Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре июль — август 1082 год


«Тайна забытого города»

Ритуал очищения и освобождения прошли успешно. В Зенвуле больше нет ни призраков, ни нежити, ни тёмной энергии. Экосистема города возрождается. В него вновь возвращаются звери и птицы. Проклятое Древо Костей в центре города полностью уничтожено, на его месте теперь стоит Страж-дерево. Болезнь Роза немёртвых полностью не исчезла, но теперь новых заражений не будет. Пока дух всё ещё в теле смертной девушки и мир полностью не очистился от тёмной энергии, которая растянулась далеко за пределы Остебена, болезнь останется.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Жатва»

Войска столицы направляются к городам-близнецам, чтобы дать бой Культу Безымянного и освободить Атропос и Акропос из-под гнёта культистов. Культ сдаёт Атропос без боя и стягивает силы к Акропосу, где разгорается полномасштабная битва. Первые Ключи из Силентеса активированы, что провоцирует Мёртвое древо поднять новое войско нежити и уничтожить всё живое, что есть на материке.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Джошуа Элиор Лангре Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [6.05.1082] Охотник на гарпий


[6.05.1082] Охотник на гарпий

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

- Локация
Сильарил, г. Деворел, Усадьба Регенлейфов, сад
- Действующие лица
Руфио, Каэрос
- Описание
предыдущий эпизод - [5.05.1082] Опасные связи
События прошедшей ночи унесли жизни многих эльфов Деворела. Правосудие достигли не меньшим кровопролитием, чем прославились Лорды. Пока герои-освободители пируют и радуются победе, зализывая немногочисленные раны и заметая следы, знающие правду - стремятся отомстить.

0

2

Поспать все-таки удалось. Были ли это чары архимага,  или просто особенности ее  местоположения,  усадьба Регенлейфов всегда обладала особой  успокаивающей атмосферой. Проснулся эльф только под вечер и спал бы дальше, если бы не приход сестры. Маленькую бестию не интересовало, что кто-то устал, когда  ей было скучно. Все домашние были заняты загадочными сборами «на всякий случай», а Ляйсан собрав все самое необходимое за пару минут, умирала от безделья.
- Ты уже  сто лет мне обещаешь меня научить ездить верхом, - жалобно сказала она. Ее беспечности мог позавидовать весь Деворел.
Конце концов ледяная вода низверглась на него из вызванного девчонкой облака, и эльф пришел в себя. Лучше встать, пока в ход не пошел град. 
К несчастью в конюшнях усадьбы он выбрал самую упрямую лошадь – свою. Сделав с девочкой на спине два круга, Авран решил, что на сегодня физических нагрузок хватит.  Не обращая внимание на команды, конь направился, куда его душе было угодно. Чтоб Ляйсан не делала, Авран лишь фыркал и прял ушами, торопливо расправляясь с цветником тетушки. Руф, молча наблюдал, как сестра чуть не плача пытается натянуть поводья и поднять тяжелую морду животного. Он был рад просто посидеть на траве и отвлечься, если не на сон, то хотя бы на забавное зрелище.
Конь даже не чувствовал, что на нем кто-то сидит, что уж говорить о попытках эльфийки его «пришпорить»  -  для него это было как ободряющее похлопывание. «Угощайтесь, мистер Авран, обязательно попробуйте пиона, в этом году они уродились на славу».
  - Ляйсан, хватит его жалеть, нормально ударь.
Собрав все силы, девочка пнула лошадь в бока. Конь поднял голову, будто что-то почувствовал – а нет, показалось. Верный скакун, улегся в центре клумбы.
На выручку к сестре Регенлейф не спешил – хорьки как раз принесли бодрящий отвар, сваренный по славному рецепту алхимика. В кипятке насыщенного зеленого цвета  плавал комок шерсти , явно лишний ингредиент .Руфус выловил пришельца кончиком кинжала (Кажется, он уже начал привыкать к хвостатым соседям). Даже женская половина их довольно дружной в последнее время семейки, всегда бывшие против оружия в доме, сегодня закрыли на это глаза. Конечно, они ничего не знали о ночной вылазке Аргалада и с племенником, но слухи о убийствах в Девореле и их усадьбу не обошли стороной.  Здесь уже и хорьку было понятно, что какое-никакое, а в смутное время лучше иметь при себе хотя бы столовый нож.
Вдруг один из грызунов, вытянулся в струну, заслышав приближение гостей.
- Отведи Аврана в стойло, - сказал эльф сестре тоном не терпящим возражений. Кажется, к ним принесло того, кого с одной стороны Руф был рад увидеть, но с другой не знал, чего от него ожидать.

