то? Ох!
- Да уж хватит кричать, Сара, помоги уж! - Окликнула ее другая, - грех же оставлять без помощи. Видно же, что не безродная какая. Во за то что видно, за то и напали! Глянь, плащ один как добротно сшит. У нас то чем поживиться? Нечем, уже у некоторых и за душой ни гроша.
- А ты уж все приметишь, - снова раздался слезливый голос первой.
- Ладно уж, - дракон почувствовала, как женщина помогает ей подняться, - ты, дочка, в следущий раз доверяй мужчинам это дело. Что, зря они с тобой идут, что ли?
Лина Ли хотела было ответить, что думает по этому поводу, но поднявшись и наступив на раненую ногу, коротко вскрикнула, снова едва не упав в пыль. Но женщина удержала ее. Некая Сара продолжала плакать и жаловаться, но на помощь не спешила. Может, боялась,  что те двое головорезов выиграют, и придут за девчонкой, заодно и их всех повырежут.
- Сейчас, дочка, тут есть лекарка неплохая, поможет.
- Нож-то вытащить надо, - продолжала плакаться Сара, идя следом.
- И кто будет вытаскивать, ты что ли? - Рявкнула на нее та, другая, - сейчас Эйла все и сделает. Ничего, она все умеет.
Лина Ли было не до бабских переругиваний, каждый шаг причинял просто невыносимую боль. Дракон стискивала зубы, но продолжала идти, мысленно повторяя про себя молитву, лишь бы ее спутники вышли живыми. Она запомнила, как ее усадили на что-то твердое и жутко неудобное. Кто-то перевязал подручными средствами чуть выше раны, чтобы остановить кровь.
- Ну что там? - Спросил один голос.
- Да я тебе кто, я сквозь смотреть не умею, - раздался новый, скрипучий голос, - вроде крови немного, значит не задело ничего. Сейчас нож выдру, поработаем, и нормально. Жить будет.
- Да ты гляди, он по самую рукоять там засел!
- Да не слепая! Ну-ка, - резкая боль едва не свалила дракона с его насеста, девушка охнула от неожиданности, - вот и все. И не такое вытаскивала. Сара, воду поближе поднести! Крови боишься что ли?
Рана продолжала ныть, а реальность расплывалась перед глазами. Тени маячили туда-сюда, зато сколько облегчения было, когда девушка услышала знакомый голос Рейнеке. Постаралась усмехнуться, но не вышло. Облизнула пережившие губы.
- Кто-кто, - хрипло ответила она, - приятель наш, ульв, чтоб он сдох. Пойти?
Девушка приподнялась, вопреки предупреждениям местных баб. Доковыляла до фигуры спутника, медленно начинающего приобретать черты, выплывая из тумана боли.
- Сам как? - Спросила она, вцепляясь ему в плечо, огляделась вокруг, и почувствовала, как вдруг похолодело все внутри, - Рейнеке, где Авель?

