Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре июль — август 1082 год


«Тайна забытого города»

Ритуал очищения и освобождения прошли успешно. В Зенвуле больше нет ни призраков, ни нежити, ни тёмной энергии. Экосистема города возрождается. В него вновь возвращаются звери и птицы. Проклятое Древо Костей в центре города полностью уничтожено, на его месте теперь стоит Страж-дерево. Болезнь Роза немёртвых полностью не исчезла, но теперь новых заражений не будет. Пока дух всё ещё в теле смертной девушки и мир полностью не очистился от тёмной энергии, которая растянулась далеко за пределы Остебена, болезнь останется.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Жатва»

Войска столицы направляются к городам-близнецам, чтобы дать бой Культу Безымянного и освободить Атропос и Акропос из-под гнёта культистов. Культ сдаёт Атропос без боя и стягивает силы к Акропосу, где разгорается полномасштабная битва. Первые Ключи из Силентеса активированы, что провоцирует Мёртвое древо поднять новое войско нежити и уничтожить всё живое, что есть на материке.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Джошуа Элиор Лангре Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [18.05.1082] Гнилой закон


[18.05.1082] Гнилой закон

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

- Локация
Остебен, г. Вильсбург, столица
- Действующие лица
Алиас, ГМ (Шериан)
- Описание
связанные эпизоды[13.05.1082] Тёмный (не) брат, [16.05.1082] Обсидиановый сервиз, [17.05.1082] Кристаллин, [17-24.05.1082] Чтобы зомби жил, чтобы зомби не тужил!
В столице снова неспокойно. Визит тёмного мага во дворец и приезд императора вампиров, который Триумвират назвал дурным предзнаменованием, пошатнул мнение народа Остебена. Ветер перемен дует в сторону вековых законов о дружбе и взаимном содействии. С Дозора-у-Моста приходят первые новости, гости с Севера возвращаются в империю, а на улицах зреет первый бунт и самосуд.

+3

2

По приказу придворного мага во дворец привели некроманта. Магам пришлось изловчиться, чтобы найти некроманта, который обладал бы нужными знаниями и навыками и практиковал магию школы духа, и привести его во дворец, не поднимая шумихи. Непосильная задача дала результат, на который придворный маг не рассчитывал. Некромант оказался практиком в нужной области и практикующим магом, который занимался изгнанием духов из поместий (не исключено, что сам же их насылал на поместья, чтобы заработать на глупых толстосумах, которые не желали делить владения с неупокоенными душами), но даже при его опыте он практически ничего не сказал о странном корне, кроме того, что и без него знали. Что в корне сосредоточена сильная тёмная энергия, что корень напоминает нежить, но в отличие от немёртвых, терзавших столицу, корень не имел реальной плоти и использовал в качестве оболочки древесную основу и больше напоминал изувеченного энта или страж-дерево, которое обезумело и решило прорости во дворец. Некромант мог солгать, когда высказал мысль, что таким деревом невозможно управлять ни одной из знакомых ему магических школ некромантии, но ощущение холода, которое пробирает до костей и заставляет волосы на загривке вставать дыбом, могло свидетельствовать о духах и призраках, которых некромант не видел, но чувствовал.
Новость о некроманте, который посетил дворец, разнеслась не сразу. Первое время его визит удавалось скрыть от взволнованного народа, но после того, как инквизиторский отряд отправился в путь, а король предпринял первые меры по предотвращению распространения заразы, ситуация медленно начала выходить из-под контроля и ухудшаться делами паникующих людей. Испуганной толпой легко управлять, чем, к неудовольствию короля и его сторонников, воспользовались некоторые жрецы Триумвирата, недовольные деятельностью Огненного братства, которому покровительствовал король, и союзом с вампирами, которые вновь пожаловали в столицу и посмели просить крови, а также тёмными магами, которые встречались в столице.
По приказу короля во избежание распространения заразы всех заражённых розой вне зависимости от сроков заражения или стадии развития болезни собрали в одном месте под присмотром лекарей, некоторых братьев из инквизиции на тот случай, если живые вновь умрут во сне и обернутся мертвецами, и стражников, чтобы сдержать такое количество немёртвых в одном месте и быстро покончить с ними. В здании заперли людей, которые либо уже числились в списке больных, либо не прошли тщательную проверку в столице и оказались по другую сторону. Принудительное заключение на неопределённый срок вызвало недовольство людей и ответную реакцию со стороны незаражённых, которые опасались заразиться и боялись погибнуть от рук нежити. Некоторые высказывались против решения короля и требовали умертвить всех заражённых. Заражённые вызывали страх у народа.
Весть о том, что король теряет власть, а потому она переходит в руки его жены и сына, не имеющего должного опыта в управлении страной, а после и решение, принятое на аудиенции с императором вампиров, вызвало вторую волну недовольства со стороны народа. Люди бессовестно собирались возле голодранцев в формах жрецов и поддерживали их мнение, что союз с вампирами давно пора разорвать и не кормить их кровью, когда их народ достаточно настрадался от нежити и продолжает отдавать жизни за короля и земли, не получая взамен ничего.
Днём на одной из улиц жрец взял на себя роль оратора и судьи. По его наказу очистить город от рассадника заразы, оголтелая толпа тащила связанного некроманта – того самого, которого по приказу придворного мага, приводили во дворец. Кто-то из прислуги, видевший некроманта, доложил о нём и породил первую волну недовольства и ненависти.
- Сжечь колдуна!
- Сжечь его!
- Это они виноваты в наших бедах!
- Король не желает видеть правду!
- Король околдован магом!
- Сжечь!
Под давлением жреца люди сносили хворост и ветки для большого костра. Городские стражники пытались препятствовать, но не смогли сдержать разъярённую толпу и поспешили доложить о событии во дворец. Тем временем самосуд над тёмным магом продолжался. Пока мага привязывали к столбу, жрец, воздев руки над толпой, продолжал поощрять самосуд.
- Вяжите руки предателю. Крепче, чтобы он не наслал на нас порчу. И рот тряпкой заткните, чтобы из его поганого рта проклятия не сыпались! Очистим его пламенем - и будем прощены Всеотцом за наши грехи! Пусть видит Отец, что глаза наши открыты и мы видим, что есть Добро, а что есть Зло. Очистим нашу землю от этой погани. Не позволим сломить нашу веру. Покуда мы едины и полны решимости, не падёт наш народ!

