Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре июль — август 1082 год


«Тайна забытого города»

Ритуал очищения и освобождения прошли успешно. В Зенвуле больше нет ни призраков, ни нежити, ни тёмной энергии. Экосистема города возрождается. В него вновь возвращаются звери и птицы. Проклятое Древо Костей в центре города полностью уничтожено, на его месте теперь стоит Страж-дерево. Болезнь Роза немёртвых полностью не исчезла, но теперь новых заражений не будет. Пока дух всё ещё в теле смертной девушки и мир полностью не очистился от тёмной энергии, которая растянулась далеко за пределы Остебена, болезнь останется.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Жатва»

Войска столицы направляются к городам-близнецам, чтобы дать бой Культу Безымянного и освободить Атропос и Акропос из-под гнёта культистов. Культ сдаёт Атропос без боя и стягивает силы к Акропосу, где разгорается полномасштабная битва. Первые Ключи из Силентеса активированы, что провоцирует Мёртвое древо поднять новое войско нежити и уничтожить всё живое, что есть на материке.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Джошуа Элиор Лангре Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [25.04.1082] Значение клятвы


[25.04.1082] Значение клятвы

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

- Локация
Северные земли, г. Мирдан, Императорский дворец, сад

Свернутый текст

http://sky-wall.ru/uploads/source/2015/11/preview/284dc78986c6c7f287f2d35574d96309.jpg

- Действующие лица
Анита Эрейн Силиврен
Шейнир дель Виззарион
- Описание
предыдущий эпизод - [23.04.1082] Мудрость прощения
Судьба Лициллы решилась скоро - после допросов женщину по приказу императора отправили на рудники. Виктора продолжают искать; безуспешно. Вампиру удаётся скрываться от закона. Лишение титула и имущества супруги Эрейна не подействовало на беглеца, как рука, сунутая в нору к раку - не вытащишь. В рука осталась последняя карта - дочь клятвопреступника. Виззарион тянет время. Анита гостит во дворце на правах гостьи, которой не рады. Пока советники наперебой нашептывают ему варианты избавления от отродья Виктора, девушка вынуждена жить среди жриц. Не наложница, не гостья.

+1

2

Принцесса Анита, как знали её в доме Королей Белого Сияния, рано утром вышла прогуляться в саду. Сразу перед императорском дворце находился сад. Здесь было всегда приятно гулять, воздух был другой. Пусть другие не доверят ей, обходят стороной, возможно, даже думают, как бы удачно от неё избавиться, но Силиврен не обращает на это внимание, она пока что плывёт по течению, не подозревая о том, что её может ожидать на следующем повороте. Возможно, будь у неё амбиций побольше она бы узнала бы любым способом, что её может ждать, но девушка закрыла глаза и ушли от всего этого и ждёт своего часа. «Интересно, чего хотел добиться отец, придя к власти, став Императором? Любая дочь только подержала отца, ведь тогда она станет Принцессой, но я не другие, мне хватает то, что я имею», - раздумывала серебристоволосая вампирша. Девушка хотела свободу и пусть за дворец её пока что не выпускали, ведь Анита могла оказаться предательницей, и потому Силиврен была достаточно того, что она оказалась жива, хоть была уверена, что не проживёт и дня. «Как и дома, меня держат взаперти. Интересно, это моя судьба такая?» - легкая, слегка заметная улыбка.
Девушка обратила своё внимание на фонтан. Посреди аллеи, выложенной мелкими камешками, находился красивый фонтан. Он просто дышал свежестью и красотой. Яркими зелеными красками радовали глаз шелестевшие листвой деревья. Вокруг небольшого статуя находились причудливые статуи, напоминавши лягушек. Анита с любопытством разглядывала лягушек.
- Во дворце богатая фантазия. Эти лягушки такие необычные, - проговорила Силиврен. «Интересно, а в фонтане есть лягушки?» - она с опаской посмотрела в кристально-чистую воду, но увидела там лишь освежающую гладь, что порадовало  снежного симурами, не хотела бы она, чтобы одна лягушка прыгнула ей на лицо. «Хотя это было бы забавно», - решила Ани и слегка улыбнулась своей мысли. В центре фонтана стояла не менее необычная статуя, от которой исходили чистые струи прозрачной воды. Некоторые капли падали на лицо Аните, но она и не была против, даже напротив.
Только девушка хотела направиться в беседку, как столкнулась с молодым вампиром. Она видела сначала только его мужскую грудь, потирая при этом макушку, но после проговорила, - извините, я такая невнимательная… - после того, как подняла свои чистые голубые глаза на юношу, то поняла, что перед ней Император и даже не знала, что делать. «Не то, чтобы я его боялась, но я не думаю, что он счастлив, когда столкнулся мной», - подумала Ани.
- Ваше Величество, прошу меня простить, - девушка сразу же отошла на пару шагов назад и при этом поклонилась. Она здесь гостья, хорошо, что не в тюрьму отправили, как её маму, хоть могли. Анита была благодарна ему, но Императору говорить такие слова было сейчас глупо, он не поймёт её искренность, он будет уверен, что Ани говорит то, что хочет и это печалит… Силиврен добрая девушка, но не может заставить доверять ей. Доверие заслужить не так уж просто. Снежный Симурами не знала, что дальше делать… Просто не знала, сердце колотилось, не понимая, чего ему стоит ожидать.

