Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре июль — август 1082 год


«Тайна забытого города»

Ритуал очищения и освобождения прошли успешно. В Зенвуле больше нет ни призраков, ни нежити, ни тёмной энергии. Экосистема города возрождается. В него вновь возвращаются звери и птицы. Проклятое Древо Костей в центре города полностью уничтожено, на его месте теперь стоит Страж-дерево. Болезнь Роза немёртвых полностью не исчезла, но теперь новых заражений не будет. Пока дух всё ещё в теле смертной девушки и мир полностью не очистился от тёмной энергии, которая растянулась далеко за пределы Остебена, болезнь останется.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Жатва»

Войска столицы направляются к городам-близнецам, чтобы дать бой Культу Безымянного и освободить Атропос и Акропос из-под гнёта культистов. Культ сдаёт Атропос без боя и стягивает силы к Акропосу, где разгорается полномасштабная битва. Первые Ключи из Силентеса активированы, что провоцирует Мёртвое древо поднять новое войско нежити и уничтожить всё живое, что есть на материке.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Джошуа Элиор Лангре Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [19.03.1082] Есть вещи, о коих бы лучше не ведать


[19.03.1082] Есть вещи, о коих бы лучше не ведать

Сообщений 31 страница 48 из 48

31

Погрузившись когтями в плоть, Глациалис почувствовала пальцами густую, тёплую кровь – она с неохотой била из раны, стекая по ладони Виан и шее мужчины. Этот выпад дался ей легче, чем магические атаки. Везение или впереди ждёт новая порция неприятностей и представления личностей? Вскрывая глотку некроманта с лицом её любовника, Иль Хресс не испытывала удовлетворения от победы или запаха крови, такого любимого для вампиров – он раздражал её на фоне копоти и гари, вони испарений болот и самим фактом своего существования, который женщина неизменно связывала с невозможностью выбраться из головы Ворлака.
Она отступила в сторону, не позволяя некроманту утянуть её за собой в пламя. Выживет один из них. В этот раз удача оказалась на её стороне. За спасение Глациалис заплатила жизнью своего провожатого. Спасти его она не могла. Прощальный взгляд – всё, что он получил в качестве благодарности за спасение и помощь. Возможно, что в этот момент в пламени сгорало всё хорошее, что было в Ворлаке, а она останется один на один с чем-то, что омерзительнее и ужаснее, чем крылатая тварь без хозяина.
- "Прощай".
Время поджимало. Удушающий жар напомнил о близости пламени. Иль Хресс устремилась вглубь башни, с трудом разбирая дорогу. Глаза не успели привыкнуть к новому освещению, а из-за пляски света с улицы, видимость менялась. Поломанная дорога довершала увеселительное путешествие постоянным риском загреметь с лестницы. Виан пыталась найти опору в стене и двигаться максимально быстро, чтобы пламя не успело коснуться её.
В пути её снова посетило знакомое ощущение. Звуки лесного пожара исчезли, запах гари растворился в воздухе и перестал преследовать её зловонием горящей плоти, сладковатым привкусом, оседающим на языке. После падения в бездну ей пришлось побегать по болотам, чтобы избавиться от нескольких личностей, а потом спалить всё. Куда в этот раз её завели уголки сознания Ворлака? Глациалис видела солнечный свет. Помня о жаре и палящем солнце, которое встретило её в первые секунды погружения и долго преследовало в путешествие по закоулкам чужого сознания, она не торопилась высовывать свой нос наружу. Задержавшись, пытаясь всмотреться в слепящий свет, щуря глаза, она почувствовала прилив силы – магическая энергия вернулась к ней, но то, с чем должна была столкнуться Глациалис – не являлось желанной реальностью и возвращением в замок, сплетённый изо льда. Она всё ещё сидела в чужих мозгах, как камни в мочевом пузыре, и непонятно кому этот факт доставлял больше неудобств. Ей или Кайлебу.
Перестраховываясь, Иль Хресс решила сначала пустить в бой защитную магию, а после вышла на свет.

Мастеру игры

Заклинание – защитное, Сфера рос.

+1

32

С улицы звучал смех перекрывавшийся с матом, отбитым чьим-то хлёстким языком точно, быстро, с колоритным резковатым акцентом. Среди всего висящего под низкой двухскатной крышей сарая нащупывалась пахнущая каким-то маслом дождевая накидка, веники трав, метла, грабли, вилы, в также подвешенное коромысло и заточенная лопата, коими при желании можно было порешить самого Принца-Вишенку, если хорошо рассчитать удар по полупустой голове. В бездне же ворлаковской головы пряталось где-то, кажется, ещё двое, и то, что как слои реальности раз за разом Глациалис своими действиями смывала и сжигала их пока не задело. Пока.

