Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре июль — август 1082 год


«Тайна забытого города»

Ритуал очищения и освобождения прошли успешно. В Зенвуле больше нет ни призраков, ни нежити, ни тёмной энергии. Экосистема города возрождается. В него вновь возвращаются звери и птицы. Проклятое Древо Костей в центре города полностью уничтожено, на его месте теперь стоит Страж-дерево. Болезнь Роза немёртвых полностью не исчезла, но теперь новых заражений не будет. Пока дух всё ещё в теле смертной девушки и мир полностью не очистился от тёмной энергии, которая растянулась далеко за пределы Остебена, болезнь останется.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Жатва»

Войска столицы направляются к городам-близнецам, чтобы дать бой Культу Безымянного и освободить Атропос и Акропос из-под гнёта культистов. Культ сдаёт Атропос без боя и стягивает силы к Акропосу, где разгорается полномасштабная битва. Первые Ключи из Силентеса активированы, что провоцирует Мёртвое древо поднять новое войско нежити и уничтожить всё живое, что есть на материке.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Джошуа Элиор Лангре Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » Встречать рассветы, провожать закаты


Встречать рассветы, провожать закаты

Сообщений 31 страница 37 из 37

31

Так-так-так! – кричало сознание на вопрос, но на выходе из-за поцелуя вздох получился странным и похожим на фырчание ежа. Очень глупый и непонятный звук, но Моргану с умением читать чужие чувства и эмоции, черпая их ложкой из воздуха, должно быть понятно без объяснений. Ей нравилось настолько, что хотелось ёрзать на коленях. Хвост ограничивал в движениях, но плавник чётко отбивал ритм по мокрому камню, выражая удовольствие. Обычные люди не поймут, но Морган понимал. Или к радости Даниэль не придавал значения таким вещам и принимал фалмари такой как есть, со всеми расовыми причудами.
Ланкре вздрогнула, вскрикнула. Морган оказался против бегства с колен и попытался удержать её и прижать к себе руками, но буквально в зудящих местах. С находчивостью полукровки не поспоришь. Она оказалась настолько неожиданной для Даниэль, что девушка растерялась от резкого и переменчивого ощущения. Приятно или больно? Или всё вместе? Морган лишил её желания убегать от него и буквально приковал к себе. В дополнение, рассчитывал он на это или нет, Даниэль вжалась в его бёдра, инстинктивно уменьшая глубину проникновения. Хвост напрягся. Замешательство Моргана дало Даниэль несколько секунд на тяжёлый вдох-выдох, чтобы привести себя в чувства. Фалмари не заметила, как к ним близко подобрались дети. За накатывающими волнами удовольствия она могла думать только телом и только о Моргане и.. том, что он делал руками. Когда Даниэль поняла, что к чему и почему её любовник решил плюхнуться в воду вместо продолжения, она зарделась, что на красном лице от возбуждения не видно, и подтянула к себе хвост, пряча… А что пряча? Она в истинной форме. «Стыд свой пряча!»