+1

3

Виззарион надеялся, что притязания на Дом Силивренов сработают, как приманка для Виктора. Вампир не отреагировал на расформирование своего Дома и ссылку жены. Этого стоило ожидать от интригана и заговорщика, годами державшего власть в своём кулаке. Он скрывался десятилетиями, держа в тайне сговор и избавляясь от каждого, кто подбирался к правде на двадцать шагов. Кречету поступило предупреждение до переворота, а после него вампир копал глубоко, но находил обычные камни вместо желанного золота. Тайная канцелярия не преуспела, а допустила несколько неосмотрительных проколов. Шейн не доверял им, а Советники неуклонно вторили, что доверять Арис нельзя.
Трон шатался. Все попытки Камэля заделаться ремесленником при наличии рук из задницы ухудшали его положение. Он уделял внимания больше Виктору, чему могла позавидовать при жизни Арника – ей столько не перепадало, и почти ничего – народу Северных земель, измученному голодом и бедностью. Много сил брошено на поимку Силиврена, но реальная проблема заперта в медных кварталах города и шипит, требуя голову молодого монарха.
Отложив свою причастность к поискам Силиврена, Виззарион решил (свершилось) бросить все силы на политические игры за пределами Северных земель. Он мог прямо сейчас сделать что-то полезное для своего народа, не тратя времени на очередные сборы совета, принятие решения, составление письма королю Остебена, поездку туда и обратно с последующим долгим обсуждением и вступлением в силу принятого уговора во время переговоров, но отличился в истории, как самый медлительный монарх с такими же малоопытными советниками, как он сам.
В копилку Виктора бросился последний камень – его дочь. Параноидальные наклонности Виззариона не дали ему с чистой совестью выделить девушке комнату в крыле для гостей. Близко находились покои его сестры и супруги и его собственные. Перестраховщик забросил несчастную девушку подальше от главных покоев, в другое крыло, к жрицам. В качестве отличия он приказал старшей жрице приготовить девушке покои на этаже фавориток и выделить одну служанку в личное пользование, чтобы параллельно присматривала за Силиврен. Пресекая волнение в гареме, по которому в один день провели новую и незнакомую девушку, и сразу отправили на этаж фавориток, где комнаты пылились со времён деда Шейна, сказали, что пожаловала важная гостья.
В окружении Веймора и нескольких слуг Виззарион вышел во внутренний сад. Ему требовалось ещё раз всё обдумать, чтобы принять решение и озвучить его на закрытом совете, когда настанет время. В душном кабинете с застоявшимся воздухом думалось неохотно. Посчитав, что за его пределами у него будет больше шансов без вина и прочих вспомогательных средств что-то решить, он с минимальным количеством сопровождающих выбрался на открытую местность в пределах территории дворца.
Прогулка прошла в коротких репликах с Веймаром, который вставлял своё слово, если то требовалось, а в остальное время молчал. Погрузившись в мысли, Виззарион смотрел себе под ноги, а скопец не успел вовремя отреагировать на появление девушки. Он забыл о благородной гостье, которой позволялось больше, чем жрицам в гареме.
Шейн остановился. Со сложенными за спиной руками он поднял взгляд на девушку, для которой он стал преградой на пути к беседке. Дочь Виктора.. Он молча смотрел на неё с каменным лицом, не выдавая своего настроения по поводу незапланированной встречи ни словом, ни жестом.
- Простите, Ваше Величество, - вмешался Веймор, с поклоном выступив вперёд. – Я должен был это предвидеть.
Подняв праву руку, Виззарион жестом попросил его молчать. Это ничего не изменит.
- Полно, - обратился он к девушке, - в этом есть и моя вина.
Следом подоспела наложница, выделенная Аните в качестве личной служанки; девушка остановилась в шаге от Силиврен и виновато поклонилась, извиняясь за то, что не уследила.
Виззарион снова смотрел на девушку, пытаясь не видеть в ней исключительно дочь Виктора. Дети не должны расплачиваться за грехи своих родителей – эту науку ему доносил отец наперевес с учителями, но познать её и воплотить Камэль не смог. Внутри клокотал гнев от любого упоминания о Викторе и со временем Шейн пытался его утихомирить, превратив в холодную ненависть.
- Вы можете быть свободны.
Веймар не перечил; вместе с остальными слугами он учтиво поклонился и отошёл от повелителя.
- Ты тоже.
Наложница встрепенулась и, не поднимая головы, перепуганной пичугой поспешила скрыться во дворце. Они остались наедине, без слуг и стражников. У дочери Виктора появилась прекрасная возможность избавиться от врага своего отца, если осмелится.
- Каким ты видишь будущее своего Дома?