+2

26

- Ну, он и сдох, - улыбнулся Рейнеке, принимая на левую руку крылатку-хромоножку. Какое боевое крещение без первых шрамов?
Мужчина совершенно без подтекста приобнял Лину за талию, помогая обвыкнуться на ногах, которые, обе, наверняка казались ей ватными (а одна - ещё и оторванной слегка).
- Авель, милая моя, в худшем раскладе сейчас замерзает на далёком севере   посреди мощённой улицы с зельями в руках, кроя меня последними словами за не удержанный нужное время портал, - спокойно ответил маг, отбрасывая прочь испорченные перчатки и похлопывая девушку по пояснице уже свободной ладонью. Обожжённая кожа покалывала терпимой болью. - А в лучшем - терпит объятия любящей матушки... и кроет меня уже неблагородной бранью! - Рей тихо засмеялся, и смех отскочил от подложки маски глухими "кхы-хы-хы". - А ты думала, крёстный фей я только на словах? Трактирщик готовит нам комнату, давай-ка поползём до неё. Доковыляешь на мне и своих полторых?
И доедут ли на моей несчастной спине все эти вещи.
Вампир приметил, что женщины не уходили, переговариваясь и поглядывая на девушку, зацепившуюся за его плечо. Хозяйки и сплетничающие клуши, ну неужели у них любое существо выше на локоть и с закрытым лицом воспринималось неживым истуканом, что можно было почти пальцем тыкать?
- Эгей, дамы! - не будь маски, он бы и свистнул, привлекая внимание к себе как живому объекту, - убийцы убиты, бояться вам нечего. Может, поможете девушку до койки довести, или верим только в силу поганого металла?
- Ты сам кто, шибко умный? Клыкастый штоль?
- Клыкастый. Поднесите на гору хоть сумку эту и, если можно, найдите где-то там у развалов наши одеяла? Да-да, заплачу за старания.
Дамы разошлись, а к ним, ахнув, "ну, куда ж без Эйлы..." присоединилась знахарка или кто она там была. Некромант причувствовался к своей истраченной почти в ноль магии. В рассеянной мане его забрезжило узнавание. У женщины, пусть даже она никогда не училась и даже не подозревала, был определённо благодатный целительный дар. Многие остебенские ведьмы и деревенские знахарки выходили из таких вот нереализовавшихся магов. А теперь их гнала Огненная Инквизиция. Несчастные.
- Ну-ка, развернись, - сказал мягко Рей драконице, поправляя правой рукой трос на плече и помогая ей встать с удобной стороны. - И пошли.
- Что ж ты делаешь, - ахнула женщина, что подобрала сумку Лины. - Почто девушку му...
- Ш-ш-х-х... не тронь спину! - зашипел Рейнеке, лишь только рука Эйлы приземлилась ему на лопатку поверх верёвки.
- Ах! И сам!
- Просто не хлопочите. И пошли.

Втроём они медленно поплелись в горку.
- Это ещё ничего, - стал заговаривать боль Лине и себе маг, - вот наша первая стычка - я лет в семнадцать сколотил ватагу, чтобы разбойников от обочин гонять - была на краю карьера. Один мой друг сцепился с матёрым грабителем и свалился вниз. Мы его едва собрали. Обе ноги переломал, рёбра, руку... в нескольких местах. До конца лета в деревне оставить нам его пришлось. Но мы навещали, если оказывались в округе...
В последний визит, забрав паренька, они подписали ему смертный приговор и оставили вдовой полюбившуюся ему крестьянскую девушку. Но этого Лине знать было не обязательно.
- А тут только ранка.
- Ничего себе, ранка, - буркнула Эйла. - И у тебя, значит, ранка?
- Ах, баба, не трави душу... Дай дойти. А, Лина, ты с нами?
Трактир был в ещё десятке-двух шагов наверх. Рейнеке понимал, что, повисни мертвым грузом на нём девушка сейчас, покатятся они вниз оба.

