Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре июль — август 1082 год


«Тайна забытого города»

Ритуал очищения и освобождения прошли успешно. В Зенвуле больше нет ни призраков, ни нежити, ни тёмной энергии. Экосистема города возрождается. В него вновь возвращаются звери и птицы. Проклятое Древо Костей в центре города полностью уничтожено, на его месте теперь стоит Страж-дерево. Болезнь Роза немёртвых полностью не исчезла, но теперь новых заражений не будет. Пока дух всё ещё в теле смертной девушки и мир полностью не очистился от тёмной энергии, которая растянулась далеко за пределы Остебена, болезнь останется.



«Не по-божески!»

В Остебене по-прежнему остаётся проблема голода. Беженцы из заражённых городов и деревень с неохотой возвращаются на земли своих сюзеренов. Триумвират, пользуясь послаблением короны, влияет на умы людей, настраивая их против короны, некромантов и союза с вампирами. Поставки продовольствия между Альянсом и Остебеном прекращены. Люди ищут новый источник пищи, обращаясь за помощью к эльфам.



«Жатва»

Войска столицы направляются к городам-близнецам, чтобы дать бой Культу Безымянного и освободить Атропос и Акропос из-под гнёта культистов. Культ сдаёт Атропос без боя и стягивает силы к Акропосу, где разгорается полномасштабная битва. Первые Ключи из Силентеса активированы, что провоцирует Мёртвое древо поднять новое войско нежити и уничтожить всё живое, что есть на материке.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Демиурги находят кладки яиц левиафанов на корнях Комавита, которые истощают его и неотвратимо ведут к уничтожению древа. Королеву эльфов пытается сместить с трона старый род, проигравший им в войне много лет назад. Принцессу эльфов пытаются использовать в личных целях младшие Дома Деворела, а на поле боя в Фалмариле сходятся войска князя-узурпатора и Ордена крови.


✥ Нужны в игру ✥

Джошуа Элиор Лангре Сивила Лиерго Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [03.04.1082] Пить с утра? Это по-нашему


[03.04.1082] Пить с утра? Это по-нашему

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

- Локация
Гвиндерил, г. Деворел, усадьба Раумо
- Действующие лица
Каэрос, Руфио, Аяна
- Описание
Удачно провёрнутые дела принято отмечать. Солнце не успело добраться до высшей точки, как зазвенели стаканы и бутылки в мальчишеском тайнике.

0

2

До Дня-Икс осталось меньше суток. Каэрос предпочитал не забивать себе этим голову и вести себя, как обычно. Получалось плохо. Наследник Дома был слишком улыбчив и рад, чтобы везде демонстрировать равнодушное и отстранённое благородное лицо. Он не замечал, что и мать с отцом странно улыбаются, иначе бы прознал, что за сюрприз ждёт его на балу – дражайшая невеста, которую он не заказывал. Официанта за такое блюдо носом в меню не ткнёшь и отнести обратно не попросишь. А есть то, отчего желудок сводит от спазма, рискованно.
Чтобы не думать о грядущем и не напартачить в делах семейных, эльф (не с лучами первого солнца и за это пусть его от сердца и души благодарят) утром явился в казарму. Интересовал его, не трудно догадаться, товарищ и друг, отсыпавшийся после ночного дежурства. Бурерождённый предполагал, что получит сапогом по голове за прерванный двухчасовой (или сколько там уже натикало?) сон, поэтому сел повыше и подальше – на чью-то прикроватную тумбу. Он подождал, пока большая часть не спящих уйдёт, а сопящий в подушку его не волновали. Не считая лейтенанта.
- Не спать на посту, лейтенант! – сильно пародируя голос отца, не кривя душой, разбудил он друга. – Арфистку украли!
Эльф на соседней койке дёрнулся, предположив, что обращение было к нему, невнятно пробурчал несколько лестных слов, заметив, кто развлекается с утра пораньше, но сказать ничего сыну хозяина не смог. Недовольно отвернулся и накрылся одеялом с головой. В благородных корнях есть свои плюсы – подумал парень, ухмыльнувшись, и посмотрел на друга.
- С добрым утром, герой-любовник, - насмешливая, но не глумливая ухмылка не сходила с лица остроухого. Он не знал, что происходило за закрытыми дверями, когда он оставил Руфио с Аяной наедине, но по времени, которое там провёл эльф, полагал, что «задушевный разговор» удался. – Одевайся. Дело есть.
Придти в казарму с бутылкой он не мог, сказать среди других, что есть повод для праздника – аналогично. Юлить и выкручиваться не умел, чувствуя себя барышней, которая долго-долго намекает, а толку нет. Глаза выдавали веселье, как бы он голосом ни пытался показать, что дело важной срочности и не терпит отлагательств.

+1

3

Ему снилось, будто он подымается  вверх. Огромные крылья без труда превозмогали ветер,  с каждым новым ударом, унося его от земли, пока он не оказался там, куда не посмеет взлететь ни одна птица. Отсюда был виден только солнечный диск и безграничная пустыня белых облаков…
Сон будто и не сон вовсе: яркий и четкий, наполненный деталями и ощущениями. Словно наяву он чувствовал, как дыхание дается тяжелее и холод пронзает его от носа до кончика хвоста. Еще было ощущение полной свободы и незыблемой силы. Разразившись торжествующим смехом, он сложил крылья и камнем устремился вниз. Объявший его ледяной пеленой, ветер становился с приближением к земле теплее. Он раскрыл крылья в последнею минуту. Под ним проносились реки и моря, города и деревни. Увидев на земле его хищную тень, люди и звери бежали прочь. Но эти мелкие точки, суетившиеся внизу, его не занимали. Только полет и крылья, которые могли бы донести его к краю земли... 

***

Гвардеец никогда не спит!  Он дремлет, как кошка, одним глазом наблюдая за «мышами», и готов вскочить по первому бою тревоги. Всего через каких-то сорок пять секунд он будет готов к бою, в полном латном доспехе, с щитом и мечом в руках. Несомненно, сказки эти – чистая правда. Но сегодня мастер пародия на главу Бурерожденных, его же плоть и кровь, застал лейтенанта врасплох. При первых же возгласах Каэроса, несчастный подскочил на постели,  как бывает, когда снится падение. Эльф распахнул глаза. Взгляд, направленный на наследника, был удивленный, но сонливости в нем не осталось ни капли. Руфио не сразу узнал стены казармы, но ухмыляющегося типа на прикроватной тумбочки признал тут же. Он нахмурился, поняв, что его сновидение разрушили  смеха ради. Сапога под рукой, к сожалению, не оказалось, и в Каэроса полетела тяжелая перьевая подушка. Быть в дружбе с этим самым, с благородными корнями, тоже имело свои плюсы.
Даже не насладившись плодами мести,  эльф спустил ноги с кровати и сел, сонно подперев рукой щеку. Голова неумолимо клонилась вниз. С другой стороны на щеке отпечатались следы от перины.
-Зачем же так орать? – хрипло промямлил Руф, - Какая еще арфистка?
Он тер лицо, пытаясь стереть сон. Вопросы были риторическими, он сам пытался припомнить события реальности. Ночью он был дежурным по роте, и в казармы вернулся с рассветом. Был повод для гордости: после полутора суток без сна, он честно отстоял свою вахту. Было и еще что-то со вчерашнего дня, оставившее приятны осадок до самого утра. Вспомнив об этом, лейтенант сонно улыбнулся и клюнул носом, засыпая сидя.
Который сейчас вообще час? В окно проникал тусклый свет, еще не поднявшегося в зенит солнца… Или уже катившегося к горизонту? Эльф был слишком хорошего мнения о друге, чтоб выбрать первый вариант. Конечно же, сейчас вечер, он спал достаточно. Но почему так хочется спать?
-Я разве к тебе в спальню вламываюсь? – без надежды на успех, упрекнул он Кая. Голос звучал бодрее.
Смерив наследника внимательным взглядом, он пытался понять, насколько дело серьезное, и что одевать-то: усиленную броню или обычная кожаная сойдет. Все поняв правильно, он потянулся за курткой, не удержавшись от укоризненного тяжелого вздоха. Одеться не проблема, рубашка и брюки еще были на нем – утром он без раздумий пожертвовал удобством ради лишней минуты сна. Сапоги обнаружились под кроватью – один по его, второй - под соседней. Во время поисков обнаружился  его плащ, заботливо сложенный в ногах постели. Сделано это было не его рукой, скорее чьей-то, кому его вещи мешали, но кто побоялся их скинуть… Сборы заняли меньше минуты.
- Чтож за дело такое срочное… -  хмыкнул Руфио, собирая волосы в хвост, - Ну, пойдем…
В этих стенах у него оставалось последнее дело.  Он подошел к кровати того самого бедняги, потревоженного Каэросом, и потормошив солдата за плечо, с гаденьким смехом вышел из казарм.

