Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре июль — август 1082 год


«Тайна забытого города»

Ритуал очищения и освобождения прошли успешно. В Зенвуле больше нет ни призраков, ни нежити, ни тёмной энергии. Экосистема города возрождается. В него вновь возвращаются звери и птицы. Проклятое Древо Костей в центре города полностью уничтожено, на его месте теперь стоит Страж-дерево. Болезнь Роза немёртвых полностью не исчезла, но теперь новых заражений не будет. Пока дух всё ещё в теле смертной девушки и мир полностью не очистился от тёмной энергии, которая растянулась далеко за пределы Остебена, болезнь останется.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Жатва»

Войска столицы направляются к городам-близнецам, чтобы дать бой Культу Безымянного и освободить Атропос и Акропос из-под гнёта культистов. Культ сдаёт Атропос без боя и стягивает силы к Акропосу, где разгорается полномасштабная битва. Первые Ключи из Силентеса активированы, что провоцирует Мёртвое древо поднять новое войско нежити и уничтожить всё живое, что есть на материке.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Джошуа Элиор Лангре Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [14.04.1082] Touche!


[14.04.1082] Touche!

Сообщений 1 страница 25 из 25

1

- Локация
Северные земли, г. Мирдан, Императорский дворец, тренировочный зал.
- Действующие лица
Шейн Виззарион, Ролан Бойер
- Описание
предшествующие эпизоды - [13.04.1082] Не из роз, [13.04.1082] Всё не сказанное
Отшумела свадьба Его Величества - пожинайте плоды! После грязных поздравлений отмывается весь город, включая мирданскую тюрьму. Одни слухи перебивают другие, а за ними тщательно скрывают горькую правду - Виззариону снова утёрли нос, а за его спиной продолжает зреть старый заговор, который молодой монарх, руководствуясь личными мотивами, не задушил в колыбели сразу, как появилась такая возможность. Но плакаться поздно, нужно что-то решать. Анри убит в своей темнице, так и не дождавшись ссылки, а Виктор снова на свободе и скрылся в неизвестном направлении. Информация доходит до Императора с запозданием и оттого ещё "слаще" послесвадебный подарок монарха. Шейнир выглядит слишком спокойным, хотя, казалось бы, известия должны были встревожить Камэля. Первые приказы отданы, все силы брошены на тайные поиски клятвопреступника и убийцы Мирры; тревога растёт в императорской семье. Император тем временем посылает слугу к Бойеру с приглашением на приватный разговор в стенах дворца.

0

2

Стоит ли говорить, что Ролан был оскорблён? Он, поставивший на кон всё, чем дорожил, по завершению дела (не совсем удачного для него), получил приглашение не на личную аудиенцию, а на Фойрров допрос! И пусть логика старалась объяснить и оправдать поведение монарха. Она его объяснила, но не оправдала. Безусловно, Виззарион не мог знать, что Бойер не играл на две стороны, как ему предлагалось Виктором, но, Бэлатор! Шейн и так наломал дров в общении со своим вассалом, а Ролан был далеко не из тех, кто подобно верному псу служит своему хозяину, даже чувствуя, что хозяину он вообще не сдался. Охранять государя, пока тот приходит в себя, развлекается с молодой женой и пожинает плоды своей нерешительности? Оставьте это Харуке. Ролану бы свою жизнь наладить. И, к слову, порой у него возникала мысль, что, возможно, зря он не поставил на Виктора – проворный оказался старик. Своего не добился, но насолил всем знатно, и ещё насолит. А, быть может, и свергнет Виззариона, в конце концов. Фойрр его знает.
   Князь как раз сидел и думал над письмом к Саре, когда в его дом в очередной раз прибыл гонец. Его Величество Шейнир желает видеть своего Первого  Советника. Сейчас. «Ого! И года не прошло!» - мысленно скривился Ролан. Мальчишка решил вспомнить о том, кто должен был быть его правой рукой. Что, эта карикатура на мужчину, приставленная Старейшинами, уже не может удовлетворить мальчишку? Или у государя очередная «миссия» для бордельщика?
   Хах.
   Бойер не торопился. Не пристало придворному, да ещё и аристократу появляться перед своим владыкой в мыле, не правда ли? Посему  Ролан расслабился, опустил поводья и позволил коню нести себя, любимого, в логово самого глупого политикана, которого только видела история Северных Земель. Хотя, возможно, Ролан был неправ и в нём говорила обида. Но что поделать? Злопамятность никто не отменял, а заручиться дружбой вампира Шейн не потрудился. Да и плевать.
   По прибытии его сразу проводили в тренировочный зал. «Меня вызвали для спарринга?», - мелькнула шальная мысль. – «Какая честь», - усмешка скривила губы, но тут же исчезла. В зал Ролан вошёл с привычно непроницаемым лицом опытного придворного. Церемониально поклонился, приветствуя Шейна.
   - Ваше Величество.
   И посмотрел «Величеству» в глаза.

+2

3

Фрагменты прошлого, как шрамы – от них не избавиться. Можно замаскировать магией, скрыть под ворохом одежды, но не вычеркнуть из памяти. Виззарион помнил день смерти матери и Арники слишком хорошо. Оставшись в тронном зале один на один с воспоминаниями, фехтуя, вовлечённый в потоки перекрёстных мыслей, он иногда забывался. В такие моменты ему казалось, что он повторял те же самые движения, что и в поместье, вторя себе прошлому, и каждый раз его меч упирался в невидимый выставленный блок Виктора. Он сражался с невидимым противником, которого ненавидел сильнее, чем старшего брата вместе с Иль Хресс.
Шейн признавал свой промах. Поддавшись эмоциям, он оставил Виктора в живых. Мальчишеский и абсолютно бесполезный поступок. Чего он пытался этим добиться? Что доказать? Он должен был прислушаться к Харуке, когда тот просил его убить Виктора вместе с остальными предателями, а не держать его подле себя. Он не пёс, а змея на цепи. Его невозможно удержать, а яд, накопленный им в дни заточения, Виззарион получит через последнее, что ещё представляет ценность для него.
- Элен..
Сконцентрироваться. Прочувствовать потоки воздуха в комнате. Взять их под контроль и сосредоточить вокруг лезвия меча для дополнительного урона. Невообразимо сложно сконцентрироваться и применить на практике то, чем раньше никогда не пользовался. Он вспоминал Виктора, каждый его шаг, выпад, блок. Пытался повторить, но не был и вполовину таким же проворным и быстрым. Недоставало опыта. На практике, когда не даётся второй попытки, он осознал, насколько бесполезны уроки фехтования во дворце. Они не учат обороняться и наступать. Его навыки оказались бесполезны против Виктора, и к новой встрече с ним он не станет сильнее, а Силиврен наверняка успел изучить его. И к новой встрече он будет более подготовленным. Он больше не проиграет мальчишке и его свите. Харука не мог выстоять против него.
- А на что рассчитываю я?
На быструю и безболезненную смерть. Выпад. Потоки маны разрушились – потерял концентрацию и не смог удержать заклинание. Он сохранял внешнее спокойствие, но в мыслях отдавал себя разговору с Харукой. Элениэль ещё не знает о том, какую ошибку допустил её брат, не знает о том, что убийца её матери снова на свободе. Плевать на Анри – ему повезло немногим больше, чем остальным, завязанным в игре. Умер раньше, чем отправился на рудники приносить пользу Северным землям.
- Виктор…
Кто-то помог ему сбежать. Они поймали не всех его сторонников – их упущение. Где искать ещё одну крысу? Шейдов отстранили, с семьи Ариго и Бойера сняты все подозрения. На первое место вышли люди из тайной канцелярии. Подорванная репутация Карателя и его людей им на руку, и Арратс, имеющий прямое отношение к теневой части Северных земель, вместе с Иль Хресс, похитившей принцессу, пробуждает в нестабильном разуме подозрения. Виззарион медлит с приговорами. Спешка не поможет глупцу мыслить быстрее и качественнее; сделать неправильные выводы он всегда успеет.
И голодный бунт от горожан. Чем меньше у него сторонников, тем слабее власть. Если он не решит этот вопрос в ближайшее время, то Виктор окажется наименьшей проблемой Виззарионов. Как убедить Гренталя в том, что ему выгодно увеличить поставки крови? Заслать к нему Иль Хресс с демонстрацией голодной вампирской силы? Не смешной вариант.
Ему доложили о прибытии Бойера, как только он пересёк главные врата дворца. Виззарион не отвлёкся от тренировки, пока не услышал отчётливые шаги вампира.
- Ваше Величество.
Шейн обернулся, опустил меч и ответил вежливым кивком на приветствие вампира. Слуга, вошедший в тренировочный зал следом за Роланом, бросил вопросительный взгляд на императора; Виззарион показал ему на меч. Слуга подошёл к советнику и, поклонившись, протянул ему полуторник.
- Составишь компанию?
Он позвал его не ради этого, но переходить сразу к делу не спешил. Виззарион жестом отдал приказ слуге, тот, выполнив свою функцию, оставил вампиров наедине.
- Боюсь, что в последнюю нашу встречу я не успел рассмотреть Ролана Бойера в деле, - Виззарион слабо улыбнулся, смотря на советника. В схватке с Виктором Ролан продержался недолго, что несколько удивляло императора. – Я наслышан о твоём умении вести бой.
Его историю о стычке с Анри знал каждый, в нескольких вариантах, где победителем был то один то другой. Камэль видел Бойера в деле под другим углом и его слова могли прозвучать, как насмешливый укор, но он отнюдь не пытался оскорбить советника. Против Виктора они все пустое место, как и против Кречета.
- Надеюсь, не откажешь мне в удовольствии испытать свои силы.

+1

4

- С удовольствием, - непринуждённо отвечает вампир и берёт протянутый ему меч.
    Бойер делает шаг навстречу и тут же леденеет, мысленно ощерившись на слова Императора. Не видел он его в деле! А чья это заслуга, простите? Семейства Виззарион, вестимо. Сначала недалёкий монарх оглушает собственного союзника, лишая того преимущества перед врагами, а потом врывается Мирра, точно полоумная курица, стремящаяся спасти своё яйцо. О мёртвых плохо не говорят, но если бы не её необдуманный поступок, всё ещё могло сложиться иначе. И Ролан бы не вспоминал потом этот день с неизменной злобой - Князь не любил проигрывать. И особенно не любил, когда его насильно выводили из игры.
   Тем не менее, он склонил голову, мимолётно улыбнувшись, принимая слова Виззариона.
   - Почту за честь, - церемониально поклонившись, Ролан приготовился к бою.
   Он никогда не видел, как Шейнир владеет оружием, и теперь у него была прекрасная возможность исправить этот пробел. Право первой атаки предоставили Князю. Чтобы опробовать противника, Бойер сделал нехитрую атаку в голову, двигаясь стремительно и чётко.

+1

5

Результат броска на атаку Ролана

37(+10) - неудача, но без увечий и травм. Ролану не удаётся нанести удар Виззариону - тот успевает уйти от атаки. Оба вампира целы.