+2

27

- Авель где? - Переспросила Лина Ли вампира, то ли ее голова отказывалась соображать, то ли дракон слышала то, что слышала, - ты запихнул его в портал? Каким образом? Ногами? - уже слегка разобравшись в характере учителя, она знала, что Ворон не оставит их... ее просто так, - он тебя убьет.
Лина Ли усмехнулась, но тут же зашипела, задев раненую ногу. В своей прошлой жизни, когда вместо меча она таскала только чехол с сямисэном, не было место боли сильнее, чем укол иголкой. Ну куда она, девчонка, влезла, не умея ни драться, ни колдовать? Но как-то она поздновато опомнилась, так что голос разума пришлось заткнуть и молча терпеть заслуженную боль. Расторопнее надо быть, быстрее, ловче. Если Авель вернется, а он вернется, она обязательно попросит его погонять ее на этот счет. Если дракон хочет быть достойной ученицей своего учителя, она должна перестать совершать ошибки, которые могут лишить ее жизни.
- Дойду, никуда не денусь, - прохрипела девушка, продолжая мертвой хваткой держаться за плечо Рейнеке, словно боясь, что потеряет еще одного спутника. Авель сейчас находился у черта на куличках, и Лина Ли словно потеряла точку опоры, коим стал для нее учитель после исчезновения отца. Ей оставалось надеяться, что Ворону приходится не слишком туго.
Она хромала рядом с Рейнеке, молча, стискивая зубы едва ли не до зубного скрежета, заставляя себе прислушиваться к словам вампира, хотя так и норовила съехать с его плеча в дорожную пыль. Она встряхивалась каждый раз, когда нос касался куртки ее спутника - все норовила оставить эту реальность, но нет, продолжала передвигать непослушные ноги дальше. Не хотела разочаровывать себя, не хотела разочаровывать учителя. Он поверил в нее, а она обманула всяческие ожидания, как воина.
- Да я здесь, здесь, - поспешно ответила она, хотя реальность замелькала красными точками и в любой момент готово было отплыть в пустоту и беспросветную тьму, - знаешь, Рейнеке, мама в детстве читала мне чудную сказку. О девушке, имеющей от рождения рыбий хвост и ради любви к человеку, променявшую его на ноги. Но злая колдунья обманула ее, и каждый шаг, который она делала, причинял ей невыносимую боль. Не думала, что когда-нибудь буду так близка к старым легендам.
С каждым шагом все тяжелее, девушка чувствовала, что тянет своего спутника вниз. И какой болван построил трактир на самой высокой точке деревушки? Девушка слегка наклонилась вперед, чтобы сила тяжести не потащила их обратно вниз.
- Я дойду, дойду, - убедила она Рейнеке.
Ну же, соберись, сохрани хоть остатки собственной драконей гордости. Совсем расклеилась, ну! Не кишки же тебе выпустили, в конце концов!

- Дверь! - Крикнула она знахарке.
- Кто я вам, прислуга что-ли? То вещи вам надо, то...
- Открой дверь, - рявкнула в остаток силы Лина Ли.
- Да открыла уже, поди не глухая.
И они ввалились в гостиницу. Довольно сносную, как смогла определить из завесы болевого тумана, дракон. Впрочем, скорее всего боль и скрывала все недостатки этого места. Сейчас девушка упала бы где угодно, лишь бы больше не идти, лишь бы больше не чувствовать рану, начавшую снова кровоточить. Трактирщик осмотрел странную парочку и знахарку рядом. Молча кивнул девчонке-прислуге и та убежала готовить комнату.
- Двухместная, второй этаж,- заявил тот, заставив Лина Ли застонать подстреленным оленем. Да он издевается!

Отредактировано Лина Ли (2014-01-27 15:42:46)

+1

28

- Терпи, а лучше бранись - помогает. На ламаров, например: их участь быть обманутыми колдуньей миновала - в их крови, их богом завещанное, от рожденья было волшебство. В твоей, правда, тоже. Так что не бранись.
Они преодолели последний рубеж, и теперь их ждала... лестница. Не давая девушке времени огорчиться и поохать, Рейнеке глубоко вдохнул и поднял её на руки. Ему было не легче, чем Лине, но для него, бывавшего на самом днище выгребной ямы на заднем дворе жизни, боль не была чем-то незнакомым. Привыкают к самому невыносимому, даже жить без ног и глаз. Ему ли, целёхонькому, жаловаться?
Единственное, к чему Кайлеб был привыкать не согласен ни за что – вкус подножной грязи. Так до потери остатков самоуважения недалеко.

Некромант внёс юную воительницу аккуратно, чтобы не задеть косяком больную ногу, но на кровать посадить мягко уже не смог - не хватило сил.
- Извини, - выдохнул мужчина, затёкшими руками спешно и неловко стягивая с себя сначала трос и давая ему развалиться кольцами посреди узкой комнаты, потом перевязь с ножами - он так ими и не воспользовался, маску и капюшон, а после и ворот расстегнув.