Отредактировано Руфио (2015-03-06 15:39:46)

+2

4

Каэрос поймал летящую в него подушку.
- Полегче с поцелуями. Ты за мной не ухаживал ещё, а туда же, - хмыкнул, усмехаясь остроухий, и вернул вещь её законному обладателю. Перьевые поцелуи не по его части. Друг проснулся – осталось вытянуть его из постели и затащить наверх, где всё уже готово к мировой очередной попойке. Сутки прошли с последнего раза или меньше?
- Это ты у меня спрашиваешь, какая арфистка? – ухмыльнулся Бурерождённый, подавшись немного вперёд. – Вид у тебя, скажу, как после перепоя, - придирчиво присматриваясь, сообщил друг. – Ты вчера точно дежурил и не в винодельне? Или около неё?
Отчего его друг глаза разлепить не в состоянии, Кай подозревал. Предыдущие дни , в особенности пережитый вчерашний, держали в напряжении всю троицу эльфов энтузиастов, решивших создавать мир во всем мире и начать именно с Деворела и его дома, поселив в нём дочь врага. Перед этим парни хорошо отметили дела сердечные, и ночь была скомканной. Остроухий выспаться не успел, а проснулся он значительно позже своего товарища и эту ночь тоже проспал, как и положено наследнику, который практически не обременён заботами. Руфио перепали крохи в позапрошлую ночь, в эту ничего из-за дежурства и перед ним поспать он тоже не смог – львиную долю времени уделив «арфистке». На третью ночь он выглядел немногим лучше поднятого некромантом мертвеца.
- А ты здесь не с леди, чтобы я не вламывался, - улыбнулся наследник. – Или я что-то не заметил? – для вида заглянул за спину, на одеяло друга. – Кажется, я ещё не ослеп. Собирайся. Дела не ждут.
Насиженное место эльф не торопился покидать.
- И я вчера не вломился.
Я ушёл. С тебя причитается за молчание.
Подождав, пока лейтенант оденется и отлепит задницу от постели, парень спрыгнул с нагретой его задницей тумбы и направился к выходу из казармы, чем многие эльфы, недоспавшие утром, порадовались. За исключением того, которому Руф решил уделить особое внимание.
- Злой ты, - протянул он, когда друг поравнялся с ним, - но я знаю, как это исправить, - многозначительно улыбнулся Бурерождённый.
Он повёл его сразу в их тайное место. Взобрался по лестнице наверх первым в пыльный чулан, где ничего не менялось. Почти. Их импровизированный стол стоял на месте, на нём гордо и не в одиночестве, стаканы прилагались в количестве трёх, бутылка и закуска, которой в прошлый раз было мало.
Никто не рассчитывал на три бутылка, а после второй идти за добавкой на кухню было опасно.
- Ну, - он остановился и посмотрел на поднявшегося наверх эльфа. – Спасай свою арфистку. От пауков, мух, скуки и нетрезвого меня, - выдохнул он, тяжело сев.

+2

5

Аяна проснулась рано. Честно сказать, она не думала, что вообще сможет заснуть на новом месте, да ещё и после таких бурных событий. Эмоции её переполняли. И дело не только в Морохире, который оценил её игру, и Иримэ, кивнувшую и улыбнувшуюся ей, словно это был их маленький секрет. А ведь отчасти так оно и было. Она посоветовала ей думать о чём-то хорошем и музыка полилась от сердца и с душой, а думать было о чём. Эльфийка под конец даже немного смутилась, что приняли за скромность молодой арфистки, и не догадываясь, что на деле послужило подобному проявлению эмоций. Ответ был очень прост, достаточно было заметить, что второй взгляд она бросила в окно, ведь там, за стенами усадьбы, нёс службу лейтенант.
Серокрылая долго не могла уснуть, но в какой-то момент, перевернувшись не то на бок, не то на живот, и уткнувшись лицом в подушку, весело-счастливо улыбнувшись, закрыла глаза, думая о прошедшем дне. Все, как и подобает истинно… влюблённым?
Девушка доделывала причёску, вставляя в косу невидимки, чтобы та держалась, как венец на её голове, когда в комнату постучались. Она удивилась, увидев на пороге сына хозяина дома, и поначалу подумала, что что-то случилось, но Каэрос её быстро успокоил и, закрыв дверь, поделился планами на ближайшее будущее. И вот теперь она дожидается мальчишек в их тайнике, где, кажется, до неё других девушек не было. Успела протереть их импровизированный стол, чтобы как-то избавить от пыли и грязи. Странно, что она тут ещё не натолкнулась на горы грязных портянок или ещё чего похуже. Расставила всё добро, не торопясь разливать вино. Вместо этого осторожно нарезала запеченную говяжью вырезку, хлеб да сыр. Некоторых, а именно Руфио, не мешало бы вообще нормально накормить сначала, а потом уже традиционно спаивать. Он после дежурства, а значит и голоден. Ещё и скорей всего не выспался. Вот влепить бы за это подзатыльник Каэросу, но он же хозяйский сын!
Пока Бурерождённый выполнял важную миссию – будил её жениха, невеста отряхнула от пыли попавшуюся ей под руку подушку, кинула ту на подоконник круглого окна и села там, пытаясь через стекло рассмотреть, что происходит во дворец. Ничего интересного не заметила, а шаги и тихий скрип половицы оповестили приход парней. Но улыбнулась она только когда заметила Руфио. Как и подобает слуге в её доме или хозяйке в доме любого, чья родословная была чуть менее богаче, она села таким образом, чтобы с её места было удобно разливать вино, что и сделала. Вот только бутылку она держала далеко не как истинная леди, а где ей было тренироваться? Распивая с братом?

