Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре август — сентябрь 1082 год


«Тайна забытого города»

Ритуал очищения и освобождения прошли успешно. В Зенвуле больше нет ни призраков, ни нежити, ни тёмной энергии. Экосистема города возрождается. В него вновь возвращаются звери и птицы. Проклятое Древо Костей в центре города полностью уничтожено, на его месте теперь стоит Страж-дерево. Болезнь Роза немёртвых полностью не исчезла, но теперь новых заражений не будет. Пока дух всё ещё в теле смертной девушки и мир полностью не очистился от тёмной энергии, которая растянулась далеко за пределы Остебена, болезнь останется.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Жатва»

Войска столицы направляются к городам-близнецам, чтобы дать бой Культу Безымянного и освободить Атропос и Акропос из-под гнёта культистов. Культ сдаёт Атропос без боя и стягивает силы к Акропосу, где разгорается полномасштабная битва. Первые Ключи из Силентеса активированы, что провоцирует Мёртвое древо поднять новое войско нежити и уничтожить всё живое, что есть на материке.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Джошуа Алисия Эарлан Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [05.06.1082] Игольное ушко


[05.06.1082] Игольное ушко

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

- Локация
о. Силва, Гвиндерил, г. Эденвел, дворец
- Действующие лица
Аяна, Арлен Лиатан
- Описание
предыдущий эпизод — [04.06.1082] Par pari refetur?
По приказу королевы во дворец прибыл маг-псионик из Гильдии магов, чтобы разобраться в хитросплетении интриг, допросить всех подозреваемых и докопаться до правды.

0

2

Не могу в это поверить.
Он не виноват.
Это случайность!
Это…
Аяна открыла глаза. Она смотрела перед собой. Гостевая комната во дворце была обставлена просто. Не как королевские покои или комната принцессы Гвиндерила. Не было в нём пышных убранства покоев советника или важных гостей, но даже так она казалась просторной, светлой. Почти как дома. Перина была пышной и мягкой. Балдахин белым как пух и настолько лёгким и прозрачным, будто паутинка. Аккуратный столик с резными ножками стоят в другом конце комнаты. К нему по бокам приставили два таких же кресла с мягкой обивкой. Скромный гардероб. Свет лился в комнату в высокие окна, из-за чего внутри было светло. Аяне казалось, что она здесь лишняя. Что она бесконечно что-то упускает из вида.
Вида…
Она посмотрела в окно. Окна комнаты выходили на задний двор, с морем цветов, красивых и ухоженных деревьев, за которыми следил дворцовый садовник и его румяная дочь. Аяна видела, как они срезают чуть завядшие цветы, собирают их в корзину и уносят, чтобы те не смущали лик королевы. Она видела перед собой чужой сад, но что-то в памяти упрямо пыталось пробиться из прошлого. Каждый раз оно ударялось в глухую стену и за ней исчезало, а стоило Аяне попытаться пробиться к ним навстречу, как возникала боль в голове и нарастала, с каждый разом становясь всё невыносимее. Почему-то это не вызывало у неё никаких эмоций, как и многое, что происходило вокруг. На Аяну нашла самая обыкновенная, но такая опасная апатия. Она съедала все чувства и эмоции, оставив после себя пустоту.
Эльфийка отошла от окна, отпустив край занавески. Она приобняла себя руками. Отчего-то казалось, что в комнате холодно, несмотря на тёплое время года. Аяна прекрасно знала, кто она и что здесь делает, но большую часть времени она проспала в комнате, а, когда проснулась, служанка, извиняясь, ставила поднос с едой на стол. Эльфийка успела позавтракать и оставить поднос с недоеденной снедью на столе, когда служанка снова придёт. Она также заметила, что возле покоев стоит гвардеец, который не то стережёт её, чтобы никто не вошёл, не то что бы она никуда без дозволения и сопровождения не вышла. Аяна не спрашивала, потому что не хотела выходить. Она вообще ничего не хотела.
Впервые она не чувствовала грызущей её боли и чувства вины за смерть отца и брата. Не чувствовала злобы, которая съедала её. Только странный покой, порождённый апатией – абсолютным безразличием ко всему.
Сразу после служанки её навестил дворцовый лекарь – справиться о её здоровье, но все результаты осмотра приберёг для королевы. Магическое вмешательство Ока сказалось на девушке, перегрузило её настолько, что теперь разум экономил силы, по крохам собирая чувства и эмоции, но что хуже всего – позже он обещал такую бурю, с которой справиться будет сложно, если вообще возможно, не сойдя с ума от горя и боли.
Феантур оставил её в таком состоянии, подменив некоторые воспоминания, а что-то оставив преднамеренно, чтобы она всегда помнила, что выбрала себе в избранники убийцу и сама дала ему повод ворваться в её дом и вырезать её семью.

