Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре июль — август 1082 год


«Тайна забытого города»

Ритуал очищения и освобождения прошли успешно. В Зенвуле больше нет ни призраков, ни нежити, ни тёмной энергии. Экосистема города возрождается. В него вновь возвращаются звери и птицы. Проклятое Древо Костей в центре города полностью уничтожено, на его месте теперь стоит Страж-дерево. Болезнь Роза немёртвых полностью не исчезла, но теперь новых заражений не будет. Пока дух всё ещё в теле смертной девушки и мир полностью не очистился от тёмной энергии, которая растянулась далеко за пределы Остебена, болезнь останется.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Жатва»

Войска столицы направляются к городам-близнецам, чтобы дать бой Культу Безымянного и освободить Атропос и Акропос из-под гнёта культистов. Культ сдаёт Атропос без боя и стягивает силы к Акропосу, где разгорается полномасштабная битва. Первые Ключи из Силентеса активированы, что провоцирует Мёртвое древо поднять новое войско нежити и уничтожить всё живое, что есть на материке.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Джошуа Элиор Лангре Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [13.04.1082] Не из роз


[13.04.1082] Не из роз

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

- Локация
Северные земли, г. Мирдан, улицы города и дворец
- Действующие лица
Шейн Виззарион, Мередит, Харука
- Описание
Предыдущий эпизод - [30.03.1082] Час презрения
Свадьба! Сколько счастья и радости есть в этом слове, столько же грязи нередко она несёт за собой. Как известно, хорошее дело браком не назовут. Но чьи-то злоключения начинаются спустя сколько-то лет брака, а чьи-то - ещё во время торжества.
Случившиеся в Мирдане месяц назад беспорядки не прошли бесследно, и проблемы, несмотря на жертвы и множество мертвецов, остались, если не приросли. Угроза голода среди простых жителей всё ощутимее, пока власть всё ещё решает вопросы венцов и союзов. Теперь народ уже осмелел настолько, что об этом напоминает, осыпая своего владыку в праздник дождём отнюдь не из роз.

0

2

Мери успела устать от этого дня уже к полуночи, что было довольно странно для девицы, которая предвосхищала событие всё время подготовки. Конечно, выглядела она иначе, чем многие, даже очень родовитые невесты. Ей не были присущи лёгкая истерия и трясущиеся коленки. Сестра Мередит встречала свою решённую судьбу с выпрямленной спиной, вежливо улыбающимся лицом и внутренним торжеством.
Больше не сестра Мередит.
Ритуал завершён, клятвы принесены, привкус чужой слюны всё ещё во рту мешается с лимонными корочками и мятой, и вот она уже Мередит дель Виззарион. Нужно быть честной с собой: звучит не так чтобы ровно и в ритм. Но кто из жриц знал, что именно она, и будет… Им просто нужны были разные имена, чтобы не путать наложниц в книгах. А вот как вышло!
Она скрестила стопы под юбкой самым детским и забавным образом, представляя себе несколько следующих часов пиршества и разговоров, разговоров, разговоров. Ей понадобится опять быть беспристрастной улыбающейся слушательницей, но не девочкой из подтанцовок, а хозяйкой праздника во главе стала. Что значит больше раздражающих личностей, которым надо улыбаться и от которых не сбежать, которым нужно отвечать, причём предельно ясно, и от которых можно ждать какой угодно мерзости. Например, "почему в вашем чёрном платье под лазурной лентой именно красный оттенок?". Лучший ответ, к которому пришла невеста с начала торжественного дня – во-первых, что оттенок винный, а во-вторых – "я не имела права использовать цвета венценосного герба до сего дня". На самом деле, она просто любила сочетание чёрного и красного, и никакие совпадения с вышедшим сроком годности были здесь ни при чём. Вышедшим ли?
Оборачиваться и искать глазами среди гостей Ворона, например, чтобы видеть, как морщится и трёт виски бастард, она не испытывала ни малейшего желания. Вот посмотреть на принцессу, найти в её лице, взгляде и позе хоть тень того, что Мери хотела прояснить для себя наверняка – очень. Вопрос со свадьбой принцессы был всё ещё открыт, и одним из первых своих дел в новом качестве – в качестве Императрицы – Мередит видела именно её. История о романтическом путешествии в Нерин в поисках укрытия, коснувшаяся её ушей буквально на днях, слетев из разговора двух служанок, заставила невесту сжать от радости кулачки. Если весь цвет клана Камэль, достойный по статусу руки принцессы, состоял из кандидатур уже дискредитированных и просто опасных для власти Шейнира дель Виззариона, а у Арис с резнёй в тот роковой день убавилось и путей, и желания нарастить присутствие в столице, то Лэно – это замечательно, Лэно – это не по закону чистоты крови настолько, что немногим лучше людей и дампиров, Лэно – это не столько далеко по карте, сколько от короны. Ювелир из Лэно – это улыбаемся и машем, улыбаемся и машем, и никакого насилия в решении судьбы принцессы даже не нужно!
Кстати, выглядывать из-за шторки паланкина и махать народу ручкой Мери желания тоже не испытывала, несмотря на то, что впервые в жизни она оказалась вне дворца. Посмотрела украдкой по пути в храм, сидя в одиночестве, приметила свежезакрашенные следы столпотворения с ярмарочного дня на стенах и бледные лица в свете магических и живых огней – и наелась. Наверное, хорошо, что она была насквозь скептиком и циником, ведь крики снаружи не казались ей такими уж радостными, особенно теперь.
И теперь она ехала не одна, чтобы выяснять всё сама: она могла задавать вопросы своему законному супругу.
- Что происходит там, снаружи? – отстранённо перебирая узоры и складки на рукавах и подёргивая от природы пружинистый локон, спросила она. В полумраке паланкина ярче всего на Шейнире блестели не цепи, шитьё, пуговицы и прочий металл, а глаза, и в них прямо смотрела своими тёмными Мери, несмотря на чуть суетную занятость рук. Она была существом холодным и довольно спокойным, но всегда доверяла своим предчувствиям.

