Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре июль — август 1082 год


«Тайна забытого города»

Ритуал очищения и освобождения прошли успешно. В Зенвуле больше нет ни призраков, ни нежити, ни тёмной энергии. Экосистема города возрождается. В него вновь возвращаются звери и птицы. Проклятое Древо Костей в центре города полностью уничтожено, на его месте теперь стоит Страж-дерево. Болезнь Роза немёртвых полностью не исчезла, но теперь новых заражений не будет. Пока дух всё ещё в теле смертной девушки и мир полностью не очистился от тёмной энергии, которая растянулась далеко за пределы Остебена, болезнь останется.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Жатва»

Войска столицы направляются к городам-близнецам, чтобы дать бой Культу Безымянного и освободить Атропос и Акропос из-под гнёта культистов. Культ сдаёт Атропос без боя и стягивает силы к Акропосу, где разгорается полномасштабная битва. Первые Ключи из Силентеса активированы, что провоцирует Мёртвое древо поднять новое войско нежити и уничтожить всё живое, что есть на материке.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Джошуа Элиор Лангре Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [12.10.1082] Утоли ярость


[12.10.1082] Утоли ярость

Сообщений 1 страница 22 из 22

1

- Локация
Северные земли, г. Мирдан, дворец
- Действующие лица
Шейн Виззарион, Ясемин, Ширайя (нпс)
- Описание
предыдущий эпизод[5.10.1082] Тщеславных яд
Получив письмо от внука, вдовствующая императрица прибыла в столицу и родной дворец, невзирая на разногласия между кланами Лэно и Камэль. Старая вампирша прожила в изгнании более двух сотен лет, пока её дети правили в столице и не думали давать шанса матери вернуться.

0

2

Ширайя дель Виззарион отправилась в ссылку в 989 году, когда её брат и муж скончался. Вампирша не выдержала горечи потери мужа и на этой почве сошла с ума. Вдовствующую императрицу удалили со двора. Лечение, которое стало для неё многогодовым заключением, проходило в Нерине под опекой лучших целителей клана Лэно. Магия исцеления давалась им лучше, а смена обстановки, как считалось, должна была пойти на пользу императрице. С мнением вампирши не считался родной сын, который взошёл на престол после смерти отца, и дочь с младшим сыном, которые оставались в столице и редко поддерживали связь с вдовствующей императрицей, а та, по слухам и отчётам целителей, не желала получать письма или видеть родственников. О Ширайе дель Виззарион – Безумной императрице – забыли в столице. Совет и Старейшины делали вид, что она отошла в мир иной вместе с покойным супругом. Тайна рода, которую хранила вампирша, оказалась под замком вдали от родственников, которых она, в те ещё далёкие времена, желала предупредить об опасности.
С годами желание вдовствующей императрицы истлело. Вампирша жила вдали от семьи, которую считала семьёй лишь формально, и по крови, коли так было угодно. Она не имела связей в столице и не могла повлиять ни на сына, ни на внука, ни на дочь, когда один правитель сменял другого на троне. О ней как будто все забыли. И вот спустя годы, когда в столице практически не осталось ни одного Виззариоан по крови, ей подарили свободу.
Письмо, что она получила от внука, Ширайя перечитала вслух несколько раз, а потом рассмеялась так весело и громко, будто иной раз хотела соответствовать прозвищу.
Безумная императрица.
Но кто же из них более безумен? Женщина, которая пыталась защитить семью и верила, что однажды за ней вернутся и освободят из темницы Нерина, или мальчик на троне, который ждал помощи от родственницы, взращенной чужим кланом?
Вампирша ответила на письмо и прибыла в столицу первым порталом, который ей любезно предоставили маги клана Лэно, будто пытались избавиться от наследия Виззарионов или же – защитить женщину, которой в Нерине больше не рады. Правда осталась между Ширайей и главами клана.
- Я уже забыла, как колок Север, - женщина улыбнулась, смотря на дворец.
Она прибыла в лёгком, по-нерински, платье, в тёплых солнечных тонах, которые на севере можно встретить лишь летом и у приезжих. Холодный осенний воздух щипал её кожу. После солнца, которого в Нерине с излишком, она отвыкла от приятной прохлады.
По вампирским меркам Ширайя уже не молода, а долгожительница, которых редко встретишь при полном уме и здравии. Она не выглядела и вполовину такой безумной и больной, как её описывали. Не было чрезмерной бледности на лице, тусклости в голубых глазах. Светлые волосы, которые не тронула проседь, струились на её плечи с живым блеском. Вампирша приветливо и по-доброму улыбалась, будто не её сослали на родину чужого клана подальше от дворца и власти.
Она шла по коридорам родного дворца, но чувствовала его чужим. Если бы не ранение внука и бегство всех Виззарионов, призвали бы её ко двору?
Женщина знала ответ.
Оказаться в тронном зале по другую сторону трона казалось ей чем-то неуместным. Она смотрела на кресло императрицы, на котором когда-то сидела сама. После неё здесь было две женщины, но ни одна из них сегодня не пришла встретить вдовствующую императрицу. Старшую этого рода. А на троне, где она едва лишь застала собственного сына, сидел подросший внук.
- Эту встречу я представляла себе несколько иначе, - вампирша не удержалась от честности, но улыбнулась, глядя на императора, и лишь быстрым взглядом посмотрела на его спутницу, которая, как она поняла, заменяла императрицу. - Мои поздравления с восхождением на престол и рождением наследницы несколько... запоздали.

[nick]Ширайя Виззарион[/nick][status]Вдовствующая императрица[/status][icon]https://i.imgur.com/fSiAh2F.png[/icon]

+1

3

Шейн не знал, чего ожидать от приезда Ширайи. О женщине ходило много слухов. В некоторые он верил. Мирра повредилась умом после смерти отца, но безумство настигло её спустя годы жизни без мужа с разорванной связью. Она могла уничтожить её, как делают многие вампиры, чтобы не обременять себя болями и печалями по потерянному супругу, но она оставила эту память. Шейн думал так, не зная, что связи между его отцом и матерью никогда не было связи. Мирра об этом не рассказывала и хранила свои секреты от детей. Он догадывался, что ничего не знает о родителях и их жизни в стенах дворца, но столкнулся с ужасной правдой, когда Мередит нашла завещание отца. Эльдар завещал трон старшему сыну, которого признавал Виззарионом. Мирра пыталась сохранять это в тайне и уничтожить все копии документа, свидетельствующие о незаконном восхождении её сына на престол, но некоторые копии сохранились. Оригинал находился в стенах дворца, его нашла Мередит. Вторая копия сохранилась у Грейнов, которые доказали свою верность, но напомнили о сохранении тайны. Шейн доверял Дому Чёрного Клинка, но верность и доверие изменчивы, как погода в море. Когда и куда ветер подует, никто не знал.
- Добро пожаловать домой, - вампир улыбнулся.
На встречу с драгоценной бабкой Виззарион пришёл в сопровождении Ясемин. Мередит оставалась в своих покоях и не покидала их с дня рождения дочери. Она не видела девочку и отказывалась брать её на руки или принимать участие в её воспитании. Каждый раз, когда Шейн приходил к ней, она просила его расторгнуть брак и сослать её из дворца.
Ранение заживало, но Виззарион познал все прелести человеческой слабости. Обсидиан замедлил регенерацию. Рана постоянно болела. Шейн пил больше крови, чтобы держаться на ногах и продолжать вести дела государства. Он вышел встретить гостью в тронный зал, когда лекарь закончил причитать, накладывая новую повязку. Для Ясемин принесли дополнительное кресло без излишеств, чтобы не заставлять девушку на поздних сроках ждать стоя.
- Никогда не поздно поздравлять… или просить прощения. Я виноват, что у тебя не было возможности раньше увидеть, как твой внук восходит на престол, и быть рядом, когда наш род продолжился, - формальность и вежливость, которую требовали обычаи. – Ясемин приготовила комнату к твоему приезду. Я решил, что покои императрицы-матери подойдут как нельзя кстати, - он улыбнулся и не без труда встал с трона, чтобы спуститься к женщине. Каждая треклятая ступенька короткого помоста стоила ему боли в ране, но Шейн охранил лицо.
Он коснулся плеч женщины и с доброжелательностью заглянул ей в лицо.
- Харука.
Гвардеец с готовностью посмотрел на императора, ожидая приказа.
- Моя бабушка привыкла к теплу Нерина и успела продрогнуть во дворце.
Гвардеец без лишних слов подошёл к императору, снял свой плащ и протянул его вампиру. Шейн лёгким движением накинул его на плечи женщины.
- Распоряжусь, чтобы тебе подобрали подходящую одежду.
Он отвлёкся от разговора и повернулся к двери. В тронный зал вошла запоздавшая нянька со свёртком в руках. Опережая вопрос Ширайи, Шейн объяснил.
- Я подумал, что ты захочешь взглянуть на правнучку, - Шейн открытым жестом показал служанке передать ребёнка в руки Ширайи.
Кормилица подошла к женщине, осторожно передала в её руки новорожденного. За несколько недель Морин окрепла. Лекари вытянули весь яд из её тела. Девочка набиралась сил, отъедалась и выглядела здоровой.
- Её зовут Морин, - вампир посмотрел на ребёнка в руках бабушки и повернулся полубоком к Ясемин. – Нам пророчат рождение мальчика, но я не уверен.