+1

3

Мог ли еще неделю назад Арлен подумать, что его нога ступит на порог королевского дворца? Что его скромная персона понадобится самой владычице всего эльфийского народа? Такое не могло присниться ему даже в самом причудливом сне, однако реальность порой удивляет куда больше, чем даже наиболее смелые и безумные фантазии. И вот уже достаточно молодой, но уже подающий большие надежды псионик, одетый по всей форме гильдейского мага уже шествует своим обычным деловым шагом по коридорам дворца, прокручивая в голове детали своего первого поручения. “Аяна Шепард д`Коренаэ, из благородных. Судьба, правда, оказалась к ней совсем уж немилосердна, судя по тому что я слышал. Но сдается мне что ее содействие в этом деле будет значить очень много. Интересно, какая она...” - думал он, с любопытством рассматривая убранство замка. В самом деле, когда еще представится возможность побывать в самом сердце королевства! К тому же если уж ему предстоит здесь работать, увидеть и запомнить нужно каждую мелочь – никогда не знаешь когда может пригодиться собранная информация.
Наконец таким образом маг добрался до указанного места и внутренне собрался, настраиваясь на, возможно, самую сложную работу в его карьере, и уж точно самую важную. У двери в нужную комнату стоял на посту гвардеец, что совсем не удивило Арлена, если учесть положение находившейся там “гостьи”.
- Я прибыл по королевскому приказу. - сказал маг в ответ на настороженно-вопросительный взгляд солдата, не вдаваясь в подробности своей задачи. Если о нем уже сообщили, то часовой и так знал все, что ему было нужно, если же нет – в любом случае пришлось бы ожидать официального разрешения на вход. Но, к счастью, передача важных сообщений во дворце была поставлена как надо.
- Да, мне сообщили. Можете войти. - гвардеец теперь уже смотрел на мага с плохо скрываемым любопытством, видимо, надеясь на какие-то пояснения. Тот же, лишь коротко кивнув в ответ, стряхнул едва заметную пылинку с рукава своей “парадно-официальной” черной мантии, поправил эмблему, начищенную накануне до блеска, после чего, убедившись что всё в его облике соответствует высоким стандартам, заведенным в этом месте, как и было положено по правилам приличия, постучался. Дождавшись ответа, Арлен толкнул дверь, уверенно шагнув навстречу ожидающей его там неизвестности.
Комната оказалась более чем уютной, впрочем, чего еще можно было ожидать от королевского дворца. Однако куда больше чем убранство помещения его интересовала та, для кого оно стало чем-то средним между убежищем и тюрьмой. И, надо сказать, эльфийка однозначно производила впечатление. Он не сомневался что дочь благородного рода будет выглядеть эффектно даже в таком бедственном положении, но реальность даже превзошла его ожидания. Аяна была красива, и с какой бы деловой стороны он не подходил к своему пребыванию здесь, этот факт невозможно было не отметить. Высокая, с необычайно приятными чертами лица и длинными волосами цвета пламени, а также фигурой, вызывающей приятное волнение у любого здорового представителя мужского пола. Правда сейчас, несмотря на всю красоту, эльфийка выглядела несколько… потускневшей. Пережитое однозначно сильно сказалось на ее самочувствии, и это было хорошо заметно. Тут Арлен поймал себя на том, что его взгляд уже задержался на ней дольше, чем было положено по всем правилам приличия, а ведь он еще даже не сказал ни слова. Надеясь что она не отметила этот факт и не восприняла как оскорбление, он поспешил исправить недоразумение.
- Приветствую вас, леди Аяна. Меня зовут Арлен Лиатан, я прибыл из Гильдии магов чтобы помочь вам. - наконец произнес псионик, стараясь придать своему голосу более мягкую и вежливую интонацию. Он чуть склонил голову в уважительном приветствии, понимая что благородная эльфийка явно привыкла к соблюдению правил этикета, а для облегчения дальнейшего разговора следовало произвести хорошее первое впечатление.

Отредактировано Арлен Лиатан (2019-12-30 03:22:06)

+1

4

Аяна оглянулась на дверь. Она ожидала увидеть служанку, которая пришла за подносом, но вместо неё в комнату вошёл мужчина. Эльфийка впервые его видела, но даже это не помешало легко определить его причастность к Гильдии магов. Форма выдавала его, хотя лицо эльфа было незнакомым. Аяна видела его впервые и лишь строила предположение, что его привело сюда. Гвардеец всё ещё оставался за дверью и следил за ними. Аяна не думала, что кого-то намеренно подослали к ней, чтобы убить или навредить. Она, как думала, не знала ничего полезного для следствия королевы.
Эльфийка обернулась, встав вполоборота к гостю. Она не проронила ни слова, позволив ему заговорить первым и представиться. От Аяны не ускользнуло то, как эльф на неё смотрел. Что-то в его поведение выдавало малый опыт общения не то с девушками, не то с визитами во дворец и важными королевскими поручениями.
Имя ничего не сказало Аяне. Она никогда его не слышала.
- Помочь мне? С чем? – Аяна с удивлением и с лёгкой заинтересованностью посмотрела на эльфа.
Она так и не сдвинулась с места. Отреагировала на приветствие Арлена лишь коротким кивком.
«Кто этот маг? Целитель?» - такое предположение казалось ей единственным уместным в её ситуации – помочь с бременем, а что до всего остального… помочь ей мог разве что некромант, который бы вернул к жизни её брата и отца. Или мать. У неё совершенно никого не осталось, кроме старых слуг и воинов, служивших её Дому. Был ещё Регенлейф, но она не спрашивала о его судьбе и даже не упоминала имя вслух, будто опасалась, что все воспоминания, связанные с эльфом, снова причинят ей боль. О его судьбе она догадывалась. Преступника, покусившегося на жизнь другого эльфа, ждала только смерть. В лучшем случае – изгнание.
- Зачем вас призвали во дворец? Я рассказала Оку всё, что знаю.
Это была именно та версия правды, которую она знала. Аяна рассказала Феантуру всё, что связывало её с Руфио и заговором в Девореле.
Эльфийка отошла от стола и села в одно из кресел. На второе она показала рукой, приглашая гостя тоже присесть. Их разговор не походил на допрос, и оттого казался ей каким-то странным и неуместным. Да и относились к ней явно лучше, чем к другим наследникам деворельских Домов.