+1

4

Анита видела служанку, которая извинялась, столько извинений, а Ани всего лишь глупо, как малое дитя улыбалась, словно она разбила любимую вазу мамы, или что-то еще. «Чего стоит ждать?» - Силиврен задумалась, но ответа не знала. Вампирша не знала Шейнира, не знала каков он, что у него на уме, почему он приказал оставить его наедине с дочерью предателя? «Неужели решил прямо тут меня убить», - при этой мысли стало еще страшнее, но Ани откинула эту мысль, ведь если бы хотел бы от неё избавиться, то мог сделать это любым другим способом, но только не этим. Анита не знала, что нужно думать и потому не нашла ничего лучше, как смотреть императору в глаза. Вампирша всегда смотрела собеседнику в глаза, так она привыкла. Это могло показать, что Аните не страшно, ну и, в конце концов, привыкнуть к глазами императора. Аните совсем его не знала, и потому считала, что если посмотреть в его глаза внимательнее, то можно понять хоть самую малость императора. Аните показалось, как она сама считала, что в вампирских глазах не было злости, коварства или что-то вроде этого, в них была желание сделать лучше, в них была доброта.
Некоторые убеждены, что дети не виновны за грехи родителей. Вот живой пример тому, что многие хотят научить других. Девушка может быть невиновной, а её обвиняют. Думаете легко сносить все слухи о том, что лучше бы она умерла? Ну… наверное так некоторые думают. Анита всего лишь улыбается, понимая, что как бы ей не было тяжело, но она будет идти вперед, так учил её дядя. Дядя, Каэльс Эрейн Силиврен, был мудрым вампиром, он говорил ей такие фразы, которые она до сих пор помнит. Ани сама не понимает почему, но верила, доверяла ему больше, чем собственным родителям. «Почему я не могла верить своему отцу? Почему?» - спрашивала у себя снежный симурами, но не находил ответы. Разве так просто найти ответы. Её родители оказались не совсем такими, которых она видела, но ничего не могла с этим поделать, только принять это. Анита решила, что если и увидит отца, то её первый вопрос будет зачем и для чего? Чему его не хватало…
- Будущее… Я думаю, что будущее должно быть великолепным. Честно признаться, я не особо думаю о будущем, мне настоящего более чем достаточно. Однако будущее рождается из настоящего, что я хочу для своего дома, так это мира. Наверное, так будет правильнее. Я не хочу сражения за власть, когда из-за этого могут погибнуть невинные вампиры. Я не хочу видеть смерть. Вот что я желаю. Я просто хочу, чтобы всё вокруг моего дома было правильно и справедливо, - проговорила девушка. Возможно, её слова звучали немного по-детски, но то, что она говорила, это были истинные желания. «Я не хочу видеть смерть. Если бы не смерть, то брат был бы жив», - подумалось ей. Лонар был для неё дорог, но сейчас его нет. Она думала не раз, сколько невинных вампиров умирала, а ведь они были чьим-то сыновьями.
- Хотя из меня глава так себе, честно признаться, я рада, что сестренка Шериан, пока его заняла. Она сильная и умная. Меня не готовили к тому, чтобы стать будущей главой, меня учили, как быть хорошей супругой и женой... Если найдется вампир, который сделает дом лучше, я только буду этому рада, - Анита совсем не понимала, почему это сказала, просто Силиврен восхищалась Шериан.  Слова, которые она говорила были искрение, она просто говорила то, что хотела.