+1

4

Казалось бы, кошмары должны закончится сразу же, как только Император пришел в себя, но не тут то было. Ясемин стала свидетелем весьма необычного диалога, который просто не выходил из её головы. А в её светлую головушку за последнее время лезло столько мыслей, что иногда она удивлялась, как не сошла с ума, пытаясь все это решить. Конечно, вопросов было просто множество. Начиная с самой Мередит и ребенком, от которого та отказалась, заканчивая предателями, что строят козни самому Императору. А сейчас, добавилась и ещё одна полоса, приезд вдовствующей императрицы, слухи о которой ходили разные. Нет, Ясемин старалась в них не верить, правда, где-то глубоко в душе, что-то кольнуло, будто бы говоря, а что если это все правда?
Приготовить покои для гостя было не сложно, особенно, когда ты только командуешь, а прислуга все делает. Меняет белье, ставит цветы, передвигает какие-то вещи, чтобы гостю было удобно. Да, такое положение могло вскружить голову любому, но не ей. Как же, наложнице хотелось помочь, так же заняться приготовлению комнаты такой важной персоны. Если бы не её положение, та наверное бы все начала делать сама, отказываясь от любой помощи.
Ей было немного не удобно, что встречать столь ценного и важного гостя Император решил с ней. Слухи об императрице все распространялись, Ясемин конечно хотела лично придти к ней и поговорить, как женщина с женщиной, ну или как мать с матерью, чтобы попытаться придти в нужному им мнению. Но эта мысль отошла на задний план, ведь сейчас, было куда важнее встретить Вдовствующую императрицу, а после уже решать другие проблемы.
Пока они ожидали приезда важной персоны, для наложницы успели принести кресло, дабы девушка не стояла на ногах при столь поздних сроках. Признаться, она даже сама начала больше уставать, и практически все время сидела или лежала, изредка покидая покои.
- Благодарю. - поблагодарила она прислугу, что поставила рядом с ней стул, на который она присела в ожидании.
Спустя какое-то время, во дворец прибыл гость, и как только двери тронного зала распахнулись, Ясемин поднялась с кресла поправляя подол платья и начала наблюдать за императорской семьей. На первый взгляд, Ширайя показалась ей весьма интересной персоной, возможно даже неплохим собеседникам, да и её манеры говорили со всем обратное, и на сумасшедшую та точно не тянула.
- Доверяй, но проверяй, да? - почему-то эта мысль скользнула в её голове. Пусть снаружи вампирша и показывала себя с лучшей стороны, никто не знал, какие демоны скрывались у неё внутри.
В тронный зал внесли наследницу, девочку, за которой присматривала Ясемин, ребенок полностью окреп и теперь её жизнь была в безопасности. Хотя наложница помнила, как первые дни и ночи тряслась возле её колыбели, прислушивалась к каждому вздоху и движению, что делала это милое дитя.
Фаворитка лишь немного поклонилась в знак приветствия, стоя чуть по даль от Шейна.
- Надеюсь, дорога Вас не сильно утомила, госпожа.- не хотелось бы, чтобы такая женщина чувствовала плохое гостепреимство, но и в целях вежливости следовало узнать, не устал ли гость, возможно, у неё были и свои пожелания, да и с внуком и правнучкой она увиделась только сейчас.
- Все ли будет спокойно?

+2

5

Ширайя держалась несколько отстранённо и сдержанно. Вампирша чувствовала себя гостьей во дворце, который некогда считала своим. Она привыкла к Нерину, где успела завести себе друзей, хотя прекрасно понимала, что каждый видит в ней способ добиться определённых целей, и не все эти цели приходились ей по душе, но кто интересуется мнением старой свихнувшейся бабки?
Вампирша знала причину, по которой её вернули во дворец – её дорогой внук болен и ему нужна кровь одного из родственников, чтобы приблизить выздоровление и сделать его не таким продолжительным и мучительным. Стоило отдать должное Шейну, он хорошо держался и отыгрывал свою роль внука, который рад встретить бабку, но не переигрывал – не бежал к ней с радостными и крепкими объятиями. Или же вампиру хватило ума этого не делать или мешало ранение, а, может, и то и другое.
- Мой дорогой, - Ширайя улыбнулась на признание вины внука, - в этом дворце решения принимает не император, а вампиры, которые стоят за ним и подле него. Не кори себя за то, в чём был бессилен.
Вампирша прекрасно понимала, что даже если бы внуку пришло в голову вернуть её во дворец, то здесь хватало других вампиров, которым возвращение Ширайи дель Виззарион в лоно семьи недопустимо. Начиная с покойной Мирры, чьё тело давно заледенело в старом родовом склепе.
Виззарион улыбнулась чуть теплее, когда Шейн заговорил о покоях императрицы-матери. Ширайя продержалась в них недолго с восхождением сына на престол, и прекрасно знала, что эти покои чаще пустуют, чем в них кто-то живёт. Такова судьба матерей императоров – они уходят раньше, чтобы уступить место императрицам, когда сила в стареющих руках иссякает, а сторонников, выверенных годами верной службы, становится всё меньше и меньше с каждым годом.
Ширайя осмотрела наложницу, которую внук выбрал себе в фаворитки; отвлеклась на гвардейца, но не обмолвилась с ним ни единым слово. Имя мальчика, что стоял перед ней, практически ничего не говорило женщине, а она не торопилась показывать, что кого-то узнаёт. Приняв плащ, который отдавал чужое тепло и согревал озябшее тело, женщина вновь обратила внимание на внука. Шейн выдерживал вежливую паузу и знакомил вампиршу с семьёй, намеренно оттягивая момент.
Она не ожидала, что Шейн доверит ей самое важное в своей жизни – наследника. В руки вампирши попала дочь внука. Девочки во дворце иногда не догадываются, какую они имеют власть над мужчинами. Сильнее всего тот, кто стоит за троном, а не сидит на нём.
- Боюсь, что мои руки уже забыли, как правильно держать младенца, - не забыли. Ширайя не отказалась от возможности взять девочку на руки и взглянуть в её лицо. Она промолчала об императрице, понимая, что женщина, которая находится в зале и уже на сносях, едва ли может быть матерью для этого дитя. Второй женщины она не видела, но до неё дошли слухи о безумстве императрицы и преждевременном рождении слабого ребёнка, который к тому же оказался девочкой, а не долгожданным мальчиком.
Качая младенца на руках, Ширайя посмотрела на фаворитку внука, затем зорким взглядом окинула живот наложницы.
- Можешь не сомневаться в их словах. Я дала жизнь двум сыновьям, - пояснила Ширайя, передавая младенца в руки служанки, чтобы та унесла ребёнка и не пугала его разговорами. – Твоя женщина, - Ширайя намеренно не говорила о положении наложницы, - родит тебе сына.
Наследники и дети мало волновали вампиршу. Она решила поговорить о более важных вещах для себя.
- Мой дорогой внук, - Виззарион без прежней улыбки посмотрела на вампира, - я хотела бы посетить родовой склеп. Судьба лишила меня возможности попрощаться с моими детьми.
Ширайя любила сына, но проклятие рода забрало его первым, и оставило её с Эльдаром, который отказался верить в проклятие, и с Миррой, которая слишком поздно поняла, что ошиблась, и покаялась матери в письме незадолго до смерти.
- Мне известно, что есть дела более важные, - она уклончиво говорила о ранении, - но, если ты позволишь, я хотела бы сбросить с себя этот груз, а после приступить к делам.
[nick]Ширайя Виззарион[/nick][status]Вдовствующая императрица[/status][icon]https://i.imgur.com/fSiAh2F.png[/icon][sign]Первое правило – делать так, чтобы люди думали,
будто они сами хотят этого.
[/sign]

Отредактировано Изувер (2019-05-31 16:33:40)

+1

6

- «Бессилен».
Император усмехнулся на слова Ширайи. Старейшины и Советники привыкли действовать руками императора. Они ловко обыгрывали его, как ребёнка, который прожил недостаточно долго, чтобы набраться опыта и обрасти нужными союзниками и сторонниками. Шейнир держал власть в руках, но знал, что трон Севера принадлежит другому вампиру. Тайна, которую они сохраняли с Мередит, распространилась. Эдриан Грейн, которому Виззарион подарил Дом предателя Виктора, поделился второй копией завещания Эльдара. Вампир напомнил, что знает тайну императора, но заверил Виззариона, что не намерен свергать его и предавать. Он не хотел отпрыска Виан на троне и принёс нерушимую клятву верности.
Тайна умрёт вместе с наследником Эльдара.
Вампир не обиделся на слова женщины. Она права. В этом дворце решаются дела за спиной императора или у него под носом. Мередит и её поступок, покушение в стенах дворца, предательство советников и старейшин, отравление наложницы и попытка убить наследника – прямое доказательство его бессилия.
- Волею Бэлатора, - вампир улыбнулся.
Он хотел сына и нуждался в наследнике мужского пола после новостей о сестре. Виззарион думал, что Элениэль сдержит порыв Авеля, если вампир захочет побороться за трон и узнает, что он истинный наследник рода Виззарионов. Советники и Старейшины держались Шейнира, но император знал, как переменчива их благосклонность. Одна ошибка закончится для него свержением и смертью. Он надеялся, что Элениэль не желает ему смерти, несмотря на обиды. Он не успел объясниться с ней, но надеялся, что сестра получила его тайное послание из рук Ариго.
Виззарион не желал убивать брата, но закон требовал голову вампира. Шейн не придумал, как обойти волю Старейшин и Советников, настаивавших на казни вампира. Злость Виззариона иссякла с рождением дочери и молчанием Мередит. Женщина не уговаривала его бросить все силы на штурм Хериана, чтобы сразиться с кланом Виан и выкурить беглецов, но Совет считал, что оскорбление, нанесённое Авелем, непростительно.
Вампир считал, что рождение сына станет залогом его нахождения на троне. Для второго исхода он приготовил почву, когда послал письмо с примирением сестре, и надеялся, что Иль Хресс с её любовью к чужим письмам, не вскроет его раньше. Элениэль поймёт анаграмму.
Виззарион не подумал о желаниях матери, потерявшей трёх детей. Лекарь настаивал на скорейшем проведении ритуала, но вампир посчитал, что за несколько часов ничего не изменится. Повязки под камзолом пропитывались свежей кровью, когда вампир поднимался по лестнице или садился на трон, чтобы быть ближе к Ясемин, и успокоить её, если она будет волноваться.
- Не смею препятствовать, – вампир улыбнулся. – Не сочти за грубость или недоверие. Харука проводит тебя в склеп. Ни я, ни Ясемин не сможем этого сделать, - Виззарион виновато улыбнулся.
Он пошёл бы сам, но рана болела и отнимала силы. До склепа долго и утомительно добираться, минуя коридоры и длинные лестницы с крутым подъёмом и спуском. Ясемин была на поздних сроках, поэтому передвижение по замку тоже отнимало у неё силы, а Мередит оставалась в покоях. Других представителей династии во дворце не осталось.
- Я доверяю ему, как себе.