- И что мне делать, в Круг Заикания, если я его придумаю прям щас, её поймать и танцевать вокруг вприсядочку, дико хохоча? Так ведь она не маг-новичок, полноценный молчун и почти без жестов, как ты. Я ей мало что могу сделать, помимо шуток про “отжарить и зажарить”.
- Ничего не делай, это твой день, твой сон и к тому же солнце не зайдёт пока ты не захочешь. При удачном раскладе, она никогда не найдёт тебя, а наши тела обнаружат.
- Стоп, что?..
Старший двойник исчез раньше, чем менестрель-любитель успел спросить, зачем и что, если ему надоело видеть этот чёртов сон и ему вовсе не хочется провести в нём остаток вечности или реальной жизни, в зависимости от того, какова сила чар и сила безумного ума, чтобы поддержать небыль дольше.

Голоса были женские, помоложе и постарше, но матерились на чём свет стоял и очень просторечно, сетуя на испорченную рассаду и выкраденный ритуальный нож.
- Стой, ты чувствуешь магию?..
- Я чуйствую гнев! Клянусь, Лилиан, я иво до самых костей земли урою!
- Оставь его в покое и сосредоточься на девочках, – отвечал более спокойный и чистый от говорка голос, точно удаляясь. – Я приняла всё как есть. Алисии тоже не место здесь, среди нас, они оба городские дети и почти ничего не знают из того, что нужно для наших путей. Просто… Просто так получилось. Надеюсь, Глеана выучит мой урок…
Колдуньи ушли, голос говорившей растворился в трелях птиц и переливах листвы на ветру. Судя по силе, которая просачивалась вместе со светом дня сквозь щели внутрь маленькой хозяйственной постройки, это были достойные колдуньи. Не чета Ледяной ведьме, конечно, но и от простых знахарок их отличало что-то важное.
Снаружи буйно цвело лето, столько зелени, причём сочной, в золото, а не синь, с цветами и завязями, от которых гнулись ветви и стебли, Холодная, наверное, не видела и не увидит никогда. Это был праздник света, хотя по кайме заката были видны линии не то бури, не то просто – мрака. Здесь же всё торопилось жить. Позади за постройкой в щёлку был виден двор, по которому бегала домашняя птица, впереди – простая изгородь и спуск в тенистые сады. Как-то странно похожий спуск, и как-то странно похожая тропа на ту, что шла до колодца, но всё выглядело слишком иным.
Ничего похожего на выход из сна или указателя, куда идти, как кровь, например, не было, как не было и четырёхлапого спутника, лучше понимающего логику видений. Оставалось либо сидеть и прятаться от солнца столько, сколько понадобится…

бросок

Сфера рос - 85 (+15) - кому-то адски везёт

+1

33

В бесконечность и дальше. Из одного погружения Глациалис прямиком попала в другое. Во второй раз она была вынуждена страдать от ненавистного солнца, которое дети Виан ненавидели больше, чем вампиры других кланов. Лэно поклонялись солнечной богине и в её объятиях находили милость. Светлую кожу неприятно жгло. Солнце раздражало Иль Хресс своим существованием и слепило глаза, которые за столетия жизни не могли привыкнуть к яркости светила Альянса. Магия вернулась к ней. В попытке смягчить воздействие солнца на себя, вампирша выбросила часть магической энергии или что там действовало в мозгах Кайлеба, на создание нового заклинания.
Она слышала голоса двух женщин. Из тени, послужившей ей временным укрытием, уловила фрагмент их разговора, но не понимала его сути. О ком говорили, чего свидетельницей она стала и зачем ей это показывал Ворлак – непонятно. После осмотра на местности Глациалис нашла несколько вариантов для оружия на тот случай, если в этой версии Вселенной у неё снова магические способности отвалятся и она окажется в незавидном положении.
Размахивать вилами, как свинопас? Чудесно. Там же она нашла накидку от дождя. Люди привыкли использовать её для других целей, а Иль Хресс в качестве защиты от солнца. Материя, не пропускающая свет, вполне её устраивала. Вторым в руки Холодной попали вилы. Смерть в дождевом плаще и с вилами. У Кайлеба Ворлака явно было извращённое чувство юмора. Или его такие наряды возбуждали? Фыркнув своему новому облику, Глациалис осмотрелась в поисках чего-то, что могло бы подсказать ей, что делать дальше. Шакала рядом с ней больше не было – её провожатый погиб в огне, а она была вынуждена продолжать этот путь в одиночку.
Невзирая на яркость красок и жизнь, которая била ключом в этом месте, Иль Хресс заметила слабо угадываемые знакомые очертания. Есть дорога – значит, есть куда идти. Понятия не имея, чего на этот раз от неё ждёт некромант и где здесь могут спрятаться выжившие личности, Виан зашагала по дороге в сторону старого колодца, который в этой версии реальности мог оказаться не таким опустевшим и грязным.