Отредактировано Анита (2016-08-26 16:25:42)

+1

5

Шейн ухмыльнулся. Не хочет сражаться за власть. Не хочет смертей. Доморощенная девочка жила в запертой комнате и не видела, как её отец своими руками наполняет кадки кровью и купается в ней, достигая своей цели. Не видела, в какие тугие и прочные узлы завязываются его интриги, выдёргивает ножки трона у одного Повелителя и сменяющего его на вершине наследника.
- С чего ты взяла, что вообще можешь стать главой Дома? – Виззарион, в изумлении вскинув брови, посмотрел на девушку. – Кто ты, чтобы занимать эту должность?
Зря она заикнулась о главенстве Дома.
- Отец не успел рассказать тебе, что женщинам нет места в Совете? – вампир отвёл взгляд от девушки, смотря поверх её головы и в сторону сада. Объективность императора трещала по швам и ему хотелось упомянуть о том, что от её Дома фактически ничего не осталось, что за выходку её отца поплатиться могут они все без исключения и в том будет его справедливость, что он позволил пожить отродью Виктора дольше. В патриархально настроенном обществе добиться чего-то удалось Глациалис, но эта женщина, предводительница херианских дикарок, показала свой дерзкий нрав во времена правления его отца. Она пробила себе путь к креслу Совета и сидит на нём крепче, чем потомок Эльдара на троне. Единственная женщина, вошедшая в Совет.
Главенство дома Белого Лотоса покойный Гельмир Анри завещал своей дочери, но его желания не были взяты во внимание, а родство с Архелем, причастным к серии убийств и покушению, стало поводом для Совета закрыть двери перед ещё одной женщиной, решившей потеснить мужские ряды. Виззарион допускал возможность вхождения в Совет женщины, но с сильным характером, дерзкой, с острым умом и языком, которая даст фору любому представителю мягких и добрых Лэно.
- Леди Шериан принадлежит Дому  Красного Солнца и не может занимать пост главы. Её нахождение на нём временно, - Камэль старался говорить спокойно, но смотрел намеренно в сад, а не на собеседницу; руки по-прежнему сложены за спиной, периодическую нервозность от встречи выдавали редкие подёргивания плеч.
Супруга Харуки зарекомендовала себя, как ответственная, сильная волей и преданная своему делу особа, но заключив брачный союз с Ариго, и неофициально изгнанная из своего Дома, она лишилась возможности выйти замуж за вампира из младших Домов и при нём занять место супруги главы, не потеряв Дома. Её родство с Камэль и Карателем поставит под сомнение репутацию в глазах вампиров её клана. Арис посчитают, что все её действия напрямую идёт от Кречета или императора, а Виззарион желает сжать весь клан и держать его подконтрольно в кулаке из колючей проволоки.
- Место главы займёт другой вампир. Род Силивренов продолжится в детях Шериан, но будет поглощён веткой Ариго. Пока что ты последняя, кто может сохранить свой род и передать право на главенство Дома.
Что Виззариону не нравилось ни в каком виде. У Аниты ещё оставался её титул и её имущество, но она не могла воспользоваться всем без личного дозволения императора и фактически оставалась заложницей при его дворце. С хорошими условиями, но в клетке без видимых прутьев.
Судьба Дома волновала его меньше, чем другие проблемы в стране. Выхода он видел два: выдать девушку замуж за доверенное лицо или расформировать Дом и возвысить до его ранга один из младших домов Арис. А что делать с девушкой, если они решат придерживаться второго развития сюжета? Отправить на рудники следом за матерью или оставить чей-то личной служанкой, отдать замуж за благородного вампира, но лишить притязаний на Дом?