+2

6

- Откуда такая убежденность, что ты не застанешь меня в казарме с леди? – лукаво улыбнулся лейтенант, когда они с Каэросом вышли в коридор. Шутка, в которой не т ни капли правды. Капитан гвардии не успел бы и розги достать, чтобы наказать за беспредел – сослуживцы устроили бы взбучку для нарушителя спокойствия раньше.   
-Однажды твоя  уверенность выйдет тебе боком, и ты выйдешь отсюда краснея.
С одной стороны печально осознавать, что в целой усадьбе Раумо не найдется тихого угла для отдыха добросовестного солдата. Руфио привык спать, не обращая внимания на лязг чужих доспехов и оружия, не просыпался и, когда другие гвардейцы, что-нибудь не поделив, устраивали разборки. Не хуже кур в курятнике. Но когда приходят именно по твою душу, хвататься за сновидения бесполезно. Единственное спокойное место, вне всяких сомнений, был облюбованный ими с Бурерожденным чердак. Пыльный, пропахший нафталином, храм покоя и винопития.
Поняв, куда они держат путь, лейтенант кинул на друга неласковый взгляд. Напиться – дело великой важности и отлагательств, конечно, не терпит. Невооруженным глазом было заметно, что Кай пребывает в хорошем настроении. Ничего удивительного и уже даже привычно. Одним «знакомством поближе» дело явно не обойдется, не исключено, что благородный эльф готов провести с Анариэль оставшиеся пару сотен лет своей жизни. Едва сдержав смех, Руф отвел взгляд от довольного Каэроса – иначе бы расхохотался. Но тихо посмеиваться над бедой друга ему вряд ли скоро надоест.     
- Не лишком ли часто мы пьем? Я волнуюсь за твое здоровье, золотой ты наш. Надеюсь, есть достойный повод так обращаться с печенью.
Оставить друга наедине с его хорошим настроением, было бы непростительной подлостью. Даже если бы пришлось перебиваться сном в несколько часов всю неделю напролет,  подлецом лейтенант стать не хотел. Оставалось только собрать силы и, выпрямившись,  следовать за эльфом, надеясь, что о закуске уже позаботились. Не плохо бы было увидеть Аяну до того, как он потеряет способность отличить Серокрылую от девушек из прислуги. Он рассеяно бросил взгляд в ту сторону, где находилась комната арфистки, но, промедлив, был вынужден направиться за Каэросом к лестнице. Пришлось смириться с тем, что сегодня он девушку не увидит, а завтра придется врать. Остаться трезвым надежды не было, ведь выражение «по чуть-чуть» в их компании означало намного больше, чем у нормальных эльфов. Не идти же к леди, петляя от стенки к стенке…
Он еще не знал, что наверху его ждет приятный сюрприз.
    Что за красотка дожидается их у окна, он понял не сразу – девушка была скрыта тенью. Странная для Кая шутка или неожиданное вторжение в их холостяцкую обитель?
Хмурость быстро рассеялась, и лейтенант улыбнулся, попавшей в их порочный круг, эльфийке. Не нужно ясновидцев, чтоб понять, что лейтенант в такой же беде, как и его друг. Пусть уже и не столь безнадежной.
-Надеюсь, ты будешь поумнее мух и пауков. Иначе под балкон Солнцеликой ты явишься разукрашенным моей талантливой рукой, - обычная дружеская шутка и тактичное предупреждение. Таким одаренным сервировщиком стола он бы не поделился ни за что на свете. 
-Мммм… ростбиф, -  протянул эльф, почувствовав аромат жаренного мяса, еще не успев приблизиться, - Ты сама нарезала?   
Было видно, что к накрытию «стола» приложила руку женщина. Столешница заметно и непривычно блистала чистотой, а закуска была заботливо нашинкована. Парням оставалось только брать и есть.   
- А ты обо мне так никогда не заботился, - очередной шутливый упрек в сторону Каэроса.
От объятий и поцелуев Руфио воздержался – при постороннем наблюдателе это казалось неуместным - но устроился заметно ближе к Шепард. Любимый ковер бабули Каэроса, свернутый в рулон, был ему вместо кресла и лежанки. Приступать к «позднему» завтраку он не спешил.  Задал Аяне вопрос, волновавший его более пустого желудка:
- Как прошел вечер?

Отредактировано Руфио (2015-03-08 01:28:35)

+2

7

Кай? Краснеть? Не дождётесь. Его эмоциональный сдвиг случился благодаря Анариэль. Он при ней не краснел. С чего тут что-то изменится, попади он на пикантный момент?
Руфио. В казарме. В…
Наследника передернуло, и он предпочёл об этом не думать. Его похождения друга не касались.
- Поверь, повод у меня есть, - загадочно улыбнулся Бурерождённый, не открывая карт, тщательно припрятанных в рукаве. Он полагал, что от такой компании руфио не откажется. Сына главы Дома он мог и послать на правах лучшего друга и отправиться досыпать скудные часы в окружении других эльфов.
Каэрос перевёл взгляд с Серокрылой на лейтенанта. Перемена в настроении на лицо. Удовлетворенный реакцией и эффектом от неожиданной встречи, он занял удобное место, на котором пыли было немного меньше, чем на остальных, не используемых ими, вещах.
- Подумал, что оставить девушку одну в первый день и с кучей незнакомцев – неправильно, - это не единственная причина, по которой Аяна оказалась здесь. Услуги арфистки до обеда или ужина им не нужна. Гостью нужно чем-то занять и исключить любую возможность раскрытого секрета на троих. Ещё он предположил, что друг и товарищ не простит ему, если Кай заберёт на себя большую часть внимания на правах не единственного влюблённого дурака в этой усадьбе. Взгляд, с которым лейтенант смотрел на дверь выделенной Шепард комнаты, он заметил, найдя в нём ещё одно подтверждение тому, что сделал он правильно, когда взял её с собой.
Осталось не напиться до состояния, когда я ползком буду слезать по лестнице, чтобы вовремя оставить их двоих.
- Оставим боевую раскраску дамам. Мне моё лицо нравится таким, - ухмыльнулся парень. С него хватит одной девушки из вражеского дома. Вторая – явный перебор, когда с первой ничего не решено.
Бурерождённый окинул взглядом стол. Привычное самообслуживание ушло в лету. Он подумал, что стоит почаще брать с собой девушку, чтобы подготовительной работы было меньше. Ему не пришлось даже разливать, Аяна сделала всё сама.
- Я на тебе жениться не намерен, поэтому счёл обойтись без ухаживаний, - и шутка и подтекст. С его руками, которые привыкли нарезать мясо на тарелке только для себя, лучшее, что он мог – дать каждому возможность отломать ломоть самому.
- А ты думаешь, чего я вас здесь собрал? – усмехнулся Каэрос, покачав ещё одной бутылкой с вином, опережая ответ Аяны на заданный лейтенантом вопрос. Повод выпить был. – Она понравилась отцу. Матери не пришлось его уговаривать, он сам дал добро, - наследник поднял «бокал» и улыбнулся, добавив, - остаётся твоя арфистка. Дракон одобрил, принцессу спасать не нужно.
В боку закололо или мне показалось?
Наследник поморщился. Пора завязывать пить. Он не думал спускаться за новой бутылкой так скоро, но подвернулся случай, которой все трое заслужили отметить. Напиваться не обязательно. Настроение хорошее и, как полагал Бурерождённый, портить его было некому и нечем. Большое дело сделали меньше чем за день.
- За Ая… - запнулся, подумал, что вспоминать её имя неуместно даже в тайнике, исправился, - нашу новую арфистку. Первую в Девореле и за его пределами девушку, которая посетила нашу скромную мальчишескую обитель и… не побрезговала остаться в нашем царстве хлама, - усмехнулся он.

+2

8

- Сама, - кивнула эльфийка и тут вдруг задумала. Почему он решил, что именно она нарезала, а не Каэрос или прислуга? – Криво получилось? – досадливо подумала, не рискуя спросить напрямую, и сама присмотрелась к кусочками. Всё было ровным, насколько это позволял достаточно острый нож и податливое не пережаренное мясо или мягкий и свежий хлеб с хрустящей корочкой. Остальное так и вообще шло легче предыдущих ответственных «блюд». Промашки быть не должно. Она, конечно, та ещё домохозяйка, но нарезать уж точно могла самостоятельно!
После шутки Руфио Серокрылая расслабилась. Криворукость она сама себе надумала. Никто до этого не нарезал им, каждый отрывал себе ломоть самостоятельно, не дожидаясь, пока его обслужат или, как в её случае, позаботится. Это ещё не забота. Вот если бы она потянула лейтенанта на кухню, чтобы там накормить, как полагается, дело другое. Хотя… что с мужчин взять? Им мясо подавай и добротное вино к нему, а не овощные и фруктовые салаты с супами на пару.
Шутка Бурерождённого вызвала смущённое возмущение. Ей снова захотелось треснуть этого мальчишку или оттягать за уши. Он это точно сделал специально! Не иначе. И знает же, что ей нельзя рукоприкладствовать даже в шутку. Хозяйского сына не велено трогать. Впрочем, она обвела взглядом чердак и пришла к выводу, что тут никто этого не заметит и отцу Каэроса не доложит, а Руфио уж точно её не выдаст. Она легонько, больше в шутку, стукнула аристократа в плечо.
- Шутничок, - смешливо фыркнула она.
Каэрос опередил её с ответом. Коротко и по сути рассказав о том, что произошло вечером, когда Аяны вышла сыграть перед родителями Бурерождённого. Всё прошло, как по маслу. Она, может, и не была на высоте и не поразила причудливой и необычной музыкой, о которой хотелось бы говорить, чтобы потом слушать и слушать, как молодая арфистка перебирает струны, но оказалось достаточно, чтобы остаться в усадьбе Раумо на необходимый срок. Работы оказалось не так много, как она полагала, поэтому свободного времени было с лихвой. Конечно, её могли пригласить поиграть в любое время суток, независимо от трапез и визитов высокопоставленных особ, которых положено развлекать, но пока она была свободна, как ветер в поле, и тратила своё время на компанию Каэроса и Руфио.
- Всё прошло отлично, - скромно дополнила и улыбнулась, следом за сыном хозяина поднимая стакан. Пора бы его осушить, раз они здесь собрались для веселья и маленького праздника. – И чтобы я не потерялась в этом, - она обвела взглядом чердак, - после.
Стаканы тихо звякнули, и горячительная жидкость отправилась в желудок, разогревая тело. Приятное винное послевкусие осталось на языка и вскоре смешалось с нежным сыром, таящем на язык. Оказывается, и прислуживая, можно неплохо проводить время, если у тебя в друзьях сам хозяин усадьбы или его сын. Каэрос, кажется, неплохо проводил время и без распрей Деворела, не забивая себе голову сражениями и тем, как бы уколоть врага больнее. А им же с детства пытались вбить в голову, что дети вражеских домов только этим и занимаются. Бесстыдно лгали.