Мастеру игры

Заклинание, Аура стихий.

+1

34

- Далеко сено бредёшь грести? – раздался голос сверху, – поля в той стороне!
Что-то изменилось. Там, где раньше вдоль тропы стояли сухие остовы, тёмно-рыжими листьями раскидывали ветви покрытые серой корой лиственные гиганты. Резные листья их были похожи на клёны, но цвет и извилистость толстых стволов развеивала иллюзию на раз. Среди необычно осенней среди буйной зелени выделялся на ветке парень, в простой одежде, сидящей на здорово худой фигуре как перетянутые поясом несколько мешков. Голова у парня была цвета готовой опасть листвы, медно-бурого естественного цвета, что, в отсутствие веснушек и розовато-бледной кожи и считалось нормальной рыжестью среди людей с материка. Парень перегнулся назад и, крутанувшись ногами вокруг гладкой ветки, спрыгнул вниз. Прямо перед ним в рыхлый, но зелёный лесной полог приземлился кинжал. Змеистый, изогнутый, смутно знакомый самим своим мотивом.
Никто не собирался на готовую к бою вампиршу вообще нападать. Никак. В тени деревьев, свежей и ласково превращающей полуденный зной в влажную светлую тень, наполняющую лес под кронами, вообще не было место насилию. Так казалось. Перед Глациалис стоял Ворлак как он запомнился цельным миру, в лучшие годы, молодой, но не с трясущимися от ужаса перед содеянным и грядущим коленками, стройный, но не болезненно тощий и отравленный своим тёмным даром, смелый, весёлый, нагловатый, как герои народных сказок про разгильдяйского бродягу, который тем и этим угнетателям бедноты жопы в самом прямом и циничном смысле надёрывал, но при этом не излучающий желание убивать или какие-то скрытые и явные амбиции.
- Так ты ж обращайся, я ж могу показать, куда идти.
И он стоял на расстоянии удара перед Глациалис. Безоружный. Не смотри на воткнутый в землю ритуальный нож, который поди ещё вытащи.
[AVA]http://i.imgur.com/iqjevTX.png[/AVA]

+1

35

Сено? А, вилы. Глациалис, как вампир, далёкий от быта крестьян, не смекнула сразу, что обращались к ней и почему в таком ключе. Дивный мирочек. Ничего не скажешь. Ей порядком надоели каверзные ситуации, в которые она попадала раз за разом. Перестраховка никогда и никому ещё не мешала. То, что шла она в противоположном направлении, его смутило, а дождевик под палящим солнцем, где ни тучки, ни облачка – нет? Ну-ну.
Эта версия Кайлеба настолько отличалась от той, которую Иль Хресс успела изучить лично, что признать в нём мальчишку-некроманта удавалось с трудом. Хервалисса, перед ней был почти ребёнок. Внешность и поведение могут быть обманчивыми. Ритуальный нож, эффектно вонзивший остриё в землю, отдалённо напоминал ей.. А это не тот кинжал, который Ворлак забыл в борделе в их первую встречу-знакомство? Присмотревшись к вещи, она не успела вынуть её из земли и рассмотреть ближе. Перед ней вырос хозяин.
- Лучше покажи мне, где здесь твой уродливый близнец, - прошипела вампирша, ополчившись на мальчишку вилами. Он так мило с ней воркует, предлагая помощь, а она тычет ему вилами в лицо. Коротко о доброте и благодарности Виан. – А ещё лучше – где выход.
Глациалис не уповала на то, что личности в сознании Кайлеба осведомлены о том, как ей можно обрести свободу, но до этого момента через череду смертей и разрушений что-то менялось . Медленно и неохотно, но она продвигалась дальше, собираясь выбраться из чужого Ада на повторах.
Кинжал, который мог бы послужить парню оружием, Холодная попыталась отбросить ногой подальше в траву, чтобы у него не было возможности им воспользоваться.