Отредактировано Руфио (2016-07-30 23:29:39)

+1

3

Каэрос оказался в усадьбе Бурерождённых, когда неприятели успели ворваться внутрь. Верные стражники Раумо схлестнулись с ополчением, примерившим маски добродетелей. Переступая через опрокинутую мебель и тела, не разбирая, кто из них с реальным лицом, а кто – подёрнутым магией, Каэрос продвигался дальше. Его стремление всегда придерживаться нейтральной стороны рухнуло в тот момент, когда он понял, что может потерять свою семью. Эльф прорывался с боем вперёд, смог в суматохе найти мать и увести её, оставив на попечительство стражникам, в которых был уверен. Если он после предательства Руфио вообще в чём-то мог быть уверенным. Наследник Дома отправился на поиски отца – не успел спасти.
Он был так зол на Регенлейфа, что возжелал отомстить ему за пролитую кровь отца. Каэрос не знал, где искать друга и останется ли тот в городе после устроенного переполоха. Эльф бил наугад, выбрав из всех известных ему мест – дом дяди бывшего лейтенанта Дома Бурерождённых. Он помогал Аяне изменить внешность при помощи зелья, а информация о том, что враг принял облик своих и вторгся на территорию Раумо, наталкивала на мысль, что Аргалад причастен к событиям прямо или косвенно.
Никому не сказав о том, куда он направляется, Каэрос приказал очистить дом и охранять его мать ценой своих жизней, и выдвинулся в путь в одиночку. Впереди виднелся дом зельевара, а в голове Бурерождённого путались мысли и желания. Спешившись, Каэрос направился к дому, думая, что он будет делать дальше, пока в поле зрения не попался знакомый силуэт.
Эльф остановился, смотря на бывшего друга. Несколько секунд. В его голове не было ни одной масли, а перед глазами стояла картина его дома, дома Анариэль.. Все эти погибшие эльфы на его совести. Парень сжал руку в кулак и в несколько быстрых шагов преодолел расстояние до бывшего друга. Остановившись напротив, Каэрос молча смотрел в лицо эльфа – сам не понимал, что хотел в нём увидеть. Сожаление и раскаяние? Чувство вины? А что ему с них. Это не вернёт к жизни ни его отца, ни других погибших эльфов, ни пролитых слёз его матери. Толчком в грудь эльф вернул Регенлейфу вверенное ему кольцо. Он своё обещание выполнил.
- Я считал тебя другом, Руфио, а ты ударил меня в спину.
Каэрос не хотел его видеть. Руки обессилили со смертью отца и эльф не смог занести меч над головой лейтенанта.
Отец был прав – я слишком мягкотелый.
Он больше не хотел видеть Регенлейфа в своём доме и надеялся, что у него хватит ума не показывать в Раумо в будущем и искушать судьбу.
- Оставь форму. Ты больше не ирбис.
Не гарпия и не феникс. Чужак, который навёл здесь свой порядок, умыв город кровью.

+1

4

Регенлейф встал навстречу Бурерожденому. Он не ожидал, еще хоть раз увидеть его здесь, тем более одного. Прежде, чем эльф успел, что-то понять в грудь ему пришелся толчок,и кольцо из руки Кая упало на траву. Эльф проводил безделушку взглядом, но подымать не стал. Он пристально посмотрел на Каэроса, и в глазах эльфа мелькнула не сожаление, а злость. 
«Пришел во всем обвинить, один? Ни канвоя, ни тюремщиков, ни охраны. Одно слово – храбрец. И повод нашел то что нужно».
Форма его мало интересовала, как и место в рядах стражи Бурерожденных. Для самого себя он перестал быть лейтенантом , когда решил помочь ополчению.  Гараздо более его ранило это «считал тебя другом». Не ожидал, что это заденет его настолько.
Слова могут ранить, но не убить. Он взял себя в руки. Он отвернулся от Кая и швырнул кинжал в направлении вишни, лезвие со звоном врезалось в кору. От греха подальше.
-Со мной или без меня, это все равно случилось бы, - твердо  ответил эльф, будто отчеканивая каждое слово, будто простую истину, прописаную в каждом учебнике . К группам «освободителей», он присоединился тогда, когда уже все было готово: план продуман до мельчайших деталей, схемы усадеб в точности составленны, люди собраны, оружие и камуфляж подготовлены. Но зелье пришлось им как раз кстати. Взамен лейтенант просил только о двух одолжениях...
«Так по крайней мере вы трое живы».
-Только не подумай, я не оправдываюсь, -усмехнулся эльф, - полностью беру на себя роль главного злодея. Но если подумать, я там был далеко не единственный. Это насколько нужно надоесть всему город,  чтоб его жители пошли на такое?
Эльф хмыкнул и замолчал. Кому он это доказывает? Мальчишке, отца которого он предал, отдал в руки самосуда и даже не попытался предупредить? А ведь мог бы, из всех троих лордом Бурерожденный заслуживал смерти меньше всех. Даже если бы Руфус был достоин какого-либо оправдания, едва ли Каэрос был на это способен.   
- Теперь у тебя есть возможность править городом так, как не сумел твой отец, и решать проблемы мирными средствами, как ты всегда хотел.