+1

6

- Я никто и так всегда было и будет, - коротко ответила девушка, опуская взгляд вниз, ей явно не нравился этот разговор. Она желала одного убежать – скрыться от всего этого мира. Скажите, что ей мешает убежать и больше не появляться? Стать, скажем, обычной продавщицей, или помогать в каком-то магазине. Что это мешает сделать? Никто. Однако Анита не может сделать это по одной причине, ведь она Ани уверена, что брат хотел бы, чтобы дом существовал, он так хотел этого и Силиврен  просто не может наплевать на его мечту, ведь так желал Лонар.
- Конечно же, я это знаю. Я говорила о временном месте главе, - коротко ответила девушка, - если Вы затеяли этот разговор, чтобы показать, где мне место, то, поверьте, я давно уже знаю, что я была и есть самая никчемная в клане Арис. Ваше Величество, не следует мне напоминать о том, какая я наивная и глупая… Простите, - проговорила серебристоволосая  девушка, отводя взгляд в сторону, однозначно ей не нравился этот разговор. Её судили по поступкам отца и не хотели увидеть её. «Всем свойственно замечать лишь то, что они хотят заметить. Такая их сущность. Глупо пытаться быть хорошей, чтобы показать, я не такая, это бесполезно», - проговорила девушка.
- Я знаю, что от моего дома ничто не осталось. Я этого, увы, изменить не могу, - Ани старалась не смотреть Императору в глаза, она не знала, что её ждёт, но примет эту судьбу. Она смотрела то на деревья, то на цветы, растущие в саду, но только не на юношу. Он не питал к ней доверие, ну а что она может? Она не внушает его, хоть хочет, поверьте, хочет, что Император ей доверял, но не может. Но Ани должна быть сильной. Ей казалось, что вот вот и она заплачет, немного началось плыть перед глазами, но сделав глубокий вдох, успокоилась. Силиврен чувствовала себя хорошо и вела себя обычно. Так, как она привыкла себя вести. «Что же вы хотели Император? Спросив меня об этом? Как вижу дом своего дома? Целым и невредимым. Я глупая, наивная, безрассудная, несобранная, ребенок, ей богу, хотя Шейнир дель Виззарион ненамного меня старше, но уж извините я такая, какая есть», - раздумывала девушка, сжимавши ладонь в кулак. Как же она ненавидела это напоминанье в разговоре.
- Я просто хочу, чтобы мой Дом существовал, не больше, не меньше, - сказала девушка уже смотря Императору  в глаза. «Хотя вам это не интересно.», - раздумывал снежный симурами. Что же можно ожидать от дочери преступника? Она так хотела видеть, что её не ровняли по отцу, но это невозможно - это то в чем вампирша уверена. Как доказать своё доверие? Зачем? Всё равно это ничего не изменить. Анита хотела быть той, кем являлась. Наследницей дома Королей Белого Сияния. Что такое Наследница? Титул? Уважение? Ничего подобного. Ты всего лишь объект для продолжения рода. Анита всегда хотела выйти замуж за любимого, но сейчас понимает, что либо она просто выйдет замуж за благородного вампира, и продолжит род, и Дом Королей Белого Сияния будет существовать, либо откажется от титула и он падёт, разрушится. Этого Ани не хотела. Силиврен не желала смертей. В этом ли была её ошибка? Она просто хотела счастья… чтобы не было войн и насилия. Всё. Больше ей и не надо было.