0

6

Свои силы Шейн испытал за пределами зала – в сражении с Виктором. Этот опыт владения мечом и своим неумением вовремя парировать удар и наносить действенные атаки он впитал с собственной кровью и двумя смертями. Тренировочный бой с Бойером не предполагал серьёзных ран, если не считать самолюбия вампиров. Виззарион ценил не сам факт победы, а опыт, который мог почерпнуть в дуэли – чему-то Силиврен успел его научить до того, как оказался в кандалах. Мальчишеский азарт в подходе к делу остался в прошлом. Парень не забыл, что пригласил советника с определённой целью, и к сражению на мечах она имела косвенное отношение.
- Успеется.
На принятое предложение Камэль ответил лёгкой улыбкой. Он знал, что Бойер не откажется от дуэли – подёрнутое его репликой самолюбие не позволяло ему отступить, не попытавшись продемонстрировать силы дерзнувшему мальчишке. Император не переоценивал свои силы; у Ролан, если верить всему, что о нём говорилось за и в пределах дворца, опыта значительно больше (и речь не о постельных делах). В фехтовании советник славился быстротой и чем там ещё? Умением играючи выйти из любой ситуации. В поместье его лишили этой возможности. Двух заклинаний на голову одного вампира оказалось слишком много, но не Шейну судить о его возможностях. Виззарион предоставил вампиру прекрасную возможность безвозмездно разукрасить императора в качестве компенсации за подорванное доверие – грех не воспользоваться. Камэль не забыл махинации с его сестрой и действиями за его спиной.
- Честь? Признай. Тебе просто зудит раз съездить мне по смазливой роже за позор и неприятности, которые я на тебя вылил с подозрениями в сговоре с Виктором.
Соблюдая церемониал, Виззарион учтиво склонил голову, избегая пафосные поклоны с изысканными прогибами спины – к чему этот фарс? Крепко перехватив рукоять меча двумя руками, вампир занял позицию: клинок направлен кверху и вперёд, перед собой, лезвие закрывает грудь и лицо, яблоко на уровне низа живота. Левая нога впереди, правая сзади. Право первой атаки он отдал Бойеру, как гостю и более опытному противнику.
Вдох-выдох. Шейн внимательно следил за противником, готовясь к его атаке. Он помнил, что основным оружием Бойер является всё же рапира, а не меч, и как он справится с полуторником – вопрос тренировочной дуэли. Впрочем, и во время неё можно нехило отхватить и с затупленным лезвием у меча. Его учителя жалели, будет ли советник или отомстит ему за все мирданские шишки?
Ролан был быстрым, но атака, лишённая манёвренности, выглядела как пробная подачка со стороны советника. Что это? Не пытался завязать что-то похожее на настоящую дуэль, опасаясь сбить с головы Виззариона венец, или это настолько тонкий и ловкий ход, который зелёный в фехтовании парень не оценил по достоинству?
Камэль присел, парируя атаку советника – лезвие меча Бойера прошло над его головой, избавляя мальчишку от перспективы неприятного и продолжительного звона. Если бы ему не удалось увернуться – это было бы фойрровски больно отхватить в первые секунды сражения. Об этом он подумает потом. Пользуясь открытостью советника, Виззарион сделал шаг вперёд с правой ноги, нацелил наклонный удар (от правого плеча) сверху вниз на кисть вампира обухом меча с целью его обезоружить.

+3

7

Результат броска на атаку Шейна

52(+10) - удача с большим трудом и возможными тяжелыми увечьями. Виззариону удаётся удачно провести атаку и выбить меч из рук Маджере, но император был немного неосмотрителен, поэтому открыт для возможной атаки советника.

0

8

Мир решил не переставать наваливать до ста новых забот каждый рассвет, что Авель проживал, и легче они не становились, но всё же он успел за этот день больше разных дел, чем за пять предыдущих. Алекто и несколько проверенных агентов покинули столицу в первые же часы, как известие о побеге Виктора выползло из подземелий, следуя по свежему следу морскими и сухопутными путями и поднимая информаторов птицами, летящими впереди них. Авель же, узнавший о гибели Анри среди первых (спасибо Алекто, а не новому начальству), ещё до вызова на ковёр уладил все свои щекотливые дела, а после занялся обходом известных ему злачных мест с рассаженными по ним "сороками", собирая слухи. Конечно, опасность, вновь нависшая над семьёй, от которой, заявись Силиврен во дворец, придётся оборонять всех их в том числе и ему, не снимала груз с его плеч, но по крайней мере он перестал сгибаться под всей этой "радостью". В гудящем как улей городе, в котором опять гоняли челядь вместо того, чтобы кормить, а так же среди аристократии, на слуху было очень мало про принцессу, чья пропажа поставила на уши всех ещё накануне, и совсем ничего о нём самом. Подарок от начальства, как намекнул Лэно, чтобы легче было передвигаться по городу. Авель слабо представлял себе, как магу и его подопечным из южного города удалось промыть мозги каждому длинному языку, но это действительно было неоценимой помощью для него, особенно для улаживания некоторых щекотливых вопросов в пользу Элен. Последней задачей в планах до заката был визит к леди Анри, но как назло Авель не смог найти слуг или членов Дома Белого Лотоса, знающих, где их новая и единственная хозяйка, а заходить в бордель Бойера, где её нашли после допроса, ему было слишком противно. Он всё ещё чувствовал объятья Элен на теле и не хотел терять это ощущение в пробуждающих не очень приятные воспоминания местах вроде этого.
Изрядно утомившись за начавшийся уже после полудня световой день, Авель вернулся во дворец к завтраку, утолил голод, жажду, и отправился в малый кабинет отца, располагавшийся прямо над тронным залом, чтобы занять себя чтением книги, подсказанной ему Алекто. Для работы с бумагами эта комната подходила мало: её небольшой размер и близость к залу и ложе для музыкантов делали шумы слишком заметными. Зато малый кабинет отца идеально подходил для приватных переговоров и одновременных наблюдений за торжественными церемониями. Отсюда нередко начинали путь Эльдар и Мирра, если учиняли маскарад и желали до поры остаться не узнанными, отсюда из-за занавесей глядели в узорчатое окно, бесшумно выходили и, обогнув по балкону периметр зала, возникали на изящных лёгких лестницах из металлического витья подобно вампирской молодёжи, но не хозяевам торжества. Здесь царил запах книг, пыльной ткани и старой кожи, не было камина, и комната больше напоминала небольшую личную библиотеку. Для Авеля это был запах раннего детства, в которое он, ещё до рождения Шейна, занимался один с учителями из города или гильдий, коих не следовало водить в жилое крыло, либо, изредка, с отцом, помогая тому в делах или, скорее, отвлекая от утомительной бытовой стороны власти. Ему было привычно и удобно зажечь магический светильник, откликавшийся на его силу мягким золотом почти настоящего огня, неформально развалиться, протянув ноги наискось и свесив обувью с края обитой и наваленной ко всему сверху подушками софы, и углубиться на пару часов в чтение, пусть даже бастард не помнил, когда в последний раз делал так.
А ещё для него было привычно здесь засыпать.
Из дрёмы с книгой на груди его выдернул отлично достигающий кабинета звук из зала. Звук стали.
Авель вскочил на ноги, откладывая книгу, ещё прежде, чем увидел просвет между занавесями, защищавшими от любопытных глаз окно и помещение изнутри. Он не ожидал сегодня никаких мероприятий, хоть и не был уверен, поздно или рано сейчас. И, тем не менее, на уровне перил мелькали светлые, но, увы, лишь буквально головы…
- Да они озверели! – сам себе, пусть и достаточно громко, сказал Авель, увидев атаку, и резко хлопнул дверью, понимая, что просто не может не вмешаться.

Сбоку и сверху от дуэлянтов, которых, впрочем, даже тактичный Авель был готов обозвать хренолянтами или даже погрязнее, хлопнул, посылая эхо по залу, витраж-дверь.
- Стойте, безумцы! – раздался непривычно резкий и низкий для Ворона (так ведь спросонья, горло не промочив) голос, и тут же в пол ударило синее с золотистой сердцевиной, не обжигающее, но разогнавшее воздух тёплыми волнами заклинание. Лихо перемахнув через перила балкона, на эту тёплую подушку падал, чуть сгруппировавшись, колдун. Горе-колдун, на самом деле, потому что сам до фокуса лет через сто догадался, но не суть. Авель учился колдовать спонтанно и не имел времени, чтобы семенить по лестницам. Нужно было срочно дать благородным господам по подзатыльнику и очумелым рукам, пока они не попробовали друг друга прикончить снова развлечения ради.
- Вы же только недавно перед госпожой Сэлтэйл клятвенно божились, что не собирались убивать императора, Ролан-синсу! – выпрямляясь на ногах, процедил Авель. Лицо его не демонстрировало ярости или отвращения, но недоверчивый прищур ничего не скрывал: бастард смотрел на лежащий на полу меч, на Шейна, на его оппонента, снова на меч, и явно затевал порку, как минимум словесную. – А теперь верхние удары длинным мечом без шлемов? Острых ощущений в жизни не хватает?
Авель обратился к Его Императорскому Идиочеству, которое, впрочем, и раньше тревожно оглядывал, убеждаясь, что Шейн цел.
- Или я прервал дружеский обмен грязными приёмами и помешал героическому ответу в пах с ноги?
Конечно, бастарда можно было упрекнуть в несоблюдении этикета, но дело-то было серьёзное. Слуга в углу засуетился под жёлтым взглядом за принесённой стойкой, явно отыскивая тренировочную защиту, положенную при бое на тяжёлом оружии. Заточенные или нет, а длинные мечи не за острие жалуют, а за режущие и рубящие качества.

Синее пламя - 35 маны

Отредактировано Авель (2016-02-22 14:02:18)

+3

9

Удивление. Нельзя сказать, что шибко приятное, но терпимое. Будь это настоящая дуэль, Ролану пришлось бы нелегко. Впрочем, будем честны: будь это настоящая дуэль, то и первый удар оказался бы совсем не столь очевидным.
   Князь отступил назад, разрывая дистанцию, когда оружие ловким манёвром было выбито у него из рук. Неплохо. Совсем неплохо. Вместо побных, разминочных приёмов Виззарион сразу показал, что с ним не нужно играть. Хорошо. Пусть будет по-твоему, государь. Хотя быть обезоруженным на первых же секундах… Такого с Роланом ещё не случалось. А если и случалось, то было это давно и неправда.
   Факт обезоруживания неприятно кольнул самолюбие вампира, но камэль лишь улыбнулся, одобрительно и снисходительно одновременно.
   - Добро, - кивнул он, с новым интересом посмотрев на Шейнира. Возможно, мальчишка был не так прост, как казался на первый взгляд, и Ролан его недооценил. Что ж, тем любопытней будет посмотреть, где потолок его способностей.
   Но продолжить им не дали. Ролан вскинул правую бровь, когда на пороге тренировочного зала оказался бастард, сопроводив своё появление магическими спецэффектами. Этот-то что тут забыл? Князь его даже не заметил, а по словам вампира выходило, что он тут с начала поединка. То есть… уже минуту как. «Непорядок», - мысленно нахмурился Бойер и поднял упавший меч.
   - Ваша наблюдательность не имеет границ, - любезным тоном ответил вампир, когда ублюдыш закончил свои излияния. – Но не судите по себе, Авель-синсу. Столь очевидный и неблагородный удар подходит больше для уличных потасовок среди челяди, а не в тренировочном бое с Его Величеством, Вы не находите? И прекратите плеваться огнём, мы в помещении, в конце концов.
   Если этот выродок видел атаку Ролана, то должен был понимать, что Бойер не собирался дробить голову монарха. Да и разве похож он на идиота-смертника, который проникнет в дворец, с желанием чуть ли не прилюдно уничтожить действующего правителя? Если бы Князь хотел это сделать, он сделал бы это иначе, и уж точно не своими руками. Да, Авель, я был более высокого мнения о твоим умственных способностях. Никак не ожидал глупого недальновидного солдафонства.
   Потеряв интерес к бастарду, Ролан вновь обратил своё внимание к монарху. В глазах его был невысказанный вопрос: что дальше, Ваше Величество? Продолжим спарринг или..?