+3

3

Маг стоял в толпе вместе со своими товарищами буквально в паре десятков шагов от места основного действия и слушал провокационные речи жреца, которыми тот обильно поливал толпы людей. Обстановка мягко говоря была не очень, как и ситуация в целом. Отчаявшись люди были готовы поверить любому, кто обещал бы им спасение от нежити и небесное благословение Люциана, которое обязательно бы их защитило, а что более страшно - они были готовы сделать всё, что повелит им их многообещающий лидер.
Алиас довольно поверхностно относился к религии, что впрочем не мешало ему верить так же, как и остальные люди. Впрочем, в его личной вере была одна важная особенность - он не выделял кого-то конкретного из богов и не превозносил его выше других. Для него каждый из них был значимым и вносил свою определённую лепту в мировой порядок, постепенно сплетая причудливое полотно мироздания, которое сейчас они могут лицезреть воочию. Поэтому, как и в любом другом полотне, всё в их мире взаимосвязано между собой, и совершенно нет смыла ненавидеть отдельные его части, ведь в конце концов мы тоже его часть и тесно переплетёны с ними.
Так что, наблюдая за подобным действом, маг испытывал лишь сочувствие к людям, которых так нагло обманывал зарвавшийся проповедник. Нет ничего плохого в том, чтобы проповедовать свою веру, но плохо когда веру людей используют для управления ими же. Человек, да и другие разумные расы от рождения вольны делать свой собственный выбор, независимо от желания других, и, конечно, не всегда он будет верным, однако это будет их выбор, который впоследствии научит как жить в этом мире. А абсолютное навязывание своей воли, как единственно верной, приведёт лишь к тому, что человек совершит множество ошибок, о которых впоследствии будет горько жалеть.
Алиас продолжал незаметно наблюдать за действиями людей, которые готовили расправу. Скорее всего они не хотели так поступать, однако отчаяние, а также нагнетающий обстановку жрец, толкали их на этот зверский поступок, который вкупе не принесёт им абсолютно ничего хорошего, а лишь умножит их страдания и позволит победить самому главному врагу - страху. Жрецам было абсолютно всё равно, что будет с народом, лишь бы он делал всё, что они ему прикажут. Жажда власти, себялюбие и гордыня позволяют им так бессовестно прикрывать собственные корыстные мотивы именем Люциана, обнажая перед всеми своё лицемерие, ибо они уже не боятся его гнева, поскольку потеряли свою веру.
Слова, произнесённые жрецом, лишь заставили мага свести брови к переносице. Наверное он никогда в своей жизни не делал такое недовольное лицо, впрочем, через пару мгновений выражение вновь вернулось к сдержанному, и мужчина повернулся к своим товарищам.
- Дела приобретают очень скверный оборот, - Ал говорил максимально направленно в сторону Хьюго и Альберта, - если так и дальше пойдёт, то они всенепременно сожгут его, что собственно ничем хорошим для них не кончится, ведь тогда страже уже придётся применить грубую силу для подавления назревающего бунта, что опять же породит ещё большее недовольство. Мы же должны сделать так, чтобы некромант, как собственно и сами люди остались живы, а для этого нам понадобиться убедить их, что не всё ещё потеряно и что вместе мы сможем победить эту напасть. Однако, - мужчина посмотрел на жреца, который, находясь в очередном "божественном" экстазе, нёс свою собственную волю, якобы поведанную ему самим Люцианом, - мы должны изобличить провокатора, лишив его возможности нести ложь, чтобы он не запутал людей ещё больше. Предлагаю действовать так. Когда они подожгут костёр, то я его потушу с помощью магии и наведу туман, после чего быстро освобожу некроманта. Альберт, ты должен помочь мне потушить костёр, а также незаметно отвести пленника в безопасное место, по возможности не применяй магию против людей или в крайнем случае постарайся никого не убить. Хьюго, тебе нужно подобраться к жрецу на достаточное близкое расстояние и следить, чтобы тот никуда не убежал, наложи на него "Уста истины" и заставь наконец этого лже-проповедника сказать правду, при этом постарайся максимально слиться с толпой. Я же останусь там и попытаюсь убедить людей, что они не правы, совершая подобные поступки, жрец естественно попытается их убедить в обратном, только вот он выложит правду какая она есть на самом деле. Даже если народ полностью не успокоится, то я в любой момент смогу уйти оттуда, а когда подоспеет подкрепление из дворца, то одного их вида должно хватить, чтобы отбить у толпы любое желание воевать, - маг переглянулся с товарищами, - всё поняли.