+1

5

Кто из них двоих заслуживает право на злость? Что Руфио потерял за прошедшую ночь? Друга? Любимую? Сам в это ввязался. Регенлейф не глупец, чтобы не осознавать риск, на который шёл, подписываясь под «справедливым» делом. Три спасённые жизни? Ха! А сколько их погибло? Больше лордов Деворела. Это ты предвидел?
Каэрос не обратил внимания на пролетающий кинжал. Он хотел уйти сразу и не ждать, пока Руфио, по случаю, воспользуется возможностью вставить слово и что-то сказать в своё оправдание или поперёк громких заявлений Бурерождённого. В случившемся Кай винил в том числе себя. В своё время он поручился за Руфио, когда отец был против. Он не остановил его с присоединением к «бравым освободителям» и не сдал при первой возможности стражникам Деворела.
Руфио в своём репертуаре. Даже в такой ситуации он язвил и вертелся, будто гончая, которую ужалила пчела. Город – возможно. Каэрос знал, что лорды Деворела встали поперёк горла у большей части горожан своим бесконечным дележом, который разрушает и без них потрёпанный город. Вклинивание в ряды добровольцев Регенлейфа – этого он не ожидал. У него была прекрасная возможность предупредить о нападении на Дом Раумо. Он этого не сделал. Захотел избавиться от Сула – пожалуйста, но и этот поступок Каэрос не считал благородным и оправданным.
- Аяна знает, что ты причастен к смерти её отца и брата?
Или дочь Сулмелдира настолько любила эльфа, что простит ему это предательство? Допустим, глава Серокрылых заслужил стрелу в голову, но а её брат? Энтрос не был причастен к потасовкам в городе и большую часть своей жизни провёл на учениях за пределами Деворела. Он не рвался к власти и относился к ней так же нейтрально, как Каэрос в своё время. Чем он заслужил такую смерть? Чем Аяна заслужила потерять всю свою семью за одну ночь? У Каэроса с Анриэль оставалась мать и другие родственники. Что осталось у этой эльфийки? Самую большую боль он причинил не бывшему другу, а той, кого любил.
- Сможет ли она тебе это простить? Или тебе и на неё плевать?
Для предателей и убийц нет оправдания.
- Мира на крови не построишь.
Они не лучше, чем его отец или другие лорды. Все добивались власти кровью. Теперь власть попала в руки горожан и что из этого выйдет – одной Алиллель известно.
- Королева не простит этого Деворелу. За каждым придёт свой палач.
Мираэль достаточно натерпелась от лордов и их сторонников. Она спустила им с рук смерть своего мужа, спустила разбои и не лезла в паучье гнездо, которое раз уже отравило её едким ядом. Этот раз может стать последним. Терпение королевы лопнет и они все окажется под камнями разрушенного города.

+1

6

Ему всегда хотелось уметь во время спора оставаться спокойным, как Каэрос, но никогда не получалось. Этот неприятный разговор не мог стать исключением. Стоило Каэросу упомянуть о Серокрылой, У эльфа перехватило дыхание, будто кто-то нанес удар в живот, и сердце застучало быстрее, выталкивая в кровь ярость. Кто в большем праве злиться решать не эльфу, который всегда вспыхивал, как бенгальский огонь и долго не мог совладать с эмоциями. Было невыносимо слышать, как кто-то другой, во всех отношениях лучший в глазах окружающих, задает ему вопросы, ответы на которые ему не дают покоя.
- Ты так прав, твою мать. Я очень плохо поступил. – Регенлейф миролюбиво улыбнулся, но в словах чувствовался яд, - Нужно было ждать семьдесят, сто лет пока все решится ненасилием. Прости, что в тебе сомневался, я просто подзабыл, как ты с мирной процессией вышел к гарпиям, чтобы вытащить меня из тюряги.
Но хватит шуток. Сарказм иногда могут не понять, пора назвать вещи своими именами.
«Ничего бы этого не было, если бы ты не отпустил ее к Сулмелдиру. Одну», - пронеслось у эльфа в голове, но не смог сказать вслух. Он избегал говорить о ней, зная, что тогда окончательно потеряет над собой контроль.
-Твой метод создания мира заключаются в том, чтобы ничего не делать. Ты кинул меня там. Это ты для меня был другом, а я для тебя очередной солдат, которого можно принести в жертву твоему посраному нейтралитету. Я ударил тебя в спину, а ты плюнул мне в лицо. Хватит! Зачем ты сюда пришел? Ты думаешь, я буду просить прощение или просто хочешь мне морали читать? Поздно. Но я не устроил резню среди простых горожан. Погибли солдаты – и они, и их семьи знали, что это может случиться, когда принимали форму с вашими вшивыми гербами. Погибло три придурка, которые сами себе яму рыли. В отличии от них, я никого не преследовал, никому не угрожал, не пытался отхватить кусок пожирнее и я не сделал жизнь в городе невыносимой. Хочешь знать, что по этому поводу думает Аяна? Пойди и спроси ее. Считаешь, что королева этого так просто не оставит? Можешь назвать ей мое имя и написать адрес или достань меч и реши свои проблемы сам и сейчас. – в плечо Каэроса последовал толчок,- А если трусишь, катись отсюда, а то у меня уже руки чешутся надрать тебе зад.