+1

7

- Что мне следует делать, а что – нет, решать тоже буду я.
Предвзятое отношение сказывалось на атмосфере разговора. Виззарион видел перед собой дочь Виктора, а не напуганную и сокрушенную девушку, которая оказалась в беде. Перед ним был ребёнок, несовершеннолетний вампир, о котором некому позаботиться. В юном возрасте её бросили в огонь и не собирались спасать. Все желающие налетали на неё, как свора голодных псов на кусок мяса и терзали, не щадя и не сожалея. Анита была слишком юна. Ровесница его сестры. Элениэль постигла бы такая же участь, если бы Виктору удалось свергнуть его с трона и изничтожить династию Виззарионов. Представить такое будущее для сестры, которое осталось на одной из развилок развития настоящего, когда от его действий зависит жизнь девушки.
- Двух дорогих мне женщин я уже отправил к праотцам.
Осталась Элен, занимавшая его сердце. Ей пришлось повзрослеть раньше положенного срока, он отнял у неё легкость и свободу своим нежеланием править страной. Впопыхах пытаясь что-то исправить, он допускал новые и новые ошибки, за которые расплачиваться в будущем не ему одному.
Шейн шумно выдохнул, утихомиривая свой гнев.
Причастность Аниты к деяниям её отца или матери не подтвердилось. Псионики проверили её, но не нашли ничего подозрительного. Из недоверия Виззарион оставил девушку после себя, на виду, но что делать с ней дальше? Не оставлять же её жить во дворце. Настало время созвать совет – много накопилось вопросов, в которых ему не помешает стороннее мнение более опытных и старших вампиров, чтобы прийти к общему мнению. Виктор – не первая и сама главная проблема, как и не его дочь – они последствия неудачного переворота, которые он запоздало разгребает.
Посмотрев на девушку, Виззарион остановился на её глазах. Женские слёзы – величайший рычаг давления в любое столетие. Стараясь из всех сил не думать о природе слёзной пелены, намеренно она пыталась заплакать, чтобы надавить на жалость, или он действительно растоптал её своей резкостью, Шейн задумчиво покривил губы.
- И что мне с тобой делать?
- Существование твоего Дома напрямую зависит от тебя, - Камэль говорил спокойно; слёзы девушки возымели эффект – император смягчился, но не кинулся жалеть вампиршу. Он смотрел на неё, а не пытался найти объект для концентрации внимания, чтобы не видеть перед собой отвратное и ненавистное ему отродье Виктора.
Месть подают холодной, а слишком горяч и вспыльчив, чтобы в пылу эмоций принимать решение. Мудрость приходит с годами, а принятие решения затянулось и терпит отлагательств на дальнюю полку.
- Докажешь свою верность – вернёшься домой.
Каким образом она будет доказывать – Шейн не знал. Это приходим само, со временем. На этом этапе она гостья, чью судьбу решит совет во главе с императором.

+2

8

Что делать, когда на тебя надают? Тут два выхода: сражаться или умереть. «Если на меня нападают враги или мучают плохие помыслы, то это значит, что во мне нет смирения, и потому мне приходиться лишь смериться со своей участью. Я бельмо на глазу. Все хотят, чтобы я исчезла и неважно каким способом.  Все только обрадуются, если найдут моё тело в крови, они только подумают, - «наконец-то она сдохла». Это реальность, и я ничего не могу с ней поделать. Что мне делать?» , - задумалась Анита, смотря Императору в глаза, пусть на её омутах и образовались слёзы, но она не рыдала, словно старалась показать, что она сильная и при этом говорила себе, - «ничего не бойся и помни, что настоящий успех не всегда дается без боли». Силиврен было тяжело, но вампирша хотела показать себя сильной и не для того, чтобы показать своё превосходство. Нет, она об этом даже не думала. Ани хотела доказать, что она чего-то стоит, что она не просто дочь своих родителей, но что и она может что-то делать, даже если практически никогда не брала в руки оружие.
- От меня? Да что я могу? Доказать верность? Как? Если вы даже не хотите попытаться мне поверить, - Ани боялась сначала говорить такие резкие слова, но прикусивши нижнюю губу, сжавши маленькие кулаки, выдохнув, она решила сделать решающий шаг, а именно сказать то, о чем она сомневалась, но не решалась произнести вслух.
- Скажите, с каких пор деяния моего отца приравниваются и ко мне? Ваше Величество, я всегда верила, что Вы поступаете правильно. Может быть, и Вы попытаетесь поверить в меня хоть капельку? Самое позорное деяние моего отца – пойти против своей крови… против Императора… Подобные люди опасны. Остерегайтесь его, Ваше Величество. Прошу меня простить, - проговорила девушка, намереваясь уйти, чтобы больше не плакать из-за резких слов Шейнира, предварительно низко и почтительно поклонилась своему Императору. При поклоне каждое движение её грациозного тела, её улыбка и слова были словно легкие теплые прикосновение, желавшие согреть душу и сердце. Каждое движение, каждый взгляд этой вампирши говорили: я не та, которую вы Хотите меня видеть.
- Хорошего Вам дня. Да хранит Вас Бэлатор, Ваше Величество, - далее девушка ничего не говорила, она просто развернулась и ушла. Столько слов были сказаны ею, непонятно зачем, непонятно с какой причины. Ани не знала, где её отец, что он задумал, но одно знала точно, что он разрушил её доверие. «Отец, если бы я знала, что ты делаешь ради чего, то была бы на твоей стороне. Возможно, это было бы правильнее, ведь дочери поддерживают своих отцов. Я бы подумала, что меня ждёт, если не буду поддерживать тебя? Я думала. Меня убил бы не ты, а сами вампиры, они просто сгрузят мою душу, не оставив и шанса существовать дальше. Я просто превращусь в безэмоциональную кукла с потухшими синими глазами», - обдумывала Силиврен. Она предполагала, что Шейнир желал смерти её, но более изысканным способом. Она тут не могла никому доверять, а лишь довериться судьбе. «Если я что-то буду желать, если к чему-то буду стремиться, то и сама судьба будет благоволить мне. Так я думаю», - решила девушка, но всё равно сомневалась в этом, глупо верить в такую глупую и наивную затею, желая, чтобы она оказалась правдой, реальностью. Исчезая за дверью дворца, она лишь в последний миг улыбнулась императору. Снежный симурами тепло улыбнулся глазами, выдавая при этом легкую, какую-ту детскую, но при этом счастливую улыбку. «Я хочу быть счастливой и буду! Я не знаю, что надо пережить, но буду идти вперед», - решила Анита, настраивая себя на том, что снова ей придётся закрывать уши и глаза на разговоры.