+2

4

Толпой, которая сама хочет лучшей жизни, легко управлять, подбирая нужные слова. Жрецы, которые служили в храмах Триумвирата и постоянно находились в окружении бедняков, знали обо всех проблемах и напастях, от которых страдал народ, на что они жаловались, о чём перешептывались за спинами власти. Нет в мире такого государства, где бы все были согласны с волей монарха и считали, что он сделал всё, чтобы они жили в достатке и мире. Людям всегда мало того, что они имеют, а помани голодного калачом – не пойдёт ли? Жрец пользовался слабостями народа и оперировал фактами по своему усмотрению и опирался на тех людей, которые были согласны с ним.
С улицы, куда стекалась толпа, чтобы устроить сожжение причины их бед, уходили люди, которые боялись попасть под руку жреца и обезумевшей толпы. Они спасались бегством, хватали пожитки, неслись к стражникам и просили у них защиты, потому что боялись, что после того, как тёмный маг сгорит на костре, жрец потребует новую жертву – отступников веры, которые не пожелали довериться Триумвирату и присоединиться к справедливому суду. Были среди них сторонники короля и люди, которые верили, что ещё одна смерть, когда погребальные костры горят день и ночь, забирая людей, пострадавших от нежити, не принесёт ничего хорошего. Смерть – всего лишь смерть. Ужасная, неотвратимая, беспощадная. В ней нет спасения.
- Император выбрал плохое время для делового визита, - вздохнул Хъюго, рассматривая толпу.
Народ всё пребывал и присоединялся. Были там и молодые, и старые, даже детей приобщили к делу – складывать ветки в костёр, чтобы занялось лучше. Тащили солому и смолу, устраивая для некроманта щедрый погребальный костёр.
Альберт щёлкнул пальцами, вызывая язычок пламени, и усмехнулся. Адепт огненной стихии идёт спасать пленника. Помимо огня у Альберта были другие таланты и в их случае – умение создавать порталы – это хороший вариант быстро унести ноги. Мужчина примерялся забрать некроманта одним прыжком, но народ так постарался привязать пленника, что быстро освободить его и унести ноги не выйдет – одной искры хватит, чтобы пламя занялось и щедро наградило и тёмного мага и его предателя-спасителя, который пошёл против воли Триумвирата.
- Пойду помогать с костром, - шутливо отмахнулся Хъюго, отделяясь от товарищей. Он нервничал и опасался, что люди заметят придворного мага, который держится особняком, но управляет жрецом из толпы. Он должен был отвлечь толпу от жертвоприношения и дать друзьям больше времени, чтобы пленник не сгорел и народ не навредил им, а ещё лучше – потянуть время, пока вся городская стража не соберётся на улице и разгонит толпу. Лучшим решением было бы погнать посыльного в храм Триумвирата за главным жрецом, чтобы он сказал своё веское слово и переубедил толпу, как представитель Люциана на земле, но если это представление – дело рук Триумвирата, а не горстки шутов, решивших поживиться за счёт трагедии, то они даром потеряют время и силы.
Хъюго занял удобную позицию, в узком переулке между двумя примыкающими друг к другу домами. Он находил в полутора метрах от толпы, за их спинами, и видел жреца за головами людей, скандирующими в тон слов оратора. Он думал подобраться ближе и колдовать уже из толпы, но опасался, что слишком быстро выдаст себя, а какой-то человек собьёт его заклинание.
- Все наши беды из-за них, - жрец махнул рукой и указал пальцем на некроманта.
Тёмный маг пытался освободиться и сбросить верёвки с рук или выплюнуть кляп, чтобы освободиться и использовать магию, но все его попытки были провальными, а мужчины, укладывающие стопы сена у ног некроманта, не забывали щедро награждать его то плевком в морду, то проклятиями, то ударом под дых, чтобы стоял и принимал своё наказание, как должное.
- Это некроманты пошли войной на людей. Вспомните, чем обернулось гостеприимство короля? Альянс вновь наслал на нас беды! Вновь их чума заражает нашу землю, а мы им прощаем? Король защищает больных, потому что болен сам! Он не желает избавляться от заражённых и не защищает наш народ. Мы годами кормим паразитов, которые питаются нашей кровью и обещают нам мир, но сколько их судна пристают к нашим берегам, угоняют наших братьев и сестёр в рабство? Вампиры не выполняют уговор! И мы им это прощаем?
Хъюго скрипнул зубами, выпустил магию, убедившись, что больше времени нет, и накинул заклинание на жреца, надеясь, что это поможет. Заклинание подействовало, не так идеально, как хотелось бы магу. Жрецом руководила собственная гордыня и ненависть и к монарху, и к вампирам, и к некромантам. Он действительно желал смерти больным розой, считал, что некромантам нет места в Остебене и их нужно прогнать или уничтожить, и тогда они будут жить под благословением Всеотца.
- Фойрров фанатик, - рыкнул Альберт.
Заклинание подействовало, но обернуло речи жреца против магов. Он говорил то, что имел на сердце, о личной боли, практически не упоминал Всеотца и веру, но убеждал народ, что он на их стороне, что он один из них, и что они должны взять всё в свои руки, потому что кроме них никто не позаботится об их жизнях.
- Несите огонь!
- Огня!
- Сжечь его!
- Очистим наш город от заразы!
Люди столпились у сложенного костра, подожгли самодельные факелы и пошли к некроманту. Первый факел полетел к костру, Альберт открыл портал прямо перед факелом, факел влетел в портал и тлеющей деревяшкой упал к ногам жреца. Толпа испуганно ахнула. Они считали, что то колдовство некроманта. Они не видели магов, которые пытались предотвратить самосуд, и теперь боялись подступить к некроманту. Отвадил от себя смерть – это же и их проклясть может?..
Люди посматривали на жреца и ждали от него слова, но мужчина и сам не понимал, что произошло, как так вышло, что факел упал к его ногам. Он сделал шаг от факела, словно к его ногам бросили дохлую крысу.
- Треклятая погань пытается напугать нас! Мы не поверим в твои фокусы!
Жрец проявил решимость, когда заметил, что толпа, недавно желавшая растерзать мага голыми руками, трусит перед силой колдовства. Простой народ не понимал законов магии и не догадывался, что грешат на другого мага. Жрец выхватил горящий факел из руки работяги, который зазевался, и, подхватив полы длинного одеяния, пошёл к пленнику, чтобы своими руками поджечь его.

+2

5

Промедление смерти подобно - именно так сейчас и думал маг.
Попытка вывести жреца на чистую воду не увенчалась успехом, а лишь ещё больше подогрела толпу, которая уже была доведена до такого состояния, что совершенно не имело значения какие слова произносит их самоизбранный лидер. Люди уже вовсю готовились к сожжению, как они полагали распространителя заразы. Конечно некроманты отнюдь не были самыми добрыми и благодушными людьми, однако это не повод сжечь человека заживо без суда и следствия. Впрочем, что они знали о некромантах, одним словом только то, что им щедро преподносили на блюдечке жрецы Триумвирата, которые сами даже не пытались понять в чём разница между тем или иным некромантом. А в то время количество хвороста и дров для костра продолжало неумолимо расти, словно люди верили, что запалив костёр побольше, они смогут раз и навсегда выжечь заразу из города. Такими методами они ничего бы всё равно не добились, а лишь добавили проблем для королевской власти, которая и без того делала всё что могла, дабы спасти шкуры таких глупых и неблагодарных подданных.
А вот и настал тот самый момент истины, когда толпа наконец решила, что набралось достаточно дров, чтобы "победить" привязанного к столбу беспомощного некроманта. Среди них сразу нашлось множество "храбрецов", которые были готовы "героически" вступить в битву с тёмными силами. Бравые "воины света" подняли свои факелы и направились прямиком к костру, дабы свершить суд над грешником. Не будь он занят спасением некроманта, в данной ситуации Алиас бы подивился насколько бывают горды и самонадеяны люди в своём желании быть спасёнными, только вот от кого?...
Спустя мгновение первый факел полетел в костёр, однако Альберт вовремя среагировал и с помощью портала перенёс его прямо под ноги жреца уже тлеющим. Народ впал в замешательство и уже потерял свою былую "храбрость", которая была у них всего каких-то пару мгновений назад. Для придворных магов настал отличный момент для действий. Однако похоже жрец был более "смелым", чем его нынешняя паства, поэтому на личном примере решил доказать, что нет тут никакой тёмной магии...
- Альберт, - Ал говорил быстро и чётко, без присущего ему дружелюбия и вежливости, ибо ситуация не позволяла, - я их отвлеку, а ты мигом открывай портал к некроманту и режь верёвки.
Не дав своему товарищу иных пояснений, маг начал творить заклинание. Вокруг места предполагаемого сожжения закрутились и завертелись стремительные потоки ветра, задувая оставшиеся горящие факелы или унося их прочь из рук своих владельцев. Мгновение спустя к сильным потокам ветра присоединилась взявшая из ниоткуда сильная метель, которая снежными хлопьями скрыла от глаз обывателей столб с привязанным к нему некромантом. Подобная магия зрительно уже была явно похлеще обычного перемещения факела в пространстве, но при этом не могла навредить людям, по крайней мере физически те бы максимум получили пару синяков, и то тут нужно было бы постараться. Зато теперь никакой факел, брошенный из толпы, не смог бы достигнуть костра и был бы попросту отклонён ветром. Среди всей этой снежной бури маг оставил лишь одно небольшое свободное пространство аккурат вокруг столба с некромантом, чтобы Альберт мог без особых проблем переместиться туда, освободить пленника и уйти через портал в безопасное место.
Сам маг потратил на всё это представление довольно ощутимое количество своих сил, правда пока чувствовал себя более-менее хорошо. Метель при этом довольно неплохо занималась в радиусе 20-25 метров вокруг неудавшегося сожжения, время от времени обжигая находящихся снаружи людей ледяными потоками ветра и одаривая их щедрой порцией снежных хлопьев. Однако маг был не намерен терять зря время, созерцая плоды своих магических трудов, он изо всех сил пытался остаться на ногах между беспорядочно бегущими людьми. Благо Алиас стоял не так далеко от снежного вихря, поэтому через его позицию ломилась лишь малая часть толпы, и он худо-бедно остался на своих двоих. Маг надеялся, что его товарищи тоже не растерялись в этой суматохе и смогли по крайней мере остаться целыми. Когда людской поток достаточно поредел и перестал доставлять магу беспокойство, тогда он сразу принялся высматривать в толпе основного виновника сегодняшнего "торжества", чтобы тот не скрылся безнаказанно с места происшествия...