+1

7

- Что бы это решило, если бы я пришёл туда с солдатами?! – Бурерождённый сжал руку в кулак, но дальше холодной злости во взгляде дело не зашло. – Сулмелдир убил бы тебя, устроив показательное выступление!
Регенлейф спасся благодаря Аяне, потому что его жизнь имела какую-то ценность для игр главы. Это Серокрылая могла ему что-то предложить взамен, чтобы он счёл это выгодным к взаимообмену. Что мог дать ему Кай? Сдать часть города, принадлежавшую отцу? Прорываться с боем после того, как его друга демонстративно казнят? С врагами не церемонились. Каэрос сделал то, что мог – старался держать Аяну на расстоянии, чтобы Серокрылый не получил то, что хотел. Не вышло. Эти двое друг друга стоили. Один с горячим нравом, упёртый как баран, и вторая такая же. Его ошибка с Аяной освободила лейтенанта, пришлось пожертвовать свободой Серокрылой, вернув её обратно отцу. Высвободить её было бы намного проще, но обозлённый лейтенант, как всегда, был слишком нетерпелив, а Каэрос в его понимании – медлителен и не к месту миролюбив!
Я должен был это предвидеть.
- Стоял бы я сейчас здесь, один, если бы ты был для меня просто солдатом?!
Он послал бы к нему стражников, указав на связь между семейством Регенлейфов и разбоями в городе, но Каэрос этого не сделал. Не взял с собой людей и смолчал, закопав топор мести настолько глубоко в земле, как мог.
Толчок – ответная реакция. Бурерождённый подступил к эльфу ближе, схватив его за грудки. Тряхнул.
- Почему из всех девушек Деворела ты выбрал именно её?! – Каэрос замахнулся, собираясь ударить эльфа по лицу от души и накопленного гнева. – Остроухий ты придурок!
По той же причине, почему Анариэль. Они жили под одной крышей, носили герб одного Дома и жили разными понятиями и моралями, но не шли друг против друга, пока в их жизнях не появились эти эльфийки! Каэрос ради Анариэль покинул свой Дом, когда больше всего был ему нужен, а Руфио присоединился к кровавой резне ради какой-то мнимой цели добиться порядка и справедливости в городе. Оба наломали дров столько, что хватит отапливать три зимы весь Сильмарил.
Это постараться надо было, чтобы Каэрос разозлился. Грудь вздымалась от частого дыхания – пытался успокоиться привычными методами, но чем больше смотрел в лицо Регенлейфу, тем больше хотел по нему съездить. Миролюбивость растворилась  и холёное спокойствие следом, но рука как зависла в воздухе заведённой для удара, так и осталась, не доводя дело до конца. В голове осталось, что он не может ударить друга, даже после всего, что он сделал. В этом был вина Каэроса также. Что толку от бесполезного мордобоя, когда он ничего не изменит. Они могут рычать и злиться друг на друга, ударяя словами больнее, но что это меняет? Ничего.