+3

10

Выбитый меч, как маленькая мужская приятность для зелёного юнца. Сбрасывать со счетов партнёра Виззарион не торопился. Он ожидал от Бойера удара и сближения, но не разрыва дистанции. Отсутствие меча не делало бордельщика абсолютно безоружным – руки и ноги в купу с головой ему на что? На его месте Шейн поступил бы иначе, обыграв наличие длинного меча у своего противника в свою пользу, но, возможно, он чего-то не понимал в боях в силу своего малого опыта, поэтому не смог сообразить, что дальше намерен был предпринять его советник. Отсутствие предсказуемости, как и простота действий, могут спасти жизнь в настоящем сражении.
Камэль отступил назад и опустил меч, занимая нейтральную позицию, не расположенную к продолжению боя. Парень легко улыбнулся и показал советнику взглядом на его выроненный в пылу сражения меч. Это учебный бой и не попытка показать, кто и на что горазд, несмотря на отличную возможность припомнить Бойеру его косяк с принцессой, зная, что за это ему ничего не будет. Он позвал его сюда не для поднятия самооценки или попытки что-то и кому-то доказать.
- Не ожидал, что это закончится настолько быстро.
Тайная канцелярия пожаловала. А он надеялся, что разговор с Роланом будет приватным. Вампир перевёл взгляд на брата – как упустил? Авель, несмотря на все их разногласия связанные с Элениэль, отцом, властью и прочим, что делят между собой сыновья Эльдара, предпочёл вмешаться в процесс и отвесить обоим по братскому подзатыльнику. Остался бы в стороне – получил бы отличное шоу с побитым младшим братом; сам ведь не мог. Не в силу умений – их у него, в отличие от Шейна, хватало, как и опыта, а фойрровых слухов, которые поползут как в стенах дворца, так и за ними.
Виззарион махнул пару раз рукой, разгоняя невидимые клубы дыма. Магу-стихийнику его направленности наличие огненных спецэффектов дорого обходилось – воздухом. Он мог предположить, как со стороны смотрелся выпад Бойера и каким боком он бы ему вышел, не успей император увернуться или подставься по неопытности и неосмотрительности под удар. Авель вспылил по делу, но Шейнир отнёсся к происходящему ровно никак – внешне оставался спокойным и неуместно улыбающимся, как двух голых девок у речки повидал впервые, а не чуть не отхватил по пустой голове мечом.
- Этот приём мы отработаем, когда у Ролан-синсу появится наследник, - хохотнул Виззарион. Продолжения драки не планировалось, но Виззарион к своему удивлению стал свидетелем словесной дуэли, а это зрелище ценнее всех ареночных боёв. Когда ещё ему выпадет такая честь лицезреть двух дуэлянтов и разгневанного тупостью Ворона? Занимая место удобнее, Шейн сел на пол, скрестив ноги и возложив меч перед собой – надобность в нём отпала, продолжения спарринга откладывалось на неопределённый срок, а Виззарион подумывал о том, чтобы послать служку за фужером вина и бокалом – на сухую смотреть и слушать не столь интересно и совершенно не лестно. Он сделал рукой вольный жест, обозначающий что-то в роде «продолжайте-продолжайте» и следом подпёр щеку кулаком, занимая наблюдательный пост.
- Если вы закончили.. хотел бы напомнить, что на нынешний день у нас есть проблемы важнее того, насколько правильно было в сложившейся ситуации Бойера, – он намеренно не использовал уважительного обращения, избавляя себя от надобности соблюдать нелепый церемониал, - использовать подобный удар в учебном бою с императором.
Веселье и лёгкость, с которыми он начинал беседу с советником и братом, утекли до того, как он открыл рот. Отрешённость, с которой он вёл дела в последние несколько дней, в купе с задумчивостью, сменилась последствиями перегоревшей апатии.
Парень поднялся на ноги, подобрав меч, прошёл к служке, не обращая внимания на двух вампиров, к которым обращался.
- Свадьба императора - дар помилования для одного и казнь для другого.. – он отдал меч мальчишке, но так и не обернулся, стоя спиной к вампирам. Имел в виду одних вампиров, а мысленно провёл ещё одну параллель между Элениэль и Мередит.
Жестом он выгнал из зала слугу; не за вином, а чтобы лишних ушей не было.
Виктор сбежал. Анри убили. Думаю, об этом ты уже проинформирован, - флегматичный взгляд через плечо был адресован Авелю. Шейнир предполагал этот разговор на него и Бойера, но раз Арратс изъявил желание присоединиться к ним и волею судьбы оказался в том же месте, пусть так.

+3

11

Очень хотелось закатить глаза, или спрятать рукой с глаз долой этих молодых петухов, или съездить, наконец, Бойера по его самодовольной роже. Также Авель мог молча удалиться и показать  зарвавшемуся аристократику силу верно составленной кляузы, но тогда он бы унизил себя… в глазах себя, как минимум. Похоже, Ролан слабо представлял себе, в каком уязвимом положении он оказался. Да, обвинения в покушении на императорскую семью с него были сняты под официальные извинения мага Лэно, но Анри перед смертью успел сказать, что продал бордельщику свою собственную сестру на неких условиях. Причём он не врал, его всегда вытрясали с псиоником. И теперь, когда перерезанная глотка этого выродка никогда уже не сможет заговорить на очной ставке, задница Ролана в руках пострадавшей леди. Её старались не трогать, и ах, как жалел Ворон, что не переговорил с ней ранее вечером! Знание позиции Сарэлет Анри ему очень бы пригодилось. Хотя… даже если наследница Дома Белого Лотоса соизволит простить заговорщика, заявит, что это было укрывательство, подтверждая песню Бойера, ситуация сама по себе – скандал и оскорбление чести и достоинства благородной особы. За то, что он не приютил преданную братом девушку на кровати из мягких подушек и лепестков, по голове Бойера весь Совет со Старейшинами проедется.
- Я нахожу, – с нажимом ответил Авель, решив оборвать пафосное хамство аристократа прежде, чем он найдёт что-то ещё отвлечённо остроумное, следом за шуткой про огонь, – что вы выбрали не то место и не ту аудиторию, чтобы хамить вместо вежливых разъяснений. Я всё ещё в праве и правде немедленно сопроводить вас в уже знакомое вам подземелье и пригласить туда леди Анри для выяснения обстоятельств "сделки" между вами и Архелем Анри, согласно которой вы до месяца содержали её персону в борделе в ненадлежащих условиях и, по слухам, заставляли заниматься недостойным благородной леди трудом.
"Пожуй-ка это, сладострастная беспечная свинья. И ты Шейн, подумай, с кем шушукаешься вместо меня или Харуки", – подумал Авель, переводя взгляд снова на брата. От взаимного обмена ядом ему на душе было гадко, и именно поэтому зачастую на приёмах, которые ему доводилось посещать, он принимал позицию наблюдателя. Отхватить ушат завуалированных оскорблений как минимум за происхождение – то ещё удовольствие.
- Прошу прощения за вмешательство, Ваше Величество, однако с Вашей стороны крайне опрометчиво тренировать любые приёмы без защиты. Никакая чистейшая родословная ещё не сделала ни одного вампира неуязвимым подобно богу. Да, о смерти Археля Анри мне известно ещё с рассвета прошедшего дня, наша служба допросила всех возможных очевидцев и идёт по следу. Я наблюдаю за событиями внутри дворца, риск, что Силиврен может повторить расправу ещё наглее, чем раньше, велик.
Авель не лукавил, но задай ему кто вопрос, какими он средствами это делает – засыпался бы и замялся. Авель знал тайные ходы жилого крыла и слуховые лазы в некоторых публичных помещениях, но шептать о них по секрету всему свету не собирался. Как минимум, чтобы сохранить их тайну с Элен: одна из частей подземелья хранила цепочку следов от её семенящих шажков.
- Если вы оба соизволите устранить угрозу жизни друг друга во время тренировки, – он кивнул на увесистые стёганные куртки с пластинами и шлема на стойке, – я оставлю вас наедине и прослежу издали.
Могут погадать, где так хорошенько Ворон прятался и откуда следил за ними, пока на деле спал. О, и ему стоило прибрать за собой компрометирующую его занятия книгу.

Отредактировано Авель (2016-03-04 00:38:18)

+3

12

Один я в белом плаще стою красивый. (с)
   Комментарий Его Величества остался без ответа – отвечать на подобное можно было кому угодно, но только не Императору. Особенно, когда у вас столь неопределённые отношения. Хотя Ролан сказал бы, что они «натянутые», а не «неопределённые». У каждого имелись претензии друг к другу, и ни один из них не собирался идти на сближение и сглаживание возникших недоразумений. Ролан страдал излишней гордыней (пожалуй, глупой в данном случае), а Шейнир… Впрочем, не будем об этом. Главное, что реплику Виззариона пропустили, а вот очередную «обличающую» тираду Авеля (и это Хару считают занудой!) оставить без внимания было сложно – хотел того бастард или нет – конечно, хотел! - но он задел больную мозоль. А Ролан не привык оставлять подобные ситуации без внимания.
   Повернувшись к Арратсу степенно, с большим достоинством, мужчина с долей любопытства посмотрел на ублюдыша, смерив его с ног до головы оценивающим взглядом, остановился на его одноручном мече, потом вновь повернулся к Шейну, слегка поклонился, как бы заранее прося у монарха прощения, а после взял уже ненужный полуторник и с командой: «лови!» - легко бросил его бастарду. Замерев на секунду, он удовлетворённо кивнул, оценивая результат, и с гаденькой улыбкой произнёс:
   - Вот. Теперь всё на своих местах.*
   Благо в этот момент встрял Виззарион, иначе неизвестно чем это всё могло закончиться. Ролан равнодушно посмотрел в сторону, закладывая руки за спину.
   Император переходил к делу, ради которого он, собственно и вызвал Первого Советника. Что ж, замечательно. Жаль только, что поединок закончился так быстро и Князь не успел отыграться. Но ничего, успеется.
   Новость о том, что Виктор сбежал, а Архель убит… Не вызвала должного удивления. Ролан воспринял это как что-то настолько логичное, само собой разумеющееся, что оставалось лишь удовлетворённо хмыкнуть и пойти дальше. Виктор оправдал ожидания, и теперь все они оказались в довольно щепетильном положении. Вампир отомстит каждому – в этом не стоило сомневаться. Не сейчас, но позже, выждет время (благо, оно у него было) и ударит тогда, когда никто не будет этого ждать. Виктор умён и крайне опасен. Шейн проявил потрясающее скудоумие, оставив старика в живых. Но теперь об этом поздно было уже говорить.
   А то, что Археля убил не он, было немного грустно. Даже не по его приказу. Жаль. Вырвать клыки этой гадюке было бы приятно, очень приятно. Но одной проблемой меньше. И для него и для Сары. Хотя Бойер не поручился бы предсказать реакцию Анри на весть о смерти брата – что ни говори, но она его любила, пусть бордельщик и не мог этого понять.
   «Велик? – подумал Князь, слушая Авеля. – Он не просто велик. Месть неизбежна». И удивился собственному равнодушию. А после закатил на секунду глаза, услышав последнюю реплику Арратса. Угроза жизни. Ничто не угрожало жизни Императора, и если говорить откровенно, то даже защита спасала не всегда. Но не будем спорить: в целом, нацепить на себя защиту было разумно, что ни говори.
   Ролан продолжал молчать.

*Отсылка у тому, что полуторный меч у фехтовальщиков так же известен как «бастард».