Отредактировано Алиас (2019-01-31 16:57:34)

+2

6

Перепуганный народ не решился пойти к некроманту с факелами, но действия жреца, уверенного в своей правоте, придавали им уверенности, что они на правильном пути и Всеотец защитит их от гнева некроманта и его порчи.
- Сгори в пламени и очистись, отродье Бездны!
Жрец остановился у стогов сена, поднял факел, как вдруг поднялся ветер, все факелы потухли, повылетали из рук рассерженных людей. Жрец пытался удержать факел в руке, даже когда он потух, считая, что его воля сильнее магии, но он ошибся. Ветер загулял между людьми, забил одеждой по телам с мерзкими устрашающими хлопками.
- Не бойтесь! Это погань пытается напугать нас своими фокусами! Но мы сильнее их! – жрец пытался докричаться до людей, но все его попытки удержать народ на месте и довести дело до конца, оборачивались против него.
Ветер разгулялся, опрокинул жреца. Мужчина упал на колени, подобрался, когда на улице разыгралась настоящая метель. Сам некромант забыл о том, что пытался освободиться, и ошарашено наблюдал за тем, как играет буря. Он-то понимал в магии намного больше необученного люда и жреца, а потому отчасти понял, что маг, который резвился и пугал народ, мешая сожжению, ему скорее друг, чем враг. С большим усердием некромант налёг на верёвки, считая, что магические ухищрения когда-нибудь закончатся и за ними придёт расплата.
Снег мешал видимости. Даже Хъюго, который не знал о планах товарищей (изначально-то условились, что некроманта спасут и попытаются словами успокоить толпу), едва успел спрятаться в тесном переулке между домами, куда заметал снег и задувал редкий порыв ветра. Хъюго досталось намного меньше, чем другим людям. Снег то слепил их, попадая в глаза, то порывом ветра опрокидывал людей в толпе, заставляя их ползти в страхе погибнуть. Хъюго опасался, как бы в панике люди не подавили друг друга, пока пытаются удрать, а потом народ хлынул в переулок, спасаясь от стихии. Хъюго вжало в стену, сбило с ног и крутануло так, что он упал на лопатки и с трудом успел увернуться от толпы, получив пару раз по бокам и рёбрам. Хорошее место для колдовства и обзора обернулось для него травмами.
Альберт, пользуясь суматохой, открыл портал и прыгнул прямо к некроманту на погребальный костёр. Он сам нашёл этого мага и привёл его во дворец, а потому частично чувствовал себя виновным в том, что с ним произошло. Альберт не любил некромантов и заведомо предрекал подобную реакцию народа, потому что отчасти придерживался мнения, что все беды от тёмных магов и их жажды власти и силы, но быстро разрезал верёвки на руках мага и отвязал его от столба.
- Шевелись, пока никто не подбросил огонька, - пренебрежительно рыкнул Альберт, разворачиваясь к открытому порталу. Он не хотел сгореть вместе с некромантом, если чьё-то желание поджечь мага окажется сильнее страха и стихии.
Некроманту не пришлось повторять дважды. Он даже забыл о кляпе, который мешал ему говорить, и рывком впрыгнул в портал вслед за магом, спасаясь от мучительно смерти, а ведь хотел напоследок наградить некоторых людей с факелами недержанием и угрями на заднице.
- А Хъюго где? – справился о товарище Альберт, когда вернулся вместе с некромантом.
Тёмный маг развязывал тряпку, сдерживающую кляп, отплевался от мерзкого привкуса на языке и поморщился. Не так он себе представлял дворцовую службу и плату за помощь.
Жрец, поддаваясь влиянию толпы, побежал в переулок, унося ноги, но боялся он не стихии, опрокинувшей его на землю и хлеставшей мантией по бокам, а того, кто её создал. В понимании жреца некромант никак не мог сотворить подобного со связанными руками и кляпом во рту, а значит, где в толпе у него был подельник, который помогал некроманту. Жрец побежал вместе с редеющей толпой аккурат в тот момент, когда Хъюго уже поднимался на ноги, тряс головой и морщился от пинков.
- О, - заметив жреца, Хъюго на секунду задержался.
Вот только жрец, хоть и озирался постоянно, опасаясь преследования, всё равно торопился убежать и на мага вовсе не обратил внимание.
Хъюго подал сигнал товарищам, запустив в воздух магический огонь, надеясь, что они его заметят и поймут, куда направился жрец, и попытался подобраться сам, чтобы погнаться за жрецом, пока тот не скрылся из виду.
Городская стража, как и ожидалось, появилась с запозданием, когда буря постепенно начала стихать, а на улице остались лишь зеваки или люди, которым не повезло попасть под ноги паникующей толпы. Стражники удивлённо смотрели то на столб, где не было пленника и вообще ничего не горело, то на пару калек, которые не успели удрать от правосудия.