+2

9

Лейтенант цокнул языком и покачал головой.
-И это тебе я отдал лучшие годы жизни.
Реакция Аяны на остроты хозяйского сына его позабавила. Над более глубокой причиной он не задумывался и подтекст шутки, можно было понять по-разному, а можно было не заметить вообще. Зато он уловил, что выпавшая на долю Каэроса затрещина едва ли многим отличалась от ободряющего похлопывания. Только вчера искупанный в речке лейтенант, знал, что Шепард способна на большее. В отличие от него, Кая девушка пощадила.
- Можешь треснуть его сильнее, - дал свое позволение эльф. Конечно, он никому об этом не скажет, - Вряд ли он пойдет жаловаться папе, что его избила арфистка.
Компания жизнерадостных эльфов бодрила, и за шутками он уже подзабыл о сонливости - даже за вино еще приняться не успели. Радовали и добрые вести, за которые стоило выпить. Значит, не придется тратить время на Чешира и его пальцы, о которых он вчера напрочь позабыл. К счастью, как оказалось. Все обошлось и без лишнего шума.  Выслушав Каэроса, Руфус удивленно приподнял брови. Иримэ даже не пришлось уговаривать мужа? Во взгляде стал недоверчивым.
«Надеюсь, твой отец поумнее мух и пауков,» - подумал эльф, но озвучивать мысли в слух не стал. Намек был бы слишком наглым, а шутка не смешной. Кое-какие догадки лучше оставить при себе, тем более не обоснованные. Как говорится, мысли ставшие словами, выливаются в действия, а действия становятся привычкой. Так можно начать подозревать каждого, кто с Аяной просто вежливо поздоровается. Но держать ухо востро необходимо. Арфистка получилась просто загляденье.
- За мою невесту, - усмехнулся эльф и одарил девушку теплым взглядом, - Красивейшую арфистку, которую этот дом видел.
Его бокал зазвенел в такт двум другим.   
Налегать на выпивку он не стал. Вино лишь пригубил и переключился на еду. Сыр остался без его внимания, большей популярностью пользовалось мясо, которого себе Руф выделил щедро. Кажется, почти половину? Со своей врожденной наглостью он не знал чувства меры. Все вереница косяк слуг не оставила Бурерожденного голодать, тому мясо не нужно. А Аяна… разве ей много надо?
Гвардеец, вытянулся на ковре, поставив тарелку на грудь. Голод притупленный сном, быстро разыгрался от вида съестного. Поглощенный его утолением, эльф молчал, пока не оставил на тарелке и намека на то, что на ней что-то было. Счастливый парень отставил посуду в сторону. Теперь можно было и вина выпить, и словами пошуршать.
- Спасибо кухаркам, которые все приготовили. Спасибо Каэросу, который все организовал и Элвен, которая все нарезала. – он улыбнулся, улыбкой счастливого эльфа, которому от жизни больше ничего не нужно.
Рассеяно он смотрел на дощатый потолок, под которым пауки латали свои паутины. Лейтенант рассуждал, куда они пристроят доску почета с надписью : здесь была Аяна.
- Не знаю, правда, если это было мудрой идеей, раскрывать девушке наше тайное место, - с веселыми нотами в голосе сказал эльф.
Он запрокинул голову, чтобы посмотреть на эльфийку.
-Надеюсь, ты не затеешь тут уборку.  Пыль – это часть неповторимой атмосферы этого места.

+2

10

- Эй!
Толчок, пришедшийся на его наследническую долю, урона не нанёс, но для видимости Кай поморщился, прикрыв один глаз, и потёр ушибленное место.
- А если у меня будет перелом? И я истеку кровью и умру? – наигранный драматизм закончился ухмылкой и хмыком. Парень сел ровной и убрал руку от плеча, на котором не ощущалось следа от ручек арфистки. На шутки шутливая бойня. Он не обижался и ожидал такой реакции от Серокрылой. Могла и стрелами его набить, как чучело всякой всячиной, чтобы пустым не казалось, а увесистым и грозным. – Конечно, не побегу, - задрал нос, пытаясь казаться надменным и избалованным, он добавил. – Похромаю и скажу, что меня избил подлейшим образом и без дуэли мой бывший лучший друг.
Выпади на его долю случай подраться с Руфио на самом деле, он и слова бы не сказал отцу или матери, независимо от того, кто в этой драке пострадал больше и из-за чего она завязалась. Друзей не выдают, в том числе и бывших. А если и подрались, то за дело, какое – Бурерождённый себе представить не мог, но приставать к Аяне и не думал ни под каким винным предлогом. Его женщина в другой усадьбе, марра знает, чем занимается, пока он тут в компании горячительную бутылку распивает.
- А ещё друг называется, - печально вздохнул Кай и улыбнулся. Он не задумывался, что эту шалость можно расценить как намёк, что в будущем лейтенанту, если выпадет возможность выбирать между другом и подругой, он может накинуть несколько очков в пользу Серокрылой и занять её сторону. Такой ситуации быть не должно.
Тост подхватывал один за другим и до звона стаканов Бурерождённый, на правах хозяина дома, успел вставить ещё несколько слов.
- … и какую когда-либо увидит.
Остроухий взял с тарелки кусок сыра, игнорируя мясо. Он успел позавтракать в отличие от своего товарища и друга, поэтому вино шло на сытый желудок и опьянение можно было с одного или двух стаканов не ждать. Налегать на вино он тоже не стал – прошлый опыт научил бутылками не давиться, чтобы потом не было мучительно больно спать буквой «З», свисая с кушетки на пыльный ковёр. Его спина и поясница помнили незабываемое пробуждение, а он – глаза служанки, которая его нашла и разбудила, предложил стакан прохладной воды.
И знала же, где меня искать..
- И отцу, за то, что позволил ей остаться, - улыбнулся Кай. Сделал глоток вина, смакуя, без лишних реплик к питью и поводов. Настроение отличное – большего не нужно. На подвиги его ещё не тянуло, а если и так, он рассчитывал, что друг, особо не налегавший на вино, и его подруга подсобят и не дадут Бурерождённому поставить лестницу к балкону Солнцеликой, чтобы петь её корявые серенады с заплетающимся языком.
Парень отставил пустой стакан на ящик, служивший им столом, не торопясь наполнять его снова, пока друзья не осилят свои бокалы. Пить в одиночку – верный признак алкоголизма, а он здесь не за тем, чтобы напиваться по поводу и без, а хорошо провести время, стараясь не думать об Анариэль и возможной новой встрече. Весна ударила по головам обоих. И ему, и Руфио перепало. Угораздило же влюбиться в дочерей вражеских домов.
Осталось лорду я-сам-себе-закон втрескаться по кончики эльфийских ушей в мою кузину, а братцу Аяны в Ривер, чтобы круг замкнулся.
Подумал он, рассматривая пыльный потолок. Если его мать прознает про неухоженный уголок усадьбы, здесь всё вычистят до блеска и добрую часть вещей отправят за пределы Раумо, как ненужное старьё и хлам.
И нас вмести с ним.
- А ты как хотел? – усмехнулся остроухий. – От невесты нигде не спрячешься, а если прознает, что ты от неё в тайном месте прячешься, то всыпет… арфой.