+2

3

Харука молча радовался, что ему не пришлось идти впереди торжественного шествия и трубить во всю глотку, что едет Император и его супруга. За него это делали другие, оставив Кречету его работу, не добавляя нелепых и ненужных обязанностей. Стражников его величества не вынарядили, словно петухов, что радовало. Изначально Совет хотел и им пошить подходящую, по их мнению, форму, но Каратель настоял на удобстве и прочности, всё равно им пришлось надевать доспехи. Только белые плащи с изображением герба Дома Виззарионов заставили надеть для проформы, мол, радуйтесь за господина. Харуке плащ постоянно мешал и навязчивое желание сбросить его при любой возможности, не покидало вампира. Заклёпка, сдерживающая его, была слишком тяжелой и массивной, и всё равно, что это «благородное изображение герба». Им бы ещё мечи декоративные выдали, приговаривая: «зато с императорской символикой»!
Торжественный паланкин в разы тяжелее обычного. Дубовая основа была слишком массивной. Лучшие мастера Лэно работали над ним, чтобы успеть сделать подарок императору и его будущей супруге на свадьбу. Произведение искусства с резными головами драконов и тонкой длинной шеей, напоминающей больше змею, что гордо поднимает голову, готовясь к ядовитому укусу. В глазницах – настоящий янтарь. Большие дорогие камни; его дочери пришлось бы держать один такой двумя ладонями. Жёлтый балдахин поднимался и раздувался, напоминая паруса корабля, который на своих спинах несли верноподданные носильщики. В храм господа брачующиеся ехали значительно скромнее и по отдельности. Харука везде видел свои минусы. Ему было сложно рассеивать внимание на Императора, наложницу и принцессу, но паланкины их были легче и прочнее. Защищать два паланкина проще, чем три, но Лэно, как специально, выбрали самый тяжелый, и быстро уносить их, в случае чего, не выйдет, как и быстро поменять на другой, а вести через толпу – так и вовсе.
Кречет напряжённо всматривался в толпу. Недовольных хватало ещё на пути в храм, и мужчина знал причину их гнева, но сказать об этом императору не мог. Советники, сопровождавшие господина, словно и не замечали, какие опасные взгляды упираются им в спину.
- Не нравится мне это всё.. – негромко сказал он, обращаясь к капитану.
- До дворца уже немного осталось, - приободрял его сослуживец, но вампир понимал, что немного – это для него и лошадей, а не чужих спин, которых запрягли, словно ослов. Когда появится угроза их жизни, они убегут первыми. И кто тогда понесёт Императора с его супругой? Он и его отряд? Прекрасное зрелище! Сам Каратель тянет на себе горе-императора.
Камэль усилил охрану паланкина императора и принцессы, сам шёл впереди, пока его люди расчищали дорогу, сдерживая недовольных, оттесняя их ближе к стенам домов. Они пришли сюда не восхвалять императора и радоваться его мимолётному счастью с новой пассией, они пришли вершить своё правосудие. И если так случится, что осмелеет один, толпа поддастся и худо тогда будет всем.
- Дорогу Императору и Императрице!
Если поначалу люд отступал более-менее добровольно и даже отчасти радовался, то теперь отряду Харуки приходилось прикладывать больше усилий и своими руками расталкивать вампиров на безопасное расстояние. Они не желали уходить с дороги. Впереди Камэль увидел потасовку.
- С дороги, я сказал!
Но сопротивление только усилилось. Харука не устремился вперёд, а отошёл ближе к паланкину императора и жестом приказал своим людям стать прочным кольцом вокруг них. Жизнь венценосных особ выше, чем простого люда, но Кречет предчувствовал, что смерть одного из простолюдинов приведёт к ответной реакции. Сборище впереди кое-как растолкали и смогли пройти, но через пять метров история повторилась.
Камэль опустил руку на эфес меча. Плохая затея тринадцатого числа бракосочитаться, когда в стране полный разлад и господ ненавидят больше, чем голод, который они создали своим бездействием.
- Защищайте его Величество!
Мужчина увидел движение и, оголив меч, сделал выпад, как ему казалось, защищая паланкин от нападения. Грозное обезвреженное оружие упало к его ногам с характерным чавкающим звуком. Неприятный запах защекотал ноздри. Навоз. И в этой красоте теперь перепачкано лезвие его меча.
- Просто прекрасно…

+2

4

И месяца не прошло после смерти матери и почившей невесты, как горюющий, судя по срокам, не та уж сильно, император женился на молодой наложнице. Как ничего и не было. Совет со спокойной душой заменил одну книгу сказок на другую, считая, что новая невеста что-то даст загнивающей стране с неопытным правителем, который и в носу ковырять не умел.
Шейн по поводу свадьбы не испытывал ровным счётом ничего. Парень заскучал с попытки надеть подобающий чёрный камзол. Слуги посчитали, что он охотно будет любоваться собой, стоя напротив зеркала, пока они застёгивают все пуговицы, крепят напыщенные украшения, создавая из императора кэтельское дерево. Что-то общее с бревном у него действительно было. Пассивность и безучастность. Он позволял себя одевать, обхаживать, восхвалять на пустом месте себе и невесту, но не слушал, не смотрел, не интересовался. Иногда зевал так, что за ним следовала цепная реакция служанок, которым из-за этого прилетало по головам от советников, решивших почтить его вниманием до торжества.
Народ, встречавший их на выезде из дворца, радушием и не пах. Камэль игнорировал недовольных вампиров, для которых кровь стала дорогим удовольствием. Виззарион видел последние отчёты по поставкам, но ничего принять не успел – сказали, что невеста и брак важнее голодных вампиров, которые не откажутся перекусить и им, и ей, представься случай отобедать свежей кровью.
Камэль поддерживал супругу в нежелании выглядывать из паланкина и махать рукой, изображая радость. Он в пределах храма не был щедрым на улыбки и охотные поцелуи. Молодая жена, красавица, что ещё надо? Выждать ещё несколько месяцев, пока стихнет боль и дурную голову перестанут посещать навязчивые мысли вернуться к прошлому?
Шейнир с праздным спокойствием, удобно сев на другом краю паланкина, чтобы сохранить небольшую дистанцию между ним и его императрицей, не реагировал на шум снаружи. Вампир смотрел перед собой, думая о своём.
- Поставки крови стали меньше, цена выше. Они не могут её себе позволить, - император был краток, спокоен. Он не повернул головы в сторону супруги и не одарил её взглядом.
Харука предупреждал его о вспышках голодного бунта, но советники настояли на пышном торжестве и шествии по главной улице, где могли собраться все желающие. Виззарион настолько устал от наставлений совета, что согласился на любую их авантюру, чтобы его оставили в покое. Определённый риск был, и он с ним мирился, принимая, как должное. Сам виноват, что не уследил за советниками. Он должен был направить их инициативу в другом направлении. Мог бы и нежелательного брака избежать.
- Предполагаю, что они не откажутся от нашей крови. Сегодня слишком жарко.
Носильщики резко остановились и паланкин качнулся. Шейн по инерции подался вперёд и упёрся рукой, чтобы не клюнуть носом в пол или колени Императрицы – мягко, но рано. Парень прислушался к шуму. Голословные выкрики толпы его интересовали мало. Он успел пополнить словарный запас изысканными ругательствами по дороге в храм и ничего нового услышать на обратной дороге не рассчитывал. Харука был прав, нападение неизбежно, но форма, в которой оно происходило, удивило не только Карателя.
Виззарион немного приоткрыл балдахин и выглянул наружу. Он видел спину Кречета, готового отразить атаку, и рассчитывал на стрелу или арбалетный болт, но вместо этого увидел остатки животного переваренного обеда. Вампир прицокнул языком и отодвинулся от окна.
- Праздничный фейерверк в нашу честь. Надеюсь, совет доволен таким приёмом, - устало-скучающе прокомментировал вампир.
Вынужденная остановка затянулась. Шейн выглянул ещё раз, чтобы проверить, что с сестрой. Её паланкин остановился значительно дальше от них, а где-то рядом должен ехать верхом бастард. При таком приветствии, он примет на себя большую часть праздничных «подношений» в их честь. Стражники обступили их, но выглядели, как тупоголовое стадо, которое научили размахивать мечами и принимать на грудь стрелы от наёмников, а не защищаться от пахучих «болтов».
После первого броска последовали и другие. Один застучал по крыше паланкина, другой врезался в бок рядом с окном, в которое недавно смотрел Виззарион.
- Метко..
Камэль предпочёл больше не наблюдать за ситуацией, но из того, что он успел рассмотреть, толпа впереди увеличилась, а желающих бросить камень стало больше.

