Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре август — сентябрь 1082 год


«Цветок алого лотоса»

Изменились времена, когда драконы довольствовались малым — ныне некоторые из них отделились от мирных жителей Драак-Тала и под предводительством храброго лидера, считающего, что весь мир должен принадлежать драконам, они направились на свою родину — остров драконов, ныне называемый Краем света, чтобы там возродить свой мир и освободить его от захватчиков-алиферов, решивших, что остров Драконов принадлежит Поднебесной.



«Последнее королевство»

Спустя триста лет в Зенвул возвращаются птицы и животные. Сквозь ковёр из пепла пробиваются цветы и трава. Ульвийский народ, изгнанный с родных земель проклятием некромантов, держит путь домой, чтобы вернуть себе то, что принадлежит им по праву — возродить свой народ и возвеличить Зенвул.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Тьма прежних времён»

Четыре города из девяти пали, четыре Ключа использованы. Культ почти собрал все Ключи, которые откроют им Врата, ведущие к Безымянному. За жаждой большей силы и власти скрываются мотивы куда чернее и опаснее, чем желание захватить Альянс и изменить его.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Солмнир Алисия Эарлан Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [06.06.1082] Парадокс жестокого бога


[06.06.1082] Парадокс жестокого бога

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

- Локация
Гвиндерил, г. Эденвел, королевский дворец
- Действующие лица
Арлен Лиатан, Аяна
- Описание
предыдущий эпизод — [05.06.1082] Битва разума, [06.06.1082] Когда всё рушится
Попытка всё исправить.

0

2

Следующий, уже второй день пребывания Арлена во дворце прошел в упорной работе над основным заданием, поставленным перед ним королевой. Составив план действий и сделав все, намеченное на сегодня, псионик наконец мог насладиться отдыхом. Вот только каким образом провести оставшееся свободное время? Несмотря на усталость, сидеть в отведенных ему покоях желания не было, слоняться по дворцу, изучая это безусловно очень любопытное место, тоже явно не стоило - слишком подозрительно, да и за эту пару дней он уже успел достаточно намозолить глаза его обитателям. И тут на ум ему пришла леди Аяна. Ну а что, он же в любом случае собирался зайти к ней когда будет такая возможность, так почему бы не сделать это прямо сейчас? Время ничем не лучше и не хуже любого другого. И пусть его разговор с королевой не дал особых результатов, девушка для собственного спокойствия должна была узнать, что Феантур в данный момент не представляет для нее угрозы. “Правда нельзя сказать что мы хорошо поладили в прошлый раз… Но вряд ли я найду здесь хотя бы одного эльфа, который будет гореть желанием говорить со мной. А с ней мы хоть как-то знакомы.” - думал Арлен.
До нужной части дворца он добрался быстрее чем в прошлый раз, уже более уверенно шагая по известному маршруту. Однако перед последним поворотом на пути к цели он услышал голоса, и тут же замер, прислушиваясь. Судя по всему, они исходили как раз из того участка, где располагалась нужная ему комната, и маг решил немного послушать, чтобы быть в курсе того, что там происходило.
- …так что теперь я заступаю на этот пост. А тебе стоит отдохнуть, работка предстоит более подвижная, чем торчать здесь. - говорил один из собеседников, судя по всему, гвардеец.
- Да, пожалуй этим и займусь. А тебе удачи, да прислушивайся повнимательней чтобы не случсилось чего. - отвечал другой.
- Хм. А что тут слушать то? - удивленно спросил первый. - Она же вроде как смирно сидит, никаких серьезных происшествий и не было.
- О, ты не знаешь? Ах да, тебя не же было тогда… Так вот, ей тут недавно устроили свидание с муженьком, и встреча получилась крайне эмоциональная. В общем разругались они там вдрызг. – рассказывал первый стражник, явно довольный своей осведомленностью. Дальнейшие подробности, которые явно были наполовину выдумками и преувеличениями, для Арлена уже не представляли интереса. Главное он уже уловил - после столь тяжелой встречи, должно быть, сейчас эльфийка чувствует себя еще хуже, чем при их прошлой встрече… И косвенно виновен в этом он, ведь это он высвободил все скрытые воспоминания и поколебал ее состояние еще больше. Но все же псионик не сомневался в правильности того, что он сделал – уж лучше так, чем жить, не помня важных для себя вещей, чем быть просто игрушкой в руках того, кто явно не испытывает к тебе никаких теплых чувств. На миг он даже засомневался, стоит ли ему сейчас идти к ней, но все же решил что стоит. Как бы там ни было, похоже что на Аяну обрушился очередной удар судьбы, а по его мнению она совсем не заслуживала таких страданий. И пусть в уже случившемся изменить он ничего не мог, но хотя бы попытаться выслушать и помочь определенно стоило. Разругавшись же с мужем, она, должно быть, чувствовала себя так одиноко... Ей нужен был кто-то рядом. Наконец выйдя из своего укрытия, Арлен уже не таясь направился к нужной двери. Гвардейцы, заслышав шаги, тут же прекратили разговор, и один из них, кивнув другому, направился дальше по коридору.
- Арлен Лиатан, маг гильдии, направляюсь к леди Аяне. - сказал маг оставшемуся часовому, не вдаваясь в подробности цели своего прибытия. Мало ли по какой причине приглашенный королевой псионик мог направляться в комнату “гостьи”, особенно после таких событий. К счастью, у гвардейца не возникло лишних вопросов, и после короткой паузы тот кивнул и пропустил посетителя. Арлен громко и четко постучался в дверь и, выждав достаточное количество времени чтобы девушка могла отреагировать на его прибытие, вошел.