Отредактировано Рейстлин (2016-03-05 11:23:56)

+2

13

Умение слушать – наше всё. Виззарион наделал достаточно ошибок сгоряча, со своим дурным и зачастую несдержанным нравом, но он учился на своих ошибках. Пытался во всяком случае. Он не вмешивался в перепалку брата с советником, но внимал каждое сказанное Вороном слово и молчание Бойера в ответ.
- Задел, да? – мысленно ухмыльнулся вампир, но не стал выказывать своих соображения на счёт грязных игр Анри и Бойера.
Оба погрязли в грязи настолько, что не могли придумать себе годного оправдания. Архель сказал достаточно для того, чтобы Ролан понёс наказание за проступок с леди Анри, но теперь, к сожалению или радости императора, один из болтливых свидетелей кормил червей в земле. Сестрица покойника не пыталась добиться наказания бордельщику, на что имела полное право, исходя из тех условий, в которые её поместил Бойера. У него была возможность выйти из этой ситуации красиво и благородно сразу, как только девушка оказалась в стенах Замка Утех, но он затеял игру, светившую ему разодранным боком. И на что он надеялся, укрывая её? Ссылался на защиту? Что смог бы сделать Анри, если бы о его происках узнали в верхушке? Он оказался бы на скамье раньше, чем с головы Сарэлет упал бы волос, а она – под надёжной защитой, вдали от опьянённого не доставшейся ему властью брата.
Игры с девушками за спиной у императора входили у Бойера в привычку. Сара. Элен. Кого ещё он будет «укрывать», нарушая закон и морали вместо того, чтобы поступить так, как того требуют правила? Виззарион сам не отличался умением следовать правилам, нарушал и за это поскользнулся на собой же разбросанной банановой кожуре, не эпично заскользив на императорской заднице по каменным ступеням самой высокой мирданской башни. Императорский зад или нет, а падать с лестницы одинаково больно. Шею не свернул – повезло.
Он не отреагировал на завуалированное оскорбление Ролана. Авель с этим в состоянии справиться самостоятельно. Грязная вианская кровь, доставшаяся ему от мамочки, в понимании Шейна, никогда не была его минусом. Происхождение закалило его сильнее, и это пошло бы в плюс будущему монарху. Он умел выбираться из любого дерьма самостоятельно, с детства. Шейна учили тому, что дерьма кругом нет. Это выдумки челяди, а кругом ромашковое поле, где он, аки мессия, дарует сказочный мир своему народу. Этот миф развеялся с первыми самостоятельными вылазками в город, а показательная демонстрация в день свадьбы – прекраснейшее напоминание о том, что в государстве всем заправляет не император, а народ. Против толпы не попрёшь, а если и попрёшь, то завершишь путь где-то под забором, без головы и с пикой в заднице, вполне заслуженной.
- Я идиот, - Шейнир равнодушно пожал плечами в ответ на замечание брата, - и этим я не сделал открытие ни для кого в этом зале, как и за его пределами.
Минутка самоиронии.
- Но мне хватает мозгов понимать, что ситуация с Сарэлет, как и попытки помериться.. – он демонстративно смахнул невидимую пыль с пояса, - мечами, должны стоять на несколько ступеней ниже, нежели проблемы, которые нам создаст сбежавший Виктор. Я не настолько люблю себя, чтобы единолично считать, что сбежал он исключительно ради того, чтобы потеснить меня на троне и забрать мою голову, поэтому, если вас двоих всё же заботят собственные жизни и благополучие их родных, я был бы вам весьма признателен перейти в данном случае от слов с оскорблениями и попыток набить друг другу морду, как не подобает лордам, к обсуждению планов на нынешнее развитие событий.
Шейн коротко кивнул на слова брата. Удар Виктора очевиден, но каким он будет в этот раз, как и кто стоит за его спиной – открытый вопрос. Они полагали, что с его заключением уладится главная проблема, но голодный бунт у ворот – меньшее, что их ожидает. Они срубили вершину айсберга, когда большая его часть оставалась под водой и медленно поднималась на поверхность.
- Не нужно. Я думаю, что с Бойером мы уже успели выяснить, кто и как крепко держит меч в руке, - о, нет. Это не попытка оскорбления. Мысли Камэля занимали другие проблемы, не связанные с тем, как больно и унизительно кольнуть вампира. Пусть этим занимается Авель, у него прекрасно получалось вгонять советника в тупик своими обоснованными обвинениями. Шейн не удивится, если ему удастся уговорить леди Анри дать показания против Бойера. Этот сможет. – Вижу, что известия тебя не удивили. Полагаю, ты располагаешь большей информацией, нежели я предположил, - он скосил взгляд на вампира и следом обратился к брату: - Наглее? У тебя есть соображения по поводу, как он может провернуть очередное покушение?

+2

14

Авель вовсе не был невозмутимым, и куда больше любых, самых тонких упрёков, его выбешивала откровенная глупость (как в случае с братом). В мире существовал сто и один способ вывести Ворона из себя, но только вот именно удары по его чувству собственного достоинства туда лет этак… да, пожалуй что сто и будет – не входили. На больном вопросе происхождения и статуса у него была такая адамантиева броня, что Ролан Бойер скорее бы состарился, чем заставил бастарда бросить кинутый меч, который тот перехватил, не стараясь, за лезвие у гарды и окропил своей кровью притупленный, но всё-таки стальной тренировочный клинок. Шутки за триста-а-а!..
- Детский сад… – тихо прокомментировал себе под нос бастард, опуская меч. – Право, Ролан-синсу, знаток душ из вас скверный, придумайте что-то свежее.
Ролан его не удивил мгновенной попыткой мести за словесную порку. Удивил Шейн. Шейн, избалованное чадо, Шейн, слепоглухонемой к проблемам страны и хотя бы двора! Шейн признавал это! Одно уже понимание своего состояния стоило сотни шагов в гору под названием "достойный правитель". Удивление быстро смылось с бледного лица Авеля, но его следы остались в чуть вскинутых, а не сцепленных узлом на переносице бровях. Ему хотелось похлопать по плечу и шепнуть что-то на ухо единокровному брату хотя бы сейчас, но было не место и не время.
- Это… сложно объяснить, и я хотел бы пригласить вас на конную прогулку, чтобы прояснить некоторые свои предположения вне гулких стен. Можете захватить тренировочные мечи и – прошу – защиту, – с этими словами бастард подозвал слугу и сдал чуть опрыснутый кровью из уже заживлённого пореза меч. – Если не возражаете. Погода нынче лунная, ясная, грешно упустить возможность практики под небом в естественном свете ночи.

офф: простите, если коротко и выезд устраивает - дополню

Отредактировано Авель (2016-03-06 22:44:32)

+2

15

Если бы Ролан не перестал закатывать глаза, то сейчас, скорее всего, он бы видел свой затылок изнутри. «Детский сад? - Подумал вампир, мысленно усмехнувшись. – То же самое я мог бы сказать о ВСЕХ твоих предыдущих безвкусных выпадах. Кто тебя учил иронизировать и язвить, мальчик? Похоже, это был сапожник. Твоё желание принизить меня настолько непроходимо ТОЛСТОЕ, что его не видно разве что с соседней башни. Оттого это так смешно».
   Ролан был даже как-то… разочарован. Авель жалил, но каждый раз мимо, хотя считал, видимо, что вот он таки тот самый знаток душ, который знает, куда надо бить, дабы заставить оппонента оторопеть и умолкнуть. Блажен кто верует, как говорится. Ролан не стал продолжать эту полемику лишь потому, что ему стало скучно, да и Шейнир перешёл уже к делу.
   То, что и сам император попытался уколоть вампира, пусть, может быть, и неосознанно, вызвало улыбку. Пусть считает, что одержал победу – польстим его самолюбию. Ещё не известно, как окончился бы поединок, не появись в зале Авель, но это уже совсем другая история. А бастард пусть порадуется очередной бесплотной шпильке в сторону Советника.
   - Нет, - спокойно возразил Ролан, убирая прядь волос за ухо. – Просто это было слишком очевидно.
   Глупо было полагать, что Виктор не найдёт выхода из сложившейся ситуации и позволит держать себя взаперти. Он был из той породы змей, которых надо было сразу обезглавливать, а не ждать, когда у яда истечёт срок действия.
   А одержимость Арратса на поединке забавляла, точно неосознанно, но бастард пытался ещё и ещё напомнить Ролану о его «поражении». И хотел увидеть новое, чтобы унизить Князя, как ему казалось, ещё больше. Это было смешно, поскольку Виззарион чуть ли не в лоб сказал своему братцу, что больше не хочет драться. Но Авель не слышал или не хотел слышать. Ещё это всё можно было списать на мнительность Боейр, от которой он никогда не отрекался, но тут ведь как.
   - За стенами не меньше соглядатаев, чем в замке, - заметил Ролан. – Впрочем, если Его Величеству будет угодно…

Отредактировано Рейстлин (2016-03-07 12:27:52)

+1

16

офф

Если я опередил события, пните в ЛС

Тонкий запах крови. Виззарион скосил взгляд на брата.
- Доведён до предела?
Интересно, Харука уже занервничал, уловив запах, или бесполезное кровопролитие останется без внимания? Запах его крови Каратель знал, отреагирует на этот или останется за дверями, исполняя отданный приказ?
- Удивил? – тень улыбки появилась на лице Виззариона; реакция его брата на пламенную тираду о собственной глупости – вкусна, но здесь не время и не место заниматься попытками уколоть или удивить друг друга. Он приглашал Бойер для другого и вмешательство Авеля внесло небольшие корректировки в намеченные планы, но не изменило их полностью.
Шейн не знал ни одного места в Мирдане, где они могли бы с гарантией в девяносто процентов переговорить в спокойной обстановке, зная, что этот разговор не просочится за стены и не угодит в руки Виктора и его сторонников или других вампиров, любящих погреть уши о слухи и разнести их по городу, сея панику. Сдерживать известие о его побеге, как и смерти Анри, долго не получится – в любой момент могут вмешаться псы Силиврена и раззвенеть на весь Мирдан об очередной допущенной глупости императора. Странно, почему они не сделали этого раньше и молчат до сих пор. Какая им с этого выгода?
Камэль ответил согласием на предложение брата и распорядился, чтобы им приготовили лошадей, взяли с собой также оружие и защиту на случай, если надоест жалить языками и захочется большего. Недоверие, порождённое играми Ролана, сказывалось. Мнительный монарх, который поставил под сомнение верность бастарда в силу его происхождения и грязной вианской крови, искал подвохи там, где они были, и создавал, где не было, но ныне ставил под сомнение любое своё подозрение. Брату он доверял больше, чем Ролану, но не мог простить ему отсутствия в Мирдане и вины в смерти Мирры, которая легла на всех её детей, как кровных, так и нет. И в похищении Элениэль его матерью. Все свои претензии в адрес брата он расценивал как ревность, взглянув на них иначе. Посчитав, что она беспочвенная, Виззарион смягчился. Он был в неведении об отношениях Элен и Авеля. Каким может быть Виззарион, подозревающий связь между его сестрой и другим вампиром, Ворон знал и догадывался о последствиях.
Всю дорогу Виззарион думал о Викторе и новом ударе, который он нанесёт им своим возвращением. Это произойдёт, дураку понятно. Он беспокоился за судьбу Элениэль – она последнее, что осталось от его семьи, если не считать бастарда. Корона не так важна в сравнении с её безопасностью, но чтобы удержать бразды правления и быть готовым к новому удару, ему нужен кто-то ещё. В роли Харуки он не сомневался – вампир задержался, но успел спасти его от меча Виктора и не свершиться запланированному правосудию Силиврена. Вопрос в том, какую роль захочет отыграть его брат и Бойера. Жизнь советника оказалась под угрозой, как и всех, кто был задействован в истории со свержением, но принял сторону императора, а не Виктора. Допрос Ролана доказал, что он не работал в сговоре с Виктором и не собирался принимать участие в его убийстве, но помогал короне. После всего этого он мог изменить своё решение в пользу Виктора, чтобы обезопасить себя, надеясь на то, что Силиврен примет его, а не уничтожит, руководствуясь своими принципами.
- Ты был прав, - спешившись, разрядил обстановку Виззарион, обращаясь к брату. – Ночь лунная, но я так и не получил ответов на свои вопросы.
Которые стоило бы обсудить в компании ещё одного вампира – Харуки, но для него у Виззариона припасено другое задание, не менее важное, чем обсуждение планов на Виктора.