+2

7

Представление однако вызвало довольно много эмоций со стороны зрителей, наверное Алиас всё же слегка перестарался, но зато все живы, хотя некоторых судя по всему слегка потоптали. Маг осматривал пространство вокруг себя в поисках того самого зачинщика всего происходящего, однако тот похоже всё же успел под общий шумок скрыться с места действий, оставляя мага в полном недоумении. Мужчина уже было собирался найти стражников, чтобы они помогли ему в поисках жреца, однако из переулка, в котором всё ещё толпились люди, взмыл вверх магический огонь. Такими знаками обычно не раскидывались просто так и это возможно означало, что один из его товарищей таки заметил того самого беглеца.
Ал что есть мочи припустил в этот переулок и когда наконец влетел в пространство меж домов, то первым делом сам ринулся в остатки толпы и начал довольно быстро продвигаться вперёд, благо выносливости и скорости у него было побольше, чем у городских обывателей. В конце концов спустя какое-то время он заметил знакомую макушку Хьюго, который упорно кого-то преследовал, скорее всего того самого неудавшегося бунтаря. Протискиваясь меж бегущими людьми и ящиками, расставленными по бокам переулка, маг с горем напополам всё же умудрился догнать своего товарища и поровняться с ним.
- Где он? - маг слегка хлопнул Хьюго по плечу, обращая на себя внимание.
Ответом стал лишь лёгкий кивок куда-то вперёд. Алиас получше присмотрелся к тому месту, куда кивнул его товарищ, и вот. Он заметил знакомую макушку того самого разжигателя конфликта, который уж очень усердно спешил смотаться куда подальше с места преступления, да вот только его жреческие одеяния были отнюдь не предназначены для того, чтобы бегать в них. Со стороны это смотрелось довольно смешно, жрец изо всех сил пытался удрать, но постоянно спотыкался о свою рясу и, словно барышня в саду, был вынужден задирать подол своего одеяния руками. Ал конечно мог бы долго над этим наблюдать и в душе посмеиваться над таким откровенно бабским способом бега, но и переулок в конце концов должен был закончиться, поэтому у него не было на это времени. Вдохнув поглубже и посильнее оттолкнувшись от земли, маг постепенно начал сокращать дистанцию между собой и своей целью и уже где-то к концу переулка смог подбежать на расстояние пяти-шести шагов. Валить жреца посреди бегущей толпы и ограниченном пространстве было неимоверно глупо, их бы обоих заметно покалечили или ещё чего похуже - задавили насмерть. Однако действовать требовалось именно сейчас иначе проповедник сможет упорхнуть куда подальше, где его будет очень затруднительно найти. Прямо на выходе из переулка маг, последним рывком уложив шесть шагов в три, настиг жреца и ухватил его сзади за складки одеяния и потянул в сторону, тем самым они не без столкновений и головокружительных поворотов вокруг своей оси вылетели прочь из толпы, по инерции криво-косо пробежали от силы пять шагов, и, запнувшись за камень, свалились друг на друга.
Они оба лежали с левой стороны от входа в переулок прямо напротив двери в один из домов с открытыми окнами, на подоконниках которых стояло несколько горшков с цветами, которые в этот момент бережно поливала хозяйка дома. Может быть она и могла беспокойно глядеть на выбегающую из переулка толпу, но вот к неожиданному  филигранному падению двух мужиков да прямо перед окном её жизнь не готовила. Некое подобие глиняной лейки выпало из рук женщины и разбилось о камни мостовой, а сама она прикрыла рот руками, не понимая что здесь происходит и как реагировать на такой поворот событий.
Первым под звук разбившейся глиняной лейки очнулся жрец и принялся усиленно барахтаться, чтобы высвободиться от хватки Алиаса. Так уж получилось, что маг в этом противостоянии оказался сверху и всем своим весом мешал беглецу встать на ноги. Где-то после второго или третьего порицания Люцианом, он тоже полноценно пришёл в себя и потянул почти вырвавшегося жреца обратно на матушку землю, дабы поумерить пыл служителя Люциана. Слишком длинные одежды, за которые очень усердно тянули, не позволили проповеднику подняться с колен, и он снова распластался по мостовой. Маг решил не упускать возможности обездвижить беглеца и, усердно перебирая конечностями, заполз на мужчину в рясе, придавив того собственным весом, однако жрец тоже походу был не пальцем делан и резким ударом заехал магу по лицу. От неожиданности Ал слегка ослабил давление, и проповедник сделал резкий рывок, чтобы поменяться местами со своим противником, однако маг недолго пребывал в замешательстве и крепко вцепился руками в одеяния жреца, так что вместо одного переката, получилось так, что два человека просто-напросто покатились в сторону стены дома, одаривая себя парой другой толчков локтями или коленками, а если точнее, то прямо под окошко, где за всем этим безобразием наблюдала хозяйка.
Жрец на деле оказался довольно крепким малым и сообразив, что их путь вот-вот кончится, сделал ещё один рывок, да такой, что Алиас впечатался спиной в стену под окном, с подоконника которого на жреца слетело несколько горшков с цветами. Это привело его в лёгкое замешательство, но спустя мгновение беглец уже отползал от окна, в это же время женщина с неописуемым удивлением смотрела на данное действо, удерживая в руках единственный оставшийся целым горшок, который завис прямо над головой Алиаса. Такая встреча со стеной немного ошарашила мага, но вот висящий на расстоянии вытянутой руки цветочный горшок он прекрасно смог разглядеть, как собственно и уползающего противника, который почти встал с колен. Дабы не терять времени, Алиас выхватил горшок из рук женщины и незамедлительно кинул его со всей силы в уже поднявшегося жреца, который в этот самый момент обернулся. Цветочный горшок, которому принудительно придали ускорения, пролетел рядом с головой беглеца, умудрившегося увернуться от столкновения и вдребезги разбился о мостовую, сопровождаемый взглядом недавней цели. В это время придворный маг уже успел сесть на корточки, попутно захватив с собой какой-то цветок вместе с горстью земли, и стремительно побежал прямо на отвлёкшегося беглеца. Когда жрец наконец оправился от созерцания упавшего горшка и посмотрел на своего противника, то лишь увидел, как тот, сломя ноги, несётся на него. Алиас влетел в проповедника на полной скорости и повалил его на мостовую, довольно ощутимо отплатив тому отбитой спиной, да вот только такое падение побольнее будет, так что беглец какое-то время лишь еле-еле пытался откинуть своего противника, да вот только это не слишком получалось, поскольку Алиас надавил на того всем своим весом. Держа в одной руке цветок, а другой удерживая жреца, маг начал превращать пыльцу в сонный порошок, а после чего с особенным смаком ткнул цветком прямо в лицо проповедника и продолжал так делать, пока тот не перестал дёргаться.
Ощутив, что тело жреца обмякло, Алиас позволил себе расслабиться и наконец взглянул на цветок у себя в руках. Как ни странно, но это оказалась фиалка, хотя какая сейчас уже разница. Он подхватил проповедника за подмышки и потащил к стенке дома, в окне которого с ошарашенным побледневшим лицом стояла его хозяйка и наблюдала за действиями мага. Алиас прислонил беглеца спиной к стене, а сам принялся осматривать того на предмет серьёзных ранений, хотя по сути находил только синяки и ушибы, чем, впрочем, и сам отделался. Во всей этой суматохе ему не удалось толком воспользоваться магией, поэтому пришлось воздействовать старым проверенным методом мордобоя, хотя это, наверное, со стороны больше походило на детские покатушки по земле.
- Ааа... - маг посмотрел на осколки горшков и рассыпанную землю с цветами, - вы не переживайте, я вам другие принесу, просто тут так получилось... - женщина не дослушала его и поспешила закрыть окно от греха подальше, явно показывая, что после увиденного, желания общаться с таким бандитом у неё нет, - а цветы всё-таки жалко.
Маг таки соизволил посмотреть на поток народа из переулка, который уже почти кончился. В такой суматохе на них почти и не обратили внимания, хотя некоторые люди всё же косо на него поглядывали с разных концов улицы, но предпринять что-либо не решались.
- Как же мне тебя дотащить?