- Вот твои вещи, вампир, - сказала, наконец, застывшая на пороге Эйла, проводив взглядом девчонку, выбежавшую с парой пустых кадушек, - но больше помогать тебе я не буду. Меня ждёт семья.
- У тебя есть дети, знахарка? Сколько им лет?
- Зачем ты спрашиваешь?
- У них в руках тоже земля цветёт и доброе дело спорится?
- Да что тебе за дело?!
- Я предлагаю шанс найти им наставников-целителей и дать будущее далеко от этой хмурой земли, баба! Это больше, чем всё золото, которое я мог бы тебе дать. Подумай
Они смотрели в глаза друг другу некоторое время, молча. Эйла, серьёзная и хмурая, с явным недоверием на добром лице, и Рейнеке, бледный, без маски выглядевший просто усталым и истёртым о трудности. Этот его взгляд неприкаянного сиротки всегда подкупал жалостливые души, а ведь колдун даже не умышленно выглядел… так. Женщина вздохнула.
- Знаю же, что обманешь… Лежите смирно, ничего не делайте. Я скоро вернусь.
Тонкая дверь закрылась за знахаркой.
Рей выдохнул, опускаясь на кровать. Его мутило и тянуло в сон, но нельзя было спать. Они были ранены, он – без маны, с небольшими сбережениями, беззащитные, в чуждых стенах. Приходи и добивай. Но мужчина больше не мог за третьим дыханием найти четвёртое – он опять передразнил пределы своих физических и магических возможностей, и они возвращали долги. С глухим стоном Рейнеке упал носом в подушку. Его обескровленная рана на спине горела холодным огнём – неутешительно, - но замутнённое сознание пребывало в бесконечной апатии. Лишь бы только не спать.
- Лина, - позвал маг, поворачивая голову, скребясь щекой о грубый материал покрывала. – Не засыпай ни в коем случае. Держи наготове магию, смотри на дверь. И мне не давай.
А то так и сдохну. Во сне.
Смерть без боли – неплохой выход, но её выбирают слабаки.

+2

29

- Сам... не засни... - ответила Лина Ли, ничком упав на кровать, и едва не потеряла связующую с этой реальностью нить. Она вытянула больную ногу, шипя от боли, зажала поверх раны рукой - штанина снова пропиталась свежей кровью. Забавно, но идти было проще. Превозмогая боль,  целеустремленно направляясь вперед, заставляешь себя оставаться на плаву, понимая, что лежа в пыли у дороги сдохнешь, как последняя собака, а если нет, то получишь заражение и вообще останешься без ноги. А сейчас, когда цель достигнута, и они добрались до этой проклятой комнаты, сознание так и норовило отправиться в страну бредовых снов и видений. Но нет, не спи, можешь не проснуться. Интересно, но об этом же говорил отец, рассказывая о своих приключениях на золотых рудниках. Странно было идти по этому шаткому, сомнительном пути и находить подтверждения его словам.
- Рей, - с трудом выдохнула девушка, - спасибо тебе. Мы с Авелем давно бы лежали где-нибудь в овраге обезображенными трупами, если бы не ты.
Она сказала это действительно искренне, а не просто отблагодарив за то, что он, сам будучи раненным, поднял ее на руки, ковыляя до комнаты. Они с учителем остались бы еще там, на пристани. Таинственный маг-ассасин прихлопнул парочку и не задумался. Это было странно Лина Ли, странно видеть то, что живя в маленьком уютном уголке мира, и защищенная от любой опасности сильным плечом отца, она не могла бы увидеть, представить. Странно было смотреть, как легко люди и другие расы готовы с легкостью убивать друг друга, переступая любую мораль. Странно было чувствовать злость, ненависть, гнев, не сколько в сердцах других, сколько самой в себе. Впервые ей хотелось, чтобы кто-то сдох, впервые хотелось убивать, впервые чувствовалось разочарование в том, что клинок так и не попробовал чужой крови.
Мама писала ей в письме, что убивать плохо, что надо только защищаться, но что бы сказала она, увидев и участвовав в том, что видела и в чем участвовала ее дочь. Жестокость, не знающая жалости, хладнокровие, не знающее пощады.
Девушка вздрогнула, услышав скрип двери - успела таки на минуту задремать, благо слух не подвел. Тут же собираясь швырнуть в зашедшего сгусток пламени, но вовремя остановилась, узнав фигуру Эйлы.
- Не ершись! - Вскрикнула она, - свои. Я дочь привела, поможет. Так уж и быть. Не зря, видать, судьба людей сводит, раз связалась с вами двоими. Кьяра, - обратилась женщина к своей дочери, - вспомни, чему я тебя учила и помоги девушке. Основное я уже сделала, так что убери кровь, обработай и перевяжи. Да посильнее, чтобы опять перевязывать за тобой не пришлось. А я уж парнем займусь.
Девушка что-то ответила, дракон не расслышала. Стиснула зубы, когда почувствовала, как снова прикасаются к ране. Умом понимала, что обработать надо, но невыносимая боль так и било в темя, чтобы ее оставили в покое. Руки вцепились в подушку, гордясь разорвать на части. Легче не становилось.
- Реееей, - протянула она, пытаясь словами заглушить боль. Знала, что надо. Знала, что Рейнеке не лучше сейчас, - ты не спиииии, я одна не отобьюсь, если чтооооо...
Такое чувство, что этих двоих прислали, чтобы добить их. Девчонка сунула ей что-то под нос, от чего дракона едва не вывернуло наизнанку.
- Выпейте, немного снимет боль, - произнес неуверенный тонкий голосок под ухом.
- Раньше нельзя было? - Как-то зло ответила Лина Ли, пожалела потом, девчонка ей рану перевязала, а она еще жалуется. Выпила залпом горькую зеленую дрянь, приказала желудку не выбрасывать это обратно. Ухватила за плечо, собравшуюся отойти девушку, - извини и... спасибо.
- Не извинитесь, это боль за вас говорит, я понимаю, - она отошла.
А Лина Ли упорно продолжала смотреть в сторону дверного проема. Прошел бы кто мимо, небось перепугался напряженного и испепеляющего взгляда дракона. Но Лина Ли понимала, раз Рейнеке сказал не спать, значит опасность продолжает следовать за ними по пятам.