+1

5

Плотно закрыв за собой дверь, Арлен нарочито неспешно прошел дальше, и с каждым шагом он все четче представлял себе порядок дальнейших действий. Пусть информации у него пока было не так много как хотелось бы, но общую картину псионик вполне представлял. По его данным Аяна была не столько подозреваемой, сколько важной свидетельницей и одновременно пострадавшей от произошедшего, и это диктовало несколько иную линию поведения, чем при допросе преступников. Устроившись поудобнее в кресле, он начал отвечать на поступившие вопросы.
- Насколько я знаю, сейчас вы находитесь в весьма сложной ситуации, причем попали вы в нее не по своей вине. И, поправьте меня, если это не так, но рядом нет никого, кто мог бы помочь вам выбраться из всех тех неприятностей, который на вас свалились в последнее время. Я предлагаю помощь именно этого рода. Представление ваших интересов. Поддержку. Защиту, если это понадобится. Я понимаю, что это может показаться весьма опрометчиво — доверяться тому, кого видишь в первый раз, но вы ведь в любом случае ничего не теряете. А приобрести можете очень многое. - ответил Арлен, стараясь чтобы каждое слово буквально источало уверенность. Он знал, что девушка не могла сейчас рассчитывать ни на кого кроме себя и королевского милосердия, и в такой ситуации разумно искать себе сильного заступника, особенно если здоровье и душевное состояние далеко от идеального. Но захочет ли она хвататься за шанс, который сам вошел в ее комнату? Безусловно, это она была из благородных, а значит имела куда больший запас гордости, чем другие, но переросла ли эта самая гордость в ту, такую нелюбимую псиоником форму, которая затмевала разум? Очень хотелось бы верить что нет. Тем более что в ее глазах уже был заметен некий интерес…
Ответ на второй же вопрос был немного сложнее, но его слова должны были послужить важными кирпичиками, которые поддержат все то, что он сказал ранее. Естественно, что все детали своего задания выкладывать он не мог, но и врать Аяне не собирался, все еще надеясь на то, что удастся установить контакт, основанный на полной открытости с обеих сторон.
- Обычно меня призывают когда хотят докопаться до всей правды и не боятся узнать ее, какой бы неприглядной или неудобной она не была. А это значит что у Её Величества есть некоторые сомнения в полученных ранее результатах и она хочет провести более тщательное расследование. В подобных вопросах крайне важна беспристрастность того, кто собирает сведения, а здесь, насколько я знаю, каждый может оказаться тем, в чьих интересах скрыть что-то, либо подать под своим углом зрения. Моя же репутация безупречна, и я никак не связан со двором либо высокородными домами. Идеальная кандидатура для такой работы, не правда ли?
Он позволил себе легкую улыбку. Теперь предстояла самая сложная часть, однако сказать об этом стоило сразу во избежание недоразумений в дальнейшем.
- И, помимо всего прочего, я обладаю даром, который позволяет мне извлекать истину из чужих разумов, а потому я - первый союзник для тех, за кем нет никакой вины. - на последних словах эльф сделал особый акцент. - Насколько я понимаю, у вас уже был опыт общения с моими коллегами, возможно даже не лучший, однако думаю что вы быстро поймете, насколько я отличаюсь от них.

Отредактировано Арлен Лиатан (2019-12-31 03:28:02)

+1

6

- По своей в том числе, - Аяна не отрицала свою причастность.
Какой смысл в отрицании, если это правда? Она пошла против отца. Не стала писать королеве письма, где пересказывала бы планы Сулмердира на будущее Деворела, чтобы Мираэль как-то повлияла на происходящее. Она влезла в эту историю сама, выбрав себе спутника, который, воспользовавшись ситуацией, вывернул всё в свою пользу. Аяна чувствовала себя глупой и наивной – ослепшей от чувств, которые затуманили её разум, и в итоге она поплатилась за свою глупость. Вся её семье убита в этом проклятом бунте.
- Для меня странен сам факт, что кто-то собирается мне помочь. Безвозмездно. Это наталкивает на мысль, что вам что-то нужно и вас ко мне подослали, - Аяна говорила честно и внимательно следила за реакцией неожиданного гостя. Что ему от неё нужно? Откуда он вообще взялся? Королева решила ей посочувствовать, зная о её положении, поэтому с ней так возятся? Или же думают, что она знает какую-то тайную информацию, которой не поделилась с остальными?
Аяна не знала: специально ли Арлен говорит о способностях к псионике, чтобы расположить её к себе или же действительно говорит открыто и откровенно, чтобы вызвать у неё доверие к себе и своим действиям. Любое псионическое вмешательство без разрешения – болезненно и чревато последствиями, а она – Аяна – не главная преступница во всей истории, чтобы допрашивать её с таким упорством и жестокостью. Наверняка так добывали информацию из других преступников, что сейчас ждали своей очереди в допросной, просиживая штаны на холодном полу тесной камеры.
- Как я уже говорила Оку, мне неизвестно, что было в плане Регенлейфа и когда он его придумал вместе с дядей. Всё, что происходило до того дня, было в духе моего отца, а потому я не предполагала, чем всё обернётся на самом деле для меня и для моей семьи, - Аяна говорила спокойно и выглядела уравновешенной и собранной, как полагает аристократке – отвечать с достоинством и холодной маской на лице. Не как девушке, которая в одну ночь лишилась семьи или лила по ним слёзы в саду опустевшего дома. – А чем вы можете мне помочь? Ускорить моё возвращение в Деворел? Обозлённая толпа этого ждёт. Им ненавистны все уроженцы Домов. Впрочем… - она отвела взгляд и бесцельно посмотрела в окно. – От моего Дома уже ничего не осталось. Не уверена, что он таковым остался в глазах короны.
Как и она не была уверена, что хочет продолжать дело отца, поднимать свой Дом и брать всё в свои руки. Она сбежала из него вместе с Руфио и не планировала возвращаться когда-либо. Тогда эта идея показалась ей хорошей, но теперь Аяна не видела своего будущего ни в стенах Деворела, ни за его пределами. Может, и не такая плохая идея - отдать себя на суд толпы? Или выйти за Феантура, который предложил ей взять Дом в свои руки и восстановить порядок?