Даниэль встревожено всмотрелась в воду, высматривая трёх любопытных беглецов, которых лишили возможности наблюдать со стороны за взрослыми, и одного разозлённого взрослого, у которого отняли бочку мёда и подарили вместо него аж трёх наблюдающих осьминожек. Дети с такой прытью удалились от стены водопада, опасаясь получить по шее, что фалмари могла бы рассмеяться, но неловкость и смущение давили на неё. «Теперь ты лично знаешь, какого другим, когда за ними наблюдают»
- Подумаешь, посмотрели немного, - бухтел один из мальчишек, вынырнув из воды.
- У них там нерест! – возразил второй ребёнок, который по голосу оказался девочкой.
- А почему он без хвоста? – негодовал второй мальчик.
Троица спешно удирала, но Даниэль слышала их приглушённые голоса с досадой и обидой. «Как долго они наблюдали?» Морган почувствовал их присутствие при помощи эмпатии или случайно заметил в воде, потому что они подобрались слишком близко? «А я ничего не заметила за..» Ланкре всмотрелась в воду. Морган уже вынырнул и взбирался на камень, мокрый от воды и уставший от беготни за детьми больше, чем от их любовных игрищ за водопадом.
– Нас здесь видели фойрровы дети…
- Эти дети видели на берегу много другого интересного, - «Я сама видела». Даниэль неловко улыбнулась. Ей неудобно, что их заметили за таким делом и грот нельзя считать хорошим и безопасным местом, в которое никто не заглянёт, но они же их прогнали.
Даниэль чувствовала себя смущённой, но заметила, что её возбуждение усилилось. Адреналин, вызванный нарушением уединения, подогрел кровь, но кровь на лице полукровки усмирила пыл.
- Ты поранился? – фалмари наклонилась над парнем и вытерла кровь под носом и с губ, всматриваясь в его лицо.
– Дан, прости, я увлёкся. И мне много…
Хорошо, это объясняет, почему у него пошла носом кровь, но не объяснило, почему после этого он как последний герой поднимается из последних сил, чтобы продолжить. «Боится, что я обижусь, или что больше не захочу?»
- Тебе настолько хочется? – Даниэль улыбнулась, обняв полукровку за плечи, но объятия больше похожи на попытку помочь ему сесть или удержаться в полусидящем положении. Фалмари подумала, что Энгвишу лучше отлежаться, чем напрягать тело, поэтому мягко надавила ему на плечи. Устроив руки по обе стороны от плеч Моргана, Даниэль изогнулась, вытянула хвост, свесив плавник с камня. Подсыхающие волосы сбитыми прядями спали к наклоненному плечу, когда девушка нависла над полукровкой. – Я никуда от тебя не уплыву, - улыбнувшись, фалмари наклонилась ниже за поцелуем в губы, поцеловала открытую грудь, собрав губами капли воды, и положила подбородок и руку на грудь Энгвиша. – Отдохни, - Даниэль сомневалась, что предложение отвлечься и остановиться может понравиться, когда у кого-то угорь в штанах, а из-за того, что одежда Моргана промокла и облегала тело, всё выглядело предельно понятно и ясно. - Или я могу сама, если хочешь.
«А почему бы и нет..?»