Отредактировано Анита (2016-09-01 18:02:36)

+1

9

Стоило Его Величеству исчезнуть в стенах дворца, казавшаяся безмолвной статуей фигура в покрытых серо-голубой накидкой белых одеяниях двинулась, соскользнула ногами в мягких, удобных для танцев туфлях, и пошла вниз. Наставница Цесанна могла позволить себе больше, чем многие жрицы из молодняка, во-первых, по возрасту, а во-вторых – по статусу в гареме и при дворце. Ей было около трёхсот лет и она давно уже просрочила возраст, в котором наложницы отпускались в свет, замуж за любого вампира из младших семей любого из Домов клана Камэль, откуда, по разным причинам, в гарем и попадали. В Цесанне всё было хорошо: и волнистое белое серебро волос, и серо-голубой взгляд, и очерченное острыми скулами и резкой нижней челюстью, пусть и немного прямоугольное, лицо, придававшее ей ещё с юности зрелый и серьёзный вид. Просто так получилось, что она осталась преподавать танцы, грамоту, стихосложение и игру на арфе, также сделавшись хранительницей Книги Имён, в которой были родословные всех когда-либо бывших жрицами девочек. И её. И новой Императрицы Мередит.
По некоторым причинам появление в вотчине белых лебедиц, единственного бесплатного в Северных землях института девиц благородного клана серебристой Арис, да ещё и дочери предателя, встревожило наставницу, и она всё ждала улучить момента, чтобы пощупать девочку своими руками с истёртыми о струны и исколотыми иголками пальцами. Отчего девочка поселена в их крыло – и сразу в фаворитках? Отчего с девочкой ныне утром, до самого золотого зарева над крышами, возвещающего приход губительного дня, говорит сам Император, по слухам, не слишком привечающий свою супругу?
Цесанна подошла к уже вошедшей Аните бесшумно, лёгкие одежды струились по утреннему сквозняку, пущенному поиграть из сада, и позвала низким, ласковым грудным голосом.
- Дитя, не играй в судьбу с Солнцем, накинь этот плащ, когда в следующий раз решишь погулять, – произнесла наставница, разворачивая свёрток в руках, который оказался такой же накидкой, как и у неё, вещью в летах, но удивительно аккуратно ношенной, так, что в ней ещё сохранился тот сизый туманный цвет, задуманный красильщиком в момент смешивания и вымачивания будущего тонкого сукна в краске. – Рассветные лучи – самые беспощадные, особенно для молодых вампиров, ещё не скопивших всех сил, как ты.
Наставница не могла узнать сколько именно лет дочери Силивренов, у неё не было глаз и ушей за пределами дворца, а выглядела девочка ещё незрело. Ей могло быть хоть четырнадцать, хоть сто четырнадцать, если Арис не кормили своих дочерей в три горла, как кормили Камэль, отчего некоторые уже в сто могли быть взрослыми и зачинать первое дитя.
- Ты голодна? Сёстры уже отрапезничали, но у нас остался хлеб, молоко и фрукты.
[AVA]http://i.imgur.com/1hi1zCs.png[/AVA]