+1

7

Как Арлен и ожидал, эльфийка засомневалась в его искренности. Это было хорошим знаком, ведь означало что она способна мыслить трезво несмотря на свое моральное состояние.
- Это действительно выглядит странно, и, разумеется, меня сюда “подослали”, как вы изволили выразиться. Хотя это слово кажется мне неточным, ведь я не пришел сюда как шпион, скрывающий свои истинные намерения.  – эльф слегка усмехнулся. - Если бы мне нужно было соврать, я бы придумал потрясающе убедительную историю и позаботился бы о том, чтобы всё ее подтверждало, уж поверьте. Но это мне просто не нужно.
Правду говорят, что прямота и искренность вызывает куда больше подозрений, чем обман. Так или иначе все лгут либо умалчивают о чем-то, и когда кто-то вот так приходит и заявляет о своих намерениях, это заставляет напрячься. И, каким бы парадоксальным это не казалось на первый взгляд, чем более добрые стремления ты заявляешь, тем больше вероятность что тебя поймут с точностью до наоборот. Но этот разговор был нужен именно в таком виде, ведь он позволял узнать о Аяне больше, что уже начинало давать свои плоды.
- Я не говорил что моя помощь будет безвозмездной, ведь мне действительно нужно кое-что от вас взамен. - сказал Арлен, поняв что пора переходить к самому главному. Ее слова прояснили, что именно может заинтересовать эту девушку, и теперь сформулировать конкретное предложение было куда легче. – Я предлагаю сотрудничество, очень выгодное для нас обоих. Вы помогаете мне в выполнении моего задания здесь. Я понимаю что вы уже всё рассказали тому, кто занимался этим делом до меня, однако теперь ситуация несколько поменялась. В свою очередь я помогаю вам выбраться из этого неприятного дела с как можно меньшими потерями, и, если потребуется, обеспечу вашу безопасность, как минимум на первое время. Вы сможете отдохнуть, собраться с мыслями и решить что делать дальше.
Однако это было не все, что он хотел ей сказать. Когда эльфийка говорила, она выглядела спокойной, но все же он понимал что она просто демонстрировала это спокойствие ему, но вряд ли ощущала себя так внутри. Не нужно было прибегать к псионике чтобы понимать тот простой факт, что, будучи представительницей знатного рода, она была приучена держала лицо и не показывать свои настоящие чувства никому, а тем более какому-то подозрительному незнакомцу. Это подтверждали и последние слова, в которых отчетливо читалась вся настоящая горечь ее положения.
- Не сдавайтесь, леди Аяна. - неожиданно мягко сказал Арлен, чуть подавшись вперед. Сейчас он обращался к ней не как маг гильдии на службе королевского правосудия, а просто как мужчина, который хотел поддержать оказавшуюся в тяжелой ситуации девушку, и это ясно читалось в его тоне. - как бы вам больно ни было, поверьте мне, не стоит опускать руки, даже если вам кажется что ваша жизнь разрушена бесповоротно. Вы пережили тяжелый удар, однако если вы продержитесь сейчас, то еще увидите что для вас не все потеряно.

Отредактировано Арлен Лиатан (2020-01-04 17:13:32)

+1

8

- Вы здесь по приказу Её Величества, - парировала Аяна, будто не желала видеть разницу между шпионским расследованием или открытым допросом в дружеской обстановке. – Смею предположить, что раз вы здесь, то действия Ока вызвали у королевы сомнения и она решила всё ещё раз перепроверить? – эльфийка пристально посмотрела на важного гостя. – Гвардеец пропустил вас в комнату без лишних разговоров. Не думаю, что даже мешок злата уговорил бы его это сделать. Голова стоит дороже, а я – меньше.
Аяна уже давно избавилась от назойливой мысли, которая бы жрала любого параноика без остановки, что Арлен действует в интересах другого эльфа. Конечно, он мог бы притворяться, что служит королеве, а по факту служить кому-то другому, но Аяна не считала, что знает что-то настолько важное по ситуации в Девореле, чтобы использовать её в своих играх и так сильно заморачиваться.
- Что вы хотите услышать? – эльфийка решила перейти сразу к делу, потому что не видела смысла оттягивать момент. Она, как думала, уже давно и всё в деталях рассказала Феантуру. Даже больше, чем хотела бы. – Мои мысли открыты – вы можете воспользоваться ими по своему усмотрению.
Аяна не хваталась за воспоминания, как за что-то ценное. Допрос с псиоником и его вмешательство, после которого наступал долгий сон без сновидений, и он казался ей хорошим вариантом. Он позволял ей забыться и сбежать от горькой реальности, с которой Аяна не хотела бороться. Она проявляла неуместное смирение, которое не делало ей лучше. Не мешало расследованию – да, а что ещё кроме этого нужно?
«С наименьшими потерями» - такой варианту строил бы любого пленника темницы, который желает обрести свободу или избежать мучительной смерти любой ценой. Эти эльфы хватались за жизнь всеми руками и ногами, но для Аяны, которая ни в чём не видела смысла, это ничего не значило. Она потеряла Дом, репутацию, семью. Чего ещё она могла лишиться? Жизни? Что ещё такого ценного она имела, чтобы за это сразиться с судьбой? Ей казалось, что уже ничего не осталось.
— Не сдавайтесь, леди Аяна.
Аяна слышала искренность в голосе псионика, но она не располагала и не придавала ни сил, ни уверенности. Эльфийке казалось, что это слова эльфа, который не понимает, в какой ситуации она оказалась. Что никто на самом деле ничего не понимает. Только Феантур, который дарил ей лживое забвение, избавлял её от тяжести ноши.
- А что ещё я не потеряла? – она посмотрела на Арлена так, словно он нанёс ей оскорбление своими словами. И хотя в них не было ни капли злого умысла, эльфийка чувствовала, что они её злят. Злят настолько, что её хочется всё здесь поджечь, перевернуть и разорвать. Что хочется выгнать этого псионика из комнаты, запереться внутри и запретить всем входить, потому что она хочет побыть в одиночестве и чтобы её не беспокоили. На самом деле, она не хотела, чтобы ей снова напоминали о том, что случилось, и что она потеряла, но видела напоминание во всём. В дорогом балдахине на чужой постели. Во взгляде служанки. В словах Арлена.