0

7

Ясемин все это время молча стояла и наблюдала за происходящим. Вмешиваться в этот разговор не было желания. Да, фаворитка поприветствовала гостю, что между прочим правильно. Дальше, ей слов не давали, да и нужно ли?
Вампирша проводила взглядом служанку, что забрала Морин из рук Ширайи. Пусть это был и не её ребенок, на за это время, девушка к ней очень привязалась, прониклась и полюбила. Она до сих пор помнила, те страшные ночи и дни, когда сидела возле её колыбели и прислушивалась к каждому шороху, боясь закрыть глаза. Кроха была так слаба, что казалось, она не выберется из всего этого. Но видимо луне было угодно сохранить этому маленькому комочку радости - жизнь. Или же, действия лекарей и постоянный присмотр наложницы, сделали невозможное. Хотя в это же время, Ясемин беспокоилась и об Императоре, который оказался не в лучшей ситуации, чем его новорожденная дочь. То время вспоминать не хочется, оно в прошлом, хотя... иногда... ночью... все же проявляется небольшими кошмарами и заставляет проснутся.
- Что не день, так новость страшнее другой. Хвала луне, что Морин пошла на поправку, а Шейн открыл глаза. Хотя это все очень странно, очень... Может я себе накручиваю? - блондинка глубоко вздохнула, всего на минуту погружаясь в собственные мысли. В последнее время, много слухов бродит по дворцу, выяснять что из них правда, нет ни сил, ни желания.
За последние недели, Ясемин начала уставать быстрее, она уже не могла пройтись по саду, даже в сопровождении служанки или защитника, которого приставил к ней Император. А подняться или спуститься по лестнице было весьма трудно, до такой степени, что после подобного, хотелось присесть и перевести дух.
Услышав слова Ширайи, вампирша лишь слегка кивнула головой и улыбнулась. Рождения сына, для Виззариона был бы отличным подарком. Вот только для неё, не важно, кто родится, мальчик или девочка, она будет любить своего ребенка на столько сильна, что готова будет отдать жизнь, если потребуется. И эта же любовь и забота так же будет распространяться и на малышку Морин.
- Будет ли вежливо... после... Завести с ней разговор? - Ясемин слегка сжала юбку платья, хотя на лице сияла улыбка, в душе творился просто ураган. Она переживала за Шейна, видела, сколько сил он прикладывает к этой встрече, и как тяжело и больно ему приходится на данный момент. Но не могла ничего сделать, да и чем она может помочь? Лекарь из неё явно никакой. Возможно её присутствие и придает ему силы, но так ли это важно? Для него? Для неё? Очень хотелось, чтобы эта встреча закончилась по быстрее, начался ритуал, и можно было бы вздохнуть с облегчением. Вот только... похоже придется повременить.
- Не мне судить.... но даже не знаю что и сказать. С одной стороны, я её понимаю, потерять детей и оказаться так далеко от родного дома. А с другой... Интересно.... будь я на её месте, поступила бы так же? - не самые хорошие мысли лезли на данный момент в голову, но они заставляли задуматься. Ясемин помнила боль утраты своего первенца, когда Шейн сообщил ей эту новость, хотелось кричать до хрипоты. Что же чувствовала Ширайя, когда один ребенок за другим покидали этот свет. Билась ли она в агонии или пыталась предотвратить? Или же, смотрела на это не в силах ничего изменить. Были ли слезы? Хотелось ли ей отправится за ними?
- Думаю, стоит после поинтересоваться, все ли устраивает её в покоях.... Может чего-то не хватает, уверена, это можно будет достать, если данные вещи ей будут очень нужны. У меня было не так много времени, чтобы подготовить все как следует. Буду надеяться, что у неё останутся приятные воспоминания о родном доме. - стоять уже было немного тяжело, но фаворитка решила дождаться, когда Харука проводит Ширайю к склепу, чтобы та как следует попрощалась с собственными детьми, а после уже сможет перевести дух и немного посидеть в кресле.
- Хоть бы все было хорошо....

+1

8

Ширайя выглядела спокойной и собранной, но Шейн не ждал чего-то другого от родной бабки. Виззарионов с детства учили держать лицо. В особенности женщин, которые с трудом выживали во дворце. Годы безумства и ссылки не отразились на женщине. На первый взгляд она была в своём уме, в полном здравии и в абсолютном понимании, кто она, какое место при дворце ей отведено и зачем она здесь. Шейнир не поторапливал женщину с принятием решения, получил от неё благодарности, продиктованные этикетом, и пригласил её к ужину, когда она будет готова.
Харука поклонился, когда выходил из тронного зала, следуя за вдовствующей императрицей, и оставил Шейна с Ясемин наедине.
- Держи с ней ухо в остро, - вампир обращался к девушке, по-привычке прикасаясь к ране на животе. – Моя бабка - женщина, которая знает, как себя подать, как правильно подобрать слова и как не выдавать истинные мотивы. На сумасшедшую она не похожа, как ты видишь, - Шейн не постеснялся упомянуть причину скорого отъезда Ширайи дель Виззарион в Нерин, где она два столетия поправляла здоровье после смерти супруга и сына. – Этот дворец покидают, когда кому-то мешают. А мешают сильные и умные вампиры при власти.
Шейн не исключал, что во дворце остались другие сторонники Ширайи, которые годами доносили ей новости о династии. Они же могли приложить руку к отравлениям или убийствам. Мирра и Эльдар отказались от родной матери и сослали её в Нерин. Одному Бэлатору известно, чем старая вампирша отомстит покойным детям за ссылку. Шейн помнил, что к отравлению Ясемин как-то причастен Нерин и вампиры из этого клана, но у него нет доказательств вины Ширайи. Сомнительные домыслы, притянутые за уши. Мередит и её мать понесли наказание за свои дела. Мередит негласно, потому что Шейн знал, что её обезглавят или сошлют за преступление, когда она родит наследника, а он не мог допустить, чтобы кто-то ещё узнал о завещании покойного императора.
Виззарион попытался самостоятельно встать. Рана закровоточила и заболела, но кровь не просочилась через ткань. Вампир замер, переждал сильную боль и пошёл из тронного зала в личные покои.
- Приведи лекаря в мои покои.
Веймар поклонился и поторопился, шлёпая мягкой обувью, пока не скрылся в другой части коридора.
Виззарион дошёл до покоев в сопровождении обычной свиты, задержался у двери, пока слуги распахнули их, чтобы он вошёл. Вампир слабо побледнел и почувствовал, как его тело охватывает жар. Лекарь предупреждал его, что дополнительные нагрузки и чрезмерное промедление с незамедлительным лечением чреваты незавидными последствиями, но Шейн его не послушал. Он сел в кресло, не желая ложиться в постель, как больной, и подождал, пока лекарь войдёт в его покои, соблюдая указ императора. Не торопиться к нему, как к умирающему. Слуги помогли Шейну снять камзол, рубашка под ним пропиталась кровью вместе с повязками.
- Ваше Величество, нам нужна кровь вдовствующей императрицы, чтобы…
Шейн прервал его. Он знал.
- Замени повязку. Проведём ритуал, когда уладим все дела.
Он отдал приказ приготовить всё к ужину, подготовить покои вдовствующей императрице и подобрать ей подходящую одежду.