+2

5

Вампирша вздёрнула чёрную бровь.
Возможно, смотреть и слушать внимательнее всё-таки стоило. Они никогда не знали голода, пусть кормил наложниц не чаще каждой четвёртой ночи, когда как аристократы могли насыщаться по требованию. Некоторые гости одалживали время и заботу наложниц безучастного монарха именно подарками и кровью.
- А кто повысил цены? Разве по мирному договору за передачу и приём крови не отвечали две короны – Остебена и Северных земель? – чуть склонив голову, поинтересовалась Мери. Она сама услышала в своём вопросе три слабых момента, но не стала торопливо дополнять, зная, что может куда выгоднее и с расстановкой уточнить позже… когда не будет так трясти!
Лопатки и локти, вывернутые под очень странным углом, вдавились в мягкую обшивку и подушки по углам, поддерживая новую императрицу на месте, и она закусила щёку, ругаясь про себя. Её лицо пока не испортила гримаса, но уже посетил наморщенный нос. Дёрнув свою шторку, Мередит дель Виззарион увидела достаточно. Кидали чем попало, но в основном – отходами шествия их прекрасных коней.
- Дикость, – процедила девушка и пересела к другому окну, по которому крохотными капельками мерцало… а, неважно, в жизни есть много более благовидных, но не менее отвратительных вещей. – Почему это должно заботить Совет, а не Ваше Величество, когда Вы застряли в самой гуще проблем?
Нет, в её голосе вроде не было капризности или укора. Она даже не ловила взглядом его лицо. Равнодушие – не напускное, а непритворное – не покидало лица и, что важнее, речей её нынешнего супруга всё время их знакомства. Всё равно. Погибать с поднявшим лапки и пустившимся по течению Шейниром Мери не собиралась. Она, ещё чуть отдёрнув шторку и перегнувшись через срединную линию, глянула вперёд, по ходу движения паланкина. Говорить с другим пассажиром было бесполезно, и крикнуть капитану стражи, легендарному Палачу, что её беспокоит и как можно было бы, по её скромному соображению, пройти без непосредственного применения насилия сквозь толпу, она не могла.
- Не уж-то так сложно согласовать и поднять щиты… – с досадой пробормотала она.
В выступлениях жриц вся магия заготована, согласована и спланирована. Если гвардия проходила хоть отдалённо похожую групповую подготовку, их даже недовольные зрители могли мало смущать. Хотя, наверное, бывшая наложница просто чего-то не понимала в суровых реалиях, в свой первый день в большом мире попавши в неприятности вот так. Даже не по своей вине.
Тяжко вздохнув, Мери села на своё место, задёрнула ткань, заставляя неприятные брызги исчезнуть из вида, и обняла свои открытые в розетке тканей плечи руками. Всё те же кружевные митенки под широкими рукавами, другие цвета… Если бесноватая толпа прорвётся, она будет готова и покроет ледяным коконом всю себя вместе с этими роскошными юбками.

+2

6

- Такого отменного дерьма Карательный меч ещё не видел, - морщась, не скрывая недовольства, Харука вытер лезвие клинка о плащ – хоть для чего-то он сгодился. С красивым пятном он выглядел теперь ещё поэтичнее, но Кречету было всё равно. Его куда больше волновала напасть в начале дороги и, что хуже, звереющая толпа наступала от домов, пользуясь бездействием его отряда. Воины так и не получили приказа атаковать горожан, и единственное, что могли, – сильнее налегать на щиты и пытаться оттеснить их с дороги. Этот способ будет действовать, пока кому-то не прилетят вилы в бок или молот кузнеца в голову, а что потом? Камэль не хотел пускать в ход оружие до последнего.
Воины, обступившие паланкин, подняли щиты, но даже те не могли защитить от всех попаданий. Творение искусства начинало соответствовать месту и вампирам. Мужчина понимал, что долго сдерживать вампиров не получится, если они хотят обойтись без крови, по крайней мере, той, что прольют их клинки, о подарках мирданцев он тактично умалчивал. Ими одаривали щедро, не то в честь праздника, не  то редкой возможности своими руками разорвать неугодного монарха вместе с его семьёй, пока предстала такая возможность.
В паланкине, который не понравился ему с самого начала, продвигаться по узкой улице, которую обступили со всех сторон недоброжелатели, практически невозможно. А расчищенную дорогу заполняли вновь прибывшие, оттесняя отряд.
Ариго осмотрелся, оценивая ситуацию. На дальнем конце улицы он видел прибывающую толпу, торжественно несущую корыто. Тяжелое от переполняющей его непонятной субстанции, которая чуть не расплёскивалась на светло-серый камень, недавно заменённый после почти месячного происшествия на площади. Он точно не хотел знать о том, что находится внутри. Остальные продолжали забрасывать их камнями и отходами. Их крики слились в бессловесную кашу, которую он уже не мог разобрать.
Харука резко развернулся, отдал приказ своим людям опустить копья – это немного насторожило горожан и они отодвинулись от опасного оружия, которое вампир не планировал пускать в ход. Не сейчас. Не так. Он остановился у паланкина императора и императрицы, чувствуя себя провинившимся мальчишкой, который пришёл получать подзатыльник от отца.
- Ваше Величество, Императрица, - он посмотрел на каждого поочерёдно, но в конце вернул взгляд Императору, - дальше паланкин не проедет. Нам придётся немного пройтись до дворца.
Он поднял руку, и часть его воинов окружила двери паланкина с обеих сторон перед тем, как она открылась и Камэль учтиво подал руку императрице. Поднятые щиты должны были защитить от подарков, которыми их щедро осыпали поданные, закрывая по бокам и сверху.
Проблематичнее было с принцессой. Закон гласит, что в первую очередь спасают императора и императрицу, а уже после его близких родственников будь они хоть кронпринцами. Большая часть людей Харуки охраняла паланкин Шейна и Мередит, и только семерых он смог оставит Элениэль. Он не мог лично дойти до принцессы и успокоить её, поэтому послал к ней капитана, отдав приказ сопроводить принцессу во дворец другой дорогой. Ариго не хотел соваться на улицу, ведущую к рынку, или пересекающуюся с бедными кварталами, понимая, что и без того рискует своей головой, но другого пути не было – главная улица перекрыта, а его воины не смогут долго сдерживать толпу. Они выиграют им немного времени – всего лишь.
- Следуйте за мной, Ваше Величество, - он учтиво склонил голову и пошёл во главе своего отряда, иногда посматривая в сторону паланкина принцессы и своих людей, сдерживающих толпу. У него практически не было выбора. Во дворец вело три дороги. Самая короткая – через Алую площадь, но её заполнили голодные вампиры, жаждущие и крови, и правосудия – неизвестно, чего больше. И две дороги в обход, одна «лучше» другой. Через серебряные кварталы в сторону правящих домов, где меньше всего шансов пересечься с низшей прослойкой общества, или через торговые – это поле загадка. Сегодня в честь торжества день не торговый, запретили любую деятельность, подарив всем желающим заработать ненужный выходной день. Она должна быть пуста, но это не значит, что там их не встретит эпичное подкрепление, вооружённое чем-то похуже навоза.
Харука выбрал наиболее безопасную, по его мнению, дорогу, но если за жизнью императора и его супруги он следил лично, то обещать, что с принцессой всё будет в порядке, не мог. Стоит ли говорить о чиновниках, о которых он даже не думал? Его дело маленькое – сохранить голову императора и, желательно, не открепляя её от его тела, какой бы дурной она ни была.
- Защищайте Императора и Императрицу!
Подавить недовольство толпы на Алой площади и схватить предателей значительно проще. Их можно убить, особо не задумываясь, и так даже будет значительно проще, но в этом случае Камэль предчувствовал, что тогда толпа захочет не крови и грязи, а голову императора вместе с его внутренностями, из которых будет спокойно посасывать кровь в жаркий солнечный день.
- Ваше Величество, принцесса отправится во дворец другой дорогой. Мои люди проследят за тем, чтобы она добралась благополучно, - постарался он заверить императора, хотя  сам сомневался в том, что всё пройдёт удачно, как знать, чего ожидать от толпы. Пока он не видел оружия в их руках, а помои – от них можно отмыться, это только знак того, что, какой правитель, таковы и дары ему.