+1

9

По всей видимости Арлен сильно недооценил либо степень подозрительности Аяны... либо же то, насколько подозрительно выглядел сам. “Хотя, с другой стороны, в этом нет ничего необычного. Наверное, живи я среди таких змей, только и думающих как бы сожрать друг друга, вел бы себя еще хуже” - подумал он. Конечно, торговцы тоже народ далеко не лучших нравов, однако псионику не приходилось быть свидетелем настолько драматичных конфликтов между ними, да и его семья предпочитала работать честно. И все же менять выбранную линию поведения было уже поздно, тем более что он сказал уже всё, что могло быть сказано в этой ситуации.
- Разумеется, и я сам обо всём этом вам рассказал. - Арлен пожал плечами, искренне не понимая в чем еще может быть проблема. И можно было бы приступать к делу, как и сказала эльфийка, однако ее настроение резко изменилось в ответ на сказанные им ранее слова поддержки.
Псионик подавил тяжелый вздох, наблюдая за Аяной. Невооруженным взглядом было заметно как раздражение все же победило напускное спокойствие. Похоже, что он совершил сразу несколько серьезных ошибок и похоронил все возможности наладить отношения… Или же, напротив, это было необходимой стадией в принятии действительности? Да, он задел ее душевные раны, однако, проводя аналогию с ранами телесными, каждый целитель знает, что если не обработать их, то последствия будут куда тяжелее, пусть сама процедура и доставляет неприятные ощущения. И можно сколько угодно говорить “просто царапина” и пытаться игнорировать боль, но выздоровление от этого лишь затянется, если вообще наступит. Можно было сколько угодно бежать от своих прошлых ошибок и пытаться их забыть, но ничем хорошим это обычно не заканчивалось. И пусть теперь она была рассержена, но хотя бы не бросалась в псионика вещами, и он не видел поводов сдаваться.
- Прошу прощения. Я не хотел задеть ваши чувства… - все так же вежливо начал он, чуть склонив голову, но когда поднял ее вновь, стало понятно что в его глазах не было сожаления о сказанном, а лишь уверенность в своей правоте, да и голос стал гораздо тверже. - И все же я не отказываюсь от своих слов. Вы еще не потеряли себя, и пусть вы не замечаете это сейчас, но на самом деле это очень важно. И я не дам вам потерять себя, будьте уверены.
С этими словами он провел пальцами по висящей на шее эмблеме, настраиваясь на предстоящую работу. Условия, конечно, были далеки от идеальных, но, быть может, так было даже лучше. Сейчас ее терзало прошлое, и в таком состоянии Арлен мог увидеть его более отчетливо. И, быть может, даже сможет облегчить боль эльфийки, хотя бы ненамного.
- А теперь, пока вы не пытаетесь убить меня с помощью подручных средств, предлагаю приступить к делу. - как будто ничего и не было продолжил эльф. - Прежде всего расслабьтесь и не пытайтесь сопротивляться. Я сделаю все крайне осторожно, и попытки сопротивления лишь истощат ваши силы, не принеся никакого результата. Сядьте в кресле так, чтобы, в случае если вы потеряете сознание, не свалиться. Сообщите, когда будете готовы.
После этого Арлен замолчал, внутренне готовясь пробудить свои силы и погрузиться в разум девушки сразу же после ее сигнала о готовности.

+1

10

Не потеряла себя…
Аяна уже сомневалась, что знает, кто она. Кем стала после смерти отца и брата. После того, как бросила свой Дом и сбежала из Деворела. Кем была сейчас, не снимая с руки скромного обручального кольца, которое надевала с такой радостью и ощущением свободы, что сейчас всё это казалось ложью и сном. Кем она стала, если ни на секунду не порадовалась новости, что принёс ей дворцовый лекарь? Кем себя ощущала, если единственный эльф, которого она любила и в котором чувствовала своё спасение от целого мира, оказался замешан в смерти её отца и брата? Он утаил от неё правду. И Аяна понимала, что всё это – бунт и проникновение в её дом, не ради неё, а всё с другой менее благородной целью. Очистить Деворел от заразы, которой были великие Дома. Которой была она в том числе.
Она не стала ёрничать и переубеждать Арлена. В этом нет никакого смысла. Намного продуктивнее дать ему сделать свою работу и на том закончить этот разговор.
- Готова.
Без какой-то подготовки бросила Аяна, потому что не видела в ней никакого смысла. Она уже сидела на тот момент, а что ещё нужно?
Аяна закрыла глаза, устроила руки на подлокотниках.
Эльфийка пропускала псионика в свои мысли добровольно. Это облегчало чужое проникновение и поиски мыслей, но только тех, что лежали на поверхности и были ещё свежими и нетронутыми. Воспоминания о прошлом, связанном с Руфио, недельной давности. Радостные события тайного обручения и беззаботной недолгой жизни вдали от всех. На смену радости пришли боль, обида и злость. Сначала их вызвало появление Феантура, который нарушил их покой и при свидетелях обвинил Руфио в преступлениях, а после рассказал всю правду о деворельской резне, в которую она долго отказывалась верить.
Она видела тела брата и отца и всех эльфов, которые умирали в её Доме, потому что либо защищали лорда, либо пытались пробиться к нему и убить. Горе и ненависть к самой себе затопили её и она действительно попросила Феантура исправить её память – Око не солгал. Он истязал её этими воспоминаниями, пока его вмешательство в её разум едва не стало фатальным для эльфийки.
Свежие следы вмешательства были на старых воспоминаниях и тоже касались Руфио, но были они такими старыми, что едва ли имели какое-то отношение к деворельским событиям. То было её знакомство с Руфио и первый побег из дома, когда она пошла против воли отца и сбежала из-под венца. Не захотела выходить за сына какого-то торговца, потому что это было выгодно её отцу. Тогда Руфио был всего лишь мальчишкой без имени, пытавшимся поступить на службу к Бурерождённым.
От воспоминаний у Аяна заболела голова. Она не осознавала, что происходит, но слёзы сами полились по щекам, и отчего-то ей стало так грустно и больно, словно только сейчас поняла, что она потеряла на самом деле.
Воспоминания, связанные с Руфио, резко вернули её из прошлого к настоящему, где уже Феантур предлагал ей объединить усилия и восстановить её дом. Эльф убеждал её, что, несмотря на все слухи и испорченную репутацию, он готов взять на себя чуть больше обязательств и позаботиться о её благополучии – исправить чужие ошибки. Поднять Дом, наладить торговлю. Он сделает это, когда Регенлейф по указу королевы отправится на виселицу и освободит её от клятвы или их брак – глупый и детский – признают недействительным, потому что проводился он тайно и под другими именами.
И она согласилась.
Согласилась!
- Хватит!
Арлен был прав, когда предположил, что во время псионического вмешательства что-то да полетит. Это что-то быстро пролетело в другой конец комнаты и со звоном упало на пол. То самое кольцо, которое она носила на пальце.
- Это не имеет никакого отношения к Деворелу! Никакого! – она повысила голос, смотря на Арлена, будто это он виноват, что именно на этих воспоминаниях остался след вмешательства Ока.