Отредактировано Даниэль (2018-04-29 01:45:49)

+1

32

Я в восторге”, – подумал Морган, глубоко вдыхая и выдыхая. Что. За. Херня такая творится с его жизнью?!
Я не знаю, – смутившись, пробормотал эмпат и поднёс пальцы к ноздрям. Рыжевато-кровавый развод лёг на умазоленные подушечки тотчас же. Он не ранился. Он только нырял.
Стерев окончательно кровь, он искал возможность сесть удобнее и с Даниэль сблизиться, одновременно чувствуя жгущее желание – и её, и своё – и отделяя сознание от этого потока эмоций и плотских ощущений. Это было изумительно приятно, особенно когда у него такое несчастье вызывало беспамятство.
Но он не рассчитал свои магические силы.
Хочется, – эхом повторил Морган. Это было не вполне точным описанием того клубка желаний, в которые он сбился весь целиком, но близко и кратко. Пока он заклинанием отделил свой разум от тела по части восприятия, и при этом не забился в ледяной кокон. Когда, если не теперь, всё делать правильно?
И зачем она так о нём беспокоилась? Всего-то лопнул от давления сосуд.
Не желая ложиться и оставаясь на локтях, полукровка позволил фалмари себя успокоить и приласкать, ничего не говоря и просто веря, потому что и её слова, и руки, и намерения свидетельствовали лишь о том, что всё правда. Отдыхать он не собирался, нет, только не сейчас, когда его тело горело опять, он так ясно чувствовал каждое прикосновения, и в кои-то веки его голова не раскалывалась от этого. Нет-нет-нет, и Даниэль была рабой того же тягучего вожделения и не хотела останавливаться. В кои-то веки ему было всё равно, что ей было так интересно его тело, нет, ему даже хотелось, чтобы с ним… играли.
Почему обычно сказанная в сальном, пошлом контексте, сейчас эта фраза казалась такой правильной?
Впрочем… существовала проблема весьма неповоротливого на камне хвоста.
Парень обхватил плечи Дан и притянул к себе без предупреждений и не слишком сдерживаясь. Из глубин его забитой в угол проклятым даром и искорёженной в сплошное стремление служить и подстраиваться, подняло голову животное начало и желание обладать. Не сдвигая прилипшей со штанами к камню задницы, он потянул тяжёлую девушку на себя и, поравнявшись с ней лицами: он внизу, она, растрёпанная, над ним, спросил:
Ну и как ты себе это… представляешь?
Вышло даже грязнее и пошлее, чем он когда-либо мог предположить. Мор, конечно, знал, что угроза осуждения, незваные гости, злоба, желание делать всё вопреки распаляют порой не меньше грани жизни и смерти, от которой дуреют, массово насыпаясь после контракта с дракой и кровью на клинках в бордель целым отрядом наёмники. Достаточно преодолеть начальный стыд. Но он никогда не ожидал того же восторга от себя… и Даниэль тоже.
Руки с её плеч снова сползали вниз – он это понимал, ощущал, и ему было ни стыдно, ни слишком много.
Что, говоришь, ты видела на берегу?