+1

9

Ясемин проводила взглядом ушедших вампиров, и как только они покинули тронный зал, хотела вздохнуть с облегчением, но к сожалению, этого сделать не удалось. Первоначально, девушка хотела присесть, так как стоять было уже в тягость. Вот только её остановили слова Шейна, она повернула к нему голову, чтобы понять, шутит он или нет. Да, слухи об этой персоне ходили разные, даже через чур, но она своими глазами видела, что женщина явно в здравом уме. В голову прокрадывались сомнительные мысли, зачем кому-то пускать столь ужасные слухи, у подобных людей должна быть своя причина. Стоило лишь об этом подумать, как последняя фраза от Императора расставила все по своим местам.
- Да. - выдерживая небольшую паузу. - Ты прав, она на неё не похожа. Учесть сколько слухов ходит вокруг неё, словно разговор идет о двух разных личностях.
- Он безусловно прав. А учесть их разговор, что мне посчастливилось услышать, кое кто любит дергать за ниточки чтобы руководить. Если она все же в здравом уме, то соглашаясь на приезд сюда, предугадала ли она, что её ждет? И сделала ли этот жест по доброй воле, или у неё будет просьба за свою помощь. На мой взгляд она знает довольно много, но может делать вид. Вот только на сумасшедшую она точно не тянет. Стоит ли вообще в это лезть? - вампирша ещё раз взглянула на Шейна, погружаясь в собственные мысли и раздумья. Один раз она уже поступила не обдумав свои действия, что спровоцировала гнев Императора, но наказания не получила. Тогда её голова была забита разговором с Ширен, а сейчас..... Ширайей дель Виззарион. Тот случай научил её многому, не говоря уже о том, что даже в этих стенах, у неё не так много сторонников, или это только на первый взгляд? Наложница решила подумать, стоит ли вообще вмешиваться во все это, будет ли правильно или же лучше, оставить все как есть...
Ясемин приходилось держать себя в руках, хотя видеть, как любимый страдает от боли, было не выносимо. Она сдержала порыв подойти к нему, чтобы помочь. В её состоянии, она точно не лучший помощник, да и кто она такая, чтобы проявлять такую любовь и заботу к Императору, когда у него имеется законная жена. В последнее время, наложница очень редко покидала свои покои, она проводила время за книгами или же просто наблюдала с балкона за тем, что творится внизу. Слухи может до неё и доходили, вот только в её положении, фаворитка и не прислушивалась. Забот хватало, малышка Морин отнимала много времени, но она не жалела, что проводила его с молюткой. А слухи в замках распространяются очень быстро, не говоря уже о том, что заботу о наследнице Императора, поручили его любимой фаворитки. Да и все те дни, пока Его Величество находилось без сознания, её персона сидела возле его кровати и не отходила. А что же Императрица? Похоже, у слухов много своих вариантов на этот счет.
Вампирша медленно следовала за Шейном, следовало набраться терпения, которого к сожалению оставалось все меньше и меньше. Вдовствующая Императрица, зная о состоянии собственного внука решила попрощаться с умершими, а уже после приступить к ритуалу. Ясемин не могла сердится на неё или в чем-то обвинять, эта женщина потеряла троих детей, была сослана из родного дома. Не было ни каких гарантий, что после ритуала, её бы оставили в этих стенах, если она просчитала и этот шаг, тогда понятно, почему столь дерзкая просьба была объявлена в самом начале.
- Позволишь ты мне с ней поговорить после ритуала? Я помню, твои слова. Но на мой взгляд, будет не вежливо, после дороги и то, что она поможет в твоем выздоровлении, просто взять и игнорировать её присутствия. На один вечер, ей бы не помешала компания собеседницы, ты так не думаешь? - все же, Ясемин решила поинтересоваться, как на её просьбу отреагирует Шейн и что он скажет. В её словах было доля правды, пусть даже женщина и была сослана в Нерин, но прибыла на помощь внуку в этот нелегкий час, прекрасно осознавая что её здесь ждет. Возможно простая беседа двух женщин, могла бы скрасить одиночество в этих стенах, а у кого-то, мог появится шанс разузнать что-то для себя.
- Надеюсь, что покои императрицы-матери, придутся ей по душе. У меня было не так много времени, чтобы все подготовить к её визиту. - девушка держалась на расстоянии, пока Императору меняли повязки, она лишь отошла к окну, придерживая руками живот и изредка поглаживая его.

+1

10

Виззарион боялся показаться слабым и зависимым. Вампир убеждал себя, что никто кроме наложницы, скопца, Ариго и лекаря не замечает, сколько сил уходит на элементарные действия. Он болен и слабнет. Дворцовый целитель достал все осколки из раны, но мелкие крупицы, похожие на песок, попали в кровь и медленно травили его, отнимая все силы. Он потреблял кровь, которая не лезла в горло. Чтобы поддерживать себя в форме, Шейн пил больше, чем обычно, заглушал боль в ране настойками и снадобьями, сваренными лекарем, и отказывался от вина, чтобы забыться в хмельной дремоте. Ритуал с Ширайей стал той самой необходимостью, продиктованной безысходностью.
- Ты можешь поговорить с ней за ужином.
Шейн дал добро на просьбу Ясемин и пригласил её за стол в качестве собеседницы, чтобы составить Ширайе достойную компанию. Он не рассматривал Мередит, как здравую женщину, которая не скажет лишнего за столом или не сделает чего-то неподобающего в адрес мужа, детей или старшей рода. Он сомневался, что она примет приглашение, поэтому не делал его вообще. Виззарион посчитал, что формальности ни к чему. Он не хотел видеть жену и говорить с ней, а Веймар нужен ему для других дел.
- И составить ей компанию после, если пожелаешь.
Он посмотрел на Ясемин, чуть нахмурился.
- Не переусердствуй, - он говорил о положении девушки, зная, что ей нужен отдых не меньше, чем ему. После рождения Морин и выходки Мередит Шейн боялся, что с ребёнком Ясемин что-то случится. Тревоги вампира усиливались с приближением дня рождения.
Вампир посмотрел перед собой, поморщился, когда лекарь снял прилипшую повязку.
- Думаю, что вдовствующая императрица захочет увидеть сад или пройтись по дворцу, как в былые времена, и ей понадобится достойная компания. Подбери ей служанок на свой вкус.
После ритуала придётся отлежаться, чтобы полностью восстановиться. Лекарь настаивал на поездке в Храм Лун, чтобы получить благословение и избавиться от тёмного следа, очистить ману и тело от последствий заражения, но Шейн отмахивался. Он не собирался тратить время на пустяки.
- Понравятся, - Виззарион не знал, в каких условиях жила Ширайя дель Виззарион, но предполагал, что дворцовые просторные покои намного лучше той комнаты-темницы, в которой она прожила две сотни лет.
Шейн подозвал скопца, когда лекарь закончил с повязками и ушёл из покоев. Слуги уже накрывали на стол и готовили всё к важному ужину. Виззарион просил Веймара об ещё одной важной вещи. Об ушах и глазах, которые услышат и заметят ложь в стенах обеденной, если она прозвучит.

+1

11

Вампирша чуть улыбнулась, когда её просьбу, или быть может идею, все же одобрили. Не хотелось именно сейчас портить отношения с Шейном из-за своих мыслей, которые крутились в голове. да и сам вампир, дал девушке понять, что той следует держать его, так как в этих стенах, пока что, не так много тех, кто поддерживает именно её. Да, она присматривала за малюткой, да, она проводила бессонные ночи в его покоях, когда тот был ранен. Присутствовала при встречи с вдовствующей Императрицей, да и кто муже, была приглашена к ужину. Для кого-то, могло это показаться весьма странным, учесть, что Ясемин была всего лишь наложницей, но присутствовала и делала то, что должна была делать сама Императрица.
- Будет ли правильно, расспросить её о Нерине? Что ей там нравится, какие есть интересные блюда, и места.. Хотя... наверное ей не позволено покидать того места. Не расстроит ли её этот разговор?  Следует подумать над тем, что вообще лучше спросить, да бы не показаться через чур назойливой, но и не лезть в душу. - следовало обдумать не только вопросы, но и как ей вообще вести себя при этом ужине. То, что фаворитка волнуется, это было видно невооруженным глазом, она будто сидела на иголках. Переживала за состояния любимого, голова была забита опекой о малышке Морин, а так же, все ли устроит новую гостью. На заботу о самой себе, и во все времени не оставалась, хотя она должна была в первую очередь делать именно это.
- Со мной все будет хорошо. Надеюсь - повязки были сменены, и Ясемин позволила себе подойти к Шейну и аккуратно положить свою руку ему на плечо. - Я присматривала за двоими несколько дней, недолгая беседа, мне не навредит. - ей очень сильно хотелось помочь ему, избавить от боли, залечить рану. Она видела, сколько сил, он вкладывал для этой встречи, какую боль терпел. Но у неё нет права вмешиваться в чужие разговоры и навязывать свое мнение, особенно, когда она в нем и сама не разобралась. Хотелось посочувствовать каждой стороне. Любимому - за то, что он такое терпит, Ширайе - за то, что она не смотря не на что, приехала на помощь к внуку, и решила попрощаться с собственными детьми.
- Сад? Очень хорошое предложение. Я не думаю, что она при моей компании, захочет много сидеть, конечно, утомлять своим присутствием я её не буду. Вот только... -  она замолчала, пытаясь правильно подобрать слова. - Если она захочет увидеть Императрицу, или та сама решит побеседовать с ней. Может мне в таком случае не вмешиваться? Не думаю, что ей придется по душе, компания наложницы.- она не хотела давить на больное, просто была обеспокоена ситуацией. Мередит могла сотворить многое, и никто не запретит ей придти на ужин, или выйти к Ширайе и начать разговор. К слухам, вампирша не прислушивалась, но точно знала, что судьбой девочки, эта женщина даже не интересуется.
- После ритуала, ты собираешься отправить её обратно в Нерин? - ей очень, очень хотелось узнать всю эту историю по лучше. Услышать рассказ так сказать из первых уст, но Ясемин понимала, что её желание через чур "большое", и лезть в подобное просто не следует. Одно дело любопытство, а другое, уже то, что она вторгается в личную жизнь рода Виззарионов.
- Постарайся держать себя в руках, Ясемин. Ты сумела продержаться три дня в том кошмаре, сможешь и сейчас.