+1

3

Аяна не знала, чем обернётся встреча с Руфио. Казалось, что в этом был смысл – напроситься у королевы на аудиенцию, чтобы окончательно всё решить для себя. Для них. Это казалось правильным. Единственным возможным и, соответственно, верным вариантом. Они должны были переговорить. Один на один. Без свидетелей и чужого давления, чтобы решить, что делать дальше. От их решения, как думалось Аяне, зависело будущее. Теперь же она отчётливо видела, что допустила ошибку, за которую расплачивалась.
Слухи ползли по дворцу. Стражники болтали, пересказывая то, что услышали, не забывая приукрасить рассказ вымыслами. Аяне нечего было им противопоставить, да и, честно говоря, она не планировала с кем-то спорить и пытаться доказать, что они не правы. То, как они ругались с Руфио, не могли скрыть никакие двери складского помещения, выделенного им на время с щедрой руки королевы.
Всё, что дала эта встреча, - лишь убеждённость в том, что отец был прав, когда говорил ей, что у этих отношений не будет счастливого конца. И всё же… Она наивно верила, что первое и искреннее чувство будет взаимным и именно оно позволит справиться со всеми проблемами вместе. Как же так вышло, что они оказались порознь?
Аяна с трудом принимала действительность, в которой Руфио легко верил чужим словам и принимал их без доказательств. Разве может быть доказательством видение, которое Феантур, пользуясь навыками псионика, вкладывал в чужие головы? Разве в этих видениях она выглядела, как девушка, которая рада такому выбору? И что этот выбор её?
Она услышала от Руфио достаточно, чтобы больше не искать с ним встречи. То, что он сидел в темнице и его рассудок мог помутиться из-за пыток и плена, едва ли что-то меняло. Не после сказанных слов.
А на что ты надеялась?
И даже вопреки той боли, которую эльф причинил ей словами, она всё ещё собиралась просить у королевы помилование для одного дурака-Регенлейфа. Она должна была знать, что сделала всё, что было в её силах, чтобы его спасти. Развернуться и уехать, не сделав ничего, Аяна не могла. Не позволяли ни совесть, ни чувства, которые она испытывала к Руфио.
Вернувшись к себе в комнату, Аяна решила, что сначала должна успокоиться, всё хорошо обдумать, а после снова напроситься на аудиенцию к королеве. Попытаться вымолить помилование для эльфа, а после попросить отпустить её домой. О своих планах на Деворел и Дом она не планировала рассказывать, потому что на самом деле ещё не решила, что будет делать по возвращению. Она не хотела отмщения так сильно, как Анариэль, и никогда не рвалась в бой, принимая действительность как есть, но сейчас хотела немного справедливости. Хотела знать, что кровопролитие не повторится. А ещё… ещё она хотела убраться из Деворела навсегда и больше никогда в него не возвращаться.
Стук в дверь выдернул её из мыслей. Аяна торопливо вытерла лицо от слёз, хотя знала, что это бесполезно и ничего не скроет. Она сидела на краю постели, полубоком к двери, потому сразу отвернула лицо, когда внутрь, воспользовавшись разрешением, вошли.
В госте она узнала псионика, который вернул ей воспоминания и занял место Феантура при дворе.
- Вы ошибаетесь, если думаете, что я что-то узнала о резне в Девореле, - холодно отчеканила эльфийка, не дожидаясь, когда псионик объяснит причину своего визита. Аяне она казалась очевидной. Королева увидела выгоду в разговоре двух супругов и решила, что Руфио может что-то ей рассказать, потому и послала к ней псионика. Иначе зачем ещё он мог придти? Аяна уже рассказала всё, что знала.
Она не потрудилась встать и повернуться к Арлену или посмотреть на него. Аяна не хотела никого видеть и не хотела говорить. Единственный эльф, от которого она желала поддержки, несмотря на злость и обиду, был Руфио, а ближе него у неё никого не было ни во дворце, ни за его пределами.