Отредактировано Морган (2018-04-28 23:54:58)

+1

33

Морган решил не ложиться. Даниэль встретилась с абсолютным нежеланием полукровки как-то менять область их развлечения и сменять активным отдых на пассивный. При желании заботиться и надоедливом чувстве беспокойства, которое звенело у неё в мозгах тревожными колокольчиками, желание продолжить то, отчего их отвлекли ламарские любопытные дети, горело намного сильнее. Игривое настроение Энгвиша, которое Даниэль раньше за ним не замечала, не смущало, а разогревало и дразнило.
Из-за того, что Морган решил не ложиться, положение Даниэль выглядело почти неприличным, но фалмари заметила этот факт, когда поддалась движению полукровки и вынужденно поднялась. Хвост ограничивал её в передвижении на суше. Фалмари хотелось от него избавиться, чтобы легче маневрировать на влажных камнях. С ногами она могла теснее прижаться к Моргану. Полукровка перебил мысль с перевоплощением резкой переменой в настроении. Даниэль оставила ладони на открытой груди Энгвиша, которая при влажности кожи оказалась на ощупь горячей.
Предлагая сделать всё самостоятельно, Даниэль думала, что попытается повторить опыт с ловкостью рук. В тоннелях у неё не получилось ничего путного, но Морган вёл себя игриво, а не скованно и при желании мог в любой момент остановить её или поправить, если ему не понравится. Он же как-то научился правильно её разогревать, и ей нравилось, невзирая на его редкую увлечённость. Она могла научиться делать ему приятно взаимно, и ей было любопытно.
По какой-то причине от интонации Моргана и его слов у Даниэль побежали мурашки по коже. Она внутри вся сжалась. В животе завязался горячий тугой ком. Совладав с эмоциями и чувствами, из-за которых к лицу и к другим частям тела прилил жар, фалмари посмотрела вниз, показывая, что она имела в виду под предложением, а потом подняла взгляд на Моргана.
- Если ты боишься, что нас снова увидят, то я могу кое-что предложить. - Подхватив волну азарта, Даниэль подняла хвост, расправила плавник, подняв его над телом полукровки, как веер, за которым леди из благородных домов стыдливо прятали лица. Их веер оставлял лица открытыми, но скрывал кое-что другое. – На берегу..? – Даниэль на секунду растерялась, а потом поняла, о чём говорил Морган. Она покраснела. Говорить, что она подсматривала за кем-то, когда они делали то же самое, что они с Морганом, ей было неловко и стыдно, но, кажется, Морган спрашивал об этом не с целью её смутить и пристыдить, а потому что намекал?
Моргана не смущал хвост. Даниэль это поняла после нескольких раз его активного изучения всех особенностей строения ламарского тела, но она не ожидала, что он попытается зайти дальше. В голове фалмари всё смешалось. Ламары, которых она видела на берегу, были не хвостатыми, а с чертами осьминога и при том, что они оба были такими, им несложно подстроиться и ну.. делать своё дело. А они с Морганом как..? Ланкре посмотрела на свой хвост.
- А тебе будет удобно..?
Идея провернуть что-то такое Даниэль не смущала и не отталкивалась, потому что она родилась ламаром и спокойно относилась к своей второй форме. Пока Морган не стеснялся её такой, она чувствовала себя свободно и хорошо, поэтому не боялась, что что-то может пойти не так. «Интересно, кто-то уже так делал?» В голове сразу замелькали разные красочные картины, как это могло произойти. «Нет-нет-нет. Он, наверное, шутит!»
Морган мог настоять на решении, если не шутил и серьёзно хотел попробовать, но Даниэль вдруг игриво посмотрела на полукровку.
- Подожди немного.
Даниэль оглянулась через плечо. Никто же не смотрит? Вроде бы никого. Усилием воли она заставила себя принять другую форму и сменить лазурный хвост на пару ног. Из-за близости родной стихии перевоплощение далось тяжело, но Даниэль подумала, что это того стоит. Ему же приятнее смотреть на обычное оголённое женское тело, чем таращиться на рыбий хвост и слабо угадываемые очертания фигуры?
Улыбнувшись, Даниэль подтянулась к Моргану, поцеловала его, радуясь возможностью свободно передвигаться по камням и не возить тяжёлым хвостом. С непривычки замявшись, она переставила колено через бок полукровки, чувствуя себя одновременно ближе к нему и неприлично открытой. Поцеловала ещё раз, чтобы смять ощущение стыда и неловкости. Она перестала целовать его губы, но игриво ущипнула губами мочку уха, поцеловала под ней и в шею, потом плечо и грудь. А целовать соски или щипать губами нормально..? Даниэль решила пока не проверять. Последний поцелуй, который она смогла себе позволить, остановился выше пупка. Она же говорила, что сделает всё сама, но это только поцелуи, а ему мало, верно? Ей точно мало. Даниэль положила ладонь на выпирающий из штанов бугор. Ей показалось или он горячий даже через мокрую ткань?
- Если будет неприятно, скажи.. Я перестану.
Одно пробное движение ей не понравилось на ощупь и она потянулась за завязками штанов, чтобы ослабить их. Без помощи Моргана она бы их не сняла, но попыталась освободить себе доступ ко всему важному. Чтобы не так смущаться того, что она делает, Даниэль попыталась сначала сесть удобнее, потом поцеловать Моргана и легко тронуть его пальцами, чтобы свыкнуться с ощущением горячей кожи, непривычного рельефа и реакции на её прикосновения. Она прислушивалась к Моргану и к себе, чтобы не допустить ошибок и непреднамеренно не причинить ему боль. В процессе, увлекаясь, Даниэль поняла, что ей самой нравится то, что она делает. Настолько, что она перестала уделять этому какое-то особое внимание и не отвлекалась от действий, когда тянулась за поцелуями.