+1

36

Кайлеб фыркнул.
- Ты о котором из? А, впрочем, судя по тому, как от тебя пахнет, ты самых неприятных типов уже покрошила.
Он заметил, как она откинула кинжал, и, опять чему-то усмехнувшись, положил руку на вилы.
- Да брось, нападать на тебя тут никто не будет, по крайней мере не топором по голове из-за угла. Я понятия не имею, где другой, куда-то исчез в своей манере: открыл портал тут и телепортировался там –  как он прыгает сквозь защитные щиты и барьеры – непонятно, просто вжух! Ма-а-агия! Мне б так вирши, как он чары плетёт, да вот беда – уже много лет не идёт ни строчки, хоть утопись в вине и объебись.
Экспрессия у парня зашкаливала: он двигал руками и сопровождал лицом речь так, будто не просто разговаривал, а играл континентальную мистерию, где актёры без масок и каноны и роли растягиваются так, как труппа с их собственными лицами и телами партии разделит и подаст. Непривычно. Как и спокойствие под ней. Он стоял на расстоянии удара когтями и не боялся. Чокнутый, однозначно, но именно вот эти мотивчики, хотя немного более зрелые, узнавались во всём поведении Ворлака, каким он сидел и смотрел на "товар" в борделе, споря с Ледяной ведьмой метафорными и басенными образами, каким он морочил голову Тристану, Авелю, Лине. Он, сугубо говоря, и был песняр, странствующий трикстер и чудотворец. Уже тронутый безумием и тёмным даром, но не пожранный ими.
- Выхода я не видел, думал в сарае, но не успел проверить, да и побоялся: вдруг выползут из тёмного угла мифические злые бабайки и сожрут мне лицо. И гляди, как я был прав… Могу поддержать поиски, а то этот мотивчик мне уже порядком надоел, а Четвёртый меня тут оставил, явно планируя нас с тобой, ну, то есть там, реально, угробить. Не хочу остаток жизни бегать от любящих садистов. Пойдём.
Он отступил на безопасные несколько шагов по тропе и сделал жест, мол, идём.
[AVA]http://i.imgur.com/iqjevTX.png[/AVA]

+1

37

Слушать от безумца, что он ей не враг.. Верить.. Надо самому тронуться умом. С такими приключениями Глациалис имела все шансы превратиться в параноидальную самку, которая во всём видит для себя угрозу. Никто на неё не нападал. Всё шло тихо, мягко, гладко. Не считая солнца, которое продолжало досаждать вампирше. Виан сильнее натягивала капюшон дождевика на лицо, пряча глаза в его тени.
Угробить в реальном мире? Превосходно. Кайлебу для этого не нужно ничего делать. Достаточно продержать её в своём сознании до тех пор, пока на них в тронном зале не набредут другие охотницы. Иллюзия, которую Иль Хресс внушила своим соратницам, разрушилась с её погружением и на вновь прибывших не подействует. Открыв двери, они увидят Холодную и живого овощного лже-вампира, который никуда не делся и не был казнён, как другие видели. Сколько у неё времени? Если она ещё жива, значит, или их никто не заметил или в этот момент решалась судьба одного из двух.
Нужно срочно возвращаться обратно.
- Веди уже куда-нибудь, - недовольно рыкнула Виан, опуская вилы.
В каждом встреченном Ворлаке она видела что-то неизменно знакомое – все они наполняли одно сознание разными взглядами, приоритетами жизни и мировоззрением, с которыми Глациалис сталкивалась в реальности. Убила самых мерзких? Да ну? Она предпочла бы оставить в сознании Ворлака одного лишь шакала, даже если по пробуждению её любовничек будет лаять, как дворовая собака, и сохранит в себе псовые повадки, заменив ими человеческие. Такого шанса её лишили. Вынужденное знакомство с одним из двух не давало ей нужной информации. Враждебности и магии она не чувствовала, но не спешила спускать поднятый магический щит.
В этой реальности она положилась на нового проводника, позволяя ему показывать дорогу. Выбор был невелик. Возвращаться в сарай, который послужил ей выходом из башни – бессмысленно. Что такого интересного ей мог показать мальчишка и где прячется последний Ворлак-фокусник.

+1

38

- Что-то ты неразговорчива.
Из знакомой тропа стала незнакомой. Вместо вересков вокруг росли всё те же светлые стволы с осенними резными листьями. Вместо сухой мучнистой земли – сплошь топкий чернозём. Вместо сбегающей к колодцу дороги… Берег небольшого тенистого пруда. А может и озерца, кто знает, есть ли под непрозрачной зеленоватой водой источник. И где меж двумя вопящими в сознание похожими ландшафтами реальность, где преувеличенно по-юношески брызжущее красками воспоминание, а где зловещее пророчество. Ворлак лет девятнадцати упёрся взглядом в воду, как будто перед ним раскинулось щупальцелапами хтоническое чудовище, и отступил, чтобы сесть на борт брошенной кем-то на берегу без вёсел врастать в ил лодки.
- Здесь оно кончается, – туманно сказал Ворлак, окидывая взглядом заводь: а из-за тени не сразу удавалось заметить, насколько широка и, главное, глубока полупрозрачная вода. Главной проблемой этой заводи относительно всех других зияющих дыр в видениях, ведущих ближе, наружу, так, что уже чувствовался в кончиках пальцев весьма истощённый магический запас тела, холод плит и слабость тела являлось отсутствие тьмы и чёткого пятна света, чтобы указать очередной выход. По крайней мере, в обозримом пространстве и с текущей перспективы. Начинающийся вместо садов за заводью лес был такой же чёткий и яркий, как и позади.
- Ты это, прости что ли… я сам не в восторге от того, как всё паскудно вышло, но, видимо, я здесь – вот в этом сегодня – сильно ошибся, – сказал рыжий в спину Глациалис.
[AVA]http://i.imgur.com/iqjevTX.png[/AVA]