Отредактировано Ясемин (2019-07-01 14:48:24)

+1

12

Шейн не любил, когда при нём упоминали императрицу. Мередит не была узницей личных покоев, но Виззарион избавил себя от необходимости приглашать её к ужину. Вампирша отказывалась видеть кого-либо, начиная с него, и вела свой затворнический образ жизни в покоях, требуя развода. В глазах слуг она превращалась в беспокойную женщину с замутнённым рассудком, которая тяжело перенесла беременность и роды. Огромный вклад в её душевное здоровье сделал Виззарион вместе с его любовницей и их нерождённым наследником. Шейниру доложили, что Мередит услышала о предрекаемом рождении мальчика и хохотала как безумная, пока служанка прибиралась в её комнате, поделившись последними новостями. В этом дворце любая информация проходила через руки Мередит. Закрытые двери оставались закрытыми для всех, кроме узницы.
Ясемин важно заметила, что Мередит своенравна и может поступить, как пожелает, когда узнает об ужине, куда её не пригласили. Шейнир посчитал, что вампирша не изменит правилу оставаться в покоях и покидать их при крайней необходимости. Она гоняла слуг по дворцу, чтобы они таскали ей воду в вёдрах для купания в покои, и отказывалась идти в купальни, где могла встретиться с кем-то из наложницы. Виззарион не ждал перемен.
- Я не уверен, что Мередит или моя бабка захотят встретиться и побеседовать. – Шейн задумался над вероятностью встречи и её перспективами. – Если Ширайя не найдёт в ней родственную душу затворницы и обезумевшей женщины рода.
Виззарион знал, что Мередит хранит его секреты, а Ширайя, если она служит кому-то кроме себя, может использовать эту информацию против него. Мередит может стать для неё союзницей, но для этого должны сойтись звёзды.
- Ты выполняешь её обязанности, а хочет моя бабка компанию или нет… это её воля. Тебе же меньше ходить, если не захочет, - вампир вымученно улыбнулся.
Он думал о судьбе Ширайи, но не загадывал наперёд. Он не знал, что преподнесёт встреча с вампиршей, которую все считали безумной.
- Нет. Это прощальный подарок Нерина. Ширайя останется здесь, если не захочет вернуться в Нерин.
Шейн сомневался, что вампир в здравом рассудке променяет жизнь во дворце на клетку в солнечном Нерине.
В покои вошёл Веймар и поклонился, бросив взгляд на наложницу и императора.
- Ваше Величество, всё готово.
- Убедись, что вдовствующую императрицу сопроводили в обеденную. Мы придём немного позже.
Виззарион усмехнулся на слове «немного». Он собирался с силами, чтобы встать из удобного кресла. Тело привыкло к одному положению, а Шейн истратил силы на приём гостьи. Он выпил один кубок крови, пока говорил с Ясемин, но не хотел есть. Рана тревожила вампира и саднила. Гордость помешала Шейну воспользоваться помощью. Он поднялся сам, позволил слугам застегнуть на нём камзол, чтобы он скрыл полоски под рубашкой, и пошёл в обеденную в сопровождении Ясемин, не оглянувшись и не остановившись у покоев императрицы.
Ширайя сидела за столом. По выражению её лица Шейн не понимал, о чём думает женщина, в каком она настроении после визита в родовой склеп, и есть ли у неё желание трапезничать.
- Ты можешь идти, - Виззарион отпустил гвардейца, сопровождавшего вдовствующую императрицу, и прошёл к столу. – Я подумал, что вы соскучились по нашей еде, поэтому приказал приготовить традиционные блюда для Мирдана, - Шейн завязывал разговор, занимая место во главе стола.

+3

13

Ясемин не хотела упоминать об Императрице, зная, как Шейн не любит, когда кто-то заводит подобный разговор. Но именно сейчас, решила расспросить о ней, зная, на что может пойти Мередит. Не хотелось, чтобы во время ужина или ритуала, появилась эта женщна и начала вытворять черт знает что. Л её состоянии ходило столько слухов, что даже к новым то не хотелось прислушиваться. Наложница, первоначально, хотела отправится к ней, поинтересоваться, почему она отказалась от собственного ребенка. Ведь не важно, какие отношения у неё были с Императором, дитя было её, она носила его под сердцем и берегла. Почему же, женщина решила взять и отказаться от крохи, когда в те минуты её борьбы за жизнь, мать нужна была больше всего. Сначала была ненависть и злость, она презирала Мередит за такой поступок. Но время шло, данные эмоции угасли, хотя вопрос, все ещё её мучил. Идти и расспрашивать сейчас? Нет, такого желания не было. Морин, не смотря на все трудности, что успела устроить её жизнь, справилась на отлично. Кроха смогла побороться за право жить в этом мире, а Ясемин не упускала возможности и постоянно находилась возле её колыбели, говоря, как её все любят и ценят. Девочка была похоже на собственный "лучик солнца", которая озаряла тьму, что постепенно заполоняла замок шпионами и теми, кто не желал мириться с тем, что происходит в замке. Её улыбка, была лучше любых лекарств, а мягкие прикосновение маленьких ручек, успокаивали и дарили невероятно приятные чувства.
Ясемин хотела, чтобы у неё родился сын, очень. Ведь тогда, он сможет защитить малышку Морин от любой опасности, от любой беды. Она, правильно воспитает детей, окружит их любовью и заботой, и не важно, кто родной, а кто нет. Теперь, это её дети, а она их мать. Не важно, кто будет говорить, фаворитка не откажется от Морин, она будет защищать её так же, как и собственное дитя, что носит под сердцем.
- Вот что-что, а на безумную женщину, Ширайя не подходит.- сколько слухов было вокруг этой персоны - не счесть. Но на первый взгляд, женщина казалась в здравом уме, и явно при памяти. Вела себя сдержанно. Безумством в её стороне не было и ни капли, но может это просто "пока"?
- Хорошо. Тогда я сделаю ей приглашения, а там, все зависит будет от её решения. - очень хотелось, чтобы страдания Шейна закончились. Чтобы был проведен ритуал, а боль, которую он испытывал ушла раз и навсегда. Вампирша чувствовала себя бессильной в том, что не может ему помочь, не может забрать хотя бы часть боли, видя, как он страдает при каждом движении. Он держался гордо, не показывая, на сколько тяжело ему дается каждый шаг, каждое слово, каждое движение.
- Подарок? - чуть удивляясь тому, что услышала. Конечно, ей было жаль Вдовствующую Императрицу, которую сослали в Нерин, но она ни как не ожидала того, что Шейн позволит ей остаться. Если разговор с Ширайей удастся завязать, то это будет хорошим плюсом. Будет возможность поговорить, узнать женщину по лучше, возможно открыть для себя новые "тайны". Но с другой стороны, все ли будут довольны тем, что эта персона, остается в замке. Шепот слуг словно ветер разносился за коридорам замка, когда эта особа только появилась тут, но что будет после того, как она решит остаться. Ведь есть те, кто точно не будет в восторге от подобной выходки юного Императора, и это может кончится большой бедой.
- Это благородно, позволить ей вернуться домой, конечно, её права выбора, желает ли она остаться тут, или вернутся в то место, где прожила почти пол жизни. Думаю, это должно её обрадовать, вот только.... Учесть слухи, что были о её безумстве, мне кажется, начнутся проблемы.
В покои вошел скопец, который сообщил, что к ужину все готово. Ясемин ждала, пока Шейн поднимется с кресла, даже отошла на шаг назад, позволяя ему самостоятельно подняться. Трудно было заглушить порыв помощи, очень трудно, приходилось, собственноручно душить саму себя, в подсознании. Чтобы не сорваться с места, не протянуть ему руку или вообще не начать говорить лишнего. Пока они шли по коридору, воцарилось гробовое молчание. Проходя мимо покоев Императрицы, Шейн даже не посмотрел на них, не остановился. Ясемин лишь немного опустила голову. Чувствовала ли она себя виноватой? Возможно, где-то в глубине души, был тот небольшой червячок, что иногда мог укусить. По сути, она тоже была виновата в её состоянии, но так ли это на самом деле? Фаворитка хотела просто быть рядом с Императором, если он ей это позволял. Помогать ему, если это требуется, и она разумеется это делала. Провела три бессонные ночи в его покоях, молясь Луне, чтобы её любимый открыл глаза, и новорожденный ребенок смог выжить. За те три дня, Императрица даже не посетила его покои, не узнала о судьбе дочери. Слухи ползали не самые хорошие, но именно в такой тяжелый час, наложница не оставила своего Императора, что нельзя сказать о его супруге.
Один из слуг, помог наложнице сесть, она кивнула в знак благодарности. Складывая руки на коленях, вампирша пробежалась глазами по яствам, что находились на столе. Наготовлено было много, но хотелось ли есть? Кому-то, кусок в горло не лез из-за всей этой истории. Ясемин слишком переживала за Шейна, от чего, при виде еды к горлу подбирался ком, и еда вызывала просто отвратительные чувства. В добавок, приезд столь важного гостя. Да, это можно списать на нервы, стресс, тревогу.
- Ничего в  горло не лезет... Так Ясемин, сделай глубокий вдох и выдох. Будет не вежливо, если ты будешь сидеть с пустой тарелкой или смотреть как другие едят. Соберись. Если даже не хочется. - заводить разговор, наложница пока что не решалась, то ли ждала лучшего момента, то ли пыталась собраться духом, чтобы вообще предложить что-то, новой гостье.