+2

11

Чувство юмору у сына главы – прекрасно. Аяна могла и не заморачиваться, а после слов Руфио о «посильнее», подумала, а бывали ли у них не шуточные «толкания» или семь лет (не больше же?) они друзья, живут и здравствуют под крышей одного дома, трудясь на благое дело. 
Она в шутку замахнулась, но движение до конца не довела. Только усмехнулась, мол, живи, несчастный, не буду тебя мучить. Настроение заметно улучшилось и поднялось, казалось бы, до самой верхней планки и даже без вмешательства вина. Компания на её долю попалась хорошая, что радовало. Даже жаль, что из-за распрей в городе и «обычаев» не было возможности повстречаться раньше и при других обстоятельствах. Впрочем, с Руфио она познакомилась в относительно мирной обстановке, они не пытались друг друга убить.
- А вдруг я свяжу его струнами и брошу в лесу, распихав по карманам сочное и ароматное мясо? – с прищуром, но не без игривой улыбки, она посмотрела на Бурерождённого. В мыслях нечто подобное было, но только в шуточных. Исполнять их, конечно, никто не собирался. Зачем ей с Каем драться и измываться? Причин для этого не было. Он оказался радушным хозяином, который помог ей в беде, чем смог, и сейчас потчевал обоих, укрываясь от родителей и слуг. Песня, а не жизнь!
Серокрылая сделала несколько небольших глотков вина чисто ради вкуса на языке и оставила стакан. Вино было добротным и могло хорошо идти, но было и так слишком уютно и хорошо, чтобы распивать его больше. Стаканы пустели по мере распивания компанией бутылки, а вместе с тем и тарелки пустели. Она не стала укладываться на не совсем чистый пол, всё же платье было не её, а чужое. Не хотелось бы возвращать заморашку хозяйке, когда сам отстирать даже пыль не в состоянии.
- Я бы вас всё равно нашла, - фыркнула, облокачиваясь на локти. – И сильно, очень сильно, обиделась бы, заметив, что вы распиваете бутылку без меня, - а вообще не в бутылке дело, а в компании, в которой ей было уютно. Появилась даже сонливость, несмотря на то, что она успела выспаться, да и вино не успело ещё подействовать. Или успело? Сколько она выпила?
Аяна качнула головой в бок и с тихим, но отчётливым звоном, одна из заколок, поддерживающих её причёску, выскользнула.
- Надо же.. – удивилась эльфийка. Она точно помнила, что тщательно всё уложила и быть проколов не должно. И ладно бы это. Так на лицо упала прядь. пытаясь её сдуть с лица, Шепард с третьего раза заметила, что прядь, надоедливо осевшая на её носу, - истинно рыжая, а не тёмная. – Кажется… вино было слишком хорошим. Я вижу белкин хвост…
Аяна не была паникёром и, пожалуй, самое сильное её переживание было подчас испытания с Иримэ. Стоило бы, наверное, пискнуть или крикнуть, что что-то пошло не так, но подобрать нужную реакцию, кроме широко распахнутых от удивления глаз, она не смогла. Стоило бы сделать что-то и очень быстро, пока никто не заметил, насколько сильно изменился её лик. Она и сама того не знала за неимением зеркала под рукой.
Лестница, ведущая на чердак, заскрипела. Они больше никого не ждали и уж точно этому кому-то не обязательно видеть её такой. Вдруг узнает?! Лже-арфистка быстро оглянулась в поискать хоть чего-то, что могло бы ей помочь, но, как на зло, ни спрятаться за старый комод или шкаф, даже порванной и пыльной ширмы не…
- Ширма!
Быстро подскочив, едва не сбив ящик с бутылкой, спотыкаясь, запутавшись непонятно в чём, Аяна, с проворностью горной козы, доскакала до пункта назначения и спряталась там, не учтя того момента, что свет падал таким образом, что просвечивал предмет, кусок её платья зацепился за край и выглядывал, а дырки, которые с годами появились на ширме, могли и того выдать больше интересных деталей для пытливых глаз.

+2

12

- Ая-я-яй, милорд, - с укором сказал лейтенант, который за вином и хорошим настроением припомнил своего дядю, и постарался ему подражать. Получилось плохо, так как в ледяной серьезности Аргалада не было ничего смешного, и друзьям, которые этого эльфа никогда не видели, вряд ли поймут всей глубины шутки, - как не стыдно отцу родному лгать, да на лучшего друга доносить. За дело такое надо бы Вас и всех титулов, и наследства лишить.
Он обернулся к Серокрылой.
-А Вы, миледи. Разве можно живое существо, беспомощным, в лесу на съедение кикиморам кинуть? Вы ему хоть руки свободными оставьте, чтоб и хищником скучно не было.
Все слова: и Аяны, и Кароса и Руфа – не больше, чем шутка.
Бывали, конечно, и случаи, когда их с Каэросом шутки заканчивались дракой, звенела сталь и разбивали кулаки в кровь. Тогда случайные свидетели ссор, думали, что один из них из этого боя живым точно не уйдет, но сейчас, наверное, не один из парней не вспомнил бы причину свары. Каждый подобная стычка вспоминалась сейчас с веселостью, будто они не синяки друг другу набивали, а распивали очередную бутылку вина.
Последний случай, когда Руфио хотелось надрать Бурерожденному зад, случился всего пару дней назад, когда Кай принес ему дурные вести, предварительно раздразнив его шутками.  Но в случае, когда на рожон лезла третья сторона, они всегда прикрывали друг другу спины, и вряд ли кому-то из них приходило в голову предать товарища.
Руф был рад, что Аяна с Каэросом находят общий язык. Девушка прекрасно влилась в их компанию благодаря своему чувству юмора. Нет ничего хуже женщина, которая не понимает шуток и не может отплатить собеседнику той же монетой. И нет ничего хуже, когда твой лучший друг  и предмет твоих обожаний точат друг на  друга зуб. С довольной улыбкой, парень то смотрел на Бурерожденного, то переводил взгляд на Серокрылую. Ему показалось, что в волосах эльфийки вспыхнул огненный оттенок, но внимания на этом не заострил, Ведь она сидит у окна, и на нее падает яркий солнечный свет. Больше его занимало, почему солнце – кажется – вовсе и не думает катиться вниз, а наоборот, свет становится ярче. Он все еще наивно полагал, что сейчас вечер.
Ухватившись за бокал, эльф поспешил наверстать упущенное. Вино, в котором чувствовался запах кофе и лесного ореха, и оставляло во рту привкус земляники и смородины, шло легко. Быстро осушить два бокала не было проблемой. Следующий лейтенант пил, растягивая удовольствие. Легкое опьянение подкрадывалось незаметно.  Но когда зашла речь о белке, он отреагировал сразу, обернулся к Шепард в поисках хвостатого рыжего грызуна, от которого нужно было спасти девушку, друга и закуску. Взглянув на Аяну, он застыл в изумлении, не понимая, как это возможно. Ведь зелье должно было действовать неделю, как сказал Аргалад! Дядя, был первым, кого хотелось во всем винить, и слова обвинения нашлись быстрее возможного решения проблемы.
«Какого аруха?!»
Раздавшиеся на лестнице шаги, прервали лейтенанта на полуслове. Аяна нашлась быстрее, спрятавшись за старым хламом, а он… об этом он позже вспомнит с досадой – кинулся на выручку покачнувшейся бутылке вина, будто она  была самым главным, что стоило в жизни спасать. Уже позже он кинулся к двери, готовый встречать нарушителя идиллии злым взглядом. Оставалось только надеяться, что на его недобрую морду не наткнется хозяин или хозяйка дома. Их визит сейчас был бы полной катастрофой.