+2

30

- Угу, - уже без тени самой слабой и невесёлой улыбки откликнулся мужчина, замерев неподвижно на покрытой кровати. Красавец: одна нога мысом сапога на полу, другая свешивается совсем близко, во всё той же куртке с кофтой и рубахой под низ, грязных с прошлоночных приключений в башне штанах, и даже не в силах подняться. Тёмно-красные, обкусанные недавно хорошими ножницами так, чтобы ровно закрывать от ветра уши, пряди сползли на лоб и глаза, скрывая от Лины факт, что крёстный фей её бессовестно дремлет, едва реагируя, точно в бреду.
Это было похоже на бесконечно растянувшийся кошмар. Его левая рука была поджата к груди, прямо на том месте, где в одежде прятался амулет. Запах крови девушки одновременно манил и вызывал тошноту у лжевампира, и на уровне подсознания он понимал, что, либо он снимает зачарование немедля и восстанавливается как обычный человек, разрушая легенду раньше времени, либо пьёт срочно кровь, либо умирает, истощённый голодным артефактом. Но у него не было сил даже держать приподнятыми веки. Перед невидящими зрачками стояло воспоминание о фолентской дворняге с обваренным боком. Кай добил её тогда, из жалости, но всегда вспоминал в такие безнадёжные моменты и думал: а хотел бы он, так похожий на ту беспризорную собаку, чтобы добили его?
Порой - очень.