+3

14

Этот назойливый гвардеец везде следовал за ней!
Ширайя понимала, что её внук не так глуп, как его описывают. Равно настолько, насколько она не сумасшедшая старуха. Гвардеец молчал или ограничивался короткими фразами вроде «сюда», «здесь», «осторожно». Виззарион легко ориентировалась в замке. Она здесь выросла и жила много лет до того, как негласно стала изгнанницей и уехала на лечение в Нерин. Лечение, если оно когда-либо было, давно закончилось и превратилось в банальное заключения на чужбине. Женщина тоже молчала и благодарила внука за то, что послал с ней молчаливого мужчину, который не утомлял её вопросами или отвлечёнными беседами. Гвардеец ничего не выспрашивал, но Ширайя чувствовала и знала, что он за ней наблюдает, будто она могла сделать что-то подозрительное.
Женщина прошла по склепу, минув саркофаг старшего сына и дочери, и погладила холодную плиту, с высеченным на ней именем младшего сына. Её дорогой мальчик умер в муках в этом проклятом поместье Виззарионов, но не унёс тайну смерти с собой. «Я не последний» - гласила надпись, оставленная его кровью. Ширайя не хотела этого вспоминать, но не могла отрицать, что помнила об этом всегда. Она жила мыслями о прошлом и прошлым.
Попрощавшись с детьми, уделив внимание Эльдару и Мирре в равной степени, женщина отправилась в приготовленные для неё покои, где переоделась в чистую одежду, подобающую Мирдану. Ширайя ненадолго задержала взгляд на вышивке рода, которую давным-давно перестала носить в солнечном и живом Нерине.
В трапезной её уже ждали. Императора и его фаворитке не было, но слуги закончили с приготовлениями. Гвардеец сопроводил её за стол и помог сесть. Ширайя смотрела на пустующее кресло во главе стола. В последний раз, когда она здесь была, императором был её сын, Эльдар, а ещё раньше – брат и супруг, который и ныне пылился в гробнице Виззарионов. Женщина видела изобилие угощений на столе. От сладостей до диких птиц, украшенных запечёнными фруктами и овощами. В графине пахла кровь, смешанная с вином, но запах не вызывал в Ширайе удовольствия или желания. Она понимала, что ситуация в Мирдане не соответствует тому, что она видела здесь.
Как глава рода, Ширайя не встала из-за стола и не поклонилась, когда император вошёл в трапезную.
- Благодарю за заботу, - Ширайя сдержанно улыбнулась, когда внук упомянул, что все угощения и праздничный стол специально для неё, будто плата за несколько бокалов её крови для ритуала.
Женщина не присматривалась к внуку, но подмечала, что он по-привычке пытается прикоснуться к ране под одеждой, но постоянно одёргивает себя; как он пытается улыбаться и не морщиться от боли; как сохраняет достоинство и непринуждённый вид, чтобы заверить её – всё под контролем.
- Мне радостно, что моих детей не оставили в одиночестве среди камней, - Ширайя сдержанно заговорила. Она не могла вести светскую беседу или спрашивать о последних новостях. Каждая тема казалась женщине опасной и неуместной.
[nick]Ширайя Виззарион[/nick][status]Вдовствующая императрица[/status][icon]https://i.imgur.com/fSiAh2F.png[/icon][sign]Первое правило – делать так, чтобы люди думали,
будто они сами хотят этого.
[/sign]

+3

15

В личных покоях Мередит обустроилась с комфортом. Служанка принесла ей новости вместе с кувшином вина. Слуги готовили ужин. Старая безумная бабка приехала из Нерина, чтобы помочь с исцелением внука и разыграть личную партию интриг. Император впустил во дворец неринскую шпионку и нажил себе проблем по глупости и неосторожности. Мередит больше не вмешивалась в дела Виззариона и не помогала ему советами, но слушала, что происходит вокруг, потому что давно решила бежать из этого места, когда представится случай.
Она с удобством сидела в кресле, пила вино с большого, не женского кубка, такими же большими глотками. Редко заедала его сладостями, которые принесли с первым кувшином вина, и не притрагивалась к ужину. Аппетита не было. Императрица восстановилась после отравления обсидианом, но не могла родить другого наследника. Лекарь предупредил, что в её чреве новая жизнь не заведётся. Бесполезная жена для императора. Здравомыслящий мужчина нашёл бы способ избавиться от такой женщины, чтобы продолжать род с другой. Наложница на сносях подходила на место новой родящей жены, но Виззарион медлил, чем удивлял слуг и советников, но не Мередит. Вампирша знала, что Шейн не знает, как заткнуть ей рот, чтобы не проболталась о завещании покойного императора. В этой игре стало на одного свидетеля больше.
- Приготовь моё лучшее платье.
- Ваше Величество… - служанка так испугалась последствий, что по неосторожности пролила несколько капель вина на стол мимо кубка.
- Ты не расслышала? У нас важные гости! Я должна выглядеть соответствующе.
Мередит осушила кубок, протянула его за второй порцией. Служанка неуверенно подлила вина и занялась приготовлением наряда. Она посматривала в сторону двери, собираясь предупредить о желании императрицы, но Мередит не дала ей такой возможности. Вампирша хотела удивить императора, и удивила, когда явилась в трапезную без приглашения. В дорогом платье, расшитом по последней мирданской моде. С золотым венцом в волосах, в украшениях – серьги, браслеты, кольца, подвеска. Мередит не поскупилась на румяна, духи, добавила оттенка губам и бровям, чтобы подчеркнуть свою красоту. Она приготовилась как к ночному визиту императора, чтобы впечатлить его, но была неприлично пьяна.
Платье сползло с правого плеча вампирши. Она не потрудилась поправить его. Императрица пошатывалась, стояла неровно.
- Ваше Величество, - Мередит изобразила поклон. – Вдовствующая императрица, - второй поклон в знак уважения гостье. На наложницу она не взглянула.
В руках императрицы был кубок с вином, который она осушила, когда выпрямилась, сбросив туфли.
- Неудобные, - объяснила Мередит, оставив обувь у дверей, и босиком прошла за стол. – Прошу простить мне опоздание к началу трапезы. Меня не предупредили, что у нас гости, - вампирша широко улыбнулась. Она села по правую сторону от императора, не смущаясь, что по левую сидит Ясемин. Вампирша выпила из кубка, посмотрела на вдовствующую императрицу и заговорила с ней. – Сначала подумала, что служанки перепутали покои императрицы с покоями императора, но потом поняла, что мой дорогой супруг так боялся, что я его недостойна, что взял в компаньонки наложницу. Она тихая, робкая, покорная, во всём его слушается. Чудо, а не любовница.
Заметив, что в кубке нет вина, Мередит потянулась за графином, не дожидаясь слуг.

+1

16

Слухи это яд, а на роль щедрой змеи сгодилась императрица. Мередит пришла в голову идея явиться к столу и опозорить мужа в присутствии старшей женщины рода. Спасибо, что не на совете, а в кругу семьи, где о выходках императрицы известной каждой дворцовой крысе. Мередит превзошла себя. Шейн не ждал её. Он надеялся, что девушке хватит ума оставаться в комнате или появиться в трапезной в подобающем виде. Она могла с достоинством снести удар по самолюбию и показать, что она сильнее, что она императрица Севера, а не сумасшедшая узница дворца, у которой отняли ребёнка.
От императрицы разило вином, которое она, как предположил Шейн, выпила в большом количестве для храбрости и от скуки. Она шаталась, качалась, плохо держалась на ногах и вела себя преувеличенно пьяно. Виззарион считал, что Мередит намеренно ведёт себя как ревнивая и оскорблённая женщина низкого сословия, а не женщина, которую с юности воспитывали в вероятные любовницы императора. Она не завлекала и не располагала к себе, а всем своим видом вызывала отторжение.
Император был зол. Внутреннее напряжение вызывало боль в ране, но Шейн смотрел на жену и не мог отвести глаза от женщины, которую любил и уважал, несмотря на все её ошибки. Он ждал большего от Мередит.
Мередит напрашивалась на ссору. Она провоцировала его, обращаясь к вдовствующей императрице, игнорируя его или демонстративно выказывая уважение через церемониал. Она говорила правду, которую понимала. Шейн не отрицал, что выбрал Ясемин в качестве собеседницы для Ширайи, потому что она в отличие от императрицы не запиралась в покоях и не пила с утра до ночи, отказываясь принимать гостей или выходить из комнаты.
- Вернись в свои покои, - Шейн говорил без криков. Он не повысил голос, не поднял взгляд на жену, чтобы не сорваться. Он кипел внутри, но сохранял холодное спокойствие, контролируя эмоции.
Вампир не хотел сцен перед вдовствующей императрицей или наложницей.
- Я навещу тебя позже, - он взял в руки столовые приборы, отрезал кусок мяса. Сок потёк по тарелке, пропитывая крупные куски овощей. Виззарион смотрел на него, чтобы не видеть жену.