+2

13

Он представил себя, такого красивого, подвыпившего, в окружении кучи голодных зверюг, привязанным к дереву. Солнцеликой такая идея в голову не пришла, а ему в том состоянии, в котором он был, не нужно было тратиться на сочные куски ароматного мяса, он сам благоухал кровью. Отличный способ расправиться с врагом, а ещё лучше оставить нож, воткнутым в землю в метре от страждущего, чтобы был и как бы не был шанс на спасение.
- Жестоко, - поморщился наследник, но строить планов отмщения даже в шутку не стал.
Тарелки заметно опустили, бутылка, кстати, тоже. На троих распивалась она не так быстро, как в прошлый раз они с Руфио проглотили три и не заметили. И с утра добавили. Или днём уже? Когда его друг вытащил за город, показать свою «невесту»? Неважно. Пили они густо и часто или часто и густо. Язык не заплетался, разговор продолжался за чудным напитком. Плохого вина в отцовском погребе не водилось. Шло хорошо. Время тоже, но сели они рано, поэтому рисковали захмелеть ещё до наступления темноты. Лёгкое опьянение Каэрос ощутил после…
А сколько я вообще выпил?
Стаканы он не считал, сколько раз и когда подливали, тоже. Определить по бутылке, сколько и кто выпил, неважно. Аппетиты друга он знал, Серокрылой – нет. Окна ещё не запотели, не всё так ужасно и страшно, как он мог подумать или предположить. В его стакане оставалась ещё четверть, которую он планировал допить в глотка два, когда услышал слова Аяны.
Споили девушку?
Он ухмыльнулся, но внимания не обратил; стакан был уже у его рта и остроухий планировал сделать глоток. Осознав, в чём проблема, первым глотком подавился. Пока пытался откашляться, Аяна, спотыкаясь, доскакала до ширмы; друг вцепился в самое важное – бутылку, которую она могла разбить. Кай придержал оставшиеся стаканы, опасно сдвинув свой. Ничего не разбилось. Внимание парни уделили не тому.
- Ая… кхм… яй… - хотел позвать её по имени, забывшись, но чужие шаги и резкий подъём друга на ноги привели его в чувства. Бурерождённый сомневался, что его отец или мать изъявили желание подняться на пыльный чердак, чтобы проверить, что здесь происходит. Они сильно не шумели, а запах не стоял столбом, чтобы привлечь чужое внимание к их скромной компании. Торопиться к лестнице эльф не стал, там уже грозным часовым устроился Руфио, поджидая неожиданного гостя. Бежать за девушкой – не вариант. Она прекрасно сообразила и без не совсем трезвого него, что нужно делать ноги и прятать свою солнечную голову от секиры. Он убрал со стола третий стакан, чтобы его не было видно, освежил свой. С самым спокойным видом, на который был способен. Сделал глоток, поднялся на пружинистых ногах. Не аристократично шмыгнул носом и прошёл к старому комоду, перерывая в нём старые вещи, пока не нашёл пыльный и поношенный плащ, чтобы протянуть его девушке. Стакан он так и не оставил, а вместе с ним стал возле ширмы на случай, если понадобится прикрыть пару дыр своей грудью.

+2

14

Аяна перебирала в голове все известные ей ругательства, когда следовало бы подумать, как выпутываться из того приключения, в которое она попала, едва угодив в дом Бурерождённого. Что за напасть такая? Уже и отдохнуть спокойно нельзя, обязательно должно что-то случиться!
Серокрылая замерла, прислушиваясь к новому скрипу лестницы, который давал ей по ушам, словно серп по… заднице. Что происходило – она не видела и могла только догадываться, не рискуя подглядывать через дырку в ширме. Всё же её глаза с их необычным цветом тоже могут сыграть с ней плохую шутку и не должно быть видно ничего, что могло бы её скомпрометировать.
Пока Бурерождённый разливал по стаканам, нежданный гость поднялся по скрипучей лестнице, столкнувшись на её вершине с лейтенантом. Это была девушка, та самая, у которой Руфио когда-то с кухни утянул закуску и стаканы для очередной дружественной попойки. Заметив пропажа определённых продуктов, она догадывалась, откуда появилась новая недостача, и отправилась по горячим следам выпивающих наверх. Здесь она их в прошлый раз достала, когда они только-только плывущей походкой спустились по лестнице вниз.
- Мне из-за вас снова достанется, - игнорируя рассерженное лицо эльфа, хмуро сообщила она причину своего визита. – А с утра отпаивать молодого господина, чтобы не заметил ваш отец, - обратилась она уже под конец к наследнику, смотря на него чуть осуждающим взглядом. Она всего лишь прислуга и не могла делать замечания Каэросу напрямую, но завуалированного его другу – всегда пожалуйста. Ранги у них были одинаковые – они оба прислуживали одного господину.
Повернув голову к сыну главы, она заметила, где он устроился, на тот момент Кай успел дойти до ширмы и спокойно там попивал своё вино, словно ничего не произошло. Пропавшие с кухни продукты, к слову, были тоже здесь, но привлекло её внимание не это, а женские контуры, игравшие тенью на ширме.
- Девушка? – удивилась она, не понимая, что за особа имела наглость составить молодым господам компанию в распитии. Борделя им только тут не хватало!
Серокрыла тихо ругнулась и вся сжалась, словно от этого она могла уменьшить раз в десять и стать незаметной. Каэрос, любезно предоставляющий ей плащ, уже какое-то утешение! Она попыталась его наспех надеть, чтобы хоть как-то обезопасить себя, если вообще из этого что-то выйдет. Перенервничала, слишком быстро пытаясь справиться со своей проблемой, и задела локтем ширму, которая и без того едва стояла на погрызенных термитами ножках. Та покачнулась.
- Нет-нет!
Но от этого ничего не изменилось. Вещь опасно зашаталась, не дав эльфийке возможности подхватить её и не дать упасть, и полетела вниз, открывая прекрасный вид на обладательницу рыжей копны.
Гостья захлопала от удивления глазами, с пару секунд удивлённо смотря на аристократку.
- А она что здесь делает?!

+2

15

Понравится ли Иримэ новая история - о дочери неприятеля, пришедшей в дом врага искать убежище – Руфио не был уверен. Нов том, что Морохир бы их не пощадил, сомневаться не приходилось. Он должен был бы радоваться, что дверь с другой стороны открыла прислуга. Был бы это кто-то другой, заглянувший на чердак за каким-нибудь хламом, лейтенант сменил бы гнев на милость, но на пороге оказалась знакомая ему сковородница. Причина визита не заставила себя долго ждать. Каждое слово эльфийки действовало на него, как скрежет острия по стеклу. Галадриэль не пришло сюда, чтобы что-то увидеть, узнать или образумить Каэроса. Единственная цель – испортить им настроение, как это сделал ей кто-то, хватившийся продуктов в прошлый раз. Эльфу даже не пришлось изображать злость, каждая секунда пребывания здесь этой девушки, принесшей в их убежище и кухонный запах,  усиливало в нем раздражение. Ведь больше всего Руф не любил нравоучений и незаслуженные нападки. И кто это тут кого спаивает? Будто это он заявился к господину с «важным делом».
«Совсем страх потеряла женщина», - подумал он, чувствуя, что все негодование прислуги главным образом посвящено ему.
Сказал бы ему кто-нибудь, что они с кухаркой одного ранга, этот кто-нибудь полетел бы в окно.
-Да, мы пьем и будем пить. А ты радуйся, что твой господин закусывает и не пьет с горла, - сказал гвардеец, пытаясь убрать из тона раздражение. Сейчас был не самый лучший момент для выяснения отношений. Он попытался мягко выпроводить эльфийку за двери, пока ее внимание не привлекла третья личность в их дружеском кругу.
-Лучше будь умненькой и принеси нам еще закусь.
Но было поздно, эльфийка увидела тень девушки, а после раздался и грохот падающей ширмы. Руфио зажмурился, вжав голову в плечи, будто боялся, что вместе со старым хламом на него рухнет и крыша усадьбы. Как только все стихло, он с негодующим взглядом обернулся к Шепард. Она что специально? Риторический вопрос Галадриэль вернул его внимание к главной виновнице всей этой кутерьмы.
Алиллель, он честно пытался быть добрее и решить все мирным путем. Но, видно, не судьба. Во всем лесу Ферел не найдется столько дригло, сколько в Девореле было глупых женщин. Была бы стряпуха поумнее, поняла бы, что все, происходящее в Раймо выше второго этажа ее не касается.
Не цацкаясь, лейтенант втащил эльфийку в помещение и закрыл дверь. Нужно было ей уходить, пока была возможность. Теперь отпустить ее с языком или, по крайней мере, без чтения морали, было бы чревато, вне зависимости от того, узнала она Аяну или нет.  Женщины способны хранить секреты не дольше двух суток, а в случае Галадриэль и того меньше – слишком много любопытных ушей в этой усадьбе, которым ее болтовня была бы интересна.
- Не вижу необходимости изобретать колесо, - раздражение вылилось  в слова, - Предлагаю связать и кинуть в лесу волкам на потеху.   
Проработанный сегодня ради шутки план, оказался как раз кстати. По  тону в голосе эльфа  было ясно, что никакого ножа и никакой надежды на спасение он девушке не оставит, а по движению его руки к кинжалу, что и зверям ужин не достанется, если эльфийка будет шуметь.