+1

34

Почему он освободился от всего эмоционального напряжения – и ему сделалось так невыносимо легко и весело, даже со всем жаром в штанах? Кажется, это было нормально. Он помнил немало искренне хохотавших парочек во время летних фестивалей за пределами Альянса. Боги, почему если не выпивка – то магия единственный для него путь в мир нормальных людей, и без них он не может существовать как все? Что он сделал этому миру, чтобы родиться с лишним чувством и тонкой кожей, воспринимающей как стресс буквально всё подряд: и магию, и сильные положительные эмоции, и…
Не знаю? – улыбнулся с растерянным и, одновременно, озабоченно-весёлым, игривым подтоном Морган. – Потому тебя и спросил, как ты себе это всё представляешь.
Но идея была… идея была настолько интересная и греющая кровь, что делалась аж невтерпёж. А что Даниэль делала дальше…
Если ноги и смутно знакомое ощущение коленей и голеней по оба бока, кожа к коже, полукровка встретил с лёгким удивлением и даже скепсисом – что, никакого хвоста? – то вот ласки, которые девушка по наитию выбирала все верно. Морган положил руки на её талию и на бедро и начал было гладить, но она его в несколько прикосновений заставила раскрыть рот и задохнуться от пробежавшего по телу электричества, удовольствия, которое он почувствовал, ясно вычленяя из легко пренебрегаемого шума внешних эмоций и даже вожделения самой Дан. Пальцы сами собой впивались в её нежное тело, но одно дело – сознавать себя здраво, несмотря ни на что, подчиняясь не то чтобы очень детально применённому заклинанию внушения, и другое – контролировать своё тело и свои собственные порывы, являясь отнюдь не големом, а живым, недокормленным лаской и любовью существом.
Одна ладонь Моргана скользнула под влажную, но знакомо-бархатистую ляжку, поддерживая Даниэль и, одновременно, притягивая ближе, другая легла поверх добравшейся до его штанов руки.
Не переставай, – шепнул полукровка и, тут же, – не томи.
Его не надо было разогревать ласками, хотя сами по себе, вложенные в них неподдельный и почти невинный интерес, забота, нежность были упоительны. Его пальцы, путаясь с руками Дан, распустили уже давно промокшие и ставшие грубыми и неподатливыми завязки на штанах. Между поцелуями и движениями рук, он помог себе добраться до желаемого, что вульгарные поэты превращают в какой-то бриллиант у женщины между ног, потому что она не торопилась прекращать его терзать, и шумно выдохнул в один из поцелуев, откидывая голову на камень с глухим “тум” и болезненным, но тут же тонущим в жгучих накатывающих волнах страсти ощущением в затылке.
А теперь… двигайся, – сказал Морган, весь пятнами красный, со смешным блаженным лицом, поблескивая тёмными глазами из почти сомкнутых век, дав фалмари мотивирующий щипок  всей пятернёй за ягодицу, когда надавил снизу, приподнимая девушку выше, и снова опуская, показывая, как. Это было опасно, как он слышал, хотя любителей женщин-наездниц, сверху, в пьяных байках в тавернах оказывалось чуть ли не больше, чем предпочитающих всю жизнь потеть и пыхтеть над своими любовницами, пока они бледнели и теряли сознание от удовольствия (или скуки?) сами.
По давно уже крепкой связи он чувствовал, что ей будет тяжело, но, при этом, был охотно готов помочь сам: руками, встречным движением бёдрами. Пока хватит сил и терпения, потому что, несмотря на всё, их у Моргана было мало. С Дан было слишком хорошо, чтобы быть правдой, даже без упражнений в дышании под водой и с хвостом.