+1

11

Аяна явно все еще не была согласна с магом, однако в этот раз спорить не стала. “Вот и хорошо. Вскоре вы узнаете, что я слов на ветер не бросаю. Но сперва нужно исполнить свой долг.” - подумал Арлен. Услышав ее короткое сообщение о готовности, он лишь кивнул и осторожно коснулся разума эльфийки.
Сперва погружение казалось ему достаточно простым – воспоминания просматривались четко и ясно. Впрочем, картины ее счастливой семейной жизни неожиданно вызвали у него какую-то эмоциональную реакцию, несколько смазавшую изображение... Не разбираясь, Арлен усилием воли изгнал все лишнее из своего разума. Лишь работа, никаких личных оценок происходящего. Смерти, интриги, внезапные откровения, выбивающие почву из-под ног – он видел все это ее глазами и отстраненно отмечал сильные эмоциональные всплески со стороны Аяны. Да, псионик знал насколько сильно ей досталось за последнее время, однако теперь он сам все это видел и в некоторой мере даже ощущал, что не могло не вызвать сочувствие к судьбе этой эльфийки. Но вот он почувствовал, что дальше двигаться просто не может, будто бы чья-то воля не пропускала его, путала и пыталась всеми силами увести от каких-то воспоминаний. Сперва Арлен подумал что Аяна просто начала сопротивляться вмешательству, пытаясь скрыть от него какую-то информацию, однако быстро понял что она просто не могла бы выстроить такую защиту, не обладая неплохими способностями к псионике. А значит над этим поработал кто-то другой, явно желающий скрыть что-то то ли от девушки, то ли от коллег… В любом случае это было очень подозрительно. Эльфу пришлось вложить больше энергии в заклинание и сосредоточиться на том, чтобы устранить преграду, задействовав всю свою волю и всё мастерство для того чтобы добиться цели, не повредив при этом Аяне. Это было весьма непростой задачей - перехитрить противника, который мог соорудить такое, однако Арлену все же удалось выйти победителем из этой заочной дуэли и высвободить скрытые воспоминания. И если дела давно минувших дней не особо его интересовали, то последняя сцена, которую он увидел, имела самое прямое отношение как к происходящим событиям, так и к тому, зачем его вообще призвали во дворец. Похоже, что он наконец поймал какую-то ниточку, ведущую к чему-то весьма интересному для королевы... Но не успел он подумать об этом как ощутил, что девушка близка к срыву, а значит продолжать процесс было просто опасно для ее рассудка. Заметив это, маг тут же разорвал контакт, не желая подвергать и без того только что ставший полем боя разум эльфийки такой угрозе.
Ее выкрик все еще звенел в его ушах, а в углу звякнула вещь, брошенная Аяной. Судя по жесту, это было… кольцо? В своей практике ему не так уж часто приходилось высвобождать скрытые другим псиоником воспоминания, однако после такого рода вмешательств случалось всякое, даже такие эмоциональные взрывы. И в этом случае эльф полностью разделял ее негодование. Использовать бедственное положение девушки, свой статус и дар таким образом казалось ему вдвойне недостойным и преступным.
- Имеет… - тихо сказал Арлен, встречая ее взгляд. - кроме того, это имеет отношение к вам. Теперь, когда я знаю что сотворили с вашей памятью, тот, кто это сделал, обязательно за всё ответит.

Использовано: «Телепатия»
Остаток: 400 маны

Отредактировано Арлен Лиатан (2020-01-05 17:27:20)