+1

39

А с чего бы ей трепать языком? Иль Хресс никогда не отличалась болтливостью, а трещать по душам, сидя при этом в чужом сознании, с одной из личностей, спасибо, но не стоит. Болтовня навряд ли чем-то поможет ей решить головоломку, а сейчас главное двигаться в выбранном направлении. Куда бы её ни вёл этот молодой и чистый Ворлак – это ещё одна развилка сознания и воспоминаний, которую необходимо преодолеть.
Глациалис смотрела на водный массив и пыталась понять, как ей его использовать, чтобы выбраться отсюда. Заморозить до самого дна? Или убить мальчишку, чтобы в сознании их на ещё одного стало меньше? Навряд ли от этого откроется портал в привычный мир, но что ещё делать? Она пыталась найти подсказки, когда зацепилась за слова некроманта.
- Ошибся как? – Виан посмотрела на спутника через плечо. Он об этом времени и месте знал значительно больше, чем торопился ей рассказать. Возможно, в этот раз ответы найдутся именно в спокойном разговоре двух пленников сознания, чем в очередной схватке за жизнь под открытым солнечным небом. Во всяком случае, это место разительно отличалось от предыдущих своей яркостью, теплом и цветущей на каждом уголке жизнью. Несравнимо со всем тем, что она видела до этого.
Она помнила короткий разговор двух волшебниц, который застала по попаданию в этот мирок. Понимала, что и ритуальный нож оказался здесь не просто так и у каждого некроманта есть своя история. Кайлеб был слишком непохож на своих мрачных и сдержанных собратьев из Альянса. И это место, в лучшем случае, тянуло на Пантендор, если не на остебенские чистые земли.
С чего начинается путь некроманта?

+1

40

- Есть вещи, о коих бы лучше не ведать, но бегать от проблем не помогает: они всегда сами догонят тебя и отлюбят так, что не отмоешься. Так или иначе.
Манера говорить загадками и многозначными фразами, похоже, была здесь очень давно.
- Если я вернусь сейчас, меня опять попытаются "вылечить" на закате. Ритуал не поможет, тёмный дар и замученная в гниющем теле душа на совести останутся со мной, только порезы от ножа будут жечь ещё долго, внутри, – он говорил спокойно, с интонациями насмешливого расказчика, при этом непроницаемым стеклянным взглядом упершись в гладь воды. – Каждое решение имеет свои коротко и долгоживущие последствия, просто я подозреваю, что проглоти я такую заботу без сахарку и хрена и не сбеги из дома в последний раз, число жертв не пошло бы счётом на десятки и тысячи, вся эта энтропия, которая преследует моё существование, никогда бы не закрутила свою мельницу.
Ублюдок если и не носил под видом весёлого идиота какую-то долю мудрости, которая требуется от менестреля его жанра, то очень хорошо притворялся – он поднял глаза на Глациалис, вновь блестящие и улыбающиеся, и попрыгал задницей на качающемся борту лодки.
- Сидел бы морально разлагался, маковые булки жрал и запивал винищем. Меня бы ты тоже не знала, а если твой сын встретился бы всё же с драконицей и сопровождал её по ложному следу в Лунные земли, умер бы, смущённый твоим внезапным возникновением в его жизни спустя годы под борьбу за трон. Ни откровений, ни разочарований. Кто знает. Это я у того, другого, положительно чокнутого научился. Толкнуть тебе лодку?
[AVA]http://i.imgur.com/iqjevTX.png[/AVA]