+2

7

Виззарион извлёк пользу из похождений к Арнике за стены дворца, но не осознавал её цены, пока не столкнулся лбом с летящим в него навозом. Он не понаслышке знал о проблемах среднего класса, о дороговизне крови, цена на которую значительно изменилась за последние полгода, которые он не принимал участия в делах совета, потеснив Мирру. Положение после её смерти усугубилось. Для бедняков – медяк уже много, а цена подскочила значительно выше.
- Остебен уменьшил объём поставок. Меньше крови – больше цена, которую придётся заплатить за неё в Северных землях, - Шейн предполагал, что количество крови снизилось за счёт его проступков. Он подорвал свою репутацию, и она сыграла на руку людям. Слушать его король не станет. – Я бы и сам себя слушать не стал.
Неопытный мальчишка, у которого ещё не отыграло детство, решает поиграть в большую политику, предварительно надколов соглашение между двумя государствами. Его дед создал, а он разрушил, когда решил обратить Арнику. Никто не собирался разбираться в причинах и следствиях, почему он это сделал и зачем, проще обыграть это, как намеренное обращение, приведшее к смерти ещё одного человека по вине вампира. Кормить зверя, которому всегда мало, бессмысленно, а развязать войну с непутёвым императором, который наверняка ничего не смыслит в военно-политических делах, не проблема. Шанс того, что они выиграют невелик.
Чтобы вампиры утихомирились, цену на кровь нужно снизить, а для этого потребуется вернуть прошлый объём поставок. Чёрный рынок, пополняемый за счёт набегов Виан, наёмников и других контрабандистов, Виззарион не учитывал, но и так понимал, что там цена не меньше, раз толпа вампиров повалила делиться с ним последними новостями.
- Потому что совет посчитал, что наша свадьба важнее голодных вампиров, - он перевёл короткий взгляд на супругу, не поворачивая головы. Вина его, что он не настоял на своём, а, перебрав бумаги, как птица чистит перья, махнул рукой, сославшись на отсутствие желания бить себя в грудь снова и трясти короной.
Вампиры голодали по его вине. Наказание он считал заслуженным, и, пока Мередит скакала от окна к окну, он думал, как договориться с королём Остебена о соответствии Кодексу, который он же нарушил.
Паланкин затрещал над головой Виззариона. Камэль отвлёкся. В ход пошли булыжники и, как ему показалось, кидали их сверху, из домов, что каменными стенами выросли по обе стороны улицы.
- Кажется, им нравится нарушать традиции ничуть не меньше, чем мне, - Шейн прикрыл глаза и подпёр щеку рукой, не думая присоединиться к ёрзающей супруге. Кто-то должен паниковать, а кто-то оставаться спокойным в любой ситуации. Что он мог, учитывая своё положение? Против голодной толпы, желающей тебе не здравия и процветания, с мечом и магией долго не продержишься, а ноги аристократа, привыкшего везде разъезжать или в паланкине или верхом, не предназначены для длительных пробежек. Как показала стычка с Виктором, воин из него никудышный. Равнодушие по отношению к избраннице совета облегчало задачу Императора спокойно ждать, когда паланкин снова сдвинется с места и толпа немного разойдётся под давлением воинов. Он не боялся, что их перевернут и предадут народному суду. Не за себя и не за Мередит, к которой не испытывал ничего, кроме редкой необходимости подавать ей руку или отвечать на вопросы – жена ему досталась немногословная и не требующая к себе внимания. Идеально.
Он начал беспокоиться за Элениэль, когда после попыток отряда дорога не стала чище. Девушка оставалась одна и, как он предполагал, волновалась и боялась, что что-то пойдёт не так.
- Уже пошло.
Шейнир убрал руку от лица и внимательно посмотрел на Кречета. Парень кивнул. Ехать в паланкине, который постоянно раскачивается и резко тормозит, подставляя его голову под падения камней и отходов, ему надоело. Он пропустил Мередит вперёд, а следом вышел сам.  Виззарион смог увидеть толпу, которую оттесняли стражники, перепачканные во что попало, и частично паланкин сестры, тонувший  за спинами вампиров, набежавших между ними. Девушку он не увидел. Он не успел хорошо осмотреться, щиты закрыли его от народа, а народ от него.
Щиты сверху и по бокам – прекрасно, но Камэль почувствовал себя, как в гробу, который наглухо заколотили. По щитам прилетали новые камни и прогнившие овощи, пережившие холодную зиму, - молотки, что заколачивали крышку.
- Что с Элен? - за сестру он беспокоился и не скрывал волнения, вытеснившего спокойствие и безразличие. Ответ Харуки устроил его частично. Ему было бы спокойнее идти рядом с ней или знать, что количество стражников, отравленных на её защиту, достаточное, чтобы помочь ей живой добраться до дворца. Шейнир надеялся, что злость в полной мере прилетит ему, а не девушке, которая долгое время отсутствовала в столице и не имела никакого отношения официально к происходящему в Северных землях, но это понимал он и приближённые к аристократам, не обычные горожане, которых интересует кусок хлеба и полстакана крови.
Улицы Серебряных кварталов чище и опрятнее за счёт их приближённости к главной площади и домам правящих семей, но и здесь найдется неблагочестивый народ, который торжественным шествием отправится за ними. Голоса утонули за стеной. Шейн слышал отдалённый шум и тяжелые шаги с цоканьем лат воинов и тихими ударами копий о щиты. Идти пришлось быстро. Ему проще, а Мередит с кучей тяжелых юбок и на каблуках без служанок, которые тянут за ней подол, легко ли ей? Виззарион бросил на супругу короткий взгляд, но ничего не сказал и не предложил помощь. Чтобы разорвать подол, убрав лишнее, придётся остановиться – они потратят время, которого мало.
Улица опустела. Люди встречались редко, но не такие воинственно настроенные, как встречающие их у подъезда к Алой площади. Они торопливо отступали, видя вооружённых стражников, и не успевали сообразить, кто идёт к ним навстречу, как их убирали с дороги.
Виззарион посмотрел наверх, в редких пустотах между щитами мелькали вампиры, высунувшиеся в окна. Шум, созданный военными, привлекал слишком много внимания, а передвигаться бесшумно нет ни времени, ни возможности.
Толпа догнала их раньше, чем они успели дойти до поворота. Дорога пока ещё была свободна, но сзади уже собирались вампиры, прорвавшие первый рубеж защиты. Посыпались новые камни, в том числе сверху, забарабанив по ушам убийственным эхом. Парень, поддаваясь рефлексу, немного пригнулся и высвободил руку на случай, если придётся быстро сплести защитное или атакующее заклинание.