+1

4

В этот раз Аяна встретила псионика куда холоднее, чем в первый. Но Арлена это нисколько не обескуражило – он и не надеялся, что эльфийка бросится ему на шею за утешением… “Хотя это немало бы все упростило. Да и, чего скрывать, просто приятно.” - невольно подумал он. Играть роль спасителя дам в беде, так уж играть до конца. Но все же в этот раз перед ним была ни много не мало весьма своенравная аристократка, да еще и не в лучшем настроении. К тому же, судя по ее словам, девушка еще и подозревающая его в том, что он снова будет проводить допрос, которые даже без всяких пыток причиняли ей такую боль. Расположить ее к себе в таких условиях – непростая задача… Но тем важнее было справиться с ней.
- Вы ошибаетесь. Я пришел сюда не за тем, чтобы в очередной раз мучить вас расспросами или, тем более, магическими вмешательствами. - мягко сказал он, делая шаг вперед. - После моего доклада королеве этого больше не будет.
Еще несколько шагов в направлении кровати, на краю которой сидела Аяна. Она не желает смотреть на него? Ничего против маг не имел, и вполне уважал ее право не показывать свое лицо и не видеть его – для разговора это было вовсе не обязательно, достаточно лишь слышать друг друга. Но готова ли она слушать?
- И вы ошибаетесь, если думаете что кто-то прислал меня. Я пришел просто потому что вам нужна помощь и поддержка, а я ранее обещал вам ее. Можете отрицать это сколько угодно, но вы не обманете ни меня, ни, тем более, себя.
Он четко ощущал ту черту, перед которой стоило остановиться, будто бы она была и в самом деле проведена на полу комнаты мелом. Подойти ближе – это перевести разговор в более личное русло, и он пока не знал, к какому результату это приведет. Учитывая же то, что он знал о ней и видел сейчас, ничего хорошего от излишнего напора сейчас ждать точно не стоит.
- Если вы пожелаете, я уйду. Не в моих правилах заставлять даму терпеть мое общество, когда она того не желает. - сказал Арлен, не сводя глаз с эльфийки. - Но подумайте, стоит ли отказываться от дружбы, которая предлагается искренне и без какой-либо платы с вашей стороны.

+1

5

- Я не встречала ни одного эльфа, который не искал бы выгоды или платы, предлагая дружбу.
Аяне казалось, что это так. Последним, кто предлагал ей свою помощь, не считая Арлена, был Феантур. Псионик так круто предложил помочь и разобраться со всем, что для королевского двора и Руфио в том числе она оставалась предательницей, которая при первой возможности побежала к другому мужчине, чтобы спастись, но тем самым нажила себе лишь позор и испорченной имя. Накилон предлагал ей себя, если она поможет ему избавиться от Дома Бурерождённы и не пойдёт против него. Каэрос предлагал ей защиту от отца, если она не будет выходить за Накилона и участвовать в заговоре против его Дома. Анариэль обещала ей дружбу, чтобы получить больше силы и отомстить за гибель брата и отца. Руфио… Обещал ей любовь в обмен на что?..
Вспомнив эльф, Аяна сжала руку в кулак. Её всё ещё внутренне трясло после разговора с ним. Она злилась и обижалась. Чувствовала себя обманутой и преданной. Она могла стерпеть оскорбления от королевского двора, Феантура или королевы, но не от мужчины, которого любила.
Впервые Аяна перевела взгляд на Арлена и посмотрела на него.
- От меня отвернулся мужчина, которого я любила и ради которого пошла против своей семьи, и я должна поверить, что эльф, который видит меня впервые, предлагает мне свою помощь безвозмездно? – Аяна издала тихий, ироничный смешок, показывающий её отношение. Она никому не верила.
Она не просила Арлена доказывать, что его намерения искренние и чистые. Что он действительно оказался в её комнате по личной инициативе и хотел ей помочь. Аяна была уязвимой, и подсознательно хотела верить в лучшее в других. Что ей просто не повезло, но это не значит, что так будет всегда. Сейчас она отказывалась доверять кому-то, но по-прежнему нуждалась в поддержке, в понимании и теплоте. Во всём том, что она хотела получить от Регенлейфа, но не смогла.
- Если хотите мне помочь – помогите убедить королеву, что смертная казнь – это слишком большое наказание для эльфа, который своими руками не убил никого из лордов.
Аяна хотела верить, что это так, хотя тот факт, что Руфио лично никого из лордов не убил, не «очищало» его в глазах закона. Он был виновен.