+2

17

"Очевидно? Ах ты ж бесполезная ты мразь. Пока ты льёшь из пустого в порожнее несвежие сплетни и ковыряние в кровях – Кречет устал ловить врагов короны, которых не расхлебать, а я и Шейн теряем на твоё самолюбование время", – раздражённо подумал Авель. Личные оскорбления-то его не беспокоили, но как же их неуместность выбешивала! Прямо хотелось взять и порезанной ладонью со столь противной аристократу грязной кровью в лицо втереть всю его же мерзость. Но насилие – признание в собственной неспособности ни смириться с существованием придурков, ни умении их мирно и умно перевоспитать. Пусть Ролану и дальше корона жмёт, кто-нибудь, какой-нибудь мерзавец вроде Рейнеке, однажды его прикончит, и будет куда правее, чем с не запятнавшим себя шлюхами, хотя и имевшим репутацию скрытого садиста Крусником.

- Среди моих сослуживцев популярна старая поговорка кровавых охотниц клана Виан: "К тому, кто много оглядывается, смерть придёт спереди", – пространно, отдалённо передразнивая пустоту и неважность речей Бойера, сказал Авель, глядя не на благородных, а свою ладонь, кровь с которой была растёрта о повод казённой лошади, на которой он ехал. – Несмотря на его настырное желание свергнуть "выродившуюся", – бастард искоса глянул на Бойера, которому прямая цитата из допроса предателя Мирры была в масть, – династию Виззарионов, я думаю, в этот раз он не будет пытаться действовать тихо – он уже заявил о своих намерениях – но подобьёт на бунт свой клан. С двумя обезглавленными, без прямых наследников в старшей семье, Домами и неясной лояльностью Чёрных Клинков Арис очень нестабильны, а мы не можем в столице порядок навести.
Авель снял с себя пояс с мечом и стал облачаться в стёганный жилет поверх своего чёрного со скромным шитьём одеяния по колено. Он затянул ремни, наручами прижимая к рукам рукава, и про себя усмехнулся, что наголенников, как обычно, для тренировок не выделяют.
- Мне ль вам напоминать, с завершением кровопролитной вражды между какими кланами началось собирание Северных земель и возвышение ныне правящего Дома Голубой Крови? – поднимая затупленный, но всё же увесистый и опасный тренировочный полуторный меч и проворачивая его в руке, продолжал Авель. Как именно безмерно пострадавший от того клан благородных белых зверей, искусных и в бою, и в ремёслах, и в магии стал и остался столь малочисленным, что даже с каждым вторым сыном в гвардии или запасах едва способен прекратить в своих владениях бунты – тоже не стоило говорить. Да, все чистокровные вампиры редко имеют в семье более трёх детей, но в отличие от высоких и кругом блестящих Камэль, чуть менее высокие и блестящие Арис и в древности, и теперь брали дисциплиной. А теперь ещё численным преимуществом к этой дисциплине.
Небольшая поляна среди ещё даже не набухших почками вишен и слив была избрана для продолжения разговора. Приличное число слуг, гвардейцы и лошади остались за освещённым хладным ликом Луны кругом, и если нельзя было доверять этому месту – не стоило доверять не только вампирам, коим поручена безопасность твоей жизни, но и сменяющей прошлогоднюю свежей траве, деревьям и самим чистым небесам.
- Итак, Ваше Величество, Ролан-синсу… у нас есть Виктор, немало уважаемый несмотря на свои выходки за пределами своего клана и в столице в нынешние времена, и Арис, которым кровь нужна для всех тренированных отрядов солдат куда больше, чем торговцам и слугам. Готовая армия под боком, часть которой уже видела расправу над своим капитаном.
Ответ, почему Авель чувствовал себя в безопасности на выезде, но нервничал в целом, особенно думая о медленно утекающем времени и спутанных следах, напрашивался сам по себе. Он искал глазами Кречета, чтобы знать , слышит ли этот, компетентный, пусть и довольно прямолинейный и честный, глава Дома Красного Солнца, вампир его слова. Повторять тревожные предположения, вложенные в уши Авеля не без помощи его нового начальника, хотелось как можно меньше. В идеале – однажды, чтобы не поднимать паники, но быть готовыми к самому скверному.
- Пока Его Величество подбирает клинок по руке…  – затягивая последний ремень кожаного с подкладкой тренировочного шлема, обратился Авель к благородному бордельщику, – Ролан-синсу – вы-то готовы?
Ворон не ждал отмашки, но и как варвар не атаковал. Его противник был выше и незначительно, но физически сильнее, при всём том, что не был избалован лазаньем по скалам и беготне за подстрекателями по скользким и грязным переулкам, как бастард. Но свою лёгкость и меньший рост Авель планировал обратить в преимущество, пусть полуторный меч был не совсем его оружием и не так уж гладко вписывался в его стиль боя. Приняв с первого взгляда расслабленную позу на расставленных не шире плеч ногах, Ворон держал одной рукой меч, а второй, чуть дразнясь, поманил противника. 

Отредактировано Авель (2016-03-12 21:18:36)

+3

18

Ночь воистину была чудесной. Ещё чудесней она была бы, будь рядом какая-нибудь милая девица, а не бастард с монархом. Саралэт, например. Но увы, Судьбе было угодно иначе, поэтому Ролан молча смотрел в сторону, думая о своём.
   Побег Виктора был действительно предсказуем, хотя казалось, что из королевских темниц вырваться невозможно. Ну, или почти невозможно. Ролану стало даже интересно, как именно старик это провернул. Да ещё и Анри устранил. Молодец! Красавец! Меньшего ожидать было глупо. И всё-таки… На стороне бунтовщика опыт и репутация, на стороне Его Величества и его Совета – относительная молодость и верность короне. К тому же Виктор заручился одним важным союзником, которого не было у наших вампиров – временем. Пока найдут его следы, пока организуют поимку, будет уже поздно. Это понимали все. А в столице вполне может разразиться голодный бунт. И если с военными силами противника вампиры могли что-то сделать, то с помутившимся населением – нет.
   - Не исключайте вероятности очередного удара исподтишка, - задумчиво произнёс Князь, останавливая лошадь. – Подбить на бунт клан и действовать открыто он, конечно, может. Послать нам весть, мол, берегитесь, я иду на вас на войной и пощады не ждите, - Ролан спрыгнул с коня и автоматически поправил одежду. – Но тогда есть вероятность, что даже если мы не успеем решить вопрос с населением, горожане не примут этого нового «императора» и встанут на нашу сторону. Шанс, быть может, и не очень большой, но он есть. Стоит ли тогда рисковать? Куда как проще и логичнее с его стороны было бы помочь нашему кризису, а потом под шумок, когда нам будет уже просто не до лишней осторожности, когда мы будем измучены и утомлены, нанести удар. Виктор искусен в интригах. У него есть время, у него есть поддержка, как нам только что любезно сообщил Авель-синсу, ему нет нужды излишне торопиться. Он уже допустил одну ошибку и должен понимать, что вторая может стать роковой.
   Тем временем Ролан затянул последний ремешок и провёл пятернёй по волосам, вновь русым, убирая пряди с лица. Князь даже не удивился тому, что Авель уже ждал своих оппонентов, готовый к поединку. Бастарду не терпелось скрестить клинки с… бордельщиком.
   Кто бы сомневался.
   Бойер без особого интереса посмотрел на служку тайной канцелярии, совершенно не обратил внимания на его «приглашение» к бою, а вместо этого бросил скучным, обыденным тоном:
   - Начинайте.

Отредактировано Рейстлин (2016-06-22 16:44:24)

+2

19

Виктору нет смысла исправлять ошибки Виззариона. Косяк с поставками крови – на руку Силиврену. Голодный народ поддержит любого, кто нальёт ему стакан крови, не сдирая три шкуры. Шейнир не в состоянии пообещать вампирам Северных земель такое будущие ни сейчас, ни через века. Они голодают. Знать жиреет на харчах, а вампиры, не желающие питаться животной кровью, быстрее нарушат Кодекс и вгрызутся в первое попавшееся горло. С Лэно проще – им достаточно забить свиней и другой скот, чтобы наесться вдоволь и не так сильно замечать кризис в государстве. С другими что делать? Виззарион терял своих сторонников в лице обычных граждан, а они – масса Северных земель. Отвернувшись от него, они дают в руки Виктору рычаг управления Северными землями, если вампир сможет показать себя как отличный лидер, способный прокормить народ. Ему не понадобится скрываться, он сможет открыто подарить им то, в чём больше всего нуждаются вампиры Северных земель – кровь. Кого в таком свете на троне пожелают видеть жители Севера?
- Виктора.
Внимательно слушая и брата, и Бойера, Виззарион не торопясь надевал защитный доспех. Авель успел справиться на пару с Роланом раньше, но Шейн не гнался за возможностью оголить тренировочный меч и потягаться с кем-то из вампиров. Первоначальную цель сборов он не забыл и мысли забивал планами на ближайшее время. Пробуя выбранный меч, он несколько раз взмахнул им, рассекая воздух. Он может не понадобиться вообще. Ворон с бордельщиком прекрасно находили общий язык и без его участия.
Пользуясь свободным временем, Камэль устроился на гладком валуне, скрестив перед собой ноги. Устроив меч у себя на коленях, не выпуская его из руки на тот случай, если вампирам окажется мало компании друг друга или он сам передумает, Виззарион наблюдал за происходящим с ленивой расслабленностью, но без въевшейся в него апатичной физиономии ни в чём не заинтересованного монарха. Стоящее зрелище могло развернуться перед ним, но товарищи-вампиры тянули друг друга за яйца. Шейнир не понял, к чему Бойер проигнорировал дерзкое приглашение Ворона и что пытался этим доказать. Что он выше этого?
- Глупо… - тихо и с неохотой выдохнул себе под нос Камэль, подперев подбородок и щеку свободной рукой.
Наблюдая в молчании за ходом тренировочного боя – было чему поучиться, Камэль молчал. У него были новости, которые он собирался сообщить в том числе Авелю. До его присоединения к его с Роланом разговору – лично, но обстоятельства сложились лучше, как казалось монарху. Он ждал подходящего момента, чтобы изложить свою мысль и соизволил нарушить тишину, когда после пары выпадов в ответ друг друга появилось «окно».
- Я думал о судьбе Домов Арис, - не совсем к месту в тренировочном бое, перерастающем в настоящую дуэль интересов, но истинная цель сборов – Виктор и куча проблем в Северных землях, а не старые обиды, как бы у него самого не чесались руки сцепить меч с обоими. - Семья Виктора не попала под наказание. Шериан давно доказала свою непричастность к Деяниям своего дяди и я хотел бы, чтобы она возглавила Дом своего отца. Харука будет рядом и поможет ей управиться с делами, но.. если вампиров клана Камэль такое положение дел, как «свой» в другом клане и их покровительство, вполне устроит, то я не уверен, что сами Арис это одобрят. И кроме этого у нас остаётся ещё один Дом. Крусника. Его уничтожение нам не выгодно, но и поставить на место главы своё доверенное лицо я не могу. У Крусника нет ни братьев, ни сестёр. Осталась мать и племянница. Закоренелые вампиры не одобрят ещё одну женщину в совете. Они и на Иль Хресс всегда смотрели косо, но она хотя бы проявляет характер и своим дерзким поведением больше смахивает на мужчину, - вампир слабо усмехнулся. Скажи ему кто-то, что у неё под юбкой есть яйца, он бы, не проверяя, в это поверил. Глациалис умело управлялась со своей ролью. Клан Виан никогда бы не поддержал мужчину в Совете с их матриархально настроенным обществом. – Увеличение количества женщин в Совете, полагаю, придётся нашим  мужененавистницам по душе, но я не уверен, что мать Ричарда или его племянница способны на то, чтобы управлять делами Дома.
Обнищавший Совет нанёс ощутимый удар по короне. Многие из оставшихся боялись за своё место и не смели перечить императору. Любой его безрассудный и глупый поступок, указ, решение, поддерживались большинством не в угоду Северным землям. Разрозненные несостоявшимся свержением кланы вампиров недовольно рычали на собратьев, которым перепал край одеяла теплее и толще. Между Арис и Камэль с давних времён ещё пра-пра Шейна установились практически равные права, и в Совете их было равное количество голосов. Виззариону следовало заняться этим раньше, до побега Виктора, но после смерти Арники и Мирры ему не было дела до правления, а сестру занимали другие заботы. Перед Авелем Шейн не боялся выражать свои мысли и, не тая, показывал, что его слово имеет значение. Теперь имеет.
- Место Археля, незаконно потеснившего отца на месте главы Дома, должна занять Сара, как преемница Гельмира Анри. Я не уверен в том, что ей можно доверять и присутствие ещё одной женщины в Совете может сказаться на общем настроении других вампиров. Поэтому… - вампир поднял взгляд на брата. – Я хочу, чтобы ты женился на Сарэлет.
Таким ходом он сразу убивал двух зайцев. «Свой» вампир рядом с непроверенной личностью, завязанной в семейном кровопролитии и родственной связи с одним из предателей короны, и, как ему казалось, выстроил каменный забор между бастардом и Элен, мешая планам Глациалис на принцессу. Виззарион не забыл о Бойере, который по слухам успел объездить аристократку за то время, что удерживал её в своём доме, но его это не волновало.
- Ты получишь возможность присутствовать на собраниях открыто.
Насколько он помнил, именно этого желал его брат, но не имел возможности получить. Шейнир давал ему такой шанс, почти безвозмездно, за умеренную плату, если брат не осмелится пойти наперекор ему. Красавица жена, аристократка. Место главы Дома с возможностью сделать своё слово более веским в обществе вампиров. Что может быть лучше этого?