+2

17

А ситуация в обеденном зале то - изменилась. Пока Ясемин решала, что ей делать, как себя вести при Вдовствующей Императрице, что сказать, о чем спросить, предложить ли женщине посидеть в саду, или просто выпить чашку чая на балконе и попытаться поговорить как две женщины.  Наложница не хотела казаться грубой или сделать так, чтоб Шейн на неё злился, нет. Ей в первую очередь хотелось, чтобы его боль прошла, а рана затянулась. Ей по прежнему было страшно, что Императору станет хуже, ведь те три дня, что он провел в постели, казались для неё вечностью и были похожи на ад. Да, сейчас она могла вздохнуть с облегчением, даже поспать, без настоек, как это было в первые дни. Ведь без них сон просто не шел, перед глазами по прежнему стояла эта ужасная картина, а в голову лезли не самые хорошие мысли.
Дверь открылась и к ним вошла Мередит, девушка пошатывалась и вела себя не как женщина, что является Императрицей и не та, что будет вести себя скромно и сдержанно. И только сейчас, наложница смогла хорошенько рассмотреть саму виновницу, что нарушила их тихий и скромный ужин. От неё пахло алкоголем, это она могла сказать точно, и пахло так, что возникло желание просто встать у окна или выйти из комнаты. Её поведение, оставляло желать лучшего.
- А я так не хотела верить слухам. - да, до Ясемин доходили слова о том, что Императрица стала много пить после рождения наследницы и не выходила из своей комнаты. Первоначально, вампирша посчитала, что это просто слухи, которым не стоит верить. Она так же была отравлена как и малышка, хотя о второй она даже не вспоминала, вот ни разу. Да, хотелось нанести ей визит вежливости, узнать о состоянии, поинтересоваться, почему же та решила отказаться от собственного дитя. Просто, взять, и спокойно поговорить, как две женщины, как две матери. Но постоянно появлялись дела, которые она должна была сделать. Сначала забота об Императоре, после забота о Морин, а тут ещё и приезд Вдовствующей Императрицы. Времени разумеется было не так много, да и её состояние не позволяло долго стоять на ногах и что-то делать. Всегда хотелось полежать или посидеть, иногда даже вздремнуть или отложить дела на потом.
Завести разговор сейчас, было бы глупо и не вежливо, по отношении гостью и самого Императора. Это уже их проблема, или же проблема самой Ясемин? Ведь это она виновата, что своими действиями обратила внимания Шейна на себя, или же виновата сама Мередит своими поступками? Ясемин и не рвалась к власти, к трону, её вполне устраивала её жизнь, она была всем довольна. Даже когда та не прошла отбор на смотринах, она по прежнему радовалась всему, что имеет. Но после встречи с Шейном, когда она узнала его немного по лучше, получила самый дорогой подарок, который только могла получить, поняла, что уже погрязла в этой паутине интриг, сплетен и борьбы за хорошую жизнь.
Если бы тогда она смогла сказать себе нет в конюшне, то встречи с Императором не было, не было этой прогулки и не было бы той волшебной ночи. Но может, так и должно было быть? Что, если Судьба решила просто подтолкнуть её или его к ней или нему. Что если, именно Судьба пытается свести их вместе, словно заглаживая тысячи ошибок, что совершала раньше. Что если, так должно было быть с самого начало?
Первоначально в горло не лезла еда, а теперь и слова просто не могли сорваться с её языка и губ. Конечно, хотелось сказать несколько слов не только Императрице, но и гостье, что сидела за обеденым столом и стала свидетелем этой не самой красочной картины. Хотелось, поприветствовать Императрицу, но учесть её состояние, это просто пропало, так как в приветствии не было нужды, ведь её и не звали. Ясемин вообще хотела отказаться от этой затеи, как и отказалась первоначально от ритуала, что связан был с Морин. Но Шейн был прав, ребенку нужна была мать, и раз Мередит не желала заботится о крошке, не собиралась дарить ей свою любовь, она готова была сделать это за неё. Ибо за три дня, что лекари, как и сама наложница сражались за её жизнь, девушка к ребенку очень привязалась и считала своим собственным. Хотя прекрасно понимала, что простая наложница, которая присутствует на таком ритуале, не должна на нем быть, не по статусу, не вообще.
Так же, хотелось поинтересоваться у Ширайи, все ли её устраивает в комнате, все ли слуги сделали так, и если чего-то не хватает, то она сразу же попросит, чтобы доставили ту или иную вещь. И возможно, женщина согласится посидеть с ней за чашкой чая. Ведь у Ясемин было много вопросов, даже очень, хотя кое кто просил не особо с этим заигрывать, но узнать правдивость слухов и просто узнать по ближе ту, что является частью этой семьи, было слишком большим желанием и интересам.
Наложница решила пока что промолчать, ей не о чем было разговаривать с Мередит, и была не та ситуация, чтобы попытаться наладить отношения с гостьей. Император был не рад тому, что им помешали, и тому, что в комнате появилась Императрица.
- Я словно в воду глядела, когда упоминала о ней, надеюсь не дойдет до скандала. - фаворитка ни как не отреагировала на слова Императрицы в свою сторону. Да и зачем? У неё своих дел хватает, так что обижаться по такому поводу просто не было времени, да и за что? Хотя на последних словах хотелось не громко хихикнуть, вот что-что, а покорность..... Ясемин уже показала, что готова сделать все, чтобы добиться любой информации, и это не шибко понравилось Императору. Зато теперь для неё был урок, что следует все обдумывать куда лучше, а не идти на поводу у своих эмоций. Правда тогда она узнала, кто был виновником её отравления и кто играл "маму" для Ширен, но легче от этого не стало.

+2

18

Вдовствующая императрица держалась с достоинством. Она спокойно ела в тишине, будто Мередит и её выходка не затрагивали её. Императрица бесновалась где-то в другой комнате, а не в соседнем кресле, задевая словами и винным запахом всех, кто сидел рядом с ней. Ширайя дель Виззарион молчала, аккуратно промакивала губы тканевой салфеткой, чтобы не осталось ни капли вина на губах или жира после сочного мяса. Она вела себя как императрица, достойная рода Виззарионов. Рождена принцессой – осталась принцессой. Ссылка не изменила её. Она напоминала Мередит Элениэль.
Император тоже держался. Мередит видела по его глазам и напряжению рук, что он внутри горит и воет, как ему хочется задушить её своими руками, чтобы не позорила его при важной гостье. Он говорил спокойно, чтобы не показаться вспыльчивым деспотом при любимице и сумасшедшей бабке.
Любимица тоже молчала.
- О, - Мередит вздохнула так, словно увидела что-то милое перед собой. – Настолько идеальна, что молчит. Прелесть.
Мередит улыбнулась, выпила из кубка, чтобы промочить горло.
- Навестишь? – вампирша посмотрела на супруга, улыбнулась ему, тронув его руку. – Зачем столько ждать? Ты можешь накричать на меня здесь. Ведь правда же? – Мередит посмотрела на гостей, будто ожидала у них поддержки.
Она вспомнила о вдовствующей императрице, быстро потеряла интерес к императору.
- А Шейн вам уже сказал, что ваша внучка по крови связана с наложницей? – Мередит снова посмотрела на вдовствующую императрицу. – Да, - ответила она самой себе, будто задала вопрос. Ширайя молчала. – Его Величество Эльдар, да хранит Бэлатор его душу, провёл ритуал крови с бастардом, сыном от его любовницы, - Мередит знала, что затрагивать сына вдовствующей императрицы чревато последствиями, но она хотела расшевелить этих вампиров и вывести их на эмоции. Она говорила без умолку, пока ей давали такую возможность, без оглядки на их желание или на приличие. – И к чему это привело? – Мередит села удобнее, оперлась локтем на ручку кресла, продолжая держать кубок в руке. – Бастард сбежал вместе с принцессой, лишил её части - говорят, что не без её согласия - а теперь претендует на трон императора! – вампирша посмотрела на Шейна. Она не стала говорить о завещании Эльдара. Это лишнее. Она больно уколола Шейна и чесала его рёбра ножом. Лезвия неприятно скрипело, но Мередит нравилось испытывать терпение Виззариона и играть. Она заскучала в комнате. – Все женщины рода Виззарионов обречены на жалкое существование? Как думаете, что меня ждёт, госпожа? – Мередит обратилась к вампирше. – Я молю императора выслать меня из дворца, а он не хочет!
Мередит не услышала ни одного оскорбления от вдовствующей императрицы.
«Надо же какая выдержка!»
- Дворец безжалостен к слабым и… глупцам, - впервые заговорила вдовствующая императрица в присутствии Мередит.
Мередит рассмеялась. Она не сомневалась, что «глупцы» относилось именно к ней.
- А кем стали вы для дворца, госпожа? Слабой или глупцом?

+1

19

- «На что я рассчитывал? Что она встанет, извинится и уйдёт?»
Виззарион видел плоды своих трудов. Дорогая жена не торопилась лишить их своего присутствия. Она развлекалась, напиваясь и рассказывая все последние новости вдовствующей императрице. Шейн не стыдился Мередит, но её выходка приводила его в бешенство. Он сам виноват во всём. Он позволил Мередит вольности, не уделил ей внимания, в котором она нуждалась. Императрица никогда не признавалась, что общество Ясемин и новый статус наложницы задевают её. Мередит решила, что это ниже её достоинства. Гордыня вампирши завела её в яму, которую она копала кубком с каждым сказанным словом.
Он вытерпел достаточно.
- Довольно, - вампир прекратил словесные излияния императрицы. У хамства должен быть предел. Мередит видела границы, но преднамеренно заходила за них, испытывая его терпение на прочность. Шейн знал, чего она добивается, и не собирался потакать её прихотям. – Харука, - император знал, что гвардеец остаётся под дверью и слышит всё, что происходит внутри.
Гвардеец вошёл в трапезную, поклонился, выказывая почтение.
- Сопроводи Её Величество в покои. Она устала.
Виззарион не хотел применять грубую силу по отношению к жене и выводить её из трапезной за руку, как глупого ребёнка, но Мередит не оставила ему выбора. Присутствие императрицы не нравилось никому из вампиров. Шейн держался. Слова о сестре и Авеле задели его, но не породили сомнений на счёт Ясемин и их будущего ребёнка. Мередит сравнивала себя с Миррой. От сравнения с матерью Виззариона воротило. Он не видел в Мередит тех качеств, которыми обладала его покойная мать. Мирра пошла на многое ради будущего детей. Она скрыла завещание Эльдара, защищая сына от будущего, которое отец приготовил для него. Завещание кололо не меньше, но в присутствие Ясемин и Ширайи Шейнир не смел показать слабость и обеспокоенность. Мередит откровенно и без преувеличения выводила вампира из себя.
Императрица отнимала драгоценное время. Рана Виззариона болела и медленно кровоточила, но Шейн не замечал слабого запаха крови. Он наблюдал за женой, отложив столовые приборы, пока женщина не выйдет из трапезной, и смотрел за вдовствующей императрицей. Ширайя не оставила вопрос Мередит без ответа.
- Моя роль зависит от воли императора.
Шейн не верил в эти слова. Они оба знали, что в этом дворце судьбы решаются Советниками и Старейшинами, у которых больше власти, чем у императора.