+2

16

Каэрос не чувствовал угрызений совести – они утонули в вине. Девчонке с кухни он был благодарен за то, что она не рискнула поднять шумиху сразу в прошлый раз и этот. Могла донести его матери или отцу, чтобы те повлияли на сына, а не разбираться самостоятельно не по чину. Не такая большая недостача, если она пришла поговорить с ними, а не пошла объясняться с хозяином.
А что ей сказать? Свалит на меня – отхватит ещё больше.
Бурерождённый думал совсем не о том, о чём следовало. Он наивно полагал, что Аяна сумеет справиться с плащом и укроет себя от лишних глаз, а его друг тем временем выпроводит настырную эльфийку, пока не увидела лишнего. Шырма пошатнулась. Наследник отреагировал вовремя, протянул руку, чтобы поймать вещь, но протёртая ткань, которой был отделан предмет дамской комнаты, стала настолько тонкой и хрупкой, местами осыпавшись от возраста, что ладонь прошла насквозь, проделав ещё одну дырку. Пошевелив пальцами, парень сообразил, что дела совсем плохи.
- Дела…
Такую дыру он точно не прикроет. Заслонять Серокрылую своей спиной поздно. Он насильно натянул её на голову капюшон, заставив немного наклониться и отчасти спрятаться за ним. Толкать её некуда. К окну – не вариант. Там народа ещё больше, чем здесь.
По вопросу Галадриэль Кай не смог сообразить, узнала она обладательницу рыжей копны волос или нет. Появление незнакомой девушки в усадьбе ещё можно объяснить, ограничившись малой шумихой. Выкрутились бы. Если узнала, дела плохи.
- Руф, - окликнул друга, заметив, что тот потянулся к кинжалу. Догадаться о его намерениях не сложно. Он уже понял, что эльф неравнодушен к Серокрылой и в гневе способен на многое. В таверне перепало случайной девушке за неправильно выбранную интонацию, а эта эльфийка рисковала не просто вытягивать когтистых дригло у себя из платья, а собирать свои останки в лесу. – Без крайностей.
Крайние меры для крайних случаев. Бурерождённый болезненно помассировал переносицу. Вспомнил стакане с вином и отставил тот на старый комод. Подошёл к эльфийке с другом, на ходу пытаясь решить, что сказать и как обставить ситуацию, чтобы не пришлось проливать кровь. Если она пропадёт – это заметят. Повезёт, если никто не решит связать исчезновение эльфийки с появлением в Раумо арфистки, а если нет, как выкручиваться тогда? Он не был готов на убийство и, пока они находятся в его доме, не позволит убивать невинных, влезших, куда их не просили в неподходящее время.
- Ты сделала огромную ошибку, когда решила почитать нам морали и явилась туда, куда тебя не звали, - спокойно говорил эльф, не отрывая взгляда от девушки. – То, что происходит здесь, тебя не касается, - он выдержал паузу. – Сейчас ты пойдёшь на кухню и займёшься своими прямыми обязанностями. Если узнаю, что решишь кому-то разболтать о том, что видела, я оставлю тебя с ним, - кивнул на Руфио, - наедине. Ты меня поняла?

+2

17

Аяна была готова провалиться сквозь землю и позавидовала хамелеону, который в момент опасности мог изменить цвет и стать «невидимым». У неё была такая возможность, но кто же знал, что немного выпитого вина отменят действие зелья преждевременно и в самый неподходящий момент. Как теперь выкручиваться, зная, что её видели, девушка не знала и мысленно кляла себя за поспешность, которая сыграла против неё же.
Каэрос накинул её на голову капюшон и даже толкнул за себя, давая её возможность спрятать лицо, если его ещё не успели хорошо рассмотреть. Серокрылая не позировала для незнакомки и не смотрела на неё, но и в профиль можно узнать дочь своего отца. Кажется, в Девореле не было эльфа, который бы не знал, кто она такая. Аристократка не надеялась, что свет, который должен был немного слепить девушку, мешал ей рассмотреть больше, чем она уже увидела.
Галадриэль перепугалась не на шутку, когда её силой затащили в помещение и дверь за ней закрылась. Она уже не была такой смелой, как прежде и хмурое лицо Руфио пугало её. Девушка испуганно сделала шаг назад, не набравшись смелости закричать или позвать на помощь. Все слова застряли в горле и она, как загнанная лань, пугливо смотрела то на лейтенанта, то на молодого господина. От слов Каэроса она вздрогнула. От понимания того, что парень не желает ей зла, по крайней мере сейчас, в безопасности она себя не почувствовала. Бурерождённый, как и его отец, мог говорить спокойно и почти ласково, а последний момент полетит чья-то голова. Она уж точно не хотела становиться пищей для лесных зверушек за то, что попыталась уладить свои проблемы, не подозревая, что попадёт на ещё большие.
- Я никому ничего не скажу, - дрожащими губами тихо заговорила она и на глаза нашли слёзы. – Никому ничего.
Аяне стало жаль её. Она не была лично знакома с этой девушкой и не знала, можно ли ей доверить свою жизнь, но искренне не желала ей зла. Она выпрямилась, сильнее натягивая на себя плащ, и скользнула в тень, подальше к старым вещам, за которыми её было бы невозможно разглядеть, если только не тёмную тень с насунутым на лицо капюшоном. И что с ней делать? Руфио, кажется, был настроен решительно и не шутил, говоря о том, что убьёт её, только бы никто не узнал их секрет. Это неправильно. Своя шкура дорога, но и жить с этим тоже нелегко. Девушка надеялась, что удастся решить всё миром, да и сама она не могла ничего предпринять. Показываться ей нельзя, вмешиваться тоже, а все доступные ей заклинания не могли изменить ход истории.

+2

18

Руфио одарил Бурерожденного взглядом очень злого, но хорошо выдрессированного пса, у которого отняли кость. Предательство. Он убрал от кинжала руку, но изобразить солидарность с мирными методами Каэроса даже не подумал. Гвардеец возмущено фыркнул и отошел в сторону, мол говори-говори, потом с тобой разберусь. Зло сложив руки на груди, он наблюдал за благородным эльфом и его служанкой, а сам накручивал себя мыслью о том, что происходящее мало касается Кая. Здесь уже каждому было ясно, кому достанется первым вне зависимости от того, распустит Галадриэль свой змеиный язык в пределах Раумо или пожалуется кому-нибудь в городе. Его планида, его и меры должны быть. В том, что все женщины заядлые болтуньи он был уверен, и был склонен хорошо думать только о двух женщинах в этом мире.
    «Так-то ты обо мне заботишься, дружище», - подумал эльф и бросил на хозяйского сына испепеляющий взгляд.
Сердитый и серый как привидение лейтенант отвел взгляд в сторону. В гневе он был склонен многое наворотить, вне зависимости от того, дышит он к кому-нибудь ровно или неровно. Сегодня он был убежден, что лучший метод заставить кого-то молчать – заставить его замолчать навсегда. Завтра решит, что было бы достаточно сломать поварихе пару пальцев. Через месяц его упрямая натура, возможно, все-таки согласится с Каэросом.  В мыслях, но не на словах.
С последними словами Бурерожденного, эльф снова одарил парочку хмурым взглядом исподлобья.
«Ну да, пугай ее мною, как трехлетнюю соплячку бабайкой».
Терпеть присутствия девушки он больше не собирался. Открыв дверь, он любезно указал ей на выход:
- Прошу Вас, миледи, - комично поклонился, - В следующий раз будете проходить мимо – проходите мимо.
Как только спешные шаги девушки стихли, он медленно обернулся к двум другим участникам их дружеской посиделки, достигшей несколько минут назад своего апогея. Как грозовая туча молниями, он блеснул на Кая глазами. И грянул гром:
-Каэрос, ты -…! –  полилась нецензурная лексика.
Вопреки всем его ожиданиям легче не стала. Одна его часть настаивала, чтобы он успокоился и не доводил дело до разборок. Лучший способ испортить отношения – начать их выяснять. Но другая требовала чем-нибудь швырнуть в предателя, новоявленного недруга, змею пригревшуюся у его добрейшего сердца. Лейтенант послушался вторую. Летело все, что попадалось под руку: дырявые корзины, деревянные ящики, цветочные горшки, тарелки, пыльные книги, пуста бутылка… Кинжал пролетел мимо Каэроса, ударившись в стену у окна… Последовал стакан, картина, связка желтых писем, старое тряпье… Остановился эльф только потому, что под рукой больше не было ничего, что можно было бы кинуть с легкостью. Долю минуты Руфио сверлил глазами то наследника, то тяжелый ларец. Решив в итоге, что легкомыслие Кая не стоит хруста в позвоночнике, он перевел взгляд на Аяну. А как же, и ей достанется, за то, что молчала (хоть это и было мудрым решением).  В последнюю секунду он решил ее пощадить. 
-Я ушел за зельем. – бросил гвардеец и, скрывшись за дверью, был таков.