+1

6

Аяна не стала гнать его сразу, и это обнадеживало. Арлен прекрасно понимал, что девушке нужна поддержка, но опасался того, что она окажется слишком рассержена или, напротив, подавлена для того, чтобы даже пытаться дать ему шанс приблизиться. И хотя о доверии кому-либо сейчас не могло идти и речи, что как раз было вполне понятно и объяснимо, были шансы что она все же не совсем ослеплена своим горем, и постепенно сможет поверить в его искренность.
- А вот теперь встретили. - ответил псионик, искренне улыбнувшись. - Хотя нет, выгода все же будет, ведь если вы получите друга в моем лице, то я в свою очередь получу подругу, а это дорогого стоит. Другой же платы я не ищу, верите вы или нет.
В самом деле, разве мог он ожидать какой-то платы от нее в таком состоянии? Уж слишком шатким было положение аристократки. Ищи он выгодного союзника, разумнее было бы делать это в совсем другом месте, но все же он был здесь, а это уж что-то да значило.
Аяна впервые посмотрела на мага, и он, окончательно решив что разговор все же состоится, придвинул к кровати одно из кресел и устроился в нем напротив девушки. Не торчать же перед ней стоя, в самом деле, а такой вариант как сесть на кровать рядом, пусть был и лучшим из возможных, но все же оставался слишком уж личным. Вряд ли она оценит такое стремительное сокращение расстояния, как в прямом смысле, так и в переносном.
- Верить или нет – это уже ваше дело, и рассыпаться в обещаниях и уверениях я не собираюсь. - Арлен пожал плечами. – мужчины, к сожалению, порой отворачиваются от своих женщин, как и наоборот. Это очень болезненно, не спорю… Но мир состоит не только из разочарований. Просто позвольте себе в это поверить. Пока мы верим в лучшее, оно возможно.
Наконец эльфийка озвучила то, что было на самом деле важно для нее сейчас, и маг почувствовал легкое замешательство. Нет, он безусловно был за то, чтобы приговор был не только справедливым, но и милосердным, однако, похоже, Аяна несколько переоценивала влияние мага на решения королевы. Он представил себя входящим в покои владычицы и снова обращающимся к ней по делу, не касающегося напрямую его задачи, да еще и после того как она прямо указала на нее… Неизвестно что будет с Руфио, но вот Арлену после такого совершенно точно не поздоровится.
- Убедить королеву? Если бы это было так просто... Я уже попытался убедить ее в необходимости наказания Феантура и опасности той линии поведения, которую он избрал, но мне не удалось. - не без сожаления признал он. Хотелось верить в то, что Аяна оценит то, что несмотря на провал его попыток, он хотя бы их предпринял, не забыв о своем обещании. - Понимаете ли… От меня никто не ждет личного мнения о том, кто заслуживает какого наказания. Это дело суда и лично королевы. Я же для них – лишь зеркало, беспристрастно отражающее то, что было и отвечающее за это своей головой. Не больше. Но если у меня все же будет возможность повлиять на решение, то можете быть уверены, я буду стоять за наиболее милосердный вариант... из справедливых.