+2

20

С приходом Императрицы, разговор за обеденным столом сразу сменился, и не на самые лучшие темы. Ясемин не хотела вмешиваться в разговор, который должен был состояться у Шейна с его родной бабкой. Если бы у неё что-то спросили, она бы ответила, но лезть с вопросами, зная, что рана у Императора доставляет боль и дискомфорт, как-то не хотелось. Разумеется, вопросы то были, девушке хотелось услышать об Нерине, как там, что есть удивительного в том городе. Да и о самой Ширайе что-то узнать, что она любит, что предпочитает, возможно вскользь узнать какие-нибудь тайны или секреты, разумеется, если вдовствующая императрица захотела ими поделится.
После истории с Ширен, Ясемин многое поняла, и многое запомнила. Возможно у неё не так много верных соратников, которые захотят отдать за неё жизнь или встать на её сторону. Но знала наверняка, что следует обдумывать каждый свой шаг, и взвешивать каждое сказанное слово, ведь его могут обернуть против тебя. Да, Шейн заботился о ней и оберегал, не только из-за ребенка, возможно где-то глубоко в душе, он не хотел потерять ту, что пусть даже и на время, подарила его жизни красочные моменты.
Кипела ли от ярости сама Ясемин? Нет! На самом деле ей было жаль Мередит, и в какой-то степени она винила себя в её состоянии. Не вступись за другую наложницу, она бы и не привлекла к себе внимания Императора. А после эта история в конюшне, вот зачем она решила посмотреть на прекрасных животных, зная, что её могут наказать. И именно этот толчок и стал решающим, но так ли это? Виновата ли здесь Ясемин, или же Мередит так же причастна своими выходками, сказать трудно. Вампирша лишь сделала глубокий вдох и  немного сжала пышную юбку платья, чтобы просто не сказать пару слов в ответ. А ведь хотелось, даже очень.
А вот когда из уст пьяной Императрицы было упомянуто дитя, что носило уже имя Морин. Ясемин с трудом подавила нотку зарождающиеся злости. Ведь за все то время, что кроха прибывала уже в этом мире, её собственная мать даже ту не навестила. Не узнала, выжила ли её дочь после такого отравления, хотя даже, она и об состоянии Императора то не спрашивала. А фаворитке приходилось разрываться между двух огней, молится не только за ребенка, но и за того, с кем похоже связала свою судьбу и жизнь. Ей было тяжело, даже очень. В голову лезли всякие мысли, но она старалась держаться, и в какой-то степени победила. Морин была здорова и теперь смеялась при виде самой наложницы и служанки, которая за ней присматривала. Ребенок тянул ручки, хватал прядь волос и улыбался, тепло, нежно, с любовью. Разумеется и Шейн открыл глаза, хотя его выздоровление затянулось. Ясемин пришлось принять настойку, чтобы суметь заставить себя уснуть. Ведь прожитые три дня в этом хаосе слишком сильно на ней сказались. Она понимала, что ритуал, который предлагал ей Шейн вызовет массу удивление и возможно недовольствий, но другого выбора ведь не было. А девушка не хотела бросать ребенка, как это сделала её мать. Вампирша согласилась только из-за того, чтобы у Морин она была, та, которую она назовет мамой, та, что пожертвует всем, чтобы спасти её жизнь, та, что поможет советом и никогда не оставит.
Дальнейший разговор был явно не к месту, он задевал всех, включая Шейна и Ширайю. К чему было провоцировать, догадаться было не трудно. Но нужно ли это было делать при таком важном госте?
- Не уже ли тебе все равно? Ты ведь знаешь, что ему больно, и все равно пытаешься сделать больнее. - Ясемин хотела, чтобы поскорее закончился этот вечер. Еда совершенно не лезла в рот, вот ни какая, даже от вида чая её начинало мутить. Девушка старалась держаться и молчать, так как посчитала, что это будет правильным решением. Она всего лишь наложница, хоть и вынашивает ребенка Императора, ей не положено влезать во всю эту историю.

+2

21

«Хитрая старуха, - Мередит хмыкнула в мыслях. – И девчонка хитрая, если молчит, чтобы угодить ему».
Вампирша считала наложницу глупой простушкой. Виззарион тешил своё самолюбие, когда делил с ней постель. Что-то сложнее покорной девушки, которая во всём пытается угодить, подходило ему. Он не добивался её внимания и расположения. Она была с ним из-за титула и трепетала от вида короны. Какая жалость, что Мередит не смогла наступить себе на горло и унижаться перед мужем, чтобы сыскать его благосклонность. Две старые тайны – вот и всё, что она поимела от этого брака. И пуд разочарования. Эта девчонка свела в могилу её мать. Была ли у Цесанны могила? Виззарион приказал обезглавить женщину, чтобы показать, как он относится к интриганам во дворце и насколько ценит наложницу и их ребёнка. Мередит пощадили, но пощада обернулась упрёком.
Шейн выдворял её из обеденной залы.
- Мы же так весело общались, - императрица вздохнула, посмотрела на гвардейца, который, поневоле, стал свидетелем семейной ссоры и вынужден разгребать за императором. – Вот он: священный долг гвардейца. Разбираться с женой императора.
Ариго наклонился к ней, предлагая руку. Почтителен в любой ситуации, аж тошно!
Мередит отмахнулась от помощи, встала из-за стола. Ножки кресла неприятно скрипнули по полу. Вампирша расправила юбку платья небрежным жестом, посмотрела на вдовствующую императрицу, которая сохраняла невозмутимый вид. Мередит деланно поклонилась ей, запнувшись, легко провела рукой от плеча к плечу супруга, когда проходила мимо него в сопровождении Ариго, и обратилась к Ясемин, остановившись у выхода.
- Ты не последняя, кого пожрёт этот дворец.
Мередит странно улыбнулась, оставив обувь, которую вслед за ней подобрал гвардеец, и вышла в коридор. Слуги поторопились закрыть за ними дверь, опасаясь, что гнев Виззариона обрушится на их головы. Императрица рассмеялась, громко, непристойно, как безумная, но она ушла, как того и хотел её благо-неверный.

+2

22

Виззарион не ответил на колкость жены. Он позволил Харуке увести императрицу, и просидел неподвижно, не притрагиваясь к еде и питью, пока Мередит не ушла из трапезной. Шейну не понравился ей смех. Наигранный. Фальшивый. Вампир услышал в нём обиду и наслаждение представлением, которое она устроила для гостей. У Мередит не вышло вывести его из себя и спровоцировать на крик и ругань, но она сделала всё возможное, чтобы произвести неизгладимое впечатление на вдовствующую императрицу. Шейн не опасался, что россказни пьяной императрицы помешают ритуалу, но он чувствовал стыд и разочарование от выходки жены. За себя и за неё.
- «Сам виноват».
Приглашение на обед с гостьей не избавило бы Виззариона от Мередит, её обиды и желания насолить ему и наложнице, что заняла её место.
- Прошу меня простить, - Шейнир извинился, поднимаясь из-за стола.
Вампир согнулся и нашёл опору в столе. Столовые приборы и тарелка издали звон, когда Виззарион не по воле сместил их к краю. Рана заболела и вернула императору всю боль напряжённых мышц, скованных от гнева и попытки держать себя в руках. Он собирался выйти из трапезной и перевести дух, но возложил большие надежды на себя.
Ширайя поднялась из-за стола, подошла к внуку, тронула плечо и погладила, как ребёнка, который упал и разбил колено о камни в саду.
- Отложим трапезу до лучшего времени.
Шейн не ожидал, что Ширайя сама заговорит о ритуале, но не стал геройствовать и убеждать, что дело потерпит.
Вдовствующая императрица подняла взгляд на наложницу и обратилась к ней.
- Скажи слугам, чтобы позвали целителя и помогли императору дойти до покоев.
Ширайя оставалась возле внука и помогала ему отойти от стола, выпрямиться и сохранить видимость достоинства, когда вошли слуги. Виззариону не нравилось быть слабым и беззащитным, но от боли перехватило дыхание и он не смог полностью выпрямиться и поднять голову. Он дошёл до личных покоев в сопровождении Ширайи и слуг. Женщина отдавала приказы чётко и без запинок, показывая, как положить императора в постель, какие вещи нужно снять для ритуала, что принести. Она была всё время рядом, напоминая Шейну Мирру, пока он не провалился в глубокий сон во время ритуала.
Во дворец вернулась истинная императрица рода Виззарион.

эпизод завершен

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [12.10.1082] Утоли ярость