Отредактировано Алиас (2019-02-01 12:25:14)

+2

8

Бедный Хъюго так торопился догнать жреца, что к тому времени, как смог нормально разогнуть спину и не свистеть на каждом выдохе, Алиас уже проделал всю работу. Маг шёл по следу жреца, пока видел спину убегающего Марсела, а когда и той не стало, остановился, осматриваясь, в какой же переулок свернул его товарищ, и не настигла ли его какая-то беда от этого жреца. Больно мутным он показался. Люди, напуганные представлением магов уже разбежались, спасаясь в том числе от подоспевших стражников, которые хватали вообще всех, кого видели, особо не разбираясь: кто тут жертва, а кто зачинщик. Хъюго заметил Алиаса чисто случайно – пришёл на звук битых цветочных горшков, а там нашёл и придворного мага, и жреца. В интересной позе. Ну, поза Алиаса была самой обычной, а вот жрец лежал на земле, раскинув конечности, как морская звезда на песчаном пляже в солнечный день.
Хъюго подобрался к товарищу, посмотрел на жреца.
- Живой? – он кивнул на жреца, опасаясь, что Алиас настолько увлёкся погоней, что добил бедолагу. Случайно или в целях самообороны – как знать.
В сердцах придворный маг выдохнул, когда понял, что жрец вполне себе живой, но пока не в состоянии подняться.
- Ну… Зато не проклянёт, - усмехнулся маг. – Или что там жрецы делают?
Оставлять жреца на улице или ждать, пока кто-то из друзей вернётся за ними, отыскав среди домов, - не лучшая затея. Да и ждать, когда жрец придёт в себя и начнёт кричать и брыкаться, как девушка, которую силком замуж потащили – тоже. Хъюго пытался оценить свои силы. Бока ему намяли так, что он не разгибал спины и всё же баюкал рёбра, обнимая их рукой, а жрец выглядел упитанным, а значит – тяжёлый. Одному не дотащить, да и двоим тоже в тягость.
- Вот бы где понадобились способности Альберта, ну да… что поделаешь.
Маг махнул рукой, полез в сумку за обрезком верёвки и протянул другу.
- Свяжем руки, чтобы не брыкался, если в себя придёт, когда потащим. А я сейчас… быстро.
Преимущество целителей в умении быстро подлечить себя. пока они гонялись за жрецом, у Хъюго не было такой возможности, но сейчас он уделил немного внимания своему состоянию.
- Так-то лучше. Ну… взяли, - Хъюго вдохнул, прихватил жреца за ноги и поднял мужчину. – Тяжёлый…
- Вы что там делаете? – из окна дома загорланила бабка. Хъюго аж растерялся, когда услышал гневный крик и нашёл женщину – она выглядывала из окна соседнего дома, зло махала на них мокрой половой тряпкой и не стеснялась выражений. – Да где это видано, чтобы среди дня на служителя Люциана нападали! Разбойники! Ничего святого нет! Придёт по вашу голову палач!
Бабка надрывалась, даже замахнулась ведром с грязной водой, но к счастью сил не хватило добросить добро до магов, а на большее у женщины не хватило смелости.
- Пошли, пока ещё кому-то в голову не взбрело нас чем-то огреть.
Под крики женщины, призывающей наказать преступников, Хъюго быстро перебирал ногами. Уж ему на сегодня хватило приключений, чтобы ещё раз попасть под чью-то руку.
- Хорошо ты его приложил.
Жрец висел у них на руках всё время, пока маги его волочили до места, где устроили костёр для некроманта. Там же нашлись Альберт и спасённый тёмный маг в окружении стражников, вязавших людей, принимавших участие в самосуде.
- И этого туда же.
- Жреца? – удивился стражник, который не сразу признал в двух мужчинах, волочивших служителя Триумвирата, придворных магов.
- Он у них тут за главного был. Людей против некромантов настраивал. Да вот только мы сомневаемся, что он жрец Триумвирата. Нет у них там такого? Допросить бы. Ну… как очухается.
Жрец застонал, привлекая внимание.
- О! А вот и чудо произошло!
Жрец, когда пошевелился, тут же понял, что руки связаны, задёргался с пущим рвением, несмотря на гудевшую голову, закрутил головой, с ненавистью смотря на всех, пока его взгляд не остановился на Алиасе.
- Ты! – выкрикнул жрец. – Да как ты посмел на жреца Триумвирата напасть?!
- Сам народ на самосуд толкал и поощрял сожжение, а как его за шкирку притянули, чтобы за самосуд спросить, так нельзя, - хмыкнул Альберт.
На его слова жрец тут же взъелся.
- То отступник! Отродье Бездны! Его руками на нас порча наслана! Из-за него, паршивого, все наши беды! И мы ему простим? Поделом ему наказание!

+2

9

Маг какое-то время стоял и просто смотрел на лежачего жреца, прикидывая в уме способы его перемещения, ведь служитель Люциана отнюдь не отличался стройностью. Он так бы ещё долго стоял и смотрел, да вот только от созерцания беглеца его отвлёк Хьюго. На вопросы товарища свежа ли "дичь" и может ли попортить им их карму, Марсел лишь скептически посмотрел на него. Предельный максимум наказания, который бы им мог выдать сейчас этот проповедник - это словесное порицание своим положением, Люцианом и властью Триумвирата - всего лишь слова, не имеющие никакой реальной силы. Маг без какой-либо брезгливости принял верёвку из рук Хьюго и взялся крутить конечности беглеца, узлы вышли на славу, показывая, что ещё не всё забылось со времени его двух годового плавания на корабле. Теперь без чужой помощи знающего человека жрец бы ни за что не развязал эти морские узлы и уж тем более не смог бы куда-либо убежать. Прихватив служителя Люциана за конечности, Алиас уж было собирался двинуться, да вот только какая-то бабка запричитала откуда-то сверху, и позже в отдалении от них на мостовую смачно шмякнулась мокрая половая тряпка и загрохотало ведро. Маг одарил предметы заступничества коротким взглядом и без каких-либо мук совести двинулся дальше, увлекая за собой своего товарища и оставляя гневные речи женщины без ответа.
На месте несостоявшегося сожжения уже вовсю орудовала стража, хватая всех, кто попадался им на глаза, да вот только по большей части эти люди были случайными зеваками, арест которых не дал бы никаких ответов и результатов. Сами стражники конечно же удивились, когда в качестве арестанта им приволокли одного из служителей Люциана, благо Хьюго всё же взялся им объяснять, что жрец не такая уж и невинная овечка, тем самым избавив немного уставшего Алиаса от лишних пояснений для незадачливых служителей закона, которые собственно и проворонили такое скопище народа. Проповедник в это время похоже начал приходить в себя и усиленно задёргался, пытаясь освободиться, да вот только сложись он хоть три раза пополам, верёвки всё равно бы не развязались. Дальше жрец всё-таки нашёл своим гневным взглядом мага, пленившего его, и принялся изо всех сил вопить что-то в духе "да как ты посмел". Алиас стойко выдержал все выкрики арестанта, сохраняя при этом спокойное выражение лица, и даже его не менее визгливое оправдание своих действий.
- Мне очень жаль, что пришлось с вами так поступить, - спокойный и чёткий голос без какого либо дружелюбия или враждебности вмиг заставил жреца прекратить свои причитания, - если вы собирались остановиться по моей просьбе, то прошу прощения за свои действия, однако отпустить вас мы всё равно не можем, - Алиас не очень-то любил заниматься чем-то подобным, однако этот человек его просто вынуждал быть в роли служителя закона, - вы не имели права судить или казнить этого человека, - плавный жест руки мага указал на стоящего по близости некроманта, - если у вас есть весомые доказательства его вины, то вам следовало обратиться к капитану стражи и предъявить их ему, также прошу учесть, что слухи, суеверия и домыслы не являются доказательством, - маг осмотрел всех присутствующих, - вы поступили крайне необдуманно, призывая народ к самосуду. Из-за ваших действий чуть не погиб человек и не началась полномасштабная охота на ведьм в столице, приведшая бы к жертвам, погромам и бунтам. Таким поступком вы бы только ослабили оборону Вильсбурга, внесли разлад в общество и помогли бы нежити без особого труда захватить город во время следующего нападения. Ко всему прочему своими речами вы оболгали короля и поставили под сомнение его способность править. Конечный список обвинений для вас: попытка убийства, подстрекательство к бунту, саботаж и измена, - приятный и спокойный голос мага чётко отчеканил последние слова, будто мужчина вбивал гвозди в крышку гроба.
Судя по всему жрец даже после ареста продолжал верить в свою чистоту и невиновность, так что обвинения, которые ему вынес маг, должны были остудить пыл служителя Люциана и заставить того задуматься о последствиях своих действий.
- Думаю нам стоит обыскать его, - Алиас обратился к своим товарищам и стоящим рядом стражникам, - мало ли что наш друг может скрывать в своих жреческих одеяниях.