+2

20

Авель уже думал об этом. О множестве ходов, доступных Виктору и его сообщникам и сочувствующим, но не доступным им, о том, как почти всё будет играть против власти Дома Голубой Крови, о том, какой ценой будет возможно укрепить гнилые подпорки под шатающимся троном Шейнира. Блажь, которую предлагала ему два месяца назад Глациалис, выветрилась надёжно из головы: Авель не верил, что, если что, может взять руль этого уходящего в водоворот судна, подвинув младшего брата, как не верил больше своей кровной матери, чьё вмешательство в дела столицы так спутало карты и бросило тень в том числе на его, Ворона, и без того бесславную репутацию.
В союз Виан с любым другим кланом не верилось никак, но тем хуже делалась картина, чем больше допускал бастард в ней игроков.
Вампир подавил желание рассматривать землю с пробивающейся молодой травой под ногами, лишь бы не глядеть на Бойера. Уступает инициативу, веря, что вторым сумеет среагировать лучше? Ворон дёрнул бровями. Да будет так.
Авель вышел из стойки, легко двигаясь к противнику с обеими руками на рукояти меча, и сделал плавный выпад, метя в левое плечо. Удар был настолько очевидный, что для того, чтобы его принять, праворукому противнику не нужно было даже сильно напрягаться. Этого Ворону было и надо. Известный при своём внутреннем скрытом прямодушии мастер делать всё не как у людей и бессовестно финтить, он за долю секунды до соприкосновения стали о сталь убрал с меча правую руку, сделал быстрый шаг в сторону, и пойманный на намеренно соскользнувшую вверх гарду клинок противника увёл в свою уступающую защиту, пританцовывая и разворачивая его в противоположную сторону света, пока мышцы рук: левой, держащей рукоять, и правой, поддерживающей блок ближе к концу, не загудели мелко поворачивать гарду и не давать высвободить Ролану оружие, ведь один выворот мог прийтись на шлем, а проиграть первую же фигуру, разбив чужой бой – некрасиво.
Никакой реальной ценности в реальном бою подобный пируэт не имел, ведь только в показательных, идущих по правилам показательных поединках у противников есть одинаковые условия и желание не убить, а отхлестать полегче. Донести мысль, м-м-м. Вот и Авель, не атаковав, а станцевав Ролана вокруг, вновь положив на выходе из дуги руку на меч и откинув клинок противника от себя, да отступив, доносил мысль: скорее всего, развести на атаку его не выйдет. Получив свою порцию болезненных щелчков по носу и по неосторожности убив одного оппонента когда-то, когда Бойер ещё на девок только облизывался, но ещё не тискал, Ворон перестал демонстрировать себя в атаке и научился ловить противников на их ошибках, беря измором.
- Этикет меча предписывает делать удары красиво, Ролан-синсу, – вполоборота, не поднимая меч для нового выпада, бастард продолжал свой путь вокруг превосходящего его ростом и весом противника. – Уверен, если вы поработаете со столичными модами в ближайшие сто лет, мечи благородных господ превратятся в более подходящие для этого железные иголки.
Ворон не скрывал, что он скрывал положение правой руки, которая в данный момент, пока отдыхала принявшая ответ противника левая, держала меч. Он нарочно медлил, кружа, как и следовало уступающему в силе противнику, чтобы ближе к концу круга рвануться с выпадом навстречу мечу Бойера.
В этот раз, как и в настоящем бою, всё длилось секунды: и выпад, и размен, и попытка уйти. По его итогу Авель замер с клинком, вывернутым тупым концом в закрытую нащёчником скулу аристократа, в одном движении от того, чтобы прошить материал, или протиснуться в прорези настоящего забрала и испортить симметрию черт, а сам, слабо улыбаясь, посмотрел на едва-едва касающийся его собственного плеча клинок.
- Туше… – тихо, но различимо в повисшей после яростного лязга тишине произнёс Авель. Он снял правую руку с эфеса меча и заложил за спину, уходя из-под зафиксированного контакта со своей ничьёй. – Вот вы без глаза, а я с раненной рукой. Подумайте о другом оружии и противниках из гвардии, Ролан-синсу, если действительно вместо этикета меча хотите практиковать этот… бой на убой
Авель усмехнулся.
- Как сказал один мой закадычный друг – "изящный в безотказности метод булавы". А я одного своего партнёра так однажды подвёл, перепутав, и с того изрядно наелся проблем… Господа, примите, пожалуйста, на минуту? – Ворон протянул меч и снятый шлем свите брата.
Пропустил ответное касание он, кстати, не просто так, а потому, что не мог не обращать внимание на взгляд, в котором были мысли. Что-то, в присутствии чего в голове брата не далее как несколько месяцев назад бастард глубоко разочаровался.
Мысли не замедлили излиться потоком навстречу, и видят небеса, Авель слушал очень внимательно и прямо по пунктам следом за каждой паузой в речи Императора отвечал:
- Не хочу никого разочаровывать, вдаваясь в детали наших устаревших законов о наследовании, но наследовать главенство в Доме может только незамужняя женщина, либо выданная замуж с заключением утверждённого обеими семьями матримониального контракта, ясно описывающего дальнейший порядок наследования этой линии вплоть до количества и качеств детей-наследников. Как я понимаю, брачный контракт Шериан Эрейн Силиврен заключала одна, без свидетелей из родни, или по крайней мере законно признанных членов семьи.
Авель очень изящно избегал всех "ой" в этой сложной истории. Например, озвученных сомнений, что два типичных бойца-и-не-опытных-бумагомарателя Ариго и Силиврен вообще могли не заниматься контрактом и доверить его кому-то с пожеланиями "да чтобы было", в результате чего даже их рождённая в браке дочь не утверждена как единственный возможный наследник Дома и младшая ветвь через Совет и Старейшин может запросто скинуть грязнокровку или заставить её выйти за кого-нибудь из своих сыновей, фактически отнимая и статус, и реальный голос. Или того, что единственные, кто мог из относительных родственников поручиться за Шериан при заключении брака – его единоутробный, по локти в крови убийца и ещё более ненавидимое отродье Глациалис, нежели воспитанный в цивилизованной столице Ворон, да Ричард Крусник, тоже так себе персонаж на Авеля личный вкус, но глава Дома и чуть более дальний, чем Виктор и его семья, но всё же Силиврен родственник. Увы и ах, погибший страшной смертью, которую даже кровожадному вампиру из веков клановых войн не пожелаешь, что говорить о нём. И слова о том, что Камэль у себя в прогрессивном Мирдане могут хоть на живых орущих лебедях вместо подушек начать совокупляться и делать детей с обращёнными трактирными девками, а другие – не поймут – были чистейшей из правд.
- Дома, Ваше Величество, состоят не из одной только главенствующей семьи, но и из десятков младших, смешавших или нет кровь с обращёнными и подчинённых одной. Если не учитывать, что женщин, особенно не-военных, во главе традиционалисты Арис сами без хлеба съедят ещё прежде, чем они доедут до Совета и получат заряд живительной наглости от Глациалис, то проблем с сестрой Крусника нет. Сами же поднимут генеалогии до времён основания Дома и выберут ей одного из претендентов на главенство по возрасту, симпатии и заслугам. Вопрос в том, кому будут адресованы их симпатии и каковы будут симпатии его. Учитывая, что наворочено у нас здесь.
Со снятыми головами и убитыми беременными наложницами, которые объявлены невесты и, тем не менее, не были убережены…
Авелю и так было не очень привычно умничать среди, казалось бы, куда более искушённых и в политике и дележе корон господ своими приобретёнными в одиночестве подростковых попыток понять кто он, что он и куда по жизни лежит его путь знаниями по матримониальной юриспруденции кланов, и он то и дело косился на Ролана со смесью утомления и скрытой неприязни. Он почти исчерпал свой ресурс внимания и уже щёлкнул пальцами, меняя мех с водой обратно на шлем, когда Шейн перевёл речь на своих, родных, белоснежных и склонных ко всяким извращениям вроде кровосмешения как с чужаками, так и собственными сёстрами вампиров клана Камэль. Поэтому не сразу лицо Авеля окаменело, а глаза заискали везде, лишь бы не по лицу Шейна.
Хаа-хаа-хаа, господа, длинно, скорбно и протяжно.
Никем (ну, почти никем) не подозреваемый во встречах с принцессой бастард получает предложение, от которого даже идиоты в его положении не отказываются – жениться. На не той!
Это же как лесного зверя друиду посылать прыгать в горящий обруч.
Как насылать порчу на свой амбар, чтобы беднякам не врать, что для них зерна нет, сами голодаем.
Как… Как…
- Мы можем потом это обсудить? – с абсолютно рассеянным взглядом попросил без титулов, как брата, Авель, тут же переключаясь на Бойера с каким-то нервным и даже немного кровожадным весельем в подскочившем в громкости на три тона голосе. Нет, правда, бастард был хорошим наблюдателем и шпионом, когда он был осведомлён и впереди или, хотя бы, не имел известных противнику мягких мест. Мягких мест у него было мало. И когда на них, настоящие, а не происхождение и недостойную сына предыдущего Императора, даже внебрачного, работу в шпиках натыкались чьи-то – родные – сапоги самыми подбитыми железом каблучками – Авель терялся. Это читалось у него сейчас по лицу. Он не знал, что делать – и переводил тему и бежал от разговора так откровенно.
- Итак, продолжим понарошку убивать друг друга с того, на чём остановились? У вас, Ролан-синсу, вытекает глаз, а у меня немеет рука