+2

8

- Возможно, самое время выяснить у короля Гренталя, что беспокоит его венценосную голову больше исполнения торгово-дипломатических обязательств
Ей не хватало только проверить безупречность подточенных ногтей, чтобы идеально сыграть дурочку-вообще-не-в-курсе. Мери не слышала о миссиях послов в конца зимы, что было очень странно. Императрица Мирра принимала кого-нибудь чуть ли не каждое новолуние, и тогда наложницы постоянно выступали для гостей и набирали из их уст столько слухов, что хватало на все вечера в их покоях. Потом всё перестало, точно их всех одновременно ударили по ушам и оглушили, а двор зашивался сам в себе сразу несколькими силами и не желал поддерживать контакт. Это могло породить проблемы, если ещё не породило! Если на свадьбе не было дипломатов – она может оказаться не признанной. Но лучше бы их здесь не было, чтобы непризнанной не оказалась корона.
Возможно, ещё одной хорошей идеей было бы не тратить казну на пышность двора, а подкормить за её счёт хотя бы столицу, чтобы этого не происходило? – фыркнула Мери про себя. Такое впечатление, что она одна читала труды Магистра Марвина, эти циничные, но действенные размышления о том, с кем и когда грамотный политик на вершине пирамиды из тысяч разных плеч может позволить себе подпортить отношения, чтобы ублажить других, чья благосклонность важнее. Воздух после неудавшегося переворота был явно не напоен силой парфюма аристократии. Он пах потом, навозом и смрадным дыханием пустого живота. Неужели нельзя было выкинуть под предлогом измены и виноватости в куче прочих бед на растерзание кого-нибудь из не самых лояльных домов? Например, торгашей из Лэно, только не принцессиного защитника. Конечно, позже когда-нибудь пострадавшая семья оправилась бы и жестоко отомстила бы (попыталась) за перенесённый испуг и очернение, но бросить беснующейся толпе жертвенного агнца сейчас, очистив вину с себя, было необходимо. Ну, по крайней мере так мыслила Мередит, не имея никакого пока доступа к письмам и словам в кругах власти, своим дилетантским, но здравым умом.
Говорить, что совет мог сообразить, а монарх – громко и самоотверженно взять и отклонить девушка не стала уже по другой причине. Избавиться от клейма наложницы было её давней и страстной мечтой.
И о традициях говорить не стала. Сударь просто дурачок. А толпа с очень большой вероятностью могла изначально собраться "мстить" за весть о скорой замене невесты-простачки на полнокровную дочь Бэлатора, какой бы слабый оттенок белого золота не мерцал в её волосах. У манипуляторов всегда найдётся много предлогов и идей для такой ситуации, как та, что царила в Северных землях сейчас. У Мери тоже было немало этих идей, но действовать нужно было осторожно.
Не всё сразу, если хочешь закрепиться на том, что получила в этот день, Мередит дель Виззарион.
И ни в коем случае не ревновать к несостоявшейся невесте по поводу беспокойства. Мелочь какая, правда.

С отдохнувшими стопами девушка выскочила из паланкина довольно легко, даже не хватаясь толком за предложенную руку, но снаружи ей решительно не понравилось.
Она не жаловалась, и первое время озаботилась поддержанием платья сама, спешно следуя в неудобной обуви по булыжной мостовой. Даже это давалось ей пока достойно: семенящие шажки на подворачивающихся ногах были только внизу, а снаружи она скользила. Мереди почти убедилась, что самое неприятное позади и хотела извиниться и приостановиться, но тут над её головой что-то прогудело в полёте, чиркнув по поднятому над ней щиту.
Секундного испуга хватило, чтобы девушка потеряла всё своё собранное спокойствие.
- Ну хватит, – процедила она и тронула за локоть идущего рядом с ней с поднятым щитом гвардейца. – Позвольте мне пару мгновений под небом. Сейчас будут снаряды посвежее.
По ходу дела скидывая с ног туфли, Мери вытянула руки к небу и совершила пять круговых движений, шепча про себя слова. К счастью, на место приподнятого для неё щита за то время ничто не попало, зато после, когда она снова дёрнула локоть стража и сказала "теперь всё", забарабанило так сильно, как не было с самого начала толчеи. Крупная ледяная крупа осыпалась и на отряд, и на преследующую голодрань, и голодрани было явно не так весело, как ловко подобравшей туфли и ступающей теперь босыми ногами по колкой, но свежей крошке поверх склизкой, но всё-таки не загаженной насмерть мостовой.
Она вполне умела заботиться о себе сама, и даже не думала приставать к своему новоиспечённому мужу или – что разумнее, но неуместнее – Кречету с глупыми вопросами вроде "сколько ещё?".

Использовано: Град – 80 маны.