+2

10

Жрец отказывался признавать вину. В его глазах он поступил правильно и обвинения, который Алиас вместе с аргументами подсунул ему под самый нос, жрец считал незаслуженными.
- Вы все слепы! – не унимался жрец. – Все наши беды от некромантов и фойррового отродья, которое король пригрел! – не обошлось и без обвинений в сторону Огненного Братства, которое своей идеологией порочило имя Всеотца. – Мы позволяем некромантам жить в наших землях, а что хорошего они сделали для нас? Чем отплатили? Нежитью! Смертями! Проклятиями! – жрец смотрел на каждого, глазами разозлённого зверя, и всё пытался высвободиться, подпрыгивая на заднице, как ужаленный шмелём. – Как бороться с заразой, если власть не желает видеть очевидного? Вы не желаете и внушаете обманом народу, что всё делается для нашего блага. Да кракена с два! – не выдержал жрец, ругнувшись. Он будто бы надеялся, что его услышат случайные зеваки или задержанные, которые в будущем продолжат его дело и разнесут молву о тёмных магах чумой по всей столице, и тогда начнётся суд над тёмными за все их злодеяния. – Чьё порождение эта нежить? Уж не нашего Всеотца! И не от наших дел в Лунном крае зараза развелась. Что? Не вы ли знаете, что после приезда альянсовских псов и поклона короля им, на нас эта напасть обрушилась? А вампиры? Сколько ещё будут нашу кровь сосать задаром, обещая лживый мир?!
Стражники смотрели на него как на безумного и понимали, что вытрясти из него что-то путное не выйдет, но всё же, подавляя сопротивление, осмотрели одежду жреца и ничего подозрительного не нашли. Только символ Люциана, который носят при себе жрецы, и больше ничего.
- Надо бы спросить, откуда такой смелый и зрячий взялся, - ворчливо заметил Альберт. Пока что досмотр указывал на то, что перед ними был настоящий жрец Триумвирата, а не какой-то проходимец, возомнивший себя служителем Всеотца. Впрочем, одно другому не мешало. – Из какого ты храма?
Жрец прекратил поток речей и посмотрел на мага долгим взглядом, а потом заметил за его плечом того самого некроманта, который, опасаясь за свою жизнь, не торопился идти домой. Где он живёт – толпа уже знала, а во второй раз вряд ли кто-то решится на публичное сожжение. Так, прирежут дома или придушат, чтобы наверняка, а жить ему хотелось.
На маге, который стоял рядом с некромантом, жрец заметил герб Лиерго, потом посмотрел на второго мага, который его сюда притащил и второго, стоявшего рядом с ним. На них тоже он заметил герб короля и взорвался новой бранью.
- Придворные маги покрывают злодеяния некромантов! Сам король способствует их деяниям!
- Что с ним делать-то? – буркнул глава стражников, посмотрев на придворных магов.
- Давай к Верховному его, и пошлите в храмы, поспрашивайте, не пропал ли где жрец, может, найдём, кто таков и кто ему помогает, если есть такие,- предложил Хъюго. Другого варианта он не видел.
- А с этими? – кивнул стражник на пленников-зевак.
- Как с другими бунтовщиками. За решётку, чтобы подумали, что натворили.
Альберт создал портал, чтобы мигом доставить упрямого жреца во дворец вместе с товарищами. Он грубой силой затолкал сопротивляющегося жреца в мерцающий круг и пошёл следом, чтобы жрецу не пришло в голову побежать по дворцу, созывая народ на помощь. Хъюго посмотрел на некроманта, который держался их, и махнул ему следовать за ними во дворец, понимая, что люди, наблюдавшие со стороной за происходящим и слышавшие речи жреца, ещё напомнят короне, на чьей они стороне.
Верховный маг встретил их с хмурым лицом, но, заметив живого некроманта, смягчился.
- Кто таков? – обратился он к жрецу, но не получил ответа. Только очередные обвинения в действиях против народа Остебена. Верховный пристукнул посохом. Голубой кристалл засветился, источая магический свет, и жрец замер, остекленевшими глазами смотря перед собой на яркий свет. – Навели вы шума на улицах, - маг посмотрел на троицу подчинённых, которые своими глазами видели, что произошло в городе. – И много народа он собрал?
- С ближайшего квартала. Десятка четыре. Многие бежали, боялись, что их тоже сожгут, - отчеканил Хъюго.
Верховный перевёл взгляд на жреца. Кристалл в его посохе снова заискрился.
- Говори, кто ты и откуда.
- Толкователь Декша, Из восточного храма Его Преосвященства Уермера.
- Ты действовал по своему желанию или наказу других жрецов?
- Своему.
Дезмонд закрыл глаза и шумно выдохнул через нос.