+2

19

Только не девчачьи слёзы!
Каэрос застонал в душе. Он больше всего на свете ненавидел, когда плачут девушки. Из-за их слёз он чувствовал себя полным идиотом или последним мерзавцем, независимо от того, приложил он к этому свою руку или нет. Он понятия не имел, как успокоить девушку, заливающуюся слезами, или испуганную до дрожи в губах и руках. Сказать, что он ненарочно? Что всё позади? Похлопать по плечу? Ему в такие моменты хотелось выйти. В окно. И заткнуть уши, напевая про себя незамысловатую песню, самую детскую и глупую, которую он знал. На опьянённую голову он мог запеть её в голос, но почувствовал угрызения совести и позволил Гарадриэль уйти с миром.
Думать о планах эльфийки и поступках, которые она может свершить после разговора по душам, некогда. Рядом был разъярённый друг и ему поступки наследника, что Бурерождённый понимал и не смотря на него, не нравились. Он обезопасил жизнь одной девушки, но поставил под угрозу другой, на которую Руфио было не наплевать. Каю тоже не плевать на судьбу Аяны, но в равной степени он ценил жизни обеих. Жизнь своего друга так же. Его голова полетит первой в случае провала. Бурерождённый ограничится строгим выговором, а этим двоим не посчастливится.
- Да, я. Да, сволочь. Да, всё это перечисленное тоже ко мне, - парень соглашался со всем, что ему причислял друг за закрытыми дверьми, с усталым видом кивая и не открывая глаз, пока вместе со славами по чердаку не начали летать вещи. Он не планировал перестановку. Уворачиваясь от пламенных приветов от товарища, эльф подумал, что девушка на корабле к беде, а на чердаке – к бардаку и синяку под глазом.
Каэрос, как кролик в тире, бегал от снарядов, надеясь, что ему не прилетит чем-то тяжелее дырявых корзин и старых горшков. Упасть и приложиться головой он мог обо что угодно и в самый неподходящий момент, но ему сказочно везло. Заводной зайчик скакал, не пытаясь кинуть чем-то в ответ. Он виноват, но всегда выступал миротворцем и даже ради девушки лучшего друга не смог поступиться некоторыми принципами. Как он считал, сделал всё правильно, но тупо разъярённому быку после красной тряпки объяснять, что он спас его от ножа мясника, издеваясь перед публикой.
- Бутылку не тронь! – успел крикнуть, не заметив, что та пустая. Упав за старый комод, прикрывая голову руками от осколков, парень натолкнулся на старую дубину и уже ей пытался отбивать летящие в него предметы. – Ха! – с широченной и задорной улыбкой победителя он возликовал, когда смог отбить летящую в него увесистую книгу, войдя во вкус – забыл, что существует серьёзная угроза его здоровью, но тут в стену возле него врезался кинжал.
Бурерождённый замер, перевёл взгляд на холодную сталь, которая могла оставить в нём хорошую дыру, а потом на друга. Несколько раз сморгнул, но театрально в обморок падать не стал. Обычные вещи от Руфио. Пришлось снова отбиваться и так по новой, пока не закончились запасы эльфа. Потрёпанный, весь в пыли, с выбитыми из хвоста волосами и заметно протрезвевший Кай жадно дышал, сжимая дубину в руках. Ему очень захотелось выпить. Без стакана. С горла и без закуски.
Атака прекратилась. Каэрос тяжело сел на старый ящик, убрал с лица волосы и посмотрел на девушку.
- А теперь представь, что будет, если он застанет тебя с любовником, - он попытался усмехнуться, но лицо исказилось под маской мученика.

+2

20

Как же тяжело быть девушкой. Аяна тяжело вздохнула. Она вела себя как мышка, пока Каэрос разговаривал со служанкой, а Руфио сверлил их гневным взглядом. Ей не хотелось лезть под горячую руку к парню, но успокоить и немного задобрить любимого эльфа – да. Не из жалости к девушке или стремления помочь наследнику Дома, а обычного желания видеть лейтенанта в хорошем расположении духа. Повадками лезть к разозлённому она напомнила себе кота, который, не замечая гнева хозяина, ластится и урчит, выказывая свою безграничную любовь, который хватит на двоих.
А ещё она чувствовала себя виноватой. Если бы так не торопилась, пытаясь спрятаться под плащом, то не задела бы ширму и та, соответственно, не упала бы, открывая их секрет. Хорошо, если служанка не узнала её, а если нет? Что если проболтается? Эльфийка закусила губу, выжидая развязки. Незнакомку отпустили, пригрозив расправой, но этом ничего не закончилось.
Только аристократка хотела вылезти из своего укрытия, как полетели вещи из одного угла чердака в другой. Серокрылая пригнулась и минут пять просидела в укрытии, не желая попадаться под летящие предметы, которые могли неслабо так по головушке рыжей настучать, а ей и без того неприятностей хватило. В один прекрасный момент ей просто надоело, и она выбралась, намереваясь как-то повлиять на происходящее.
- Мальчики, - окликнула их, но не получила ответа. – Парни! – тот же результат. Аяна скрестила руки на груди, недовольно фыркнула, сдувая кудрявую прядь со лба. Её никто не слушал, каждый был увлечён процессом и отдавался ей на все сто. – Эй! У нас проблема. Вы не забыли? – и показала указательными пальцами рук на свою голову. Думаете, кто-то придал этому значение? Бурерождённый вообще был озабочен сохранностью бутылки! А в ход уже пошёл кинжал.
После нескольких попыток докричаться, она сдалась и обречённо уселась на какой-то сундук, подперев щеку рукой, скучающе смотря в сторону, периодически перемещаясь то влево, то вправо, когда мимо пролетали горшки и книги. Серокрылая упустила тот момент, когда всё закончилось, отвлёкшись, когда лейтенант сообщил о том, что он отчаливает за зельем.
- Руфио, - окликнула, но слишком поздно, дверь уже закрылась и ей осталось, только посадить свой распрекрасный зад обратно на сундук и перевести взгляд на изнурённого выживанием Каэроса. – Трудный день, да? – корявая попытка пошутить. У него юмор был ничуть не лучше, что радовало. Или это выпивка на них так повлияла? Серокрылая задумалась, пытаясь представить себе Руфио в ситуации, предложенной Каем, выдала «Бр-р» и потрясла плечами, словно пыталась сбросить с себя холодные дождевые капли. – Он бы тебя убил. И меня, наверное.
Она поднялась, прошла к их столику, взяла с него бутылку с недопитым вином и протянула её эльфу. Видок у него был ещё тот.

эпизод завершен

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [03.04.1082] Пить с утра? Это по-нашему