+1

41

- Если бы ты не хотел, чтобы я это знала, меня бы здесь не было, - Иль Хресс пожала плечами.
Была же причина, по которой Ворлак тянул её в своё сознание. У неё тоже была причина согласиться на это, а не оттолкнуть его от себя сразу, покончив со всем. Глациалис предпочитала о ней молчать, потому что даже себе не хотела признаваться. Это лишено всякого смысла, если по «пробуждению» ей придётся его убить.
- Вылечить от тёмной магии? Какому идиоту такое пришло в голову? – в словах Холодной звучало пренебрежение. Она знала, как можно лишить мага магического дара к определённой школе. Например, при обращении в вампира человек терял свой дар к светлой магии или к некромантии. Ликантропия лишала магических способностей полностью, но взамен платой становилось неизлечимое проклятье преображения. – Судя по тому, что я вижу в реальности, факт идиотизма подтверждён.
Иль Хресс понимала, к чему клонит Ворлак. В жизни каждого злодея существует свой переломный момент. «До» и «после». Такой была её жизнь до того, как она стала императрицей, Холодной, женщиной, которая колко, прямо и больно била. Именно эта прежняя жизнь долгое время не давала ей покоя. Не из обиды перед старыми хрычами из Совета и матерью Глациалис пыталась вручить трон в руки своего старшего сына.
- А мне было бы одиноко и холодно зимними ночами в Хериане, доволен? – фыркнула Виан, разворачиваясь лицом к лодке. – Хочешь от меня поскорее избавиться? Валяй, - она махнула рукой в сторону озера, а сама пустила в ход магию, раз здесь она действовала. Волны начали набегать на берег, усиливаясь, пока не намочили ноги двоим и не коснулись лодки. – Ты со мной или остаёшься? – Иль Хресс запрыгнула в лодку и подняла взгляд на некроманта.
Перспектива плавать её не смущала. Виан привыкли рассекать моря на своих кораблях, но Глациалис надеялась, что под спокойной водной гладью не спрятался ни кракен, ни левиафан, ни что-то похуже этого всего.

+1

42

- Ты кое-чего не знаешь о светлой стороне Альянса и том, как она сформировалась. Они отнюдь не такие травоядные. Хотя да, выломать из живого существа часть души подчас более жестоко, чем воскрешать не ту душу не в том деле и не так. О, ирония: наиболее близкая к божественному творению магия и столько горьких ошибок и недоступных рубежей, – улыбнулся Кай ещё шире.
В корнях рощи серебристых клёнов лежало очень много костей, и каждая из них была жертвой добровольной, чтобы отравляемая близостью Кристалла земля оставалась плодородной и здоровой. И такая роща по всему югу континента, в каждом наделе и лесу, у самых глубоких и питающих большое число земель источников, чтобы в любой близости от столицы, затронутая веянием мира теней, везде выживала и продолжалась жизнь.
- То есть, ты меня не убьёшь? Признаться, я польщён, – Кайлеб с какой-то тревогой в лице отнял у накатившей стихии ноги и выкинул своё тело руками в сторону сухого берега. Он, конечно, толкнул лодку на накатившую волну, но её наход и отход были такие сильные, что вода рванулась и откатилась слишком резко. Как как ошпаренный выскочил ногами из влажного песка и топкой земли в лодку, падая на Глациалис и нервно хохоча.
Просто каждый из Кайлебов совершенно не умел плавать, потому что добрый и суровый папа решил его научить плавать, кинув четырёхлетнего мальчика в холодную речку, а он всплыл, да не оценил. Он смеялся, поставив локти по очертаниям талии Холодной, но в каждом его смешке слышалось "ха" совсем не смешливое. А под лодкой разверзалась непроглядная бездна, из которой был виден только одинокий солнечный зайчик.
- Поцелуй меня, пожалуйста, – попросил Кай, сам ища губами по скуле со шрамом от острого когтя Виан. Лодка слишком сильно качалась в растревоженной заклинанием воде, и от воды веяло полярным холодом, – я боюсь умирать.
[AVA]http://i.imgur.com/iqjevTX.png[/AVA]