+2

9

Невеста досталась Императору с характером.
- Ваше Величество! – окликнул Мередит, но отсчитывать девушку, как равную себе, он не мог. Мужчина не одобрял её желание выбраться из-за защищающих её щитов и подставиться под возможный удар сверху. На сотворение заклинания необходимо время, а, когда в тебя летит со всех сторон и не только потроха с навозом, это не самая лучшая затея. Он не знал, что именно она хотела сделать и какой эффект будет после её действий, но чувствовал выплеск чужой маны, и это ему не понравилось.
- Не время для художественной самодеятельности! – ворчал про себя Кречет, но старался излучать само спокойствие и преданность верного воина.
Мужчины скрипнули зубами, когда град забарабанил по щитам – на такую музыку в честь торжества, они не рассчитывали, но стойко молчали, иногда лишь вздрагивая под сильными ударами. Сверху перестали кидать. Все желающие, устроившиеся на крышах и вылезшие в окна, постарались найти укрытие для своей головы, а не искать, где под щитами спрятался император с императрицей. Ариго посмотрел назад. Их преследователи тоже замедлились. Несколько вёдер, что они прихватили с собой, перевернулось и залило мостовую слизкими отходами, на которых впопыхах, пытаясь скрыться от града, сами же и поскальзывались, падая в ароматную до слёз смесь.
- Ваше Величество, простите, но нам нужно идти быстрее.
Град – не камни, но и он мешал, попадая под ноги и отчеканивая по щитам. Они ускорили шаг. По-хорошему бы оставить несколько воинов, чтобы те сдерживали неугомонных какое-то время, как ещё один рубеж защиты, но Харука дорожил своими людьми и не мог сделать брешь в защите.
На какое-то время они избавились от преследователей и смогли пройти до нужного поворота. Несколько улиц Серебряного квартала и они выйдут к нужному переходу в Золотые. Не будь с ними женщины, было бы значительно проще, как и окажись в их распоряжении хотя бы одна лошадь и доставить двоих во дворец ещё проще. Ездить верхом их Император мог и самостоятельно, а они бы занялись сдерживанием толпы. Навряд ли бы кто-то рискнул лезть под копыта; догнать лошадь, что несётся во всю прыть, на своих двоих невозможно, будь ты хоть трижды чистокровный Арис, а где тут такие?
Нет и лошади. Приходится исходить из того, что есть. Единственное относительно ездовое животное, что встретилось им на пути, - ишак, но если после разгрома у Алой площади Император с женой явится во дворец на ишаке… Да и толку от него несчастного, когда догнать это упрямое животное проще простого?
Камэль посмотрел через плечо назад. Новых преследователей пока не объявилось. Он запоздало обернулся, столкнувшись с новой неприятностью. Он забыл об этой улочке! Часть горожан предпочла обойти место падения града и выйти немного впереди них, торжественно неся новую порцию прекрасного. Харука попал под раздачу первым, не успев среагировать, столкнувшись с ними нос к носу. Щедрое ведро вылили Кречету на голову, не защищённую ни капюшоном плаща, ни, тем более, щитом. Зря он расслабился. Слишком рано.
Старая пропавшая кровь, похоже, что слив свиной вперемешку с потрохами, свисающими ныне с его плеч на манер аксельбанта. Белые волосы слиплись и облепили его лицо. Жидкость щедро не то стекла, не то сползла с плеч, расползаясь дальше по доспехам и плащу. Острый запах настолько ударил в нос, что мужчина почувствовал сильный спазм желудка. Остатки щедрости упали к его ногам, давая возможность от души насладиться личинками и мухами, что успели наплодиться в ней и недовольно копошились на грязной мостовой.
Мужчина замер на несколько секунд, а после поднял руку, как для новой команды. Он злился, несмотря на внешнее, казалось бы, спокойствие Карателя, который привык к любым выходкам судьбы, но сейчас он уже начинал жалеть о том, что не позволил своим бойцам пустить в ход оружие. Сильная энергетическая волна расчистила им дорогу, отбросив желающих поделиться отходами с остальной частью воинов и, конечно же, Его Величеством!
Вот и предстала возможность снять раздражающий его плащ. Харука отстегнул заклёпку и утёр лицо чистым краем ткани, а после пренебрежительно отбросил её на мостовую, частично прикрывая остатки подношения, которым его одарили. Он хотел избавиться от плаща, но явно не таким образом, и чувствовал, как мало того, что сапоги чуть похлюпывают от этой дряни, так ещё и за шиворот натекло!
- Мне кажется или там что-то шевелится…
Он старался об этом не думать и продолжать идти.

Аэквалис (130 маны)

Отредактировано Харука (2015-06-01 11:17:00)

+2

10

Веселье! В его скучной и однообразной жизни появилось что-то новое. Помойная экзотика. Шейн уступил Мередит создание атакующего заклинания и сам отошёл дальше от девушки – не горел желанием подставиться под камень, который может залететь под щиты из-за его красавицы жены.
После её заклинания гудение дрожащих щитов усилилось. От продолжительного шума голова болела и напоминала колокол, за язык которого дёргает звонарь. Он попытался прислушаться к шагам преследователей, но сильнее травмировал уши. От затеи отказался быстро, жалея себя. Харука не останавливался, значит, они смогли оторваться и выиграть ещё времени для ускоренной прогулки к дворцу.
Шары града лопались, попадая под сапоги. Виззарион из-за спешки почти не смотрел под ноги, только вперёд, на улицу, которую не закрывали щиты. Думал он не о преследователях и бесконечном шуме, который перекрывал нужные для восприятия звуки, а о сестре. Они не пересеклись с ней ни на одной из перекрёстных улиц и не видели, чтобы Элениэль с оставшимися гвардейцами и Авелем догнали их. До правящих домов осталось немного.
Виззарион молчаливо посмотрел на босые ноги супруги, в редкость выглядывающие из-под длинных и пышных юбок. Есть плюсы в том, чтобы родиться мужчиной. Он бы не хотел идти босиком по мостовой, в особенности, когда увидел, чем её облили впереди.
Быстрее – вопрос не к нему. Он свободно ускорил шаг. Солдатам, как ему казалось, идти значительно тяжелее, учитывая вес доспехов и щитов с оружием, которые они тащили на себя, не говоря уже о том, что приходилось выдерживаться град и камни, которые постоянно сыпались сверху, сопровождая их, как праздничный салют. Впереди и ковровую дорожку не забыли. Склизкую, с в прошлом живым узором и массажем для босых стоп от кишащих паразитов. Мередит должна оценить такую роскошь, она первая новоиспечённая жена Императора, которой выпала подобная не-честь.
Гвардейцы резко остановились и вместе с ними Шейнир. Никто не попытался помочь Харуке или ругнуться в адрес вампиров, унизивших Кречета. Виззарион не исключал, что ушат помоев предназначался именно ему, а город будет долгое время гудеть о том, как простые смертные искупали Палача и за это не поплатились головой.
Сильный выплеск магии. Ариго стойко перенёс все тяготы воинской службы, ни медаль, ни награду за которые он не получит. Камэль хотел протянуть ему платок, но посчитал, что смотреться это будет унизительно с его стороны и как чистой воды издевательство, учитывая степень.. омытости Карателя.
Плащ с гербом небрежно упал на мостовую. Виззарион устало-недовольно выдохнул и в один рывок поднял бывшую наложницу на руки, чтобы перенести её через помои. Сапоги чистить не ему, ноги супруги – тоже, но ей с ними ещё идти, а заставлять Мередит перепрыгивать, рискуя поскользнуться и разбить голову, перебор. Ему не настолько наплевать на то, в каком состоянии они доберутся домой. Через несколько шагов девушку он поставил на ноги и пошёл вперёд, как ничего и не было.
- Надеюсь, Элен повезло больше, - в своих словах он сомневался, но старался сильно не выказывать беспокойство за сестру и больше уделять внимания своим нарастающим проблемам.
С другой стороны улицы к переходу в Золотые кварталы подходили новые желающие поздравить правителя. Стражники, патрулирующие переход, уже слышали о происшествии на Алой площади, но большая часть гвардейцев ушла туда. Никто не предположил, что императора вместе с женой поведут к этому переходу. Они попытались сдержать их и не позволить пройти. Сегодня банный день выпал и на их честь.
- Надоело
Виззарион вытянул руку перед собой, генерируя заклинание. Он старался не задеть стражников, но управлять порывами ветра идеально не научился. Им досталось значительно меньше, чем вампирам, которые могли лишить его возможности попасть в Золотые кварталы.