+1

8

Весь дом волей неволей услышал их грызню. В порыве злости Руфио не понимал, что уже перешел и на крик, забыл где он находится и не думал, что даже женская половина его дома готова вмешаться, боясь, что парни друг друга поубивают. В жилах играла горячая кровь, и ему было все равно, если сегодня кровь прольется снова, бессмысленная. Гораздо важнее убедить , что это другие виноваты в его преступлению. 
- Я же говорю, ты меня просто кинул, - воскликнул Регенлейф, в голосе смешалось раздражение, злость и смех, и обида, - Солдаты, конечно же, ничего бы не решили, поэтому ты махнул рукой на все и решил просто сидеть на жопе.
«Ты же будущий лорд, ты должен был сделать хоть что-нибудь! Ведь я был готов сравнять усадьбу Солнцеликих с землей, чтоб вытащить тебя из плена... Почему я должен был вчера жалеть тебя или твоего отца, и почему ты жалеешь меня сегодня?»
Регенлейф, для которого ничего не предпринять было равно трусости или хуже того равнодушию. Сейчас он абсолютно не понимает того, кто раньше для него был, как брат. Просто Регенлейф доверял все эти годы идиоту? Оставить друга в камере он считал правильным, но не прийти к врагу с отрядом солдат. Бурерожденный не смог найти ничего лучше, как встряхнуть бывшего друга, как будто могло заставить его опомниться и понять, что его действиям нет оправдания. 
- Надеюсь, мне не доведется увидеть Деворел, под твоим правлением, - хмыкнул эльф.
Руфио застыл, позволяя Бурерожденному сорвать злость на собственной морде. Удара однако не последовало. Каэрос был слишком слаб, чтоб начать что-то делать. Перед ним стоял тот, хуже кого, для сына убитого отца быть не может, и все равно рука застыла в воздухе. Напротив Бурерожденного однако стояла его полная противоположность, как отражение в кривом зеркале. И оно не прощало даже мелких обид. Каэросу следовало бы чаще прислушиваться к отцу. Не пускать Регенлейфов близко к Раумо, перестать ухлестывать за Солнцеликой и жениться на милашке Корнелии. Губы эльфа скривились в злой усмешке. Он занес руку и на лицо Каэроса тут же обрушилась крепкая пощечина.
- Не твое дело, кого я выбрал. Давай лучше вспомним, что на дне реки лежит кое-кто близкий твоей девчонке. И рыбы этому угощению обязаны тебе. Интересно, как на это посмотрит Анариэль.
Заводить врага в лице бывшего друга, не самое лучшее решение, тем более, если он знает о тебе все.

+1

9

- Я и сделал. Я позволил Сулмелдиру получить то, что он хочет!
Не равноценный обмен в понимании Руфио, и что пытаться оправдываться и доказывать? Их разборки превратились в крик, поднимая на уши всё семейство Регенлейфов, которым пришлось стать свидетелями грызни двух друзей. Счастье Аргалада, что их дом находился не в многолюдной части города – посыпались бы вопросы и претензии в адрес семейства. Сказанного в перепалке достаточно, чтобы потянуть лейтенанта на допрос с псиониками, и Каэроса туда же.
Пошло озвучивание перечня косяков. Прелестно! Бурерождённый не отрицал своей вины ни в смерти Ривераэль (хотя не он кинул под ноги лошади ту злополучную змею), ни в смерти Накилона, тело которого не нашли. Смерть сына без существенных доказательств не собирался признавать даже Каруно. Его со своего счёта Каэрос не списывал и в том был безоговорочно виноват перед Анариэль.
- Я хотя бы не ищу себе оправдание!
Он мог использовать псионику, повлиять на Руфио умиротворением и заставить его успокоиться, но лёгких путей Бурерождённый не искал. После прилетевшей пощёчины – унизительнее был бы только удар в пах в исполнении Регенлейфа, Каэрос разозлился (насколько мог, обычно уравновешенный и спокойный эльф). Занесённая рука дрогнула и завершила запланированный полёт. Кто из двоих напрашивался на реальную драку - вопрос. Регенлейф, который всегда отличался вспыльчивостью, о которой Кай был прекрасно осведомлён за годы службы лейтенанта. Или Бурерождённый, привыкший решать дело мирными переговорами.
К Фойрру субординацию!
От одного хорошего удара и ощущения ноющего запястья с костяшками пальцев стало легче. За преждевременную смерть отца, разбитый дом и покорёженные жизни – мало. Руфио не один виноват в разбоях и в чём-то была вина новоиспечённого лорда. Оба перешли черту, но эльф не останавливался. Он учился держать себя в руках с самого детства и любой спонтанный и сильный выплеск эмоций выливался в неконтролируемый выплеск маны. Он не научился хорошо контролировать свои псионические возможности – силовая волна сработала сразу, как защитный механизм и способ выпустить пар.

Аэквалис (80 маны)
Остаток: 257 маны, без учёта накопителя

+1

10

Галад не проводил с племянником разбора пролётов и больше молчал, занимаясь наведением порядка среди головорезов в рядах сопротивления до самого утра, а утром, после передышки, занялся возвратом своему лицу более-менее вменяемого облика. На руку ингредиентов зелья, которое он варил целую неделю как проклятый, не хватило: из-за беспорядков в Деворел перестала приходить нужная ему вода, и потому подпитал гладкую кору и перевитую под ней как мышцы древесину простой родниковой водой, на время. Затем он отослал по домам всех подмастерий и стал помогать жене, уже знавшей обо всём и, как назло, сегодня утром получившей от своих столичных подружек весть, что королева знает и двор обеспокоен, собираться. Сниматься с места просто потому, что другие участники самосуда указали бы на Руфио и его дядю-алхимика, как на главных организаторов акции, Аргалад не собирался, но на случай прихода карательного отряда подготовил план отхода. В садах росли молодые деревья, которых он давно поливал той же водой, из которой готовил своё зелье. С небольшими кронами и неглубокими корнями, стройные сливы постоянно будто отряхивали плоды и листву, радуя хорьков лакомством. От этого деревья были невысоки, и не могли, как казалось их садовнику, вырасти выше, в отличие от гигантов южнее, но оставались причудливо подняты от земли и грациозны, с хлёсткими прутьями, которыми можно было причинить немало проблем. Последнее время у этих побегов чуть выше разветвления главных трёх ветвей кроны на средней начали прорезаться в коре черты, похожие на лица женщин дома Регенлейф, любивших сидеть в погожий день на лужайках у них и ухаживать за насаждениями ежедневно. Галад не удивился, всё же плодовое дерево –слива, и ей ближе другая мать. И всё же, это были стражи, которых Аргалад собирался оставить позади, приди за ним возмездие, сторожить дом в случае приближения угрозы, а не засыпать, уйди от них маг. У растений была своя память, но выращенные с заботой и политые особой водой они могли бы запомнить и тех, кто их питал, как запоминали в пограничьях дремучие гиганты с четырьмя стволами во влажной почве повадки живших поколениями и умиравших у их корней барсуков.