+1

43

- Я вообще ничего о ней не знаю, - отмахнулась Глациалис. Её никогда не интересовал Альянс. Ни его тёмная сторона, ни светлая. Скромных познаний ей вполне хватало, чтобы жить и здравствовать. На земли некромантов никогда не заплывали корабли Виан, чтобы грабить и убивать. Не считая войн, конечно, но это было давно.
Кайлеб немного приоткрыл ей занавес своей жизни до и во время встречи с ней, но это такая крохотная часть всей правды – а, возможно, в ней не было правды ни слова – что Иль Хресс в который раз убедилась, что совершенно ничего не знает о мужчине, которого ставила с собой на одну ступень.
- Могу убить, - равнодушно отозвалась Виан. – Толк будет?
Могла, но не собиралась. Как поступить с реальным Ворлаком, если это путешествие через озеро завершится в реальности, она тоже не знала. Убить его в этой ситуации проще и вернее всего. Сохранить свою репутацию, самостоятельно пытаться вылезти сухой из воды и отвести все подозрения от своего клана. Раз мальчишка Виззарион жив и здравствует, то у неё ещё много работы. Её сын сам на трон не сядет.
Кайлеб затанцевал, когда волна лизнула мыски его сапог. Глациалис в этом забавном движении тела уловила кое-что знакомое. Так делал один из сыновей Эльдара. Нынешняя проблема Северных земель и лично её рода – Шейн. Она вспомнила, как он ребёнком выплясывал, когда его случайно окатило водой от простого заклинания младшей сестры. Он боялся воды. Кайлеб, кажется, тоже. Улыбка Глациалис спряталась в тени капюшона. Она удержалась от желания окатить его водой с головы до пят. В качестве профилактики от дурных мыслей и многоличностей.
- Оххх… - она совершенно не планировала растянуться на дне лодки под весом Кайлеба. Мальчишка смеялся, а она видела в нём скорее сына, чем взрослого мужчину, который скрасил её дни и вечера в Хериане. Она слышала посторонние ноты в смехе – защитная реакция, попытка снять стресс. В искусственном веселье не нашлось места смеху Холодной. Она молчала и смотрела на него, пытаясь понять, что делать со всем этим дальше.
Просьба Ворлака была неожиданной. Виан с удивлением посмотрела на него. Лицо молодого парня, мысли ребёнка, желания взрослого.
- А поцелую - бояться перестанешь? – Виан усмехнулась.
Озёрная гладь качнулась. Волна, созданная не магией, а телом – существом, что пряталось в его глубинах, сопровождало их, поднявшись гребнем ближе к поверхности и прорезав её своим змееновидным телом. Лодка качнулась на волнах. Это было странно, целовать его здесь, но когда волна подкинула лодку, Иль Хресс обвила шею некроманта руками, а он нашёл её губы.

+1

44

"Как хочешь", сдавленное под вплеск, скорее значило "да". Ни один панически боящийся воды так не влезет на качающуюся лодку, ну скажи? Губы Ворлака, пожалуй, самого искреннего из всех в интимных чувствах, бегали от губ по лицу до заострённого выгнутого ушка и назад, пока не перестали, а клыки Виан не закончили путь очень близко от шеи.
Вода не успокаивалась. Он чувствовал это. Нет, то, что раз началось, не закончится, пока не достигнет полного конца. Объятья стали отчаянно крепче, а волны – длиннее, и в конце концов пасть волн зелёной воды сомкнулась над бортами, засасывая как подростков завалившихся заниматься любовью в лодку бредящих вниз.

Холодные воды севера обнимали тело Глациалис, на каждом дуновении ветра снаружи грозя нарастить ей панцирь из ледяных шипов на плечах и груди. Живых, всё же теплее нуля кусках плоти. В глубине, выплюнувшей её одну, с остывающими следами поцелуев, двигался чей-то гибкий змеиный хвост. Над поверхностью парящей теплом относительно наружнего мороза воды гуляли ледяные знакомые ветры.
- Какое-то запредельное везение на твоей стороне, – сказала фигура, закрутившая своё тело в толстые шерстяные накидки с узорами и разными углами: острыми, прямыми, тупыми. – Значит, войны не избежать. Чуешь свою свободу, Холодная? Знаешь, что она значит?

+1

45

Совместили полезное с приятным. Это было странно. Ладно – лодка. Допустим – палящее солнце над головой, поющие птицы, чистое голубое небо. Молодой и рыжий Кайлеб Ворлак – тоже. Но отвечать на ласку и, что ещё страннее, реагировать на тесную близость, зная, что всё это происходит не наяву, а в чужих мозгах – чья кукушечка поехала больше? Это отсылка к тому, что рядом с Каем здоровые психически женщины не задерживаются или из его сознания можно было выбраться, только тронувшись умом?
Удивительная способность Кайлеба Ворлака в любом виде и в любом состоянии оставаться таким же желанным. Глациалис не знала, что именно влекло её к нему и почему она с такой охотой отвечала на поцелуи, забывая об истинной цели, но это было так. Десятью минутами раньше она убивала без жалости личностей с лицом любовника, а теперь же была вполне не прочь сблизиться с ним. Безумство в чистом виде?
Вода захлестнула их. Неожиданно и безжалостно разрывая реальность. Оттого ещё холоднее ей показались ледяные объятия знакомых северных вод. Что на этот раз? Ворлака рядом не было, как не было лодки, которая опрокинула их. Осмотревшись в поиске берега, к которому можно причалить, она заметила ещё одну фигуру, но на этот раз не видела её лица. Пятый? Тот второй, которого она не успела задеть своим заклинанием, или что-то другое? Дремлющее и ещё не очнувшееся от сна?
Если считать везением путешествие по уголкам сознания и купание в ледяных водах – возможно. Вопрос в том, что она сейчас видит перед собой: очередные потоки мыслей или реальность?
- Война? - не понимая, о чём идёт речь, Виан смотрела на собеседника, замерев на поверхности ледяной воды. – О какой войне идёт речь?
За престол Севера? Нет. В его словах звучало что-то другое. Хуже того, что она могла себе представить.