+2

21

За то время, что они были знакомы, Ролан практически не интересовался бастардом. Да и с чего бы ему им интересоваться? Князь не рос в замке, общих дел с Авелем не имел, да и вообще вспоминал о нём только когда какой-нибудь вельможа позволял отпустить себе шуточку во время бала. Да и то, как правило, объекта шутки рядом не наблюдалось. Всё-таки открыто шутить над признанным бастардом позволяли себе немногие.
   Лишь однажды Арратс действительно заинтересовал Ролана: тогда, во время приёма, когда Старейшины объявили кандидатов на руку принцессы. В ту ночь Бойер даже проникся к вампиру долей симпатии. Пусть потуги бастарда и были бесполезны, но сам факт. Молодец, мальчик, чуть-чуть, но всё-таки смешал старикам карты.
   И всё. И забыли. А зря. Видимо, что-то в Ролане задевало бастарда настолько сильно, что он никак не мог отказаться от возможности раздавить аристократа. Одержать маленькую победу, доказать этому благородному выскочке, кто из них чего стоит. Что происхождение Камэль ещё ни о чём не говорит, что он, Авель, в сотни раз лучше Бойера.
   Скажите, нет? Возможно. Но Ролан улыбнулся, делая шаг назад и блокируя удар. Он очень хотел понять, чем именно так трогает бастарда, потому что у всех есть слабые места, (и в случае Авеля – это не происхождение), а знать их – чрезвычайно полезно. Никогда не знаешь, что и где пригодится.
   Особенно теперь, когда некоторые персонажи вышли из приличествующей им тени.
   - Собираетесь всех благородных в портные записать? – улыбнулся Бойер, внимательно, с интересом наблюдая за противником. – Негоже, Авель-синсу, отнимать хлеб у простых граждан. Каждый должен знать своё место. Впрочем, если Вам очень нравятся иголки, не смею осуждать.
   Рывок, выставленный меч, призванный парировать атаку, медлительность по отношению к стремительности противника и как итог – клинок у лица. Но Князь будто бы не огорчился. Уголки губ выказывали одобрение. Князя так и подмывало шутливо отдать бастарду честь, но воздержался, убирая меч.
   Возможно, если бы Бойер был серьёзен во время боя, эта условная ничья могла бы что-то для него значить. Возможно, она смогла бы его даже как-то мотивировать, но… Он посмотрел на то, как умеет владеть клинком Арратс. Это было полезно, ведь, в конечном итоге, бастард был абсолютно серьёзен, в отличие от оппонента. И Князь это оценил.
   - Ну что Вы, - любезно ответствовал Ролан, передавая меч и шлем подоспевшим слугам. – Вы ещё не видели боя на убой.
   «Не в моём исполнении».
   И всё же, как Авеля задело то простое, очевидное движение, которое Виззарион с лёгкостью блокировал и, что весьма похвально, перевёл в свою маленькую победу. Арратс так беспокоится за брата? Не знал, что их связывает столь тесная дружба. Впрочем, не будем скрывать, Бойер вообще практически ничего не знал, об истинных отношениях в кругу царствующей семьи. Всё, чем он владел, - это лишь слухи, сплетни, какие-то общие наблюдения. Да и то с недавнего времени, потому что вплоть до этого года Шейнир не представлял собой ровно ничего интересного.
   Или это беспокойство не за сохранность родственника, а что-то другое?
   Можно выдвинуть сотни вариантов, некоторые будут абсурдными, но как показала практика, такие чаще всего и оказываются самыми верными. Ах, Авель, Авель. Тёмная лошадка. Как с твоим появлением стало интересно.
   - Даже лучшие из нас могут ошибиться, поэтому Вы можете не беспокоиться.
   Вот и думай после этого, то ли комплимент сделал, то ли принизил.
   Но вставленное Шейном слово вернуло вампиров к первоначальной причине их собрания. Хотя бы некоторых из них.
   Ролан задумчиво посмотрел на небо, сложив руки за спиной. За этой перебранкой он слегка отвлёкся и не подумал о том, что действительно важно. Вот и ругайся после этого на Шейна за его ребячество – сам не лучше.
   Князь внимательно слушал, еле заметно кивая каким-то своим мыслям.
   Положение в империи было ещё не критичным, но, мягко говоря, неприятным. И если с первой проблемой, грозившей катастрофой, Ролан помог разобраться, пусть и далось ему это нелегко, то сейчас физически вампир сделать толком ничего не мог. А если и мог, то об этом стоило подумать, но явно не здесь.
   Арратс, к некоторому удивлению Князя, говорил довольно здравые вещи. Наблюдающий из тени сейчас Авель представлялся Ролану не столько вороном, сколько пауком. Сидит себе, плетёт паутину, собирает сведения, чтобы в удобный момент – бац! – и показать, что зря его не брали в расчёт. Что ж, похвально.
   И в тот момент, когда Бойер открыл рот, чтобы высказать своё мнение, Шейн сделал контрольный в голову. Если не двоих, то точно одного. И не сразу стало понятно, что этим «одним» был далеко не Князь.
   Ролан удивлённо вскинул брови, воззрившись на монарха, и… закрыл рот. Так и простоял, ни слова не сказав, пока Авель не повернулся к нему, хватаясь за их поединок точно за спасительную соломинку. Но глава Дома Багровой Луны внимательно и в то же время задумчиво посмотрел на лицо бастарда, а после повернулся к новоиспечённому монарху.
   - Не думаю, что это здравая мысль с той точки зрения, что вампиры, возглавляющие Совет, конечно, не будут сильно в восторге от того, что к нам присоединится ещё одна женщина, в этом Вы правы, Ваше Величество. Но куда как меньше они захотят видеть в своих рядах полукровку, не в обиду Вам, Авель-синсу, будет сказано. Посмотрите на Шериан. А она даже не в Совете, и тем не менее, её жизнь нельзя назвать сладкой, несмотря на то, что она имеет любящего мужа и крепкую семью. Общество делает своё дело. Харуку не любят, но молчат. То есть, ничего особо не говорят ему в лицо. По крайней мере, он чистокровный. Но ещё неизвестно, что будет, когда дело дойдёт до наследования. Вы понимаете, о чём я. Полукровка в Совете, испорченный род… Я понимаю, что Вами движет, но если позволите, отложите этот момент до того, как мы разберёмся с Виктором и голодом среди населения. Нам не нужны новые неприятности внутри Совета. По крайней мере, не сейчас, когда ещё не ясно, что делать с обезглавленными домами Арис. Вы не доверяете Сарэлет, что вполне обоснованно. Но поверьте, Анри в Совете сейчас – это меньшее из зол. Если кто-то начнёт возражать, всегда можно предложить альтернативу в виде Авеля-синсу, и тогда, поверьте, все замолчат. Потому что единственный, кто действительно может оказаться безмерно рад появлению вашего брата в Совете, не считая Вас, Ваше Величество, это Глациалис. Впрочем, конечно, я могу быть недостаточно осведомлён в этом вопросе.
   Вам нужны те, на кого Вы сможете положиться,
- медленно продолжил Князь; лицо его было серьёзным и сосредоточенным. – Я довольно хорошо успел узнать Сарэлет, чтобы поручиться за неё. Она не имеет ничего общего с братом, и союзник из неё выйдет прекрасный. Особенно на первых порах. А потом, - короткая пауза, - когда мы отведём беду от империи, Вы сможете выдать её за кого угодно.

+2

22

Слова Авеля не лишены смысла. Виззарион отлично знал законы своего государства, что не мешало ему их нарушать и менять по велению левой пятки и личному хотения, не считаясь с другими. Эти поступки недальновидного монарха завели его в тупик с шипованными стенами – они начали движение, когда Шейн взял за дерзость перечить Совету, размахивая короной императора вместо того, чтобы думать головой и поступать в угоду обеим сторонам. Шериан в глазах Совета и закона – неудачная кандидатура на пост главы Дома. Придётся искать что-то другое.
- У Виктора осталась дочь, - с неохотой вспомнил Виззарион, втягивая воздух сквозь зубы. В его понимании – лучше нарушение законов с временным правлением от лица жены Кречета под его личным контролем, чем дочь клятвопреступника, наследующая Дом и титул. – Её.. причастность к действиям отца не доказана, но я бы не хотел доверять ей место даже временно.
И при наличии выгодного брака – аналогично. Уничтожение ещё одного Дома клана Арис может повлечь недовольство всего клана, а спрашивать их мнения, какая младшая семья достойна занять место главенствующей – устроить споры внутри клана, которые ему же придётся разгребать в ближайшем будущем.
Предоставленной возможностью высказаться по поводу главенства двух Домов Бойер не воспользовался. Виззарион ждал, когда приглашённый подкинуть пару личных соображений на этот счёт, заговорит. Вопрос с Домом Крусника был практически решённым.
- Младшим Домам клана Арис будет предоставлена такая возможность. Они могут выбрать достойных сыновей своего клана в претенденты на руку леди Милианны. Тайная канцелярия и Кречет займутся проверкой возможного главы Дома лично. Пусть Арис почувствуют немного власти в вопросе решения судьбы своего клана.
Посмотрим, насколько они верны после стольких смертей и шипения в их сторону клана Камэль, чьи голоса их перевесили в Совете.
Виззарион, несомненно, идиот, но реакция брата стоила того, чтобы огорошить его не при личной беседе. Камэль внимательно наблюдал за ним и не видел наигранной радости и благодарности от «щедрого подарка». Он выделил его, решил дать больше власти, а его просили не продолжать этот разговор при Бойере. Почему? Шейнир удивлённо-вопросительно вскинул брови, смотря на бастарда.
- Что я упустил?
Это скорее пощёчина Анри или Бойеру, но замахнувшись, Виззарион съездил по голове следом старшему брату. Жест доброй воли остался неоценённым, а в ситуации с намеренным введением в совет сына Глациалис рисковал головой не столько Ворон, сколько сам император. Воля монарха не изменит отношения к самопровозглашённой императрице Севера и её отпрыску-бастарду.
Все опасения, озвученные Роланом, Шейн сам прекрасно знал. Его стремление женить Сару на Авеле было рискованным по многим направлениям. Бастарда, полукровку и сына Глациалис навряд ли кто-то посчитает подарком короны, а пощёчиной клану – извольте.
- Мне ничего не мешает выдать Сарэлет за вампира из младших Домов, обойдясь с ней, как с племянницей Крусника, - флегматично заметил Виззарион. В этом случае он избавится от ещё одной женщины в Совете, чем порадует всех противников женщин на месте главы и советника, и позволит одному из Домов подняться выше. – Сарэлет не повинна в делах своего брата, но её репутация.. – Камэль перевёл многозначащий взгляд на бордельщика – его вина с Архелем, что об этой девушке в Северных землях прошёл недобрый слушок. Он тянулся за ней ярмом и вполне мог оказаться правдой, а не всего лишь слухами. – Виктор не имеет отношения к Совету и его поиски никоим образом не должны сказываться на работе Совета или наследования главенство Домов. Вопрос с голодом мы рассмотрим позже при общем совете.
Виззарион поднялся, жестом подозвал к себе слугу, стоявшего в стороне, и протянул ему тренировочный меч. Разговор можно считать оконченным.
Если вам двоим есть ещё что сказать мне, я слушаю.