+1

7

Аяна не спешила вновь доверять кому-то. На это нужно время и холодная голова. На изменение мировоззрения могли уйти недели, месяца, а то и годы. Всё зависело от многих факторов. И от самой эльфийки, и от тех, кто попытается, пусть и неосознанно, изменить её взгляд на мир. Ждать, что она прямо сейчас изменится, было бы верхом наивности. Раны были слишком свежими. Проблемы нерешёнными. Мир вокруг давил и казался слишком чёрным и беспросветным, чтобы надеяться на серьёзные и положительные перемены. Кроме того, у Аяны хватало внутренних противоречий. Например, она не хотела видеть Руфио и даже допускала мысль, что это желание – не просто комок ежесекундных эмоций, а желание, которое останется с ней и после. Но при этом не желала ему ни смертной казни, ни ссылки, хотя и понимала, что с точки зрения закона изменить хоть что-то будет сложно. Королева обозлена на Деворел и вряд ли что-то изменится с одной только просьбы Аяны. Ещё Аяна не хотела, чтобы её окружали незнакомые люди, и хотела побыть одна. По крайней мере, именно так она себя вела, пытаясь выстроить стену и отвечая холодом и злостью каждому, кто смел подобраться ближе. В то же время она не хотела оставаться одна. Не желать показывать слабость и желание побыть слабой, чтобы кто-то всё исправил за неё – противоречили друг другу, но каким-то образом умещались одновременно, потому что одно из них она выдавала за желаемое, хотя таковым оно не было.
Псионик не был тем эльфом, с которым бы она хотела поделиться наболевшим. Более того – Аяна прекрасно понимала, что он ей не помощник, даже если предлагал помощь. Никто не решит проблему Руфио, не имея для того каких-то существенных причин. Как заметила эльфийка, если Арлен действительно рассказал о том, что Феантур подменил некоторые воспоминания, пользуясь своим положением, то королева посчитала эти преступления незначительными ошибками, которые не накладывали вину на Око, а потому он продолжал ходить безнаказанным. Или же… королева ждала, когда Феантур, чувствуя безнаказанность, оступится ещё раз. Аяна могла лишь гадать, что на уме у королевы. Ди’Кёль слишком долго игнорировала проблему Деворела, а теперь крепко схватилась за него, сливая старую обиду и злость.
- Оку удавалось влиять на мнение королевы, - Аяна горько усмехнулась.
Она не понимала, зачем призвали другого псионика, если не доверяли его мнению и к нему не прислушивались. Чтобы проверить Феантура? Или просто помочь ему с таким количеством работы, чтобы несчастный псионик на всех не разрывался? Или же теперь у Феантура есть другие обязательства?
- Больше вам нечем мне помогать.
А что ещё он мог для неё сделать? Аяна озвучила проблемы, в которых Арлен был не силён. Попросить у него устроить аудиенцию с королевой? С этим она могла справиться без посредника. Узнать больше о планах королевы на Деворел? Вряд ли он что-то об этом знал. Псионик – не советник при дворце королевы, да и с чего бы ему делиться такими сведениями, когда приговор ещё официально не оглашён?
Аяна не хотела говорить. У неё не было ни тем, ни желания. Даже если при других обстоятельствах она бы представляла, что можно попытаться выведать у псионика, то сейчас была слишком раздавлена, чтобы думать о делах. Она просто этого не хотела, как и не хотела вмешиваться в ход расследования или думать, что делать дальше. Она замолчала, смотря в одну точку, где-то в стороне от псионика.

+1

8

На слова о влиянии Ока на мнение королевы Арлен мог мало что ответить. В самом деле, что тут скажешь? У того было достаточно времени и возможностей чтобы упрочнить свое положение, и, судя по всему, он этими возможностями вовсю пользовался. Новоприбывший маг же не имел никакого влияния ни на кого, не имел титулов, друзей или союзников при дворе, да и королева ждала от него только выполнения своей работы без лишних разговоров. В таких условиях влиять на кого-либо он мог лишь одним способом - выкладывая серьезные факты, подтверждающие его мнение. А ведь эти факты нужно было еще добыть... Это существенно ограничивало его возможности, о чем он честно и сообщил собеседнице.
После этого Аяна замолчала и будто бы застыла, погрузившись в свои мысли и не видя ничего вокруг. Это встревожило Арлена, как и слова о том, что он больше ничем не может помочь ей. Эльфийка явно пыталась выстроить внутреннюю стену, причем не только между собой и незваным гостем, что было вполне понятно, но и, как показалось ему, отгородиться от окружающего мира, который был с ней так жесток и в котором совсем недавно она потеряла последнего человека, на которого могла надеяться.
- Вы ошибаетесь… Я могу помочь не только этим.
С этими словами псионик поднялся с кресла и шагнул к ней. Пусть парой минут ранее он отбросил этот вариант как слишком дерзкий, но сейчас понял, что по-другому вряд ли получится продвинуться хотя бы немного. Она была слишком подавлена, и нельзя было надеяться на то, что удастся вывести ее из этого состояния лишь разговорами, кружась вокруг да около, взывая к логике или делая что-то еще в этом же роде. Она должна была именно ощутить то, что он был рядом, готовый поддержать и защитить в меру своих возможностей, что он не собирается уходить, что может стать надежным другом и союзником. С эмоциями наиболее эффективно бороться, вызывая другие эмоциями, а замкнутость разбивать решительными и смелыми действиями. Именно поэтому эльф устроился рядом и без лишних слов приобнял девушку за плечи.