+1

12

Аяна хотела забиться в угол, словно напуганный маленький ребёнок. Заткнуть уши, чтобы не слышать, как родители ругаются в соседней комнате. С силой зажмуриться, чтобы не видеть две беснующиеся тени на стене. И представить другое место. Светлое. Радужное. Где всё хорошо. Переместиться в другое место было невозможно, как и забыть все те воспоминания, которые затронул псионик. Она помнила то, что хотела бы забыть. И вмешательство в свои воспоминания, и то, что было после построено на искажённой памяти. Она понимала, что это невозможно, и не знала, чего хочет в этот момент. Напроситься пойти в темницу, где держат деворельских преступников, чтобы посмотреть в лицо Руфио и сказать ему, что он ей лгал? Отправиться лично к Феантуру, чтобы напомнить ему, что он забыл о своём месте и ему не позволительно распоряжаться её жизнью по своему усмотрению? Пойти к самой королеве и высказать ей всё, что она думает о ней и её поступках в отношении Деворела? Или остаться в этой комнате, выгнав псионика вон, потому что не хотела лить слёзы при постороннем?
На чужое кольцо она смотрела с ненавистью. На себя – с презрением, потому что никакое изменение памяти не смывало с неё налипшую грязь. Она чувствовала себя испорченной, но не из-за того, что связалась с Руфио и её в чём-то подозревали, а потому что она сама попросила это с ней сделать – заставить её всё забыть, и сама согласилась на предложение, на которое в другой ситуации только бы рассмеялась.
Почему она вообще согласилась? Почему Феантур решил, что королева позволит ему встать во главе Деворела? За хорошую службу? За поимку преступников? Он сильно ошибался, если так. Действия королевы в отношении Ока говорили об обратном – она уже сомневалась в его честности и непредвзятости. Но есть ли ей какое-то дело до того, что Око сделал с Аяной? Что ей до судьбы одной девушки? У неё целый город годами сгорал от ненависти, а она закрывала на это глаза!
- Он просто воспользовался ситуацией, - Аяна, немного совладав с эмоциями и внутренней дрожью, смотрела на кольцо, а не на собеседника, и думала, что лучше бы ей не видеть ни Феантура, ни Руфио. – Так поступил бы любой аристократ из младшего Дома Деворела, если бы верил, что старшие Дома продолжат существовать после резни.
Но никто из них этого не сделал. Даже иш’Синдэ, которые заключили сделку с Каэросом, в итоге его предали, потому что выдать дочь замуж за Бурерождённого – это лишь маленький кусочек пирога, а они хотели целый.
Или же на самом деле нет никакого заговора и Феантур попытался вовремя подсуетиться?
- Я не узнала его, - Аяна, казалось, говорила на отвлечённую тему, никак не связанную с тем, что говорил Арлен. – Не могла узнать, потому что никогда не видела его, пока он не пришёл за Руфио в ту деревню, - она по-прежнему смотрела в стену и не отводила взгляда, но он был пустым и смотрел будто бы сквозь пространство и время. – Он из рода Майен’н. Семь лет назад он с отцом приезжал в Деворел. Они собирались заключить договор с моим отцом. О браке. Но в тот день я сбежала из дома. Помолвка не состоялась, поэтому о ней никто не знал. Незадолго после этого его род разорился.
Сейчас Феантур был уважаемым эльфом в столице, который выслужился перед короной. Он увидел шанс отомстить за прошлое унижение и вернуть своему роду былое богатство и связи, даже женщину, которая могла бы принадлежать ему, если бы не Руфио, по случайности оказавшийся в саду Коренаэ в тот день.

+1

13

Несмотря на внешнюю невозмутимость Арлена, он ощущал как внутри него поднимается холодная ярость. Судя по тому, что он видел, Феантур сейчас представлял почти все, что он ненавидел в аристократах. Он стремился во что бы то ни стало устроить свою жизнь, и плевать ему было на судьбы тех, кого он использовал… Например этой несчастной девушки, которая и без того лишилась почти всего. Арлен не знал насколько серьезным было его вмешательство в ее разум помимо того, что он успел заметить, и не склонил ли он ее к такому решению с помощью своих способностей - для этого нужна была более тщательная проверка, однако налицо было то, что он совершенно не стеснялся в средствах. И то, как о нем сейчас говорила Аяна все больше убеждало псионика, что он прибыл как раз вовремя.
- Да, он воспользовался ситуацией, и именно в этом заключается проблема. - псионик слегка поморщился. - Может для аристократов это и является нормальным поведением, но я на дух не переношу тех, кто готов опускаться до любой подлости лишь бы потешить свою раздутую гордыню или урвать для себя больше власти.
К тому же эта история с помолвкой… В такие дела Арлен обычно предпочитал не вникать – с одной стороны он вполне мог понять стремление представителей влиятельных семей связать себя узами с другими благородными домами, в идеале таким образом, чтобы приумножить свое влияние… Однако то, что в теории звучало вполне логичным шагом, при ближайшем рассмотрении оказывалось крайне неприглядным действом, ведь мало кто при этом интересовался мнением самих будущих супругов, их судьбами просто торговали, да так, как торговцам более привычными товарами и не снилось. Да, случалось так, что супруги проникались друг к другу если не любовью, то хотя бы симпатией, но так везло далеко не всегда. И вот сейчас, глядя на эту красивую молодую девушку, он видел перед собой жертву всех этих политических игр, которые он так ненавидел.
- Теперь мне понятны его мотивы. Видимо, он считает вас по праву своей и пытается вернуть в свою собственность… Простите, но иначе это не назвать. - при всем его самоконтроле в голосе все же сквозило презрение. И не только к совершившему этот шаг, но и ко всей ситуации, которая привела к такому исходу. Теперь он окончательно понял что выбрать среди всех псиоников именно его, а после еще и направить в первую очередь именно к Аяне было очень мудрым шагом, ведь лучше мотивировать его было просто невозможно.
Неожиданно Арлен встал и решительно шагнул к креслу, в котором устроилась рыжеволосая эльфийка. Его ладонь мягко легла на ее плечо, а сам он склонился так, чтобы поймать ее взгляд. Наверняка сейчас он нарушил множество правил этикета, но этот факт его нисколько не беспокоил. После всего того, что он увидел в ее памяти, и в особенности после ее рассказа о обратной стороне этой истории псионику хотелось чтобы Аяна ощущала его поддержку.
- Вы не окажетесь в его власти. - просто сказал он. - в этом можете быть уверены.