+2

23

Последние ответы Бойера были достойными, и Авель нашёл лучшим решением закончить разговор именно на этой славной ноте. Той самой ноте, когда умнее было промолчать, а не продолжать препираться. Беготня и танец с кинжалами наёмных убийц от аж двух неизвестных, и теперь уже невычисляемых источников, Авелю не нравились, и хвастать там было нечем. Но что, такое бой на убой, он знал. Знали и его спутники, пусть они и предали в конце его доверие, один хуже другой.
Теперь сюрпризами огорошивал Шейн. Чудно, чудно, чудно.
Ты не представляешь, как я понимаю это, Бойер, – мрачно ответил в мыслях Ворон, понимая, что сейчас Ролан продолжит нежеланный бастардом разговор. И он продолжил, и только раз Арратс не выдержал и вставил свои три медяка.
- Прошу только заметить, что Глациалис, пусть и пыталась предложить мне… – лицо вампира пробежало гримасой плохо скрытого отвращения, – свою помощь, получила от меня отказ. Но правда есть правда, отношения ко мне других аристократов это не меняет.
Поддержка незамужнего статуса Сарэлет-сине со стороны Бойера казалась подозрительной. О этих двоих ходили те ещё кривотолки, и Авель не исключал, что если Ролан настаивает на самовластии своей бывшей не то гостьи, не то пленницы, то вариант первый – он нашёл, как дёргать её за ниточки, не выдвигая в качестве жениха себя с необходимостью писать брачный контракт, вариант второй – они на равных в сговоре, и тогда Шейн получит себе в Совете кодлу из двух чистокровных лидеров Домов против предателя крови Харуки – Бойер сам надавил на проблему, явно поддерживая мнение большинства – и не менее печально известных Виззарионов. Авель при этом прекрасно понимал, что его предположение относительно сговора Анри и Бойера разит паранойей, но причин верить Князю у него не было, поскольку помимо одной благородной дамы в укрытии он ещё выслал из столицы со своими поверенными их с Шейном сестру, прямо в руки некомпетентного Лэно, из которых Рейнеке, Фойрр бы этого убийцу побрал, так скоро Элен выкрал, продолжая эстафету. О переживаниях Элен в те дни бастард так ни разу и не осведомился, но помня этот леденящий страх в глазах принцессы, догадывался.
- Виктор и его поиски имеют прямое отношение к новым лицам в Совете, Ваше Величество. Пока глава заговора не пойман – аристократы не убедятся в силе и непоколебимости Вашей власти и будут иметь в голове сомнения, что перечить непопулярным решениям монарха и ставить палки в колёса нельзя. Но, хотя я поддерживаю мнение, что меня ни сама невеста, ни остальные правящие семьи Домов не примут, – произнёс Авель, снимая тренировочный доспех. Настроения драться уже совсем не было, было настроение прошерстить подноготные Бойера ещё раз, – госпожу Анри я навещу завтра же. Это будет хороший сигнал для остальных претендентов поторопиться предложить свои кандидатуры, а для самой девушки – подумать о судьбе Дома. В конце-концов, подарок с сватовством – не повод для женитьбы. А мы проверим кандидатов на чистоту рук и лояльность, если ничего не сорвётся.
В том, что всё именно так и сыграет, Авель, впрочем, сомневался. У него было тошнотворное предчувствие того, что затея Шейна впутает их в очередной мёртвый узел интриг, скандалов и позора, и уж кто-кто, а бастард в отборном дерьме такого рода политики купаться больше навязанного судьбой не хотел. Его устраивало тихое обещание счастья от Элен под носом всего двора и текущая патовая ситуация с браком самой принцессы, дававшая им время.
- У меня совсем ничего, кроме того, что на сегодня сдвигаются запланированные на завтра дела. Ваше Величество, Ролан-синсу – позвольте откланяться.
И, сухо поклонившись, и скользнув взглядом по присутствовавшему где-то в тени среди гвардейцев – а может и нет – Харуке – пешим быстрым шагом отправился во дворец.

+2

24

Выдать Сарэлет за любого аристократа, который не состоял в числе правящей верхушки, было куда как более разумным решением, нежели выдавать девушку за Арратса. Шейнир должен был это понимать, но всё равно упорно ставил на бастарда. С одной стороны, его можно было понять, с другой стороны глупо было рубить всё с плеча, когда, как верно заметил Авель, глава бунта ещё не пойман, а любое решение императора, имеющее насильственный характер, может и должно быть воспринято в штыки. Шейнир не самый популярный правитель. И кровавая свадьба должна была ему об этом напомнить, если монарх по каким-то причинам вдруг об этом забыл.
    Нельзя не отдать должного, Виззарион, выдернутый из своих воздушных замков, взрослел быстро, на ходу учась править страной. И хоть мысли его были направлены в нужное русло, решения его были топорны. Не совсем к месту. Нельзя торопиться, но как иначе, когда не знаешь, кому можно доверять, а кому – нет; когда всё течёт слишком стремительно, и смерть соседствует с необходимостью идти дальше. Шейниру можно было посочувствовать, но Ролан был скуп на подобные чувства. Сперва дела, а потом всё остальное.
    - Не стоит принимать поспешных решений, - примирительно ответил Князь, снимая доспех.
    Впрочем, свадьба, даже устроенная императором, - дело довольно тягомотное. У них ещё есть время придумать, как выкрутиться из сложившейся ситуации, и как наилучшим образом разыграть имеющиеся карты. Но спокойному решению проблемы мешал нарастающий дефицит крови, и все это понимали.
    Кивнув на прощанье Авелю, Ролан задумчиво посмотрел на Шейна. У него была мысль о том, как можно отсрочить бунт, несмотря на скудные поставки людей. Предприятие рисковое, но верное.
    - Пока мы наедине, - медленно начал Князь, переведя взгляд на слуг, отходящих на почтительное расстояние, - я хотел бы всё же обсудить вопрос голода, не дожидаясь собрания Совета. Тем более, что обстановка в нём сейчас не стабильная. – Ролан вновь посмотрел на Виззариона. – Если Его Величеству будет угодно, я мог бы урегулировать этот момент, пока не решится вопрос с поставками от людей. Думаю, мы все понимаем, что медлить нельзя. Не ровен час, горожане взорвутся, и одними помоями мы не отделаемся. На кону больше, чем просто корона. На кону жизни. И жизнь принцессы Элениэль.
    Ролан говорил спокойно, но жёстко, прекрасно осознавая, что может вызвать упоминание имени сестры, которая не без его, Князя, поддержки оказалась в довольно опасном положении. Впрочем, никто не мог предвидеть то, что вместо убежища, предоставленного Роланом, девушка решит последовать зову сердца.

+1

25

Отказал Глациалис.
Виззарион иронично улыбнулся. Это единственная женщина в Северных землях, которой невозможно отказать, если ты мужчина. Авель приходился ей сыном, а заманчивое предложение от Императрицы завладеть троном и получить всё, что принадлежит Виззариону, как единственному чистокровному наследнику Дома – какой идиот от этого откажется? Старший сын Эльдара во всём пытался быть честным и правильным до тошноты – полная противоположность Шейна и образец того, каким должен быть будущий Правитель, но кем ему не стать в силу происхождения. Виззарион своим предложением открыто проталкивал брата в Совет, который ему при ином раскладе не видать, как собственных крыльев, но предложение снова отвергнуто!
Что не так с этим парнем?
Серьёзно.
Никто в здравом уме не откажется от власти. Репутация Анри – сомнительный свадебный подарок, но Авель сам не лыком шит. Он сын Иль Хресс, внебрачный ребёнок, которому повезло немногим больше, чем брошенным нежеланным детям. Найти ему достойную партию в числе аристократок Мирдана, чтобы захотела составить ему пару – ищи свищи. Слухи о Саре и Ролане могут оказаться ложью или частичной правдой. В таком случае Авелю повезёт на относительно чистую невесту и сравнительно неплохую партию с довеском из списка возможностей, которые пополнят запасы бастарда.
Рвение Бойера задвинуть идею о замужестве Сары Виззарион мог понять, брата – нет. Его поведение вызывало множество вопросов и переключало внимание с Советника на брата. Вампир, желавший оказаться в Совете всеми способами, отказывался от возможности, когда ему её дали.
- Предлагаешь сидеть и ждать, когда Тайная канцелярия и ищейки Харуки начнут работать, как полагается? – Виззарион скептически посмотрел на брата. Они потратили много времени и сил, чтобы заняться поимкой Виктора, но должных результатов не было. Шейнир не отказывался от желания поймать преступника и вместе с ним всех, кто помог ему бежать или стоит за самим Виктором и руководит им, как глупой марионеткой. – Работа Совета не должна стать, а ситуация в Северных землях ухудшается за неимением компетентных лиц в числе Советников.
Никто не давал гарантии, что кадровые перестановки пойдут на пользу, но Шейн упрямо пытался создать видимость активной деятельности на посту монарха. Кривой, как умел. Назначение новых Советников и уравновешивание двух ведущих кланов в правах – всё, что он мог на данный момент.
- Виктором уже занимаются.
Этого вполне достаточно, чтобы бросить остальные силы на решение других проблем. В том числе с поставками крови.
Виззарион собирался вернуться во дворец следом за братом, но остановился, когда Бойер воспользовался возможностью поговорить без лишних свидетелей. Что такого он не решился сказать в присутствии Авеля – вызывало у вампира интерес. Он отложил доспех за ненадобностью и указал слугам отойти на расстояние, позволительное для приватного диалога.
Упоминание сестры было лишним. Виззарион предполагал, что речь пойдёт о судьбе Анри, но Бойер решил пойти иными путями и предложить свою помощь. Даже Шейну хватит ума понять, о какой помощи идёт речь и откуда Ролан собирается брать кровь, чтобы урегулировать конфликт. Противозаконные действия всегда порицались, но Виззарион славился своими промахами и отхождениями от правил. Не в этот раз.
- Ты осознаёшь, что предлагаешь мне, Бойер? – брошенный сквозь зубы вопрос не нуждался в ответе. Ролан не слыл отъявленным дураком, но в глазах императора выставил себя идиотом, который не подумал о последствиях своего предложения. – Скажи спасибо, что мой отец и я не настолько закоренелые консерваторы, как Виктор, чтобы прикрыть твой Дом терпимости, но незаконных поставок крови, мародёрства, противоречащего Кодексу Крови, я в своих землях не потерплю. Ты отлично знаешь, какое наказание ждёт вампира, нарушившего закон, вне зависимости от его положения в обществе, и предлагаешь мне уподобиться себе и нарушить Кодекс, заключённый моим дедом?!
У вампиров возникнут вопросы о поступлении крови в банки и падение цены. Провернуть всё так, чтобы ни одна живая душа не узнала о сделке, невозможно. Если об этом станет известно, то до конца своей нации вампирам придётся жить по другим правилам. Виззарион не сомневался, что недруги воспользуются этой ситуацией.
- Именно в тот момент, когда я меньше всего имею право на ошибку, ты предлагаешь мне пользоваться нелегальными поставками крови, - Виззарион закипал. Ещё одно неосторожное слово со стороны Бойера могло стоить ему жизни – Шейнир прослыл вспыльчивым монархом, и его апатия слабо изменила ситуацию, когда дело коснулось сестры и незаконных действий прямо у него под носом. Он мог закрыть глаза на то, какими способами в борделе приторговывают кровью, но не на необдуманное предложение Советника. – Следующая твоя ошибка, Ролан, станет последней.
Разговор был окончен. Виззарион не собирался слушать оправдания вампира и направился к своей лошади. Во дворец он отправится верхом.

эпизод завершён

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [14.04.1082] Touche!