Какое-то время беспамятства нарушилось возвращением знахарки. Рейнеке чуть пошевелился на кровати, подтверждая, что он всё ещё не труп, но сказать ничего не удосужился. Тихое жалостливое "Лис" при виде светлокосой девчушки лет тринадцати так и осталось при нём.
Эйла заставила его подняться с кровати. В руках и во всём теле мага поселилась отвратительная слабость, но он не стонал, сцепив зубы. Одежду с себя стягивал он ещё менее охотно, только руки женщины как-то ускоряли процесс. Кайлеб - да-да, именно Кайлеб - вообще очень неохотно раздевался при незнакомых и людях, которым не достаточно доверял. Последние несколько лет, после войны и воскрешения Айрин, круг доверенных состоял лишь из сестры, женщины, с которой некромант спал, и нескольких случайных лекарей. Три года из них вторая категория приравнивалась, как бы смешно или чудовищно это ни звучало, к его оружию, живой косе Вермине.
- Это тоже сними, - сказала Эйла, приметив амулет. Стоило ей протянуть к виалу, обнятому металлическим крылатым змием, руки, колдун огрызнулся:
- Даже не думай! Это хозяйки.
Эти слова должен был бы сказать обращённый Рейнеке, но даже для Кайлеба Ворлака фраза прозвучала так... искренне? О, ему сейчас больше всего хотелось оказаться рядом с Глациалис. Лежать в её объятиях, слушая ритм сердца, возможно, позволив не без толики извращённого удовольствия себя предварительно помучить, спать в этой её безбрежной кровати, спрятавшись в мехах, покрывалах и шёлковых простынях от сквозняков дворца и навязчивых глаз его обитателей, а, восстановившись, заниматься с ней любовью с таким азартом, изобретательностью и постоянством, которым завидуют иные подростки и распутники. Дворец Императрицы Севера определённо не собирался заменить Каю дом, но к его хозяйке хотелось возвращаться.
- Бо-оги милостивые, - выдохнула, качая головой, знахарка, отмочив на спине прилипшую к краям раны ткань и осторожно стянув рубашку. Вот поэтому Кайлеб и не любил раздеваться, красил седые волосы и не распространялся вообще о себе настоящем, подкидывая всё бессвязными байками. Как глава - ну, сейчас это под вопросом - тайной организации, он знал, что ожог на правый локоть, бок и половину живота, почти порванное горло, общая потрёпанность шкурки, а теперь ещё и след того, как коготки Глациалис разворотили ему грудную клетку и проткнутое лёгкое, - это очень яркие и опасные приметы, которые могут ему безмерно мешать. Как человек, скрывающий свои мотивы и больные места, он не желал предъявлять без нужды миру эти свидетельства. Как бездомная дворняга, гордая своим ремеслом, он ненавидел эту унизительную реакцию сердобольных никого, входивших и уходивших из его жизни. Жалость.
- Из пасти какой твари вытащила тебя твоя хозяйка? - выдохнула Эйла.
Из своей, с большим трудом и только после прожаривания её же очумелых ручек до хрустящей корочки, - мрачно и совершенно серьёзно ответил в мыслях некромант.
- Не твоя забота.
- Ты что-то говорил про мою дочь? - нахмурилась женщина. - Ляг на спину. Кьяра, не смотри, занимайся своим делом.
Рейнеке подчинился.
- Кровь почти не течёт, - ещё мрачнее сказала Эйла, начав осматривать рану. - И не текла, а болт, кстати, прошёл почти на весь наконечник между рёбрами... Вампир!
- М?
- Ты кровь пить не пробовал?
- Вчера вечером, с вином, - решил побыть честным пациентом Кай. - Немного, правда.
- Ты что, из тех, которые скучают по прошлой жизни? - тон Эйлы возвращал некроманта в забытое прошлое. Так говорила его мать, недовольная тем, как выполняли её предписания пациенты, или когда журила сына за плохой пример сестре. Сестре... Кайлеб подумал, как выглядит сын этой деревенской знахарке. и могут ли существовать в мире такие совпадения, которые приписывают лишь двум далёким вероятностям мистики. О! Надо бы проверить его на тёмную магию и дать по роже прежде, чем он убежит из дома на подвиги. Если в мире есть второй Кайлеб Ворлак, он должен остаться дома и быть хорошим мальчиком... Так, знаете чисто для разнообразия.
- Что за горячечный бред ты несёшь, мой одержимый несбыточным друг? - спросил впервые за долгое время голос Пятого.