Под вечер он отошёл дальше по реке, проверить и покрасить от паразитов, терзавших её, последнюю сливу, рядом с которой паслись полудикие лошади, к которым часто заглядывала в гости Ляйсан. Не удивительно, что у замученной жучком сливы было радостное лицо девчушки. Галад уже возвращался, оттирая от пальцев живой кури грубым похожим на нарост коры (прячущим обугленную кость) ногтем, когда ему навстречу из куста валерианы вылетел рыже-жёлтый хорь, обеспокоенно стрекоча и вскочил на свои короткие задние лапки, опять сел, вскочил, сел.
- Что-то дома случилось? – без магии, которую почти восполнил с ночи, спросил Галад. В отрытом в старом сундуке скромном походном костюме, лежавшем без дела всю жизнь дочери и отшитым как минимум сотню лет назад, алхимик немного терялся на фоне тенистой зелени своих владений и выглядел совсем просто. Да, он был готов в путь хоть сейчас, и готовность оправдалась. Следуя за длинным маленьким хищником, эльф поспешил к дому, чтобы услышать крики почувствовать всплеск магии – не Руфа и не женщин – на подлёте. Вторженец, правда, был один.
- Айла, Ляйсан, – крикнул, первыми увидев на заднем дворе втревоженных сестру и дочь, маг, – в дом! Ланайя – не надо, я сам!
- От живой воды и щедрой земли
Пробудись ты, побегов дитя
Подняв корни приди и свой лес защити
Врага гневом природы губя
, – пробормотал Галад краткое заклинание и, касаясь ствола, к которому добежал сначала, отдал приказ. – Останови чужака, но не навреди!
Две из трёх, безликих ветвей, опустились, а в провалах коры раскосыми глазами зажёгся золотисто-зелёный свет магии. Энт пробудился. Уронив лишние ветви, обнажая корону из узлов древесины и две ветви-руки с хлёсткими прутьями и сучками-когтями, создание вытащило из земли основное корневище и, перебирая корешками, как паук или многоножка лапками, быстро-быстро добежало из-за куста жасмина до Каэроса, цепляясь в него. В то же время подоспел и Галад..
- Очень глупо было приходить одному, Раумо, – "поприветствовал" юношу хозяин дома, – в отличие от поплатившихся за своё тщеславие Лордов я знаю, что никто не защищён от незваных гостей, и принимаю меры.
Наверное, для не знающих некоторую правду про Аргалада деток зрелише выглядывающей из-под рукава рубашки и стёганной куртки деревянной руки с голыми костяшками было в новинку и довольно неприятно, но именно левую руку маг держал наготове, чтобы вколдовать в голову самонадеянного племянника королевы, как он, никогда не встававший на сторону ни одного из домов и вообще не любивший их алхимик рад гостям с гербами, помимо идиота-племянника.
- А ты, Руфио, будь хоть раз послушен и поди-ка посмотри, что из твоих вещей тебе нужно.

Использовано: Вызов Энта - 90 маны.

Отредактировано Аргалад (2016-08-05 18:45:14)