Отредактировано Изувер (2016-09-04 23:34:01)

+1

10

Девушка была слишком наивна. А что вы хотели от девицы, которая росла в стенах родового поместья и не видела людской подлости, хитрости, только прислуга могла показать ей это, но это были мелочи, что скрывал настоящий мир. Анита не знала ни о тяжелых душевных трудностях, ни об убийстве родных людей (именно об убийстве, а не о смерти), ни о подлости или что-то еще хуже. Силиврен была слаба, чтобы стойко встретить изменчивость, лживость судьбы, не было в ней внутреннего стержня, силы,  хитрости, подлости. Однако, она могла распознать ложь, несправедливость, хитрость и т.д. Тогда, она не так наивна, как считает?  Возможно. Лицилла и Виктор, скорее всего, были результатом детской наивности. Почему? Как они могли по-детски полагать, что их дочь сама поймёт, что все деяние отца, матери были лишь на блага их семьи. Ани не могла, просто не могла в это поверить. «Это было преступление», - звучали отголоски мыслей в её серебристой голове. Судьба - девушка не всегда справедливая, она накажет все злодеяния, которые причинили или хотели причинить другим, но иногда накажет тех, кто не заслуживал это. Если бы вампиров называли по категориям моральной оценки, то имя Аниты было или доброта, или справедливость, но только не судьба. Силиврен не могла бы наказывать тех, кто причинил ей боль и страдание, а уж тем более действовать не по справедливости. Да, ей причинили страдание! Она верила родителям, всегда им верила, а они оказались предателями? Теперь кровь её черна, позор не смыть, но если судьба, всё-таки, девушка справедливая, то в нужный момент Ани сможет взять силу и понять, чего она желает на самом деле: быть с семьёй и стать предательницей, или отказаться от своей крови, ради справедливости, которое было важно для неё с самого рождения? Ответ очевиден? Как знать…
Наставница Цесанна накинула на юную вампиршу плащ, когда подошла к Аните. Эта была красивая женщина с вьющимися волосами, прямоугольное юное, несмотря на возраст, лицо с длинными ресницами и прекрасными серо-голубыми глазами. Такая вампирша была и красива, и привлекательна. 
- Благодарю за Ваше внимание. Прошу простить за беспокойство, - вежливо проговорила девушка, не опуская взгляд ни вниз, ни в сторону, а смотрела прямо в глаза, чтобы проявить уважение собеседнику.
- Не беспокойтесь, я не голодна. Прошу меня простить… - девушка желала одного: поскорее скрыться от чужих глаз, она не знала, что нужно этой женщине, но ей казалось, что ничего хорошего от этого ждать не придётся. Анита хотела пойти в свои покои, закрыться, и углубиться в чтение одной из увлекательной книг, после она пообедает, возможно, где-то прогуляет в сопровождении служанки, поужинает, почитает вновь перед сном, и уснёт. Скучно, но что поделать?
«Я не знаю, что вам нужно, но мне кажется, что лучше уйти. Так будет правильнее», - раздумывала наследница дома Королей Белого Сияния. Иногда ты смотришь на человека, и можешь ему довериться, а в этой женщине, что-то её отталкивало, Ани чувствовала себя кроликом, над которым хотят поиздеваться. Или это замок так валяет на неё, что она боится уже каждого? Сильным быть не так уж легко, легче убежать, решив, что спокойствие и книга может всё исправить. Силиврен не приходилось сталкиваться с таким чувством, и потому не знала, как правильно поступить и потому выбрала самый легким способ: уйти от проблемы.

эпизод завершен

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [25.04.1082] Значение клятвы