Боль он по привычке переносил стоически, шипя в подушку ругательства сквозь зубы, пока знахарка выскабливала из раны всю возможную грязь. Лине на кровати напротив тоже было весело, в два раза веселей: девушка не привыкла к лечению и злилась на свою благодетельниц, выплёвывая боль вместе с яростью. К её великому счастью, если она будет пользоваться услугами магов-целителей, ей не придётся испытывать боль выжженной магической ауры.
Наконец, мука кончилась:
- Поднимайся, - скомандовала женщина и кинула, неглядя, дочери через плечо. - Кьяра, ты закончила там?
- Да, мама.
- Сбегай вниз, вылей воду.
Когда юная помощница, слив из двух кадушек в одну помутневшую воду, вышла, Эйла, хмуро оборачивавшая вокруг торса мужчины бинты, снова заговорила. Тихо:
- Сейчас перевяжу, и будешь пить кровь. Ты мне уже трижды должен.
- Знаю, - откликнулся Рей.
- А Яра...
- Да, точно, да ты и сама, наверняка, это чувствуешь. Я жил с целителями под одной крышей много лет, - выдохнул маг.
Наконец, женщина закрепила плотную повязку и селя рядом. Проследив за её действиями, лжевампир, была начавший натягивать на себя рубашку, усмехнулся и сказал:
- Не стоит. У обращённых на клыках никакого яда нет, блаженного удовольствия не будет. С предплечья сойдёт.
Эйла хмыкнула и закатила снова спущенный рукав. Рей, глянув краем глаза на драконицу, осторожно прокусил шероховатую кожу нахарки и начал пить. Он понятия не имел, каково это. До сегодняшнего дня.
Человеческий организм не приспособлен пить кровь, и некроманту пришлось приложить усилия, чтобы его не стошнило в первые несколько мгновений. Актёрское мастерство и полный рот ему помогли, хотя мышцы шеи пару раз судорожно дёрнулись под старыми рубцами от волчьих когтей. Металлический держатель виала с кровью Глациалис потеплел - шнур был довольно коротким, артефакт почти не отходил от кожи. Так Рейнеке сделал глотков десять подряд, ещё два через силу, и отпустил руку женщины. Несколько мгновений он продолжал сидеть, прижимая к губам тыльную сторону своей ладони. Потом отнял её и едва слышно сказал:
- Спасибо.
- Не за что уж, - выдохнула Эйла. - Что насчёт уговора?
Маг опустил голову, на момент теряясь в размышлениях.
- Есть несколько вариантов, но прежде я должен узнать, где берут подмастерьев. В школе ей без рода и грамоты будет тяжко.
- То есть, ты не знаешь и сам. Сам ты хоть что-то показать нам с Ярой можешь?
- Я предложил шанс. А магия... Если бы мне хватало энергии, мы бы здесь не сидели.
Вернулась девчушка, и её мать поднялась на ноги, глубоко вздохнув. Наверное, добрая женщина чувствовала себя обманутой, едва поверив в волшебство, но это ничуть не заботило Кайлеба - его слова люди были вольны трактовать так, как им хотелось, он за это не отвечал, и в том была прелесть его паутин полуправд и манипуляции. Он разглядывал лицо дочери. Нет, в ней было слишком мало сходных с Лиссой черт, и глаза серо-голубые. Но он был готов дать многое за те пару мгновений, когда он обознался. Даже визит к проклявшей его деревенской родне и лишние хлопоты.
- Пошли, Яра. Если что, вы знаете, где нас найти.

Дверь закрылась за знахарками, и Рейнеке немного ожил от оцепенения. Амулет перестал его грызть, рана была плотно забинтована, и худший момент, кажется, уже минул. Значит, натура Кайлеба Ворлака уже через полчаса пустит его, как кузнечика, вскачь. Тут же его внимание обратилось на сотни пропущенных мелочей. Поправив рубаху и накинув кофту, лжевампир перетащил сумку драконицы от порога на середину прохода между кроватями к крохотному закрытому окну и сказал:
- Пришло время проверить карты. Лина? Ты как, легче?

+2


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [8.03.1082] Чёрный день на чёрном рынке