+2

11

Магическая волна отбросила Руфио назад, прежде, чем он смог ответить на удар Бурерожденного или хотя бы подумать об этом. Пролетев добрых пару метров и проехав еще столько же на живот, Регенлейф оказался под излюбленной вишней. Эльф тут же вскочил на ноги, бросив на Бурерожденного испепеляющий взгляд.  После едва ли он мог вспомнить, как кинжал снова оказался у него в руке. Не окажись рядом Аргалада, для одного из друзей этот вечер закончился бы плохо. Но появление энта заставило парня присмиреть – знал, что старый алхимик где-то рядом, а с ним лучше не спорить (не прошло и сотри лет, мальчишка это понял), если тоже не хочешь позорно висеть в ветвях вниз головой всю ночь.
- А ты, Руфио, будь хоть раз послушен, - раздалсяся знакомый голос, - и поди-ка посмотри, что из твоих вещей тебе нужно.
По лужайке к ним приближался Аргалад. Разгоряченному юниору стоило не малых усилий, чтоб «быть послушным». Язык так и чесался сказать Каэросу что-нибудь про качество его удара или про то, что магией пользуются только трусы. От новых дебатов на тему «кто здесь больший говнюк» домашних спасло только то, что эти самые домашние были Руфио наконец замечены. Мать смотрела на него встревожено, во взгляде Ланайи кроме тревоги читалась злость – еще бы, всегда, когда появлялся племянник, о спокойствии в этом доме можно было забыть. Ляйсан выглядывала из-за спины матери, но ее лицо выражало скорее любопытство, чем страх. Меньше всего, Руфио хотелось, чтобы его семья стала свидетелями чего-то такого. Интересно, как много они успели услышать и что из всего этого поняли.
  Пополам со стыдом и досадой, эльф отступил.
-Ладно, - эльф спрятал кинжал в ножны и направился к дому, - Только сообщи мне потом, где его закапаешь.

+2

12

После выплеска магии и не мягкого падения Руфио Каэрос остался на месте, не преследуя цели решительно направиться к другу и продолжить драку. Он изначально пришёл сюда не за этим и попавшее под сапог кольцо при шаге ему об этом напомнило. Руки чесались выпустить злость за смерть отца на виновных, но о главном зачинщике Бурерождённый ничего не знал к своему счастью. Не отличаясь вспыльчивостью своего друга, который привык к фаер-шоу, Каэросу взять себя в руки было бы сложнее, потому что до этого эльф не сталкивался с источником, пробуждающим в нём сильные и неконтролируемые эмоции. Бесконтрольная псионика – корявые последствия неумения держать себя в руках.
Выплеск чужой магии Бурерождённый почувствовал особо остро. Его способности обострились и реагировали на каждый всплеск, привлекая его внимание. Если бы Руфио решил в этот момент напасть – Кай бы не заметил. Он переключил внимание на зельевара, не менее виновного в смертях, чем его племянник.
- Тебя здесь не хватало..
Каэрос не успел увернуться от цепких веток-лап или что это было? Он оказался в крепком хвате призванного энта невольным пленником, но не собирался задерживаться в гостях у хозяина, который ему не рад. Эльф постарался сгенерировать заклинание, призвав стихию, чтобы не спонтанно, а насколько возможно обдуманно пустить ледяную иглу в державшую его руку и срезать, высвободив себя. Не получилось. Из-за отсутствия сосредоточенности его заклинание пошло крахом ещё на «подлёте», давая магу и лейтенанту возможность полюбоваться болтающимся Бурерождённым.
Глупо, когда идёшь к врагу, а не другу, - остроухий нахмурился. На его месте Накилон пожаловал бы со стражниками и мечом наперевес, чтобы убить каждого за отца, кто имеет косвенное отношение к его смерти. Друг – не друг – руку свою он к этому приложил в равной степени, как и все остальные. - Прекрасные меры! – выпалил эльф, хмыкнув. – Ну вот он я, в твоей власти, дальше что? – Каэрос перевёл взгляд на зельевара – ещё один решивший почитать морали и лишний раз упомянуть, какие они молодцы и бравые рыцари, что спасли город от таких самовлюблённых самодуров лордов.

+2

13

- Тогда ты, юноша, явно ошибся с тоном общения. Мой племянник тебе не подчинённый, котрого можно третировать, с тех самых пор, когда его защищал я и его рыжая гарпия, но не ты и не твой отец, принимавший присягу верности, обещая покровительство взамен, – отрезал Галад, касаясь энта уже на вытянутом пальце. Деревянная рука мёртвой хваткой сомкнулась на загривке юного псионика, только дёрнись – кто знает, свернёт ли шею? Убьёт ли молнией?
- Ни я, ни он не хотели смерти всех троих, уговор был придать всех публичному суду. Но среди нас были солдаты из всех дружин, а среди них было немало ненависти ко врагам, и ты знаешь что произошло дальше.
Маг отпустил дренвесного стража и с интересом наблюдал, сколько длится его жизнь без контакта. Зелёные глаза всё не гасли, но натуга её хватки не скрипела больше силой.
- Я не выставляю себя рыцарем в сияющих доспехах, Раумо, – Аргалад обошёл Каэроса по кругу, всё ещё держа за шею деревянной рукой, – но на старых гнилых подпорках не построить новых крепостей. С врагами, ожидая вечный мир, не милуются: их уничтожают под корень, и ты чувствуешь своей кожей касание свидетельства, которое осталось мне от этого сурового урока. Кое-что ты упустил из рассказов Руфио о семье – мы наградные землевладельцы, воины. Мы не несём свет, мы чистим путь, чтобы пришли с новым порядком другие. Почитай хорошенько поучительные истории Матери, Меняющей Сезоны, Алиллель, и поживи немного в деревне, чтобы понять, что не бывает весны без зимы. Твой отец, как и Сулмелдир, как и Лев, заигрались, королева вас едва ли поддержит, ваша вражда отняла у неё мужа. Я спрошу у тебя: готов ли ты, проглотив, что я тебе сказал, уйти? Я из города уйти готов, ты видишь. Но готов ли ты смириться с тем, что прошлое мертво, или мне этот ваш корень выжечьт напрочь, не оставляя на поживу Её Величеству? Ты ответь мне.
Глаза энта, питавшегося водами источника, погасли, деревянные путы перестали быть живыми, хоть и не разжались, и Аргалад подумал: ай, как жаль. Ему предстояло уволзить гораздо дольше, чем он хотел бы, объяви ему Бурерождённый с двумя осиротелыми девицами войну.