+1

35

С одобрением Моргана Даниэль хотелось свернуть горы. Почти горы. И не совсем свернуть. Невинные и наивные попытки фалмари узнать что-то новое через прикосновения, как ребёнок, как ещё в рот не тянула! прекращали смущать, пока Ланкре увлекалась процессом и собой в процессе, и Морган не подталкивал её с разных сторон к не всегда понятным и принятым действиям. Вот что он её тащит? Куда? Зачем? Как она с этого положения будет до него дотягиваться? Или он не хотел? Хотел! Так она решила по его вздохам и прикрытым глазам. И сама не удержалась, когда Морган не захотел оставаться в долгу.
- Ты меня отвлекаешь.. – своё удовольствие ближе, но упрямая фалмари настаивала на своём, кусая губы, чтобы не утонуть в накатывающих волнах удовольствия и не забыть о полукровке.
Тум.
Даниэль отвлеклась, остановила движения и с беспокойством посмотрела на полукровку.
- Ты в порядке..?
Внизу вроде бы ничего не поменялось, но как-то сильно он приложился головой о камни.
- Ай, - Ланкре дёрнулась вперёд и ближе к Моргану. Игривый щепок говорил, что с полукровкой всё хорошо. Фалмари фыркнула, усмехнувшись. Она позволила Моргану показать, что он от неё хочет, и теоретически понимала как. Всё казалось странным и почти непонятным, но тело подсказывало, что всё идёт, как надо, и ей просто надо получить что-то существеннее рук. Поднявшись повыше, но не слишком, фалмари неловко нависла под полукровкой и с непривычки попыталась сделать сама. От первого прикосновения по телу прошла волнующую дрожь и жар. Они намекали, что Даниэль всё делает правильно, а собственный вздох подтвердил, что это так. Ввериться Моргану и позволить ему всё сделать самому, намного проще, но он поменял их местами и намекал, что дальше ей всё или почти всё делать придётся самой.
Сердце забилось в ушах, заглушая привычный зов родной стихии. Даниэль услышала своё дыхание, глубокое и тяжёлое. Оно тихо врывалось через приоткрытые губы с каждым вдохом и выдохом, пока фалмари, непривычно устроив бёдра на полукровке, попыталась устроиться удобнее, повозилась, чувствуя, что от этого ощущения усиливаются и до немоготы кричат о желании.
«А руки куда? На него? На камень?» Посмотрев на Моргана, Даниэль неловко положила ладони ему на грудь. От ощущения его дыхания ей казалось, что она слышит биение сердца, что технически было невозможно. Ладони находились далеко от сердца, а оно не могло биться настолько часто и сильно, чтобы она почувствовала толчки о рёбра через кожу. Происходящее казалось ей странным, но вожделение кричало, что того, что есть, ей мало. Несколько пробных движений разогнали по телу кровь и слабо знакомое ощущение удовольствия от движения. Контролировать процесс самой ей было непривычно и тяжело, а общая медлительность из-за неопытности, дразнила и её и Моргана. Даниэль почувствовала его руки на себе, которые не ласкали и гладили, а направляли её и подталкивали. Ей потребовалось время, чтобы причувствоваться к нему и попасть в ритм, от которого в голове появлялся странный дурман и происходящее начинало казаться чем-то нереальным, но физически изматывающим.
На первое встречное движение бёдер Даниэль отреагировала стоном. Одно дело, когда она сама пыталась всё контролировать, и другое, когда Морган усилил ощущения собой. Чем больше девушка пыталась подстроиться, тем больше изматывала себя, но получала взамен к ноющим мышцам, постоянно соскальзывающим рукам и растущему желанию опуститься ниже к Моргану, нарастающее напряжение к закатывающимся глазам и неконтролируемым вздохам. Прошло немного времени, прежде чем она наклонилась к Моргану, опустилась на локти и почти легла ему на грудь. Для стремительно слабеющего тела любая возможность лечь и не держать вес своего тела на вытянутых руках показалась спасительным выходом, чтобы не останавливаться, потому что останавливаться она не хотела. Из-за близости тел в движении Даниэль часто чувствовала, как во время вздохов и стонов касается живота Моргана своим или задевает его грудью во время движения, вызывая лёгкое трение. Всё внимание приковывалось к его рукам на бёдрах и прикосновениям ниже.

+1

36

Сбивчивые стоны и дыхание, неловкие порывистые движения, но как же, как же хорошо. Пальцы уже не двигались, не гладили Даниэль, цеплялись только намертво, помогая ей двигаться. Вверх-вниз, вверх-вниз, и до исступления. И плевать было на то, что нет-нет, а затылок больно стукается снова и снова о камень, когда он пытается запрокинуть голову ещё сильнее, едва оторвавшись на очередном движении девушки вверх плечами от земли…
Они уставали оба, особенно Даниэль, и он мог бы ей помочь, как только она опустилась на него, но к тому моменту даже спокойное и не разрывающееся от остроты чувств сознание Моргана застлала густая пелена. Одной рукой придерживая девушку за ягодицу, чтобы продолжать ритмично и грубо в неё толкаться, он обнял её за рёбра второй и только тихо стонал и тяжело дышал, пока не смог больше держать в себе что-то тяжкое, горячее, опустошающее. Кажется, то было его собственное удовольствие.
Сделав ещё пару тех же резких движений бёдрами медленнее, он замер и вздохнул, упираясь носом в едва тёплое плечо Даниэль и едва шевеля губами, лениво целуя косточку.
Он устал. И был совершенно доволен. А… она?
Рука перестала гладить её спину с двумя тонкими, но крепкими линиями мышц вдоль позвоночника.
Ох… Ох, Дан, извини, – выдохнул, всхлипывая, Морган. Всё его тело относительно её ощущалось чуждо,  странно, грубо, неоправданно хорошо. Он пошевелился под ней, морщась. Резкозть мира возвращалась.