Использовано: Порыв ветра, 130 маны.

+2

11

В тени щитов и темени ночи, которую не достигали фонари, глаза Мери блестели, как у ящерицы – такие же чёрные, немигающие, пустые. Она почти не дышала, и думала ещё меньше, считая про себя шаги и расстояния. Пыльцы уже устали держать охапки ткани во вспотевших ладонях да ещё туфли, но девушка упрямо шла дальше под безопасным сводом.
Тяжело в таком положении контролировать гнев, когда раз он уже вырвался, но она старалась. Спина, при опущенном под щитами туловище, оставалась прямой подобно струнке.
Глаза упёрлись в жидкое смрадное месиво, от одного вида которого сам по себе наморщился прямой припудренный нос.
Даже не отбрасывая все смыслы, ничего смертельного в этом нет, – внушала себе Мередит. Иные дамы, сопровождай её кто-то из них, попадали бы в обмороке ещё в паланкине, а она вот, идёт, терпит, не плачет и не ругается. – Невозмутимость – лучший способ никогда не ронять лица.
Ей хватит получаса в компании двух слуг, чтобы воссоздать безупречный вид, точно ничего не было.
Как жаль, что я не увижу, как обольют всех гостей и этот всемогущий Совет, – добавила она в мыслях, переключаясь с уговоров на злорадство. Унижение супруга было справедливым, но ей не хватало реакции.
- Благодарю.
Возможность не идти по луже потрохов и крови была облегчением, пусть даже длилась она долгие и неприятные мгновения. Но лицо Мери не менялось, заговорённая ледяная маска, и показать этого не могло. Ровно как и ухмылку на реплику о Элениэль дель Виззарион. Вот уж кто должен быть в панике и в слезах дважды: ни за что, не на своей, как следовало бы, свадьбе, где-то позади. Может, даже мертва. Нет, вряд ли. Принцессу можно было выменять на кровь всех людей Остебена, использовать, как рычаг для начала войны или отмены Кодекса – ну, если Шейнира действительно так заботила отвергнутая им сестра. Пока он, может, как трус себя и не зарекомендовал, но как персона нерешительная и на поступки (настоящие, достойные, требующие воли и принуждения себя поступки, а не прихоти) едва ли способная – точно. Вот вихрь, который он поднял – прихоть. Нападающих людей и вампиров раскидало по стенам и оттолкнуло в переулки, но с неисчерпаемой ненавистью, поддержкой со спины и чувством локтя они напирали вновь. На миг Мери забыла, что это вот этих вот простолюдинов ей стоило убивать если не так, то в мыслях за прогулку мерзости и унижения. Её тёмно-серые глаза нараспашку смотрели на раскачивающуюся стихию.
"Богатство венца измеряется не золотом и простором земель, а теми, кто его признаёт", – вспомнила она. – Какая… жалость, что всё сложилось так.
Будучи женой непопулярного монарха завоевать умы и сердца ей будет втрое сложнее, дольше и опаснее.
Гвардейцы, потревоженные всплеском магии, вжали беснующиеся ряды голодрани в стены ценой своих безупречных рядов, и, царапая о мостовую кожу стоп, Мери припустила вместе с Кречетом, супругом и оставшимися четырьмя солдатами значительно живее. Силуэты господских домов сменили городскую двух-трёхэтажную нелепую и плотную застройку, потянулись кованные ограды по обе стороны дороги. Если бы не боль в рассечённой пятке, которую девушка стала ощущать с нарастающим раздражением (если не сказать по-честному иначе), она бы не замедлила шага ещё сколько угодно времени, внюхиваясь в куда более свежие ароматы первых зацветающих клумб и кустов. Тихое шипение вырвалось из сцеплнных зубов и сжатых губ, и Мери припала особенно сильно на ногу.
Оглянувшись в сторону перекрёстка, который заполнялся рыжими отсветами факелов, она отпустила юбку и одновременно приподняла потяжелевший и подпачкавшийся подол, вытягивая ногу.
Царапина оказалась размером с пол-ладони. Вмиг перед глазами промелькнули все страшные миниатюры заражений и гнили в учебниках, которые многие жрицы не желали даже брать.
Что там картинки…
Приложив ладонь к ноге у подъёма и зажмурившись, Мери представила, как корка льда выступает из-под самой её плоти и кожи. Кожа онемела мгновенно, а заплатка со всей лёгкой изморозью покрыла стопу куда больше, чем требовалось, как хрустальный башмачок. Но наступить на него девушка не смогла, сразу одёрнув ногу и морщась.
- Теперь мне действительно понадобится помощь, – сказала она всем и никому, глядя только назад, туда, где уже оттесняли и гнали их рассеявшихся защитников. Теперь и правда было страшно: она не могла рассчитывать на себя как всегда и бежать.

Использовано: Заморозка крови – 55 маны.
Остаток – 85. 