+2

14

- Расчистили путь, а сами из города сбегаете. Хороши.
Уроки с нотациями. Науку от зельевара Бурерождённый не внимал и внимать не собирался, не уступая в этом вопросе в упёртости Руфио. У них разные взгляды были изначально и оставались на протяжении диалога, как и методы. Никто не отрицал того, что Лорды, опьянённые стремлением заполучить больше власти, разрушали город изнутри, развеивая сомнительную надежду на то, что город когда-нибудь станет чем-то целым. В его Дом успело поступить предложение с примирением со стороны Солнцеликих. Каруно наверняка не простил всем смерть своего сына и надеялся, что Накилон вернётся спустя время, но не рискуя жизнью последнего ребёнка, кинул предложение с политическим браком. Сулмелдир занимался тем же, но оставался пауком, ждущим часа ужалить. Может, с годами что-то и изменилось бы в лучшую сторону – породниться и отдать судьбу города во власть детей. Как оно могло быть и вышло бы именно так, как пытался утешить себя Каэрос, кто знает. Судьба вывернулась ядовитой змеёй и ужалила всех лордов сразу.
В его словах не было ни намёка на тон начальника с подчинённым, но Фойрр с ним. У каждого правда своя. Зельевара переубеждать Каэрос не собирался, как и отказываться от своего взгляда на происшествие и поступок всех и каждого, кто погряз в деворельских разборках.
Рука на шее ему нравилась ещё меньше, чем слова алхимика. Бурерождённый пустил в ход магию, повторяя в прошлом неудавшееся заклинание, но вместо одной большой иглы сделал несколько маленьких с той же целью – разрезать сдерживающие его путы и обрести свободу.
В этот раз удача была к нему благосклонна. Сформированные иглы прорезали «плоть» энта, но оказались настолько острыми и неповоротливыми, что задели тыльную сторону ладони мага-создателя. Каэрос не обратил внимания на эту мелочь, невзирая на то, то она замаячила прямо у него под носом во время попытки перехватить руку зельевара за запястье и отвести от своего горла.
- Это решать королеве, а не вам.

Ярость отчаяния (45 маны)
Остаток: 212 маны, без учёта накопителя

+2

15

Ну, Галад был не удивлён. Не желающему слушать не втолкуешь, а раскрывать свои планы, пытаясь оправдаться - зачем? Разговор на том был окончен, очевидно.
Юноша решил освободиться магией, алхимик не препятствовал, легко ускользнув от близкой иглы. То, что молодое дерево пробило ледяным лезвием, было прискорбной, но не высокой платой за этот визит. К тому же, эксперимент показал не те результаты, которых ожидал создатель. Что ж, дом без охраны - очень жаль, но они не в том положении, чтобы стяжательствовать и грузить всё. Достаточно того, что возьмут на небольшую повозку с шатром.
Аргалад вывернул ответную хватку с нечеловеческой силой и прервал контакт с парнем так же стремительно, как тот освободился.
- Согласен, – туманно ответил на слова о королеве Регенлейф, – хотя друг друга, кажется, мы не поняли. Я не был на не той стороне истории, мне боль твоей потери не туманит взор, ты уж прости. Иди домой, мальчик, через несколько лет, если увидимся, поговорим.
С этими словами эльф в походном костюме спустил закатанные для работы, которой занимался до прихода незваного гостя, рукава, посмотрел с умеренным сожалением на энта, щёлкнул языком сидящему в траве зверьку и развернулся, чтобы идти в дом, не опасаясь удара в спину. Вопреки тому, что мог думать Бурерождённый и даже его племянник, Галад от ответственности бежать не собирался – как только с безопасностью семьи вопрос был бы решён, его путь лежат прямо в столицу. Но кто знает, кто знает...

эпизод завершён

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [6.05.1082] Охотник на гарпий