+1

37

Близость изматывала. Даниэль не знала, что можно так отдаваться желанию и что оно поглощает с головой. Девочки до определённого момента видят совместные ночи, как в сказочных любовных романах. Всё волшебно, и жили они долго и счастливо. Никакого намёка на усталость, на нытьё мышц или голову, в которой ничего не происходит. Она хотела смотреть на Моргана, но глаза закатывались, веки опускались, а всё восприятие мира заканчивало на попытках вдохнуть, потерять выдох в стоне и как-то двигаться, чтобы наслаждение продолжало разливаться по её телу. Потом всё превратилось во что-то неконтролируемое и похабное, в чём романтика не ощущалась.
- Мо-орган, - простонала, прохныкала, выдохнула в плечо и руки, как-то неуклюже сжимая его в объятиях и замирая над ним. Даниэль не могла объяснить, что почувствовала в этот момент, и почему всё её тело отказалось ей подчиняться, но продолжало желать его. Жалобный и просящий вздох был адресован полукровке, но он его, наверное, не услышал за своим дыханием, но его тело дало ей то, что она просила, сама не понимая.
Когда Даниэль говорила, что «она сама», она подразумевала совсем другое. Судя по тому, что под конец она каким-то образом сначала поднялась на груди полукровки, упираясь в неё ладонью, как если бы пыталась освободиться от объятий Моргана и всё прекратить, а потом её тело забила крупная дрожь, от которой хотелось свести ноги, но из-за положения тела она просто сжала коленями бёдра Моргана, и, когда тело перестало дрожать, упала на грудь полукровки, ей нравилось происходящее. Что-то похожее она испытала в подводных тоннелях Гиллара, но это чувство вышло сильнее и чем-то средним между прошлой ночью и первым опытом в обмене ласк. Даниэль чувствовала себя вымотанной, уставшей и опустошенной, но все эти чувства, которые в обычное время вызывали негативные эмоции, отзывались в её теле теплом, жаром и наслаждением. Причём таким сильным, что ей хотелось ещё.
Даниэль молчала и не шевелилась. Фалмари глубоко дышала, в её груди горячо и часто билось сердце. Она не слышала себя и забыла, что они с Морганом находятся в месте, куда в любое время могут вернуться ламарские дети или заглянуть деревенские жители. Она чувствовала себя слишком хорошо, чтобы думать о чём-то, но мысли постепенно возвращались в голову и теснили туман.
- За что? – не поняла Даниэль и попыталась пошевелиться, чтобы посмотреть на Моргана, но простое движение отнимало силы, и фалмари посчитала, что достаточно того, что она его слышат. – Мне понравилось, - фалмари улыбнулась и обняла Энгвиша, насколько хватало сил сжать его в объятиях, чтобы он почувствовал, что он ей нужен. Особенность первых отношений в том, что их не с чем сравнивать, поэтому всё происходящее на фоне первой влюблённости казалось Даниэль правильным или подвергалось сомнению из-за неопытности. Взаимная неопытность в практической части немного успокаивала девушку. - Теперь ты помнишь? – фалмари игриво посмотрела на Моргана. Попытка разбудить в Моргане воспоминания ассоциациями - скорее предлог для Даниэль, потому что… потому что она была не против и считала, что так должно быть в нормальных отношениях. Она не заметила, чтобы вокруг них появилась новая иллюзия, созданная псионикой, и не чувствовала выплеска магии. Фалмари чувствовала кое-что другое и понимала, что это совсем не магия, а.. Приличные девушки смущаются от таких мыслей или панически прыгают в воду, чтобы быстрее смыть с себя все следы. Даниэль об этом подумала, но не захотела. Ей хорошо здесь, с Морганом. Они уже встретили вместе рассвет прошлой ночью, теперь пора проводить закат.

эпизод завершен

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » Встречать рассветы, провожать закаты