+2

11

Фанатизм никогда до добра не доводит. Алиас стоял и совершенно безучастно смотрел на вопиющего невежду, который змеёй извивался и вопил у его ног. Он просто не мог поверить насколько велик личный эгоизм человека, который каких-то несколько минут назад чуть не начал полномасштабную резню в городе, а теперь сидел скрученный по рукам и ногам и утверждал, что это они слепцы и не видят очевидного. Пожалуй в этом и была своя определённая правда. Как они смогли проглядеть совсем иную, более опасную, чем роза немёртвых, чуму под названием невежество, которая захватила умы людей и начала именно с этого жреца. Даже огненная инквизиция со всеми её странностями казалась образцом гуманности по сравнению с этим невеждой, который не видел ничего дальше собственного носа, но при этом утверждал, что ему ведома воля Люциана...
Впечатлений ему на сегодня определённо хватило с лихвой. Алиас уже не пытался вразумить жреца или переубедить его, а только устало потирал ушибленную переносицу. "Горбатого", как говорится, могила исправит. Этот человек сегодня натворил достаточно дел, чтобы заработать себе на долгое и продолжительное заключение в королевской тюрьме, а то и не только заключение, не говоря уже о том, что Триумвирату тоже придётся ответить за действия своего подчинённого, по вине которого едва не погибло большое количество народу.
Алиас с большим облегчением прошёл через портал в королевский дворец, надеясь, что хоть вид замка заставит служителя Люциана прикрыть свой неугомонный рот хотя бы на пару минут. Может быть от него и было бы меньше шума, если бы с самого начала кто-нибудь парой крепких ударов показал проповеднику, что шуточки в его жизни на этом кончились. Однако природный маг не часто прибегал к рукоприкладству или иному применению своих умений, особенно в отношении безоружных и связанных людей, а также не одобрял подобного подхода в принципе, ведь в конце-концов таким образом они будут ничуть не лучше каких-то бандитов с большой дороги. Впрочем, злить его тоже не стоило...
Верховный встретил их не слишком радушно, но, заприметив живого некроманта, чутка оттаял и принялся допрашивать жреца, который до сих пор так и не дотукал, что пришло время отвечать за свои поступки, и по-прежнему запел старую песню с обвинениями Короля и придворных магов. Дезмонд однако не располагал таким благодушием и временем, как известная троица, поэтому в мгновение ока исполнил желание всех присутствующих - наконец заставил проповедника утихнуть. После короткой исповеди арестанта Верховный явно не был доволен услышанным, однако стало ясно, что жрец и вправду был жрецом и действовал исключительно по своему личному разумению.
- Как бы то ни было, но ему всё равно придётся ответить за свои поступки, - маг оглядел всех присутствующих и остановил свой взгляд на Дезмонде, - но для начала мы должны прояснить пару моментов. Позволите высказаться? - Алиас дождался молчаливого одобрения Верховного, - Скажи нам, толкователь Декша, от кого ты узнал, что королевский дворец посещал некромант, а также кто раскрыл тебе его личность? - мужчина не стал ограничиваться одним вопросом, поэтому решил задать сразу несколько, чтобы не терять зря время, раз уж они здесь вместе собрались, - О каких тёмных магах в столице тебе ещё известно? Кто из твоих собратьев жрецов разделяет твою точку зрения и хочет поднять людей на борьбу с тёмными магами? Кто-нибудь из высших жрецов Триумвирата распространялся о тёмных магах, болезни или слабости короля и королевской семьи? - как обстоят дела в этих вопросах Марсел и сам не ведал. Однако надо было узнать источники подобных слухов, ведь жрец не сам вдруг решил пойти и сжечь всех тёмных магов на костре, его могли надоумить, а учитывая невежество и толстолобость последнего, это вполне мог сделать один из высших жрецов, доверие к которому было почти непререкаемым.
Картинка складывалась весьма нелицеприятная. Ко всем этим проблемам с нежитью и розой немёртвых, прибавлялась одна большая и назойливая проблема, укрытая глубоко внутри городских стен и порождённая самыми тёмными человеческими пороками и желаниями...

+2

12

- Служанка разболтала. Видела, как некромант посещал дворец, а его в Вильсбурге каждая собака в том квартале знает – часто обращаются, чтобы порчу навести или снять.
По приказу Дезмонда Альберт действительно искал искусного мага, который оправдывает своё имя, и он его нашёл. Нет ничего удивительного в том, что о талантах этого тёмного мага знали. Вот болтливость слуг, которые не умеют держать язык за зубами – это уже проблема дворца. По такой же причине люди болтали о разном. И о здоровье короля в том числе. Хорошо, что о корне, проросшем во дворце, пока никто не знал, как и о корнях, которые они нашли за пределами дворца, иначе бы массовое сожжение началось по всему городу, а то ещё чего хуже.
Жрец назвал несколько имён магов-некромантов, но сейчас они ничего не говорили придворным магам. Разве что спасённый некромант решил высказаться.
- Это не маги. Так… фокусы, - отмахнулся он.
- Это ты знаешь, что фокусники, а простой народ не отличает фокусов от магии. Где тебя на костёр вели, так же их поведут, если найдутся желающие, - Дезмонд хмуро посмотрел на некроманта. – Если не дураки, сами бегут из города и лавочки прикроют, как только узнают о волне недовольства, но надо бы проверить, как у них дела обстоят, и стражников приставить. Проблемы королю не нужны.
Верховный махнул Хъюго и маг пошёл передать его распоряжение.
- Жрец Вудвурд, - назвал мужчина ещё одно имя, которое связывал с собой.
Второй жрец, который решил, что он может распоряжаться судьбой людей поперёк воли короля. Придворные маги не могли заниматься допросом лично или предъявить жрецу какие-либо обвинения, но они могли передать жреца дознавателям Вильсбурга, чтобы те выполнили свою работу.
- Передай этого… жреца куда положено, - Дезмонд не снимал магии с мужчины, чтобы тот вновь не наговорил лишнего и не начал кричать. – Пусть этим занимается канцелярия. Раз не заметили дыма, то уж после огня в лицо должны заработать.
Мужчине не нравилось, с какой стороны подул новый ветер, но пока что – это всё, что они могли. Передать жреца в руки правосудия и надеяться, что псионики смогут обработать жреца в допросной комнате и найти всех, кто причастен к событиям этого дня. Что же касалось спасённого некроманта, то ему предложили подождать, пока король лично примет решение, что делать с ним дальше.
Кто-то настраивал народ против королевской семьи и устраивал смуту в столице, пользуясь своим положением и ситуацией в Остебене. Сейчас не самое подходящее время для бунта, когда ситуация с нежитью ещё не решена, а народ страдает от Розы и её последствий. Первые вести из Дозора-у-Моста едва ли можно счесть утешительными. Инквизиторы перебрались на другой берег реки, но то, с чем они столкнулись, - пугало. Склера действительно вела себя как живой организм с сознанием. Как бы она не разгромила столицу. Пока что никаких признаков изменения в корнях, охвативших город, маги не заметили, но что случится с корнями, если инквизиторское пламя доберётся до сердца Зенвула – ведомо одному Всеотцу.

эпизод завершен


[nick]Дезмонд Арханский[/nick][status]Придворный маг и алхимик[/status][icon]https://i.imgur.com/LJrO7XZ.png[/icon]

+2


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [18.05.1082] Гнилой закон