+2

12

Харука, конечно, мог бы побыть рыцарем, взять миледи на руки и живо отнести её в ближайший дом лекаря или прямиком во дворец к придворному целителю, чтобы тот осмотрел ногу императрицы, но он – воин, а не носильщик прекрасного. Его руки должны быть свободны, они предназначены исключительно для меча и создания заклинаний. По крайней мере, в это тяжелое время.
Он исчерпывающе и намекающее посмотрел на Виззариона, надеясь, что у мальчишки хватит ума самому исполнить свой супружеский долг и понести императрицу.
- Достаточно с меня слухов на сегодня.
Мало того, что его помазали, так ещё и могли слушок пустить о том, что сам Каратель нёс на руках молодую жену императора, а не есть ли между ними что-то. Его семья не до конца отмылась, после покушения дяди Шериан на Императора и его семью. Отчасти удачного. Это подорвало и его репутацию, как Карателя. Долго пускали слух о том, что при жене преступнице нечего ждать честных и благородных поступков от вершителя правосудия.
Кречет поморщился и, пользуясь короткой остановкой, сунул руку за ворот. Пальцы коснулись мерзкой слизи; он сразу захотел отдёрнуть руку, но продолжил, пока не вытянул из-за воротника причину своего беспокойства – опарыш. Этот мелкий негодник щекотал ему шею, а вместе с ней и нервы, пока они торопились к переходу. Мужчина выбросил помеху, краем взора увидев, как напряглись некоторые гвардейцы, наблюдающие за ним. Он сделал вид, что этого не заметил.
Ариго оглянулся. Часть недовольных они смогли оттеснить. За новыми стражниками уже послали, но на всякий случай опустили решётку, чтобы люд, осмелей он и обнаглей в край из-за голода, не ринулся в Золотые кварталы следом. Императору и его супруге больше ничего не угрожало. Пока. Вампир придирчиво осмотрел решётку. Достаточно прочная, чтобы выдержать их наплыв. Её должно быть достаточно, чтобы подоспели другие стражники.
- Если они не решат лезть через стену.
Харука посмотрел вверх. Высоко, острые шпили и патрули, но разве кто-то будет об этом думать, если решится? Нет. Мужчина хотел также узнать о последних новостях с Алой площади, насколько усугубилось положением там и не появились ли настоящие жертвы. Испачканные советники и гости – пустяк, пусть и неприятный для короны. Пролитые помои – ладно, терпимо, но не свежая кровь. Принцесса волновала его ничуть не меньше. Несмотря на приказ, что он успел отдать перед тем, как отряд разделился на две группы, он не видел ни гвардейцев, ни принцессы, ни бастарда и что-то ему подсказывало, что они не прошли и половины пути. У него слишком много забот этой ночью. Он доставил Императора с женой в безопасное место, но не во дворец, а ещё должен был найти и привезти Элениэль, а также явиться на Алую площадь и всё перепроверить, чтобы ни один из голодающих с факелами не оказался в Золотых кварталах. Их бы и из Серебряных вернуть обратно в Медные и устранить неполадки на улицах города, но сначала это.
- Приведите лошадь для Его Величества.
Найти скакуна здесь оказалось значительно проще. К тому же, всем гвардейцам не было необходимости закрывать щитами Виззарионов. Сюда уже ничего не долетит. Стражники, обалдевшие от происходящего, предпочли дальше отодвинуться от ворот, чтобы их ненароком снова не задело, и изумлённо осмотрели Кречета с ног до головы, отмечая его не совсем праздничный и свежий вид. Они о происшествиях на Алой только слышали, но своими глазами увидели вот сейчас.
- Я удивлён не меньше вашего..
Харука взял под поводья приведённую лошадь и подвёл её к Императору с Императрицей.
- Ваше Величество, дальше вы поедете верхом. Мои люди сопроводят вас до дворца. Я должен разобраться с непорядками в городе и привести вашу сестру.
Он мог бы и, возможно, был просто обязан сопроводить их до самого дворца и лишь тогда удалиться, чтобы вернуться к своим остальным обязанностям, ведь сохранность Императора всегда на первом месте, но он считал это бесполезной тратой времени. К тому же, не приведи он живую принцессу, его голова полетит первой.

+2

13

Шейн обратил внимание на супругу, когда она шикнула. До этого вампир предпочитал задумчиво любоваться разгневанной толпой, освящающей им дорогу факелами. Он заметил, что Мередит начала прихрамывать, а потом и рану на её ноге. Не удивился. Она прошла, почти пробежала, босиком по улицам, которые мели в лучшем случае раз в несколько дней. Под ногу мог попасть осколок или острый камень. Удивительно, что они успели дойти до Золотых кварталов раньше, чем она начала хромать и скакать на одной ноге.
Виззарион подошёл ближе, наслаждаясь отсутствием нависающих над ним щитов, и придержал супругу под руку, пока она вытягивала и любовалась ногой, пуская в ход магию. Он явно чувствовал запах её крови, который не смог перебить шлейф Карателя, но не испытывал ровным счётом ничего, что мог бы. Толпа за воротами его заботила больше.
Парень подождал, пока на ноге девушки сформируется ледяной башмак, и поднял её на руки, предполагая, что придётся нести молодую жену до самых покоев или до императорской лечебни, чтобы сбросить обузу на лекарей и целителей, которые в ранах смыслят намного больше, чем он. Царапина – не смертельное увечье, если туда ничего не попало. Беря во внимание, по какой дороге Мередит пришлось пройти, что-то могло запросто попасть, но ей в любом случае не о чем беспокоиться, - она императрица и её обсмотрят вдоль и поперёк, используя всевозможные способы. Привилегии аристократии. Император бросил взгляд на сборище в ворот. Если он распорядится вынести им крови сейчас, они сочтут это, как подачку и, даже вылакав всё до последней капли, взбесятся ещё больше. Сколько ни корми уличную собаку – сыта она не будет.
- А нести и не пришлось.. – Шейнир усмехнулся про себя. Подержал девушку на руках и хватит. Стражник придержал лошадь, пока Виззарион помогал супруге взобраться в седло. Следом сел сам позади Мередит. Он предполагал, что наложниц не учили ездить верхом ни по-мужски, ни как подобает женщине её ранга. Он бы уступил ей лошадь, но предположил, что девушка не сумеет ехать боком без поддержки. Сам придержал её одной рукой, второй, не выпуская поводья, направлял лошадь.
Невзирая на погром в городе, Камэль считал, что до дворца они могли доехать и без сопровождения. Гвардейцы сейчас нужны в другом месте. Он не стал задерживать Харуку и одобрительно кивнул ему.
- Забери часть людей с собой. На площади они нужнее.
Помимо оголтелой толпы, там были и мирные граждане, которые могли пострадать в голодно-кровавой суматохе, а также другие стражники, которым не помешает подмога, и брошенные на волю судьбы чиновники, советники и прочий аристократичный сброд, который он обязан принять во дворце, извиниться и объясниться. Один взмах его руки доставил много проблем, которые он мог избежать, если бы не бездействовал. Сестру, которой пришлось брать на себя большую часть его обязанностей, он в произошедшем не винил. Сам видел документы и ничего не сделал. Идиот, который признаёт, что он идиот, что может быть хуже для начинающего правителя?
- Хару, - окликнул вампира перед тем, как направиться во дворец с оставшейся частью гвардейцев в количестве двух, - найди мою сестру.
Он пренебрёг всеми правилами этикета, опустил уважительные приставки и вежливое обращение на «вы», как и полное имя, списывая всё на голову, забитую то Элен, то голодными вампирами. Шейн ударил лошадь под бока, и та направилась в сторону дворца. От Золотых кварталов до него дорога прошла тихо и без происшествий, если не считать необходимость делить одно седло с равнодушной супругой. Пока Мередит помогали покинуть седло, слуга успел сбегать за лекарем и императрицу отвели в её покои, чтобы там в спокойной обстановке осмотреть её ногу.  Виззарион отмахнулся от помощи коротким: «Со мной всё в порядке» и направился к себе в покои.

эпизод завершён

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [13.04.1082] Не из роз