+1

46

- Ты сама подумай, какая, – загадочно сказал призрак в лохмотьях. Этот был совсем нематериален, едва плотен. Серые пряди сухого профиля без глаз и даже явного изображения смотрели искоса на Глациалис. – Был бы матриарх от крови бунтующей Хервалисы ещё на этот престол, кроме тебя? Сразу разочарую, прежде чем ты загадаешь: не был бы. А что до Альянса, до раскрученной мельницы Культа? Интриганов полно, а вот полевых командиров, как я, нет. Вычищены все, и не без участия тех, что ты уничтожила. Спасибо тебе за это отдельное. И так смотри, какое бы мы благо сделали миру, перестав существовать. Я понимаю, не весело, но поделать ничего не могу: мыслю глобально. Твой любимый первенец жив, всё ещё, – рука провела по рассветному дымчатому гаризонту. Это был её ледник, её остров, её царство, её северное сияние надо льдами под самым куполом небес! Почему Фойрром пророк от горячей и скоротечной человеческой крови распоряжался всем так чинно и хозяйственно?
- Всё ещё обратимо. Что, хочешь жить? Ради призрачного трона, ради призрачной любви, ради дышащей в затылок неизбежной войны? – человек с бледными глазами развернулся. Безоружный, бери и убивай сейчас. Ещё бы не эти вопросы и смутные пророчества.
- Ты видела каждый вид безумия. Это моё. Хочешь последнее предсказание, или закончишь всё? Слуги скоро придут, а я прямо здесь, – он раскинул руки, не разворачиваясь ей навстречу, с откинутой и следящей одним глазом головой и беззащитной спиной.

+1

47

Благо…
- К Хервалиссе твоё благо, Ворлак! – прорычала в ответ Холодная, чувствуя, что ещё немного и холодной она будет не только по прозвищу.
Принести себя в жертву, чтобы миру дышалось легче? Ради этого она отравила собственную мать, потому что её взгляды на жизнь видела куда более наполненными безумства и жестокости, чем свои собственные. Иль Хресс смывала из истории своё унизительное имя, данное матерью, и свои поступки переворачивала в трактовке с ног на голову, чтобы жить. Чтобы рушить правила. Она не собиралась отказываться от этого мира так просто.
У Кайлеба тоже было своё видение, но он мыслил более глобально, чем она. Замахивался на целый мир, желая выжечь его пламенем, чтобы добиться желаемого. Два монстра. Один позволял себя убить, чтобы предотвратить войну, другой – отказывался приносить себя в жертву, потому что себя считал лучшим продолжением истории, чем то, что было до него.
- Возвращай меня в тронный зал, пока мы оба не погибли! – она не знала, была ли доля правды в пророчествах и словах Кайлеба, но если сейчас в тронном зале их видят другие охотницы, то никто не сможет отнять у мальчишки трон, никто не позаботится о её сыне, который рос под боком у отца и стал слишком похож на него, чтобы понимать и принимать стремления матери. Она стала такой ради него, потому что в тот день не видела иного будущего для них двоих. – Все призраки реальны. Я приняла себя, сможешь ли ты?
Сейчас ей хотелось выбросить ему в спину заклинание. Превратить в кусок льда, чтобы он замолчал. Какой смысл в пророчествах, если она не желает их слышать. Не желает что-либо менять, потому что жила этим долгие годы. Переделывать себя? Убивать? Нет. Она ещё не закончила всё, что запланировано.

+1

48

Самоубийца рассмеялся: невесело, громко.
Он вообще был по жизни смеющийся человек, и невесёлый одиночка.
Заклинание рассыпалось. Вершина ледника на каменном отроге вся внезапно поплыла, как желе, поплыла куда-то вниз или вверх, смущая ориентиры в пространстве и чувства, поплыла в конце так быстро, что падение в свой дворец в собственное согнутое в три погибели на вечных ледяных плитах тело показалось Глациалис приземлением на перины.
От этих демонических скачек мутило, и, по правде, не её одну. Но там, где слабые следы грязи и крови остались единственными следами реального присутствия лжеобращённого, осталась оседающая остатками магии пустота. Словно и не было, если б не это гадкое послевкусие и запах. Глациалис была выпита магией и своими превратившимися в физическую утомлённость ментальными приключениями до капли. Тело казалось каким-то чужим ещё не один день. На ногах мерещилась маслянистая, воспламеняющаяся синей дугой гадость. Но она была жива. Она была в своём уме. У неё, с вестями о покушении на Императора, появились заботы и проблемы.

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [19.03.1082] Есть вещи, о коих бы лучше не ведать