+1

14

Политические игры и интриги – это обыденность среди аристократии. Грязная и мерзкая, но обыденность. Аяна прекрасно понимала цели и мотивы Феантура, который желал заполучить больше, чем имел. Кто бы не соблазнился, имея столько власти в руках? Вряд ли он думал, что королева засомневается в его верности и решит всё перепроверить, подключив к делу другого псионика, но теперь он мог забыть о беззаботном будущем в Девореле. Хорошо, если после этого его не накажут. Впрочем, за выслугу лет ему, наверное, полагалось лишь разжалование и негласный выговор от королевы. На большее Аяна не рассчитывала, да и, честно признаться, не желала эльфу зла.
Эта история не зашла настолько далеко, чтобы Аяне было о чём плакаться королеве с просьбой справедливости. Память восстанавливалась. Здоровье, если верить прогнозам целителя, тоже должно вернуться к ней, когда все псионические вмешательства прекратятся, а она сможет полноценно отдохнуть и восстановиться в тишине и спокойствии. Ни то, ни другое Аяне в ближайшее время не светили.
Что же до других жертв Феантура… Аяна думала о том, что Руфио в допросной могло достаться намного сильнее, чем ей, просившей избавить её от бремени памяти. Наверняка Око не упустил такой шанс – отомстить мальчишке, который перешёл ему дорогу. Тут сам Руфио подбросил ему такой повод. Как не воспользоваться? Несмотря на то, что Аяна всё ещё злилась на Регенлейфа, она чувствовала беспокойство и даже немного… совсем немного его жалела.
Аяна, пусть и не была псиоником, но чувствовала, что Арлен злится. Его отношение было неподдельным, а настоящим. Редкость среди аристократии.
Псионик удивил её, когда встал из-за стола и вместо того, чтобы отправиться к королеве и доложить ей обо всём, что успел узнать об Оке, подошёл к ней. Аяна внутренне напряглась, ожидая чего-то, как повелось, неприятного, но к своему удивлению осознала, что Арлен просто прикоснулся к её плечу, чтобы по-дружески выказать поддержку. Взгляд глаза в глаза и этот жест выбили эльфийку из колеи. Она растерялась, забыв, что хотела сказать насчёт Феантура и его планов, но быстро собралась, вновь натягивая маску, за которой пряталась как за щитом.
«Прятаться от псионика – бесполезная затея», - с запозданием подумала Аяна и усмехнулась про себя. Она не чувствовала, что Арлен прямо сейчас копается в её голове, но на то он и «шпион» королевы, не так ли?
- Брак по расчёту меня не пугает, - неожиданно для себя заявила Аяна. Это действительно так. Сейчас ей казалось, что жениться по любви – это глупая прихоть наивной девочки, которая считает, что только так может найти счастье. – Сейчас это единственная возможность для моего Дома восстановиться в глазах короны и вернуть себе влияние, если это возможно.
Это было понятно ещё до того, как она сбежала вместе с Руфио, но только теперь, обжёгшись, признавалась самой себе, что поступила неправильно. Стоило с самого начала отбросить чувства и поступать так как должно, а не как хочется.
Жест Арлена вызвал у неё странные чувства. Она не надеялась найти поддержку в таком месте, но всё же списывала его действия на то, что псионики чувствуют желания других, а потому умеют располагать себе и пользуются своими способностями.
- Думаю, королева уже заждалась вестей от вас.
«А я хочу побыть одна с моими мыслями».
- Мне больше нечего вам рассказать, если, конечно, - она усмехнулась, - вас не интересуют подробности моей супружеской жизни.

+1

15

Аяна отреагировала на его неожиданные действия вполне спокойно – после опаски и короткого замешательства она тут же взяла себя в руки, вновь превратившись в идеальную аристократку, спокойную и холодную. И слова, которые она говорила, исходили скорее от этого образа, чем от души девушки. Но все же эльфийка не попыталась сбросить его руку и не потребовала соблюдать правила приличий, хотя и вполне имела на это право… Это давало надежду на то, что ему еще удастся убедить ее забыть об этом образе, за которым она будто бы прятала истинные чувства, и высвободить настоящую Аяну. Почему-то ему было очень интересно ее увидеть наяву, а не в воспоминаниях.
- Я знаю что вы действительно сейчас в это верите, однако на самом деле не хотите такого исхода. - уверенно сказал Арлен, поднимаясь. - Насчет же возможностей… Поверьте, это далеко не единственный путь. И совсем не лучший из возможных.
После этого собеседница недвусмысленно намекнула ему на то, что пора бы ему удалиться из ее комнаты, и псионик мог лишь согласиться с этой мыслью. Он провел необходимое вмешательство, получил важную информацию и теперь нужно было дать ей время восстановиться и привести мысли в порядок. Кроме того, в нем жила была может и излишне самоуверенная, но все же сильная надежда на то, что ему удалось своими словами изменить хоть что-то в настрое эльфийки и что она, пусть и не соглашалась с ним во время разговора, но все же обдумает то, что он ей сказал.
- В таком случае я покину вас, тем более что мне и в самом деле есть чем поделиться. - ответил Арлен, но все же не смог проигнорировать ее последнюю фразу. С лукавой улыбкой он добавил: - О, если вы так желаете, то это мы можем обсудить в следующий раз. Ну а пока… До встречи. Ждите меня с хорошими новостями.
Закончив на этом, псионик уже не оборачиваясь прошел к двери, и лишь выйдя за комнаты и отойдя на достаточное расстояние от все еще стоящего на своем посту гвардейца, смог несколько раз глубоко вздохнуть и потереть виски, окончательно успокаиваясь и очищая разум от возникших эмоций. В этот раз, впрочем, они пробудились весьма кстати, добавив его словам убедительности. Ну а теперь и в самом деле следовало незамедлительно доложить о результатах своего визита королеве и предпринять всё необходимое для того, чтобы исполнить данное Аяне обещание.

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [05.06.1082] Игольное ушко