+1

9

Аяна не ждала никаких действий от псионика, поэтому, когда он сел рядом, а потом увлёк её в объятия, - было неожиданностью, от которой эльфийка опешила. Сначала в ней поднялась буря противоречивых чувств. Самым естественным среди них казалось желание оттолкнуть эльфа, обвинить его в нарушении её личных границ и непозволительном поведении в отношении аристократки и вообще незнакомой эльфийки. Это было логично, разумно, рационально. Куда менее поддающимся логическому обоснованию было второе желание – не отталкивать, и именно ему поддалась Аяна, когда сама уткнулась лицом в плечо эльфа. Она устала казаться сильной и делать вид, что её не задевают ни действия Феантура, ни слова придворных и слухи, ни действия королевы или обвинения Руфио. Аяна не плакала навзрыд и не пыталась обнять эльфа, которого видела второй раз в своей жизни, но не хотела ничего говорить, да и слёзы сами просились на глаза.
С большим успехом она уткнулась бы лицом в плечо Каэроса, которого знала, или Анариэль, потому что, как думала, оба её понимали и связь с ними была практически дружеской, насколько это возможно между тремя враждующими с рождения сторонами. Но их здесь не было. Аяна не знала, как они относятся к ней, но думала, что оба не желают её видеть и ненавидят за связь с Руфио, потому что он пошёл против их семей и причинил им боли не меньше.
Аяна могла подумать, что доброта Арлена – это лишь попытка воспользоваться её состоянием, чтобы сблизиться и использовать в личных интересах, но сейчас ей хотелось думать, что это не так, что не все эльфы в королевстве похожи на Феантура или смотрят на неё как придворные леди – с осуждением. Может быть, так она занималась самообманом, о котором в будущем пожалеет, но думать иначе было слишком горько.

+1

10

Уж что-то, а вывести эльфийку из состояния апатии Арлену удалось. От него не скрылось замешательство Аяны, и оно было вполне понятно – вряд ли воспитанная благородная леди ожидала что пришедший к ней маг внезапно устроится совсем рядом, да еще и решит заключить ее в объятия, пусть даже и не усердствуя особо в этом, оставляя возможность вырваться, если происходящее будет ей неприятно. И все же девушка не оттолкнула его, не ударила, не закричала, вызывая гвардейцев, которые уж точно рады были бы такой возможности показать свое рвение. Вместо этого Аяна просто уткнулась в плечо эльфа, ища поддержки от того, о ком совершенно ничего не знала, наконец отбросив оковы, наложенные строгим воспитанием и явив свои настоящие чувства. И это могло бы привести к еще более плачевным последствиям, если бы Арлен таил коварные замыслы, но, к ее счастью, эльф предлагал помощь вполне искренне и без какой-либо задней мысли.
Хотелось сказать что-то, однако он понимал что сейчас уж точно не стоило этого делать -даже искренними и осторожными словами поддержки он бы разрушил этот момент. Именно такое хрупкое, тихое доверие, установившееся между ними сейчас без всяких слов, могло дать свои плоды, в то время как любое другое неосторожное действие в лучшем случае вернуло бы их обратно к состоянию, в котором они находились парой минут ранее, да еще и добавив к этому взаимную неловкость. И Арлен молчал, успокаивающе поглаживая эльфийку, даже не думая сейчас о том, что его действия могут быть истолкованы двояко.

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [06.06.1082] Парадокс жестокого бога